Глава 5. СИМВОЛИЗМ ТАРО

.

Глава 5. СИМВОЛИЗМ ТАРО

Колода карт Таро. – Двадцать два главных аркана. – История Таро. – Внутреннее содержание Таро. – Разделение Таро и его символических изображений. – Назначение Таро. – Таро как система и конспект "герметических". – Символизм алхимии, астрологии, каббалы и магии. – Символическое и вульгарное понимание алхимии. – Освальд Вирт о языке символов. – Имя Бога и четыре принципа каббалы. – Мир в себе. – Параллелизм четырех принципов в алхимии, магии, астрологии и в откровениях. – Четыре принципа в главных и малых арканах Таро. – Числовое и символическое значение главных арканов. – Литература по Таро. – Общие недостатки комментариев к Таро. – Элифас Леви о Таро. – Происхождение Таро согласно Христиану. – Следы главных арканов Таро отсутствуют в Индии и в Египте. – Природа и ценность символизма. – Герметическая философия. – Необходимость фигурального языка для выражения истины. – Расположение карт Таро по парам. – Единство в двойственности. – Отдельные значения двадцати двух нумерованных карт. – Субъективный характер карт Таро. – Разделение главных арканов на три семерки. – Их значение. – Другие игры, происходящие от Таро. – "Легенда" об изобретении Таро.

В оккультной, или символической, литературе, т.е. в литературе, основанной на существовании скрытого знания, есть чрезвычайно интересное явление: Таро.

Таро – это колода карт, до сих пор употребляющаяся для игры и гадания на юге Европы. Она почти не отличается от обычных игральных карт, которые суть не что иное, как урезанная колода Таро. В ней те же короли, дамы, тузы, десятки и т.д. Карты Таро известны с конца XIV века от испанских цыган. Это были первые карты, появившиеся в Европе. Есть несколько разновидностей Таро, насчитывающих разное количество карт. Точная копия древнейшего Таро – так называемое "Марсельское Таро".

Эта колода Таро насчитывает 78 карт. Из них 52 – обычные игральные карты, к которым прибавляют по одной новой "картинке" в каждой масти, а именно, рыцаря, который помещается между дамой и валетом; всего, следовательно, 56 карт, разбитых на четыре масти, две черные и две красные. Они называются так: жезлы (трефы), чаши (черви), мечи (пики) и пентакли, или диски (бубны).

Кроме того, есть еще двадцать две нумерованных карты с особыми названиями, находящиеся, так сказать, вне мастей:

1.

Фокусник

12.

Повешенный

2.

Жрица

13.

Смерть

3.

Царица

14.

Умеренность (Время)

4.

Царь

15.

Дьявол

5.

Первосвященник

16.

Башня

6.

Искушение

17.

Звезда

7.

Колесница

18.

Луна

8.

Справедливость

19.

Солнце

9.

Отшельник

20.

День Суда

10.

Колесо Фортуны

21.

Мир

11.

Сила

0.

Безумный

Эта колода карт, согласно легенде, представляет собой чудесным образом дошедшую до нас египетскую иероглифическую книгу, состоящую из 78 таблиц. Известно, что в Александрийской библиотеке, кроме папирусов и пергаментов, было много книг, состоявших из большого числа глиняных или деревянных таблиц. Предание о Таро гласит, что некогда это были медали с выбитыми на них изображениями и числами, затем металлические пластинки, далее – кожаные карты и, наконец, карты бумажные.

Представляя собой внешним образом колоду карт, внутренне Таро – нечто совсем иное. Это "книга" философского и психического содержания, читать которую можно самыми разными способами.

Приведу пример философского толкования общей картины или общего содержания "книги Таро", так сказать, ее метафизическое заглавие, которое наверняка убедит читателей, что эта "книга" не могла быть создана неграмотными цыганами XIV столетия.

Карты Таро разделяются на три части.

Первая часть: 21 нумерованная карта.

Вторая часть: одна карта под номером 0.

Третья часть: 56 карт, т.е. четыре масти по 14 карт.

При этом вторая часть является звеном между первой и третьей, в силу того что все 56 карт третьей части равны вместе одной, носящей номер 0.

Французский философ и мистик XVIII века Сен-Мартэн ("неизвестный философ") назвал свой главный труд "Натуральной таблицей отношений, существующих между Богом, человеком и вселенной". Эта книга содержит 22 главы, которые все вместе являются комментарием к 22 картам Таро.

Представим себе 21 карту первой части, расположенные в виде треугольника по 7 карт в каждой стороне; в середине этого треугольника – точку, изображающую нулевую карту (вторая часть), а вокруг треугольника квадрат, состоящий из 56 карт (третья часть) – по 14 карт в стороне. Так мы получаем изображение метафизического отношения между Богом, человеком и вселенной, или между ноуменальным (объективным) миром, психическим миром (или человеком) и феноменальным (субъективным или физическим) миром.

Треугольник – это Бог, Троица, ноуменальный мир.

Квадрат, четыре элемента, есть видимый, физический или феноменальный мир.

Точка есть душа человека; и оба мира отражены в этой душе.

Квадрат равен точке – это значит, что весь видимый мир заключается в сознании человека, так сказать, создается в душе человека и есть его представление. А душа человека – это не имеющая измерения точка в центре треугольника объективного мира.

Очевидно, что такая идея не могла возникнуть у невежественных людей, так что Таро – это нечто большее, чем колода игральных и гадальных карт.

Идею Таро можно передать также формой треугольника, в котором заключен квадрат (материальная вселенная), в котором заключена точка (человек).

Очень интересно попытаться установить цель, задачу и применение книги Таро.

Прежде всего заметим, что Таро – это "философская машина", смысл и возможное применение которой имеет много общего с теми философскими машинами, которые пытались изобрести средневековые философы. Некоторые приписывают изобретение Таро Раймонду Луллию, философу и алхимику XIII века, автору мистических и оккультных книг; он предложил схему "философской машины" в своей книге "Великое искусство". С помощью этой машины можно было ставить вопросы и получать на них ответы. Машина состояла из концентрических кругов и расположенных на них в определенном порядке слов, обозначающих идеи разных миров. Когда некоторые слова устанавливали в определенном положении, чтобы сформулировать вопрос, другие слова давали ответ на него. Таро имеет много общего с этой "машиной". По своему замыслу это как бы своеобразные "философские счеты".

Таро позволяет вкладывать в разные графические изображения (подобно вышеприведенным треугольнику, точке и квадрату) идеи, трудно выразимые (или вовсе не выразимые) в словах;

Таро – оружие ума, которое помогает развивать его комбинаторную способность и т.п.;

Таро – средство для гимнастики ума, для приучения его к новым, расширенным понятиям, к мышлению в мире высших измерений и к пониманию символов.

В гораздо более глубоком и разнообразном смысле Таро по отношению к метафизике и мистике представляют собой то же самое, что система счисления (десятичная или иная) – по отношению к математике.

Для ознакомления с Таро необходимо знать основные идеи каббалы, алхимии, магии и астрологии. По вполне правдоподобному мнению многих комментариев, Таро – это конспект герметических наук с различными их подразделениями или, по крайней мере, попытка создать такой конспект.

Все эти науки представляют собой одну систему психологического изучения человека в его разнообразных отношениях к миру ноуменов (Богу и миру духа) и к миру феноменов – видимому, физическому миру.

Буквы еврейского алфавита и различные аллегории в каббале, названия металлов, кислот и солей в алхимии, планет и созвездий в астрологии, добрых и злых духов в магии – все это лишь условный, сокровенный язык для выражения психологических идей.

Открытое изучение психологии, особенно в ее самом широком смысле, было когда-то невозможно: исследователя ждали пытки и костер.

Если заглянуть в глубь веков еще дальше, мы обнаружим еще больший страх перед всеми попытками изучения человека. Как можно было в окружении тьмы, невежества и суеверий того времени говорить и действовать открыто? Открытое изучение психологии даже в наше время, которое считается просвещенным, находится под подозрением.

Вот почему истинную сущность герметических наук скрывали под символами алхимии, астрологии и каббалы. При этом алхимия объявляла своей внешней задачей приготовление золота или отыскание жизненного эликсира; астрология и каббала – гадание; а магия – подчинение духов. Но когда настоящий алхимик говорил о поиске золота, он имел в виду поиск золота в душе человека, когда говорил о жизненном эликсире, подразумевал поиск вечной жизни и путей к бессмертию. В этом случае золотом он называл то, что в Евангелии называется Царством Небесным, а в буддизме – нирваной. Когда настоящий астролог говорил о созвездиях и планетах, он говорил о созвездиях и планетах в душе человека, т.е. о свойствах человеческой души и о ее отношениях к Богу и миру. Когда настоящий каббалист говорил об имени Божества, он искал его Имя в душе человека, а не в мертвых книгах, не в библейском тексте, как делали это каббалисты-схоласты. Когда настоящий маг говорил о подчинении "духов", элементалей и т.п. воле человека, он понимал под этим подчинение единой воле разных "я" человека, разных его желаний и стремлений. Каббала, алхимия, астрология, магия – это параллельные системы психологии и метафизики.

Об алхимии очень интересно говорит в одной своей книге Освальд Вирт.

Алхимия фактически изучала мистическую металлургию, т.е. операции, которые природа производит в живых существах; глубочайшая наука о жизни скрывалась здесь под необычными символами.

Но столь грандиозные идеи разорвали бы слишком узкие черепа. Не все алхимики были гениями: жадность привлекала к алхимии искателей золота, чуждых всякому эзотеризму; они понимали все буквально, и их чудачества порой не знали границ.

Из этой фантастической кухни вульгарных шарлатанов возникла современная химия... Но истинные философы, достойные этого имени, любители или друзья мудрости, тщательно отделяли тонкое от грубого, с осторожностью и предусмотрительностью, как этого требовала "Изумрудная Скрижаль" Гермеса Трисмегиста, т.е. отбрасывали смысл, принадлежащий мертвой букве и оставляли для себя только внутренний дух учения.

В наше время мы смешиваем мудрецов с глупцами и отбрасываем все, что не получило официального патента.

Основу каббалы составляет учение имени Божества в его проявлениях. "Иегова" по-еврейски пишется четырьмя буквами; "йод", "хе", "вау", "хе" – IHVH. Этим четырем буквам придано символическое значение. Первая буква выражает активное начало, инициативу, движение, энергию, Я; вторая буква – пассивное начало, инерцию, покой, не-Я; третья – равновесие противоположностей, "форму"; четвертая – результат, или скрытую энергию. Каббалисты утверждали, что всякое явление и всякая вещь состоят из этих четырех начал, т.е. каждая вещь и каждое явление состоят из Божественного имени. Изучение этого имени, по-гречески тетраграмматона, или "четверобуквия", его обнаружение во всем и есть главная задача каббалистической философии.

В чем здесь, собственно, дело?

Четыре начала, по словам каббалистов, составляют все и вся в мире. Открывая эти четыре начала в вещах и явлениях совершенно разного порядка, в которых, казалось бы, нет ничего общего, человек обнаруживает подобие этих вещей и явлений друг другу. Постепенно он убеждается, что все в мире построено по одним и тем же законам, по одному плану. С определенной точки зрения обогащение и рост интеллекта заключается в расширении его способностей находить подобия. Поэтому изучение закона четырех букв, или имени Иеговы, представляет собой могучий способ расширения сознания. Идея совершенна ясна. Если Имя Божества пребывает во всем (если Бог присутствует во всем), то все должно быть подобно друг другу, самая мельчайшая часть подобна целому, пылинка – вселенной, и все подобно Божеству. Что вверху, то и внизу.

Умозрительная философия приходит к выводу, что мир, несомненно, существует, но что наше представление о мире – ложно. Это значит, что причины, вызывающие наши ощущения, существуют вне нас, но наше представление об этих причинах ложно. Или, говоря иначе, что мир в себе, т.е. мир сам по себе, помимо нашего восприятия, существует, но мы не знаем его и никогда не сможем узнать, ибо все, что доступно нашему изучению, т.е. весь мир феноменов или проявлений – это лишь наше представление о мире. Мы окружены стеной наших представлений и не можем заглянуть через эту стену на реальный мир.

Каббала ставит своей целью изучение мира, каков он есть, мира в себе. Другие "мистические" науки имеют точно такую же цель.

В алхимии четыре первоначала, из которых состоит реальный мир, названы четырьмя стихиями, или элементами: это огонь, вода, воздух и земля, смысл которых перекликается с четырьмя каббалистическими буквами. В магии четырем стихиям соответствуют четыре класса духов: эльфы, ундины, сильфы и гномы, т.е. духи огня, воды, воздуха и земли. В астрологии им соответствуют четыре стороны света: восток, юг, запад и север, которые, в свою очередь, служат иногда для обозначения разных частей человека. В Апокалипсисе это четыре существа: с головой быка, с головой льва, с головой орла и с головой человека.

Все вместе это сфинкс, изображение слитых воедино четырех первоначал.

*   *   *

Таро представляет собой как бы комбинацию каббалы, алхимии, магии и астрологии.

Четырем началам, или четырем буквам Имени Божества, или четырем алхимическим стихиям, или четырем классам духов, или четырем делениям человека, или четырем апокалиптическим существам в Таро соответствуют четыре масти: жезлы, чаши, мечи и пентакли.

Таким образом, каждая масть, каждая из сторон квадрата, равного точке, изображает одну из стихий, управляет одним классом духов. Жезлы – это огонь, или эльфы; чаши – вода, или ундины; мечи – воздух, или сильфы; пентакли – земля, или гномы.

Кроме того, в каждой отдельной масти король означает первое начало, или огонь, королева (дама) – второе начало, или воду, рыцарь – третье начало, или воздух, и паж (валет) – четвертое начало, или землю.

Дальше, туз вновь означает огонь, двойка – воду, тройка – воздух, четверка – землю. Четвертое начало, совмещая в себе три первых, является началом нового квадрата. Четверка является первым началом, пятерка – вторым, шестерка – третьим, семерка – четвертым. Далее, семерка опять является первым началом, восьмерка – вторым, девятка – третьим и десятка – четвертым, завершая последний квадрат.

Черные масти (жезлы и мечи) выражают активность и энергию, волю и инициативу, а красные (чаши и пентакли) – пассивность, инерцию и объективную сторону. Далее, две первые масти, жезлы и чаши, означают добро, т.е. благоприятные условия или дружественные отношения, а две вторые, мечи и пентакли, – зло, т.е. неблагоприятные условия и враждебные отношения.

Таким образом, каждая из 56 карт означает нечто активное или пассивное, доброе или злое, проистекающее от воли человека или приходящее к нему со стороны. Значения карт комбинируются всевозможными способами из символического значения их мастей и достоинств. В общем, 56 карт представляют собой как бы полную картину всех возможностей человеческой жизни, на чем и основано применение Таро для гадания.

Но философский смысл Таро далеко не полон без 22 нумерованных карт, или "главных арканов". Эти 22 карты имеют, во-первых, числовое значение, а во-вторых, очень сложное символическое. Взятые в числовом значении, они образуют равносторонние треугольники, квадраты и иные фигуры, смысл которых определяется по составляющим их картам.

*   *   *

Литература, посвященная Таро, занимается, главным образом, истолкованием символических рисунков 22 карт. Многие писатели мистических книг организуют свои сочинения по плану Таро, но их читатели зачастую об этом и не подозревают, так как Таро не всегда здесь упоминается.

Я уже указывал на книгу "неизвестного философа" Сен-Мартэна – "Естественная таблица отношений между Богом, человеком и вселенной", вышедшую в XVIII веке. Именно в Таро, как говорит современный последователь Сен-Мартэна доктор Папюс, "неизвестный философ" обнаружил таинственные звенья, связывающие Бога, человека и вселенную.

Книга Элифаса Леви "Учение и ритуал высшей магии" (1853 г.) также написана по плану Таро. Каждой из 22 карт Э. Леви посвящает две главы, одну в первой части и одну во второй. Элифас Леви ссылается на Таро и в других своих книгах: "Великая тайна" и др. Комментаторы Таро обычно упоминают "Историю магии" Христиана (на франц. языке, 1854 г.), в которой приводится астрологическое толкование 56 карт.

Очень известны книги С. Гвайта с необычными аллегорическими названиями – "На пороге тайны", "Храм Сатаны" и "Ключ к черной магии", к сожалению, не доведенные до конца. Первая из них – это введение, вторая посвящена первым семи картам, от 1 до 7, третья – вторым семи картам, от 8 до 15, а четвертая, которая завершала эти подробные комментарии, вообще не вышла.

Интересный материал для изучения Таро есть в трудах Освальда Вирта, восстановившего рисунки Таро и, кроме того, выпустившего несколько интересных книг по герметическому и масонскому символизму. Упомяну еще работы А. Уэйта, который сопроводил краткими комментариями реставрированную в Англии колоду Таро и составил небольшой библиографический указатель сочинений по Таро. Из современных исследователей Таро определенный интерес представляют Буржа, Декресп, Пикар и английский переводчик Каббалы Макгрегор Мэтерс. У французского оккультиста "доктора Папюса" есть две книги, специально посвященные Таро ("Цыганское Таро" и "Таро для гадания"); в других его книгах имеются многочисленные ссылки и указания на Таро, хотя они затемнены обилием дешевой фантазии и псевдомистики.

Приведенным перечнем, конечно, не исчерпывается вся относящаяся к Таро литература; то те книги, которыми я пользовался при составлении настоящего очерка. Следует заметить, что никакая библиография Таро не может быть исчерпывающей, так как самые ценные сведения и ключи к пониманию Таро можно отыскать в сочинениях по алхимии, астрологии и мистике, авторы которых, возможно, вовсе и не думали о Таро. Для понимания образа человека, который рисует Таро, очень много дает книга Гихтеля "Практическая теософия" (XVII в.), особенно рисунки к ней, а для понимания четырех символов Таро – книга Пуассона "Теории и символы алхимиков".

О Таро упоминается в книгах Е.П. Блаватской – и в "Тайной Доктрине", и в "Разоблаченной Изиде". Есть все основания предполагать, что Е.П. Блаватская придавала Таро особое значение. В издававшемся при жизни Блаватской теософском журнале имеются две неподписанные статьи о Таро, в одной из которых подчеркивается фаллический элемент, заключающийся в Таро.

*   *   *

Но если говорить вообще, то изучение литературы по Таро приносит большое разочарование, как и знакомство с оккультной и специальной теософской литературой: ибо обещает она гораздо больше, чем дает.

Каждая из упомянутых книг содержит о Таро нечто интересное. Но наряду с ценным и интересным материалом имеется очень много мусора, и это характерно для всей "оккультной" литературы вообще. А именно: во-первых, для них характерен чисто схоластический подход, когда смысл ищут в букве; во-вторых, делают слишком поспешные выводы, прикрывают словами то, что не понял сам автор, перескакивают через трудные проблемы, не доводят умозаключения до конца; в-третьих, налицо излишняя сложность и несимметричность построений. Особенно этим изобилуют книги "доктора Папюса", который в свое время был самым популярным комментатором Таро.

Между тем, тот же Папюс говорит, что всякая сложность указывает на несовершенство системы. "Природа очень синтетична в своих проявлениях, и простота лежит в основе ее самых по внешности запутанных феноменов", – пишет он. Это, конечно, верно; но именно этой простоты и не достает всем объяснениям системы Таро.

По этой причине даже самое обстоятельное изучение подобных сочинений мало способствует пониманию системы и символов Таро и почти не помогает практическому применению Таро как ключа к метафизике и психологии. Все авторы, писавшие о Таро, превозносят его до небес, называют универсальным ключом, но не указывают, как этим ключом пользоваться.

Я приведу несколько отрывков из работ тех авторов, которые пытались объяснить и истолковать Таро и его идеи.

Элифас Леви говорит в книге "Учение и ритуал высшей магии":

Универсальный ключ магии есть ключ всех древних религий, ключ каббалы и Библии, ключ Соломона.

Этот ключ, который много столетий считался потерянным, теперь найден, и мы имеем возможность открыть гробницы древнего мира и заставить древних мертвецов говорить, увидеть памятники прошлого во всем их блеске, понять загадку Сфинкса, проникнуть во все святилища.

У древних пользование этим ключом разрешалось только главным жрецам, и секрет его сообщался только высшим посвященным.

Ключ, о котором идет речь, представлял собой иероглифический и числовой алфавит, выражающий буквами и числами ряд всеобщих и абсолютных идей.

Символическая тетрада, т.е. четверичность в мистериях Мемфиса и Фив, изображалась четырьмя формами сфинкса: человек, орел, лев и бык – совпадающими с четырьмя элементами или стихиями древних: вода, воздух, огонь, земля.

Эти четыре знака (и все аналогичные им четверичные сочетания) объясняют одно Слово, хранившееся в святилищах, которое всегда произносилось в виде четырех букв или слов: Йод Хе Вау Хе.

Таро – это поистине философская машина, которая удерживает ум от блужданий по сторонам, предоставляя ему в то же время полную инициативу и свободу; это математика в приложении к абсолютному, союз позитивного с идеальным, лотерея мысли, точная, как числа; простейшее и величайшее изобретение человеческого ума.

Человек, заключенный в тюрьму и не имеющий других книг, кроме Таро, если ему известно, как с ним обращаться, способен в несколько лет приобрести универсальные познания и будет в состоянии говорить на любую тему с недосягаемой эрудицией и неистощимым красноречием.

П. Христиан в своей книге "Истории магии" описывает, ссылаясь на Ямвлиха, ритуал посвящения в египетские мистерии, в котором особую роль играли изображения, похожие на 22 аркана Таро.

Посвященный оказывался в длинной галерее, поддерживаемой кариатидами в виде двадцати четырех сфинксов – по двенадцать с каждой стороны. На стене, в промежутках между сфинксами, находились фрески, изображающие мистические фигуры и символы. Эти двадцать две картины располагались попарно, друг против друга...

Проходя мимо двадцати двух картин галереи, посвященный получал наставление от жреца...

Каждый аркан, ставший, благодаря картине, видимым и ощутимым, представляет собой формулу закона человеческой деятельности по отношению к духовным и материальным силам, сочетание которых производит все явления жизни.

В этой связи я хочу указать, что в египетском символизме, доступном ныне для изучения, нет никаких следов двадцати двух карт Таро. Поэтому нам придется принять утверждения Христиана на веру, предположив, что его описания, как он сам говорит, относятся к "тайным убежищам храма Осириса", от которых не сохранилось ныне следов; символы Таро не имеют ничего общего с теми египетскими памятниками, которые сохранились до нашего времени.

То же самое можно сказать об Индии: ни в живописи, ни в скульптуре Индии нет ни малейших следов двадцати двух карт Таро, т.е. главных арканов.

*   *   *

Рассматривая двадцать два аркана Таро в разных сочетаниях и пытаясь установить устойчивые взаимоотношения между ними, попробуем разложить карты попарно: первую с последней, вторую с предпоследней и т.д. Мы обнаруживаем, что при таком расположении карты обретают весьма интересный смысл.

Возможность такого расположения карт Таро подсказывает порядок, в котором располагались картины Таро в галерее мифического "храма посвящений", о которой упоминает Христиан.

Карты раскладываются следующим образом:

1 – 0

4 – 19

7 – 16

10 – 13

2 – 21

5 – 18

8 – 15

11 – 12

3 – 20

6 – 17

9 – 14

 

При таком расположении одна карта объясняет другую, а главное, показывает, что их можно объяснять только вместе, но не порознь.

Изучая эти пары карт, ум привыкает видеть единство в двойственности.

*   *   *

Первая карта, Фокусник, обозначает сверхчеловека, или человечество в целом, соединяющее землю и небо. Ее противоположность, Безумный, нулевая карта, относится к индивидуальному, слабому человеку. Обе карты вместе представляют два полюса, начало и конец.

Вторая карта, Жрица, изображает Исиду, скрытое знание; ей противоположна двадцать первая карта, Мир, заключенный в кольцо Времени, в окружении четырех принципов, т.е. мир как объект познания.

Третья карта, Царица, изображает природу. Ей противоположна двадцатая карта, День Суда, или Воскресение мертвых. Это природа в ее вечно восстанавливающей и возрождающей деятельности.

Четвертая карта, Царь, символизирует закон четырех, жизнесущий принцип; ей противоположна девятнадцатая карта, Солнце, как явное выражение этого закона и видимый источник жизни.

Пятая карта, Первосвященник, есть религия; а противоположная ей восемнадцатая карта – Луна, которую можно понимать как принцип, враждебный религии, или как "астрологию", т.е. основу религии. В некоторых старинных колодах Таро вместо волка и собаки на восемнадцатой карте двое людей занимаются астрономическими наблюдениями.

Шестая карта, Искушение, или Любовь, выражает эмоциональную сторону жизни, тогда как семнадцатая карта, Звезда (астральный мир), воплощает эмоциональную сторону природы.

Седьмая карта, Колесница, – это магия в смысле неполного знания, в смысле "дома, построенного на песке"; противоположная ей карта – шестнадцатая, Башня, – падение, которое неизбежно следует за необоснованным возвышением.

Восьмая карта, Справедливость, – истина, а пятнадцатая, Дьявол, – ложь.

Девятая карта, Отшельник, воплощает идею мудрости и поисков знания; четырнадцатая карта, Время, есть предмет знания, то, что побеждается знанием, что служит мерой знания. До тех пор, пока человек не постигнет времени, пока знание не изменит его отношения ко времени, это значение ничего не стоит. Более того, первое значение четырнадцатой карты, Умеренность, указывает на самообладание, на контроль над эмоциями как необходимое условие "мудрости".

Десятая карта – Колесо Фортуны, а противоположная ей тринадцатая – Смерть. Жизнь и смерть – одно и то же, смерть лишь указывает на поворот колеса жизни.

Одиннадцатая карта – Сила, а противоположная ей двенадцатая – Повешенный. Она воплощает идею жертвы, т.е. того, что дает силу. Чем больше жертва человека, тем большей будет его сила; сила пропорционально жертве. Тот, кто в состоянии пожертвовать всем, сможет сделать все.

Установив эти приблизительные соответствия, интересно попробовать заново нарисовать карты Таро с их новыми значениями, иными словами, просто представить себе, что они могут значить.

Следующие ниже "картинки Таро" в большинстве случаев представляют собой чисто субъективное понимание, как, например, описание восемнадцатой карты. Эта карта, как уже понималось в некоторых старинных Таро, имела значение Астрологии. В таком случае ее отношение к пятой карте будет совсем иным.*

* Необходимо отметить, что в 1911 г., когда я писал книжку "Символы Таро", я пользовался современной английской колодой Таро, которая оказалась переделанной и во многих случаях изменённой в соответствии с теософскими толкованиями. Лишь в единичных случаях, где изменения казались мне совершенно необоснованными и искажающими идею Таро (как, например, в нулевой карте, Безумный), я воспользовался Таро Освальда Вирта по книге Папюса "Цыганское Таро". Впоследствии я перерисовал некоторые из своих "картинок" в соответствии со старинными картами и Таро Освальда Вирта.

Продолжая изучать возможные значения колоды Таро, необходимо сказать, что во многих упомянутых ранее книгах 21 карта из 22 главных арканов рассматривается в виде триады, или треугольника, каждая сторона которого состоит из семи карт. Так, три книги Гвайта посвящены каждая одной из трех сторон этого треугольника; как и в большинстве других случаев, карты берутся здесь по семь, от 1 до 22 (т.е. до 0).

Но построенный таким образом треугольник, совершенно правильный численно, абсолютно бессмыслен символически, т.е. разнороден по своим рисункам. Ни в одной из сторон треугольника рисунки не представляют ничего цельного и связного, а располагаются совершенно случайным образом.

Отсюда можно сделать вывод, что рисунки следует брать сообразно их смыслу, а не порядку в колоде. Иначе говоря, карты, идущие в колоде одна за другой, могут не иметь никакой смысловой связи.

Рассматривая теперь значение карт Таро, запечатленное в "картинках", можно видеть, что 22 карты распадаются на три семерки, однородные по смыслу рисунков – плюс одна карта, как бы результирующая все три семерки. Этой картой может быть как 21-я, так и нулевая.

В этих трех семерках, которые невозможно установить по порядку карт, но следует искать по смыслу символов, также скрывается тайное учение (или попытка тайного учения), выражением которого является Таро. В соответствии с ним главные арканы разделяются так же, как Таро в целом, т.е. на Бога, человека и вселенную.

Первая семерка относится к человеку.

Вторая – к природе.

Третья – к миру идей (т.е. к Богу или Духу).

Первая семерка: человек. Фокусник – Адам Кадмон, человечество или сверхчеловек; Безумный – отдельный человек; Искушение – любовь; Дьявол – падение; Колесница – иллюзорные искания; Отшельник – реальные искания; Повешенный – достижение. Карты 1, 0, 6, 15, 7, 9, 12.

Вторая семерка: вселенная. Солнце, Луна, Звезда, Молния (Башня), Воскресение мертвых, Жизнь и Смерть. Карты – 19, 18, 17, 16, 20, 10, 13.

Третья семерка: Бог. Жрица – знание; Царица – творческая сила; Царь – четыре стихии; Первосвященник – религия; Время – вечность; Сила – любовь, единение и бесконечность, Истина. Карты 2, 3, 4, 5, 14, 11, 8.

Первая семерка изображает семь ступеней на пути человека, если рассматривать их во времени, или семь лиц человека, сосуществующих в нем, семь лиц, выражающих себя в изменениях личности человека – взятых в мистическом смысле тайного учения Таро.

Вторая и третья семерки – вселенная и мир идей, или Бог, представляют каждая в отдельности и вместе с первой широкое поле для изучения. Каждая из семи символических картин, относящихся ко вселенной, определенным образом связывает человека с миром идей, а каждая из семи идей определенным образом соотносит человека со вселенной.

Ни в одну из семерок не входит карта Мир, которая в этом случае содержит в себе всю 21 карту, т.е. весь треугольник.

Если теперь построить треугольник из трех полученных семерок, в середину его положить 21-ю карту Мир, а вокруг треугольника составить квадрат из четырех мастей, то отношение квадрата и точки будет еще понятнее.

Если положить в центр нулевую карту, то приходится идти на условное истолкование, утверждая, что мир равен психике человека. А теперь в центре у нас также находится мир, или 21-я карта, равная треугольнику и квадрату, вместе взятым. Мир пребывает в кругу времени, в окружении четырех начал (или четырех стихий), изображенных четырьмя апокалиптическими животными. Квадрат тоже изображает мир (или четыре стихии, из которых состоит мир).

*   *   *

В заключение интересно привести несколько любопытных соображений из книги "Цыганское Таро" о происхождении других известных игр (шахмат, домино и пр.) из Таро, а также легенду о происхождении Таро.

Таро составлено из чисел и фигур, которые взаимно влияют друг на друга и объясняют друг друга, – пишет автор "Цыганского Таро" Папюс.

Если расположить фигуры по кругу, а числа по другому кругу внутри первого так, чтобы внутренний круг мог двигаться, мы получим древнюю рулетку, на которой, если верить Гомеру, Улисс не особенно честно играл под стенами Трои.

Если взять шахматную доску, то из 56 карт Таро мы наберем все существующие шахматные фигуры. Из четырех карточных королей возьмем двух шахматных, из дам – двух королев, затем четырех рыцарей, которых назовем конями, четырех пажей, или слонов, и четырех тузов, которых назовем башнями, или ладьями. Затем из 36 карт возьмем 16 пешек. При этом нужно заметить, что в старинных шахматах игра была четырехсторонняя, т.е. было четыре короля, четыре ферзя и т.д.

Если, совсем отбросив карточные фигуры, оставить одни числа и изобразить их на кубиках, получатся игральные кости, а если перенести очки на горизонтальные пластинки, получится домино.

Шахматы, упрощаясь, превратились в шашки, как колода Таро, упрощаясь и теряя некоторые свои особенности, превратилась в обычную колоду карт.

Наконец, наша колода карт, по сравнению с первой, согласно общему мнению, появившейся при Карле VI, относится к более древним временам. Испанские законы, запрещавшие благородным людям играть в карты, существовали гораздо раньше; так что само Таро – очень древнего происхождения.

Скипетры Таро стали трефами, чаши – червами, мечи – пиками, пентакли – бубнами. Кроме того, мы утратили двадцать две символические фигуры и четырех рыцарей.

В той же книге Папюс рассказывает следующую историю о происхождении Таро; возможно, она придумана им самим:

Египту угрожало нашествие чужеземцев, и, неспособный более отразить их, он готовился достойно погибнуть. Египетские ученые (по крайней мере, так утверждает мой таинственный информатор) собрались вместе, чтобы решить, каким образом сохранить знание, которое до сих пор ограничивалось кругом посвященных людей, как спасти его от гибели.

Сначала хотели доверить это знание добродетели, выбрать среди посвященных особо добродетельных людей, которые передавали бы его из поколения в поколение.

Но один жрец заметил, что добродетель – самая хрупкая вещь на свете, что ее труднее всего найти; и чтобы сохранить непрерывность преемства при всех обстоятельствах, предложил доверить знание пороку.

Ибо последний, сказал он, никогда не исчезнет, и можно быть уверенным, что порок будет сохранять знание долго и в неизменном виде.

Очевидно, восторжествовало это мнение, и была изобретена игра, служащая пороку. Были выгравированы металлические пластинки с таинственными фигурами, которые некогда обучали самым важным тайнам; с тех пор азартные игроки передавали Таро из поколения в поколение гораздо лучше, чем это сделали бы самые добродетельные люди на земле.

Эти фантазии французского "оккультиста" могли бы представлять определенный интерес, если бы сам он не претендовал на эзотерическое знание. Но, конечно, они не подтверждаются исторически, и я привожу их только потому, что они хорошо передают общее чувство, возбуждаемое Таро и его непостижимым происхождением.

Карта 1: Фокусник

Я увидел странного человека.

От земли до неба возвышалась его фигура, одетая в разноцветный шутовской наряд. Ноги его утопали в зелени и цветах, а голова в широкой шляпе с необычными полями, напоминающими знак вечности, скрывалась в облаках.

В одной руке он держал волшебную палочку, символ огня, которой указывал на небо; другою касался пентакля, символа земли, который лежал перед ним на лотке странствующего фокусника, бок о бок с чашей и мечом, символами воды и воздуха.

Как молния, промелькнуло во мне понимание того, что я вижу четыре магических символа в действии.

Лицо фокусника сияло и внушало уверенность. Его руки быстро подбрасывали, как бы играя, четыре символа стихий, и я догадывался, что он удерживает таинственные нити, которые связывают землю с далекими светилами.

Каждое его движение было исполнено смысла, каждое новое сочетание четырех символов порождало длинный ряд самых неожиданных явлений. Ослепленный, я не мог уследить за всем происходящим.

– Для кого все это представление? – спросил я себя. – Где зрители?

И услышал голос:

– Разве зрители нужны? Взгляни на него внимательнее.

Я снова поднял глаза на человека в шутовском наряде и увидел, что он непрерывно меняется. Казалось, бесчисленные толпы людей проходят перед моими глазами, исчезая, прежде чем я мог сообразить, что я вижу. И я понял, что он сам и Фокусник и зритель.

Одновременно я увидел в нем самого себя, отраженного, как в зеркале, и мне показалось, что это я сам смотрю на себя его глазами. Но другое чувство подсказало мне, что передо мной нет ничего, кроме голубого неба, и только внутри меня как бы раскрывается окно, через которое я вижу неземные предметы и слышу неземные слова.

Карта 0: Безумный

И я увидел другого человека.

Усталый, хромая, тащился он по пыльной дороге через пустынную равнину под палящими лучами солнца.

Бессмысленно глядя в сторону остановившимися глазами, с полуулыбкой, полугримасой, застывшей на лице, плелся он, сам не зная куда, погруженный в свои фантастические грезы, вечно вращающиеся по одному кругу.

На голове у него был надет задом наперед шутовской колпак с погремушками. Платье было разорвано сзади; дикая рысь с горящими глазами прыгала на него из-за камня и впивалась зубами в его ногу.

Он спотыкался, едва не падая, но тащился дальше, держа на плече мешок с ненужными, бесполезными вещами, тащить которые заставляло его только безумие.

Дорогу впереди пересекала расщелина. Глубокая пропасть ожидала безумного путника... и, разевая пасть, из пропасти выползал огромный крокодил.

И я услышал голос:

– Смотри! Это тот же Человек.

Все смешалось у меня в голове.

– А что у него в мешке? – спросил я, не знаю зачем.

После долгого молчания Голос ответил:

– Четыре магических символа: жезл, чаша, меч и пентакль. Безумный всегда носит их с собой, но не понимает, что они значат. Разве ты не видишь, что это – ты сам?

И весь содрогаясь, я понял, что и это – тоже я.

Карта 2: Жрица

Когда я приподнял первую завесу и вступил в преддверие Храма Посвященной, я увидел в полумраке фигуру Женщины, восседающей на высоком престоле между двумя колоннами храма – белой и черной.

Тайной веяло от нее и вокруг нее.

На ее зеленом платье сияли священные символы. На голове возвышалась золотая тиара с двурогим месяцем. А на коленях она держала два перекрещенных ключа и раскрытую книгу.

Между колоннами за спиной Женщины простиралась вторая завеса, расшитая зелеными листьями и плодами граната.

Голос сказал:

– Чтобы войти в храм, нужно поднять вторую завесу и пройти между двумя колоннами. А чтобы пройти между ними, нужно овладеть ключами, прочесть книгу и понять символы. Тебя ожидает познание добра и зла. Готов ли ты?

И с глубокой болью я понял, что боюсь войти во Храм.

– Готов ли ты? – повторил Голос.

Я молчал. Сердце мое почти замерло от страха. Я не мог вымолвить ни слова, чувствуя, что передо мной разверзается бездна, что я не в силах сделать и шага.

Тогда Женщина, сидевшая между двумя колоннами, повернула ко мне свое лицо и стала молча смотреть на меня.

И я понял, что она говорит со мной, но страх мой только возрос.

Я знал, что мне нельзя войти в Храм.

Карта 21: Мир

Неожиданное видение предстало передо мной.

От неба до земли вращался круг, похожий на венок, сплетенный из радуг и молний.

Он вращался с безумной скоростью, ослепляя меня сиянием, – и в этом блеске и огне звучала музыка и нежное пение, слышались удары грома и рев урагана, грохот горных обвалов и гул землетрясения.

С бешенным шумом вращался круг, касаясь неба и земли, а в его центре я увидел танцующую фигуру прекрасной молодой женщины, обвитой легким прозрачным шарфом, с волшебной палочкой в руках.

По сторонам круга стали видны четыре апокалиптических животных – одно с лицом льва, другое с лицом быка, третье с лицом человека и четвертое с лицом орла.

Видение исчезло так же неожиданно, как и появилось. Странная тишина опустилась на землю.

– Что это значит? – спросил я в изумлении.

– Это образ мира, – сказал Голос, – но его можно понять, только пройдя в двери Храма. Это мир в кругу времени, в окружении четырех начал – то, что ты всегда видишь, но не понимаешь.

Пойми, что все, что ты видишь, вещи и явления, суть только иероглифы высших идей.

Карта 3: Царица

На меня повеяло весной, и вместе с ароматом фиалок, ландышей и черемухи донеслось нежное пение эльфов.

Журчали ручьи, шумели зелеными верхушками деревья, шелестели травы, пели бесчисленные хоры птиц, гудели пчелы – веселое дыхание природы веяло повсюду.

Солнце сияло нежно и ласково, над лесом висело белое облачко. Посреди зеленой поляны, где цвели желтые первоцветы, на троне, увитом плющом и цветущей сиренью, я увидел Царицу.

Зеленый венок украшал ее золотистые волосы. Двенадцать звезд сияли над головой. Два белоснежных крыла виднелись за ее спиной, а в руке она держала скипетр.

С ласковой улыбкой взирала Царица вокруг себя, и под ее взглядом распускались цветы и раскрывались почки с клейкими зелеными листочками.

Ее платье было покрыто цветами, словно каждый распускающийся цветок отражался или отпечатывался на нем и становился частью ее одежды.

Знак Венеры, богини любви, был высечен на ее мраморном троне.

"О царица жизни, – сказал я, – почему вокруг тебя так светло, весело и радостно? Разве ты не знаешь, что есть серая тоскливая осень, холодная белая зима? Разве ты не знаешь, что есть смерть, черные могилы, холодные сырые склепы и кладбища?

Как ты можешь весело улыбаться, глядя на распускающиеся цветы, когда все умирает, все обречено на смерть, – даже то, что еще не родилось?"

Царица глядела на меня, улыбаясь, и от ее улыбки я вдруг почувствовал, как в моей душе распускается цветок светлого понимания, что-то раскрывается во мне, и ужас смерти покидает меня.

Карта 20: Воскресение мертвых

Я увидел ледяную равнину. Цепь снежных гор закрывала горизонт. Вдруг появилось облако и стало расти, пока не закрыло четверть неба. Из облака взмахнули два огненных крыла, и я увидел посланника Царицы.

Он поднял трубу и затрубил звучно и властно.

В ответ задрожала равнина, и громким перекликающимся эхом ответили горы.

И одна за другой стали отверзаться могилы, и из них выходить люди – дети и старики, мужчины и женщины. Они простирали руки к посланнику Царицы, словно хотели поймать звук его трубы.

В звуке трубы я угадал улыбку Царицы, в разверзшихся могилах увидел распускающиеся цветы, в простирающихся руках почувствовал аромат цветов.

И я постиг тайну рождения в смерти.

Карта 4: Царь

После того, как я изучил первые три числа, мне было дано понять альфу и омегу всего – великий закон четырех.

Я увидел Царя на высоком каменном троне, украшенном четырьмя головами баранов.

Золотой шлем сиял на его челе. Белая борода ниспадала на пурпурный плащ. В одной руке у него была держава – символ его владения, в другой – скипетр в виде египетского креста, знак его власти над рождением.

– Я – великий закон, – сказал Царь.

Я – имя Божества. Четыре буквы Его имени во мне, и я во всем.

Я – в четырех началах. Я – в четырех стихиях. Я – в четырех временах года. Я – в четырех сторонах света.

Я – в четырех знаках Таро.

Я – действие, я – удержание, я – завершение, я – результат.

Кто сумеет увидеть меня, для того нет тайн на земле.

Как земля заключает в себе огонь, воду и воздух, – как четвертая буква Имени заключает в себе три первые и сама становится первой, – так и мой скипетр заключает в себе весь треугольник и несет в себе семя нового треугольника.

И по мере того, как Царь говорил, его шлем и золотые латы, видневшиеся под плащом, сияли все ярче и ярче, и я не в силах был вынести их блеск и опустил глаза.

А когда я вновь поднял глаза, передо мной было сплошное сияние, свет и огонь.

И я упал ниц, поклоняясь Огненному Слову.

Карта 19: Солнце

После того, как я впервые увидел солнце, я понял, что оно и есть воплощение Огненного Слова и символ Царя.

Великое светило излучало свет и тепло. Внизу раскачивали головами огромные золотые подсолнухи.

Я увидел в саду за высокой оградой двух детей. Солнце струило свои горячие лучи, и мне казалось, что на них падает золотой дождь, как будто солнце изливало на землю расплавленное золото.

Я закрыл на мгновение глаза, а когда открыл их, то увидел, что каждый луч солнца – это скипетр Царя, несущий в себе жизнь. И я увидел, как под их лучами повсюду распускались мистические цветы Вод, как в эти цветы проникали лучи и как вся природа непрерывно рождалась из таинственного сочетания двух начал.

Карта 5: Первосвященник

Я увидел Великого Учителя во Храме.

Он сидел на золотом троне, воздвигнутом на пурпурном возвышении, в платье первосвященника и в золотой тиаре.

Под его ногами я увидел два перекрещенных ключа, и двое посвященных, склонившись, стояли перед ним. Он говорил им.

Я слышал звук его голоса, но не мог понять ни слова. То ли он говорил на незнакомом мне языке, то ли что-то мешало понять смысл его слов.

Голос сказал мне: "Он говорит только для тех, кто имеет уши, чтобы слышать.

Но горе тем, кто уверен, что он слышит, а в действительности не слышит; горе тем, кто слышит то, чего он не говорит, или подменяет его слова своими собственными. Они никогда не получат ключей познания. Это о них было сказано, что они и сами не входят и другим препятствуют."

Карта 18: Луна

Предо мной расстилалась безрадостная равнина. Полная луна смотрела вниз, точно в раздумье. В ее мерцающем свете своей собственной жизнью жили тени. На горизонте чернели холмы.

Между двумя серыми башнями вилась тропинка, уходящая вдаль. С двух сторон тропинки друг против друга сидели волк и собака – и выли, запрокинув морды к луне. Из ручья выползал на песок большой черный рак. Падала тяжелая, холодная роса.

Жуткое чувство одолевало [овладевало – ?] мной. Я ощущал присутствие таинственного мира – мира злых духов, мертвецов, встающих из могил, тоскующих привидений. В бледном свете луны мне чудились призраки; чьи-то тени пересекали дорогу; кто-то поджидал меня позади башен – и страшно было оглянуться.

Карта 6: Искушение

Я увидел цветущий сад в зеленой долине, окруженной нежно синеющими горами.

В саду я увидел мужчину и женщину. Эльфы, ундины, сильфы и гномы охотно приходили к ним; три царства природы – камни, растения и животные – служили им.

Им была открыта тайна мирового равновесия, и сами они являли собой символ и воплощение этого равновесия.

Два треугольника соединялись в них в шестиконечную звезду, две подковы магнита сливались в один эллипс.

Высоко над ними я увидел парящего Гения, который незримо руководил ими и чье присутствие они всегда ощущали.

Потом заметил, как с дерева, на котором зрели золотистые плоды, сползла змея и стала нашептывать что-то на ухо женщине; и как женщина слушала, улыбаясь сначала недоверчиво, потом с любопытством. Я видел, как она что-то говорит мужчине, и он, тоже улыбаясь, указывает рукой на окружающий сад. Неожиданно появилось облако и скрыло от меня происходящее.

– Это картина искушения, – сказал Голос. – Но в чем смысл искушения? Способен ли ты понять его природу?

– Жизнь так хороша, – сказал я, – и мир так прекрасен, три царства природы и четыре стихии так послушны, что они возомнили себя господами и владыками мира и не смогли устоять перед этим искушением.

– Да, – сказал Голос. – Мудрость, которая влачится по земле, шепнула им, что они и сами знают, что хорошо и что плохо. И они поверили этому, ибо такая мысль приятна. И перестали слышать руководящий ими голос. Равновесие было нарушено. Волшебный мир перестал для них существовать; все предстало им в ложном виде. И они стали смертны. Это падение есть первый грех человека; оно возобновляется непрерывно, ибо человек никогда не перестает верить в себя и жить этой верой. Только искупив грех великим страданием, может он избавиться от власти смерти и возвратиться к жизни.

Карта 17: Звезда

Среди неба сияла огромная звезда, а вокруг нее было семь малых звезд. Их лучи переплетались, заполняя пространство безмерным сиянием и светом. И каждая из восьми звезд заключала в себе все остальные.

Под сияющими звездами, у голубого ручья я увидел нагую девушку, молодую и прекрасную. Опустившись на одно колено, она лила воду из золотого и серебряного сосудов; маленькая птичка на кусте подняла крылышки, готовая улететь.

На мгновение я понял, что вижу душу Природы.

"Это воображение Природы, – тихо сказал Голос. – Природа мечтает, воображает, создает миры. Научись сливать свое воображение с ее воображением, и для тебя не будет ничего невозможного.

Но помни, что нельзя видеть одновременно истинно и ложно. Ты должен навсегда сделать выбор, после чего не может быть возврата".

Карта 7: Колесница

Я увидел колесницу, запряженную двумя сфинксами, белым и черным. Четыре колонны поддерживали небесно-голубой, усеянный пятиконечными звездами балдахин.

Под балдахином, управляя сфинксами, стоял Победитель в стальных латах, со скипетром в руке, заканчивающимся сферой, треугольником и квадратом.

Золотая пентаграмма сияла в его короне. Впереди колесницы, над сфинксами, была прикреплена сфера, летящая на двух крыльях, и мистические лингам и йони, символ соединения.

– Здесь все имеет свое смысл, смотри и старайся понять, – сказал Голос.

Этот победитель еще не победил самого себя. Он обладает и волей, и знанием, но желания достичь в нем больше, чем подлинного достижения.

Человек в колеснице счел себя победителем до того, как он победил. Он решил, что победа обязана прийти к победителю. В этом немало справедливого, но не меньше и обманчивых огней, так что человека в колеснице поджидают великие опасности.

Он управляет колесницей силою своей воли и волшебного скипетра; но напряжение его воли может ослабнуть, и тогда сфинксы бросятся в разные стороны – и разорвут пополам и колесницу, и его самого.

На этого победителя еще могут восстать побежденные. Видишь позади него башни покоренного города? Возможно, там уже разгорается пламя восстания.

Он не знает самого себя, не знает, что в нем самом – волшебная колесница, в нем самом следят за каждым его движением сфинксы, в нем самом поджидают его великие опасности.

Пойми, что это тот самый человек, которого ты уже видел: он соединял небо и землю, а потом шел по пыльной дороге к пропасти, где его ждет крокодил.

Карта 16: Башня

Я увидел высокую башню от земли до неба, вершина которой скрывалась в облаках.

Была черная ночь, и грохотал гром.

И вдруг небо раскололось, удар грома потряс всю землю, и в вершину башни ударила молния.

Языки пламени летели с неба; башню наполнил огонь и дым – и я увидел, как сверху упали строители башни.

"Смотри, – сказал Голос, – природа не терпит обмана, а человек не может подчиниться ее законам. Природа долго терпит, а затем внезапно, одним ударом уничтожает все, что восстает против нее.

Если бы люди понимали, что почти все вокруг них – это развалины разрушенных башен, они, возможно, перестали бы их строить".

Карта 8: Истина

Когда я овладел ключами, прочитал книгу и понял символы, мне было разрешено поднять завесу Храма и войти во внутреннее святилище. Там я увидел женщину в золотой короне и в пурпуровом плаще. В одной руке она держала поднятый меч, в другой – весы. Увидев ее, я затрепетал от ужаса, потому что вид ее был бесконечно глубок и страшен и увлекал как бездна.

– Ты видишь Истину, – сказал Голос, – на этих весах все взвешено. Этот меч вечно охраняет справедливость, и никто не может от него ускользнуть.

Но почему ты отвращаешь взгляд от весов и меча? Ты боишься?

Да, они развеют твои последние иллюзии. Как будешь ты жить на земле без этих иллюзий?

Ты хотел видеть Истину, и вот ты видишь ее. Но помни, что ожидает смертного после того, как он увидит богиню. Он никогда уже не сможет закрывать глаза на то, что ему не нравится, как делал до сих пор. Он всегда будет видеть истину, всегда и во всем. Способен ли ты выдержать это? Теперь ты обязан идти дальше, даже если этого не хочешь.