Журнал "Лада" С. Шековича. Отзыв на него украинского общества

С. Шехович в июне 1853. Начал выдавать "Письмо поучительное русским девицам и молодицам в забаву к поучения" под названием "Лада". Журнал этот ставил своей задачей идти навстречу интересам и потребностям женщин из интеллигенции. Интересен взгляд на женщину, а отсюда и на назначение журнала, его имел редактор и вы-давевь С. Шехович. Выразил он его в статье "Призначение женскаго пола".

"Женщины, - пишет он, - Должны быть мудрыми, прозорливымы, любви достойным супругами, верными, рачительнымы матерями, мудрыми, ощажаючимы домости-роительницамы ... Ибо благо дома, благо семейства, даже самого супруга зависит от женщин" ...

Содержание журнала - полная хаотичность. Здесь статьи по физике и наук природы, определяются тем, наивностью. Перевитые они юмористическими рассказами, анекдотами, общительными забавами. Здесь же нечто вроде по педагогике с довольно примитивными указаниями на темы воспитания детей, например, "В избраниы кормилица", "Воспитание детей физическое" и т.п.. Здесь же лекарственные рецепты на боль зубов, головы и др. В конце концов, указания, как вести себя в товарищества ("Правила благопристойности и тонкого благонравию"), как беречь красоту ("О наружном виде львицы", "Красота женская" и т.д.), как одеваться и др.

Появлением этого журнала интерес, что его ожидал издатель и редактор, не вызвало. Откликнулось на его выход всего 83 подписчики. Но как программа журнала, так его пропаганда "общерусскости" и "язычие" вызвали живой отклик и оживленную полемику. Развилась эта полемика вокруг "Лады", с одной стороны, в доброжелательном тоне, а другой - в категорической форме осуждения. К первым относится, между прочим, и такой совет А. Духновича, что он дает ее редактору в одном из писем к Я. Головацкого: "Ему (журналу), - пишет он, - надобно больше веселыми заниматись предметами, имья перед глазами, что для женщин, коим веселие природой есть ".

Второе направление характеризуется выступлением И. Левицкого, который заявил, что "Лада" "нуждается оглядното редактора и полной науки, чтобы умел прилично покормить женского голодного духа".

Скептическими замечаниями откликнулась на выход "Лады" и "Заря Галицкая".

В конце концов, случалась в этих отзывах иногда и сатира, образцом которой может служить, например, один из сообщений в "Вестнике", подписанный "Не литерат." Корреспондент рассказывает об одной даму из-под Львова, которая по приглашению ее во время одной забавы танцевать, ответила: "Нэт меня плясати с вами, господин, я пообетовала моему Иванушке Павлович, которий имет ся на меня женить, что только с ним плясати буду ".

На смех, его вызвала этот ответ, поражена панна сказала: "Видно, что не читает" Лады "и не изучиваете ся еше общерусскому Ясика".

Несмотря на выразительную юмористичность сообщению, был он оттиском применяемой и пропагандируемой "Ладой" языка и "правил благопристойности тонкого благонравию".

Не поддержанные обществом, журнал этот кончил свое существование на 15-м номере, а его редактор и издатель с половины 1854 взял редакцию "Зари Галицкой".

"Зоря Галицкая" под редакцией С Шеховича

Вместе с редактором пришла на страницы "Зари Галицкой" и и хаотичность, которой определялась "Лада", то же "язычие" и фанатичная ненависть ко всему народно-укринського. Значительную часть журнала начали занимать те же "общеполезные Сведения", подле с мало удачной гумористика, лекарственными советами и тому подобное. Изящной словесности, или же "изьящную словесность", было значительно ограничено. Зато почетное место заняли довольно скучные "Доверительния письма из Будина" одного из столпов русификаторства и "общерусскости" в Венгерской Украины И. Раковского, который выражал надежду, что Шеховича повезет "защищаты сею единственную нашу литературную газету против всякой бури, угрожающих ей опасности".

И эти надежды не оправдались. За редактирование Шеховича перед издательством встал даже вопрос о прекращении журнала. Но на этот раз до этого еще не пришло. В ноябре 1854 Ставропигия устранила Шеховича с редакторства "Зари Галицкой", которая была передана в руки М. Савчинский.