МАССОВАЯ АГРЕССИЯ

.

МАССОВАЯ АГРЕССИЯ

Не менее заметным, а политически даже более важным видом поведения толпы является стихийная агрессия, обычно определяемая как массовые враж­дебные действия, направленные на нанесение страдания, физического или психологического вреда или ущерба, либо даже на уничтожение данной массой (толпой) других людей или общностей. Психологически, за внешней стихийной агрессией — разрушительным поведением, всегда стоит внутренняя агрессив-иость — эмоциональное состояние, возникающее как реакция на переживание непреодолимости каких-то барьеров (например, социально-политических) или недоступности чего-то желанного. Именно высоким эмоциональным накалом стихийная агрессия отличается от агрессии организованной, при которой солдаты атакующей армии, например, вполне могут не испытывать сильных эмоций к своим противникам, даже убивая их. На практике, стихийная агрессия всегда сопрово­ждается еще и дополнительными сильными эмоция­ми негативного комплекса типа гнева, враждебности ненависти и т. п. Впрочем, в психологии существует несколько десятков различного рода теорий, объяс­няющих те или иные аспекты агрессивности — от врожденных биологических инстинктов до специаль­ных форм социального научения, необходимых для успешной социальной адаптации в нашем сложном мире. Нам нет необходимости подробно вдаваться в их изучение.

В политико-психологическом контексте, для нас важно иное — то, что на основе агрессивности и аг­рессии в истории и современной политике периоди­чески возникали и возникают агрессивные толпы с весьма специфическим политическим поведением. Если войны обычно вели организованные армии, то восстания и революции делали именно агрессивные толпы. В общепринятом смысле, под «агрессией» как раз и понимают массовое агрессивное поведение тол­пы. Один из многих, Дж. Роуэн определял агрессию как «неприкрыто насильственную, угрожающую, предна­меренную и не подчиняющуюся нормам силу», дейст­вия которой не спровоцированы аналогичными, про­тиворечат обычаям, закону, ценностям.

Согласно принятым в западной цивилизации воз­зрениям, теоретически, каждый человек должен иметь право на самоутверждение, а лишенный его — на са­мозащиту, чтобы восстановить чувство своей значимо­сти, необходимое для нормального существования. Блокирование права на самозащиту ведет к агрессив­ности, особенно если оно длительно (как это часто бывает, например, в отношении к национальным мень­шинствам). Агрессия вторгается в сферу власти или престижа, или на территорию другого, и частично за­хватывает то, что удается. Если же агрессия блокирована, спираль ее принимает еще более крутую форму взрыв насилия происходит по причинам прежде всего психологическим, приобретая подчас экстатический характер, когда восстание становится самоцелью, вершиной жизни его участников (как, например, весной 1968 г. это было во Франции).

Как показывают исследования современных мас­совых беспорядков, волнений и восстаний, «важней­ший лежащий в их основе фактор — чувство полного блокирования всех надежд». Тот же Дж. Роуэн приво­дит достаточно типовую схему событий — на примере расовых волнений в негритянском гетто в пригороде Лос-Анжелеса. Факторы, предшествующие агрессии, известны. Постоянная и массовая безработица одних, неинтересная и низкооплачиваемая работа других. Напряженные с обеих сторон отношения населения гетто и полиции. Незаконное требование полисмена к подозреваемому, его отпор, поддержанный группой близких. Вступление в действие дополнительного наря­да полиции — превращение группы в толпу, а локаль­ного сопротивления властям — в восстание. Далее оно охватывает уже весь район со всеми присущими вос­станию атрибутами- «Какое-либо действие, любое дей­ствие должно было в конце концов показать, что здесь человеческие существа, а не роботы».

К условиям возникновения агрессии исследовате­ли обычно относятся следующие. Во-первых, физиоло­гические условия — алкоголь, наркотики. Во-вторых, психологические — уже упоминавшееся ощущение фрустрации, «невозможности исполнения никаких надижд». В-третьих, ситуационные в виде наличия лидеров, подходящих средств проявления агрессии (пресловутый «булыжник — орудие пролетариата») и т. п. В-четвертых, это провокационные действия вла­стей или их отдельных представителей, иногда могу­щие спровоцировать агрессию.

Для развития агрессии обычно, во-первых, требу­ется некоторый конкретный повод, подчеркивающий психологическую безнадежность ситуации для людей. Во-вторых, требуются люди, готовые поддержать это ощущение безнадежности, но, одновременно, «кач­нуть» толпу против тех, кто в этом может быть обвинен. В-третьих, требуется конкретный объект агрессии — представитель власти, угнетающего большинства или просто символ властного института. Примерно эти условия совпали осенью 2000 г. в Белграде, когда конституционный суд объявил недействительными итоги выборов, на которых проиграл С. Милошевич. Собравшаяся перед парламентом оппозиционная и поначалу мирная толпа быстро стала агрессивной, сме­ла полицейское заграждение и, по сути, осуществила революцию.

Среди наиболее важных для нашего понимания вариантов агрессивного поведения толпы, различают­ся экспрессивная, импульсивная, аффективная и враж­дебная агрессия. Из самого названия понятно, что экс­прессивная агрессия — это устрашающе-агрессивное поведение, главной целью которого является выразить и обозначить свои потенциально агрессивные намере­ния, запутать оппонентов. Это не всегда и не обязатель­но выражается в непосредственно разрушительных действиях. Классические примеры экспрессивной аг­рессии — ритуальные танцы, военные парады, различ­ного рода массовые шествия типа широко использовав­шихся в свое время немецкими фашистами ночных факельных шествий.

Импульсивная агрессия — обычно, спровоциро­ванное в результате действия какого-то фактора мгно­венно возникающее и достаточно быстро проходящее агрессивное поведение. Такая агрессия может носить прерывистый («импульсный») характер, возникая как бы «волнами», в виде своеобразных «приливов» и «от­ливов» агрессивного поведения.

Аффективная агрессия — чисто эмоциональный феномен, практически полностью лишенный дейст­венного компонента. Этим он отличается от экспрес­сивной формы агрессивной толпы. Аффективная аг­рессия, как правило, представляет собой наиболее впечатляющий, но с политической точки зрения, са­мый бессмысленный вид агрессии, В состоянии аф­фективной агрессии, толпы нападающих повстанцев, например, могут разбиваться о хорошо организован­ную оборону властей, и будут обречены на поражение. Это то, что иногда называется «агрессивным ажиота­жем» — особое состояние, требующее немедлен­ных, любой ценой, жертв и разрушений. Как правило, жертвы в таких случаях и превосходят достигаемые результаты.

В отличие от перечисленных выше форм, особняком стоят еще две. Во-первых, это враждебная агрессия, ко­торая характеризуется целенаправленно-осознанный намерением нанесения вреда другому. Во-вторых, инструментальная агрессия, где цель действия субъекта нейнтральна, а агрессия используется как одно из средств ее достижения. Понятно, что обе эти формы относятся к числу организованных, хотя внешне они подчас могут маскироваться под стихийное поведение толпы, подчи­няясь задачам управляющих ими сил.

«Для форм агрессии, развивающихся в массовых социальных и политических явлениях (террор, геноцид, расовые, религиозные идеологические столкновения), типичны сопровождающие их процессы заражения и взаимной индукции, стереотипизации представлений в создаваемом «образе врага». Однако особую роль в возникновении и поведении агрессивной толпы игра­ет анонимность ее участников. Лабораторными и поле­выми исследованиями доказано, что анонимность дей­ствует на толпу побуждающе и возбуждающе. Таким образом, в целом, массовая агрессия подчиняется всем основным законам массового поведения — в частности, описаным выше законам поведения толпы.

Соответственно, общим законам подчиняются и механизмы воздействия на агрессивную толпу. Так, в частности, известно, что лишение толпы анонимности с помощью средств массовой информации (крупные планы в теле репортажах, позволяющие фиксировать лица участников толпы) препятствуют росту ее агрес­сивности и даже способствуют ее организованности. В свое время изобретение несмываемой краски, кото­рой полиция могла «метить» активистов таких толп, на­долго искоренило сам феномен агрессивной толпы из политической практики.

Как и в любой толпе, важную роль в агрессивной толпе играют лидеры, Однако здесь есть одна сущест­венная особенность. Роль лидеров велика прежде все­го как инициаторов восстания. Она уменьшается по мере увеличения толпы и усиления ее агрессивности — в таких ситуациях толпа становится наименее управ­ляемой. Роль лидеров, таким образом, велика лишь до тех пор, пока вокруг них не образуется толпа, далее действующая по законам собственного, стихийного поведения.

В заключение раздела приведем классический пример, одновременно иллюстрирующий проявления обо­их рассмотренных феноменов — и массовой паники, и весовой агрессии.

Осенней ночью 1938 года в городишке Гроноверс-Милл, штат Нью-Джерси, согласно знаменитой радио­инсценировке фантастического романа английского писателя Г. Уэллса «Война миров», приземлился бело-желтый корабль марсиан. Радиоспектакль, осуществ­ленный О. Уэллсом и актерами руководимого им теат­ра «Меркьюри», был настолько реалистичным, что многие радиослушатели поверили в полную достовер­ность происходящего и в панике стали покидать свои дома, спасаясь тотальным бегством. Действительно, было от чего придти в ужас. Радиошоу началось без всякого предварительного объявления, вклинившись в программу обычных передач компании Си-би-эс. «Мы прерываем наши запланированные передачи, — услы­шали огорошенные радиослушатели, — чтобы передать специальное сообщение. На пересечении двух сельских дорог близ Гроверс-Милл, нарушив пасторальную тиши­ну здешних живописных мест, приземлились кровожад­ные существа, прилетевшие к нам с планеты Марс...».

Далее шли интервью с полковником-командиром батареи артиллерийских орудий, прибывших к месту приземления марсиан с приказом их уничтожить; ин­тервью с членами конгресса и сената, и т. д., и т. п. В итоге, эффект был достигнут потрясающий. Паника охватила миллионы жителей Нью-Йорка и десятков городов побережья. Бросая все и давя друг друга, люди бросились в бегство. Потребовалось несколько дней для того, чтобы их успокоить, несколько недель, что­бы вернуть по домам, и несколько месяцев, чтобы ли­квидировать нанесенный этой паникой ущерб. Самое удивительное, что через 50 лет в Гроверс-Милл был поставлен бронзовый монумент, изображающий ко­рабль марсиан и О. Уэллса у микрофона. На памятнике надпись: «Марсиане снова посетят наш город».

Величайшая паника века завершилась шуткой. Однако в середине этого пятидесятилетия была еще одна история. В 1958 году в Боливии решили сделать аналогичный радио спектакль — разумеется, с учетом негативного опыта. Были сделаны все необходимые предупреждения, а затем... в эфир был пущен перевод инсценировки О. Уэллса.. Уже через несколько минут перед зданием радиостанции собралась возмущенная толпа, потребовавшая остановить передачу. Когда руководство радиостанции отказалось это сделать, толпа превратилась в агрессивную, и разгромила здание радиостанции.

Так разные условия, разные политико-психологи­ческие ситуации оказались способными дать два прин­ципиально разных варианта: от паники до агрессии.

 

NB

 

Политическая психология различает две основные формы поведения: зависящее от воли и сознания индивидов или независящее от них. В последнем слу­чае говорят о стихийном поведении. Стихийное политическое поведение значительных масс людей — это неорганизованное, но аналогичное (подчас тож­дественное, хотя не всегда полностью одинаковое), и сравнительно необычное поведение большого ко­личества людей. Анализ массового стихийного пове­дения подразумевает два основных направления. Во-первых, рассмотрение конкретных субъектов такого поведения. К ним относятся три вида общностей: 1) толпа, 2) «собранная публика» и 3) «несобранная» публика. Во-вторых, рассмотрение наиболее демон­стративных форм стихийного поведения. К таким формам относятся стихийная массовая паника и мас­совая агрессия.

Среди общих механизмов, способствующих возник­новению и развитию стихийных форм массового по­ведения, одним из важнейших является так называе­мая «циркулярная реакция». Та или иная эмоция, переживаемая контактной общностью, подхватыва­ясь другими людьми, обычно возвращается к вам как бы по кругу. Так она может циркулировать опреде­ленное время, и это — первый этап формирования эмоциональной общности. Процесс циркуляции может прерываться, и тогда эмоция постепенно сойдет на нет. Однако при вклю­чении в общность новых людей она будет воспро­изводиться заново, при условии актуальности и значимости для людей. Этим обеспечивается второй этап— своеобразное «эмоциональное кружение» данного психофизического состояния. В стихийно складывающейся общности та или иная эмоция как бы ходит по кругу, поддерживая и усиливая себя. Это этап эмоционального самоиндуцирования общности. Третий этап действия механизмов стихийного про­ведения — появление общего объекта внимания, на котором фокусируются эмоциональные импульсы, чувства и воображение людей. Часто новым объектом становится образ, создаваемый в процессе «эмо­ционального кружения». Такой продукт совместно. го творчества выступает в качестве объекта-побуди­теля совместного поведения. Завершающий этап в формировании субъекта сти­хийного поведения — активизация членов общности через дополнительное стимулирование, путем возбу­ждения импульсов, соответствующих общему вооб­ражаемому объекту. Такое стимулирование обычно осуществляется на основе прямого внушения.

Основным субъектом стихийного поведения являет­ся толпа— контактная, внешне не организованная общность, отличающаяся высокой степенью конфор­мизма составляющих ее индивидов, действующих крайне эмоционально и единодушно. Психическое состояние индивида в толпе изменяется в стороны: 1) повышения эмоциональности восприятия, 2) повы­шения внушаемости и снижения критического отно­шения к себе, снижения способности рациональной переработки воспринимаемой информации, 3) по­давления чувства ответственности за свое поведение, 4) появления чувства силы и сознания анонимности. В разных видах толпы изменения психического со­стояния будут различными. Среди основных видов толпы обычно выделяются 1) слизмы электорального поведения достаточно про­сты: в целом, оно продолжает оставаться в значитель­ной степени стихийным поведением, подчиняясь его общим закономерностям. В конечном счете, электо­рат делится на две неравные части. Первая, меньшая часть — это организованный электорат, действую­щий на основе группового сознания и подчиняющий­ся управляющим этим сознанием институтам. Вто­рая, значительно большая для любой современной демократической страны часть, представляет собой неорганизованный электорат. Общим механизмом политического поведения несобранной публики яв­ляются массовые настроения.

Одним из наиболее заметных видов поведения тол­пы является паника — эмоциональное состояние, воз­никающее как следствие либо дефицита информации о какой-то пугающей или непонятной ситуации, либо ее чрезмерного избытка, и проявляющееся в импуль­сивных действиях. На основе паники возникают па­нические толпы со специфическим поведением. Выделяются ситуационные, физиологические, пси­хологические, идеологические и политико-психоло­гические условия-предпосылки возникновения и раз­вития паники. Собственно паническая реакция включает в себя 1) потрясение от восприятия некоего особого пугаю­щего стимула, 2) замешательство, растерянность, 3) «циркулярную реакцию» и «эмоциональное круже­ние» реального или предвосхищаемого страха, 4) дви­гательную ажитацию в виде хаотичного поведения и схватания за соломинку», 5) бегство от источника страха.

Стихийная агрессия — это массовые враждебные действия, направленные на нанесение страдания, фи­зического или психологического вреда или ущерба, либо даже на уничтожение массой других людей или общностей. Психологически, за внешней стихийной агрессией — разрушительным поведением, всегда стоит внутренняя агрессивность — эмоциональное состояние, возникающее как реакция на пережива­ние непреодолимости каких-то барьеров (например, социально-политических) или недоступность чего-то желанного. Именно высоким эмоциональным накалом стихийная агрессия отличается от агрессии организованной, при которой солдаты атакующей ар­мии, например, вполне могут не испытывать сильных эмоций к своим противникам, даже убивая их. На практике, стихийная агрессия всегда сопровождает­ся еще и дополнительными сильными эмоциями не­гативного комплекса типа гнева, враждебности, не­нависти и т. п. Выделяются физиологические, психологические, си­туационные условия-предпосылки агрессии, а также провокационные действия как особое условие. Для развития агрессии требуется конкретный повод, де­монстрирующий недостижимость надежд и ожида­ний людей; лидеры, способные «заводить» толпу; кон­кретный объект, на который направляется агрессия. Особую роль в развитии агрессии играет аноним­ность действий членов агрессивной толпы. Соответ­ственно, среди механизмов воздействия на такую толпу особую роль играет лишение участников такой анонимности за счет крупных планов телерепорта­жей, использования полицией несмываемой краски и т. п. Различаются экспрессивные, импульсивная, аффективные и враждебные варианты агрессии. Со­ответственно, воздействия на эти варианты носят дифференцированный характер.

 

Для семинаров и рефератов

1. Бзрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. — СПб., 1998.

2. Ольшанский Д.В. Массовые настроения в полити­ке. — М., 1995.

3. Основы социальной психологии и пропаганды. — М., 1982.

4. Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. — М., 1979.

5. Социальная психология. — М., 1975.

6. Barnes В. The Nature of Power. — Cambridge, 1988.

7. Lassswell R. Psychopathology of Politics. — N. Y., 1932.

. Для развития агрессии требуется конкретный повод, де­монстрирующий недостижимость надежд и ожида­ний людей; лидеры, способные «заводить» толпу; кон­кретный объект, на который направляется агрессия. Особую роль в развитии агрессии играет аноним­ность действий членов агрессивной толпы. Соответ­ственно, среди механизмов воздействия на такую толпу особую роль играет лишение участников такой анонимности за счет крупных планов телерепорта­жей, использования полицией несмываемой краски и т. п. Различаются экспрессивные, импульсивная, аффективные и враждебные варианты агрессии. Со­ответственно, воздействия на эти варианты носят дифференцированный характер.

 

Для семинаров и рефератов

1. Бзрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. — СПб., 1998.

2. Ольшанский Д.В. Массовые настроения в полити­ке. — М., 1995.

3. Основы социальной психологии и пропаганды. — М., 1982.

4. Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. — М., 1979.

5. Социальная психология. — М., 1975.

6. Barnes В. The Nature of Power. — Cambridge, 1988.

7. Lassswell R. Psychopathology of Politics. — N. Y., 1932.