Собственность и интеллект в контексте смысла жизни

История развития экономической мысли показывает, что в конечном итоге она антропологическую направленность. Каждая проблема, даже абстрагированная от человека, на самом деле направлена на решение ее непосредственных, жизненноважных проблем. Особенно рельефно это проявляется в контексте решения проблемы собственности. Вся создана благодаря экономической деятельности культурно-материальная действительность насквозь пронизана отношениями владения и собственности. Без этих отношений трудно представить общество целостным и эффективным. Попытки избавиться собственности, как показала предыдущая история, ни к чему, кроме общественных проблем, не привели. Отдельно взятая вещь, предмет, лишенный владения, в которой нет владельца, теряет свою значимость и попросту вмертвляеться. Она никому не принадлежит, никому не служит, поскольку потеряла свое качество - быть собственностью. Вещь, предмет и даже человек представляется еще пригодной для использования, но потеря статуса собственности делает ее ненужной. Но нужны другие вещи, предметы, идеи, люди, что и порождает бесконечную борьбу за их владением. А отсюда - проблема богатства и само собой собственности, владения которой является условием получения счастья и полноты бытия.

Однако существует и другой тип личности - аскет и наивный альтруист, полон чувства справедливости и милосердия. Мы привыкли так называть людей скромных, которые удалены от жажды и неуемного стремления "экономического человека" к обладанию богатством и собственностью. Правда, древние греки называли "аскетами" только лиц, которые стремились к благотворительности, особенно в покорении своей воле, своему "внутреннему голосу". В христианском же понимании такого типа человек является направленной на служение Богу, поскольку стремится не к богатству, а к любви к ближнему. Итак, перед нами две позиции - аскетизм и жажда богатства, к собственности, которые несовместимы друг с другом. В Евангелии Иисус Христос предостерегает: "Никто не может служить двум господам: или одного будут ненавидеть, а другого любить, или одному станет способствовать, а о вторых, не заботиться. Нельзя служить Богу и маммоне (богатству)" (Мф. 6, 24 ; Лук.16,9-13). Большая пропасть между сребролюбивы и благодетелем: первый ждут муки в аду, а другой - радость в раю (Лк. 16,25). Однако в земной жизни все случается наоборот: богач наслаждается и веселится, а бедные страдают от холода и голода.

Здесь и возникает вечная проблема, решение которой стимулирует экономическую деятельность как в теории, так и на практике: какой путь выбрать, кому и почему служить? В чем лучший смысл? Ответ дает себе каждый сам, но есть определенное общее стремление совместить экономизм с аскетизмом, найти определенный компромисс, гуманизировать если не саму собственность, то форму ее использования, придать ей какую-то очевидную общую полезность, то есть сделать из мамоны ли не идолом, а слугу. С давних времен мысль и мораль ищут выход из порочного круга, но так и не привели к возникновению определенного единого взгляда, а тем более единого образа жизни. В историческом плане такое разнообразие мнений и действий - благо, поскольку свидетельствует о духовно-интеллектуального прогресса. Но если взять мимолетное жизни отдельного человека, то его смысл заключается в субъективной точки зрения. Одни видят в собственности основу свободы и благосостояния, материального достатка, то есть сплошное добро. Другие видят в собственности и богатстве причину враждебности, насилие и испорченности, источник несправедливости и страданий, то есть сплошное зло. Отсюда и возникают два противоположных порядки идей и явлений, и, таким образом, два разных подхода к определению смысла человеческой жизни. Они, кроме всего, определили также направление развития экономической мысли в ее различных устремлениях.

Возникает вопрос: какое отношение имеет собственность, прежде всего частная, к смыслам человеческой жизни, и одновременно в какой мере тот или иной субъективное представление о смысле личной жизни влияет на отношение человека к собственности? Для примера можно привести два противоположных взгляда, которые определили направление развития не только экономического знания, но и общества в целом. Первую позицию в лаконичной и понятной форме выразил П.Ж. Прудон: «Собственность есть воровством". Вторую достаточно удачно представлял русский мыслитель И.А. Ильин: "Мать частную собственность и хозяйственную самодостаточность, вытекающая из нее, есть большое благо. Чем меньше людей лишены этого блага, тем лучше. Чем больше людей оторвано от собственности, тем более несправедливо общественный строй, тем менее жизнеспособной является государство" 40 .

Современные юристы, взяв на веру слова экономистов, все почти оставили теорию первоначального завладение как слишком невыгодную и приняли исключительно теорию, согласно которой собственность порождается трудом.

Но защитники труда не замечают, что их система явно противоречит кодексу, все параграфы и все постановления которого предусматривают собственность, основанная на факте первоначального завладения. Если труд, в результате присвоения, следует из нее, является единственным источником собственности, то гражданский кодекс обманывает, хартия является неправдивой и весь наш социальный строй составляет насилия над правом ... Я предупредил, что теория, основывает собственность на работы, так же как и теория, основывает собственность на завладении, неизбежно предполагает равенство состояний.

П.Ж. Прудон

Как первая, так и вторая предложения представляют два противоположных взгляда, в каждом из которых можно найти как положительный, так и отрицательный момент. Что вполне закономерно, ведь диалектика собственности, как и жизнь в целом, такая, что она может быть и добром и злом, а иногда даже одновременно - и злом, и добром вместе. Относительно П.Ж. Пру дона, то он клеймит не саму собственность, а ее кражу. Однако, чтобы украсть, нужно, чтобы было то, что можно было бы незаконно присвоить, и у кого. Этот вопрос французский мыслитель не ставит и не отвечает на него, что вполне естественно, поскольку не так легко ответить. Ведь создана личным трудом дело не является кражей, а есть именно собственностью того, кто ее произвел, а не кого-то другого. Человек может употреблять свою вещь по собственному желанию, и никто другой таким правом без согласия хозяина не наделяется. Можно также завладеть ничьей вещью (например, собирать грибы), купить ее у другого, получить законно по наследству, написать книгу - и все это будет не воровством, а мной порожденной или естественной собственностью. Конечно, можно стать вором грибов, если лес является чьей-то частной собственностью. Или книга является не собственным творчеством, а плагиатом. Однако все-таки нужно признать возможность какой-то определенной первоначальной природной, а не украденной, собственности. Этого не отрицает П.Ж. Прудон, но сосредоточивает свое внимание именно на большой собственности. Она и выступает объектом спора и борьбы.

По большому счету вовсе не кража, а именно реальная человеческая сила и старания, ум и труд образуют собственность и устанавливают право на нее. Собственность - понятие социальное, она возникает тогда, когда возникают отношения между людьми. Отношение к вещи - это также еще не собственность, а только ее потенция. Книга только тогда становится собственностью, когда я ее написал. П.Л. Лавров критиковал пошлые взгляды П. Прудона на собственность и доказывал, что он отрицает собственность только ради справедливости и свободы личности, в которых она стоит на пути. И это прежде всего большая собственность. Мелкую и социализированную собственность французский мыслитель защищал. "Повсеместно зло исходило из невозможности ограничить развитие начала эгоистичной справедливостью в сфере, где можно было вовсе говорить о данных для ее развития, для нее нужна одна из вещей, присвоенных первым человеком. Откуда здесь появиться справедливому решению? Если бы сама вещь имела личное достоинство , то решение следовало бы ей; но она является не личностью, а вещью "41. Здесь важны две идеи: собственность нужна для обеспечения будущего, но только самого владельца, а не для других людей. Способность чувствовать то, что несправедливое и аморальное, хотя оно может быть приятным и полезным, присуща только человеку.

Иначе оценивал собственность родоначальник всей философии российского Серебряного века В. Соловьеву а вслед за ним и другие выдающиеся личности того времени. Он считал, что "собственность вообще не имеет морального значения. Никто не обязан быть богатым, а также никто не обязан обогащать других. Равенство всего имущества так же невозможна и не нужна, как одинаковое окрашивания и густота волос" 42. Но общество обязано обеспечить определенный минимум благосостояния, поскольку наличие бедности аморальным явлением. Однако избавиться бедности - вопрос экономической политики, а не морали.

Практика показала, что очень трудно, даже невозможно, совмещать собственность и справедливость. Даже так называемая "общенародная собственность" не решила проблемы подлинного равенства и истинной справедливости. Очевидно, невозможность выполнения этой цели обусловлена абсолютизацией идеала, которым выступало "общество справедливости". Абсолютный идеал всегда сводится к пустой болтовни и обмана, проповедники которого одевают имеющееся безобразие в одежды "светлого будущего".

Оригинальный взгляд на собственность развивал российской философ В.Ф. Эрн. Он определяет две ипостаси собственности - и злой, и доброй. Она строится на идее определенной равномерности в разделе имущества по принципу: "Кто собрал много, не имел лишнего и кто мало, не имел достатка" (Кор. 8,15). В.Ф. Эрн предлагает "порыв ко Христу", который разбивает привязанность к собственности, держится не столько правом, сколько внутренним личным ощущениям. Нет этого ощущения, и собственность разбегается в разные стороны, ведь теперь никто не заставляет оставаться ей в целостности и неприкосновенности. Чтобы стать совершенным, нужно продать свое богатство и раздать бедным. Имущество, собственность, мешают быть совершенным, а именно в стремлении к совершенству и есть главный смысл жизни.

В христианстве владения собственностью считается "идолослужением". Но не любое, а только эгоистическое и фанатичное. Однако есть другие - коллективные - формы собственности. Главные из них - общественные (государственные) и общинные. Однако для В.Ф. Эрна полное преимущество принадлежит братской собственности православного братства. Она приведет к расцвету всех и к справедливости, и будет означать одухотворения собственности, преодоление экономической искушения. Интересный, высоконравственный намерение, но наивный и, самое главное, его нельзя выполнить. Он является воплощением извечного стремления к справедливости, которое выступило в этом случае в предложении православного братства.

В работе "Философия неравенства" Н.А. Бердяев также ставит вопрос о собственности и смысл жизни человека. Он исходит из признания факта, что наша эпоха проникновений духом экономизма. "Духовная жизнь человека попало в рабство к жизни материального" 43. В результате человек получил "расщепления его бытия" и стала дисгармоничным. Многие считают, что причиной всего является собственность, которая порождает неравенство и нищету, а нищета образуют неравенство как спасательный приспособления, как выход, который предотвращает хозяйственном и культурном унижению и гибели "44. По мнению Н.А. Бердяева, по хозяйственному, но не морального взгляда, "уравнение в бедности" помешало бы развитию производственных сил, а неравенство, наоборот, стимулирует творческий процесс. Социалистическое смешения категорий экономических с категориями нравственными скаламучуе общественное сознание. Теория прибавочной стоимости К. Маркса "превратилась в декламацию революционной морали против воров- эксплуататоров ", поскольку ставит распределение выше производства. В результате настоящая свобода развития производственных сил, разнообразия хозяйства, здоровой конкуренции заменяется субъективно-моралистическими и революционно-классовыми лозунгами: равенство, справедливость, свобода, идеал коммунизма. Эти символы становятся важнее экономической целесообразности и логику хозяйства. Они почти управляют им. Критикуя практику большевизма, Н.А. Бердяев пишет: "У вас потребительское, а не производственное отношение к жизни ... Вы представляете себе социальный рай как максимум потребления и минимум производства 45.

Богатые и бедные является как бы дополнением друг друга. Класс богачей предусматривает собой класс бедняков, и колоссальная роскошь не может быть связанной с огромной бедностью, которая заставляет людей нуждающихся служить невероятной роскоши. Богачи - это грабители, бедные - это ограблены. Поэтому Христос и высказывал всегда сочувствие к бедным и презрение к богатству. По его учению, быть ограбленным лучше, чем быть грабителем. В царстве правды, которое он проповедовал, богатые и бедные были бы одинаково невозможны.

Г. Джордж

В конечном итоге Н.А. Бердяев также ставит нравственный критерий над экономикой, но с христианских позиций, хотя убежден, что "материальная жизнь не может быть противоположное духовной жизни" 46. Правда, современная практика свидетельствует именно о такой преимущество.

Другое дело, что действительно человеческий смысл жизни требует единства духа и материи, одушевление экономической деятельности, но это требование моральная, а не хозяйственная, и поэтому легко нарушается: интерес, выгода почти всегда сильнее морали, даже самые религиозную или "революционную" или " классовой ". Можно согласиться с философом в том, что "хозяйство является проявлением силы духа", но сам дух совсем не обязательно благородным и чистым, в нем самом так много зла и нелюбви к ближним, что для абстрактной богочеловеческой философии выглядит как аномалия и нарушение универсального принципа добра.

Размышления о смысле жизни сопровождают всю историю интеллектуального бытия человека. В. Соловьев писал: "В уме человека содержится бесконечное возможность все более и более истинного познания о смысле всего, а его воля содержит в себе такую же бесконечную возможность все более и более совершенного осуществления этого всеединого смысла в данной жизненной сфере" 47. В поисках окончательных оснований и смысла жизни человек бросается в крайности - или боготворит и злоупотребляет или клеймит и позорит собственность. Но от этого такой феномен никуда не исчезает, а живет и процветает, втягивая в свою соблазнительную бездну все новые и новые слои людей. Весь образ и смысл их жизни начинают подчиняться экономическом началу и все больше отдаляются от начала духовного. Преодолеть это искушение, сохранить свое "Я" и предоставить хозяйственной деятельности благородный и честный характер удается немногим. Смысл их хозяйственной жизни органично переплетается с интересами и нравственными устремлениями всего общества, потребностями народа. Если есть такое сочетание - всем хорошо и уютно, если нет - в обществе накапливается негативная энергия, возникают социальные конфликты и антагонизмы.

Так что вполне правомерно сказать, что собственность сама по себе не несет никакого зла или добра. ее функция одна - помогать человеку обеспечить производство необходимых средств к существованию: наладить разумное хозяйство, гарантировать благосостояние. Мораль и дух всем этом предоставляет сам человек. Владелец, хотя и большой, не обязательно эксплуататор и паразит. Зло и добро - в человеке, а не в собственности. Отсюда и вытекают все рассуждения о смысле жизни человека в плане его хозяйственной реализации. Об этом свидетельствует история развития взглядов на собственность.

Примечания

1 Бибихин В.В. Свое, собственное // Вопр. философии. - 1997. - № 2. - С. 72.

2 Там же. - С. 76. 3Там же. - С. 76.

4 Там же. - С. 78.

5 Франк СЛ. Социализм и собственность // Русская философия собственности. - СПб., 1993. - С. 311-312.

6 Аристотель. Сочинения: В 4 т. - М., 1974. - Т. 4. - С. 76.

7 Фуко М. Воля к истине. - М., 1996. - С. 70.

8 Дождев Д.Е. Основные защиты владения в римском праве. - М., 1996. - С. 93-96.

9 Там же, -С. 117.

10 Перепелкин Ю.Я. Хозяйство староегипетских вельмож. - М., 1988. - С. 46.

11 Хюбнер К. Истина мифа. - М., 1996. - С. 212.

12 Вебер М. Избранное. Образ общества. - М "1994. - С. 82.

13 Там же. - С. 83.

14 Локк Дж. Сочинения: В 3 т. - М., 1988. - Т. 3. - С. 289-290.

15 Булгаков С. Философия хозяйства // Русская философия собственности. - С. 236,

16 Варг М. "Земное богатство" в видении анонима XV в. // Культура и общественная мысль. Античность. Средние века. Возрождение. - М., 1988. - С. 138.

17 Бердяев НА. Философия неравенства // Русская философия собственности. - С. 304.

18 Соловьев BC Оправдание добра // Сочинения: В 2 т. - М., 1988.- Т. 1. -С. 430.

19 Там же. -С. 413.

20 История экономических учений // Под ред. В.Д. Базилевича. - М., 2004. С. 1003-1004.

21 Иноземцев В.Л. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе // Вопр. философии. - 2000. - № 12. - С. 4.

22 Локк Дж. Сочинения: В 3 т. - Т. 3. - С. 248.

23 Иноземцев В.Л. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе. - С. 4.

24 Там же.

25 Мор Т. Утопия. - М., 1978. - С. 164.

26 Иноземцев В.Л. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе. - С. 5.

27 Там же.

28 Там же. -С. 6.

29 Иноземцев В.Л. Очерки истории экономической общественной формации. - М., 1996. - С. 107-187.

30 Иноземцев В.Л. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе. - С. 8.

31 Зомбарт В. Буржуа. Евреи и хозяйственная жизнь. - М., 2004. - С. 84.

32 Иноземцев В.Л. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе. - С. 8.

33 Зомбарт В. Буржуа. Евреи и хозяйственная жизнь. - С. 341.

34 Иноземцев В.Л. Очерки истории экономической общественной формации. - С. 104.

35 Иноземцев BJI. Собственность в постиндустриальном обществе в исторической ретроспективе. - С. 10.

36 Там же. - С. 12.

37 Там же.

38 Toffler A. Powershift. - NY - 1991. - p. 19.

39 Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. - М., 2005. - С. 116-121.

40 Ильин И А. О частной собственности // Русская философия собственности. - С. 130.

41 Лавров П.Л. Очерки вопросов практической философии // Русская философия собственности. - С. 93.

42 Соловьев BC Оправдание добра // Т. 1. - С. 477.

43 Бердяев НА. Философия неравенства // Русская философия собственности. - С. 304.

44 Там же. - С. 292. "Там же.-С. 293.

46 Там же.

47 Соловьев BC Оправдание добра // Т. 1. - С. 163.