Методология хроматизма

В хроматизме представления о цвете связаны как с конкретикой каждого из приведенных выше определений (физическими параметрами красочного отражения, видом того или иного ощущения, или воздействия и т. п.), так и с его триадным отношением к атрибутам системы «интеллект — внешняя среда» и / или возможностью их конкретизации. Поэтому определение цвета в хроматизме включает все указанные представления, но уже разнесенными по компонентам интеллекта: цвет - это идеальное (психическое[mccxlix]), связанное с материальным (физическим и физиологическим) через чувство (как их информационно-энергетическое отношение).

Методология хроматизма основана на тезисе, вытекающем из истории мировой культуры: цвет как идеальный образ-концепт[mccl] материального мира может служить информационной моделью для познания сложных саморазвивающихся систем этого (материального) мира. Как развивающаяся область науки, хроматизм имеет и соответствующие критерии научности и релевантные им предикаты.

Во-первых, язык любой науки должен основываться на принципе однозначности, непротиворечивости, а, следовательно, и осмысленности каких-либо величин при формализации их значений. Так, например, рассмотрим семантику психологического термина «сознание». Разумеется, если в обыденной жизни мы услышим фразу «он потерял сознание», то лишь сделаем однозначное заключение: «он перестал что-либо осознавать» и не увидим никакого противоречия.

В психологии же эта фраза может интерпретироваться достаточно широко: Даже ключевое понятие психологической науки — сознание — имеет едва ли не сотню разных и противоречащих друг другу значений. И психологи это прекрасно сознают. Если ключевое понятие — сознание — плохо определено, то тем хуже будут определены любые другие базовые психологические понятия. Поэтому в психологии вообще нет ясных и общепринятых определений психики, эмоций, памяти, интуиции, личности. [mccli].

Словарь естественного языка, — как вслед за лингвистами отмечает В. М. Аллахвердов,– принципиально содержит лишь донаучные понятия, язык предоставляет в распоряжение человека не научную, а «наивную картину мира». Поэтому опасно строить психологическую науку, исходя из этимологического анализа терминов или способов их употребления в обычной речи. …фраза «ужас леденит мне душу» отнюдь не означает измеряемое термометром реальное снижение температуры души[mcclii].

В связи с этим вспомним, к примеру, что симптом появления голубых тонов в окраске кожного покрова при страхе практически идентичен симптому, возникающему от холода, воды, болезни (озноб) и т. п. Как отмечает Руссо[mccliii], холод продуцирует на человеческий организм воздействие, сравнимое с воздействием страха: та же внешняя анемия, то же прерывистое дыхание, тот же феномен повышения концентрации сахара и выделения адреналина.

Аналогичная связь наблюдается в идиоме «покраснеть от жары». Связь с окраской кожного покрова здесь очевидна. Но имеется ли что-либо объективное во внешней среде? Как показывает термометр, по мере продвижения от холодных синих к теплым красным цветам происходит объективное повышение температуры. И одновременно красным цветом характеризуются во всех системах и культурах холерики с «жарким» темпераментом.

Именно поэтому первые же публикации по хроматизму включали тезаурус, в котором давались четкие и непротиворечивые определения, связанные единой семантической системой. (Так, в отличие от психологии, в тезаурусе хроматизма семантика «сознания» никак не могла содержать смыслы каких-либо бессознательных проявлений.) Если же нами был получен осмысленный непротиворечивый тезаурус контекстно взаимосвязанных определений, то он уже мог быть и формализован в целях соблюдения однозначной семантической интерпретации в математическом аппарате.

Для этого в хроматизме все величины семантически определены и формализованы прежде всего как определенные «планы анализа» и «планы систем»[mccliv]. К примеру, формализованные М-, Ид-, С-планы передают, соответственно, семантику сознания, подсознания и бессознания как компонентов интеллекта, то есть системно-функциональной модели личности, близкой по смыслу к моделям Л. С. Выготского и К. К. Платонова.

Во-вторых, практически все естественно-научные дисциплины основаны на измеримости получаемых формализмов. И здесь перед хроматизмом стояла достаточно серьезная задача: каким образом можно измерять субъективные проявления психики при ее внепространственно-вневременных характеристиках? Результаты детального хроматического анализа достоверно показали, что именно этими характеристиками обладает цвет как субъективное проявление психики[mcclv].

Так как все параметры цвета определялись в трехмерном евклидовом пространстве аналогично параметрам семантического пространства психики[mcclvi], то возникала следующая задача: как можно однозначно связать функциональные компоненты обоих пространств, то есть установить между ними контекстно-зависимые корреляции? Для решения этой задачи в хроматизме были привлечены репрезентативные данные по семантике цвета в традиционных культурах[mcclvii]. Анализ полученной базы данных привел к необходимости введения граничных условий для области существования каждого из цветов с подразделением последних по гендеру [mcclviii].

После того, как каждый из цветов оказался однозначно взаимосвязанным с определенными компонентами интеллекта, возникла задача семантической соотносимости формализованных величин в тех случаях, когда они были выявлены в разнородных областях исследования. Для этого в хроматизме была использована LIT-система размерностей, основанная на базовых характеристиках функционирования интеллекта во внешней среде: пространство (L), информация (I) и время (T) [mcclix]. Таким образом в хроматизме была создана однозначная система измеримости полученных формализмов в контекстно-зависимых областях их существования.

И, наконец, в третьих, любая научная дисциплина стремится получить воспроизводимость измерений при их контекстно-зависимой связи с объективными величинами внешней среды. Вместе с тем, психика обладает принципиально субъективными характеристиками, из-за чего психологами считается принципиально невоспроизводимой[mcclx]. В хроматизме эта задача была решена благодаря изучению психолингвистических аспектов цветовой семантики.

Так, хроматический анализ семантики цветовых канонов (которые тысячелетиями находились в контекстно-зависимой связи с гендером и граничными условиями) достоверно показал их объективированный характер и воспроизводимость — даже в совершенно не связанных дуг с другом традиционных культурах. Объединение концепции хроматизма («внутренние универсалии цветовых канонов») с лингвистической концепцией Фрумкиной-Вежбицкой («внешние универсалии и системы родства») дало реальную возможность использовать атрибуты цветового тела как работоспособную модель для измерения субъективных параметров внутренней среды по объективированным в цветовых канонах параметрам цветового тела

Согласно приведенным принципам в хроматизме используются следующие методы исследования:

v Семантическая логика, которая позволяет на уровне интенсионалов (то есть обобщенных смыслов цвета и LIT-системы размерностей) описывать существенные стороны разнородных экстенсиональных явлений и связывать их едиными формализмами.

v Онтологический принцип относительного детерминизма., который позволяет в любой сложной системе выделять функции компонентов (как -планов, образующих систему) исключительно относительно друг друга, то есть категорически без абсолютизации этих функций вне системы заданных компонентов.

v Системно-функциональный анализ и сравнительный анализ репрезентативности данных, применение которых (с позиций семантической логики и принципов относительного детерминизма) позволяет выявлять характеристические функции репрезентативных компонентов (типа цветовых канонов, которые образуют систему) и формализовать их как интенсиональные величины (например, в виде -планов).

v Теория информации, которая позволяет создавать информационные модели живых систем на уровне описания их характеристических функций.

v Колориметрия и спектроскопия, основные закономерности которых (в сочетании с перечисленными выше принципами) позволяют конвертировать цветовые коды на контекстно-зависимый интенсиональный язык образ-концептов, которыми оперирует естественный интеллект.

 

При этом правила семантической (строго говоря, триадной) логики базируются на следующих принципах:

· Принцип Геринга (биполярности): в любой точке ахромной оси цветового тела сумма Б+Ч=Const (так как, по Герингу, абсолютно белый и абсолютно черный цвета представляют “конечные точки” серой шкалы), что и позволяет оперировать диадами в триадах при заданных (N-E) условиях. Из принципа Геринга несложно вывести аналогичные принципы для оппонентных осей цветового круга: при продвижении по оппонентной оси от серого насыщенность (содержание в цвете чисто спектрального тона) увеличивается в той же мере, в какой уменьшается содержание дополнительного цвета. Насыщенность цвета обратно пропорциональна вкладу дополнительного цвета в той же мере, что и светлота цвета — вкладу черного цвета в заданную цветность.

· Принцип конверсных отношений: взаимоотношения диад в триадах могут быть описаны с различных сторон только в различных (N-E) условиях.

· Принцип оппонентности: если один и тот же объект в различных (N-E) условиях существования (наблюдения) проявляет взаимоисключающие свойства и качества, то характеристический компонент любой диады цветового круга можно считать “связывающим” компоненты обеих диад в единую триаду цветового тела. Многочисленные примеры использования этого принципа представлены мной в «Хроматизме мифа» (дихотомия дао) и в «Античном хроматизме» (логика орфико-пифагорейцев).

· Принцип Сакулина (изучения развития): если в языке наблюдается дифференциация синкретического имени (т. е. ранее включавшего оппонентные сигнификаты), то в интеллекте (на уровне цветового тела) можно выявить новые функциональные структуры, адекватно воспринимающие концепты этих денотатов в заданных (N-E) условиях.

· Принцип Серова (взаимодополнительности): в заданных (N-E) условиях хром-планы взаимодействуют между собой при различном семантическом объеме моделируемых объектов, но одинаковом цвете и / или при различных (дополнительных и / или контрастных — в развитии) цветах, но одинаковом объеме.

· Принцип (многозначности): предложение определяется контекстом в случае многозначности его имен и имеет одно из трех истинностных значений (в хроматизме — концептов, планов и цветов при заданных (N-E) условиях). При этом в системе интенсионалов (цветов, планов, размерностей и т. п.) должно быть только три термина, каждый из которых образует семантическую связь с остальными.

· Принцип взаимозаменимости (экстенсиональности):– если один и тот же денотат в заданных (N-E) условиях имеет два выражения, то последние взаимозаменимы с сохранением истинности предложения. Согласно концепции Фреге-Карнапа, этот принцип справедлив для экстенсионал-контекстов, где важно лишь предметное значение выражений (их “объем”), тогда как для интенсионалов необходимо учитывать смысл выражений, который мы кодируем цветовым образ-концептом.

Данные принципы дали возможность оперировать с диадами цветового круга при одновременном выявлении оппонентных (дополнительных) свойств в их чистом виде только при задании строгих граничных условий в данном состоянии (время, пространство и информация, например, период истории, возрастной и др. ценз, тип гендера и т. д.) на существование объекта анализа в цветовом теле.

Как мне кажется, без учета этих принципов невозможно понять, почему до настоящего времени психология цвета пользуется лишь субъективно представленными выборками стимульных цветовых образцов и не менее субъективной их интерпретацией. Если психология цветовосприятия относится к области науки, то широко известное определение «искусство психологической диагностики», (которое вытекает из этой интерпретации) говорит об обратном.

На мой взгляд, психология — как область мировой культуры — не может не апеллировать к памятникам этой культуры, которые позволяют создать реальную модель личности, тысячелетиями воспроизводимую и, следовательно, объективированную человечеством как главное целенаправленное обобщение культуры.