Жизнь после смерти

Несемненно Вас заинтересовало, а то и несколько удивило странное название моего доклада. Действительно, а какое, скажите Вы, отношение к философии имеет песня группы Пинк Флойд? Неужто сейчас прийдется слушать очередного их прибацанного поклонника? Или может имеется в виду `перестроечный` фильм “На темной стороне Луны” по сценарию братьев Вайнеров? Не-а. Ошиблись Вы. Не про Вайнеров пойдет речь, и не про рок. А название доклада, хоть и взято из Флойдов, imho* как нельзя более точно отражает сущность темы, котороя уже неоднократно обмусоливалась всеми, кому только не лень, и, несмотря на популярность не потерявшая своего смысла и актуальности. Это тема – вечные загробные тайны. Темная сторона Луны – песня, и так же темна и неизведанна обратная сторона медали жизни – жизнь после смерти. О ней и пойдет речь.

*IMHO - In My Humble Opinion - по моему скромному мнению

Да, действительно, было бы величайшей ошибкой думать, что жизнь человека по его смерти заканчивается. А как это? – спросите Вы. Вот, лежит человек, не дышит, сердце не бьется. Умер. Был человек – и нет его. Не помню, чья это фраза. Да и действительно, кто может обнаружить жизнь или признаки жизни в холодном трупе? Нету жизни в нем. Умер. Перекинулся. Приказал долго жить. Дуба дал. Все эти `профессиональные` термины похоронных дел мастера Безенчука как нельзя точно отражают смысл происходящего. Небытие. Самое страшное, что меня пугало в детстве. Побывав однажды на кладбище в Старомихайловке, узнав, что люди умирают, я стал бояться. Бояться умереть. Я не мог понять, что будет со мной потом, после смерти. Где я буду? Гнить в земле? А как же это.. Как это все … неправильно… Меня не будет?! Но.. я не хочу умирать!! Я хочу жить вечно!

Сейчас это смешно вспоминать. Теперь я понимаю. Или делаю вид, что понимаю, на самом деле пытаясь понять и более правильно осмыслить жизнь. А она невероятно коротка. Не успели мы родиться – уже “Изя все” как говорил М.Жванецкий. По статистике средний возраст жизни людей 70 лет. И то не все доживают до этого возраста. Да и не все время мы отдаем самой жизни – 23 года проводим во сне, 10 лет – безрассудное и безмятежное детство, 10 лет – учеба. 70-(23+10+10)=27. 27 лет нам отдается на жизнь. Мало? Я так тоже считаю. Но, и те самые 27 лет жизни мы зачастую проводим впустую – так, словно смерти никогда не будет. Но она неизбежно приходит и попирает все, чему мы покланялись в этом мире – красоту, гений, богатство, власть.. Она все уравнивает. Человек рождается и умирает с пустыми руками.

Каждый год смерть уносит с лица Земли более 60 миллионов чеорвеческих жизней. Прошла одна минута, а уже около 100 человек оставили мир сей. Ежегодно кладется в Землю около 1.5 миллиона тонн человеческого мяса, костей, крови. И это все разлагается, как никому не нужные отбросы. Так неужели это и все, что остается от “царя природы”, homo sapiens, человека разумного, мыслящего существа? За всю жизнь человек получает колоссальные знания. И зачем? Чтобы стать потом удобрением? Пищей для червей? Да ведь это нелогично! - Скажите Вы. Не может быть такое! Человек – единственное из всех живых существ на Земле, познал и расщепил атом, получив в руки свои неограниченную и страшную энергию, не имея крыльев взлетел в небо, не имея плавников и жабр, быстрее любой рыбы передвигается в воде, наконец, создал суперкомпьютеры, позволившее связать воедино в киберпространстве миллионы подобных себе….

Так вот. Прервем сей дивлог, продолжая тему.
Кстати, как Вам он понравился? Да, конечно. Его придумали. Придумал его знаменитый выдумщик и сказочник (по совместительству доктор философии) Роджер Желязны. Так что не будем воспринимать его, как непреложную истину, скорее как FYI* ;-)

Жизнь и смерть. Величайшее благословление и проклятие во Вселенной. Красиво сказано, надо будет запомнить и при случае цитатой блеснуть. ;)
Но Вы можете мне возразить – ну насчет благословления это понятно. Рождаемся, живем – это хорошо, это просто прекрасно. А насчет проклятия? За смерть понятно, а вот с жизнью явный перебор. Неужели найдется кто-нить, не желающий вечно жить? Нету таких дураков!

Тут уже можно и поспорить. Хорошо живете, да? Это понятно. Хорошо жить можно с радостью. Или в радости. А как насчет того, чтобы жить калекой? Прокаженным? И жить не день, не два – а вечно… Страшно?

*FYI - For Your Information - К твоему сведению

Рука упала в пропасть
С дурацким звуком “Пли!”
И залп мне выдал пропуск
В ту сторону Земли..
В.Высоцкий

Почти любой человек однажды начинается задумываться. Что пора. Пора туда. Но куда? Что же там, на темной стороне Луны? Что же ждет нас? Величайшая радость или величайшое проклятье?

А что там? Ну, на этот вопрос существует два мнения. Одно – мое, а другое – неправильное. Шутка. Собственно говоря, мнений хватает. Даже больше, чем надобно. Каждый человек ищет или строит или выбирает теорию про тот свет, как можно более применимую для себя.

Ну, а Архимед то как сюда попал? И вообще, мы доклад о загробной жизни пришли слушать или байки всякие? – не знаю, скажет ли кто это мне во время доклада? Наверно скажет. Но смысл этого двусмысленного стихотворения вовсе не в том, что Архимеда римляне, сволочи, убили. А в том, что расчеты его были построены на песке. На почве, особенно зыбкой.
Сиречь, основание у них не того. И речь идет не о архимедовых чертежаах.
А о теориях, о зыбких и глупых до беспредельности. О принципах.

Ну, дабы придерживаться темы доклада, рассмотрим три основных группы теорий:

1) Теория материализма. То же, что и атеизм. Согласно ей, души нет. Стало быть нет и загробной жизни. Человек ведь умирает. И все. И больше ничего нет от него. Повспоминают его еще немного, а потом и забудут. Ну, правда не всех. Некоторых не забывают. Вот, к примеру почти в стиле О.Хайама:

В Мавзолее великий покоится шах.
Днем и ночью нукеры печатают шаг.
Шаг вперед, а потом на два шага отступят,
Так их шах научил, а его - сам Аллах!
;-)
Продолжая развивать материалистическую теорию, скажу, почему она была такой популярной среди господ материалистов. А потому, что ..

Вас учили ваши бестолковые и невежественные учителя, что впереди - ничего, пустота, гниение, что ни благодарности, ни возмездия за создеянное ждать не приходится. И вы принимали эти жалкие идеи, потому что они казались вам такими простыми, такими очевидными, а главным образом потому, что вы были совсем молоды, обладали прекрасным здоровьем тела и смерть была для вас далекой абстракцией. Сотворивши зло, вы всегда надеялись уйти от наказания, потому что наказать вас могли только такие же люди, как вы. А если вам случалось сотворить добро, то вы требовали, от таких же, как вы, немедленной награды.

Соответственно, так и полагается. Раз нет ни воздаяния за хорошие дела ни возмездия за плохие, значет можно все. И действительно, кто тебя накажет, кто образумит? Ведь наказать тебя могут такие же, как ты. Но им то тебя за что наказывать? Они же точно такие. Как и ты. Ворон – ворону глаз не выклюет. Поэтому, можно без труда убить человека, ведь “Мертвые не кусаются” (с) Билли Бонс. Можно пнуть калеку, обидеть слабого человека – он ведь никогда тебе не даст сдачи. Можно, все. Можно дойти уже до такого предела, что мы, поправ такой воистину дивный дар Божий, как материнство, удивили ужасом все и вся, отравив дар сей дивный ядом цинизма, злобы и равнодушия.
Противоречие, которое нас буквально потрясает, состоит в том, что люди, с одной стороны, активно выступают за права человека, а с другой стороны ратуют за аборты, попирая таким образом жизнь, самое самое элементарное право - право на жизнь невинного и беззащитного существа. Ужас, да и только. Мы пытаемя отменить смертную казнь, потому что жалко преступника. И в то же время узакониваем убийство ни в чем не повинного существа, нас абсолютно не волнует убиение ребенка, который еще не родился! Мы чуствуем омерзение к убийце, и несем цветы другой, которая уничтожает своего дитя в благообразной обстановке операционной.
Ладно. Закруглятся будем с материализмом – дерьма там навалом,всего не опишешь.

2) Теория “круговорота жизни” Преимущественно кришнаиты, буддисты и еще
множество сект около них. Согласно этой теории – в мире происходит круговорот. Т.е. душа человека после смерти вселяется, согласно его заслугам. Жил человек беспутно, будучи рабом (к примеру) значит родится он в более высшей инкарнации, господином, брахманом, etc. Ну и ладушки. Проследим вкратце логическую цепочку для этого вида.
Ну, естественно кришнаидской литературы дома я не держу. Хотя читал. Врага ведь нужно знать в лицо. И, дабы не напрягать свою память в 2 часа ночи ;-) обращусь к достаточно компетентному источнику:

- О переселении душ я уже слыхал,- отозвался Швейк.- Как-то, несколько лет тому назад, я решил, чтобы не отстать от других, заняться, простите за выражение, самообразованием и пошел в читальный зал Пражского промышленного общества. Но, поскольку вид у меня был непрезентабельный и на заднице просвечивало, заняться самообразованием я не смог, в читальный зал меня не пустили и вывели вон, заподозрив, что я пришел красть шубы. Тогда я надел праздничный костюм и пошел в
библиотеку Музея. Там мы с товарищем получили книжку о переселении душ. В этой книжке я вычитал, что один индийский император после смерти превратился в свинью, а когда эту свинью
закололи, он превратился в обезьяну, из обезьяны -- в барсука, из барсука -- в министра. На военной службе я убедился, что в этом есть доля правды. Ведь всякий, у кого на эполетах хоть одна звездочка, обзывает солдат либо морской свиньей, либо другим каким звериным именем. Поэтому можно предположить, что тысячу лет тому назад эти простые солдаты были знаменитыми полководцами. А в военное время такое переселение душ -- глупейшая вещь. Черт знает, каких только метаморфоз не произойдет с человеком, пока он станет, скажем, телефонистом, поваром или пехотинцем! И вдруг он убит гранатой, а его душа вселяется в какую-нибудь артиллерийскую лошадь. Но вот в
батарею, когда она занимает высоту, опять попадает снаряд и разносит на куски лошадь, в которую воплотилась душа покойника. Теперь эта душа мигом переселяется в обозную корову, из которой
готовят гуляш для всей воинской части, а из коровы -- ну, скажем, в телефониста, а из телефониста.
3) Христианская, православия точка зрения. “Бог создал два мира: один настоящий, другой – будущий, один чувственный, другой – духовный, один на опыте , другой в надеждах, один для нас – поприще, другой – место награды, одному быть в борьбе, труде и подвиге, другому – венцы, награды, воздаяния, один сделал морем, другой - пристанью” Св. Иоанн Златоуст

Прийдет такое время, когда будет Страшный Суд. Все люди от первого до последнего человека оживут, и вся эта священная могила восстанет и будет вечная весна, новая жизнь.

Как произойдет воскресение мертвых? Это тайна, которая полностью не может быть нам открыта, лишь немногое известно из пророческих книг. Но аналогию дать можно. Представьте, что батальон в походе заночевал на лесной поляне. Ночью выпал снег, и ри лунном свете эта поляна казалась кладбищем, а каждый спящий солдат – могильным бугорком. Но рано утром дали сигнал подъема, и каждый солдат – могильный бугорок зашевелился, проснулся и встал. Это только очень приблизительно может изобразить всеобщее воскресение мертвых в день Страшного Суда. Так наступит время, и все человечество оживет, люди воскреснут в одно мгновение, люди всех времен и поколений, воскреснут добрые и злые, а те, кто остался – изменятся. Если человек на земле жил с Богом, верил в Него, молился, то в нем сохранилась благодать Духа Святого, и в день Воскресения он оживет для жизни в Боге. “В Воскресение тела христиан прославятся и просветятся о мере благочестия души.” – говорит преподобный Макарий Великий. А тот человек, который был духовно мертв и неспособен любить бога и ближних, делает добро, и молиться и умер без покаяния, - он не воскреснет для вечной жизни, но оживет для вечного мучения, для геенского огня. Повестка на Страшный Суд дается человеку, как только он рождается, и вся земная жизнь – лишь подготовка к ответу, который в день Страшного Суда прийдется дать каждому из нас.

Кстати, любопытный факт. Когда Ньютона спросили, как Бог может воскесить тела человеческие, которые давно истлели, рассыпались в прах, перемешались с землей. Ньютон сделал такой опыт: насыпал в пробирку горсть металлической пыли, смешанную с землей. Затем перемешал. А потом взял магнит, отделил землю от металла и сказал: “Если нам, людям, легко сделать такой опыт, то Богу, Который из небытия в бытие привел весь мир, нет никаких затруднений воскресить мертвых людей”

И вот человек станет бессмертным, в то время у него откроются такие способности памяти, что он будет помнить все свои грехи, которые он совершал. Все откроется в последний день. Мало того! Человек будет знать, сколько людей на земном шаре от первого до последнего , будет знать как их зовут и кто, когда и какие грехи совершил! Все увидят свои дела, свои мысли, как в зеркале и прийдут в ужас. Люди скажут : “Горы! Покройте нас!” – но смерти уже не будет. Каждого человека обличит совесть и каждому человеку Бог воздаст по делам его. Что посеешь – то и пожнешь: посеешь пшеницу – пожнешь небесную радость, посеешь полынь – вечную горесть. Жил на земле с Богом – будешь жить с Ним и на небе, жил с сатаной – будешь с ним мучиться в аду.

"Ад и pай - в небесах", - утвеpждают ханжи.
Я, в себя заглянув, убедился во лжи:
Ад и pай - не кpуги во двоpце миpозданья,
Ад и pай - это две половины души.

Небо - кушак, что облек изнуренный мой стан,
Волны Джейхуна - родил наших слез океан,
Ад - это искорка наших пылающих вздохов.
Рай - это отдых, что нам на мгновение дан,

О.Хайам

Что ж есть рай и ад? И действительно ли все так просто, как писал пресловутый Омар Хайам? Мне лично кажется, что нет. В его философии человек сам себя как наказывает, так и награждает. Рай и ад – это две половины души. Может быть и так. Но если для красивых стихов это таки неплохая метафора, то для нашего вопроса она мало подходит. Ведь мы не ставим себе целью нарисовать психологический портрет Хайама, взявши за основу его произведения. (Кстати, неплохая идея, надо будет заняться ею в свободное время) Да, так все-таки, что же есть рай?

Рай, - говорит в своих поучительных словах Илья Митиняй, - есть благословенное отечество прародителей наших, это любезное присттанище надежды моей, это единственный желанный предмет любви моей, последнее воздаяние веры моей! И кого бы нам спросить, братие – кто бы нам поведал: что такое рай? Спросим об этом двоих богомудрых мужей, которые видели воочию его, это святые Апостолы: Иоанн Богослов и Павел. Иоанн говорит: и вознес меня в дух на великую и высокую гору,и показал мне великий город, святыый Иерусалим, который нисходет с неба от Бога (Апок. 21, 10)
Но сей город был только образом рая Божия, на который, если бы мы удостоились когда – нибудь взглянуть, то очи наши уверились бы в красоте его, а ум наш бы все -таки не постиг бы, что такое рай. Апостол Павел быыл восхищен до третьего неба, в самый рай Божий, он видел то, что никогда не видели очи людские, чего не слыхало ухо и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим его. (1 Кор. 2,9)
там он слышал слова, которые на человеческом языке нельзя и рассказать. Два человека видели рай, и онни не смогли его постигнуть и описать. Недаром один праведник сказал как-то: “о рай Божий! Мы можем тебя приобресть, но не можем тебя умом нашим постигнуть!”
Христос Спаситель наш называет рай жизнью безсмертною и вечною, и радостию безконечную. Возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас – говорит ОН (Иоан 16, 22) Подумайте сами – что есть здешнее счастие? Рай – лишь отдых, что нам на мгновение дан. Ну и дальше? Мгновение прошло, радость прошла. И на смену мгновения отдыха приходит долгая скорбь. Предположим тебя не мучает в данный момент проблема питания, пусть у тебя есть много денег, пусть тебя не заботит загрязнение окружающей среды, приближающаяся сессия ;-) но одно заставляет замирать твое сердце время от времени – это страх смерти, ужас небытия.
Положим, ты бы никогда и не умер, но тогда всякое счастие теряет свой смысл. Ты счастлив – но желал быть более счастливее, а следовательно счастие твое неполное, хоть и безсмертен ты, а все – же несчастлив..А как насчет того, чтобы иметь такое счастие, чтобы не бояться смерти, не бояться болезни не знать ни нищеты не зависти ни еще какой – либо актуальной заботы? Ась? А вот это и есть жизнь райская, жизнь полная радости нескончаемой, которая никогда не может убавиться, но всегда, во веки веков будет одна и таже, полная, совершенная. Человеческая дууше устроена так, что ничем не может насытиться, а только Богом. Горька и солена океанская вода, но, если бы одна капля росы райской упала в океан она бы усладила горечь его. Если бы упала в ад, то усладила бы всю его горечь, погасила бы пламень адский, угасила бы все слезы грешников, и ад бы стал раем. Вспомним, кстати, причту о богаче и Лазаре. Что же просил богач, оказавшись в адском огне, и увидев нищего лазаря в раю?

Отче Аврааме! Умилосердись надо мноюи пошли Лазаря, чтобы он омочил конец своего пальца в воде и прохладил язык мой, потому что мучусь я в этом пламени.

Что же скзал ему Авраам?.

Чадо! Вспомни, как на земле ты блаженствовал, а Лазарь страдал, ныне же здесь он утешается, а ты – страдаешь. Кроме того, между вами и нами утверждена великая пропасть, которую нельзя перейти ни вам ни нам.

Воистину, страшно становится о мысли, что я попаду не туда. Прям мороз по коже.
А что же предстоит испытать грешнику, находящемуся в аду? Потому, что говоря про ад и адский огонь человек почему то не испытывает такого трепета, когда речь заходит за рай. А что же там? Что есть геена?

Оставь надежду, всяк сюда входящий.
Данте Альегери


Благими намериниями вымощена дорога в ад. И страшный лозунг, висящий на вратах, ведущих в ад, по меньшей мере уничтожает все силы человека, все его стремления, все
надежды вырваться оттуда. Как живут праведники, мы имеем небольшое предстваление. А грешники?

Жизнь душ грешных до всеобщего суда, по учению православной Церкви, состоит: во – первых, в ясном и подробном осознании грехов, которыми оскорбляли в сей жизи Бога, и угрызений совести, которая там пробудится со всею своею силою. Во- вторых, в мучительном томлении и тоске оттого, что их привязанность к плотскому и земному уже не может находить удовлетворения, а к небесному и духовному желание и вкус у них не раскрыты и они уже не могут раскрыть его. В третьих, в удалении от Бога и святых Его, а вместо того, в сообществе с другими, подобно несчастными душами и особенно со злыми духами, и в других действительных муках ада, что будет, впрочес, только началом и предвкушением вечных мук.

Что же такое ад? Ад - это мрачная, подземная темница, безотрадное место плача, ужаснешая печь огня неугасимого, где мучаются души грешных людей. Здесь их правосудие Божие будет уязвлять тремя страшными стрелами своего гнева: - раскаянием без пользы, безмерною мукою без малейшей отрады, крайним желанием без надежды, желанием Бога, без надежды на Бога.
Стрела гнева Божия – живое воспоминание о протекшей в грехах жизни, воспоминание горькое, которое производит еще более горькое, но бесполезное раскаяние. Вторая стрела –сама мука геенская. Итак, собрание всевозможных и невыразимых мучений ожидает грешников аду. Все яды скорбей собраны в одну чашу, весь пламень огня соединен воедино, все муки вечные в одной минуте. Мучение вечное, без ослабы, без конца.Третья стрела Божия, уязвляющая сердце грешника, это желание буз надежды, желание Бога без надежды на Бога. Как бурные волны огромного океана устремляются на скалистый берег, как будто желая затопить весь мир, но потом, ударившись о скалы, разбиваются на тысячу брызг и с пеною возвращаются назад, так и сердце грешников буудет стремиться к Богу, но встретив Его неизменимое правосудие, твердое подобно граниту, будет разбиваться об него, чтобы причинить ему невыразимую скорбь и болезнь.

О, если б эта наша земная жизнь, как скоро она проходит, так же быстро и забывалась! Если бы мы, лишаясь наслаждений, лишались вместе с тем и памяти! Но нет! Что было, то уже нельзя переделать, и нераскаянные грешники никогда не забудут грехов своих. И вечно они будут мучать совесть его, вечно он будет раскаиваться, но без пользы, вечно он будет лить слезы, но не омоют ни грехов его, нет! Они еще более разожгут пламень мучения. В аду нет покаяния.

Бедная душа моя, грешная! Что ты такое сделала, что мучишься так страшно? В чем ты согрешила, что мучишься тут вечно? Я вкусил каплю меда – и мучусь. И что такое было плотское наслаждение, ради которого я отдал имение жизнь и душу и сердце непотребности? Что, как не капля меда? А пиры и ликования, игры и потехи? Что это, как не капля меда? А эта сатанинская радость, когда я видел ближнего в несчастии, когда я мстил ему, поносил его из зависти или в злобе – что это было, как не капля меда? И все богатства мои, которые я стяжал беззаконием – что это было? И слава и знатность и чести и покой? Что это было? Ради чего я потерял облик человеческий? Чем я стал?

А мальчишка все спускался, приплясывая по крутому спуску, отбивая немыслимую чечетку, и белая пыль взлетала у него из-под каблуков, и он что-то кричал во весь голос, очень звонко, и очень весело, и очень торжественно, - как песню или как заклинание, - и Рэдрик подумал, что впервые за все время существования карьера по этой дороге спускались так, словно на праздник. И сначала он не слушал, что там выкрикивает эта говорящая отмычка, а потом как будто что-то включилось в нем, и он услышал:
- Счастье для всех!.. Даром!.. Сколько угодно счастья!.. Все собирайтесь сюда!.. Хватит всем!.. Никто не уйдет обиженный!.. Даром!.. Счастье! Даром!..
А потом он вдруг замолчал, словно огромная рука с размаху загнала ему кляп в рот. И
Рэдрик увидел, как прозрачная пустота, притаившаяся в тени ковша экскаватора, схватила его, вздернула в воздух и медленно, с натугой скрутила, как хозяйки скручивают белье, выжимая воду. Рэдрик успел заметить, как один из пыльных башмаков сорвался с дергающейся ноги и взлетел высоко над карьером. Тогда он отвернулся и сел. Ни одной мысли не было у него в голове, и он как-то перестал чувствовать себя. Вокруг стояла тишина, и особенно тихо было за спиной, там, на дороге. Тогда он вспомнил о фляге без обычной радости, просто как о лекарстве, которое пришло время принять. Он отвинтил крышку и стал пить маленькими скупыми глотками, и впервые в жизни ему захотелось, чтобы во фляге было не спиртное, а просто холодная вода. Прошло некоторое время, и в голове стали появляться более или менее связные мысли. Ну вот и все, думал он нехотя. Дорога открыта. Уже сейчас можно было бы идти, но лучше, конечно, подождать еще немножко. "Мясорубки" бывают с фокусами. Все равно ведь подумать надо. Дело непривычное, думать, вот в чем беда. Что такое "думать"? Думать - это значит извернуться, сфинтить, сблефовать, обвести вокруг пальца, но ведь здесь все это не годится... Ну ладно. Мартышка, отец... Расплатиться за все, душу из гадов вынуть, пусть дряни пожрут, как я жрал... Не то, не то это, Рыжий... То есть то, конечно, но что все это значит? Чего мне надо-то? Это же ругань, а не мысли. Он похолодел от какого-то страшного предчувствия и, сразу перешагнув через множество разных рассуждений, которые еще предстояли, свирепо приказал себе: ты вот что, Рыжий, ты отсюда не уйдешь, пока не додумаешься до дела, сдохнешь здесь рядом с этим Шариком, сжаришься, сгниешь, но не уйдешь...
Господи, да где же слова-то, мысли мои где? Он с размаху ударил себя полураскрытым кулаком по лицу. Ведь за всю жизнь ни одной мысли у меня не было! Подожди, Кирилл ведь что-то говорил такое... Кирилл! Он лихорадочно копался в воспоминаниях, всплывали какие-то слова, знакомые и полузнакомые, но все это было не то, потому что не слова остались от Кирилла, остались какие-то смутные картины, очень добрые, но ведь. Подлость, подлость... И здесь они меня обвели, без языка оставили, гады... Шпана... Как был шпаной, так шпаной и состарился... Вот этого не должно быть! Ты, слышишь? Чтобы на будущее это раз и навсегда было запрещено! Человек рожден, чтобы мыслить (вот он, Кирилл, наконец-то!..). Только ведь я в это не верю. И раньше не верил, и сейчас не верю, и для чего человек рожден - не знаю. Родился, вот и рожден. Кормится кто во что горазд. Пусть мы все будем здоровы, а они пускай все подохнут. Кто это - мы? Кто они? Ничего же не понять. Мне хорошо - Барбриджу плохо, Барбриджу хорошо - Очкарику плохо, Хрипатому хорошо - всем плохо, и самому Хрипатому плохо, только он, дурак, воображает, будто сумеет как-нибудь вовремя извернуться... Господи, это ж каша, каша! Я всю жизнь с капитаном Квотербладом воюю, а он всю жизнь с Хрипатым воевал и от меня, обалдуя, только одного лишь хотел - чтобы я сталкерство бросил. Но как же мне было сталкерство бросить, когда семью кормить надо? Работать идти? А не хочу я на вас работать, тошнит меня от вашей работы, можете вы это понять? Я так полагаю: если среди вас человек работает, он всегда на кого-то из вас работает, раб он и больше ничего, а я всегда хотел сам, сам хотел быть, чтобы на всех поплевывать, на тоску вашу и скуку... Он допил остатки коньяка и изо всех сил ахнул пустую флягу о землю. Фляга подскочила, сверкнув на солнце, и укатилась куда-то, он сразу же забыл о ней. Теперь он сидел, закрыв глаза руками, и пытался уже не понять, не придумать, а хотя бы увидеть что-нибудь, как оно должно быть, но он опять видел только рыла, рыла, рыла... зелененькие... бутылки, кучи тряпья, которые когда-то были людьми, столбики цифр... Он знал, что все это надо уничтожить, и он хотел это уничтожить, но он догадывался, что если все это будет уничтожено, то не останется ничего, только ровная голая земля. От бессилия и отчаяния ему снова захотелось прислониться спиной и откинуть голову, он поднялся, машинально отряхнул штаны от пыли и начал спускаться в карьер.
Жарило солнце, перед глазами плавали красные пятна, дрожал воздух на дне карьера, и в этом дрожании казалось, будто Шар приплясывает на месте, как буй на волнах. Он прошел мимо ковша, суеверно поднимая ноги повыше и следя, чтобы не наступить на черные кляксы, а потом, увязая в рыхлости, потащился наискосок через весь карьер к пляшущему и подмигивающему Шару. Он был покрыт потом, задыхался от жары, и в то же время морозный озноб пробирал его, он трясся крупной дрожью, как с похмелья, а на зубах скрипела пресная меловая пыль. И он уже больше не пытался думать. Он только твердил про себя с отчаянием, как молитву: "Я животное, ты же видишь, я животное. У меня нет слов, меня не научили словам, я не умею думать, эти гады не дали мне научиться думать. Но если ты на самом деле такой... всемогущий, всесильный, всепонимающий... разберись! Загляни в мою душу, я знаю, там есть все, что тебе надо. Должно быть. Душу-то ведь я никогда и никому не продавал! Она моя, человеческая! Вытяни из меня сам, чего же я хочу, - ведь не может же быть, чтобы я хотел плохого!.. Будь оно все проклято, ведь я ничего не могу придумать, кроме этих его слов:
"СЧАСТЬЕ ДЛЯ ВСЕХ, ДАРОМ, И ПУСТЬ НИКТО НЕ УЙДЕТ ОБИЖЕННЫЙ!"

Он потянул пистолет из кобуры. Пистолет зацепился. Стало страшно. Он дернул сильнее, потом еще сильнее, потом изо всех сил. Он ясно увидел резкое движение того, что шел ему навстречу (рослый, ободранный, изможденный, до глаз заросший нечистой бородой)... Глупо, подумал он, нажимая спусковой крючок. Был выстрел, была вспышка встречного выстрела, был - кажется - крик Изи... И был удар в грудь, от которого разом погасло солнце...

- Ну, вот, Андрей, - произнес с некоторой торжественностью голос Наставника. - Первый круг вами пройден.
Лампа под зеленым стеклянным абажуром была включена, и на столе в
круге света лежала свежая "Ленинградская правда" с большой передовой под названием: "Любовь ленинградцев к товарищу Сталину безгранична". Гудел и бормотал приемник на этажерке за спиной. Мама на кухне побрякивала посудой и разговаривала с соседкой. Пахло жареной рыбой. Во дворе-колодце за окном вопили и галдели ребятишки, шла игра в прятки. Через раскрытую форточку тянуло влажным оттепельным воздухом. Еще минуту назад все это было совсем не таким, как сейчас, - гораздо более обыденным и привычным. Оно было без будущего. Вернее отдельно от будущего...
Андрей бесцельно разгладил газету и сказал:
- Первый? А почему - первый?
- Потому что их еще много впереди, - произнес голос Наставника.
Тогда Андрей, стараясь не смотреть в ту сторону, откуда доносился
голос, поднялся и прислонился плечом к шкафу у окна. Черный колодец двора, слабо освещенный желтыми прямоугольниками окон, был под ним и над ним, а где-то далеко наверху, в совсем уже потемневшем небе горела Вега. Совершенно невозможно было покинуть все это снова, и совершенно - еще более! - невозможно было остаться среди всего этого. Теперь. После всего.
- Изя! Изя! - пронзительно прокричал женский голос в колодце. - Изя,
иди уже ужинать!.. Дети, вы не видели Изю?
И детские голоса внизу закричали:
- Иська! Кацман! Иди, тебя матка зовет!..
Андрей, весь напрягшись, сунулся лицом к самому стеклу, всматриваясь
в темноту. Но он увидел только неразборчивые тени, шныряющие по мокрому черному дну колодца между громоздящимися поленницами дров.

На собственном горбу и на чужом
я вынянчил понятие простое:
бессмысленно идти на танк с ножом,
но если очень хочется, то стоит.

Список используемой литературы:

1. Вечные загробные тайны о. Антоний Калуга 1908 г.
2. Яко с нами Бог пр. Иоанникий Донецкая епархия 1992 г.
3. Закон Божий прот. Серафим Моск. Патриархия 1987 г.
4. Мистическое богословие св. Дионисий Ареопагит Москва 1993 г.