Реферат: Вальдорфская педагогика: сделано в секте

У всех сект есть одна общая тактика: они считают, что никто не вправе высказывать суждения об их деятельности, не совпадающие с их самооценкой. При этом сектантская самоапология исходит из довольно-таки нагловатой посылки, что если много и упорно лгать, и при этом регулярно грозить судом своим оппонентам, то, мягко говоря, "пестрая" сектантская идеология рано или поздно предстанет таки в общественном сознании в белоснежно-непорочном виде.

Что именно секты хотят слышать о себе, а чего они слышать не желают - хорошо видно из моей дискуссии с г-ном А.Пинским, председателем правления Московского Центра вальдорфской педагогики.

Чтобы оккультную философию, которую на самом деле представляют "вальдорфцы", легче и нескандальнее было насаждать в российских школах, они очень заботятся о своем имидже как чисто светской организации. Поэтому каждый раз, кка в прессе упоминают "вальдорфскую педагогику" в качестве религиозной доктрины, г.Пинский пишет протест.

Из этих писем видно, что сектатская совесть позволяет своим владельцам использовать любую ложь для конечного торжества своего правого дела.

У меня хранится уже довольно представительная подборка писем г. Пинского в разные средства массовой информации, позволившие себе сообщить нечто ему неприятное. И каждое письмо кончается напоминанием о "ст. 43, 44". При этом г. Пинский готов отрицать очевидное и просто общеизвестное.

Например, А.Пинский возмущается - "Непонятно, почему в контексте обсуждения вальдорфских школ у А.Кураева всплыла тема, что Минкультуры учредило эвритмическую Академию. Сообщаю, что Академия эвритмии является независимой от вальдорфского движения организацией, и ее учреждение не имеет ничего общего с "насаждением вальдорфской педагогики".

Речь идет о моем интервью газете "Москвичка" (27.10.94). В нем я высказал свое недоумение тем, что религиозная доктрина Р.Штейнера получает государственную поддержку и государственное финансирование в России. Я напомнил, что в 1992 г. Министерство культуры России учредило и начало финансировать Академию эвритмического искусства1. Г-н Пинский уверяет, что "ничего общего" с "вальдорфской педагогикой" у эвритмии нет.

Я понимаю, что эта Академия административно не подчиняется г.Пинскому. Но отрицание того, что эвритмика есть составная часть вальдорфской педагогики - это уже прямая ложь. "Эвритмия - это искусство, которого прежде не сушествовало, и которое было основано Рудольфом Штейнером. Эвритмия - обязательный предмет в любой вальдорфской школе"2. Ф. Карлгрен - современный руководитель международного движения вальдорфской педагогики. Что же это г.Пинский противоречит своему начальству?

Но главный вопрос не в этом. Вопрос в том, является ли "вальдорфская педагогика" религиозной доктриной.

А. Пинский, например, пишет, что идейная сторона антропософии "ничего общего" не имеет с движением теософов и никогднеа не был учеником Е. Блаватской. Но не станет же он отрицать, что первоначально Штейнер вообще полностью сливался с теософским оккультизмом. Или он был генеральным секретарем Германского теософского общества, не разделяя оккультной доктрины теософов? А быть теософом - не означает ли стать учеником основательницы теософского движения Е. Блаватской? Да, Штейнер вышел из теософского общества, когда А. Безант провозгласила Кришнамурти живым Христом-Майтрейей. Но это было рождение частной ереси внутри теософской "церкви". И сама антропософия также не более чем ересь в рамках оккультизма. Вот как характеризует антропософию "ортодоксальная линия" теософии во главе с Е.Рерих: "И Штейнер к концу жизни сошел с пути Света, и храм его был уничтожен разящим Лучом"3. Ученик Е.Рерих А.Клизовский поясняет, в чем была главная ошибка Штейнера: "К числу тайных, и, следовательно, более опасных врагов теософии принадлежит антропософия и ее последователи. Хотя ни само учение антропософии, ни ее последователи не выступают открыто против теософии, но в этом и заключается главная опасность и большой вред ее... Западный мир верит в то, что Христос - Единый Сын Единого Бога. Штейнер оставляет во всей силе и это заблуждение"4.

Итак, раздор теософов и антропософов - это всего лишь внутрисемейный скандал. А.Пинский пишет, что "мы не занимаемся теологическими штудиями (в духе гностицизма, манихейства и т.п.)". Это утверждение легко проверяемо. Основные черты гностицизма ясно сформулированы известным востоковедом В.К.Шохиным. 10 основных тезисов оккультного гностицизма, отличающие его от библейского мировоззрения, изложены им в книге "Брахманистская философия" (М., 1994, сс. 20-22). "Тайные доктрины" как Е.Блаватской, так и Е.Рерих и Р.Штейнера вполне единомысленны с псевдохристианским гностицизмом начала нашей эры.

Еще один внутрисемейный скандал в стане неоязычников - это закрытие вальдорфских школ в нацистской Германии.

К сугубому неудовольствию г-на Пинского Международный христианский семинар "Тоталитарные секты в России (Москва, май 1994), в котором принимали участие представители 14 христианских Церквей из многих стран мира, отметил антихристианский и расистский характер антропософии Р.Штейнера: "Особо мы хотим подчеркнуть антихристианскую, оккультную, антропософскую основу "Вальдорфской педагогики". Мы выражаем свое крайнее недоумение тем, что эта расистская и антисемитская система, враждебная учению Христа, которая в странах Европы поддерживается только частными и общественными инициативами, встретила государственную поддержку в России. Нам представляются незаконными и некорректными действия Министерства культуры России, учредившего Государственную академию эвритмического искусства, равно как и действия Министерства образования России, директивно поддерживающего антропософию и в государственных школах вводящего преподавание по системе вальдорфской педагогики"5.

Со стороны г.Пинского, конечно, последовал протест.

Так были ли нацистские нотки в идеологии штейнерианства? Р. Штейнер еще в 1915 году писал о себе как о "пророке миссии Германской расы". Эрнст Блох в своей книге "Принцип надежды", вошедшей в классическую библиотеку современной философии, пишет: "теософия не имеет ничего общего с христианской мистикой... "Солнечный Христос" Штейнера стал для новых язычников и "немецких христиан" богом природы нордического фашизма, позволившим объединить Иисуса с Зигфридом"6.

Черты, роднящие Штейнера с германским нацизмом и история взаимоотношений вальдорфских школ и нацистского режима прослежены в статье голландского профессора Дж. Д. Имельмана "Waldorf-Education. An outdated combination of religion and education"7.

Протестантский иссследователь вальдорфской педагогики Франко Рест отмечает, что "слишком часто эзотерики New-Age и штейнерианцы культивируют устаревшие мифы, как будто бы культ германца не сосуществовал с Освенцимом"8.

Оккультно-языческий характер германского нацизма хорошо известен. И штейнеровский оккультизм способствовал созданию того антихристианского, неоязыческого фона, который сделал возможным воцарение нацистско-языческого мифа. В частности - общим для всех теософов учением о семи расах человечества, из которых ХХ век - это время, когда начинает рождаться самая высокая "шестая раса"9. Последующие гонения на штейнеровские школы со стороны нацистов - это уже "внутрисемейный скандал", подобный гонениям на троцкистов со стороны сталинистов в соседней стране.

О мировоззрении самого Штейнера от себя я говорить ничего не буду. Вот выдержки из "Философской энциклопедии" (из ее лучшего, знаменитого "пятого тома"): "В 1902 г. Штейнер обратился к теософии. Возглавил германский отдел Теософского общества, где он развил исключительно бурную деятельность. Штейнер построил антропософский храм Гетеанум (Дорнах, Швейцария). В 1923 г. храм сгорел - вопреки предсказанию Штейнера, что он простоит 300 лет. Само учение Штейнера представляет собой синкретическое соединение западных и восточных религиозно-оккультных учений, в котором можно выделить элементы гностицизма, пифагорейской мистики чисел, каббалистики, оккультно истолкованного христианства... Была разработана целая система ступеней посвящения с обрядами инициации наподобие масонских. Первые ступени включали танцы, выработку эвритмии, постановку театральных мистерий. Для посвященных читались особые секретные курсы. Человек, по учению Штейнера, в соответсвии с традициями древнего оккультизма, образует микрокосм в составе физического, эфирного и астрального тел, причем эфирное тело нисходит в человека с прорезанием коренных зубов (около 6 лет), а остальное - с достижением половой зрелости. Эти сферы отражают три ступени, через которые прошел, по Штейнеру, в своем становлении Мировой Дух; с 1909, то есть с открытия антропософии, мир вступил в четвертую фазу, на которой формируется духовное "Я"10.

Итак, учение Штейнера все же является и религиозным, и антихристианским. Штейнер, например, утверждал, что Христос не был распят, ибо "дух Христа" решил не страдать, и потому заранее, еще до распятия покинул телесную оболочку "человека Иисуса"11.

Вальдорфские школы являются "неконфессиональными" только том смысле, что они противопоставляют себя всем христианским конфессиям сразу. Ф.Карлгрен так пишет об этом: "Когда говорят о вальдорфской педагогике, то речь идет об образе жизни. Специфической особенностью вальдорфских школ является то, что все члены корпорации видят одну и ту же духовную цель. Стало правилом, что учителя не могут исполнять своих обязанностей без тщательного изучения человековедения Р.Штейнера и без внутренних усилий, которых требует антропософский путь развития" (Карлгрен, с.257).

Итак, и дети, и учителя должны приобрести не просто знания о религии или антропософии - но пережить соответствующий религиозный опыт: "Надо дать детям приобрести религиозный опыт" (там же, с.106). "Один раз в неделю для детей устраивается религиозное действо, которое ввел Рудольф Штейнер" (с. 107).

Интересно, кстати, что при случае антропософы могут утверждать нечто прямо противоположное: “преподавание антропософии в вальдорфской школе – это нонсенс12”.

Учителю изучение оккультной доктрины Штейнера должно помочь, в частности, тем, что он должен научиться распознавать в детях опыт их прошлых инкарнаций (с.109). В самих "вальдорфских школах принято свободное христианское религиозное обучение" (там же). "Свободное" здесь значит - не представляющее ни одну из христианских конфессий, а "христианское" значит всего лишь антропософски-оккультное. Но все же признается, что религиозное воспитание в этих школах есть. "С первого по четвертый класс преподавание строится на основе рассказов, пробуждающих почитать Господа Бога, Божественное в природе" (там же).

Вот пример, как это делается: на уроке арифметике малышам говорят: "Некоторые легенды о происхождении мира повествуют как из одной стихии рождались все остальные. Целое делят ради получения частей. Давая задания по арифметике, учитель постоянно указывает на один и тот же принцип: членится, раскладывается некое единое целое. В какой-то момент дети должны почувствовать, что в конечном итоге мир также представляет собой единство (согласно Пиаже, не только те, кто получил религиозное воспитание, склонны считать Бога творцом всего сущего)" (там же, с.134). Так детское сознание приготовляется к принятию основной оккультной аксиомы: Бог и мир есть одно и тоже, а добро и зло (четное и нечетное) есть две стороны одного Абсолюта, Единого Начала. В "Теософском словаре" Е. Блаватской, которой и обязан Штейнер основными чертами своего мировоззрения, об этом говорится так: "Demon est Deus inversus. - каббалистическая аксиома; буквально "дьявол есть перевернутый бог", что означает, что не сушествует ни зла, ни добра, но те силы, которые создают одно, творят и другое, в соответствии с природой материалов, на которые они воздействуют"13.

Педагогическая плодотворность вальдорфской педагогики у незивисимых педагогов вызывает немало сомнений: "Ребенок ставится в условия таких закономерностей развития, что его самосознание и диалог с миром не могут проявляться. Вряд ли их можно считать способными к принятию решений и настроеннными на диалог"14. Книга называется "Пути окаменения", ибо Штейнер (steiner) по-немецки - камень.

Штейнеровская педагогика и не может быть эффективной, потому что в ее основе лежит весьма устаревшая типологизация характеров и мифологизация 7-летних периодов развития человека (от которых уже давно отказалась психология развития)15. "Вальдорфцы" вынуждены держаться за эту поистине антикварную схему потому, что, согласно Штейнеру, инкарнация души происходит постепенно, циклами по 7 лет: сначала низшая, животная душа входит в новое тело, и только к 21 году в человека подселяется, наконец, последний "астрал". Наверно, не без оснований Э.Блох назвал Штейнера "четверть образованным"...

Прежде, чем пускать антропософию Штейнера в русские школы, стоило бы прислушаться к тому, что говорили о нем русские философы.

Семен Франк: “В двух формах происходит, в области учений о душе, устранение научного знания: в форме наивной фальсификации науки через безотчетное, сумбурное ее смешение с религией и мистикой и в форме сознательного отрицания науки. Первое мы имеем в столь популярных ныне оккультических и теософских учениях о душе, которые сами именуют себя сокровенной наукой (“Geheimwissenschaft” Штейнера!). В настоящее время, конечно, уже невозможно относиться с огульным отрицанием, как к сплошному суеверию и шарлатанству, ко всей области упомянутых учений: слишком много здесь оказалось проверенных фактов и слишком ясна связь их с интереснейшими достижениями официально признанной научной психологии (гипноз, “подсознательное” и пр.). Интерес к этой области обнаруживают теперь все живые, непредвзятые умы, субъективно, по своим симпатиям и умственным привычкам совершенно далекие от нее. И огульное отрицание и высмеивание есть здесь обычно лишь признак высокомерной, псевдонаучной узости. За всем тем остается несомненным, что так, как по большей части ведутся исследования этого типа, они представляют невыносимую смесь объективных наблюдений с субъективной фантастикой и, главное, основаны на грубейшем смешении науки с мистикой, одинаково искажающем ту и другую и ведущем к каком-то противоестественному супранатуралистическому реализму. Тонкая, своебразная, ни с чем не сравнимая область духовной жизни, достижимая лишь несчувственному внутреннему созерцанию, рассматривается здесь как что-то видимое, осязаемое, материальное, над чем можно производить внешние эксперименты, что можно даже взвешивать и фотографировать; и именно в силу этой ложной рационализации по существу сверхрационального действительно рациональный момент всякого - точность понятий, последовательность и обоснованность мышления, отграничение доказанного и объективного от сомнительного и непроверенного - становится совершенно невозможным; и шарлатаны и легковеры имеют здесь в силу самого метода, в силу основных предпосылок исследования неизбежный перевес над добросовестными и осторожными людьми”16.

Н. Бердяев: “Редко кто производил на меня впечатление столь безблагодатного человека, как Штейнер. Ни одного луча падающего сверху. Все он хотел добыть снизу, страстным усилием прорваться к духовному миру... Некоторые антропософы производили на меня впечатление людей одержимых, находящихся в маниакальном состоянии. Когда они произносили “доктор (Штейнер) сказал”, то менялось выражение глаз, лицо делалось иным и продолжать разговор было нельзя. Верующие антропософы гораздо более догматики, гораздо более авторитарны, чем самые ортодоксальные православные и католики... Такие лица как Минцлова (эмиссар Штейнера в России) могли иметь влияние лишь в атмосфере культурной элиты того времени, проникнутой оккультными настроениями и исканиями. В этой атмосфере было много бессознательной лживости и самообмана, мало было любви к истине. Хотели быть обманутыми и соблазненными. Терпеть не могли критики”17. Впрочем, Бердяев еще видел среди теософов “русских мальчиков”. Ныне же остался только “полукультурный слой, преимущественно состоящий из дам, который тянется к теософии по тем же теплопрохладным мотивам, которые влекут их к благотворительности, к нравоучениям, к маленьким чудесам личной жизни”18.

По впечатлению о. Сергия Булгакова, Штейнер “дилетантски” был знаком с философскими течениями. “Он пишет как человек, никогда не соприкасавшийся с философией”19. “Штейнерианство не есть ни “углубление христианства”, за которое оно себя выдает, ни даже ересь или особое течение в христианстве — оно просто ничего общего с христианством не имеет, и самое это сближение есть самообман или заведомая подделка. Даже самые сложные и запутанные гностические построения, о которых сохранила нам память история, далеки от тех оккультных грез, одеваемых — насильственно и кощунственно — в образы Евангелия, и по сравнению с этим даже кощунства восточной теософии с их Звездой Востока кажутся невинными благоглупостями в сопоставлении с этой настойчивой и по-немецки упорной доктриной. Попытки соединения суть или недоразумение и недомыслие, или же автогипноз и шарлатанство... До такой степени все различно, далеко и чуждо, что невольно встает последний вопрос: к чему все это переряживание? Зачем одевать совершенно нехристианское мировоззрение в христианские одежды, зачем “пятое евангелие” Акаши излагать как продолжение и истолкование четырех Евангелий Церкви? К чему этот синкретический маскарад, и не лучше ли, подобно восточной теософии, открыто отпасть от христианства?”20.

Еще один русский философ и педагог — Василий Зеньковский — замечает, что “Учение о человеке у Блаватской представляет довольно беспорядочную сводку разных идей, эклектически взятых из индуизма и так называемой “герметической” литературы. У Штейнера все это несколько переработано, но основной дефект остается: мотивы и основания разграничения разных “сторон” в человеке и у него необычайно шатки”21. “Антропософия себя именует “духоведением”, хотя она есть учение о темной духовности в человеке: антропософия не знает тайны человека в его целостности и в его личном отношении к Богу, а базируется лишь на том, что мы в дальнейшем будем именовать “темной” духовностью”22.

Борис Вышеславцев, блестящий знаток европейской философии, также свидетельствует, что “Штейнер всецело во власти сумбурного подсознания, его сознательная мысль архаична и инфантильна, для научно-философского и мистического эзотеризма он вечно остается непосвященным. Штейнер грезит и видит сны; это драгоценный источник познания, но бывают “вещие сны” и бывает бред. Примером такого бреда может служить христология Штейнера”23.

Николай Лосский также не может высказать комплиментов в адрес теософии: “Все это учение переполнено сведениями о природе Солнца и различных планет, о различных духах, населяющих их, о влиянии на душу умершего человека, сведениями явно фантастическими, выходящими за пределы доступного человеку опыта и обнаруживающими свою несостоятельность, поскольку некоторые из них противоречат общим достоверно известным принципам строения мира. Например, Штейнер утверждает, что горящие газы находятся только на периферии Солнца, а внутри его нет ничего материального, даже пространства (R. Steiner. La vie apres la mort. p.42). Трудно понять, как мыслит человек, способный говорить о шаре, у которого периферия пространственна, а внутренность не то чтобы пуста, а совсем не пространственна!”24

Отношение Ивана Ильина к антропософии высказано в его письмах по поводу книги Андрея Белого (Б. Н. Бугаева) “Рудольф Штейнер и Гете в мировоззрении современности”25. “Эта личная злоба, которой хватило для того, чтобы написать отвратительный памфлет в триста сорок одну страницу,.. обнаруживает со всей очевидностью, что это такое за “катарсис” души, который осуществляется под руководством Рудольфа Штейнера, курсов коего, по Вашему признанию, “нельзя безнаказанно слушать”. По истине: “по плодам их узнаете их... Пасквиль г. Бугаева — ядовитый газ, направленный в лице Метнера против всех нас, против всех работников в сфере христианской религии и европейской культуры. Уничтожающее дружное противодействие нас всех системе Штейнера, [которая] через насилие над душами своих адептов чинит насилие над добрым именем и честью всех мыслящих свободно — есть наш общий безусловный долг и акт самосохранения!... [Нужно организовать] дружное противодействие не только против данного факта (пасквиля г. Бугаева против Э. Метнера), но и против лже-идейного первоисточника, т. е. против организованной анти-культуры штейнерианства, ибо иначе последуют без числа и меры новые факты попрания личностей и идей... Выдвигаемая Штейнером “Антропософия” — учение враждебное и настоящей философии, и подлинному искусству”26.

Антропософия давно знакома русской культуре. И потому не стоит спекулировать на советской и постсоветской необразованности и делать вид, будто только недоумки и невежды противостоят интервенции Штейнера в русские школы.

Впрочем, антропософы готовы и виднейших русских философов представить в качестве невежд. Вчитайтесь: “В одном из писем Блоку А. Белый пишет, что в 1904 году Булгаков скаал ему (передаю смысл по памяти): “Теософия это еще ничего. Сейчас нас ожидает уже настоящая тьма - Штайнер!”. Можно задать вопрос: а на что, собственно, опирался Булгаков, когда в 1904 г. выносил свое суждение? Должно быть, на гениальную интуицию. Во всяком случае не на трезвый анализ. В то время в России, кроме незначительных статеек в теософских журналах, никаких книг Штайнера опубликовано не было”27. И Сергей Булгаков становится в глазах читателей этаким образованцем хрущевских времен: “Пастернака я не читал, но скажу…”. Однако, в те годы Россия не была изолированна от европейской культурной жизни. Да и Булгаков мог работать отнюдь не только с переводами; немецкий язык он знал прекрасно, и в самой Германии бывал. Именно зная – что происходит в религиозной жизни Европы, Булгаков предупреждал своих друзей в России от увлечения новой модной сектой.

Я не вхожу в разбор педагогической стороны дела. Из немецких источников я знаю, что в "вальдорфских школах" у детей хуже развивается математическое и етстественно-научное мышление. Что же касается художественного, образного мышления, то и оно не слишком радует, потому что та интерпретация мира художественных образов, которую дают в этих школах, носит оккультный характер, который заслоняет собою все-таки христианское содержание большинства произведений европейского искусства. В результате в старших классах вальдорфские школы Германии вынуждены забрасывать всю свою специфическую методику и просто натаскивать учеников по обычным программам - чтобы те могли нормально сдать государственные экзамены.

Письма же г. Пинского - прием, обычный для многих сект: они секты настаивают на своей "нерелигиозности" для того, что беспрепятственно нарушать закон о светском характере образования. В России так действуют неоязыческие секты типа мунистов (чей учебник "Мой мир и я" издан учрежденным ими якобы светским "Международным фондом образования"), рериховцев и антропософов. В результате в России школа оказалась отделена от Церкви - но не от сект.

Насколько “нерелигиозна” антропософия, можно судить по следующей похвале, произнесенной антропософом К. Свасьяном в адрес антропософии же: “Антропософия сегодня является единственной формой сознания живого и вторично, но уже в нашем сознании воскресаемого Христа”28. Понятно, что течение, претендующее на роль “живого христианства”, является религиозным, а, поскольку оно еще и мыслит себя “единственным”, значит, оно ощущает себя еще и некоей альтернативой историческому, церковному христианству.

Свасьян надеется на то, что его энтузиастическим заклинаниям поверят на слово. Стоит ему только сказать, что, мол “антропософия – не секта, а духовная наука, в ее истоках расширенное до духоведения естествознание”, так все только восхитятся. Но для меня слово “наука” звучит вполне определенно. В науке принято демонстрировать все методы, с помощью которых ты пришел к своим результатам. Эти методы должны быть признаны и используемы другими учеными (причем независимо от их личных религиозных позиций). Любой результат в науке должен быть воспроизводим другими исследователями, и тем самым проверяем. Господин Свасьян – объясните же мне, каким именно методом Штейнер пришел к выводу о том, что некая “сестринская душа Адама” сначала воплотилась в Кришне, а затем – “в мальчике Иисусе от Луки”, и в итоге двенадцатилетний Иисус “соединяется с силой Кришны, с самим Кришной”29. Бедный Иисус – в нем, оказывается, был целый легион духов: “мальчик Иисус несет теперь “Я” Заратустры”; “в астральное тело мальчика Иисуса вступает Будда”. Это что – естествознание?

С научной точки зрения это просто бред. Но в восприятии христиан это еще и бред кощунственный. То, что Церковь не скрывает своей точки зрения на "вальдорфскую педагогику" как на сектантскую методику, г-ну Пинскому, конечно, не нравится. Но люди должны знать разные мнения - хотя бы для того, чтобы выбрать свой путь. Как об этом предупредила, например, Лютеранская Церковь Германии: "Во всяком случае, христиане-родители не должны оставаться в заблуждении, что стоящий за "вальдорфской педагогикой" штейнеровский образ человека по пониманию евангелической Церкви не является библейским"30. И католики, и православные с этим полностью согласны: штейнеровская система "вальдорфских школ" является оккультной, но отнюдь не христианской или светски-нейтральной31.

Попытки же отделить методики вальдорфских школ от их оккультной почвы, на которые уповает, например, Е.Ямбург, по чьей просвещенной инициативе и появились антропософы в школах России, явно бессмысленны. Россия - такая страна, в которой даже нерелигиозные сами по себе феномены обретают религиозный смысл. Например, марксизм на Западе был обычной социологической школой, а в России обернулся "штурмом небес". "Гербалайф" в Америке, может, является обычной экономической авантюрой ("пирамидой"), но в России явно превращается в секту. Вроде бы безобидные "обливанцы" Порфирия Иванова уже провозгласили своего учителя воплощением Бога Отца.

Тем более искони религиозная "вальдорфская педагогика" в России зацветет пышным оккультным цветом. И еще сотни школ перейдут на религиозный статус, числясь при этом вполне "светскими".

Список литературы

1  "Иностранец". 10 ноября 1993.

2 Карлгрен Ф. Воспитание к свободе. Педагогика Рудольфа Штейнера из опыта международного движения вальдорфских школ. - М., 1993 с.83.

3 Письма Елены Рерих. 1932-1955. Новосибирск 1993. с.45.

4 А.Клизовский. Основы миропонимания новой эпохи. т.1. Рига, 1990. с.304.

5 Альфа и Омега. Ученые записки Общества по распространению Священного Писания в России. N.2. Москва, 1994.

6 цит. Franco Rest. Waldorfpadagogik. Antroposofische Erziehung als Herausforderung fur offentliche und christliche Padagogik. - Mainz-Stuttgart. 1992 s.14-15.

7 in: Panorama. International Journal of Comparative Religious Education and Values. vоl.4, number 2, winter 1992 (Braunschweig, Germany).

8 Franco Rest. cit. op. s.19.

9 Комментарий антропософа К. Свасьяна: "У г-на Кураева серьезные проблемы не только со вкусом, но и с умением считать по пальцам. Умей он хотя бы это, он избежал бы следующего курьеза, против которого бессильна любая энциклопедия и от которого защищаются именно сгибанием нудного количества пальцев: "общим для всех теософов учением о семи расах человечества, из которых ХХ век - это время, когда начинает рождаться самая высокая "шестая раса"". Я переношусь мысленно в школьную юность г-на Кураева, и мне слышится голос его терпеливой и доброй учительницы: "Ну что же ты так, Андрюша! Ты, главное, не торопись, а пересчитай сначала…"" (Свасьян К. "Современный богослов" с большевистскими манерами. Заметки читателя по поводу брошюры диакона А. Кураева "Миссионеры на школьном пороге" // Литературная газета 10.1.1996. Желание поиздеваться пересилило обычную рассудительность: Свасьян ведь знает, что, по учению оккультистов, "седьмая раса" еще не существует, время ее рождения еще не настало. "Шестая" же раса, по их мнению, рождается уже сейчас (в их собственном лице), и на сегодняшний день, по их представлению, она и в самом деле "самая высокая" из всех существующих.

10 Ляликов Д. Штейнер Рудольф. // Философская энциклопедия. т.5. М., 1970. с.522-523.

11 см. Richard Веrgeron. La legende du grand initie. Jesus dans l'esoterisme. Quebec. 1991.

12 Загвоздкин В. О вальдорфской педагогике и ее критиках // Человек. 1998, № 1, с. 163.

13 Блаватская Е. П. "Теософский словарь" М., 1994. с.154.

14 Сharlotte Rudolph. Waldorf-Erziehung. Wege zur Versteinerung. - Darmstadt-Neuwied. 1987.

15 см. Die Waldorfschulen und ihr weltanschaulicher Hintergrund - Kiel, 1986. s.15.

16 Франк С. Л. О понятиях и задачах философской психологии // Русская религиозная антропология. Антология. Составление, общ. ред. и предисловие Н. К. Гаврюшина. - М., 1997, Т. 2, сс. 349-350.

17 Бердяев Н. А. Самопознание. — М., 1990 с. 178 и 180.

18 Бердяев Н. А. Теософия и антропософия в России. // Типы религиозной мысли в России. — Париж, 1989, с. 483.

19 Булгаков С. Н. Христианство и штейнерианство. // Переселение душ. Сборник. — М., 1994, с. 231.

20 Булгаков С. Н. Христианство и штейнерианство. сс. 248-249.

21 Зеньковский В. В. Единство личности и проблема перевоплощения. // Христианство и индуизм. — М., 1992 с. 134.

22 Зеньковский В. В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. — М., 1993, с. 61.

23 Вышеславцев Б. П. Этика преображенного эроса. — М., 1994, с. 312.

24 Лосский Н. О. Учение о перевоплощении. Интуитивизм. — М., 1992, с. 84.

25 Э. Метнер, один из учредителей (вкупе с А. Белым) издательства "Мусагет", опубликовал в 1914 г. книгу, содержащую критический анализ трактовки Штейнером наследия Гете. В ответной книге Андрея Белого в адрес оппонента использовались эпитеты типа "скотодворное животное", "бык", "носорог", "злобное животное" и т. п.

26 Публикация: Гаврюшин Н. К. В спорах об антропософии. Иван Ильин против Андрея Белого. // Вопросы философии. 1995, №7, сс. 100-102.

27 Загвоздкин В. О вальдорфской педагогике и ее критиках // Человек. 1998, № 1, с. 158.

28 Свасьян К. "Современный богослов" с большевистскими манерами. Заметки читателя по поводу брошюры диакона А. Кураева "Миссионеры на школьном пороге" // Литературная газета 10.1.1996. Замечу, что статья Свасьяна не содержит ни одного реального аргумента, опровергающего мой текст, написана же она была столь размашисто и ругательно-неприлично, что уже через две недели в "Литературной газете" появился ответ: Р. Гальцева. Антропософией мобилизованный и призванный. // Литературная газета 31 января 1996. От себя замечу, что Свасьян выдумал мою "визитку" с перечислением мест моей работы. Визиток у меня нет – тем более таких, на которые ссылается мой критик. Он просто выдал аннотацию издательства, представляющую автора читателям за визитную карточку самого автора.

29 Штайнер Р. Бхагавадгита и послания апостола Павла. Калуга, 1993, с. 154.

30 Die Waldorfschulen und ihr weltanschaulicher Hintergrund - Kiel, 1986. s.3,18.

31 Подробное сопоставление оккультизма (прежде всего в его теософском обличии) с христианством см. в моей книге "Сатанизм для интеллигенции" (тт.1-2. М., 1997). Там же см. главу о проникновении в школы рериховского оккультизма