Древнее наследование

В глубокой древности у квиритов существовало представление о том, что по смерти отца семейства к его сыновьям должны переходить все имущественные права и обязанности умершего, а также неимущественые элементы семейной общности. К этим последним относились такие важнейшие для древних ценности, как семейные религиозные культы, семейное захоронение, права опекунства над подвластными детьми и женщинами и др. При этом главной идеей перехода имущества, святынь и пр. после смерти домовладыки была идея сохранения всего этого достояния в сложившейся семейной группе, недопущения к нему посторонних лиц.

Такое представление отражалось в главных чертах этого явления.

а) Наследование носило универсальный характер, то есть посредством его осуществлялся переход наследникам всех отношений умершего, всей полноты его прав и обязанностей.

б) Переход прав и обязанностей носил сугубо семейный характер, в том смысле, что с его помощью удерживались именно в кругу семейной общности все имущественные и неимущественные положения, возникшие до смерти наследодателя.

в) Наследование представляло собой акт комплексной передачи как имущественных, так и неимущественных элементов семейной общности.

К имущественным элементам принадлежало все домашнее хозяйство умершего (res), а также его долги и права требования третьим лицам (nomina).

Неимущественные элементы включали в себя: семейный культ (sacra) (то есть передаваемые от поколения к поколению домашние божества, посвященные им ритуалы и церемонии); право погребения (ius sepulchri), то есть возможность захоронения родичей в семейной гробнице, которая считалась священной вещью, изъятой из оборота; право патроната, то есть возможность требовать от вольноотпущенников повиновения, предоставления услуг и даже право наследовать им при отсутствии у них собственных наследников и завещания; право опеки над подвластными детьми и женщинами.

Таким образом, древнее наследование главной целью ставило сохранение того имущественного и нравственного целого, которое было объединено властью (potestas) отца семейства и после его смерти должно было сохраниться под такой же властью наследника. Существование именно этого принципа солидарности, целостности наследственного перехода подтверждается тем, что первоначально наследство не разделялось между братьями и составляло консорциум при нераздельном наследстве (consortium ercto non cito). При этом семья сохраняла единство под коллективной властью братьев; предполагают также, что это единство могло быть достигнуто прямым указанием отцом семейства в завещании того из сыновей, кому он передает наследство с одновременным лишением наследства (exheredatio) других сыновей.

Другой принципиальной особенностью древнего наследования было то, что оно изначально предназначалось только для своих подвластных (heres suus), то есть не предполагало передачу имущества посторонним лицам. И в отсутствие своих,лицо вправе было произвести усыновление в народном собрании (adrogatio) с тем, чтобы в лице усыновленного сохранить семейную общность имущества и культов. Таким образом, первоначально передача наследства постороннему наследнику (heres extraneus) вовсе не означало свободы завещаний, а преследовала цель сохранения семейного и солидарного характера наследственного преемства, так как посторонний посредством акта усыновления становился своим.

 

Отход от указанных принципов древнего наследования обнаруживается в законах XII таблиц: это уложение предусматривает раздел имущества между сонаследниками посредством особого иска, а также возможность обращения кредиторов к отдельным сонаследникам; полагают также, что им была признана свобода завещаний, то есть возможность передачи имущества лицам, не входящим в семейную общность без их предварительного усыновления.

Умаление начал солидарности, семейной общности наследования, сопровождалось приданием ему все в большей степени чисто имущественных черт. Распространяется убеждение, что передача в рамках наследства культов, права погребения и пр. накладывает дополнительное имущественное бремя на наследников, так что складывается обыкновение передачи наследства без культов (hereditas sine sacris) и понтификальная юриспруденция уже в III в. до Р.Х. вырабатывает меры принуждения к поддержанию частных культов теми, кто принимает наследство лишь как имущество (pecunia). Тем не менее, ко времени Цицерона утвердилось мнение, что наследство есть имущество (hereditas est pecunia).

Главным элементом наследственного перехода с древнейших времен было назначение наследника (heredis institutio) и, несмотря на изменение представлений о наследовании с течением времени, этот элемент сохранял свое юридическое значение в качестве основания действительности наследственного правопреемства.

Назначение наследника могло происходить по закону (vocatio legitima или vocatio ab intestato) или по завещанию (vocatio testamentaria). Есть основания полагать, что назначение наследника по закону исторически является первой и наиболее социально оправданной формой наследственного правопреемства.