Глава 1. Африка южнее Сахары: после деколонизации

.

Глава 1. Африка южнее Сахары: после деколонизации

Освобождение от колониальной зависимости на рубеже 60-х годов нашего века народов Тропической Африки было завершающим и наиболее мощным по звучанию аккордом деколонизации: свыше четырех десятков независимых и в подавляющем большинстве прежде не существовавших государств возникло на развалинах колониальных империй Англии, Франции, Португалии. Главным общим признаком всех этих новорожденных государств оказался их политический инфантилизм. Возникнув на базе вчерашних колониальных территорий, будучи воспитаны колониальной администрацией и соответствующими нормами метрополий, все они, обретя независимость, не имели собственного политического опыта, если не считать за таковой реминисценции, связанные с существованием протогосударственных образований, да и то не везде, преимущественно на западном побережье.

Оказавшись в столь незавидном состоянии, новые африканские государства стали быстро самоопределяться. Но на какой основе? Естественной традиционной основой были племенные связи, общинно-клановые структуры самоуправления, принципы социально-корпоративных и патронажно-клиентных взаимоотношений. Все это сыграло свою роль в процессе становления африканской государственности, но роль эта была скорее негативной, нежели позитивной, ибо апелляция к традиции не столько сплачивала жителей нового государства, сколько разъединяла их по племенному, клановому либо земляческому признаку. Поэтому нужна была весомая альтернатива традиционной основе. Эта альтернатива и была выработана десятилетиями усилий колониальной администрации, немало сделавшей для того, чтобы воспитать в колониях будущую правящую элиту, политически ориентированную на нормы и принципы соответствующей метрополии. Речь идет прежде всего о нормах и принципах буржуазной парламентарной демократии, основанной на фундаменте из рыночно-частнособственнических отношений, гражданского общества и правового государства.

Разумеется, ни того, ни другого, ни третьего во вчерашних колониальных территориях Тропической Африки не было. Все это следовало создать заново, как заново создавались и сами государства, границы которых определялись не этническими или природными факторами, но исключительно случайностью колониального захвата. Понятно, что при этом родственные племенные группы оказывались в различных государствах, а неродственные и даже враждующие между собой соединялись жребием судьбы в одном. Логично, что это влекло за собой и вплоть до сегодняшнего дня порождает массу проблем, а то и ведет к кровавым межплеменным столкновениям, раздирающим многие молодые государства Африки. Но справедливости ради необходимо заметить, что здесь не было произвола коварных колонизаторов, хитроумно следовавших классическому принципу «разделяй и властвуй». Отнюдь. Просто иного варианта формирования государственности в Тропической Африке 60-х годов нашего века не было.

Раздел Африки между державами породил современные границы ее государств, соответствующие вчерашним колониальным территориям. Колониальная администрация в рамках каждой из такого рода территорий немало, как упоминалось, делала для того, чтобы приобщить племенную знать к ценностям, которые предпочитались в Европе. Образованные африканцы, выпускники Кембриджа, Оксфорда и Сорбонны, постепенно, поколение за поколением, обретали уважение к этим ценностям, что и неудивительно: противостоять им могли лишь традиционные нормы африканской жизни, для создания устойчивой политической структуры, как правило, не приспособленные. Это не значит, что образованная элита пренебрегала традицией. Напротив, она уважала ее и опиралась на нее. Эта опора и сыграла свою роль в 60-е годы, когда от лозунга «Независимость при жизни настоящего поколения!» африканцы перешли к более радикальному — «Независимость немедленно!» — и добились своего. Однако, добившись цели, правящие образованные верхи новых африканских стран в поисках модели для оптимальной политической структуры возникавших государств обратились к хорошо знакомой им 'метрополии. Это было логично, особенно если учесть, что и господствующий язык, и система администрации в той или иной колонии соответствовали тем, что господствовали в метрополии.

Но это было лишь первым шагом новых государственных образований. Далее следовал выбрр пути, кое-где приведший к смене приоритетных ориентаций. Однако вне зависимости от того, какой путь был избран, как и коща этот выбор менялся — если он вообще изменялся,— каждая из молодых стран Африки прошла свой нелегкий и в какой-то мере общий для всех них путь становления государственности. Собственно, именно этот путь и есть история — вся их история, в основном не превышающая тридцати с небольшим лет (имеется в виду история современных государств Африки в нынешних их границах). Как она выглядит, эта история, пусть даже в самом кратком изложении?