И. В. ГЁТЕ

.

И. В. ГЁТЕ

Выдающиеся люди шестнадцатого и семнадцатого веков были сами академиями, как Гумбольдт в наше время. Когда же знание стало так быстро возрастать, частные лица сошлись, чтобы соеди­ненными силами осуществить то, что стало невозможным для ин­дивидов. От министров, князей и королей они, по возможности, держались вдали. Как боролся против Ришелье союз французских ученых! Как противился английский и лондонский союз влиянию фаворитов Карла II!

Но так как это, в конце концов, случилось и науки почувство­вали себя государственным органом в государственном теле, по­лучив свой ранг в процессиях и других торжествах, то вскоре была утеряна высшая цель. Каждый «представлял» свою особу, и науки стали тоже щеголять в плащах и шапочках. В своей «Ис­тории учения о цветах» я обстоятельно разобрал подобные при­меры.

Науки в общем всегда удаляются от жизни и снова возвра­щаются к ней окольным путем.

Истинные мудрецы спрашивают, какова вещь сама в себе и в отношениях к другим вещам, не заботясь о пользе, т. е. о приме­нении к знакомому и необходимому для жизни. Это уж сделают совсем другие умы: проницательные, жизнерадостные, техни­чески изощренные и умелые.

Гете И. В Максимы и размышления //

Избранные философские произведения.

 М., 1964. С. 364—365

частные лица сошлись, чтобы соеди­ненными силами осуществить то, что стало невозможным для ин­дивидов. От министров, князей и королей они, по возможности, держались вдали. Как боролся против Ришелье союз французских ученых! Как противился английский и лондонский союз влиянию фаворитов Карла II!

Но так как это, в конце концов, случилось и науки почувство­вали себя государственным органом в государственном теле, по­лучив свой ранг в процессиях и других торжествах, то вскоре была утеряна высшая цель. Каждый «представлял» свою особу, и науки стали тоже щеголять в плащах и шапочках. В своей «Ис­тории учения о цветах» я обстоятельно разобрал подобные при­меры.

Науки в общем всегда удаляются от жизни и снова возвра­щаются к ней окольным путем.

Истинные мудрецы спрашивают, какова вещь сама в себе и в отношениях к другим вещам, не заботясь о пользе, т. е. о приме­нении к знакомому и необходимому для жизни. Это уж сделают совсем другие умы: проницательные, жизнерадостные, техни­чески изощренные и умелые.

Гете И. В Максимы и размышления //

Избранные философские произведения.

 М., 1964. С. 364—365