Реквизиты и методика исследования

.

Реквизиты и методика исследования

Исследование "Феномен этнической мобилизации: природа и механизмы" реализовывалось на территории Ульяновской области в 1997 - 1998 годах при финансовой поддержке "Проекта поддержки научным исследованиям (RSS) Института "Открытое общество" (индивидуальный грант RSS, No.: 1377/1997).

При проведении исследования применялась серия методов сбора инфор­мации.

I. Глубинные интервью.

Интервьюируемые были выделены в 4 группы экспертов.

1. Административные работники, деятели культуры, образования, поли­тики, чья деятельность непосредственно связана с межнациональным общени­ем (9 интервью: заместитель губернатора по социальным вопросам; председа­тель комитета по национальным и конфессиональным проблемам; заместитель заведующего областного комитета народного образования, курирующий на­циональные школы; секретарь обкома КПРФ; лидер региональной организации ЛДПР; писатель, член русской национально-патриотической организации; чувашский поэт; мордовский поэт; певец, солист ансамбля татарской песни).

2. Лидеры существующих легитимных общественных организаций на­ционального толка (11 интервью: 3 с русскими, 4 с татарами, 2 с чувашами, 2 с мордвой).

3. Активные участники национальных организаций различного толка, проживающие в городе (12 интервью: по три на каждую группу).

4. Представители этнических групп, проживающие в сельской местности {12 интервью: по три на каждую группу).

Для каждой группы экспертов была подготовлена определенная система вопросов. Время интервью — от 20 до 35 минут. Интервью проводились в те­чение всего отчетного периода. Подготовленные транскрипты интервью были подвергнуты качественному анализу и являются источниками для выводов в данном исследовании. Все интервью во 2 - 4 группах экспертов проводились как нарративные, респондентам предлагалось рассказать о наиболее значимых в их жизни событиях, связанных с различными сферами жизнедеятельности (семейной, образовательной, производственной, бытовой). Основной задачей интервью было обнаружение контекстов, в которых актуализируется этниче­ская идентичность респондента, а также выяснение максимальной дисперсии этнообразующих признаков (культурных, символических маркеров). Выбор респондентов 3-4 группы экспертов определялся с учегом половозрастной и имущественной дифференциации.

II. Проведено три фокусированных групповых интервью с представите­лями татарского, чувашского и мордовского этносов. Отбор в группы прово­дился среди студентов, через базу данных отдела кадров. Интервью проходили в одной из учебных аудиторий университета. Способ записи — аудиозапись. Смысловые блоки интервью были следующие:

1. Удовлетворенность/неудовлетворенность состоянием развития родной культуры (наличие "языковой вертикали" от повседневного, бытового обще­ния к общезначимому использованию родного языка в общественных органи­зациях и социальных институтах; реальные и желаемые механизмы этниче­ской социализации). Проблема восприятия родной культуры как утраченной.

2. Соотношение этнической идентичности с другими значимыми соци­альными идентичностями, структура этноопрсделяющих маркеров.

3. Типичные поведенческие структуры, в которых доминирует и реализу­ется этническая составляющая личности. Достаточность/недостаточность имеющихся сфер бытования этнического.

4. Политические предпочтения, конформизм и политическая лояльность, инновационный и мятежный потенциал, уровень готовности к активным дей­ствиям, взрывающим установившийся порядок вещей.

5. "Мы" — "Они": особенности восприятия и стереотипизации других эт­нических групп. Соотношение позититивных/негативных гетеростереотипов. Уровень этнической толерантности/нетерпимости.

III. Анкетный опрос. Летом 1998 года (до августовского кризиса) был проведен опрос на областной выборке (тин выборки - квотная, случайная: пол, возраст, место проживания, опрошено 1100 чел., в базу данных вошли ответы 950 респондентов). Опрос проводился в 21 населенном пункте, включая г. Ульяновск. Из них 12 населенных пунктов — места компактного проживания татар, чуваш, мордвы на территории Ульяновской области. Татары опрашива­лись в селах Калды, Старая Терсшка, Аллагулово (137 чел,). Чуваши опраши­вались в селах Елагур, Алгаши, Верхние Тимерсяны (119 чел.). Мордва - Ось-кино, Баевка, Высокий Колок (92 чел.). В результате появился массив данных для межэтнических и внутриэтнических сравнений - представители этнических групп, проживающие за пределами компактного проживания, диффузно, так и компактно.

ь, инновационный и мятежный потенциал, уровень готовности к активным дей­ствиям, взрывающим установившийся порядок вещей.

5. "Мы" — "Они": особенности восприятия и стереотипизации других эт­нических групп. Соотношение позититивных/негативных гетеростереотипов. Уровень этнической толерантности/нетерпимости.

III. Анкетный опрос. Летом 1998 года (до августовского кризиса) был проведен опрос на областной выборке (тин выборки - квотная, случайная: пол, возраст, место проживания, опрошено 1100 чел., в базу данных вошли ответы 950 респондентов). Опрос проводился в 21 населенном пункте, включая г. Ульяновск. Из них 12 населенных пунктов — места компактного проживания татар, чуваш, мордвы на территории Ульяновской области. Татары опрашива­лись в селах Калды, Старая Терсшка, Аллагулово (137 чел,). Чуваши опраши­вались в селах Елагур, Алгаши, Верхние Тимерсяны (119 чел.). Мордва - Ось-кино, Баевка, Высокий Колок (92 чел.). В результате появился массив данных для межэтнических и внутриэтнических сравнений - представители этнических групп, проживающие за пределами компактного проживания, диффузно, так и компактно.