Реферат: Социология как объективный анализ "Социальных фактов" /Э.Дюркгейм/

В истории социологии Э. Дюркгейм (1858-1917) представляет новую и важную главу в ее развитии. Это обусловлено тем, что он практически первым попытался теоретически обосновать и выделить специфический предмет научного изучения социологии - "социальную сферу". Им разработаны методология и методы социологических исследований. Этому, в частности, посвящена его работа "Правила социологического метода" (1895 г.), в русском переводе "Метод социологии" (1899 г.). Что позволило подвести под социологическую науку базу эмпирических исследований и акцентировать внимание на ее прикладной характер. Об этом говорит его фундаментальный труд "Самоубийство. Социологический этюд" (1897 г.), русский перевод осуществлен в 1912 г.

С именем Дюркгейма связан также процесс институционализации социологии на европейском континенте, ее преподавание как самостоятельной учебной дисциплины. Наконец, отмечая роль Дюркгейма в развитии социологии, нельзя не сказать о нем как об основателе французской социологической школы, которая сконцентрировалась вокруг основанного Дюркгеймом журнала "Анналы социологии" (1898-1913-первая серия и вторая серия 1925-1927 гг.).

 

Теоретические и мировоззренческие основания социологии

Э. Дюркгейма

Из наиболее удаленных во времени интеллектуальных предшественников Э. Дюркгейма следует назвать трех его соотечественников: Р. Декарта, Ш. Монтескье и Ж. Руссо.

Дюркгейм был убежденным рационалистом, а рационализм следует рассматривать как французскую национальную традицию, которая восходит к Декарту (1596-1650). В этом отношении его работа "Правила социологического метода", являющаяся своего рода "манифестом" дюркгеймовской социологии, в значительной степени созвучна с трудом Декарта "Рассуждения о методе". Оба труда объединяет одна и та же цель: найти рациональные принципы и приемы, позволяющие исследователю выяснить истину независимо от общепринятых мнений и всякого рода общественных предрассудков. Шарля Монтескье Дюркгейм прямо считал главным предшественником научной социологии. Поскольку именно Монтескье во многом обосновал возможность существования социальной науки и, в частности, идеи, связанные с принципом детерминизма и внутренней законосообразности развития социальных явлений, а также сочетания описания (эмпирического рассмотрения) и рационального (теоретического) объяснения явлений. В качестве предшественника социологии Дюркгейм рассматривал и Ж.-Ж. Руссо, особенно в связи с его понятиями общей воли и общественного договора.

Из непосредственных предшественников Дюркгейма следует назвать А. де Сен-Симона и, конечно, его ученика и последователя О.Конта, которого он считал "отцом" социологии и подчеркивал преемственную связь своих и контовских идей. Дюркгейм руководствовался тем же идеалом позитивной социальной науки, который был сформулирован 0. Контом. Так, вслед за Контом он рассматривал естественные науки как образец построения социальной науки.

Будучи духовным преемником Конта, Э. Дюркгейм разделял далеко не все его воззрения. Дюркгейм отвергал знаменитый контовский закон трех стадий интеллектуального и социального развития (эволюции): теологической, метафизической и позитивной, который Конт считал своим главным достижением. Кроме того, в противовес своему предшественнику, который провозгласил отказ от причинности в научном объяснении и замену вопроса "почему" вопросом "как", Дюркгейм упорно искал причины социальных явлений.

Хотя социология Дюркгейма в целом была направлена против биологических (так же как и психологических) интерпретаций социальной жизни, он испытывал несомненное влияние биоорганического направления в социологии, и прежде всего Г. Спенсера, хотя влияние это двойственно. С одной стороны, многие свои концепции Дюркгейм разрабатывал в полемике с идеями Г. Спенсера, то есть можно говорить об "отрицательном" влиянии, когда идеям предшественника противопоставляются идеи последователя. Например, индивидуализму Спенсера противопоставлялась идея "коллективности", примата общества над личностью и т. д. С другой стороны, в исследованиях Дюркгейма отчетливо проявилось и положительное влияние идей Спенсера. Это прежде всего относится к структурно-функциональной стороне социологии Дюркгейма, то есть анализу общества как органического целого, в котором каждый институт играет определенную функциональную роль, а также к эволюционистской стороне его теорий. Его тенденция использовать "элементарные формы" как модель понимания развитых общественных структур, а также известная этнографическая ориентация его социологии в значительной степени определялись подходом Спенсера.

Не могли пройти мимо внимания Э. Дюркгейма идеи К. Маркса, ибо на рубеже XIX-XX веков популярность его взглядов была столь велика, что все социальные мыслители так или иначе обращались к марксизму. Дюркгейм был знаком с работами Маркса, но отрицал его влияние на свои исследования и интерпретировал Маркса в духе экономического редукционизма, сводящего всю жизнедеятельность общества к экономическому фактору. Его отношение к марксизму, теории экономического детерминизма К. Маркса достаточно четко было высказано Дюркгеймом в рецензии на книгу известного итальянского марксиста А. Лабриолы (1843-1904) "Очерки материалистического понимания истории" (1897 г.).

Как отмечает Дюркгейм, анализируя данную работу, "метод экономического материализма применим к истории в целом". Причем он считает "плодотворной идею о том, что социальная жизнь должна объясняться не теорией, которую создают о ней те, кто в ней участвует, но глубокими причинами, ускользающими от сознания; и мы тоже думаем, что эти причины следует искать главным образом в способе, которым сгруппированы ассоциированные индивиды.    «Нам представляется даже, - пишет Дюркгейм, - что при этом и только при этом условии может стать наукой история и, следовательно, может существовать социология».

Затем Дюркгейм дистанцируется от общей концепции марксизма, которая из роли экономического фактора в жизни общества выводит теорию классовой борьбы и неизбежность социалистической революции. Как подчеркивает Дюркгейм, «мы не видим никакого основания связывать эту точку зрения с социалистическим движением, от которого она совершенно не зависит». Продолжая свою мысль, он прямо заявляет, что «...не в состоянии понять, какую роль в разработке или в развитии этой идеи смог сыграть грустный факт конфликта между классами». То есть, по Дюркгейму, «между доктриной экономического материализма» и социализмом «нет никакой взаимосвязи».   Второй момент его несогласия с концепцией марксизма состоит в оценке той роли, которую придавали экономическому фактору в социально-историческом развитии особенно последователи К. Маркса. Недаром в этой связи стала расхожей фраза самого К. Маркса о том, что «он не марксист». Безусловно, вульгаризация марксистского положения о роли экономического фактора была налицо, причем не только у последователей, но и у оппонентов К. Маркса. Не избежал в этом плане известной вульгаризации и Э. Дюркгейм, тем более, что он критиковал марксистскую концепцию не по первоисточникам, а, образно говоря, «через вторые руки», неудивительно что у Дюркгейма практически ставится знак равенства между «индустриальной техникой» и «экономическим фактором», чего К. Маркс никогда не делал.

В этой связи стоит привести дословное высказывание Дюркгейма. Так, он пишет: «...Насколько нам представляется истинным то, что причины социальных явлений следует искать за пределами индивидуальных представлений, настолько нам представляется ложным, что эти причины сводятся в конечном счете к состоянию индустриальной техники и что экономический фактор - движущая сила прогресса».

Кроме того, против экономического фактора Дюркгейм выдвигает методологические возражения, считая недостаточными доказательства, на которых основывается экономический материализм, чтобы претендовать на то, «чтобы быть ключом ко всей истории!»

И совершенно в духе правоверного позитивиста считает, что эта концепция не доказана адекватным образом, что в ее доказательстве не использовались столь же изощренные и сложные методы, которые используются в науках о природе, а именно: разного рода наблюдения, опыты, тщательные сравнения. В этом аргументе сила, но и слабость той методологии, на которой базировалась социология Дюркгейма и которой было отказано в праве на истину именно за абсолютизацию естественнонаучного метода в подходе к истории.

Другой момент, который следует отметить, - это акцентирование внимания на роли религиозного фактора в историческом развитии общества. Как пишет Дюркгейм: «Все большее число социологов и историков сходятся в том, что религия - наиболее первобытное из всех социальных явлений. Именно из нее путем последовательной трансформации возникали все другие проявления интеллектуальной деятельности: право, мораль, искусство, наука, политические формы и т. д.».

Религия, по Дюркгейму, носит «избыточный и всеохватывающий характер», и она не может быть следствием экономического фактора. «И разве невероятно, - спрашивает он, - что, наоборот, экономика зависит от религии гораздо больше, чем последняя от первой?» Эта мысль получила широкое историко-социологическое развитие в трудах М. Вебера.

По-видимому, чувствуя определенный «перебор» как в критике экономического фактора, так и в абсолютизации роли религии, Дюркгейм мудро заканчивает эту дискуссию на том, что «не следует, впрочем, доводить изложенные идеи до крайности, в которой они утрачивают какую бы то ни было истинность».

Критикуя марксистскую концепцию социализма, в то же время Дюркгейм проявлял значительный интерес к социализму. Он изучал его историю, был дружен с виднейшим французским социалистом Ж. Жоресом (1854-1914). В 1895-1896 гг., будучи профессором университета г. Бордо, он прочитал спецкурс о социализме. Изданы серии курсов лекций Дюркгейма: «Социализм» (1928 г.), курс под названием «Лекции по социологии. Физика нравов и права» и, наконец, лекции по воспитанию и проблемам педагогики. Они дают достаточное представление о политических идеях Дюркгейма и, в частности, его понимании социализма.

Как отмечает Р. Арон в своем исследовании, посвященном Дюркгейму, примерно в 1885-1895 гг. дюркгеймовская концепция социализма была важным слагаемым политического сознания интеллектуальных кругов левых сил во Франции. «Хотя в определенном смысле он социалист (я бы охотно сказал, что он истинный социалист, согласно его определению этого понятия), но он не марксист», - пишет о Дюркгейме Р. Арон. Он, по мнению Арона, .даже противодействует марксистскому учению в том виде, как оно обыкновенно интерпретируется по двум основным пунктам. Прежде всего, Дюркгейм не верит в плодотворность насильственных мер и отказывается рассматривать классовую борьбу, в особенности конфликты между рабочими и предпринимателями как существенную черту современного общества, тем более как движущую силу исторического процесса. Для Дюркгейма (как и для Конта) конфликты между рабочими и предпринимателями служат доказательством плохой организации или частичной аномалии современного общества, которая должна быть исправлена.

Социальная проблема для Дюркгейма не столько экономическая, сколько моральная, и в этом вопросе он очень далек от марксистского понимания социализма. Сущность социализма Дюркгейм усматривает не в отношении к собственности и даже не в планировании. Социализм Дюркгейма - это, по сути дела, «социализм» Конта, который резюмировал его в двух ключевых словах: организация и морализация. Социализм представляет собой лучшую, то есть более осознанную организацию коллективной жизни, цель и следствие которой - интеграция индивидов в социальных общностях, наделенных моральным авторитетом и поэтому способных выполнять воспитательную функцию.

Таким образом, Дюркгейму было присуще широкое толкование социализма, и он считал, что для его понимания нужно исследовать все его разновидности. Он определял социализм следующим образом: «Социализм - это тенденция к быстрому или постепенному переходу экономических функций из диффузного состояния, в котором они находятся, к организованному состоянию. Это также, можно сказать, стремление к более или менее полной социализации экономических сил».

Отмечая теоретические предпосылки, обусловившие взгляды Дюркгейма, безусловно, следует сказать о влиянии Канта и кантианства. В данном случае речь идет, прежде всего, о концепции морали, нравственного долга, которые красной нитью проходят через всю его теорию.

Дюркгейм не считал, что социология как наука уже сформировалась, и концепции его предшественников (в частности, Конта) представлялись ему слишком общими и схематичными, в которых содержались лишь предпосылки к формированию научной социологии - науки, которая должна иметь собственный предмет исследования и специфический метод. Выполнению этих задач он и посвятил свой труд.

«Социологизм» Э. Дюркгейма как методология научного

исследования общества

В качестве обобщающего понятия, которое выражает основные принципы теории и методологии социологии Дюркгейма, выступает понятие «социологизм», хотя, естественно, оно не охватывает и не исчерпывает всего многообразия идей Дюркгейма.

В чем же суть этого понятия, подводящего под общий знаменатель концепции данного автора? С целью понимания дюркгеймовского «социологизма» в этом понятии следует различать два аспекта: во-первых, онтологический, во-вторых, методологический. Касаясь первого, онтологического аспекта «социологизма», можно выделить несколько исходных теоретических позиций или постулатов.

1. По Дюркгейму, социальная реальность включена в общий универсальный природный порядок, и она столь же основательна, а главное, «реальна», как и другие виды реальности (биологический, психологический, экономический), а потому, как и последние, развивается в соответствии с определенными законами.

2. Общество - реальность особого рода, которая не сводится к другим ее видам. И здесь следует подчеркнуть одну основополагающую идею, которая пронизывает все научное творчество Дюркгейма.

Речь в данном случае идет о безусловном признании автономии социальной реальности и прежде всего по отношению к индивидуальной, биопсихической реальности, которая воплощена в отдельных индивидах. Различия индивида и общества выступают у него в форме дихотомических пар, в которых так или иначе воплощается (выражается) разнородность этих реальностей. Например, «индивидуальные факты», «индивидуальные представления - коллективные представления», «индивидуальное сознание - коллективное сознание» и др.

Во всякой теории общества, теории социологии явно или не явно присутствует теория человека, она (теория социологии) так или иначе базируется на философской антропологии. И в этом плане человек для Дюркгейма - это двойственная реальность, в которой сосуществуют, взаимодействуют и противостоят друг другу две сущности: социальная и индивидуальная. Эти два начала человеческой природы также выступают у Дюркгейма в разнообразных дихотомиях:

          а) факторы, специфичные для общества, и выделяемые в постулируемые характеристики человеческой природы;

          б) факторы, общие для данного общества или группы и характерные для одного или нескольких индивидов;

          в) сознание и поведение ассоциированных индивидов, с одной стороны, и изолированных индивидов – с другой и т.д.

          Предмет социологии, согласно Дюркгейму, - социальные факты, которые характеризуются двумя основными признаками: во-первых, они существуют вне индивида; во-вторых, оказывают на него принудительное воздействие.       

Несколько позже, развивая эту мысль, он рассматривает «социальный факт» в более широкой плоскости и выражает этот весьма специфический способ бытия термином «институт», в котором, по Дюркгейму, отражаются «все верования, все поведения, установленные группой». Отсюда он дает следующее определение социологии: «Социологию... можно определить как науку об институтах, их генезисе и функционировании».

Его социология делилась на три основные сферы: социальную морфологию, социальную физиологию и общую социологию, которые отражали в определенной мере его взгляды на назначение тех или иных сфер социальной жизни.

Социальная морфология аналогична анатомии; она исследует «субстрат» общества, его структуру, материальную форму. В ее сферу входит изучение географической основы жизни народов в связи с социальной организацией, а также народонаселения, его объема, плотности, распределения по территории.

Социальная физиология, которая исследует «жизненные проявления обществ», охватывает ряд частных социальных наук. Она включает в себя:

1)               социологию религии;

2)               социологию морали;

3)               юридическую социологию;

4)               экономическую социологию;

5)               лингвистическую социологию;

6)               эстетическую социологию.

Общая социология, подобно общей биологии, осуществляет теоретический синтез и устанавливает наиболее общие законы. Эта структура, если вспомним, отражает общий замысел строения социологической науки, высказанный Контом, то есть можно наблюдать преемственность подходов, которая сохранялась длительное время во французской социологии.

Заключая этот раздел социологического учения Дюркгейма, следует подчеркнуть плодотворность ряда положений его концепции «социологизма» на том историческом периоде развития социологии. Среди них можно назвать следующие: признание общества самостоятельной объективной реальностью по отношению к составляющим его индивидам; рассмотрение влияния социальной среды на индивидуальное сознание и поведение, а также обоснование социальной природы морали религии и самого процесса познания. Но не следует упускать из виду и крайности его «социологизма», который приводил к тому, что фактически сама социальная реальность оказывалась существующей как внешнеиндивидуальная и надиндивидуальная реальность. На это указывали многие современники Дюркгейма. Так, известный в свое время соотечественник Дюркгейма Фуллье в своей работе «Позитивистское движение и социологическое воззрение на мир» прямо отмечает, что у него социальные факты являются как бы вещами, существующими независимо от человеческой воли, имеющими какое-то особое бытие и извне навязывающимися обществу.

В то же время Гиддингс в своей работе «Принципы социологии» резюмирует это положение в том смысле, что сущность социального процесса заключается «в подчинении каждого индивидуального духа способам действия, мысли, чувства, которые приходят к нему извне». Причем Гиддингс считал, что Тард и Дюркгейм, несмотря на свое разногласие, более чем кто-либо приблизились к пониманию сущности социального феномена, взглянув на него только с разных сторон, один - со стороны действия многих на одного, другой - со стороны подражания многих одному.

Что касается его утверждения о принудительной силе (воздействии) по отношению к индивидам, то Дюркгейм приводит множество примеров, причем очень разных, которые демонстрируют применение термина «принуждение».

Так, по Дюркгейму, принуждение имеет место, когда на собрании или в толпе всем внушается какое-либо чувство или коллективная реакция (например, смех). Такой феномен оказывается типично социальным, поскольку его опорой и субъектом выступает группа, а не отдельный индивид. Точно так же и мода - это социальный феномен: каждый одевается определенным образом в данное время, потому что так одеваются остальные. В качестве примера Дюркгейм берет также общественное мнение, которое побуждает к большей или меньшей рождаемости, к браку, самоубийству и т. д. Это общественное мнение он определяет как состояние коллективной души. Наконец, нельзя не назвать институт воспитания, право, верования, которые также отличаются тем, что они всем навязываются и заданы извне. Таким образом, феномен толпы, различного рода потоки мнений, мораль, воспитание, право, верования - все эти факты Дюркгейм объединяет на основании свойственного им одинакового главного признака. Они всеобщи, потому что это коллективные факты; они оказывают различное влияние на каждого в отдельности. Говоря словами Дюркгейма: «Социальным фактом является любой, устоявшийся или нет, способ сделать индивида восприимчивым к внешнему принуждению и, кроме того, способ, общий для данного социального пространства, существующий независимо от своих индивидуальных проявлений». Эти два положения, которые являются основой его методологии, и послужили, как уже отмечалось, предметом бесконечных споров и обвинений в адрес Дюркгейма.

Крайности «социологизма» объясняются подчас его излишней полемичностью с индивидуалистическими теориями, а также известным в истории науки фактом, что новые концепции или стили мышления (парадигмы) при своем возникновении часто претендуют на абсолютность и универсализм. Кроме того, нельзя не учитывать и эволюцию воззрений Дюркгейма, которые под влиянием критики и методологических трудностей значительно снизили максимализм его «социологизма».

Если в начальный период своей научной деятельности он постоянно подчеркивал внешний и принудительный характер социальных фактов и при объяснении социальных явлений часто обращался к демографическим и социально-экономическим факторам (объем и плотность населения, структура и степень сложности социальных групп и т. д.), к «социальной среде» и «социальным условиям», то впоследствии он все чаще обращается к понятиям «чувство долга», «моральный» авторитет общества и другим психологическим, а подчас и символическим посредникам между обществом и индивидом.

Данная смена понятийных приоритетов выражает известное осознание Дюркгеймом того, что социальные факты влияют на индивидуальное поведение не непосредственно, а через определенные механизмы их интериоризации, что внешняя детерминация осуществляется не напрямую, а через ценностные ориентации индивидов, а также, что действенность социальных регуляторов определяется не только их принудительностью, но и желательностью для индивидов.

Чувствуя уязвимость своей методологической позиции, связанной с утверждением, что «социальные факты - это вещи», он был вынужден неоднократно не только объяснять исходный принцип, но и в определенной степени «смягчать» его. Так, в работе «Ценностные и „реальные’’ суждения» Дюркгейм писал: «Позитивную социологию иногда упрекали в чем-то вроде эмпирического фетишизма в отношении факта и в упорном безразличии к идеалу. Мы видим, насколько необоснован этот упрек. Основные социальные явления: религия, мораль, право, экономика, эстетика - суть не что иное, как система ценностей, следовательно, это идеалы. Социология, таким образом, изначально расположена в области идеала; она не приходит к нему постепенно, в результате своих исследований, а исходит из него. Идеал - это ее собственная сфера. Но она рассматривает идеал лишь для того, чтобы создать науку о нем (именно благодаря этому можно назвать ее позитивной...). Она не стремится его конструировать; как раз наоборот, она берет его как данность, как объект изучения и пытается его анализировать и объяснить. В способности к идеалу она видит естественную способность, причины и условия которой она ищет с целью по возможности помочь людям отрегулировать ее функционирование. В конечном счете, задача социологии должна состоять в том, чтобы вернуть идеал во всех его формах в природу, но оставив ему при этом все его отличительные признаки. И если подобная попытка не кажется ему безнадежной, то это потому, что общество соответствует всем условиям, необходимым для объяснения указанных противоположных признаков. Оно (общество. - И. Г.) также происходит от природы, одновременно доминируя над ней. Причина в том, что все силы вселенной не просто завершаются в обществе, но, более того, они синтезированы в нем таким образом, что порождают результат, который по богатству, сложности и мощи воздействия превосходит все, что послужило его образованию».

В этой приведенной, столь длинной выдержке содержится в известном плане философский манифест его теории познания.

Дюркгейм, стремясь построить социологию как специальную научную дисциплину, имеющую свой особый предмет, поддающийся эмпирическому исследованию, настаивал на общезначимости ее результатов для всех социогуманитарных наук, поскольку они также в той или иной степени сталкиваются с коллективными аспектами человеческой деятельности, и он решительно отделял «коллективно-всеобщее» от единичного, индивидуально-психологического.

Понятно, что имевшая место абсолютизация «коллективно-всеобщего» как предмета исследования и гаранта истинности социологического знания, противопоставление индивидуальному действию (сознанию) дает основание говорить об отрыве социологии Дюркгейма от реального эмпирического субъекта. Это стало одной из причин сближения и переориентации социологии на модель с номиналистическим принципом, согласно которому истинно реально лишь индивидуальное. Данная теоретико-методологическая установка нашла свое эпохальное воплощение в социологии М. Вебера.

Идея социальной солидарности

Центральной социологической идеей, которая практически про ходит через все творчество Дюркгейма, является идея общественной солидарности. Ее решение связано, прежде всего, с ответом на вопрос: «Каковы те связи, которые объединяют людей друг с другом?» Данная проблема рассматривается Дюркгеймом в работе «О разделении общественного труда» (1893 г.).

Эта тема, начиная с О. Конта, была постоянно в центре внимания социологии. Дюркгейм опирался на традицию социологов-органицистов, которые считали разделение труда «общебиологическим фактом». Да, разделение труда - закон природы, и с этим соглашался и Э. Дюркгейм, но он рассматривает этот процесс не вообще, а с точки зрения соотношения личности и общества. Он задается вопросом: отвечает ли разделение труда интересам личности, морально ли оно? А главное, как влияет разделение труда на социальную солидарность людей в обществе?

В объяснении этой проблемы Дюркгейм отталкивается от типичной для социологии XIX века идеи двух типов общества: традиционное и современное. Отсюда он выделяет два типа социальной солидарности. Во-первых, механическую солидарность, которая была типична для традиционного, архаического общества и основывалась на неразвитости и сходстве составляющих общество людей. Индивид в таком обществе не принадлежит сам себе, а коллективное сознание почти целиком покрывает индивидуальные особенности, то есть отсутствует собственное «Я» - «Я это только МЫ». Как известно, социальное принуждение выражалось здесь в строгих репрессивных законах, карающих за малейшее отклонение от норм коллективного поведения.

Во-вторых, органическую солидарность, которая порождается разделением общественного труда и которая основана не на сходстве, а на различии индивидов. И если механическая солидарность предполагает поглощение индивида коллективом, то органическая солидарность, напротив, предполагает развитие личности. Именно благодаря разделению труда индивид осознает свою зависимость от общества, которая раньше поддерживалась репрессивными мерами. Как подчеркивал Э. Дюркгейм, «так как разделение труда становится важным источником социальной солидарности, то оно (разделение труда) вместе с этим становится основанием морального порядка». Поэтому переход от механической солидарности к органической он считает не только историческим законом, но и главным показателем прогресса.

Для наглядного понимания можно воспользоваться общей схемой дюркгеймовского описания механической и органической солидарности в соответствии с определенными типами обществ.

Механическая

солидарность

Органическая

Солидарность

1) Морфологическая (структурная) основа

Основана на сходствах (преобладает в менее развитых обществах);

Сегментарный тип (вначале на клановой, затем на территориальной основе);

Слабая взаимосвязь (относительно слабые социальные связи);

Относительно малый объем населения;

Относительно низкая материальная и моральная  плотность

Основана на разделении (преобладает в более развитых обществах);

Организованный тип (слияние рынков и рост городов);

Большая взаимозависимость (относительно силные социальные связи);

Относительно большой объем населения;

Относительно высокая материальная и моральная плотность

2) Типы норм (воплощенные в праве)

Правила с репрессивными санкциями;

Преобладание уголовного права

Правила с реститутивными санкциями;

Преобладание кооперативного права (гражданского, коммерческого, процессуального, административного и конституционного)

За) Формальные признаки коллективного сознания

Большой объем;

Высокая интенсивность;

Высокая определенность;

Власть группы абсолютна

Малый объем;

Низкая интенсивность;

Низкая определенность;

Большой простор для индивидуально инициативы и рефлексии

36) Содержание коллективного сознания

Высокая степень религиозности;

Трансцендентность (превосходство над интересами человека и беспрекословность);

Приписывание высшей ценности обществу и интересам общества как целого;

Конкретность и детальный характер

Возрастающая светскость;

Ориентированность на человека (связь с интересами человека и открытость для обсуждения);

Приписывание высшей ценности достоинству индивида, равенству возможностей, трудовой этике и социальной справедливости;

Абстрактность и общий характер

Рассматривая солидарность как высший моральный принцип, высшую универсальную ценность, Дюркгейм признавал моральным и разделение труда. Однако нельзя не заметить, что общество, в котором доминирует органическая солидарность, создает условия для расцвета индивидуализма. Сама мораль и коллективная потребность предполагают здесь проявить себя. Вместе с тем, в обществе, где уважается личность, для поддержания мирного сосуществования дифференцированных индивидов необходимы общие ценности. В обществе, высшим законом которого является индивидуализм, важно придать коллективному сознанию достаточный авторитет и достаточно широкое содержание.

Тем не менее, любое современное общество, в котором господствует органическая солидарность, чревато опасностью разъединения и аномалии. Дюркгейм, естественно, видит наличие социальных проблем и конфликтов. Вместе с тем, он считал их просто отклонением от нормы, вызванным недостаточной отрегулированностью отношений между главными классами общества. В этом плане Дюркгейм развивал идею создания профессиональных корпораций в качестве новых органов общественной солидарности. Они должны, по его замыслу, выполнять широкий круг общественных функций - от производственных до морально-культурных, вырабатывать и внедрять в жизнь новые формы, которые будут регулировать отношения между людьми и способствовать развитию личности.

Решающую роль в деле социальной интеграции Дюркгейм отводил идеалам и верованиям («коллективным представлениям»), видя в них главные компоненты морали и религии. Этим проблемам, носящим в значительной степени социально-философский характер, была посвящена его последняя крупная работа «Элементарные формы религиозной жизни. Тотемическая система в Австралии» (1912 г.). В этой работе им был высказан ряд интересных идей о структуре и социальных функциях религии. Немаловажным аспектом данной работы являлась попытка Дюркгейма выявить социальную природу познавательного процесса. Этим он сыграл важную роль в становлении социологии познания.

Последовательно проводя мысль о «коллективном сознании» как источнике и регуляторе общественной жизни и общественного развития, Дюркгейм распространяет ее и на происхождение философских категорий. По его мнению, логические категории - суть «коллективные представления», они передают состояние коллектива, и в этом заложена их всеобщность и устойчивость. Он отмечал, что коллективные представления – «продукт громадной кооперации во времени и пространстве. Чтобы создать коллективные представления, множество различных умов соединили, синтезировали, сочетали свои идеи и чувства, многие поколения накапливали в них свои знания и опыт». В коллективных представлениях, по Дюркгейму, сконцентрирована своеобразная умственная жизнь, бесконечно более богатая и сложная, чем умственная жизнь индивида.

С точки зрения коллективных представлений рассматривает он происхождение и функционирование религии, религиозных верований. Дюркгейм пишет, что религия вещь, по существу, социальная. Религиозные представления - это коллективные представления, которые выражают коллективные реальности, а обряды - это способы поведения, которые возникали только в лоне собравшихся вместе групп и которые призваны выяснить, поддерживать или обновлять определенное умственное состояние этих групп.

Оценивая религию с точки зрения ее социальных функций, Дюркгейм возражает против сведения религии к логико-понятийному элементу или просто к совокупности идей. Как он подчеркивает, «истинная функция религии не в том, чтобы заставлять нас думать, обогащать наше познание, а в том, чтобы побуждать нас к действию, помогать нам жить... Первый догмат всякой веры - это убеждение в спасении с помощью веры». Религия, по Дюркгейму, это солидарная система верований и обрядов, которые объединяют всех тех, кто их придерживается, в единое моральное общество, называемое церковью. Развивая мысль о социальной природе и функциях религии, он исключает вопрос об истинности содержания религиозных верований, совершенно справедливо считая, что с религией нельзя разделаться, показав ошибочность ее логических оснований или несоответствие очевидным фактам. Дюркгейм исходит из того, что какими бы нелепыми ни казались те или иные верования или религиозные представления, они имеют глубокие социальные корни, и их в первую очередь должен изучать социолог.

Как уже отмечалось, главной силой общественной жизни Дюркгейм считает коллективные представления, обеспечивающие солидарность социальной группы. И здесь Дюркгейм делает интересный поворот, связанный с пониманием различного рода социальных ценностей и идеалов. Он считает, что любое отношение к социальным ценностям и идеалам, без которых не может развиваться общество, - суть религиозные отношения, поскольку это вопрос веры.

Борясь против клерикализма, особенно в сфере образования, Дюркгейм одновременно считал, что между наукой и религией не существует непримиримого противоречия. Наука, по его мнению, отбирает у религии лишь функцию объяснения мира, но не может взять себе функцию веры, ибо «вера - это прежде всего порыв к действию». А наука, как бы она далеко ни зашла в своем познании, всегда остается на расстоянии от действия. Более того, она всегда продвигается вперед очень медленно и никогда не бывает завершена, а жизнь не может ждать. Поэтому, по Дюркгейму, теории, особенно касающиеся проблем социальной жизни, призванные помогать жизни, побуждать действовать, вынуждены обгонять науку и преждевременно дополнять ее. Естественно, в этих теориях сохраняется роль веры, а следовательно, и религии.

К синтезу теории и эмпирии в социологическом исследовании

Уже подчеркивалось, что центральной идеей, вокруг которой концентрируется социологическая проблематика, является идея социальной солидарности. Проблема социальной солидарности стоит в центре такой крупной работы Э. Дюркгейма, как «Самоубийство», которая органически сочетает теорию с конкретно-социологической постановкой. Почему именно проблему самоубийства выбрал Дюркгейм в качестве исследования?

Во-первых, и теоретически и практически данная проблема работала на его идею социальной солидарности, вернее, на таком социальном феномене, как самоубийство, проверялся уровень сплоченности и солидарности общества.

Во-вторых, само явление можно более или менее определить и количественно выразить.

В-третьих, существовала солидная официальная статистика, которая позволяла оперировать объективными данными.

На последнем моменте стоит остановиться подробнее и вскрыть историческую подоплеку, связанную с введением статистических методов в социологию. Они сегодня, как известно, составляют научную базу проведения социологических исследований и обработки полученных данных. Поскольку речь идет об исторической проблематике, то нельзя не сказать несколько слов о предшественнике Дюркгейма Адольфе Кетле (1796-1874) - франко-бельгийском ученом - естествоиспытателе и математике, который одновременно был одним из крупнейших статистиков XIX века, а также создателем математических методов обработки социально? информации. Его инициативе принадлежит создание Международной статистической ассоциации, одну из задач которой он видел в распространении унифицированных методик и показателей. Одновременно с О. Контом он создал свою социальную физику - науку об общественной жизни (после чего Конт ввел понятие «социология» вместо «социальной физики») и разработал концепцию специфического метода науки об обществе, а именно статистического метода. Свои идеи он изложил в работе «Социальная физика или опыт исследования о развитии человеческих способностей» (1835 г.).

В чем суть статистического метода и что он сулил, по Кетле, общественным наукам в плане понимания общественного развития? Во-первых, в качестве аксиомы выступало, что по изучению одного факта нельзя судить о ряде фактов, кажущихся однородными, необходим статистический анализ возможно большего количества Данных. Кетле пришел к идее создания новой науки об обществе, которая бы не ограничивалась лишь сбором и количественным описанием данных, а занялась бы установлением статистических закономерностей с помощью математического вероятностного анализа.

Так, из статистического факта устойчивых числовых корреляций между видами преступлений, полом, происхождением, возрастом, местом проживания и т. д. преступника Кетле делал вывод о том, что определенное число и определенные виды преступлений сопровождают общество с необходимостью закона природы. Стало афоризмом утверждение Кетле, прозвучавшее в его докладе в 1831 г., о том, что «общество подготавливает преступления, а преступник есть только орудие». Описание общества в целом достигается, по мнению Кетле, с помощью характеристик «среднего человека», а не конкретной личности. Единица «среднего человека» означала среднестатистический показатель основных физических и моральных качеств данной нации. Методика Кетле и богатство собранного им статистического материала очень высоко оценивались в научном мире. Работа Кетле способствовала укреплению детерминистского взгляда в обществоведении и значительно стимулировала развитие статистических и конкретно социологических методов исследования. Таким образом, работа Дюркгейма «Самоубийство» имела уже определенную теоретико-мето-дологическую и эмпирическую подготовку.

Анализируя понятие самоубийства, Дюркгейм дает следующее определение: «Самоубийством называется каждый смертный случай, который непосредственно или опосредованно является результатом положительного или отрицательного поступка, совершенного самим пострадавшим, если этот последний знал об ожидавших его результатах». На основании статистических данных он делает вывод, что кривая самоубийств не является случайностью, а подчинена известной закономерности. Он писал: «Состав индивидов, образующих известное общество, из года в год меняется, а число самоубийств, тем не менее, остается то же до тех пор, пока не изменится само общество». Дюркгейм достаточно убедительно показал односторонность и несостоятельность психологических, биологических, географических объяснений факта самоубийства и рассматривал его в связи с изменениями в структуре общества и социальными условиями, в частности: а) семейными, б) религиозными, в) национальными и т. д.

Свою типологию самоубийств Дюркгейм выводил не из индивидуальных мотивов, поскольку считал, что они настолько многообразны и зачастую неизвестны, что не имеют социологического значения. Поэтому он исходил из специфических состояний общественного сознания, объясняющих характер взаимоотношений индивида и социальной группы.

Он выделял три типа самоубийств:

1)               эгоистическое,

2)               альтруистическое,

3)               аномическое.

В чем характерные черты каждого из типов самоубийства и каким социальным процессам и состояниям общества они сопутствуют?

Первый тип самоубийств, по Дюркгейму, коренится в разрыве социальных связей между индивидом и группой. Как считает Дюркгейм, когда люди объединены и связаны любовью с той группой, к которой они принадлежат, то они легко жертвуют своими интересами ради общей цели и с большим упорством борются за свое существование. Кроме того, сознание цели, стоящей перед ними, заставляет их забыть о личных страданиях. В коллективе, как отмечает он, можно наблюдать постоянный обмен идей и чувств между всеми и каждым, и поэтому индивид не предоставлен своим единичным силам, а является участником коллективной энергии и находит в ней поддержку в минуты слабости и упадка.

В этом плане, чем сильнее ослабевают внутренние связи с той группой, к которой принадлежит индивид, тем меньше он от нее зависит и тем больше он будет руководствоваться соображениями своего личного интереса. И как следствие Дюркгейм дает определение эгоистическому самоубийству: «Если условиться, - пишет Дюркгейм, - называть эгоизмом такое состояние индивида, когда индивидуальное „Я" резко противополагает себя социальному „Я" и в ущерб этому последнему, то мы можем назвать эгоистичным тот частный вид самоубийства, который вызывается чрезмерной индивидуализацией». Продолжая свою мысль, он подчеркивает, что крайний индивидуализм не только благоприятствует деятельности причин, вызывающих самоубийства, но может сам считаться одной из причин такого рода. Он (индивидуализм) не только устраняет препятствия, сдерживающие стремление людей убивать себя, но сам возбуждает это стремление и дает место специальному виду самоубийств, которые носят на себе его отпечаток. Этим, по Дюркгейму, и «оправдывается название „эгоистическое самоубийство", которое мы ему дали».^

Подчеркивая роль общества в стабилизации жизни людей, он прямо пишет, что отдельные индивиды настолько связаны с жизнью целого общества, что последнее не может стать больным, не заразив их. Страдания общества, по Дюркгейму, неизбежно передаются и его членам. Более того, общество, подчеркивается им, есть цель, которой мы отдали лучшие силы нашего существования, и поэтому, отрываясь от него, мы утрачиваем смысл нашей деятельности. Таким образом, все разочарования индивида выражают собой состояние разложения, в котором находится общество.

Подводя итог своим рассуждениям относительно самоубийств данного типа, Дюркгейм считает, что эгоизм является не вспомогательным фактором, а производящей причиной. Если разрываются узы, соединяющие человека с жизнью, то это происходит потому, что ослабла его связь с обществом. Что же касается фактов частной жизни, кажущихся непосредственной и решающей причиной самоубийства, то они, по Дюркгейму, могут быть признаны только случайными. Ибо, по его мнению, если человек так легко склоняется под ударами жизненных обстоятельств, то это происходит потому, что состояние того общества, к которому он принадлежит, сделало из него добычу, уже готовую для самоубийства. Такова логика его мышления по данной проблеме.

Альтруистическое самоубийство выступает у Дюркгейма своеобразной обратной стороной эгоистического. Как он подчеркивает в этой связи, если крайний индивидуализм приводит человека к самоубийству, то недостаточно развитая индивидуальность должна приводить к тем же результатам. Или, говоря другими словами, когда человек отделился от общества, то в нем легко зарождается мысль покончить с собой; то же самое происходит с ним и в том случае, когда общественность вполне и без остатка поглощает его индивидуальность.

Как поясняет Дюркгейм, во всех этих случаях человек лишает себя жизни не потому, что он сам хотел этого, а в силу того, что он должен был сделать так. Если он уклоняется от исполнения долга, то его ожидает бесчестье и чаще всего религиозная кара. Понятно, что если общество может принуждать к самоубийству, то это обстоятельство означает, что индивидуальная личность в данной среде ценится очень низко. Ясно и другое, что для того, чтобы индивид занимал такое незначительное место на фоне коллективной жизни, необходимо почти полное поглощение его личности той группой, к которой он принадлежит. Причем эта последняя, по Дюркгейму, должна являться очень крепко сплоченной, то есть в целом здесь самоубийство имеет своей причиной недостаточное развитие индивидуализма.

Как пишет Дюркгейм: «Если мы называем „эгоизмом" то состояние, когда человеческое „Я" живет только личной жизнью и следует только своей личной воле, то слово „альтруизм" также точно выражает обратное состояние, когда „Я" не принадлежит самому человеку... и когда центр его деятельности находится вне его существа, а внутри той группы, к которой данный индивид относится. Поэтому-то самоубийство, которое вызывается чрезмерным альтруизмом, мы и называем альтруистическим».

Правда, Дюркгейм делает пояснение. Поскольку для данного типа самоубийства характерным является то обстоятельство, что оно совершается во имя долга, то мы должны отразить это и терминологически и назовем его обязательным альтруистическим типом самоубийства. Это важно, ибо, как замечает автор, не каждое альтруистическое самоубийство является обязательным. Существует целый ряд самоубийств, где рука общества не чувствуется в такой степени, и поэтому самоубийство не носит такого обязательного характера (носит факультативный характер). В целом же, как считает Дюркгейм, в той среде, где властвует альтруистическое самоубийство, человек всегда готов пожертвовать своею жизнью, но зато он так же мало дорожит и жизнью других людей.

Наконец, самоубийства вызываются аномией, социальной дезорганизацией, в итоге которой люди теряют привычный образ жизни и не могут приспособиться (адаптироваться) к новым социальным условиям. Это особенно относится к периодам кризисов и социальных потрясений, когда рушится сложившаяся иерархия ценностей: одни люди внезапно возвышаются, а другие теряют свое социальное положение, что порождает неустойчивость общества в целом и рост числа самоубийств.

Как отмечал Дюркгейм, в момент общественной дезорганизации - будет ли она происходить в силу болезненного кризиса или, наоборот, в период благоприятных, но слишком внезапных социальных преобразований - общество оказывается временно неспособным проявлять нужное воздействие на человека, и в этом мы находим объяснение тех резких повышений кривой самоубийств. Причем аномия, по Дюркгейму, является в наших современных обществах регулярным и специфическим фактором самоубийств, отличным от всех других типов самоубийств. В чем их отличие по Дюркгейму? Эгоистическое самоубийство проистекает от того, что люди не видят смысла в жизни, альтруистическое - вызывается тем, что индивид видит смысл жизни вне ее самой, третий (аномический) вид определяется беспорядочной, неурегулированной человеческой деятельностью и сопутствующими ей страданиями. Вместе с тем нельзя не заметить, что между аномическим и эгоистическим видом самоубийства существует некоторое родство. И тот и другой в своем корне определяются отчужденностью, недостаточной близостью общества к индивиду, но «сфера бездействия», как подчеркивает Дюркгейм, в этих случаях совершенно различна. При эгоистическом виде самоубийства дефект находится в собственно коллективной деятельности, которая лишается смысла и значения. Наоборот, при аномичном самоубийстве решающую роль играют исключительно индивидуальные страсти, которые не встречают на своем пути никакого сдерживающего фактора. Поэтому можно сказать, что эти два типа самоубийства, несмотря на то, что они имеют целый ряд общих точек соприкосновения, остаются независимыми друг от друга. Причем эгоистическое и аномическое самоубийства, по Дюркгейму, большую часть своих жертв вербуют в разнородных слоях общества. Первое распространено по преимуществу среди интеллигенции, в сфере умственного труда, а второе наблюдается главным образом в мире торговли и промышленности.

Исследование Дюркгейма о самоубийстве имело большое научное и практическое значение. Эта проблема стала одной из важнейших в общей системе социологического познания общественной жизни. Последующие исследования подтвердили правильность многих выводов Дюркгейма. Например, что процент самоубийства у мужчин выше, чем у женщин, а в городах выше, чем в сельской местности; что среди протестантов самоубийств больше, чем среди католиков; что процент самоубийств выше среди одиноких, вдовых и разведенных людей, чем среди женатых, а у женатых он выше среди бездетных и т.п.

Касаясь данной стороны проблемы, поставленной Дюркгеймом, стоит сослаться на высказывание Р. Арона, который отмечал, что учение Дюркгейма порой воскрешает в памяти вторую половину научного пути Конта, когда он в «Системе позитивной политики» старался создать религию человечества. По Р. Арону, данная интерпретация верна лишь отчасти, ибо у Дюркгейма социальная форма, влияние которой он считал необходимым усилить, не только позволяет  индивиду свободно проявлять себя, но и обязывает каждого использовать свой здравый смысл и утвердить свою автономию.

Работы и идеи Дюркгейма оказали громадное влияние на мировую, особенно французскую, социологию. Социологи, сгруппировавшиеся вокруг основанного им в 1898 г. журнала «Анналы социологии», развивали высказанные Дюркгеймом положения и после смерти своего учителя.

Так, Ж. Дави продолжил работы Дюркгейма, касающиеся происхождения права, а М. Мосс (1872-1950) тенденцию на сближение социологии с этнографией и опубликовал ряд теоретических работ о соотношении социологии и антропологии, а также провел исследование об эскимосском обществе, близкое по духу к дюркгеймовскому анализу австралийского тотемизма. Л.Леви-Брюль (1857-1939), исходя из дюркгеймовского понятия «коллективных представлений», создал свою теорию «первобытного мышления». М. Хальбвакс (1877-1945) конкретизировал дюркгеймовскую теорию самоубийств, а также применил его идеи к изучению жизненного уровня рабочего класса. В целом концепцию Э. Дюркгейма можно рассматривать как определенный финал развития методологии и теории классического позитивизма в социологии.

Литература:

 

И. А. Громов, А. Ю. Мацкевич, В. А. Семенов «Западная социология»

Санкт-Петербург 1997