Позиция России в "Священном союзе"

План
Стр.
1. Введение ……………………………………………………………… 1
2. Глава I:
Франция: внутренняя структура и её положение на
международной арене ……………………………………………….. 3
3. Глава II:
Английский империализм и её внешняя
колониальная политика …………………………………………….. 11
4. Глава III:
Международная обстановка в начале 20 века.
Создание Англо-Французской Антанты …………………………… 15
5.Заключение …………………………………………………………... 19
6.Список литературы …………………………………………………. 20
Созданная на Венском конгрессе в 1815 г. система международных отношений, впервые связавшая все страны Европы договорами, просуществовала почти 40 лет- вплоть до Крымской войны 1853-1856 гг. Наименее изученным пока остаётся ход конгрессов Священного союза, призванных закрепить политическое и территориальное положение на континенте согласно венской системе договоров. Приступая к статье на эту тему, используя различные источники, проследить как генезис европейского союза и причины, обусловившие его заключение, так и развитие противоречий между странами-участницами, которые привели в конечном счёте к распаду союза. В первую очередь интересует дипломатическая история Союза, поэтому многие политические события не рассматриваются им особо, играя всего лишь роль исторического фона.
дейно-политической основой венской системы международных отношений стал союз великих держав Европы- вначале Четверной (тетрархии) в составе России, Австрии, Пруссии и Великобритании, как главных участников победы над Наполеоном, а впоследствии- с подключением к нему Франции- Пятерной (пентархия). Сердцевиной того и другого на договорной основе стал Священный союз первых трёх, в котором Россия играла значительную роль, ориентируясь на тесное сотрудничество с двумя главными германскими государствами- Австрийской империей и Прусским королевством. Если русские дореволюционные консервативные историки восхваляли царизм, выступая апологетами дворянско-самодержавного строя в России, то западные, наоборот, всемерно преуменьшают роль России и возвеличивают правительства европейских держав. Общим недостатком тех и других являются безмерный субъективизм в оценке правителей государств и очень слабое использование архивов.
Анализируя международные отношения России и её внешнюю политику в первой половине прошлого столетия, советские историки обычно выделяют два этапа: с начала века до окончания Венского конгресса в 1815 г. и после него, до середины 19 в., отмечая и два соответствующих этим периодам направления: западное, касавшееся Европы, и восточное, охватываемое понятием Восточный вопрос.
Венский конгресс 1814-1815 гг. Впервые в истории собрал на свои заседания 216 глав европейских государств.
Россия в начале 19 в. Начала выходить из временной международной изоляции. На заседаниях Негласного комитета во главе с императором и в министерстве иностранных дел, впервые учреждённом указом Александра I от 8 сентября 1802 г., в качестве «естественных союзников» России рассматривались Австрия, а вслед за ней Великобритания и Пруссия. Были восстановлены раннее прерванные дипломатические отношения с первыми двумя, а с Пруссией они ещё больше укрепились. Характерной и новой чертой внешней политики России на путях союза, в частности с сент-джемским кабинетом, стала «конституционная дипломатия». Она выражала приспособление царизма к буржуазно-демократическим нововведениям в Европе, конституциям, провозглашённым под влиянием французской революции. Так, в секретной инструкции Александра I Н.Н. Новосильцеву, направленному со специальной дипломатической миссией в Лондон для заключения англо-русского союза в 1804 г., говорилось, что Наполеон широко использует в завоевательных целях лозунги «свободы и благоденствия народов» и правительство России хотело бы договориться с английским кабинетом не восстанавливать в освобождённых странах прежний порядок вещей со всеми его злоупотреблениями. Та же мысль высказывалась в рескрипте императора послу России в Англии С.Р. Воронцову. Но эта линия встречала противодействие не только в российских консервативных кругах, но и со стороны венского двора.
После выступления союзных войск в Париж четырьмя державами «Россия, Австрия, Великобритания и Пруссия" был заключён, по предложению министра иностранных дел Великобритании Р. Каслри, Шомонский трактат от 17 февраля (1 марта) 1814 г. как договор оборонительного и наступательного союза для предотвращения новой наполеоновской агрессии. На его основе был подписан Парижский договор о четверном союзе (тетрархии) 8 (20) ноября 1815 г., а также протокол о созыве Венского конгресса в двухмесячный срок. Многие историки рассматривают его в ряду четырёх других важнейших международных форумов нового и новейшего времени: вместе с Парижским (1815), Берлинским (1875) конгрессами и Парижской мирной конференцией (1919). Они считают Венский конгресс «основоположником европейского концерта».
Главную роль на конгрессе, продолжавшемся с сентября 1814 г. по июнь 1815 г., играли Россия, Великобритания, Австрия и Пруссия. Их основной целью было создать гарантии против возможного повторения агрессии со стороны Франции; удовлетворить собственные территориальные притязания; по возможности свести к минимуму последствия Великой французской революции.
Австрию на конгрессе представляли император Франц I и министр иностранных дел К. Меттерних; Великобританию - министр иностранных дел лорд Р. Каслри и фельдмаршал А. Веллингтон; Пруссию - король Фридрих- Вильгельм III и канцлер К. Гарденберг; Францию- Ш.М. Талейран, искусный дипломат, слуга нескольких республиканских и монархических режимов.
Россию представлял Александр I. Важная роль в свите императора отводилась К.В. Нессельроде, статс-секретарю министерства иностранных дел. Особо отметим И.А. Каподистрию, врача по образованию, грека с Ионических островов, способного и трудолюбивого дипломата, монархиста, но человека либерально-демократических взглядов. Его деятельность как дипломата связана прежде всего с Восточным вопросом. Начало дипломатической карьеры Каподистрия положил, став в 1807 г. представителем России на Ионических островах, а затем российским посланником в Швейцарии, участником Венского и двух последующих международных конгрессов. Он был и автором ряда важных дипломатических документов России, в том числе Акта Священного союза.
Конгресс приступил к работе 1 ноября 1814 г. Главной была двуединая германо-польская проблема. Россия и Пруссия первоначально добивались полной ликвидации Саксонского королевства, учитывая, что король Фридрих-Август I был до конца войны союзником Наполеона и главой Варшавского герцогства - буферного государственного формирования, задуманного Наполеоном с целью противопоставить его России и усилить прусско-саксонские противоречия. Александр I требовал передачи Варшавского герцогства под его управление, Пруссия претендовала на присоединение всей Саксонии и части Варшавского герцогства, но против этого, как и против передачи герцогства России, решительно выступала Австрия. В Петербурге знали, что Пруссия стремилась полностью захватить герцогство, посадив на его престол вместо саксонского прусского принца. В ходе трудных дипломатических переговоров о союзе России с Пруссией во время войны с Наполеоном в 1813 г. это требование не раз выдвигалось прусской стороной. Но против этого категорически были как Австрия, так и польская шляхта во главе с А. Чарторыйским, находившимся в свите Александра I на конгрессе. Этот польский магнат и друг царя, как и ряд других видных политических деятелей Польши, ещё в 1805-1808 гг. и в 1814 г. призывал Александра I принять польскую корону.. Против этого выступали некоторые высокопоставленные лица из ближайшего окружения императора, сторонники абсолютной монархии в России из крупнопоместных дворян. А также умеренные видные общественные и культурные деятели России, сторонники монархии, в частности Н.М. Карамзин. Даже Нессельроде под их влиянием направил царю «сильную» записку против создания польского государства под эгидой царя, но император настоял на своём, объявив себя царём польским и пообещав наделить Польшу конституцией.
Позиция делегации России вызвала сопротивление трёх западных держав. В результате столкновения по саксонско - польской проблеме противоречия между союзниками обострились. Но 1 марта 1815 г. Наполеон покинул о. Эльбу и направился к Парижу. Только тогда участники конгресса прекратили споры и подтвердили четверной союз специально принятым Венским договором от 13 (25) марта 1815 г. Им надо было вновь воевать с «чудовищем Европы», и лишь незадолго до победы при Ватерлоо Венский конгресс завершил работу.
Вопреки воле народов. Не считаясь с их национальными интересами и правами, монархи перекроили карту Европы. Что нашло выражение в Заключительном акте конгресса от 25 мая (9 июня) 1815 г. и многочисленных приложениях к нему. На конгрессе была создана Германская конфедерация (иногда именуемая союзом) в составе 38 членов, согласно акту от 27 мая (8 июня) 1815 г. В Германии, как и в Италии, многие земли отошли к Австрии. Пруссия и Австрия получили польские земли; царь обязался предоставить Царству Польскому конституцию, была провозглашена крохотная Краковская республика под покровительством России, Австрии и Пруссии. Государственное объединение двух больших европейских государств - Германии и Италии - предано забвению. Произошёл, по существу, четвёртый раздел Польши. По инициативе английской стороны, Россия, Австрия, Великобритания и Пруссия стали покровителями договоров, охранявших установленную венскую систему международных отношений.
Конгресс принял специальное Положение относительно дипломатических агентов от 7 (19) марта 1815 года, согласно которому впервые были учреждены существующие и в наше время ранги дипломатических представителей 9посол, посланник, поверенный в делах) и порядок их назначения. Оно установило единообразие в рангах уполномоченных государств, что положило конец многочисленным конфликтам и спорам. Однако непомерные захваты чужих земель, искусственная перекройка целых государств на континенте породили новые спорные проблемы.
14 (26) сентября 1815 г. в Париже Александр I, Франц I и Фридрих-Вильгельм III в подтверждение итогов конгресса подписали акт о Священном союзе. Его автором и инициатором был российский император, а редактором в окончательном виде - Каподистрия. Теперь мы знаем как проект, составленный Александром I, так и окончательный текст Акта, подписанный монархами с учётом поправок австрийской стороны. Стали известны и все обстоятельства, связанные с заключением Союза. Из сопоставления их видно, что проект не претерпел существенных изменений. Основные положения Акта полностью сохранились: три монарха были намерены руководствоваться «заповедями сей святой веры, заповедями любви, правды и мира» (преамбула документа); они «пребудут соединены узами действительного и неразрывного братства». Далее говорилось, что, «почитая себя как бы иноземцами, они во всяком случае и во всяком месте станут подавать друг другу пособие, подкрепление и помощь». Абсолютные властители считали необходимым утвердить сам принцип самодержавия: в документе отмечалось, что они будут руководствоваться «заповедями бога, как самодержцы народа христианского». Эти формулировки Акта о союзе высших правителей трёх держав Европы были необычными даже для условий договоров того времени- на них сказались религиозные убеждения Александра I, его вера в святость договора монархов.
В рамках Священного союза российская дипломатия в 1815 г. придавала наибольшее значение политическим отношениям с двумя германскими государствами - Австрийской империей и Прусским королевством, рассчитывая при их поддержке решать и все другие международные проблемы, оставшиеся не урегулированными на конгрессе. Это не значит, что петербургский кабинет был полностью удовлетворён отношениями с Веной и Берлином. Весьма характерно, что в преамбуле двух проектов Акта сквозила одна и та же мысль о необходимости «совершенно переменить образ отношений между державами, которого они ранее придерживались», «подлежащим державам образ взаимных отношений подчинить высоким истинам, внушаемым вечным законом Бога Спасителя». Меттерних критиковал Акт о союзе трёх монархов, называя его «пустым и бессодержательным», что не мешало ему, однако, не раз прибегать к нему, когда Австрии было необходимо заполучить поддержку России в борьбе с революцией в Европе и, в частности, для укрепления позиции Габсбургов в германии и Италии. Австрийский канцлер непосредственно причастен к заключению Священного союза - был проект документа с его пометками, австрийский двор одобрил его.
Тот факт, что Союз объединял только три государства, подданные которых исповедовали христианскую религию, рассматривался султаном Османской империи как намерение России захватить Константинополь. Поэтому в циркулярной ноте российского министерства иностранных дел от 25 марта (7 апреля) 1816 г. опровергалось это суждение. Документ, говорилось в ноте, содержал «незыблемые основы европейского мира и общего благополучия». Неопределённость формулировок Акта позднее была уточнена ещё в одном Договоре о Четверном союзе, подписанном уполномоченными России в Париже 8 (20) ноября 1815 г., но это было уже после поражения Наполеона при Ватерлоо, когда готовилось заключение мирного договора с Францией. Вслед за тремя державами к Акту о Священном союзе присоединились все монархи Европы, исключая конституционную Великобританию.
Мы характеризуем «европейский концерт» как международный союз реакции. Но он был также приспособлением феодально-абсолютистских режимов к тем политическим изменениям в отдельных государствах, которые установились после Великой французской революции и наполеоновских войн.
Последующие три конгресса Священного союза, однако отразили, серьёзные противоречия между его участниками. Россия вместе с партнёрами стремилась к закреплению сложившегося после Венского конгресса политического и территориального статус-кво в Европе. К этому была направлена вся «дипломатия конгрессов» на основе принципов Священного союза.
Первый конгресс Священного союза, проходивший с 29 сентября по 22 ноября 1818 г. в небольшом городке на берегу Рейна Ахене, был в основном посвящён привлечению Франции к Союзу. Она была допущена де-факто в Союз, так что он превратился в пентархию. Одновременно союзники условились о прекращении трёхлетней оккупации страны войсками и о выплате Францией контрибуций за причинённый им ущерб в ходе войны.
Приём Франции в состав европейского союза, безусловно, способствовал стабилизации политического положения на континенте. Но тогда же четыре державы секретным протоколом подтвердили свои обязательства по Венскому договору от 8 (20) ноября 1815 г. с целью предупреждения «гибельных следствий нового революционного потрясения, которое будет угрожать Франции». Отдельным военным протоколом были определены условия и сроки сосредоточения войск четырёх союзников на случай совместных действий против Франции. Это свидетельствовало о том, что прежняя «тетрархия» испытывала явное недоверие к политическому режиму во Франции, опасаясь вновь революционного восстания против короля в этой стране.
В докладе царю Каподистрия указал на существующую разницу между позицией России, с одной стороны, и Австрии и Англии- с другой. Две последние, отмечал он, «желали бы, конечно, ограничить круг держав, имеющих право на исключительное руководство общей политикой и решение всех спорных вопросов». По мнению Каподистрии, причиной тесных отношений между сент-джемским и венским кабинетами была «зависть, даже опасения, внушаемые всемогуществом России и вмешательством её кабинета во все европейские дела». Перечисляя в качестве позитивных примеров проведения «конституционной дипломатии» российским правительством проявленный Александром I «либерализм» в Париже и на Венском конгрессе в реставрации Бурбонов, предоставление вечного нейтралитета Швейцарии, обещание конституции Польше, заключение Акта о Священном союзе, Каподистрия подчёркивал недовольство лондонского и венского дворов этими акциями России. Он писал, что их цель «изолировать по мере возможности Россию от Испании, Франции, Германии и всех второстепенных государств.
Каподистрия высказывался за то, чтобы в основу Ахенских решений была положена идея более широкого союза. По его мнению, Англия и Австрия хотели продолжительное время держать под опекой Францию, «проводить такую же политику в отношении Испании»; «сделать Нидерланды и Португалию зависимыми от Англии», а итальянские государства превратить в вассалов Австрии, вооружить германский союз, дабы удержать Россию от её мнимых завоевательных замыслов. В заключение Каподистрия высказался за превращение Священного во «всеобщий союз», а не просто за подтверждение Четверного союза, как предлагали венский и лондонский кабинеты.
Анализируя ход Ахенского конгресса с точки зрения перспектив Четверного союза, Каподистрия писал: «Нас безуспешно пытались склонить к принятию принципа, согласно которому Четверной союз включает обязательства и даже изъявили желание их усилить, но только на случай войны против революции». В таком духе и был составлен протокол, представленный уполномоченными России на конгрессе 21 октября (4 ноября) 1818 г., вошедший в записку четырёх держав- России, Австрии, Великобритании и Пруссии от ? (19) октября 1818 г.
Следующий конгресс Священного союза был самым продолжительным за всю историю европейского союза: начавшись в Силезии, в Троппау (ныне- Опаве), 23 октября 1820 г. он продолжался с небольшим перерывом в Лайбахе (ныне- Любляна) до конца апреля 1822г. Формально сохранялась пентархия с равными правами каждой страны, но Великобритания и Франция послали на конгресс только наблюдателей, что сразу показало оппозицию двух конституционных государств.
Уже на первом заседании в Троппау 23 октября Меттерних выступил с предложением о подавлении революции в Неаполе, зачитав записку венского кабинета. В этом королевстве как и во всей Италии, было сильное народное недовольство тем, что Венский конгресс воспрепятствовал объединению страны, разбив её на мелкие государства. Возникшее в начале 19 века тайное общество карбонариев боролось против чужеземного гнёта, за воссоединение страны. Движение за сохранение конституции, признанной королём и введенной при Наполеоне, опиралось на патриотически настроенных офицеров, поддержанных широкими народными массами. Но король предал свой народ, отказавшись от конституции, которую ранее признал. В этих условиях возможность интервенции вооружённых сил Австрии воспринималась неаполитанцами особенно болезненно. Меттерних предлагал, чтобы союзные кабинеты осудили неаполитанскую революцию как в высшей степени опасную по своим последствиям, учитывая деятельность карбонариев на территории всей Италии. В записке утверждалось, что «великие державы обладают неоспоримым правом вмешиваться во внутренние дела государства, когда в них возникает угроза «справедливым интересам» и «основам существования других государств»». В дополнительных документах, которыми он засыпал участников конгресса, Меттерних делал оговорку, что если Англия и Франция не примут участия в первой части конгресса, то могут позднее присоединиться к его решениям. Иначе говоря, он сделал ставку только на Священный союз трёх держав, зная, что конституционные государства- Англия и Франция- не поддержат его позицию. Однако Каподистрия и Нессельроде ещё перед тем информировали царя о позиции Австрии на основе двух конфиденциальных бесед с Меттернихом. В ходе переговоров с австрийским канцлером российские уполномоченные оспаривали его главный тезис о праве Австрии на вмешательство во внутренние дела итальянских государств. Они ссылались при этом на донесения о положении в Сардинском королевстве, где обстановка была относительно спокойной.
Франция, как и ожидалось, высказалась против посылки австрийской армии в Неаполь; Пруссия согласилась с Австрией. Позиция России была компромиссной, рассчитанной на привлечение к решению вопроса двух других членов союза. В ответе российского кабинета от 21 октября (2 ноября) 1820 г. на предложения Австрии и Пруссии, хотя и признавалась возможность коллективного вмешательства союзных держав во внутренние дела Неаполитанского королевства в связи с революциями в Испании и Королевстве Обеих Сицилий., всё же отмечалось, что союз должен вначале предпринять мирный демарш перед правительством в Неаполе и только в случае его отклонения послать австрийские войска в качестве «европейской армии». Предварительно, до вступления войск, командование должно выступить с декларацией, содержащей обещание «уважать целостность королевства и укреплять его политическую и национальную независимость». Интересно заключительное положение ответа России, продиктованное заботой о сохранении пентархии. В нём отмечалось, что если Англия и Франция не согласятся на посылку австрийских войск, то они могли бы стать гарантами обещаний союзников и определить предельный срок оккупации.
Первая часть конгресса завершилась в Троппау подписанием уполномоченными трёх держав Священного союза двух протоколов от 7 (19) ноября 1820 г. - предварительного и дополнительного. Первым из них санкционировался ввод австрийских оккупационных войск в Королевство Обеих Сицилий. Вторым неаполитанский король Фердинанд I приглашался в Лайбах для участия в совещании по урегулированию политического положения в стране, три монарха направляли ему соответствующее письмо. Из записки российских уполномоченных от 2 (14) ноября 1820 г. «Основы соглашения» видно, что решение об интервенции Австрии в Неаполе было поддержано делегацией России главным образом во имя укрепления Венской системы. Вместе с тем оно противоречило первоначальным требованиям венского двора. В протоколах на первое место поставлены мирные средства урегулирования внутриполитического положения в Неаполе. Меттерних в беседах с Александром I негодовал, говоря, что его идеи при редактировании изменялись Каподистрией до неузнаваемости.
Дополнительным протоколом приглашались правительства Франции и Англии для участия в дальнейших заседаниях, но они отказались поддержать решения трёх монархов в Троппау.
В министерства записке иностранных дел России, подводящей итоги заседаний в Троппау. От 19 ноября (1декабря) 1820 г. говорилось, что «тесный союз великих держав избавил Европу от военного деспотизма, порождённого французской революцией», однако она потрясла Испанию, Неаполь, Португалию. Составители записки отмечали, что во Франции после вывода оккупационных войск вновь назревает восстание против королевского режима, а в Германии, Португалии, Испании и Италии возникла опасность для правящих монархических режимов.
В действительности, учитывая, что короли Неаполя и Мадрида приняли конституции, вмешательство во внутренние дела итальянских государств и Испании было неправомерным. К тому же оно было предпринято только тремя монархами, вопреки позиции Англии и Франции. Об этом говорилось в записке от 21 октября (2 ноября) 1820 г., составленной в Троппау.
Характерно, что Александр I и его ближайшее окружение в лице Нессельроде и некоторых других стремились скрыть принятые ими решения даже от членов правительства, за исключением небольшого круга доверенных лиц. Депешей из Троппау от 20 ноября (2 декабря) 1820 г. Нессельроде, по указанию царя, просил управляющего министерством внутренних дел В.П. Кочубея ознакомить с протоколами конгресса только узкую группу лиц. Александр I оправдывался тем, что «европейские монархи находятся в более опасном положении, нежели во время борьбы с Наполеоном».
Вторая часть конгресса проходила в Лайбахе с участием монархов других итальянских государств. Вмешательство вооружённых сил Австрии во внутренние дела Неаполитанского королевства послужила образцом для действий участников переговоров в Лайбахе в других странах Европы. Назревало восстание против самого свирепого деспота на Пиренеях, короля Фердинанда VII, возродившего в Испании средневековую инквизицию и начавшего казни видных оппозиционеров, вопреки решениям кортесов о сохранении конституции. В связи с восстанием Нессельроде отправил директиву поверенному в делах в Мадриде М.Н. Булгари 2 (14) февраля 1821 г., в которой говорилось: «Мы должны, следовательно, показать в самом выгодном свете ту политику, которой союзные державы следуют в отношении Неаполя». Накануне отправки этой директивы Каподистрия обратился с письмом к премьер-министру Франции Ришелье, указав, что этой стране более других подходит «великая и благородная миссия» по умиротворению Испании. В письме говорилось, что после того возможно укрепление «легитимной конституционной монархии и во Франции». Эти аргументы российской дипломатии импонировали Людовику XVIII, но не отвечали реальной расстановке политических сил в Европе.
Правительства Франции и Великобритании, хотя и разделяли стремления Александра I подавить революцию, но опасались реакции общественного мнения в собственных странах. Поскольку конституции в Королевстве Обеих Сицилий и Испанском королевстве были восстановлены правительствами революционеров с санкции монархов этих стран, вмешательство в их внутренние дела рассматривалось Парижем и Лондоном как незаконное. По разным причинам они не хотели усиления влияния Австрии на Апеннинах и России на Пиренейском полуострове. Со своей стороны , австрийский двор вполне был удовлетворён решениями в Ахене и Лайбахе, но отнюдь не заинтересован в усилении влияния Англии и Франции на итальянские и испанские дела. Поэтому давление Петербурга на Париж не обещало быстрого успеха.
Столкнувшись с затруднениями в реставрации испанского короля, Александр I рескриптом от 18 февраля (2 марта) 1821 г., составленным в Лайбахе, назначил посла в Париже К.О. Поццо-ди-Борго одновременно послом и в Неаполе. Ему поручалось восстановить на престоле Фердинанда I, оказав политическую поддержку вооружённым силам Австрийской империи в разгроме революции. А тем временем поступило сообщение о восстании карбонариев на севере Италии в Сардинском королевстве, и наследный принц Пьемонта в панике просил Александра I « восстановить порядок и спокойствие» в этой стране. Венский двор уже без дополнительного решения бросил войска на подавление революции. Со своей стороны, Александр I, находясь в Лайбахе, повелел великому князю Константину Павловичу, командующему войсками в Литве и Польше, направить российские войска численностью более 100 тысяч человек в помощь австрийским вооружённым силам. Но их продвижение было остановлено. Революцию подавили карательные отряды без какого-либо участия России.
В феврале- марте в Лайбах пришли сообщения о восстаниях против османского ига в Дунайских княжествах под руководством Т. Владимиреску в Валахии и А. Ипсиланти в Молдавии. Оба они состояли на русской службе и возглавили движение соотечественников. Герой Отечественной войны 1812 г., удостоенный многих царских наград, генерал - адьютант Ипсиланти просил оказать помощь греческому народу, восставшему против османского ига. Однако Александр I отверг его просьбу и уволил Ипсиланти в отставку. Через посла в Константинополе до сведения Порты было доведено мнение царя об осуждении греческих «мятежников». В циркуляре дипломатическим представителям за рубежом от 18 (30) марта 1821 г., направленном из Лайбаха, Нессельроде отмежевался от них, утверждая, что правительство России будет соблюдать верность договорам с Оттоманской империей.
Всё это сказалось на умеренно- консервативном курсе того направления в работе министерства иностранных дел, которое возглавлял статс- секретарь И.А. Каподистрия и его сторонники (Г.А. Строганов, А.С. Стурдза, Ю.А. Головкин, А.М. Обресков, Г.Д. Мочениго, П.Б. Козловский и др.). Сам Каподистрия был отправлен царём на лечение в Швейцарию, а фактически с 1822 г. - в отставку. Формально он оставался на российской дипломатической службе до 1827 г., когда стал первым президентом (правителем) независимого греческого государства. Но расчёты Каподистрии примирить религиозные охранительные догмы Священного союза с национально-освободительным движением греков потерпели крах. Судя по письму Александра I министру духовных дел и народного просвещения А.Н. Голицыну из Лайбаха от 10 (22) марта 1821 г., царь считал, что революции в Испании, Неаполе, Пьемонте, а также восстание А. Ипсиланти составляли единую цепь событий, сигнал для которых был подан из «руководящего революционного комитета во Франции».
Уполномоченные трёх держав объявили в Лайбахе 30 апреля (12 мая) 1821 г., что австрийские оккупационные войска временно остаются в Королевстве Обеих Сицилий и Сардинском королестве, чтобы «охранять власть законную и всепомоществовать ей в благотворных действиях», т.е. для предотвращения революции в будущем. В циркуляре уполномоченных трёх держав для их дипломатических представителей за рубежом, отправленном из Лайбаха в день закрытия конгресса, указывалось, что союзные монахи и впредь будут руководствоваться принципом легитимизма и не признают конституционных реформ, «порождённых мятежом и силой». Великобритания и Франция не одобряли этого курса. Прав был сенатор и член Государственного совета Н.М. Логинов, писавший в доверительном письме послу в Лондоне С.Р. Воронцову от 29 октября (10 ноября) 1820 г.: «Священный союз, как система отношений между ведущими европейскими державами, изживает себя вследствие противоречий между его участниками». По его мнению, «лучше бы иметь союз менее священный, но более разумный и прочный».
Конгресс, проходивший в Вероне с 20 октября по 14 декабря 1822 г., был последним в истории Священного союза. В нём приняли участие все пять великих держав Европы. Главной проблемой на конгрессе стала подготовка французской интервенции для подавления революции в Испании. Министры иностранных дел Франции- Монморанси (позднее ставший премьер- министром) и Шатобриан, его заменивший, требовали принять решение о посылке французских войск. Внимание монархов привлекали и события в Латинской Америке, где шла борьба народов испанских и португальских колоний за национальное освобождение от Испании и Португалии. Особую позицию на конгрессе занял уполномоченный Великобритании Веллингтон, выступивший против интервенции Франции в Испанию и в защиту самостоятельности испанских и португальских колоний в Латинской Америке. Великобритания готовилась признать американские колонии в Испании и Португалии. К этому склонялось правительство Франции, и даже Пруссия подумывала о завязывании, по примеру первых двух, торговых отношений с ывшими колониями. Россия по- прежнему была за укрепление единства союзников в рамках пентархии.
На Веронском конгрессе европейской пентархии было принято решение о посылке французских войск в Испанию. Революцию жестоко подавили. Россия ограничилась прикомандированием офицера- наблюдателя. О результатах конгресса правительств трёх держав- Австрии, России и Пруссии- информировали своих дипломатических представителей за границей специальным циркуляром от 14 (26) декабря 1822 г., принятом по настоянию Меттерниха и предназначенном для сообщения дворам, при коих они были аккредитованы. В циркуляре оправдывались действия трёх держав в Италии; порицалось национально- освободительное движение в Греции как «чисто революционное» по принципам, форме и целям; упоминалась Испания как печальный пример, где монархи намеревались «образумить зачинщиков беспорядков». Основатели Священного союза заявили о стремлении «повсеместно преследовать крамольные партии- в Европе и в Америке». Более того, они угрожали всем народам, подчеркнув следующее положение: «Монархи не сочтут оконченным своего дела до тех пор, пока не вырвут у зачинщиков оружие, которое они могут обратить против спокойствия всего мира»
Для дипломатии России уже с весны 1821 г., когда начались восстания греческого населения против османского ига в Дунайских княжествах, главным был Восточный вопрос. Петербург стремился заручиться политической поддержкой союзников в своих требованиях к Порте. В специальной записке министерства иностранных дел России по Восточному вопросу, подробно излагавшей длительные переговоры с союзниками, отмечается: в июле 1825 г. император пришёл к заключению, что его желания и надежды были обмануты. В Вене считали, что восстание греков столь же преступны как и восстания испанской, неаполитанской и пьемонтской армий. Австрия при поддержке Англии была за сохранение статус-кво в княжествах, боясь революции на Балканах. Умеренную позицию заняла Франция, но и она не выступила в пользу России, опасаясь, что восстание греков приведёт к войне в Европе. И только Пруссия заняла благожелательную позицию в этом вопросе в ответ на обращение России. 6 августа 1821 г. император предписал дипломатическим представителям в трёх указанных государствах хранить молчание по восточным делам. От его имени Нессельроде уведомил послов и посланников, что если союзники не изменят своих принципов, то «мы будем считать вредными дальнейшие совещания с ними». В депешах подчёркивалось: «Император не может их продолжать и должен отныне руководствоваться в восточных делах только правами и интересами своей империи в соответствии с принципами, которые неизменно составляли основу его политики в вопросах, касающихся сохранения всеобщего мира и поддержания равновесия, установленного великими соглашениями 1814, 1815, 1818 гг.
Опасаясь, однако, за судьбу европейского союза, царь вторично направил Д.П. Татищева с миссией к венскому двору.
В ходе Веронского конгресса Татищев выступил с проектом, а позднее была обнародована Записка Российского правительства по Восточному вопросу от 9 (21) января 1824 г. В ней содержался впервые в истории проект создания трёх автономных греческих государств под эгидой Порты. Позднее на этой основе Россия совместно с Англией и Францией способствовала воссозданию независимого греческого государства во главе с Каподистрией.
Но главными стали разногласия по вопросу о признании независимости латиноамериканских колоний. Тщетно в депешах на имя своих наиболее сведущих в европейских делах послов- К.О. Поццо-ди-Борго в Париже, Д.П. Татищева в Вене и Х.А. Ливена в Лондоне Нессельроде 17 (29) марта 1824 г. излагал аргументы для их переговоров с правительствами двух стран в пользу созыва совещания пяти держав по просьбе короля Испании Фердинанда VII. Новый английский министр иностранных дел Дж. Каннинг твёрдо взял курс на признание независимости колоний Испании и Португалии в Новом Свете. Дал о себе знать и новый фактор- претензии молодой буржуазии США на господство на Американском континенте. В годичном послании президента Дж. Монро конгрессу США от 2 декабря 1823 г. говорилось, что любую попытку вмешательства европейских держав в дела континента США будут рассматривать как угрозу их собственному спокойствию и благоденствию. Это была доктрина Монро- «Америка для американцев».
Ответные сообщения послов в Петербург не были лишены реализма. Например, посол в Лондоне депешей от 26 января (7 февраля) 1824 г. доносил Нессельроде, что во время, когда европейские державы готовятся обсуждать вопрос о колониях, а испанский король требует сохранения за Мадридом суверенитета над ними, британский кабинет опасается политического соперничества с Соединёнными Штатами в Латинской Америке. Чтобы нейтрализовать послание президента Монро, писал посол, сент-джемский кабинет, исходя из собственных жизненно важных интересов, дал знать правительствам Нового Света, что он не входит в европейскую лигу и «готов в принципе признать их независимость».
Меттерних предложил трём союзным державам- Австрии, России и Пруссии обменяться мнениями. Имея в виду Бразилию, он предлагал заключить «фамильный пакт» между двумя португальскими дворами. Его депеша послу в Петербург от 7 февраля 1824 г. свидетельствовала о бессилии реакционных правительств Европы остановить процесс национального освобождения американских колоний Испании и Португалии.
Предложенный испанским королём и поддержанный Меттернихом в конце 1823 г. созыв конгресса трёх либо пяти европейских держав с целью «умиротворения» восставших колоний был одобрен Александром I, но признан затем нереальным.
31 марта 1823 г. Дж. Каннинг известил страны европейского союза, что «независимость испанских колоний представляет совершившийся факт, что официальное признание этого факта зависит от внешних обстоятельств и от внутренних успехов, достигнутых соответствующими государствами в установлении нормально функционирующего правительства». Так готовилось признание Англией, а вслед за ней и другими европейскими державами Мексики, Бразилии, Кубы и других стран. 17 октября 1823 года Лондон грозил Мадриду уже назначением своих консулов в главные города Латинской Америки.
В отчёте российского министерства иностранных дел за 1826 г., представленном статс - секретарём Нессельроде на имя Николая I, говорилось, что , хотя союз, ополчившись против революций в Италии и Испании, и одержал, с его точки зрения, успехи, но «пострадало единодушие, характеризовавшее его решения». «Триумф его полезных начинаний на обоих полуостровах помог ему выдержать первые испытания, но отныне он нёс в себе зародыш распада и не стоит скрывать от себя, что в момент, когда Союз потерял своего основателя (Александра I), он стоял на пороге кризиса, грозившего его подорвать». Нессельроде писал далее, что «два важнейших вопроса занимали тогда ведущие державы: окончательная эмансипация старых испанских колоний и продолжавшиеся споры между Россией и Оттоманской Портой». Он обвинял испанского короля в том, что тот не пошёл навстречу требований колоний, согласно совету держав Союза (России, Австрии, Франции и Пруссии), а также Англию за её готовность признать политическое существование новых американских государств, независимо от желаний и решений их метрополии. Нессельроде подчёркивал: «В Восточном вопросе, то есть о Греции, расхождения во мнениях и политике были ещё более разительными». В этом вопросе «Англия с 1824 г. противопоставила себя Союзу при переговорах, имевших целью умиротворение Греции». «Здесь Союз проявил полную несостоятельность и, можно сказать распался». В итоге он констатировал, что «в обоих случаях оплотом противодействия видам России была её самая мощная соперница Великобритания, а в Восточном вопросе и Австрия».
Итак, уже спустя семь лет после образования Священный союз вступил в состояние кризиса.
Россия, вынесшая на себе главную тяжесть агрессии Наполеона, играла весьма важную роль в создании европейского союза великих держав. Она ориентировалась на тесное сотрудничество с двумя главными германскими государствами- Австрией и Пруссией. Петербургский кабинет проводил более умеренную политику в отношении средних и малых государств Германии и Италии, нежели два других кабинета, при этом характерной чертой российской дипломатии были попытки сдерживания непомерной экспансии Австрии и Великобритании. Священный союз и в целом венская система международных отношений с момента их создания подрывались политическими и экономическими противоречиями между странами- участницами пентархии. Уже в начале 1823 г. Священный союз оказался в состоянии острого кризиса, не сумев преодолеть тяги к независимости малых государств и латиноамериканских колоний, хотя это было главным в политической деятельности Священного союза. Это означало, что монархи потерпели поражение в борьбе с народами, выступавшими за буржуазно- демократические преобразования.
Что касается «баланса сил», то о нём не могло быть и речи. Великобритания противодействовала удовлетворению требований России к Османской империи, беспокоясь за свои политические, военно- стратегические и экономические интересы на Востоке. Ей вторила Австрия. Та и другая державы, боясь усиления влияния России на Балканах, чинили препятствия к удовлетворению интересов народов Дунайских княжеств- Молдавии и Валахии, Сербии. Между тем Россия покровительствовала им и была жизненно заинтересована в свободе мореплавания на Черном и Средиземном морях для развития собственной торговли и не могла мириться с закрытием проливов Босфор и Дарданеллы, а также устья Дуная.
Видные дипломаты «эпохи конгрессов» Меттерних, Каслри, Талейран, несмотря на их большой политический опыт и хитроумную изворотливость, не смогли преодолеть эти противоречия. И каждый из них плохо закончил свою карьеру: Каслри покончил жизнь самоубийством, перерезав себе горло; Меттерних бежал с позором от революции 1848 г., став эмигрантом в Англии; Талейран был отстранён от государственной деятельности и в старости стал послом Франции в Лондоне.