Третий уровень - «солидарно-действенный»

.

Третий уровень - «солидарно-действенный»

Он уже предполагает политико-психологическую готовность членов группы к совместным действиям в больших форматах ради достижения или сохранения целей и интересов своих больших социальных групп. Для развития данного уровня обычно необходим внеш­ний толчок. Как правило, в качестве толчка выступает некоторая угроза интересам своей группы, восприни­маемая как угроза и собственным интересам. Вспом­ним, например, известное открытое письмо ведущих банкиров и предпринимателей России к ведущим по­литическим деятелям накануне президентских выбо­ров 1996 г. Тогда, перед угрозой победы Г. Зюганова и «коммунистического реванша», оно объединило многих даже непримиримых друг к другу «олигархов», срочно сплотившихся вокруг Б. Ельцина и обеспечивших его переизбрание на второй срок.

В свое время планы консервативного британского правительства М. Тэтчер сократить государственную поддержку угольной промышленности вызвали подъем единства и солидарности ранее действовавших исклю­чительно локально угольщиков. Аналогичные последст­вия имели возникавшие несколько раз в 90-е годы в России волны политических забастовок тех же шахтеров. Главным было то, что начинаясь на какой-то одной шахте, забастовка подхватывалась шахтерами другой шахты, затем всего бассейна, а затем переходила в мас­штаб страны. И тогда появление шахтерских пикетов у Дома правительства в столице реально превращало сотни тысяч горняков в единым образом думающую и по­литически действующую большую социальную группу. Уже признано, что именно появление эшелонов с шахтерами в Москве способствовало окончательному утверждению власти Б. Ельцина в начале 90-х годов. В Румы­нии же шахтеры вообще стали движущей силой демо­кратической революции.

В качестве внешнего толчка может выступать не­кое случайное событие. В начале XX века расстрел ленских рабочих, как известно, буквально всколыхнул Россию, почти мгновенно поднял общий уровень со­лидарности и стал, тем самым, поводом для начала революционных событий 1905 г.

Такого рода событие может быть и специально подготовленным — на это всегда работают профсоюз­ные и партийно-политические силы, заранее готовя­щие «цепочку солидарности» в серии тех же, напри­мер, забастовок. Независимый профсоюз угольщиков России, например, демонстрировал особое мастерст­во в такого рода действиях в 90-е годы.

Наконец, роль толчка могут сыграть и часто игра­ют средства массовой информации. Рассказывая о происходящих событиях, комментируя их, они почти неизбежно способствуют расширению кругозора чле­нов больших социальных групп, его переходу с локаль­ного на более высокий уровень.

Понятно, что выделение трех описанных уровней развития сознания и реальной общности членов боль­ших социальных групп носит достаточно условный характер. В разных странах и в разных группах они выглядят по разному. В современном мире все опре­деляется общим образовательным и культурным уров­нем общества в целом. Однако этот уровень различа­ется не только в разных странах, но, подчас, и в разных регионах одной страны — например, России. Причем можно прогнозировать, что дальше он будет диффе­ренцироваться еще больше. Соответственно, рас­сматривая представителей той или иной большой социальной группы как субъекта политики, нельзя не учитывать, на каком уровне развития находится пси­хология их групповой общности.

Следует также учитывать, что политико-психологи­ческое развитие людей как членов больших социальньгх групп связано с действием множества объективных и субъективных факторов. К первым обычно относятся соотношение между собой, в рамках общей социальной структуры общества, различных больших и малых групп, членом которых одновременно является человек; степень очевидности условий бытия группы и непосред­ственности их отражения в сознании людей; интенсивность внутригрупповых, особенно межличностньгх коммуникаций, их соотношение с межгрупповыми и над-групповыми коммуникационными процессами; уровень социальной мобильности группы, возможность перехо­да из данной группы в другую. Ко вторым, прежде всего, относятся развитость групповой политической органи­зации (наличие политической партии или движения, профсоюзов и т. п.); принципиальная идеологическая способность к осознанию группой своей общности (в ча­стности, подразделяются «закрытые», с сектантским типом сознания, и «открытые» группы); наличие и сте­пень развитости групповой идеологии.

а политики, нельзя не учитывать, на каком уровне развития находится пси­хология их групповой общности.

Следует также учитывать, что политико-психологи­ческое развитие людей как членов больших социальньгх групп связано с действием множества объективных и субъективных факторов. К первым обычно относятся соотношение между собой, в рамках общей социальной структуры общества, различных больших и малых групп, членом которых одновременно является человек; степень очевидности условий бытия группы и непосред­ственности их отражения в сознании людей; интенсивность внутригрупповых, особенно межличностньгх коммуникаций, их соотношение с межгрупповыми и над-групповыми коммуникационными процессами; уровень социальной мобильности группы, возможность перехо­да из данной группы в другую. Ко вторым, прежде всего, относятся развитость групповой политической органи­зации (наличие политической партии или движения, профсоюзов и т. п.); принципиальная идеологическая способность к осознанию группой своей общности (в ча­стности, подразделяются «закрытые», с сектантским типом сознания, и «открытые» группы); наличие и сте­пень развитости групповой идеологии.