ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

.

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Идя по пути поиска психологических компонентов известных в реальной политике проблем, то есть, следуя привычной логике «подстраивания» психологической гносеологии к политической онтологии, в по­литической психологии выделяются пять основных достаточно самостоятельных групп содержательных проблем. Выстроим их в порядке актуальности — так, как она оценивается большинством экспертов.

 

Схематически, такой конкретно-конструируемый предмет изучения политической психологии, склады­вающийся из ряда основных конкретных объектов этой науки, можно изобразить в виде своеобразной «мише­ни», образованной несколькими концентрическими окружностями, в которую как бы «стреляет» политиче­ский психолог. Центр «мишени», своеобразное «яблоч­ко» — проблема личности в политической психологии. Следующий круг — проблемы малых групп. Далее — проблемы больших групп. Наконец, завершающий, са­мый широкий круг — проблемы психологии масс в политике.

Таким образом выглядят основные проблемы и ос­новные объекты изучения политической психологии, как бы расшифровывающие общее понимание ее пред­мета и основных методологических принципов.

Среди методических проблем, для начала, подчерк­нем лишь самое важное. Наиболее распространенные исследовательские приемы и методы политической пси­хологии пришли в нее из психологии. Это методы на­блюдения, конкретно-ситуационного анализа, тестиро­вания, психологического моделирования, сценарного поведенческого прогнозирования и т. д. Часть методов заимствована из социологии (в частности, разнообраз­ные варианты опросных методов). Часть методов берет­ся из политологии (например, метод сравнительного ис-торико-политологического анализа, метод сценарного моделирования и прогнозирования, в разных модифика­циях). Это создает особую группу проблем, которые будут специально рассмотрены дальше.

Главной процедурно-методической особенностью политической психологии является комплексный, син­тетический подход к выбору приемов и созданию «ку­мулятивных» комплексных методических батарей для того или иного конкретного исследования, позволяю­щих в максимальной степени соединять достоинства и минимизировать недостатки отдельных процедур, заимствуемых из разных исследовательских сфер. Политическая психология исходит из того, что специ­фическим для политико-психологического анализа является не столько наличие какого-то конкретного методического приема, сколько специфической поли­тико-психологической интерпретационной схемы. Та­кая схема позволяет осуществить не только «первич­ную», но и «вторичную» переработку информации, извлечь и переосмыслить именно те данные, которые укладываются в категориально-понятийную систему координат политической психологии и решают иссле­довательские задачи данного научного направления.

Из всего уже сказанного становится понятно, что практическое использование политической психологии связано, в первую очередь, с возможностями учета по­литико-психологического знания при краткосрочном и, в большей степени, долгосрочном прогнозировании по­литических процессов, а также при выработке полити­ческой стратегии и тактики, при принятии и осущест­влении политических решений на различных уровнях. Помимо сугубо политического, практическое значение политической психологии связано со сферой массовых информационных процессов. Постепенное изучение политической психологии позволит более подробно уз­нать приемы и методы политико-психологического ис­следования, а также увидеть конкретные возможности их прикладного использования.

...Почти тридцать пять лет назад было очень кра­сиво сформулировано: «Из всех междисциплинарных взаимоотношений, которые являются практически важными для политической науки, наиболее важна взаимосвязь между политикой и психологией. Для со­временного автора это является аксиомой». В следую­щем десятилетии было повторено: «политическая нау­ка и политика не могут развиваться без психологии». Этот вывод ныне не оспаривается никем. Хотя прошли уже не годы, а десятилетия, и развитие событий могло бы носить более ускоренный характер.

 

NB

Политическая психология— междисциплинарная наука, родившаяся на стыке политологии и социаль­ной психологии. Ее главная задача состоит в анализе психологических механизмов политики и выработ­ке практических рекомендаций по оптимальному осуществлению политической деятельности на всех уровнях. Развитие современной политической психологии надо рассматривать с двух сторон. С одной стороны, уже достаточно давно в западной науке исследова­лись психологические аспекты политики, а в 1968 г. политическая психология была официально «узако­нена в правах». С другой стороны, с середины 80-х гг. началось строительство отечественной «психоло­гии политики» как отдельного направления внутри системно организованной политологии. Постепенно идейно-терминологические противоречия, разграни­чивавшие эти два направления, сгладились, и сегодня мы имеем дело с единой политической психологией. Сглаживание противоречий и становление единой науки было обеспечено общими методологическими основаниями. Западная политическая психология дав­но развивалась в рамках достаточно широкого пове­денческого подхода, у истоков которого в нашем контексте стояли Ч. Мерриам и Г. Лассуэлл. Обла­дая определенными недостатками, данный подход имел и целый ряд бесспорных достоинств. В частно­сти, главной задачей поведенческого подхода стало изучение диалектики и трансформаций влияния объ­ективных условий на внутреннюю мотивацию и об­ратное влияние, внутренних побудительных сил, че­рез человеческое поведение на внешние условия. В отечественной психологии близким к поведенче­скому оказался деятельностный подход. С его точки зрения политика и есть, прежде всего, определенная человеческая деятельность с определенными моти­вами, целями и, естественно, результатами. Главным мотивом и, в случае успеха, результатом этой дея­тельности является согласование интересов разных человеческих групп и отдельных индивидов. Обре­тая эти результаты и свои формы в тех или иных по­литических институтах, политика как особая деятель­ность наполняет собой политические процессы — как содержание, наполняя форму, как бы «застыва­ет» в ней, принося определенные итоги. Исходя из этого, можно говорить о двух базовых подходах к изучению политики как деятельности. Во-первых, об институциональном подходе — с его выраженным акцентом на политические институты, то есть, на результаты определенной деятельности людей. Во-вторых, о процессуальном подходе — с его не менее выраженным акцентом на политические процессы, то есть, на сам процесс этой деятельности.

Таким образом, предмет политической психологии в целом — это политика как особая человеческая дея­тельность, обладающая собственной структурой, субъектом и побудительными силами. Как особая деятельность, с психологической точки зрения, по­литика поддается специальному анализу в рамках общей концепции социальной предметной деятель­ности А.Н. Леонтьева. С точки зрения внутренней структуры, политика, как деятельность, разлагается на конкретные действия, а последние — на отдельные операции. Деятельности в целом соответствует мо­тив, действиям — отдельные конкретные цели, опе­рациям — задачи, данные в определенных условиях. Соответственно, всей политике как деятельности соответствует обобщенный мотив управления че­ловеческим поведением (его «оптимизации»). Кон­кретным политическим действиям соответствуют оп­ределенные цели согласования интересов групп или отдельных индивидов. Наконец, частным политиче­ским операциям соответствуют отдельные акции разного типа, от переговоров до войн или восстаний. Субъектом политики, как деятельности, могут высту­пать отдельные индивиды (отдельные политики), малые и большие социальные группы, а также мас­сы. Политика, как деятельность в целом, как и ее от­дельные составляющие, может носить организован­ный или неорганизованный, структурированный или неструктурированный характер. История, теория и практика применения политико-психологических знаний позволяет вычленить три основные задачи, решаемые политической психоло­гией как наукой. Первая задача — анализ психоло­гических компонентов в политике, понимание роли «человеческого фактора» в политических процессах. Второй задачей, как бы надстроившейся над первой, является прогнозирование роли этого фактора и, в целом, психологических аспектов в политике. Нако­нец, третьей задачей, вытекающей из первых двух, остается управленческое влияние на политическую деятельность со стороны ее психологического обес­печения, т.е. субъективного фактора.

Конкретные объекты политической психологии ле­жат в трех основных сферах. Во-первых, это полити­ческая психология внутриполитических отношений. Во-вторых, политическая психология внешней поли­тики и международных отношений. В-третьих, все больше набирающая самостоятельный статус военно-политическая психология. Каждая их перечисленных сфер включает огромное многообразие конкретных объектов — практически все политические явления, институты и процессы, включающие в себя тот или иной психологический аспект.

Как и любая наука, политическая психология осно­вывается на вполне определенных принципах. Во-первых.. считается, что эпицентром исследования должна быть «зона взаимодействия политических и психологических явлений». Попытки уклона в ту или иную сторону опасны редукционизмом. Во-вторых, утверждается, что центральное место в ис­следованиях должны занимать наиболее значимые и актуальные проблемы, к которым «привлечено внимание общественности»: гласность результатов служит препятствием для их использования в анти­общественных целях. В-третьих, декларируется не­обходимость уделять максимальное внимание поли­тическому и социальному контексту исследуемых явлений, используя для его понимания все возмож­ное разнообразие методических процедур и прие­мов сбора данных. Такой плюрализм способствует расширению объяснительных возможностей науки. В-четвертых, постулируется, что необходимо иссле­довать не только результаты влияния психологиче­ских факторов на политику, но и сам процесс фор­мирования тех или иных политических явлений и процессов, а также тенденции их развития. Это обеспечивает содержательную широту исследова­ний. Наконец, в-пятых, современная политическая психология терпима в отношении оценок как внеш­ней, так и внутренней политики, то есть, нейтраль­но характеризует поведение людей тех или иных политических ситуаций или их действия, направлен­ные на систему политических учреждений и орга­низаций общества.

Большинство исследователей выделяют в качестве приоритетных, наиболее важных и интересных сле­дующие функционально-содержательные проблемы политической психологии. Первая группа проблем — вопросы методологии, методов и фундаментальных принципов науки. Вторая группа — исследование пси­хологических механизмов массовых форм политиче­ского поведения. Третья группа — изучение психоло­гии малых групп в качестве элемента политических процессов и явлений. Четвертая группа — исследо­вание процессов становления личности как участ­ника политических процессов: психологических за­кономерностей вовлечения человека в политику, механизмов политической социализации, ее этапов и факторов. Наконец, пятая группа проблем — пси­хологические проблемы международных отноше­ний, взаимоотношений на межнациональном уров­не, психологические аспекты межрегиональных и глобальных проблем. Так выглядят приоритетные для науки проблемы с со­держательно-функциональной точки зрения. В ином измерении, уже структурно-содержательном, полити­ческая психология выстраивает генерализованный объект своего изучения на четырех основных уров­нях, соответствующих основным уровням социальной организации субъекта политики как особой деятель­ности.

Первый уровень — анализ психологии личности в по­литике. С одной стороны, это анализ личности в со­циально-типическом выражении, с акцентом на тот или иной достаточно массово выраженный полити­ко-психологический тип личности, выражающий психологию группы, слоя, класса или даже общества в целом, включая психологические механизмы воз­никновения и развития данного типа, а также про­гнозирования его поведения. С другой стороны, это проблема политического лидерства уже в индивиду­ально-психологическом выражении. Это изучение личности конкретного политического деятеля.

Второй уровень — анализ психологии малой группы, включая психологические механизмы действий раз­личного рода элитных групп, фракций, клик, групп давления и т. п. Сюда относятся формальные и не­формальные отношения лидера с ближайшим окру­жением; психология взаимоотношений внутри малой группы и ее отношений с внешним окружением; пси­хология принятия решений в группе и целый ряд свя­занных с этим проблем.

Третий уровень — анализ психологии больших соци­альных групп (классы, страты, группы и слои населе­ния) и национально-этнических общностей (племена, нации, народности). Здесь речь идет о политико-психологических механизмах крупномасштабного давления больших «групп интересов» на принятие политических решений типа, скажем, политических забастовок, этнических и межэтнических конфликтов и т. п.

Четвертый уровень— анализ психологии масс и массовых политических настроений. Сюда же отно­сятся проблемы массовых политических организа­ций и движений. Здесь же располагаются и массовые коммуникационные процессы (например, действую­щие в ходе избирательных кампаний). Важнейшая роль здесь принадлежит массовым психологическим явлениям. Сюда относится поведение толпы, «собран­ной» и «несобранной» публики, массовая паника и аг­рессия, а также другие проявления так называемого «стихийного» поведения.

 

Для семинаров и рефератов

 

1. Дилигенский Г.Г. Социально-политическая психоло­гия. — М., 1994,

2. Ольшанский Д.В. Политическая психология // Пси­хологический журнал. — 1992.—№ 2. — С. 173—174

3. Политическая психология.—Л., 1992.

4. Политология: Энциклопедический словарь. — М., 1993.

5. Рощин С.С. Политическая психология // Психологи­ческий журнал. — 1981.— № 1.— С. 113—121.

6. Шестопал Е.Б. Психология политики. — М., 1989.

7. Handbook of political psychology. / Knutson J. (ed.) — San Francisco, 1973.

8. Political psychology: contemporary problems and is­sues. — San Francisco, 1986.