НЕСОБРАННАЯ ПУБЛИКА

.

НЕСОБРАННАЯ ПУБЛИКА

Я. Щепаньский считал: «Несобранной публикой являются, например, читатели одних и тех же газет слушатели одних и тех же радиопередач, зрители од-них и тех же телевизионных программ, читатели од­них и тех же журналов. Не без причины в Польше укоренился термин «Культура "Пшекруя"» («Kultura "Przekroju"»), имеющий в виду способы выражения, по­ведения, мышления и деятельности, созданные этим по­пулярным еженедельником». Примером российской действительности 90-х гг. стала безусловно специфич­ная в социально-политическом плане «аудитория НТВ». Однако развитие прогресса порождает все новые общности. Сегодня уже необходимо всерьез рассмат­ривать в качестве пока, разумеется, совершенно не­собранной, но часто уже достаточно единой публики «жителей Интернета».

С внешней точки зрения, несобранная публика — это всего лишь «поляризованная масса», то есть боль­шое число людей, мышление и интересы которых ори­ентированы идентичными стимулами в одном направ­лении, и которые ведут себя сходным образом. Это сходство может проявляться не только в бытовых, но и в более социально важных вопросах — в идеологии и политике. В несобранной публике внешне вообще явно не проявляются явления, характерные для толпы или собранной публики. Не проявляется в таком объ­еме «эмоциональное заражение», не исчезает полно­стью рефлексивность и не возникает в полном объеме процесс деиндивидуализации. Хотя заражение и идет, но это — заражение со стороны «черного ящика» (ра­дио- или телеприемника). Разумеется, «ящик» активно стремится и к снижению рефлексивности, и к деинди­видуализации аудитории, однако в полной мере, как в толпе, это трудно достижимо.

Всякие виды «поляризованных масс», несобран­ной публики, представляют собой базу для выработки сходных взглядов, готовности к некритичному воспри­ятию определенной информации. Это основа для соз­дания мнения по некоторым вопросам, основанная на готовности к реагированию сходным образом на иден­тичные стимулы. Следовательно, все виды несобранной публики представляют собой готовую базу для возникновения мнений и настроений — макроформ массово­го политического сознания и соответствующего поли­тического поведения.

Особым примером такой эволюции несобранной публики является действие избирательных кампаний и возникающее в результате электоральное поведение несобранной публики. Данной проблеме посвящено множество специальных исследований. Однако общие механизмы электорального поведения достаточно про­сты. Несмотря на все разговоры о «новых технологи­ях», электоральное поведение в целом продолжает оставаться в значительной степени стихийным пове­дением, подчиняясь его общим закономерностям. В ко­нечном счете, электорат делится на две неравные час­ти. Первая, меньшая часть— это организованный электорат, действующий на основе группового созна­ния и подчиняющийся управляющим этим сознанием институтам. Вторая, значительно большая для любой современной демократической страны часть, пред­ставляет собой неорганизованный электорат.

Общим механизмом политического поведения несобранной публики являются массовые настроения. Последние же, как говорилось в предыдущей главе, представляют собой производное от двух компонентов: притязаний и возможностей их достижения. На этом всегда играли и продолжают играть до сих пор основ­ные политические игроки — политические партии, движения и отдельные кандидаты на выборные посты.

Как писал в свое время Г. Лебон, «избиратель тре­бует невозможного и поневоле приходится обещать требуемое. Отсюда появляются сплошные реформы, утверждаемые без малейшего понятия об их возмож­ных последствиях. Всякая партия, желающая добить­ся власти, знает, что это возможно только превзойдя обещаниями своих соперников». Соответственно, ос­новной инструмент демократии по Г. Лебону — это воз­действие на массовые настроения с целью побуждения определенного поведения людей.

С течением времени мало что изменилось. Осно­вываясь на богатом практическом опыте, американ­ские специалисты так описывали модель «несобранно­го» электората: «У избирателя есть определенные принципы. Он в какой-то мере рационален и распола­гает информацией. У него есть и интересы, однако присутствуют они не в той экстремальной, отработан­ной, совершенной и детализированной форме, в кото­рую их унифицированно облекли политические фило­софы». В решениях большинства избирателей даже в обществах с рациональной политической культурой, преобладает стихийный выбор, основанный на эмо­циональном отношении и присутствующих в данный момент политических настроениях.

Как писал в свое время Г. Лебон, «избиратель тре­бует невозможного и поневоле приходится обещать требуемое. Отсюда появляются сплошные реформы, утверждаемые без малейшего понятия об их возмож­ных последствиях. Всякая партия, желающая добить­ся власти, знает, что это возможно только превзойдя обещаниями своих соперников». Соответственно, ос­новной инструмент демократии по Г. Лебону — это воз­действие на массовые настроения с целью побуждения определенного поведения людей.

С течением времени мало что изменилось. Осно­вываясь на богатом практическом опыте, американ­ские специалисты так описывали модель «несобранно­го» электората: «У избирателя есть определенные принципы. Он в какой-то мере рационален и распола­гает информацией. У него есть и интересы, однако присутствуют они не в той экстремальной, отработан­ной, совершенной и детализированной форме, в кото­рую их унифицированно облекли политические фило­софы». В решениях большинства избирателей даже в обществах с рациональной политической культурой, преобладает стихийный выбор, основанный на эмо­циональном отношении и присутствующих в данный момент политических настроениях.