ВИКТОР ДОЦЕНКО
МЕСТЬ БЕШЕНОГО


   Похороны

   На кладбище собралось много народу. Могло показаться, что хоронят ка-
кого-то  видного  государственного деятеля или крупного "авторитета" ма-
фии.  Но сегодня хоронили молодую, красивую и очень талантливую девушку,
так  и  не  успевшую познать прекрасного чувства материнства.  Во втором
гробике покоился ее маленький братишка,  который только и успел, что ро-
диться  и  начать ощущать радость жизни.  Был и третий гроб,  - больное,
натруженное сердце их бабушки не выдержало такого  страшного  горя,  как
гибель внуков, и остановилось через несколько часов после трагедии.

   Страшная весть  застала  ее  сына в далекой Загранице,  где он был на
гастролях вместе с женой. Они вылетели в тот же день и до самого послед-
него  момента,  пока не увидели своими глазами мертвых детей и мать,  не
могли поверить в случившееся.  Буквально на глазах отец Наташи и  Сережи
стал седым,  а его лицо настолько осунулось, что он не намного отличался
от лежащих в гробу.  Он изредка поглядывал в сторону Савелия,  и в  этом
взгляде проскальзывала ненависть: "доброхоты" уже успели поведать о том,
что во всем виноват этот парень, за которым и охотились бандиты...

   Савелий Говорков стоял в двух метрах от родителей Наташи,  с которыми
так и не успел познакомиться при ее жизни.  Его лицо было белее снега, а
скулы так стиснуты, что, казалось, еще немного - и кожа лопнет от напря-
жения.

   Рядом с  ним стояли Воронов,  генералы Говоров и Богомолов и прокурор
Зелинский.  Прокурор и Воронов думали об одном и  том  же:  как  всетаки
несправедлива  судьба  к Савелию!  Она его бьет так,  что другой человек
вряд ли смог бы выдержать такие напасти.

   У генерала Богомолова были совсем другие мысли:  он, конечно же, иск-
ренне переживал за Савелия,  но думал еще и о том, как отвлечь Говоркова
от этого горя.  Ему казалось, что в тех планах, которые он давно вынаши-
вал  и  даже  поделился  ими с Говоровым,  Савелий может сыграть если не
главную, то очень важную роль. Именно сейчас, когда Савелий остался сов-
сем  один  и  его не сдерживают семейные заботы,  он становится особенно
ценной фигурой в этих планах...  Почему?  Потому что человек, не обреме-
ненный близкими, любимыми людьми становится, как ни парадоксально, менее
беззащитным в наше кошмарное время,  когда преступники  потеряли  всякую
совесть,  часто используют для достижения своих целей запрещенные методы
и бьют по самому больному, то есть по близким.

   Сейчас Богомолов прекрасно понимал, что творится в душе Савелия. И не
только потому, что тот потерял самого близкого и любимого человека, но и
потому, что ему пришлось выдержать еще один удар.

   Когда Савелий вернулся из Афганистана,  он сразу же  решил  отомстить
убийцам.  Был уверен, что за всем этим скрывается Леша-Шкаф, Лолита и их
окружение. Не теряя ни секунды, он тут же отправился к ним. Боясь, что в
таком состоянии Савелий может наломать дров, Константин Иванович поручил
одному из самых опытных своих сотрудников,  Юрию  Стороженко,  напарнику
покойного Иннокентия,  осторожно понаблюдать за ним,  стараясь ни во что
не вмешиваться,  но прикрыть Савелия в случае необходимости от опасности
и не дать во что-нибудь вляпаться.  Кроме того, любыми путями нужно было
скрывать,  что его подопечный имеет отношение к службе безопасности. Ге-
нерал  дал понять капитану Стороженко,  что он заинтересован в Савелии и
что того нужно беречь,  как зеницу ока и тут же сообщать все важные  но-
вости лично ему.

   Два дня не было никаких сообщений, и Богомолов уже начал волноваться,
когда наконец позвонил капитан Стороженко.

   - Что случилось?  Почему так долго молчал, капитан? - грубовато спро-
сил Богомолов.

   - Вы же сами велели сообщать только важные новости, Константин Ивано-
вич, - обидчиво ответил тот.

   - Хорошо,  докладывай! Хотя, нет... Откуда звонишь? - От себя. - Под-
нимись ко мне.

   Через несколько минут капитан заглянул в кабинет.

   - Разрешите, товарищ генерал? - Проходи, садись! - Увидев его осунув-
шееся лицо, синяки под глазами, Константин Иванович даже пожалел капита-
на. - Что, Юра, помотал тебя наш подопечный? - участливо спросил он.

   - Не без этого! - устало вздохнул тот и потер пальцами виски.

   - Ладно, потом отдохнешь на славу. Докладывай.

   - Собственно,  доклад  будет достаточно однообразным и коротким...  -
начал капитан.

   - Не тяни резину! - нетерпеливо бросил генерал. - Только по существу.

   - Извините.  Почти все время мой подопечный следил за неким Иконнико-
вым  Алексеем Борисовичем по кличке Леша-Шкаф и его сожительницей Илоной
Мезенцевой по кличке Лолита, - устало начал докладывать Стороженко.

   - Савелий тебя обнаружил? - неожиданно спросил Богомолов.

   - Так точно!  В первый же момент, несмотря на все мои усилия. - Капи-
тан произнес эти слова с явным уважением,  хотя и понимал, что это приз-
нание не добавит ему славы. - Вы ж меня знаете, товарищ генерал! Еще ни-
кому не удавалось меня обнаружить,  если я этого не хотел, а тут... - Он
с улыбкой вздохнул. - Словно Бог или черт ему помогает: сразу подошел ко
мне и в лоб спросил: - "Вы чей, Богомолова или Вишневецкого?" - А ты?

   - В первый момент я даже опешил,  но потом вспомнил, что вы мне гово-
рили не вспоминать об Органах,  и решил все свести на шутку: сказал, что
я "собака,  которая гуляет сама по себе". Он как-то странно посмотрел на
меня,  словно рентгеном высветил, а потом тихо сказал: "Наблюдать - мож-
но,  мешать нельзя:  хлопотно для жизни! Понял?" Говорю: это меня вполне
устраивает. На том и разошлись. Ну, думаю, попал! Впервые в такой ситуа-
ции! А потом даже стал уважать его. Вначале он меня не замечал, попытал-
ся оторваться,  а когда не удалось, то смирился, а когда однажды я поте-
рял его в метро,  то он ожидал меня на следующей остановке, словно приз-
нал.

   - Где же он спал? Дома не появлялся, у знакомых тоже...

   - А он и не спал ни минуты!  Я уж начал думать,  что он железный  ка-
кой-то... Сам уже с ног валюсь, а ему хоть бы хны. Одно слово: бешеный!

   - А  у  него и кличка такая!  - с улыбкой подхватил генерал.  - И что
дальше? Он встречался с кем-нибудь?

   - Никак нет,  Константин Иванович! Только трижды звонил из автоматов.
Кому - знаю только о последнем звонке.  - Ну?  - нахмурился Богомолов. -
Последний звонок был в районное управление  внутренних  дел...  Случайно
удалось подглядеть! - Юра довольно улыбнулся.

   - Вот как? И зачем он им звонил? - удивился Богомолов.

   - С  потрохами  сдавал вышеназванных субъектов!  Каким-то образом ему
удалось выяснить,  что в личной машине Иконникова спрятаны  наркотики  и
оружие.

   - Так!  - Генерал заинтересованно наклонился к капитану. - И что наши
"младшие братья"?  - спросил он,  хотя и начал догадываться,  что  могло
произойти дальше.

   - Мы с Савелием присутствовали при событиях, когда РУОПовцы захватили
Иконникова вместе с его Лолитой и двумя телохранителями,  после чего Го-
ворков отправился спать и сейчас, судя по всему, видит второй сон. - Ка-
питан деланно зевнул.

   - А ты сразу ко мне? - нахмурился Богомолов.

   - Я что-то не так сделал? - встрепенулся капитан. Благодушие мгновен-
но стерлось с его лица. Он положил перед генералом несколько фотографий,
которые ему удалось сделать выполняя задание.

   - Думаю, что мы вскоре об этом узнаем! - задумчиво проговорил Богомо-
лов, машинально перебирая снимки.

   Предчувствие его  не  обмануло:  далее события развернулись совсем не
так,  как предполагал капитан.  Но об этом Богомолов узнал уже от самого
Савелия.

   Вернувшись домой, Савелий тут же рухнул спать, но тревожный сон длил-
ся не долго:  всего минут сорок.  Он вдруг проснулся и вскоре уже звонил
дежурному по отделению милиции,  который с удивлением ответил, что в его
журнале не зафиксировано никаких задержаний этим утром,  а тем более ма-
шины с номером, о котором говорил Савелий. После настойчивых просьб про-
верить более тщательно,  он просто положил трубку.  Естественно, Савелий
перед этим связался с Олегом Вишневецким,  посоветовался с ним,  получил
фамилию этого дежурного и фамилию человека,  на которого он  должен  был
сослаться. Так что дежурный не мог обмануть или ввести в заблуждение Са-
велия. А значит, что-то произошло после задержания.

   Разозлившись, Савелий решил до конца выяснить,  что же  произошло  на
самом деле. Он вспомнил майора безопасности, с которым его как-то знако-
мил Богомолов.  Этот майор возглавлял  отдел,  занимавшийся  оперативной
связью. Понимая, что Богомолов вряд ли лично пойдет на нарушение правил,
Савелий решил через его голову повидаться с майором и уговорить его  по-
мочь в прослушивании телефона Леши-Шкафа хотя бы в течение суток. Снача-
ла майор категорически отказался и сказал,  что на это нужно либо разре-
шение суда,  либо письменное распоряжение свыше, но когда Савелий откро-
венно рассказал обо всем,  что произошло утром, майор махнул рукой, взял
у  Савелия  телефон,  адрес и предложил ждать сообщений.  На это решение
повлияло то,  что у майора в прошлом было столкновение с органами  мили-
ции, которое навсегда оставило у него малоприятные воспоминания.

   Долго ждать результата Савелию не пришлось: не успел он вернуться до-
мой,  расположиться на диване и закрыть глаза,  как  раздался  звонок  в
дверь.  Савелий открыл дверь и увидел майора,  с которым расстался с час
назад.

   - Валентин? Что-то случилось? - удивленно спросил он.

   - Случилось!  - Майор тяжело вздохнул, опустился на диван, вытащил из
внутреннего кармана сложенный лист бумаги и протянул Савелию.  - К сожа-
лению,  ты оказался прав.  Это так серьезно, что я решил сам приехать, и
показать тебе запись. - Он вытащил из другого кармана сверток.

   Савелий развернул лист:  там была распечатка телефонного разговора. -
Леша,  привет!  Надеюсь,  узнал? - Как можно не узнать твой незабываемый
голос.  Привет!  Какая нужда заставила тебя позвонить? Мне казалось, что
ты не очень-то жалуешь мою персону.

   - Напрасно, дорогой, ты так думаешь. Я к тебе отношусь с большим ува-
жением! А звоню потому, что услышал кое-что...

   - Ты о сегодняшнем задержании? Откуда узнал?

   - Птичка на хвосте принесла! - Может, она принесла и имя того, кто на
меня стукнул?

   - Какой-то доброжелатель!.. Вижу, пронесло?

   - Ага,  пронесло!  Совсем обнаглели, суки! Пять штук зеленых сорвали!
Цены растут, как в магазинах!

   - Пять штук? Выходит, ты не совсем чист был?

   - Делов-то... Пара стволов, да сто грамм коки...

   - Во-первых,  не "пара стволов", как ты говоришь, а несколько больше,
как и наркоты,  не так ли? Считай, что дешево отделался. В следующий раз
умнее будешь. Меня интересует другое: кто стукнул?

   - Меня это самого интересует.  Но я до него доберусь. Гадом буду, до-
берусь! И наделаю из его шкуры ремней!

   - А я помогу!  Как Лолита поживает? - Все нормально! С трудом удержал
ее: хотела перебить этих ментов.

   - Да, Лолита - девка бедовая: ей палец в рот не клади, вмиг оттяпает!
- Это точно!  Если что узнаешь, звякни. - А как же! Ты тоже... - Не сом-
невайся. Будь! - Обязательно буду..."

   Говорков поднял  глаза от распечатки.  - Что будем делать?  - спросил
майор.  - Спасибо, майор, дальше я сам! - В голосе Савелия слышалась яв-
ная угроза.

   - К  Богомолову пойдешь?  - сказал Валентин,  то ли спрашивая,  то ли
констатируя.

   - Прослушать эту запись на моем "Шарпе" можно?  - спросил вдруг Саве-
лий.

   - Без проблем! Я ж специально перенес на бытовую, а ту уничтожил... -
Майор виновато поморщился. - Сам понимаешь...

   - И правильно сделал...  - Савелий крепко пожал ему руку.  -  Спасибо
тебе, Валентин! - Чем могу... Пока!

   Как только Савелий закрыл дверь, тут же вставил кассету в магнитофон.
С первых же слов он узнал голос Леши-Шкафа,  но и второй голос ему пока-
зался знакомым.

   Дослушав до конца запись, Савелий с трудом удержался, чтобы не хряст-
нуть по аппаратуре.  Господи!  Как же жить дальше?  До  чего  докатилась
страна,  если те,  кто поставлен на страже закона,  сами его преступают?
Кому можно верить?  Казалось, чего уж больше: взяли с поличным, с оружи-
ем,  с наркотиками?  А они и часа не посидели под арестом! Савелий готов
был взвыть от бессилия.  С такими мыслями он и  заявился  к  Богомолову.
Пришел без звонка.  Помощник генерала Михаил Никифорович даже вопроса не
успел задать, как Савелий уже открывал дверь в кабинет.

   К счастью,  тот был один и что-то писал. Услышат стук двери, он недо-
вольно поднял глаза,  но, увидев злое лицо Савелия, сразу догадался, что
его опасения подтвердились.

   - Товарищ генерал... - с надрывом начал Савелий, но тот его осторожно
прервал:  - Здравствуй, Савелий! Садись. - Здравствуйте! - буркнул Саве-
лий, посмотрел в глаза Богомолову, потом тяжело опустился в кресло.

   - Я все знаю,  - опередил его Богомолов.  - Капитан? - процедил Саве-
лий. - Он что, представлялся тебе? - нахмурился Константин Иванович.

   - Да нет,  как-то видел его здесь в коридоре...  мельком, - признался
Савелий.

   - Теперь понятно,  почему ты его так быстро засветил, - улыбнулся Бо-
гомолов.  - Но о твоих действиях не он мне рассказал:  я звонил сам... -
Богомолов встал, подошел к Савелию и сел напротив него в кресло. - Выхо-
дит, что они их даже не арестовали, если в журнале нет записи?

   - В том-то все и дело,  что арестовали!  - взорвался Савелий.  - Мы ж
там были и видели, как их забрали. Суки!

   - Кажется, ты знаешь больше, чем я и капитан, не так ли?

   - Знаю! - вырвалось у Савелия. - Только обещайте, что не будете спра-
шивать откуда. - Хорошо, обещаю, - кивнул Богомолов. - У вас есть магни-
тофон? - Вон там, в шкафу... - Константин Иванович встал, вынул из книж-
ного шкафа компактный "Сони" и протянул Савелию.

   Тот молча вложил кассету и включил магнитофон. Богомолов слушал угрю-
мо и только изредка покачивал головой. Когда запись кончилась, он помол-
чал еще несколько минут, глядя в сторону. Савелий не выдержал первым:

   - Что скажете, товарищ генерал? - В его голосе было столько сарказма,
словно он в чемто обвинял и самого Богомолова.

   - Что я могу сказать,  чего ты и сам не знаешь?  - устало  проговорил
Константин Иванович.  - Или ты не знаешь, что эти люди, рискуя ежедневно
и ежечасно своей головой, получают такую мизерную зарплату, что с трудом
сводят  концы  с концами?  Или ты не знаешь,  что за прошлый год погибло
около трехсот сотрудников милиции,  а их семьям была  выплачена  разовая
компенсация,  которой вряд ли хватит на нормальные похороны? Вот и нахо-
дятся те, которые пытаются заработать другим путем...

   - В Афганистане мы тоже гибли и ничего не получали за это, кроме цин-
ковых гробов, - тихо сказал Савелий.

   - Там вы выполняли свой долг перед родиной.

   - А  они?  Разве  они не выполняют свой долг перед родиной?  - нервно
воскликнул Савелий.

   - Там была война...  - попытался возразить Богомолов,  - понимая, что
Савелий кругом прав.

   - Там война,  а здесь что? Сейчас у нас везде война! - Савелий рывком
встал с кресла.  - Война с голодом, инфляцией, с коррупцией, мафией? - С
каждым новым доводом он все больше повышал голос.  - Неужели нет предела
человеческой подлости?  Им, которым положено вести борьбу с преступника-
ми,  на блюдечке преподносят убийц,  с поличным, как говорится, а они их
отпускают. Это как, по-вашему, не нарушение долга перед родиной?

   - Я их и не оправдываю. Ты меня превратно понял. Я просто пытаюсь по-
нять их, объяснить их поступки...

   - Объяснить?  Что можно здесь объяснять, если эти подонки сейчас пос-
меиваются над законом,  а завтра пойдут снова убивать,  грабить, насило-
вать? Неужели вы, занимающий ответственный пост в такой мощной организа-
ции, не можете что-то сделать с этими мерзавцами, чтобы другим неповадно
было?

   - Эх,  Савелий... - Генерал тяжело вздохнул, нисколько не обижаясь на
горькие слова Савелия. - То, о чем мы сейчас говорим, не под силу одному
человеку.

   - Выходит,  пусть грабят,  насилуют,  убивают, так что ли? А мы будем
сидеть и ждать,  когда придет некто умный и наведет в стране порядок?  -
Савелий почти кричал. Генералу было трудно говорить в такой ситуации. Он
знал, что его собеседник только что потерял самого близкого человека.

   - Ты прекрасно знаешь, что я и те, кто рядом со мной, делаем все, что
можем. Но время "хирургов" прошло! - наконец произнес Богомолов.

   - Вот-вот,  а терапии пока не научились!  - зло усмехнулся Савелий. -
Нет!  Лично я так не могу.  Завтра похороны,  а убийцы Наташи до сих пор
гуляют на свободе!  - Савелий так разнервничался, что по его щекам вдруг
потекли слезы. - Извините! - буркнул он и быстро пошел к выходу.

   Богомолов хотел его окликнуть, но махнул рукой: чем он мог сейчас ус-
покоить Савелия?  Разве можно найти лекарство от душевной боли?  А вот с
этими подонками действительно нужно разобраться и как можно быстрее! Это
же надо набраться такой наглости, что едва не в открытую отпустить прес-
тупников!  Генерал потянулся к телефонной трубке...  В тот же день  трое
сотрудников милиции были арестованы.  Они все отрицали до тех пор,  пока
им не были предъявлены фотографии,  сделанные "на всякий случай" капита-
ном Стороженко.

   Сейчас, стоя над могилами,  Богомолов чувствовал себя гораздо спокой-
нее,  чем вчера перед Савелием. Он даже хотел сказать ему, что продажные
сотрудники милиции арестованы,  но потом решил,  что эта информация вряд
ли уместна в данный момент.  А вот участие Савелия в задуманном деле мо-
жет оказаться очень полезным...  Однако не нужно торопиться,  необходимо
все тщательно обдумать.

   Вокруг могил полукругом стояли "афганцы", возглавляемые Олегом Вишне-
вецким. Они выделялись пятнистыми камуфляжами, на которых яркими пятнами
сияли металлические бляхи - эмблемы службы безопасности "Герата".  Ребят
было много,  их второй, внешний круг присматривал за порядком, незаметно
успокаивая пьяных или пытавшихся хулиганить подростков.

   Мать Наташи рыдала во весь голос и все время старалась прикоснуться к
своим детям руками, губами, щекой. Какие-то женщины, то ли родственницы,
то ли просто знакомые,  тщетно пытались ее успокоить.  Отец Наташи стоял
рядом и молча смотрел на мертвое лицо дочери,  потом переводил взгляд на
сынишку, на мать, и его усталые глаза вновь наполнялись слезами.

   Савелий стоял неподвижно,  словно мраморная статуя.  Он,  конечно же,
ощущал  косые взгляды Наташиного отца,  и ему хотелось закричать во весь
голос:  "Не виноват я в ее смерти!  НЕ ВИНОВАТ!" Но Савелий не мог этого
сделать, потому что все же ощущал себя виновником страшного горя. Он ни-
как не мог поверить в то, что Наташа, такая добрая, нежная, жизнерадост-
ная, почти подросток, лежит перед ним в гробу неживая...

   НЕЖИВАЯ! Какое безысходное слово!  НЕЖИ-ВА-Я! Оно означает, что Саве-
лий уже никогда не услышит голоса Наташи,  не почувствует ее дыхания. Ее
руки никогда не прикоснутся к нему... Как могло такое случиться? За что,
Господи, ты так наказываешь? Почему именно его, Савелия? Стоит ему толь-
ко начать отогреваться душой, почувствовать вкус жизни, как на него сно-
ва обрушивается беда. Неужели ему навсегда суждено остаться одному? Неу-
жели он всегда будет приносить несчастье своим любимым?  Это же какой-то
злой рок!  Лариса, потом Варечка, теперь Наташа! Почему, Господи? За что
караешь?

   Словно почувствовав  что-то,  Воронов осторожно опустил руку на плечо
Савелия.  Что он мог поделать в эти минуты,  как еще дать другу  понять,
что тот не одинок?  Но Савелий никак не среагировал на этот знак сочувс-
твия, и Воронов осторожно убрал руку, тяжело вздохнул и взглянул на быв-
шего генерала Говорова.  Тот чуть заметно покачал головой, как бы говоря
ему: "Не нужно. Савелий должен сам справиться с этим страшным горем".

   Савелий действительно ничего не ощущал, кроме огромной тяжести. У не-
го было ощущение,  что ему приходится держать на себе весь небосвод. Как
же щемит сердце! Кажется, еще мгновение - и из его груди вырвется вопль,
который заглушит все звуки вокруг...  Неожиданно все звуки действительно
исчезли и Савелий почувствовал волнение в груди.  Он ЗНАЛ это  волнение,
ЗНАЛ,  что  за ним обычно появляется его Учитель.  Как же ему не хватает
его!  Где ты,  Учитель?  Хотел осмотреться, чтобы найти его, но какая-то
сила  словно тисками сжала голову Савелия,  не давая возможности шевель-
нуть ею. Люди вокруг куда-то исчезли, и он остался один на один с гробом
Наташи.

   - ПРИВЕТСТВУЮ ТЕБЯ, БРАТ МОЙ! - раздался неведомо откуда такой родной
голос.

   - Учитель! - воскликнул Савелий, не веря, что вновь слышит его голос.

   - Я УСЛЫШАЛ БОЛЬ ТВОЕГО СЕРДЦА И ПОТОМУ РЕШИЛСЯ НА ТО, ЧТОБЫ ИЗРАСХО-
ДОВАТЬ  ЧАСТЬ КОСМИЧЕСКОЙ ЭНЕРГИИ.  Я ПОЧУВСТВОВАЛ,  ЧТО ТЕБЕ НЕОБХОДИМО
УСЛЫШАТЬ МЕНЯ, ПОЧУВСТВОВАТЬ МОЮ ПОДДЕРЖКУ И ПОЛУЧИТЬ МОЙ СОВЕТ.

   - Больно мне. Учитель! - со стоном вырвалось из груди Савелия.

   - ЗНАЮ, БРАТ МОЙ. К СОЖАЛЕНИЮ, Я НЕ В СИЛАХ УНЯТЬ ЭТУ БОЛЬ. ОНА ОСТА-
НЕТСЯ С ТОБОЙ НАВСЕГДА,  ХОТЯ И НЕ БУДЕТ ТАКОЙ ОСТРОЙ,  КАК СЕЙЧАС. БРАТ
МОЙ,  НЕ СКОРБИ О СВОЕЙ ДЕВУШКЕ:  ОНА ПОКИНУЛА ЗЕМЛЮ СЧАСТЛИВОЙ,  ПОТОМУ
ЧТО ЛЮБИЛА И БУДЕТ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ ВЕЧНО.

   - Учитель, я готов уничтожить ее убийц! - с ненавистью воскликнул Са-
велий.

   - БРАТ МОЙ,  НЕ ДАВАЙ СВОЕЙ ДУШЕ ВСТАТЬ НА ПУТЬ  ОБЫКНОВЕННОЙ  МЕСТИ.
ЭТО ДЕЛАЕТ ЧЕЛОВЕКА СЛАБЫМ И БЕЗВОЛЬНЫМ,  А ТЕБЕ НУЖНО МНОГО СИЛ,  ЧТОБЫ
НАКАЗАТЬ ЗЛО! ТЫ ОЩУЩАЕШЬ РАЗНИЦУ? НЕ МСТИТЬ, А НАКАЗЫВАТЬ ЗЛО!

   - Да,  Учитель! Я попробовал наказать убийц, привел их к стражам пра-
вопорядка, но те их выпустили... - Савелий сжал кулаки.

   - ПОМНИШЬ, ЧТО Я СКАЗАЛ, КОГДА ОТПУСКАЛ ТЕБЯ В СУЕТНЫЙ МИР? ТВОЯ ЗЕМ-
ЛЯ НУЖДАЕТСЯ В ТЕБЕ, В ТВОИХ ЗНАНИЯХ, ЧЕСТНОСТИ, НЕПРИМИРИМОСТИ, В ТВОЕМ
ДУХЕ И ЭНЕРГИИ!

   - Я никогда не забывал твоих наказов.  Учитель, - со вздохом произнес
Савелий.

   - НЕ МСТИТЬ, НО НАКАЗЫВАТЬ ЗЛО! ПОМНИ ОБ ЭТОМ! ЗЛО НЕ ДОЛЖНО ОСТАТЬСЯ
БЕЗНАКАЗАННЫМ!

   - Да, Учитель! Но как много зла на земле!

   - ОДНАКО И ДОБРЫХ ЛЮДЕЙ НЕ МАЛО,  - мягко возразил Учитель. - Я зады-
хаюсь,  словно в клетке.  Учитель!  - ДА,  ТЕБЕ ПОРА ПОДУМАТЬ О  ГОРАЗДО
БОЛЬШЕМ ПО СРАВНЕНИЮ С ТЕМ, ЧЕМ ТЫ ЗАНИМАЕШЬСЯ СЕЙЧАС. ТЫ СТАЛ ДОСТАТОЧ-
НО МУДР, И У ТЕБЯ ХВАТАЕТ СИЛ! И ЗАПОМНИ: ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ ПРИНИМАЙ
ТОЛЬКО ТОГДА, КОГДА ПОЧУВСТВУЕШЬ СВОЮ ПРАВОТУ. НАРОДНАЯ МУДРОСТЬ ГЛАСИТ:
"ИЗ ДВУХ ЗОЛ ВЫБИРАЮТ МЕНЬШЕЕ"

   - О чем вы говорите. Учитель? - У ТЕБЯ ОСТРЫЙ УМ И БЫСТРАЯ РЕАКЦИЯ. У
ТЕБЯ ЕСТЬ ХИТРОСТЬ, КОТОРАЯ ХОРОШО ПОСЛУЖИТ ТЕБЕ. ДУМАЙ! ДУМАЙ! ДУМАЙ!

   - Учитель!  - взволнованно воскликнул Савелий,  чувствуя, как слабеет
его голос.

   - ПРОЩАЙ...  - совсем тихо,  словно удаляющимся эхом, прозвучал голос
Учителя,  и все вокруг стихло. Тишина длилась несколько мгновений, а по-
том Савелий снова услышал и плач матери Наташи,  и легкий  сочувственный
шепоток присутствующих, а в следующий момент и увидел их.

   Первым опустили  гроб  с телом бабушки,  во вторую могилу - гробик ее
внука, а в третью - Наташи. И потянулся людской поток к разверстым моги-
лам,  чтобы по русскому обычаю бросить в них горсть земли. Казалось, что
этот поток будет длиться вечно,  но все рано или поздно кончается: нако-
нец остались только близкие родственники,  Савелий с несколькими прияте-
лями"афганцами" (Говоров, несмотря на сопротивление Воронова, увел его с
кладбища,  словно почувствовав,  что Савелию захочется остаться одному),
да двое могильщиков,  к удивлению,  до сих пор трезвых.  В конце  концов
удалились и родственники,  тогда Савелий остался один на один с могилой.
Могильщики захотели побыстрее закончить свою работу, но Малешко и личный
телохранитель  Олега  Вишневецкого,  оставшийся по личной просьбе Олега,
попросили у них полчаса, и те не решились отказать и ретировались, пред-
почитая не связываться с "пятнистыми".

   Малешко подошел к Савелию,  чуть помедлил,  решая: тревожить или нет,
потом легко притронулся к его руке,  и когда Савелий взглянул  на  него,
тихо проговорил:

   - Ты хочешь побыть один?  Савелий молча кивнул. Малешко что-то шепнул
телохранителю Олега и тут же удалился.  А телохранитель отошел  на  нес-
колько шагов,  остановился за другой могилой,  и стал внимательно наблю-
дать за Савелием,  буквально восприняв просьбу Малешко - присмотреть  за
ним.

   Малешко, побывавший  не  в одной горячей точке,  прекрасно осознавал,
что любой из них,  видевший на войне столько крови, что даже привык к ее
запаху,  столкнувшись со смертью любимого человека, мог повести себя са-
мым непредсказуемым образом. Он видел, как люди в такие моменты пытались
покончить с собой.  Конечно, ему и на миг не приходило в голову, что Са-
велий способен настолько сломаться, но дров запросто мог наломать.

   Оставшись один, Савелий подошел к могиле Наташи, почти до конца засы-
панной горсточками земли,  медленно опустился на колени и стал чтото на-
шептывать.  Земля была холодной, несмотря на яркое мартовское солнце, но
он совершенно не ощущал холода и шептал, шептал, шептал...

   Наблюдатель, много  слышавший  об этом удивительном парне от Малешко,
но никогда с ним не общавшийся,  с тревогой посматривал на него. Как мо-
жет  человек  вынести  такое?  Застыл,  словно изваяние,  не шелохнется.
Вот-вот могут вернуться "стражи смерти",  чтобы скорее засыпать могилу и
уткнуться носами в бутылку. Парень даже стал поглядывать с нетерпением в
ту сторону, куда ушли могильщики, но они, к счастью, не очень торопились
и, видимо, растянули свои "полчаса" на неопределенный срок.

   Наконец Савелий наклонился, прижался ладонями к рыхлой могильной зем-
ле, подержал их так несколько секунд, потом поднял руки в сторону солнца
и снова что-то прошептал, словно призывая Светило помогать Наташе в той,
другой жизни,  оберегая ее вечный покой.  Потом медленно поднялся, низко
поклонился Наташиной могиле, кинул прощальный взгляд на другие две моги-
лы и побрел прочь.

   Если бы кто-нибудь взглянул на его лицо,  то сразу бы заметил,  что в
нем уже не было боли,  отчаяния или печали: только злость, решительность
и желание действовать.  Лишь три человека могли догадаться о его состоя-
нии: Воронов, Говоров и Учитель. Каждый из них знал. Что в такие моменты
не дай Бог врагу оказаться на пути Савелия: сметет, раздавит, уничтожит,
порвет на части!

   Савелий медленно  брел  по улицам весенней Москвы,  не замечая ничего
вокруг. Он не видел, что за ним идет какой-то молодой парень, не отстаю-
щий  от  него ни на шаг.  Не видел,  что природа начинает просыпаться от
зимней спячки:  на деревьях уже набухают почки,  из холодной  еще  земли
вот-вот покажутся первые зеленые ростки, а по асфальту уже бегут веселые
ручейки талой воды,  переговариваясь о чем-то между собой, словно старые
сплетницы после долгой разлуки.

   К сожалению, окружающая жизнь не помогала Савелию уйти из охватившего
его душу безысходного горя.  Он сейчас находился в том состоянии,  когда
не выбирают дороги, а идут куда глаза глядят: в НИКУДА.

   Неожиданно он остановился и застыл как вкопанный.  В его голове четко
прозвучали слова Учителя:

   - НЕ КАРАТЬ,  НО НАКАЗЫВАТЬ,  ПОМНИ,  БРАТ МОЙ! НЕ КАРАТЬ, НО НАКАЗЫ-
ВАТЬ!..

   Эти слова,  как ни странно,  вывели Савелия из состояния безразличия.
Ему снова захотелось действовать,  и чем быстрее,  тем  лучше.  Да,  чем
быстрее,  тем лучше: список тех, кого необходимо наказать, был очень ве-
лик!  Никто не должен уйти от его справедливого возмездия!  Он готов был
сразу  ринуться в бой,  однако вовремя остановился,  решив,  что сначала
нужно все трезво обдумать.

   Если он сейчас бросится на поиски виновников гибели Наташи и ее  бра-
тишки, то сразу же поставит себя под удар: он стал слишком известным как
в криминальных кругах, так и в органах правопорядка, а помощников у него
нет. Использовать же в таком рискованном деле своих "афганцев" он созна-
тельно не хотел. Если что-то случится непредвиденное, то пострадать дол-
жен только он один!

   Конечно, совсем  обойтись без помощи ему вряд ли удастся,  но он при-
бегнет к ней лишь в самых крайних случаях. Единственный, кому он расска-
жет о своих планах,  будет только его названый брат Андрей Воронов. Но и
ему он не поведает всего - не потому, что не доверяет ему, а потому, что
не хочет доставлять ему лишних хлопот, если случится что-то непредвиден-
ное. Теперь о Богомолове. Совсем обойтись без него Савелий не сможет, по
крайней мере на первых порах,  при подготовке того,  что он задумал.  Но
все нужно обставить так,  чтобы даже Богомолов впоследствии потерял  его
из виду и не смог бы отыскать, даже подняв на ноги всю свою мощную орга-
низацию.

   Савелий вдруг оглянулся и с удивлением обнаружил, что стоит посереди-
не тротуара и даже собрал вокруг себя несколько старушек,  которые пере-
шептывались,  с изумлением поглядывая на странного молодого мужчину, па-
мятником стоящего посреди дороги и что-то нашептывающего.  Некоторые оп-
ределения этих бабушек почти не вызывали споров:  БЛАЖЕННЫЙ!  Хитро под-
мигнув им,  Савелий тут же свернул за угол и быстро направился к скверу,
где гуляли немногочисленные мамаши с детскими колясками.

   Только сейчас Савелий заметил, что за ним следит молодой парень. Сна-
чала он подумал,  что это сулит ему неприятности,  но лицо парня показа-
лось Савелию знакомым.  Память не подвела:  этого парня он видел рядом с
Олегом Вишневецким, а значит, он не может быть врагом. Скорее всего, это
просто забота со стороны Олега.  Чудак,  неужели подумал,  что он  может
сорваться?  Собственно,  почему чудак?  Разве он сам не подумывал о том,
чтобы начать крушить все вокруг?  Еще как подумывал! Все правильно, и он
должен быть благодарен своим "афганцам"! Савелий улыбнулся, быстро зашел
за коммерческую палатку и тут же обежал ее вокруг. Как он и предполагал,
парень,  заметив, что Савелий убыстрил шаг, подумал, что он хочет совер-
шить что-то ужасное:  убить кого-то или покончить с собой... Этого он не
мог допустить! И не только потому, что его поедом заедят "афганцы", но и
потому,  что Савелий ему сразу приглянулся и он дал себе  слово  сделать
все возможное, чтобы с ним все было в порядке. Парень сразу же устремил-
ся за ним, боясь упустить Савелия из виду, но тот, оказавшийся сзади не-
го,  бесшумно подскочил и тихо сказал парню, с беспокойством осматриваю-
щемуся по сторонам:

   - Вы кого-то потеряли,  молодой человек? Нужно было видеть удивленное
лицо  паренька,  когда  он повернулся и увидел перед собой того,  за кем
должен был приглядывать.

   - Все в порядке! - с улыбкой подмигнул ему Савелий. - Как видишь, я в
норме,  так что можешь возвращаться и доложить Олегу, что я тебя сам от-
пустил.

   - Но...  - Парень продолжал в чем-то сомневаться и в  нерешительности
топтался на месте.

   - Тебя приставили присматривать за мной, чтобы я чего не натворил, не
так ли? Как видишь, я в полном порядке!

   - Я много слышал о тебе, но... - Парень в восхищении покачал головой,
не находя слов. - Тебя как зовут?

   - Савелий.  - Он смущенно опустил глаза. - Вот как, мы еще и тезки! -
Савелий похлопал парня по плечу. - Рад познакомиться. Возвращайся к Оле-
гу. - Он снова подмигнул.

   - У вас действительно все в порядке?  - не мог успокоиться парень.  -
Как видишь. - Тогда я пошел? - Да-да, иди!

   Тот повернулся, сделал несколько шагов и снова взглянул на Савелия. -
Я могу спросить? - Валяй!

   - Вы когда меня заметили? Прямо с кладбища? - Он смущенно поморщился.

   - Нет, минут за пять до этой палатки, - успокоил его Савелий.

   - Спасибо,  -  обрадовано бросил парень и быстро пошел прочь,  уже не
оглядываясь.

   Пока мысли Савелия отвлекались на этого паренька,  который ему понра-
вился  (ом даже подумал,  что из него выйдет хороший партнер в любом де-
ле),  наш герой как бы и не чувствовал боли.  Точнее сказать,  она  была
где-то глубоко в нем.  Но как только Савелий остался один, на него снова
нахлынули воспоминания,  от которых захотелось  завыть  во  весь  голос,
лезть на стену, броситься головой в омут.

   Наташа... Какой у нее был нежный, ласковый голос, как она могла успо-
коить,  отвлечь от дурных мыслей, заставить радоваться солнечному зайчи-
ку, зеленому листочку, журчащему ручейку...

   Ее нежные руки были настоящим чудом.  А как они снимали боль!  Стоило
Наташе прикоснуться, как боль мгновенно исчезала и становилось так хоро-
шо, хотелось, чтобы это продолжалось вечно...

   А губы!  Прохладные,  чуть  влажные,  с еле заметной загадочной улыб-
кой...  Они манили к себе, приковывали взгляд, к ним было страшно просто
прикоснуться - не то чтобы целовать! Казалось, прикоснешься - и умрешь в
упоении... Он до сих пор помнит тот самый первый поцелуй, после которого
у него закружилась голова.  Он едва не потерял сознание и долго приходил
в себя,  веря и не веря в то,  что он ощущал эти прекрасные губы  своими
губами...

   - Милая... - шептал он, а по его щекам текли капли слез.

   - Вам плохо?  - послышался в его затуманенном мозгу нежный участливый
голос.

   Савелию вдруг показалось, что это голос Наташи.

   - Наташа?  - с изумлением прошептал он,  боясь поднять  глаза,  чтобы
увидеть ту, кому принадлежал этот голос.

   - Как вы догадались? - снова услышал Савелий. - Да, меня действитель-
но зовут Наташа. А как вас зовут?

   - Савелий...  - ответил он машинально. Его мозг, не выдержав напряже-
ния последних событий, отключился от внешней среды, чтобы немного отдох-
нуть и набраться сил. Все окружающее Савелий стал воспринимать как бы со
стороны.

   - Савелий? Савушка? Савва? - на разные лады тараторила девушка. - Ка-
кое славное имя! У вас что-то случилось? На вас просто лица нет!

   - Сегодня я похоронил близких мне людей...  - ответил он  без  всяких
эмоций.

   - Господи Как я сразу не сообразила?  Думаю,  откуда мне знакомо ваше
лицо?  Все точно,  я же вас видела там,  на похоронах... Как это ужасно.
Послушайте,  я знаю,  что вам сейчас нужно.  Пойдемте,  - Она решительно
подхватила его под руку и потянула за собой.

   Савелий шел безропотно, совершенно ничего не, сознавая. Единственное,
что отметил его мозг,  - попутчица. Это была молодая женщина лет тридца-
ти, вызывающе, но умело накрашенная, богато и со вкусом одетая. Стройные
длинные ноги в сапогах едва ли не по бедра,  на высоких каблуках. Каждая
из ее вещей, даже сумочка, стоили многие сотни долларов.

   Эта Наташа была "ночной бабочкой" и сегодняшний день был  тем  редким
днем,  когда она взяла себе "отгул".  Выспавшись вволю,  сделав массаж и
густо наложив косметику,  она вышла прогуляться под весенним солнышком и
неожиданно, поддавшись стадному чувству, влилась в толпу у кладбища.

   Три года  назад Наташа потеряла маленькую дочку,  которая погибла под
колесами грузовика,  управляемого пьяным подонком.  Наташа очень  сильно
любила девочку,  и потеря сломала ее,  завертела в жизненной круговерти.
Она пила беспробудно три месяца,  пока были деньги,  потом начала прода-
вать вещи.  Ее некогда уютная квартирка превратилась в настоящий притон.
Все мужики в близлежащих кварталах знали о "двуспальной Татке"  -  такое
она получила прозвище.  Трудно сказать, чем бы все кончилось в ее жизни:
смертью под забором или вечной больницей,  но однажды ее  приметил  один
сутенер,  углядел в ней лакомый товар и решил попробовать:  помыл, прио-
дел, приукрасил, и первый же клиент принес за нее хороший навар. Правда,
не обошлось без эксцессов:  напившись, Наташа вдруг решила показать свой
характер и стала требовать  дополнительной  оплаты  "натурой",  то  есть
пятью бутылками водки.

   Получив физическое внушение сначала от клиента, потом от Паши-сутене-
ра,  просидев взаперти пару дней только на воде, она дала слово, что от-
работает  его  затраты.  У  нее оказался сильный характер,  и вскоре она
быстро стала подниматься по "социальной лестнице" проституции. Скоро она
получила "свое место" на улице, потом "свое такси" (девушка сидит в так-
си, а сутенер ищет ей клиента), а позднее валютного клиента уже привози-
ли к ней на квартиру, заранее предупреждая Наташу по телефону о всех де-
талях.

   Сегодняшние похороны настолько живо напомнили  ей  о  дочке,  что  ей
вновь захотелось "оторваться". Тут она и наткнулась на Савелия, стоящего
посреди тротуара. Что-то в этом парне было такое, что заставило ее оста-
новиться.  Чисто по-женски она почувствовала, что он нуждается в помощи,
что у него случилось какоето горе. Когда же парень подтвердил, что толь-
ко  что похоронил близких,  Наташа сразу же узнала его лицо:  она видела
Савелия у гроба погибшей девушки.  С этого момента она уже не могла  его
оставить,  сердцем  понимая,  что сейчас он может совершить какую-нибудь
глупость,  за которую будет расплачиваться всю оставшуюся жизнь. Все что
угодно, только не оставаться одному! Это она запомнила навсегда на собс-
твенном горьком опыте. Появись тогда на ее пути кто-то, и все могло быть
по-другому. Она же была классным дизайнером по прическам...

   Наташа долго  не размышляла,  куда им пойти,  и решила отвести нового
знакомого в "Арлекино".  Ей нравилось таскать туда своих клиентов, когда
они  желали не просто "поваляться в постели",  но и показаться на людях.
Кроме того, приводя туда солидных клиентов, лично она имела существенный
процент с каждой проданной в заведении бутылки спиртного.

   Впервые она не задумывалась, есть ли деньги у ее нового знакомого, не
смотрела на часы,  чтобы не пропустить свидание с другим  клиентом.  Для
нее это было странное и довольно приятное ощущение свободы.  К тому же в
этой молодой женщине сохранилось невостребованное  материнское  чувство.
Она  даже  сама себе не могла признаться в том,  что ощущает нестерпимое
желание о ком-то заботиться, кому-то отдать свою нежность и ласку.

   Вполне возможно,  встреть она не Савелия,  а кого-то другого, было бы
то же самое. Но сейчас ей казалось, что этот несчастный парень ниспослан
ей самим Богом и она обязана помочь ему,  согреть своим теплом,  отвлечь
от страданий.

   До "Арлекино" было далеко, и она быстро вскинула руку, заметив белос-
нежный "мерседес".  Увидев ее, водитель, совсем еще молодой парень, лихо
затормозил.

   - Куда отвезти тебя, красавица? - спросил он, плотоядно оглядывая де-
вушку с ног до головы.

   - Глаза не сломай, мальчик, - усмехнулась она. - До "Арлекино" добро-
сишь?  - Одну - бесплатно,  с ним - пять баксов!  - Садись,  Савушка!  -
улыбнулась она, открывая перед ним заднюю дверь.

   Савелий как-то странно взглянул на девушку. В его голове промелькнула
мысль: откуда она знает его имя? Он сел в машину.

   - Поехали, юноша! - брезгливо бросила Наташа, швырнув ему пятерку.

   - Могла бы и повежливее, - обиженно заявил он.

   - С тобой?  Когда заработаешь сам на такую тачку,  тогда, возможно, и
буду вежливее!  - Почему ты решила, что это не моя тачка? - Во-первых, я
тебе  не позволяла говорить мне "ты",  во-вторых,  если бы это была твоя
машина,  то ты не стал бы сшибать на ней деньги, а просто бы девочек ка-
тал до потери визга.

   - Знаешь, а ты мне нравишься! - хмыкнул парень.

   - Вы!  - упрямо напомнила она.  - Тю-тю!  Какие мы гордые!  И где вас
только выращивают?

   - Послушай,  получил свои баксы - и вези. Или мне еще и юбку задрать?
- Лично я не против! Жаль, приехали. К машине подскочив огромный детина,
стоявший у входа.

   - Привет, Наталка, - сказал он, открывая перед ней дверь. - Одна?

   - Нет,  с другом. - Она улыбнулась и добавила: - Слушай, Серый, научи
мальчика хорошим манерам! - кивнула она в сторону водителя. - Что, прис-
тавал?  - Пытался.  - Где подхватил вас?  - На Пресне. - Сколько взял? -
Пять баксов.

   Парень смотрел то на девушку, то на амбала и не мог понять: шутят они
или говорят всерьез.  - Хорошо,  Наталка,  разберусь и доложу. - Пойдем,
Савушка, - Девушка подхватила Савелия под руку и повела ко входу.

   - Ваши права, сударь? - сказал амбал водителю.

   - На каком основании? - фыркнул тот. - Вы остановились в неположенном
месте. Ваши права. - Вы не имеете...

   - Вот как?  - Амбал вдруг вытащил красную книжечку и  сунул  ему  под
нос.  -  Ты еще и сопротивление оказываешь сотруднику милиции?  Выйти из
машины? - Только в этот момент парень понял, что сам накликал беду...

   Посетителей в клубе было не очень много,  но, если судить по их "при-
киду",  они вполне оправдывали рабочий день заведения. Тихо играла музы-
ка,  на небольшой сцене танцевала гибкая девушка лет двадцати. Она томно
закатывала глаза,  и казалось, сама получает кайф от своего то ли танца,
то ли стриптиза. - Какие люди! - воскликнул полноватый метрдотель, сразу
подскочив к Наташе. - Как всегда?

   - Нет, сегодня я отдыхаю. С приятелем, - заявила Наташа.

   - Очень рад!  - нисколько не изменив тона,  улыбнулся тот. - Вам как:
ближе к эстраде или где поспокойнее?

   - Что-нибудь посередине. Что за публика? - Средняя в зале и кое-кто в
кабинетах... - Он хитро подмигнул.

   - Ладно,  Бог с ними! - хмыкнула она и остановилась у столика, на ко-
торый показал метрдотель. - Ничего, мне нравится, а тебе, Савушка?

   Ничего не сказав, Савелий неопределенно мотнул головой.

   - Вот и хорошо!  По полной программе, Мишань! И начнем с аперитива, -
сказала она и сразу добавила: - Только не парь нас долго.

   - Понял! Через пару минут все будет. - Он устремился в сторону кухни.

   Через несколько  минут к ним уже спешила молоденькая симпатичная офи-
циантка с подносом, уставленным бутылками с дорогим коньяком и фруктами.

   - Здравствуйте, добро пожаловать в наш клуб! - улыбнулась она. - При-
ятного аппетита!

   - Что ж,  Савушка, за знакомство? - мягко улыбнулась Наташа. Она тер-
пеливо дождалась,  когда Савелий все-таки взял рюмку,  чокнулась с ним и
ловко опрокинула себе в рот.

   Савелий последовал  ее  примеру,  но даже не почувствовал вкуса того,
что пьет!  Он взглянул на рюмку,  повертел в руке, потом налил коньяку в
стакан для сока.

   - Вот это по-нашему! - рассмеялась Наташа и тоже подставила свой ста-
кан, а когда он налил ей половину, бодро начала: - У тебя, Савушка, доб-
рые глаза и очень красивое имя,  я бы даже сказала,  редкое,  и потому я
хочу...

   - Если можно, то давай эту "дозу" молча: каждый о своем? - неожиданно
прервал ее Савелий.

   - Хорошо! - Она глубоко вздохнула и залпом выпила весь коньяк.

   Савелий выпил  медленно,  несколько секунд смотрел на стакан,  словно
удивляясь тому, что совершенно не ощущает крепости напитка, затем поста-
вил его на стол и взглянул на девушку.

   - Спасибо вам... Наташа! - Последнее слово он просто выдавил из себя.

   - Я вспомнила! - вдруг воскликнула она. - Какая же я дура: ту девушку
тоже Наташей звали?

   - Да... - Он опустил голову, и из его глаз снова покатились слезы.

   - А ты поплачь,  Савушка,  не стесняйся меня.  - Она накрыла ладошкой
его пальцы,  и он вдруг опустил голову, прижался щекой к ее мягкой руке.
Наташа провела другой рукой по его волосам. - А ты добрый, очень добрый!
- прошептали ее губы.

   Следующий тост был последним,  что запомнил Савелий: за погибших "аф-
ганцев". Он снова налил и себе и девушке почти по полстакана коньяку. На
этот раз организм его не выдержал, сломался. Видно, сказалось и напряже-
ние последних дней, и переживания, да и две бессонные ночи. Он совершен-
но не помнил,  как поскандалил с каким-то бизнесменом в "Арлекино",  как
пришлось подключаться знакомым вышибалам Наташи и усмирять разбушевавше-
гося  "купчика"  и его телохранителей,  одному из которых Савелий разбил
лицо.  Он не помнил, как им с Наташей пришлось ретироваться через запас-
ной  выход,  как он оказался в незнакомой квартире...  Савелий ничего не
помнил - он мгновенно уснул на огромном "эротическом полигоне".

   Наташа, с трудом дотащив его до кровати,  ловко сняла с  него  обувь,
верхнюю  одежду,  под  которой не оказалось даже майки,  и направилась в
ванную,  чтобы освежиться. Впервые она ощутила себя ответственной за че-
ловека, ей почти незнакомого. Не раз из-за нее вступали в рукопашную му-
жики,  и ей это нравилось.  В такие моменты она была  похожа  на  самку,
из-за  которой бросаются в бой самцы,  а она терпеливо ждала победителя,
но чаще все же исчезала, чтобы случайно не пострадать. А сегодня она са-
ма  бросилась  на защиту мужчины,  презрев обычную осторожность.  Вполне
возможно,  что сегодняшний инцидент еще будет иметь последствия,  но  ей
было на это глубоко наплевать.

   Что-то в этом парне было неподдельное,  настоящее, истинно мужское. А
как он сумел выдержать паузу,  когда тот "купчик" решил пригласить ее за
свой  столик:  не зная их взаимоотношений,  дождался ее реакции и только
тогда мягко посоветовал незнакомцу убираться прочь. Он оставался спокой-
ным и уверенным в себе даже тогда,  когда к нему подошли трое телохрани-
телей,  науськанных своим хозяином.  Им он тоже посоветовал вернуться на
свои места или найти, как он выразился, "одинокую женщину, которой захо-
чется провести время с их хозяином". Одному из них не понравился незави-
симый и уверенный тон Савелия:  он попытался схватить его за грудки,  но
отлетел на несколько метров, сбивая столики, хотя был на голову выше Са-
велия и явно здоровее его.

   Это было столь неожиданно,  что многие подумали,  будто парень просто
споткнулся,  но,  когда он поднялся с окровавленным лицом и бросился  на
Савелия,  Наташа все поняла и громко закричала, призывая на помощь своих
знакомых вышибал...

   Сейчас, стоя под холодным душем,  она критически  рассматривала  свое
тело  в огромное,  во всю стену,  зеркало и пыталась убедить себя в том,
что у нее еще вполне красивая фигура,  отличные груди и  стройные  ноги.
Может,  бедра чуть-чуть полнее, чем хотелось бы, но... Интересно, понра-
вилась ли она Савелию?  Удалось ли ей хотя бы немного отвлечь его  мысли
от погибшей девушки?  Видно,  он ее очень сильно любил... Жаль ее, такая
молодая,  красивая,  судя по фотографии,  и так рано уйти из жизни...  В
толпе судачили,  что девушку и ее брата убили из мести. Правда ли это? А
что, если в этом как-то замешан Савелий? Может, потому он так убивается,
что чувствует свою вину?

   Наташа тщательно  растерла свое упругое тело,  надушилась французской
парфюмерией и на цыпочках вошла в комнату. Савелий спал на животе, широ-
ко раскинув руки.  Какие у него широкие плечи,  мощные руки.  - Что это?
Наташин взгляд вдруг остановился на шраме, выделявшемся на спине. Госпо-
ди! Шрам на лице, шрам на спине... Теперь ей понятно, почему он поднимал
третий тост за "афганцев". Сколько же им пришлось там пережить!

   Наташа вдруг склонилась над его телом и ласково-влажными губами  при-
коснулась к его шраму. Савелий даже не пошевелился, а Наташа ощутила еле
уловимый запах,  который вдруг взволновал  ее,  заставил  чаще  забиться
сердце. Что это с ней? Почему она так волнуется, словно впервые находит-
ся с мужчиной?  От его тела исходит какая-то странная сила, которая при-
тягивает к себе, как магнит.

   Наташа начала  нежно  массировать его мощное тело.  Ее сильные пальцы
быстро бегали по спине Савелия,  сначала лишь едва прикасаясь, потом все
больше и больше разгоняя кровь по сосудам.  Она получала от этого стран-
ное удовольствие,  словно он сам ласкал ее тело, нежно, сильно... Наташа
закрыла от страсти глаза и,  медленно покачиваясь, начала снимать с него
плавки.  Она делала это осторожно,  но не потому, что боялась его разбу-
дить, а чтобы максимально продлить себе удовольствие.

   Наташа повернула Савелия на спину и заметила, что его меч находится в
полной боевой готовности. Она осторожно притронулась к нему пальчиками и
быстро  пробежалась по нему,  как по флейте.  Он чуть заметно вздрогнул.
Девушка тяжело задышала, сейчас она была похожа на охотничью собаку, ко-
торая услышала звук рожка.  Склонившись,  она прижалась к самому кончику
члена губами,  потом ощупала его языком. Неожиданно рука Савелия вздрог-
нула  и  наткнулась  на  что-то жаркое и влажное.  Оно устремилось к его
пальцам, как бы призывая к активным действиям, и Савелий последовал это-
му  призыву.  Влажные пухлые губки обхватили его пальцы,  пытаясь глубже
всосать их в себя,  словно желая поглотить всю  руку,  а  верхние  губы,
подстрекаемые языком, вбирали в себя окостеневшую плоть. Савелия охвати-
ла такая страсть,  что он,  совершенно не понимая, что с ним происходит,
устремился  к  девушке  навстречу,  а  его  ладонь почти полностью вошла
внутрь ее тела.

   - Боже!  Боже! Боже мой! - шептала Наташа, ее тело конвульсивно изви-
валось. Слова с огромным трудом вырывались из заполненного плотью рта, а
стоны, покинув ее грудь, соединялись со стонами Савелия.

   - Наташа!  Наташенька! Милая! - благодарно выкрикивал он имя девушки,
но эта благодарность предназначалась той, которая ушла в другой мир. Уш-
ла?  Сейчас,  когда Савелий выкрикивал ее имя, он был совершенно уверен,
что она рядом с ним:  он чувствовал ее запах, ощущал ее руки, ее губы. И
он был близок к истине - душа девушки,  которая еще находилась на земле,
в последний раз прилетела к Савелию, чтобы проститься с ним, доставив на
прощанье последнюю радость.

   Непонятными были и ощущения реальной Наташи.  Она никак не могла  по-
нять,  откуда  у нее взялся такой высокий голос?  Почему она делает нес-
войственные ей движения,  получая при этом удивительное наслаждение?  Ей
было  необычайно легко с Савелием,  словно она давно знала его привычки,
его желания. Вот сейчас он смажет палец и станет проникать в ее коричне-
вое пятнышко.  Она никому не позволяла делать это, ей было неприятно. Но
сейчас она сама помогла ему, выгнув спину, открываясь ему навстречу. Это
было никогда ранее не испытываемое, но радостное ощущение...

   А сейчас ему захочется поставить ее на колени и зайти с тыла... Саве-
лий действительно повернул девушку спиной к себе,  опустил ее на колени,
затем  окунул  на несколько секунд свой меч во влажные губки,  пошевелил
там немного, доводя ее до экстаза, затем вынул и вошел в коричневое пят-
нышко.  Скорее от неожиданности, нежели от боли, она глухо вскрикнула, и
Савелий тут же замер, давая ей свыкнуться с его присутствием, потом стал
медлено проникать все глубже и глубже.  Сделав несколько качков, он выс-
кочил и нырнул в горячие губки.  Это было так приятно, что девушка, раз-
горяченная страстью,  не выдержала и излилась мощным потоком. Благодарно
приняв его,  Савелий качнулся еще несколько раз,  чтобы девушка до конца
испытала наслаждение, потом снова атаковал другие глубины...

   Савелий проснулся  от  прикосновения нежных пальчиков.  Совершенно не
осознавая, где он находится и кто его трогает, Савелий попытался приотк-
рыть глаза и в тот же момент зажмурил их от яркого солнечного света. Кто
это с ним?  Где он находится? Дома или в гостях? Он попытался сдвинуться
в  сторону  от солнца,  а девушка восприняла это как призыв к действию и
снова обхватила его член губами, пытаясь побудить к атаке.

   Этого Савелий позволить уже не мог: он мягко отстранился, пробормотав
что-то невнятное, сиганул с кровати и устремился к двери. Он наконец по-
нял,  что квартира не его,  слишком шикарно обставлена,  с чисто женским
вкусом.

   "Как он сюда попал?" - пытался понять Савелий,  ополаскиваясь под хо-
лодным душем. Потом, не вытираясь, обернулся полотенцем и вошел в комна-
ту.

   Наташа лежала обнаженная на кровати и ждала его.  Глаза ее были прик-
рыты, на губах - еле заметная улыбка томного ожидания. Савелий был дово-
лен, что девушка на него не глядит - он смог без всякого стеснения расс-
мотреть ее. Лицо показалось знакомым, и он снова напряг свой мозг, пыта-
ясь вспомнить минувший вечер.  Пробежав мысленно вчерашний день, он пос-
тепенно дошел до того места, когда расстался с наблюдателем. Вспомнил он
и  то,  как  ему вдруг стало плохо настолько,  что ничего не хотелось...
Именно в этот момент с ним и заговорила  эта  девушка!  Куда-то  повезла
его,  где-то они выпивали...  Ему вдруг показалось, что произошло что-то
ужасное...

   - Вам очень стыдно за меня?  Я что-то натворил вчера?  -  сконфуженно
проговорил Савелий.

   - Что вы!  - воскликнула девушка, мило улыбаясь. - Вы были прелестны,
галантны и мужественны. Но почему мы снова перешли на "вы"? Или вы отно-
ситесь к той категории мужчин,  которые считают, что совместно проведен-
ная ночь не является поводом для знакомства?

   - Да нет... - Он смутился еще больше. - Я как-то...

   - Бросьте!  Нет слов,  и нечего их искать. Я вам помогу: даже если мы
больше  никогда  не увидимся,  то я все равно останусь вам благодарна на
всю жизнь!  - искренне воскликнула Наташа. Увидев на его лице недоверие,
добавила: - Мне ВПЕРВЫЕ довелось испытать удовольствие, радость, возмож-
но,  даже счастье, хотя вы мне и не верите. Впрочем, кто может поверить,
что такое может случиться с проституткой! - зло добавила девушка.

   - Зачем вы так? Вы искренни, и я вам верю, - заметил он.

   - Скажите, а вам было хорошо со мной? - неожиданно спросила она.

   - Не помню подробностей, но тяжести от проведенной с вами ночи у меня
нет, - откровенно ответил Савелий.

   - Кажется,  вы торопитесь? - Она улыбнулась: его ответ пришелся ей по
душе. - Захочется расслабиться - вот мой телефон. Только звоните часа за
три до желания!

   Савелий, нисколько не смущаясь ее взгляда,  оделся, взял ее визитку и
сунул в карман.

   - Скажите, Савушка, это тоже Афган? - кивнула девушка на его лицо.

   - Нет,  это уже Россия,  точнее сказать, российский медведь! - Он ус-
мехнулся. - Ничего себе! Надеюсь, он понес наказание? - Каждый, кто сде-
лал плохо мне или моим близким,  либо уже понес наказание,  либо понесет
его! - В его голосе слышалась неприкрытая угроза.

   - Надеюсь, ко мне это не относится? - лукаво проговорила Наташа.

   - Если о плохом,  то нет, если о том, что вы мне стали близки, то да!
- Он хитро улыбнулся.

   - Спасибо вам, Савушка! - У нее на глазах появились слезы.

   - Что вы,  Наташа,  это вам спасибо!  - искренне сказал он. - Счастья
вам! Прощайте!

   - До свидания!  - со значением поправила девушка, и он, чуть подумав,
согласно повторил:

   - До свидания, Наташа! - Потом резко повернулся и вышел.

   Девушка смотрела ему вслед,  словно надеясь, что он вернется. На душе
у нее было радостно и покойно:  за долгие годы она впервые почувствовала
себя чистой и непорочной.


Убийство Большого Стэна

   Этот день бывший генерал КГБ,  проживающий ныне в  Сингапуре,  считал
одним  из самых черных дней в своей жизни.  Если вы спросите его почему,
то он, скорее всего, будет несколько минут смотреть на вас с ненавистью,
но потом, успокоившись, бросит коротко, словно сплюнет:

   - Эх, такое дело сорвалось! Интересно, что он имеет в виду? Все очень
просто:  он очень хочет забыть афганскую неудачу,  чтобы не травить себе
душу.  Однако  даже  Красавчик-Стив,  всегда помогающий своему Хозяину в
трудные минуты, на этот раз допустил промах, едва не стоивший ему звания
"любимчика". А вся его вина заключалась в одной необдуманной фразе: ког-
да к ним пришли сведения о том,  что вся команда,  которую повел в Афга-
нистан Уоркер-Бешеная Акула, погибла вместе со своим предводителем, Кра-
савчик-Стив со вздохом проговорил:

   - Напрасно,  Хозяин,  вы доверились этому проходимцу Большому  Стэну,
меня нужно было послать!

   - Тебя?  - Рассказов так взглянул на своего любимчика, что тому вдруг
захотелось провалиться сквозь землю.  И черт его дернул за язык! Сколько
раз давал себе зарок не раскрывать рот без особой нужды, и на тебе! Сей-
час Хозяин точно башку ему снесет. Нужно срочно что-то придумать! Госпо-
ди, помоги!

   И тут,  словно действительно его услышал сам Господь Бог, в дверь ка-
бинета Рассказова кто-то постучал. Рассказов странно посмотрел на своего
помощника,  словно говоря "везет тебе,  Красавчик-Стив",  потом кивнул в
сторону двери. - Открой.

   - Спасибо, Хозяин! - вздохнул облегченно Красавчик-Стив, радуясь, что
и на этот раз пронесло.

   - Бога благодари: видно он и в правду взял тебя под свою защиту...

   Красавчик-Стив удивился тому,  что Рассказов как бы прочитал его мыс-
ли, но ничего не сказал и вышел из кабинета. Он отсутствовал минут пять,
а когда вернулся, доложил, с трудом скрывая иронию:

   - К вам Большой Стэн,  Хозяин!  - Вот как? Очень интересно. Зови! - В
голосе Рассказова послышались нотки,  которых очень  побаивался  Красав-
чик-Стив. Он открыл дверь и нарочито торжественно произнес:

   - Войдите.  Хозяин  примет  вас.  Тут  же в кабинет колобком вкатился
Большой Стэн и прямо с порога, вытянув обе руки вперед, устремился навс-
тречу Рассказову.  - Приветствую тебя,  дружище! Рассказов продолжал си-
деть и даже не попытался изобразить на лице  какого-то  подобия  улыбки.
Словно  понимая,  что сейчас его присутствие не совсем уместно,  Красав-
чик-Стив вопросительно посмотрел на Рассказова,  и поймал в ответ  такой
взгляд, что пулей выскочил из кабинета.

   - Вижу,  ты не в духе,  дружище?  - спросил Большой Стэн, не понимая,
почему его партнер сегодня не столь дружелюбен, как обычно.

   - А что, у меня есть причины веселиться? - проговорил Рассказов.

   - Ты все еще переживаешь неудачу в Афганистане?  И напрасно!  - дога-
дался  наконец Стэн,  поморщился,  прошел к креслу,  уселся и совершенно
спокойно сказал:  - У меня создается впечатление,  что ты в чем-то  меня
обвиняешь. Или мне показалось?

   Большой Стэн хорохорился, пытался добавить в голос металла, но на ду-
ше у него скребли кошки:  было предчувствие, что все идет как-то не так.
Однако он не придал этому особого значения.

   - Обвиняю?  -  нахмурился  Рассказов.  Его вдруг стал раздражать этот
толстый коротышка, вечно воняющий потом и чесноком. - Может, тебе напом-
нить,  как  кто-то совсем недавно заверял меня в том,  что этот Уоркер -
профессионал?

   - А разве он не оказался таким? Разве у профессионалов самого высоко-
го  класса  не  бывает неудач?  А он действительно профессионал высокого
класса... был!

   - "Профессионал!  Высокого класса!" - передразнил Рассказов  с  явным
раздражением. Он даже встал. - Разве настоящий профессионал может допус-
кать такие ошибки, как твой хваленый Уоркер? - О чем ты говоришь?

   - Твой "профессионал" прокололся с тем несчастным сержантом ФБР!

   - Как прокололся?  Он же кокнул его!  - удивленно воскликнул  Большой
Стэн.  - Так,  как это сделал он,  мог сделать любой мужичок с улицы!  -
Рассказов все больше раздражался. - Не понял...

   - Он, видите ли, не понял! А ты знаешь, что он там "наследил"?

   - Не может этого быть! - твердо сказал Стэн.

   - Не может? Да его в первый же день вычислили в полиции! И пусть бла-
годарит Бога, что остался в Афганской земле, не то мне пришлось бы само-
му с ним разобраться.  Такое дело сорвать! Не знаю как у тебя, но у меня
таких  проколов  до встречи с тобой никогда не было.  - Рассказов сделал
небольшую паузу и с явной угрозой добавил: - И не будет!

   Последние слова он произнес таким голосом,  что Большому Стэну  стало
жутко.  Такого ужаса он не испытывал даже в тот момент, когда его пришел
убивать Бешеная Акула.  Стэн вдруг всем своим нутром  почувствовал,  что
этот  разговор  не  закончится  мирным исходом,  но почувствовал слишком
поздно:  выстрел Рассказова оборвал его жизнь.  Он даже не успел  ничего
осознать,  продолжая до последнего мгновения искать выход из опасной си-
туации,  но на этот раз времени ему не хватило.  Вдруг он  почувствовал,
как сильно закололо сердце,  и последняя мысль его была о том, что нужно
будет обязательно показаться врачу. Большой Стэн так и не понял, что эта
боль была вызвана пулей тридцать восьмого калибра.  Он так и остался си-
деть в кресле, уткнувшись квадратным подбородком в грудь.

   Рассказов встал,  подошел к своему "партнеру" и брезгливо сплюнул  на
его труп.  - Лучше раньше, чем позже. Как же от тебя разит чесноком! Ть-
фу! - снова плюнул он и с раздражением крикнул: - Красавчик!

   В кабинет тут же вбежал встревоженный Красавчик-Стив с  пистолетом  в
руке. Выстрела он не слышал, потому что пистолет был с глушителем, но по
тону Рассказова понял; что случилось нечто неординарное. Увидев спокойно
стоящего рядом с креслом Большого Стэна Хозяина,  он виновато сказал:  -
Мне уж показалось... Рассказов его перебил:

   - Тебе правильно показалось! Ты его проверял?

   - Обижаете,  шеф:  сначала он прошел сквозь приборы охраны, потом и я
его проверил... Что-то случилось? - В его голосе сквозил страх: он вдруг
понял,  что Большой Стэн и сидит как-то странно, да и не реагирует никак
на разговор, который касается именно его.

   Он медленно подошел к креслу Стэна, наклонился над ним и вдруг облег-
ченно вздохнул, осознав, что лично его гроза благополучно миновала, чего
нельзя сказать о Большом Стэне.

   - Какой-то он неживой, - проговорил он и попытался улыбнуться. - Хотя
и воняет чесноком.

   - Над покойниками грех скалиться!  - сделав  серьезную  мину,  бросил
Рассказов,  потом не выдержал и сам усмехнулся: - А ведь ему можно поза-
видовать:  никаких волнений,  никакой суеты, отдыхай себе и поплевывай в
потолок... - А разве в аду есть потолок, шеф? - Не знаю, я там не был, -
снова усмехнулся Рассказов.  Его настроение явно улучшилось.  -  Ты  вот
что,  пойди-ка и пригласи сюда его ребят: наверняка сидят и дожидаются в
машине.

   - Что,  и их тоже?  - Красавчик-Стив сделал характерный жест рукой по
горлу.

   - Ну зачем же?  Они-то причем?  Если окажутся не очень глупыми, то им
работа у меня найдется...

   - Что им сказать-то?  - спросил Стив, но тут же, перехватив недоволь-
ный взгляд Хозяина,  торопливо бросил:  - Понял!  - и поспешил выполнить
приказание.

   Перед особняком Рассказова действительно стоял "Мерседес-600",  в нем
сидели трое телохранителей Большого Стэна.  Одного из них Красавчик-Стив
хорошо знал:  как-то выпивали вместе в одном баре,  разговорились и  тот
поведал ему,  что недолюбливает своего хозяина.  Как он тогда выразился,
"такой маленький, а столько из него говна прет!" Черт, как же его зовут?
Вспомнил,  Мэтьюз!  Красавчик-Стив подошел именно к нему, тем более, что
тот сидел на переднем сиденье, рядом с водителем.

   - Привет, Мэтьюз! - Он пожал ему руку прямо через открытое окно маши-
ны.

   - Привет, Красавчик! - Мэтьюз радушно улыбнулся. - Какие проблемы?

   - Большой Стэн сказал, чтобы вы поднялись к нему, - как можно спокой-
нее ответил Красавчик-Стив.

   - Странно,  а почему он по рации нас не позвал?  - удивленно  спросил
один из тех, что сидели сзади.

   - Он пытался,  но что-то с рацией не в порядке.  - В Красавчике-Стиве
явно пропадал великий артист, настолько естественно он это сказал. Мэть-
юз вдруг грубо встрял в разговор:

   - С  каких это пор ты стал обсуждать приказы Хозяина?  - Да я ничего,
просто поинтересовался... - смущенно стал оправдываться совсем еще моло-
дой паренек,  под два метра ростом.  Его ногам, согнутым в коленях, было
тесновато между сиденьями.

   - Поинтересоваться могу только я,  как старший группы, тебе ясно? - с
неприкрытой угрозой тихо проговорил Мэтьюз.  - Да, шеф! - со вздохом от-
ветил парень.  - Вот и хорошо!  -  Мэтьюзу  явно  понравилось  обращение
"шеф". - Нам как, всем идти? - спросил он Красавчика-Стива.

   - А черт его знает,  - пожал плечами Стив, стараясь не вызвать подоз-
рений. - Большой Стэн сказал: "Позови моих ребят!" - я и зову, а сколько
вас пойдет, мне до лампочки.

   - Пойдем все,  шеф, а то еще рассердим Хозяина, - попытался загладить
свою неловкость парень.

   - Хорошо,  пойдем вместе...  Как с оружием?  - Он снова повернулся  к
КрасавчикуСтиву.

   - Оставьте  его  лучше в машине,  наша охрана все равно предложит вам
разоружиться. Ничего не поделаешь - таково распоряжение моего Хозяина. -
Он со вздохом поморщился, словно говоря: "кто разберет их причуды?"

   - Ладно, в чужой монастырь со своим уставом не ходят, - рассудительно
проговорил Мэтьюз и первым вытащил свой пистолет. Двое других последова-
ли его примеру.

   Освободившись от оружия, они вышли из машины и направились за Красав-
чиком-Стивом.  Охрана,  специально предупрежденная,  тщательно проверила
людей Большого Стэна,  не только приборами,  но и вручную.  Это принесло
результат:  у паренька,  который выразил удивление по поводу приглашения
через постороннего, на щиколотке был прикреплен небольшой пистолет.

   - Ты что, не доверяешь нам? - прищурился Красавчик-Стив.

   - Что ты,  Красавчик,  просто я совсем забыл про него... - растерялся
парень.

   - Когда это я разрешал тебе разговаривать со мною на "ты"?  - Красав-
чик-Стив начал на всякий случай "заводить" себя.

   - Ты извини пацана: молод еще... - неожиданно вступился за него Мэть-
юз. - Боевиков насмотрелся! - Он примирительно хмыкнул.

   - Ладно, коль за тебя просит мой приятель, прощаю, - милостиво кивнул
Стив. - Пошли!

   Когда они вошли в кабинет Рассказова,  Красавчик-Стив удивленно оста-
новился в дверях.  Дело в том, что Большой Стэн продолжал сидеть в крес-
ле,  но оно было так повернуто, что на первый взгляд невозможно было оп-
ределить,  что Стэн уже числится в стане мертвых.  Тело было привязано к
спинке кресла, на носу были очки, а в рот воткнут кляп.

   С огромным трудом Красавчик-Стив сдержался,  чтобы не выразить своего
восхищения,  но,  не зная,  что задумал Хозяин,  предпочел сдержать свои
эмоции.

   - Вас  пригласили сюда для того,  чтобы вы разрешили спор,  возникший
между вашим Хозяином и мною!  - Рассказов сидел за своим столом и глядел
на  напуганно-заинтересованные  лица телохранителей Большого Стэна.  Они
молча смотрели то на Рассказова,  то на Стэна, который почему-то сидел и
даже не пытался пошевелиться или подать им какой-нибудь знак. Не дождав-
шись от них никакой реакции. Рассказов решил продолжить.

   - А спор заключается в следующем...  - начал он. В его спокойном тоне
не было даже намека на опасность, и парни облегченно перевели дух. Впол-
не возможно, подумали они, что это очередной розыгрыш или проверка, уст-
роенная самим Стэном.

   - Так вот,  - продолжал Рассказов, - Большой Стэн сильно подвел меня,
а этого я не прощаю даже самым близким людям. Если не верите мне, можете
спросить у Красавчика-Стива! - Он кивнул, и все, как по команде, посмот-
рели в этом направлении.

   - Мой Хозяин говорит правду:  он  строг,  но  справедлив!  -  Красав-
чик-Стив  улыбнулся  во  все свои тридцать два белоснежных зуба,  словно
сказал что-то смешное.

   И тут до телохранителей постепенно начал доходить смысл слов  Расска-
зова. Первым нарушил молчание Мэтьюз:

   - Мне  кажется,  что подобные дела должны решаться между вами.  К нам
это не имеет отношения.  Извините,  но я всегда говорю то,  что думаю! -
добавил он,  повернувшись к креслу,  где находился Большой Стэн, который
вдруг как-то странно пошевелился.

   Это была прекрасная находка Рассказова:  он решил,  что будет гораздо
более  убедительно,  если  Большой Стэн хотя бы еле заметными движениями
будет подавать признаки жизни.  Он присоединил к его телу тонкий шнур  и
изредка, в нужный момент, чуть подергивал его под столом.

   - Прекрасно сказано, мой мальчик! - воскликнул довольный Рассказов. -
Но ваш Хозяин стал убеждать меня в том,  что это касается и  вас.  Более
того,  он заявил,  что если он вам прикажет, то вы меня "порвете на кус-
ки".  Дада,  он так и сказал:  "порвете на куски"!  Что скажете на  это,
друзья?

   - Не  знаю,  как остальных,  но лично меня ваши разборки не касаются:
мне платят за охрану от посторонних,  а не от близких партнеров! - реши-
тельно проговорил Мэтьюз.  - Остальные пусть говорят от своего имени!  -
Он понял, что происходящее здесь совсем не похоже на шутку. Да и Большой
Стэн был не тем человеком, который дал бы себя связать.

   - Что ж,  твой ответ мне понятен! - добродушно улыбнулся Рассказов. -
А что скажут остальные?

   - А что тут можно сказать? - пожал плечами тот, кто до этого все вре-
мя молчал.  - Мое дело собачье: прикажут лаять - буду лаять, не прикажут
- буду молчать. - Этот угрюмый мужик, несколько лет отсидевший в тюрьме,
запомнил несколько незыблемых правил:  во-первых, никогда не совать нос,
куда тебя не просят; во-вторых, принимать решения, стараясь извлечь наи-
большую пользу для себя.

   - С тобой тоже ясно.  А ты что скажешь, каланча? - усмехнулся Расска-
зов. Ему уже сообщили об инциденте при проверке оружия.

   - А мне бы хотелось услышать,  что скажет мой Хозяин! - упрямо заявил
тот.

   Это был совсем еще молодой парень,  который по-своему ценил такие по-
нятия,  как честь и долг. Конечно, Большой Стэн был не из тех людей, ка-
ким можно поклоняться,  но он был его Хозяином,  он платил,  и парень не
мог предать его.

   - С тобой тоже ясно,  к огромному моему сожалению. - Рассказов, дейс-
твительно, с жалостью поморщился. - Но об этом потом. Подойди-ка! - при-
казал Рассказов Мэтьюзу. - Тебя как зовут? - спросил он, когда тот оста-
новился у самого стола.

   - Мэт,  сокращенно от Мэтьюз, - ответил тот, глядя Рассказову прямо в
глаза.

   - Скажи, Мэт, что бы ты сделал с человеком, который тебя, за все твое
добро,  подставил бы на очень крупную сумму? - Рассказов был тонким пси-
хологом и потому спрашивал так, как спрашивал бы близкого приятеля.

   - И не хочет возвращать долг?  - уточнил Мэтьюз.  Он уже понял, о ком
идет речь.

   - Вот именно!  - Глаза Рассказова заблестели.  Ему явно нравился этот
парень.

   - Я бы его кончил! - уверенно ответил Мэтьюз.

   - А для меня ты бы смог это сделать,  мой мальчик?  - Рассказов хитро
прищурился. Он говорил мягко, улыбаясь. "Мягко стелет, да жестко спать",
- подумал Мэтьюз.

   - Если бы я работал с вами - вне всякого сомнения!  - Он пожал плеча-
ми,  словно удивляясь,  как можно об этом спрашивать.  Он уже догадался,
что сейчас последует предложение и стал  внимательно  присматриваться  к
Большому Стэну, неподвижность которого все больше его беспокоила.

   - А тебя как зовут? - спросил Рассказов другого парня.

   - Николас...  Что до меня, то я кокну любого: только плати нормально!
- Судя по всему, до него тоже дошла суть происходящего и он нисколько не
колебался.

   - С  этого  момента  вы у меня на службе.  Сколько платил вам Большой
Стэн?

   - Мне - две тысячи баксов в неделю,  - ответил Мэтьюз. - Мне - полто-
ры. - Николас ответил со вздохом, словно стесняясь, что он получал мень-
ше, чем Мэтьюз.

   - У меня вы будете получать в два раза больше, согласны?

   - А как же!  - хором воскликнули они. - Даю тебе еще один шанс... - У
Рассказова настолько улучшилось настроение, что он решил пощадить треть-
его парня.  - Ты все еще хочешь услышать голос Большого Стэна  или  тоже
пойдешь работать ко мне?

   - Мне бы хотелось услышать,  что скажет Большой Стэн! - упрямо повто-
рил парень.  Это был не бунт, не желание противоречить остальным, а эле-
ментарное упрямство.  Он никак не мог себе представить, что это не детс-
кие игры и его упрямство может кончиться чем-то страшным для него - нас-
только добрым и любезным казался этот уверенный в себе господин.

   - Как хочешь... - брезгливо поморщился Рассказов, потом протянул свой
"магнум" Мэтьюзу. - Пришей его! - кивнул он в сторону Большого Стэна.

   - Есть, Хозяин! - Тот взял револьвер и выстрелил в упор. Большой Стэн
дернулся в своем кресле. - Теперь ты, Николас!

   Тот молча  взял в руки оружие и выстрелил прямо в сердце,  не обратив
внимание на то, что оттуда уже сочится кровь. И снова тело Большого Стэ-
на дернулось.

   - Вот  и  чудненько!  - подмигнул Рассказов,  потом неожиданно поднял
другой револьвер и навскидку, весьма профессионально, выстрелил в треть-
его парня.  Того мгновенно сломало пополам, он попытался что-то сказать,
но пуля,  застрявшая в позвоночнике,  лишила его этой возможности. Через
мгновение он был уже мертв. Мэтъюз посмотрел на него с жалостью, а Нико-
лас тихо бросил:

   - Сам виноват.  Хозяин был весьма терпелив и дал ему шанс,  который я
лично никогда не даю.

   - Что ж,  кажется, мы сработаемся, - удовлетворенно кивнул Рассказов.
- Послушай,  Мэт,  ты хоть знаешь,  для чего сегодня приходил ко мне ваш
Хозяин? - неожиданно спросил он.

   - Как,  вы даже не успели поговорить.  Хозяин? - удивленно воскликнул
Мэтьюз и так заразительно заржал на весь кабинет, что и остальные, стря-
хивая с себя напряжение, тоже присоединились к нему.

   Несколько минут  продолжалось это жуткое веселье на фоне двух трупов,
пока Мэтьюз вдруг не перехватил серьезный взгляд Рассказова.  Он  понял,
что новый Хозяин совершенно отличается от предыдущего:  с ним шуточки не
пройдут. Он резко оборвал смех.

   - Извините,  Хозяин, не удержался! Мне Большой Стэн действительно го-
ворил,  зачем едет к вам... - Он сделал выразительную паузу, внимательно
посмотрел на Рассказова, потом на остальных присутствующих, словно спра-
шивая, стоит ли посвящать их в это дело?

   Рассказову очень хотелось услышать интересную,  как ему казалось, ин-
формацию,  но и не хотелось обижать недоверием Красавчика-Стива.  Однако
Николаса, своего нового работника, он совершенно не знал, а потому нахо-
дился в некотором затруднении.

   Выручил Красавчик-Стив: он прекрасно знал своего шефа и, почувствовав
его замешательство,  сказал: - Шеф, извините, что вмешиваюсь, но, может,
вы с Мэтом перейдете в бар,  пока мы с Николасом здесь  приберем?  Жарко
очень, не дай Бог пахнуть начнут, и не только чесноком! - Он поморщился.
- Потом неделю запах не выветришь.

   - И то правда,  пошли дорогой, там и переговорим, заодно и горло про-
мочим... - Рассказов сделал пару шагов к выходу, но остановился и повер-
нулся к Красавчику-Стиву.  - Минут через тридцать...  - Он вопросительно
посмотрел на Мэтьюза.

   - Хватит и двадцати, - догадливо подсказал тот.

   - Через двадцать,  - согласно повторил Рассказов,  - когда приберете,
вас тоже жду в баре: мне кажется, есть повод отпраздновать. Идем!

   - А куда вы трупы сплавляете,  в море?  - невозмутимо поинтересовался
Николас, как только Рассказов с Мэтьюзом вышли.

   - Ну зачем же засорять водные просторы?  - с ехидным пафосом возразил
КрасавчикСтив.  - Через полчаса они будут официально сожжены в  кремато-
рии,  а их пепел будет стоять у какой-нибудь бедной вдовы или несчастной
матери. - Он изобразил на лице скорбь.

   - Как, официально кремируют? - недоуменно воскликнул Николас.

   - Ты,  приятель, не совсем правильно понял: официально кремируют дру-
гого человека,  а вместе с ним и наших.  - Стив хитро подмигнул и усмех-
нулся:  - Ладно,  хватит о безвременно усопших и их похоронах: берись за
ноги!

   - Стоп!  -  неожиданно  воскликнул Николас,  рассматривая тело своего
бывшего хозяина. - В чем дело?

   - Ничего не понимаю... - Тот озабоченно почесал в затылке.

   - Чего ты не понимаешь?  - нахмурился Красавчик-Стив,  догадываясь, о
чем  идет речь.  Дотошный мужик рассмотрел,  что не хватает дырки в теле
Большого Стэна.

   - Я же стрелял в упор,  а здесь только одна дырка... - Он покачал го-
ловой. - Выходит, либо мне не доверяют, либо не доверяют Мэтьюзу...

   - Что же тебя больше устраивает? - усмехнулся Красавчик-Стив. - Кста-
ти, ты забыл еще об одном варианте. - Каком?

   - А когда не доверяют вам обоим...  Ты что,  мальчик? Дал согласие, и
тебе сразу же все блага, почести? Может, тебе еще и медаль выдать?

   - Ну чего ты раскипятился? Я ж ничего особенного не сказал... И вооб-
ще для меня нет никакой разницы, сколько в нем дырок.

   - Вот и хорошо!  И впредь никогда не суй свой нос туда,  куда не про-
сят!  - более миролюбиво заметил Красавчик-Стив.  - Давай, хватай за но-
ги... Стоп! - Он оторвал шпагат, продернутый через петлицу пиджака Боль-
шого Стэна.

   Пока Стив  с  Николасом занимались "уборкой кабинета".  Рассказов уже
разлил по стаканам русскую водку и набросал  туда  кусочки  льда.  Он  и
Мэтьюз сделали по глотку,  и Рассказов вопросительно посмотрел на своего
собеседника.

   - Я знал о том,  что он вам испортил одно очень важное дело на Восто-
ке... - начал Мэтьюз. - Можете поверить, я его тоже предупреждал об этом
Уоркере,  но он ничего не хотел слушать,  считал себя человеком, который
никогда не ошибается.

   - Непогрешим только Господь Бог, но и он иногда ошибается. Продолжай.
- Казалось,  что Рассказову все это совсем не интересно, что он от всего
этого порядком устал.

   - Так вот,  Большой Стэн вышел на того,  кто снабжает вас информацией
прямо из ФБР, - после этой фразы Мэтьюз глубоко вздохнул, словно сбросил
с себя тяжкий груз.

   - Так...  дальше! - нахмурился Рассказов. В его глазах появился явный
интерес: этот парень слишком много знает для обычного телохранителя.

   - Короче говоря,  Большой Стэн решил его "подоить". - Шантаж? - Точно
так. - И что?

   - Тот  его  послал  куда подальше,  и тогда Стэн решил предложить вам
свой канал переброски наркотиков в Восточную Европу. - Надежный?

   - До сих пор все пролетало мухой,  а там...  кто его знает!  - Мэтьюз
пожал плечами.

   - Ты этот канал знаешь? - как бы между прочим спросил Рассказов.

   - Иначе зачем бы я все это рассказывал вам? Я этим каналом и сам пару
раз возил груз и,  как видите,  жив.  Теперь вы мой Хозяин и вам решать:
закрыть этот кран или продолжать им пользоваться.  - Он преданно смотрел
в глаза Рассказову,  стараясь не показать,  что у самого на душе скребут
кошки.

   Рассказову позарез  нужен  был канал в Восточную Европу,  но что-то в
этом Мэтьюзе его настораживало. Он и сам не мог понять что: вроде откры-
тое лицо,  лихое начало знакомства... Мэтьюз не задумываясь встал на его
сторону, сторону сильного... и все же, все же... Интуиция редко подводи-
ла Рассказова,  и поэтому он всегда с ней считался. Да, торопиться с вы-
водами не следует: нужно присмотреться, принюхаться, понаблюдать, прове-
рочку сделать, да не одну, а дальше видно будет.

   - Что ж,  приятель,  недаром я сказал,  что у нас есть повод отметить
нашу встречу и наше,  возможно, долгое сотрудничество! - Он широко улыб-
нулся, подмигнул собеседнику и поднял стакан. - Как мой тост?

   - Я об этом и не мечтал даже. Хозяин! - восторженно воскликнул Мэтьюз
и даже встал перед сидящим Рассказовым. - Можете поверить, что я для вас
землю буду грызть,  стану самым преданным человеком! - Казалось, еще ми-
нута, и он прослезится.

   - Ладно, там видно будет. Выпьем напиток моей родины!

   - Как, вы из России? - воскликнул Мэтьюз удивленно.

   И вновь Рассказову показалось,  что в его  голосе  слышится  какая-то
фальшь,  словно он только вид делает, будто впервые услышал, что Расска-
зов из России.

   - А разве Большой Стэн не упоминал об этом?  - как  бы  между  прочим
спросил Рассказов.

   - О вас.  Хозяин, он вообще старался ничего не говорить... Правда од-
нажды по пьяной лавочке заметил,  что с вами нужно держать  ухо  востро:
чуть что и... - Мэтьюэ воздел глаза вверх.

   - Что,  неужели  так и сказал?  - Рассказов весело рассмеялся.  - Вот
так: живешь тихо, мирно, никого не обижаешь, а о тебе такие ужасные бай-
ки рассказывают...  Скажи, а ты давно с Большим Стэном работаешь? - нео-
жиданно спросил он.

   - Нельзя сказать,  чтобы очень, но порядочно. - Мэтьюз пытался увиль-
нуть от прямого ответа.

   - Знаешь,  дружище,  когда я задаю вопрос,  то на него нужно отвечать
точно. - Рассказов говорил тихо, с улыбкой, но от этой улыбки собеседни-
ку стало жутко, словно он столкнулся с коброй!

   - Что  вы,  Хозяин,  я и не думал увиливать от ответа!  Я сразу хотел
сказать, но... - Он хотел пояснить, что Рассказов не дал ему договорить,
но  подумал,  что  это еще больше разозлит Рассказова,  и закончил мысль
совсем подругому: - просто не успел! - В его глазах был испуг, и Расска-
зову это понравилось. Он покровительственно похлопал Мэтьюза по спине:

   - Хорошо, забыли... до поры... - Он долил в стаканчики водки, добавил
льда. Все это он делал нарочито медленно, словно в задумчивости. Несмот-
ря на изрядное количество выпитой водки.  Рассказов продолжал испытывать
собеседника даже в мелочах,  и сейчас ему  было  интересно:  ответит  ли
Мэтьюз на заданный вопрос или сделает вид, что забыл о нем?

   Вполне возможно,  что Мэтьюз и допустил бы здесь очередной промах, но
Рассказов вел себя слишком нарочито, и он не решился рисковать.

   - Кстати,  я же так и не ответил на ваш вопрос, - как можно спокойнее
заметил он.  - Работаю я у Большого Стэна...  хотя нужно сказать - рабо-
тал...  шесть месяцев,  а рекомендовал меня ему... - он сделал эффектную
паузу, - ... я сам! - Мэтьюз с вызовом взглянул в глаза Рассказову. Судя
по всему, тот не был готов к такому неожиданному ответу и был заинтриго-
ван. Он долго смотрел на Мэтьюза, потом не выдержал:

   - Каким образом ты ему рекомендовал сам себя?

   - Все просто.  Мы столкнулись с его ребятами. Я имею в виду двух моих
парней,  кстати сказать, весьма толковых. В ту ночь мы наведались в один
магазинчик, чтобы там разжиться, и когда уже собирались убираться восво-
яси,  нагрянули его ребята.  Мы думали,  что это копы, а они думали, что
копы мы.  Постреляли немного: они двоих потеряли, а у нас одного... под-
ранили.  А когда разобрались, то выяснилось, что наводчик, который рабо-
тал на меня,  оказывается,  снабжал информацией и Большого Стэна... - Он
улыбнулся,  сделал глоток водки. - Наводчика Стэн убрал, и мы поделились
добычей.  После чего он предложил работать на него, обещая хорошие день-
ги, а оказалось... - Он брезгливо махнул рукой...

   - Что ж,  лишний раз подтвердилось жизненно важное правило:  скупость
до добра не доводит, - хмыкнул Рассказов. - Что-то наши ребятишки задер-
живаются...  - Не успел он закончить фразу,  как дверь распахнулась и на
пороге показался Красавчик-Стив. - Разрешите, шеф?

   - Вас  только за смертью посылать!  - хмуро бросил Рассказов и тут же
рассмеялся двусмысленности сказанного. - Ну что, отдали последние почес-
ти покойным?

   - Даже молитву прочитали...  за упокой рабов божьих! - Красавчик-Стив
изобразил на лице мировую скорбь.

   - Вот и прекрасно,  можно выпить за их  грешные  души,  -  облегченно
вздохнул Рассказов.  - Присаживайтесь.  - Он кивнул на стулья и протянул
бутылку водки своему любимчику.  - Но может  быть,  кто-то  предпочитает
другое?

   - Лично я люблю водочку! - потер руками Николас.

   - А  я мешать не люблю...  - поддержал его Мэтьюз.  Он был очень рад,
что наконец появились эти двое и прервали опасные вопросы Рассказова.  А
вот  почему  он так всполошился от этих вопросов,  нам еще предстоит уз-
нать...

   Сейчас же Рассказов, удовлетворенный беседой со своим новым сотрудни-
ком,  решил  гульнуть.  Он уже давно не уходил в "общественный" разврат,
довольствуясь своей ЛюбавойУонг, но сейчас расслабился, выпил лишнего, и
его понесло.

   - А ну-ка.  Красавчик,  веди сюда моих "курочек", а то совсем застоя-
лись,  бедные... - Он по-купечески хлопнул в ладоши. - Кому кого? - спо-
койно  спросил  Стив.  - Николасу - нашу немку.  - Так Рассказов называл
свою домоправительницу - мощную,  под метр восемьдесят, женщину с бюстом
седьмого размера.  Красавчик-Стив ехидно хихикнул.  - Мэту, мне и себе -
на твой вкус.

   Хорошо зная шефа, Красавчик-Стив понял, что коль скоро он сам не наз-
вал ни свою Любаву, ни его девушку, то это означало, что их иметь в виду
не стоило.  Он сразу направился к Гертруде и коротко обрисовал мужика, к
которому ей придется направиться по приказу хозяина.

   - Наконец-то вспомнил и о своей Гертруде!  - пробасила довольная жен-
щина и сразу стала вертеться перед зеркалом.  - Я одна буду или еще кого
позовете? - поинтересовалась она.

   - Ишь,  губы раскатала!  - рассмеялся Красавчик-Стив, - Что, кровушка
совсем застоялась?  Ничего,  Николас парень крепкий,  погоняет от  души.
Захвати с собой трех пташек, что давно скучают, и к нам: там разберемся!

   Вскоре "курочки",  возглавляемые мощной Гертрудой, вошли в бар. Заме-
тив, что Хозяин совершенно пьян, Гертруда все взяла в свои руки.

   - Женское население просит вас предоставить право быть  активными  на
этот  раз  нам!  Возражения  есть?  - Она хитро взглянула на Рассказова,
зная, что в такие моменты именно это ему больше всего и нравится.

   - Желание дамы - закон для настоящего  джентльмена!  -  заплетающимся
языком выговорил Рассказов. - Что мы должны делать? - Ничего! - усмехну-
лась Гертруда. - Как? Совсем?

   - Совсем! Более того, кто попытается хоть как-то проявить инициативу,
заработает штраф.

   - Интересно! - буркнул Рассказов. - И в чем же выражается этот штраф?

   - Проштрафившийся  должен будет десять минут продержать на руках свою
партнершу.  - Она с усмешкой взглянула на Николаса, и все, как по коман-
де, тоже посмотрели на него.

   - Ай да немка!  - воскликнул довольный Рассказов и тут же ткнул паль-
цем в самую худенькую девушку. - Тебя выбираю!

   Счастливая от того,  что выбор Хозяина пал на нее, та сразу же броси-
лась ему на шею.

   - Стоп! Еще не все! - остановила ее Гертруда.

   - А что? - спросил Рассказов, все больше увлекаясь игрой.

   - В задачу партнерш, как вы уже, наверно, поняли, входит еще раздева-
ние партнеров.  - Хитра, ничего не скажешь! - Рассказов подмигнул, сразу
смекнув, в чем дело.

   Красавчик-Стив тоже вспомнил,  как с год назад именно он и попался на
этой хитрости Гертруды:  машинально помог расстегнуть на себе  брюки.  В
тот раз ему пришлось трижды пронести ее вокруг бассейна.  Он тут же ука-
зал на девушку, которая была чуть-чуть покрупнее той, что выбрал для се-
бя Рассказов:  килограммов на шестьдесят.  В третьей, с весьма соблазни-
тельными формами,  было килограммов на семь-восемь побольше, не говоря о
самой Гертруде,  весившей далеко за восемьдесят. Вначале, когда Гертруда
только посвящала в "правила игры",  Николас почти не  вслушивался  в  ее
слова и жадным взором пожирал ее аппетитное тело, но когда до него дошел
их смысл, его тут же прошиб пот. Но он пересилил себя и спросил шутливым
тоном:

   - А если проштрафившийся не сможет продержать свою партнершу на руках
десять минут?

   - О,  тогда его ждет наказание от самого Хозяина - бутылка  водки  из
горлышка и залпом? А если и это не получится - еще коечто...

   У бедного  Николаса  весь хмель мгновенно выветрился из головы,  и он
жалобно переглянулся с Мэтьюзом,  словно ища поддержки.  Перехватив  его
взгляд.  Рассказов решил пожалеть и его и Гертруду,  которой,  при таком
его состоянии, придется работать вхолостую:

   - Может быть,  чуть уменьшим дозу?  А то пол-литра "Посольской"  даже
быка с ног свалит! - Он подмигнул Николасу и громко заржал. - Ты Хозяин,
ты и решай, - рассудительно заметила Гертруда.

   - Ладно,  пол-литра так пол-литра!  - Он достал из кармана свой "маг-
нум" и выстрелил в потолок. - Начали!

   Выстрел прозвучал  так неожиданно,  что новички,  не ожидавшие ничего
подобного,  вздрогнули и этим вызвали бурное веселье среди остальных,  а
Мэтьюз отметил про себя, что выстрел был холостым.

   Девушки устремились к своим партнерам. Рассказов и Красавчик-Стив не-
заметно следили за новичками и едва не одновременно воскликнули:

   - Попались!  Попались!  - Рассказов указывал на Николаса,  а  Красав-
чик-Стив - на Мэтьюза:  тот и другой сразу же стали помогать своим дамам
раздеть себя.

   - Я же ясно сказала:  кто  попытается  проявить  инициативу,  получит
штраф. - Гертруда ехидно усмехнулась: - Засекай, Хозяин!

   - Взяли!  - бросил Рассказов,  и,  когда оба новичка подхватили своих
дам, нажал на кнопку секундомера.

   Первым, на седьмой минуте,  стал сдавать Мэтьюз,  но, прекрасно пони-
мая,  что пол-литровую бутылку он не осилит, а значит, его будет ожидать
еще один,  неизвестный штраф,  решил держаться до последнего.  И тут ему
неожиданно помогла партнерша:  она обхватила руками его шею и Мэтьюз об-
легченно перевел дух.

   Николасу было намного труднее,  потому что Гертруда весила  больше  и
совсем  не  пыталась  прийти ему на помощь.  На девятой минуте он рухнул
вместе с ней на пол.

   Рассказов взглянул на вторую пару и с усмешкой бросил: - Все!

   Мэтьюз хотел уже опустить девушку на пол,  но та  его  не  отпускала.
Чем-то этот парень пришелся ей по душе, и ей не хотелось, чтобы он попал
впросак:  стоило ему опустить ее до срока, как он сразу бы присоединился
к Николасу.

   - Ну, девка! - с некоторым огорчением хмыкнул Рассказов, потом повер-
нулся к Красавчику-Стиву: - Сколько натикало?

   - Еще шестнадцать секунд.  Хозяин!  - весело ответил он,  радуясь  за
Мэтьюза,  потом начал отсчитывать,  как на ринге, только наоборот: - Де-
сять... девять... восемь...

   Мэтьюз держался из последних сил и на слове "ноль" медленно повалился
на пол. Он выглядел не намного лучше, чем его приятель. Пот градом зали-
вал лицо Николаса, когда он с трудом поднялся на ноги, но все-таки сумел
заставить себя улыбнуться:

   - Где та бутылка,  которую я должен трахнуть?  - тяжело дыша,  бросил
он.

   - Молодец!  - ухмыльнулся Рассказов. - Вот! - Он протянул ему поллит-
ровку "Посольской".

   Взяв ее, Николас потянулся за стаканом, но Рассказов покачал головой.
- Из горла и без остановки!  - О'кей! Эх, вспомним молодость! - восклик-
нул Николас, быстро раскрутил водку в бутылке, потом запрокинул голову и
стал вливать жидкость в рот, не прикасаясь к губам горлышком. Водка вин-
том исчезала в нем,  и Рассказов восхищенно воскликнул:  - Во, дает! Наш
человек! Когда он полностью опустошил бутылку, Рассказов похлопал его по
плечу: - А ты настоящий боец!

   - Конечно!  - буркнул тот,  и это было его последнее слово.  Он снова
рухнул на пол, и Гертруда, по знаку Рассказова, подхватила бедного Нико-
ласа и потащила к себе.

   - Хозяин,  я могу спросить? - продолжая тяжело дышать, произнес Мэть-
юз. - Валяй!

   - А если бы он не справился с бутылкой?  - Тогда продолжил бы платить
штраф, - заметил Рассказов. - Каким образом?

   - Русской рулеткой!  - Он усмехнулся.  - Знаешь о таком испытании?  -
Один патрон в барабане? Жестоко! - А что, отличный способ проверить свою
судьбу, - вмешался Красавчик-Стив. - Лично я готов попробовать!

   - Ты не чокнулся, приятель? - деланно встревожился Рассказов.

   - А я везунчик! - задиристо воскликнул тот. - Стреляй, Хозяин! Вручаю
вам свою жизнь и судьбу, - пропел он, дурачась.

   - Как хочешь! - Тот пожал плечами, высыпал все патроны, потом вставил
один, крутанул барабан и направил револьвер на КрасавчикаСтива. - Не пе-
редумал? - Нет!

   - Ну и дурак!  - поморщился Рассказов и нажал  на  спусковой  крючок.
Раздался  выстрел,  и  Красавчик-Стив  согнулся в три погибели,  потом с
болью взглянул на Рассказова:

   - Вы были правы. Хозяин! - выдавил он и ткнулся носом вперед.

   Растерянный Мэтьюз смотрел на распростертое тело  Красавчика-Стива  и
не знал,  как реагировать на случившееся. - Я ж предупреждал его, не так
ли? - вздохнул Рассказов с огорчением. - Да, но...

   В этот момент Рассказов не выдержал и громко засмеялся.  Мэтьюз с не-
доумением посмотрел на него,  но в этот момент раздался и смех "покойни-
ка".  - Ну и шутки у вас. Хозяин! - Неужели ты мог подумать, что я стану
убивать своих? - Рассказов испытующе глянул ему в глаза. - И, мне кажет-
ся, ты заметил, что патроны были холостые, не так ли?

   - Когда вы стреляли в первый раз,  то мне так показалось, - прямо от-
ветил Мэтьюз.  - Но когда Красавчик так реально сыграл, то я засомневал-
ся...

   - Видите, Хозяин, я вам давно говорил, что в моем лице сцена потеряла
гениального артиста! - хвастливо заметил Стив.

   - Может, хочешь всерьез попробовать? - Рассказов прищурился.

   - Что вы. Хозяин?! - воскликнул Красавчик-Стив. - Я же шучу!

   - Так и я шучу! Давай тостуй! - Он подмигнул и как-то странно посмот-
рел на Мэтьюза.


Он не может по-другому

   Савелий вышел  из  подъезда и был приятно удивлен тем,  что находится
почти в центре Москвы. Он не лукавил, когда сказал "ночной бабочке", что
ему было хорошо с ней. И не столь важно, по каким причинам: хорошо и хо-
рошо! Сейчас он вспомнил, что за инцидент был с ним в том заведении, ку-
да она его затащила. Кажется, это было дорогое заведение, валютное.

   Савелий неожиданно подумал,  что, возможно, он напрасно так доверился
этой приятной, но совершенно незнакомой девице. Он сунул руку в карман и
вытащил бумажник.  Нет-нет, он совершенно бы не расстроился, если бы об-
наружил его пустым:  то,  что он получил от нее, было гораздо дороже де-
нег.  Просто ему было интересно,  оставила ли она ему хоть что-нибудь на
дорогу? И сколько она взяла с него за то, что ему было так хорошо?

   Савелий помнил,  что у него было порядка двухсот долларов.  Как же он
удивился,  когда обнаружил все деньги на месте! Неужели эта девица гово-
рила правду?  Ладно, нужно будет както компенсировать ее потерянное вре-
мя,  а сейчас, когда в памяти всплыли вчерашние мысли, он понял, что ему
нужно делать.

   Телефонных будок не было видно,  и он решительно вошел в  метро,  где
сразу же увидел несколько автоматов. Бросив в один из них жетон, Савелий
быстро набрал номер.

   - Михаил Никифорович? - спросил он, услышав знакомый голос.

   - Слушаю вас, капитан! Чем могу помочь? - приветливо ответил помощник
Богомолова.

   - Мне необходимо срочно переговорить с шефом.

   - Минуту,  попытаюсь узнать:  у него сейчас люди... - Савелий слышал,
как полковник докладывал по  селектору.  -  Сейчас  Константин  Иванович
возьмет трубку.

   - Слушаю! - сухо проговорил генерал. То ли он был весь в делах, то ли
не мог простить того разговора.

   - Доброе утро, Константин Иванович, - деловито сказал Савелий. - Пер-
вым делом хочу извиниться.

   - Принимаю. Кстати, те сотрудники под арестом.

   - Я нисколько не сомневался в вас.  - Ну спасибо! - обиженно восклик-
нул генерал.  - Какие проблемы,  капитан? - Мне необходимо срочно с вами
повидаться.  Было в его голосе что-то такое, из-за чего Богомолов не ре-
шился отказать ему.  Дела могут подождать. Чуть подумав, он коротко бро-
сил: - Пятнадцати минут тебе достаточно? - Вполне!

   - Отсчет  начнется  через двадцать минут.  - Понял!  - Савелий бросил
взгляд на часы:  на метро он явно не успевал.  К счастью, машину удалось
поймать довольно быстро.  До назначенного времени оставалось две минуты,
когда он вошел в приемную Богомолова. Там было многолюдно, но Михаил Ни-
кифорович тут же сказал: - Константин Иванович ждет вас.

   - Спасибо!  - Под недоуменно-любопытные взгляды майора и двух полков-
ников Савелий пересек приемную и открыл дверь в  кабинет.  -  Разрешите,
Константин Иванович?

   - Входи,  Савелий.  - В глазах генерала было легкое беспокойство: что
придумал этот неугомонный парень?  Судя по всему,  он пришел с  какой-то
идеей. - Садись и рассказывай!

   - Константин Иванович,  прошу меня извинить, но я вынужден отказаться
от вашего столь лестного предложения.  - Савелий вытащил из  внутреннего
кармана  свое служебное удостоверение и решительно положил его перед ге-
нералом.

   Такого поворота Богомолов явно не  ожидал  и  несколько  минут  молча
смотрел на красные "корочки",  словно пытаясь что-то понять.  Неужели он
ошибся в Савелии и тот решил найти себе более спокойное место?

   - Судя по твоему серьезному тону, уговаривать тебя - бесполезная тра-
та времени. Но позволь, дружок, тебя спросить: чем думаешь заняться?

   - Работать...  с вами!  - спокойно ответил Савелий и недоуменно пожал
плечами, словно говоря: "Это же само собой разумеется".

   - Ничего не понимаю!  - Богомолов встал,  обошел вокруг стола и сел в
кресло напротив Савелия. "С этим парнем действительно не соскучишься", -
подумал он и коротко бросил: - Говори!

   - Я согласен работать с вами,  но контактировать буду только с  тремя
людьми: редко с Вороновым, еще реже с вами, и в самом крайнем случае - с
генералом Говоровым.  Для всех я - уволился!  Никаких приказов,  никаких
документов:  все должно быть уничтожено. Савелий Кузьмич Говорков должен
исчезнуть даже из архивов,  как в свое время исчез  бывший  генерал  КГБ
Рассказов.

   - И  появится другой человек с новой легендой?  - подхватил генерал и
тут же добавил:  - Но что тебе это даст, если твое лицо известно даже за
границей?

   - А это уже второй этап подготовки! - воскликнул довольный Савелий. -
Не понял?  - нахмурился Богомолов. - Я же сказал вам, что Савелий Говор-
ков должен исчезнуть, словно его и не было! - Он решительно взмахнул ру-
кой.

   - Пластическая операция? - неуверенно протянул Константин Иванович.

   - Так точно. Я хочу начать работать автономно! Слишком много я задол-
жал тем, кто ушел в иной мир после контактов со мной.

   - Не нужно себя казнить,  Савелий.  В том нет твоей вины! - попытался
успокоить его Богомолов.

   - Есть или нет, Бог рассудит, я знаю только одно: не встреть они меня
на своем пути, остались бы в живых, - с грустью выдохнул Савелий.

   - Ты хочешь мстить? - нахмурился генерал. - Нет, Константин Иванович,
это было моим первым и ошибочным решением.  К  счастью,  я  это  вовремя
осознал. Как сказал мне мой Учитель, "НЕ МСТИТЬ, НО НАКАЗЫВАТЬ ЗЛО!"

   - Что ж, видно, твой Учитель был очень мудрым человеком. Что требует-
ся от меня? - Интонация генерала сразу стала деловой. Тот, кто его знал,
понял  бы  сразу,  что Богомолов уже принял то,  что предложил Говорков,
знает, как ему помочь, но сначала хочет выслушать своего собеседника.

   - Вы как-то говорили,  что у вас есть знакомый мастер по пластическим
операциям?

   - Да еще какой! Нисколько не преувеличу, если скажу, что во всем мире
вряд ли найдется специалист лучше, чем он.

   - И это значит,  что он известен и за границей?  - с иронией  добавил
Савелий.

   - А как же!  - воодушевленно начал Богомолов, но тут же горячо запро-
тестовал: - Можешь быть совершенно спокоен: за этого человека я могу по-
ручиться головой!

   - Извините,  Константин Иванович,  я,  конечно же,  ценю ваше мнение,
как,  впрочем,  и вашу голову, но... - Он столь красноречиво поморщился,
что Богомолову ничего не оставалось, как только спросить его:

   - Тогда что ты предлагаешь?  Если ты,  как я понял, не доверяешь ему,
то каким образом он сможет проделать операцию?

   - Я все продумал:  ваш чудо-мастер сделает операцию,  но  никогда  не
увидит окончательного творения своих рук. И это мое безоговорочное усло-
вие. - Голос Савелия звучал твердо и решительно.

   - Ты хочешь сказать,  что доктор,  проделав такую  сложную  операцию,
должен будет отказаться от послеоперационного лечения? Ты что, не предс-
тавляешь,  как это опасно для тебя?  - Богомолов смотрел на него как  на
умалишенного.

   - Представляю,  -  с  усмешкой  ответил Савелий.  - Этот доктор будет
знать, каким я был до операции, а другой, который продолжит лечение, бу-
дет знать,  каким я буду после операции! Если же лечение будет протекать
без осложнений,  то и он не увидит окончательного результата. И, конечно
же,  никаких снимков:  ни до,  ни во время,  ни после операции... И еще:
врачи не должны знать друг друга.

   - Ну и задачку ты мне подкинул: чувствуется, ты действительно серьез-
но подготовился к этому разговору... - задумчиво протянул генерал, а про
себя вынужден был признаться,  что голова у этого парня предназначена не
только для головного убора.

   - Речь идет о моей жизни,  - тихо и очень серьезно добавил Савелий. -
Я совершил немало ошибок, пора стать более осторожным, что ли... Не бро-
саться,  очертя голову, а сначала все тщательно продумывать... - Он зап-
нулся и с улыбкой добавил: - Конечно при условии, что на это есть время.

   В этот момент в кабинет заглянул Михаил Никифорович.

   - Извините,  Константин Иванович,  вы просили напомнить  про  совеща-
ние...

   Генерал недовольно взглянул на него, хотел, видно, ругнуться, но вов-
ремя вспомнил, что действительно просил об этом.

   - Спасибо,  сейчас выезжаю! - буркнул он, и Михаил Никифорович тут же
прикрыл дверь. Богомолов повернулся к Савелию. - Ты чем сейчас занят?

   - В общем,  ничем... - пожал плечами Савелий, не понимая, к чему кло-
нит генерал.

   - Вот что... - Богомолов поднялся с кресла, ударив себя по коленям. -
Дождись  меня.  Совещание очень важное,  и я обязан там быть,  но это на
час-полтора,  не более...  - Он снова внимательно посмотрел на Савелия и
задумчиво  добавил:  - Это очень интересно!  Очень!  - Конечно я дождусь
вас. - Можешь прямо в моем кабинете... А чтобы провел время с пользой...
- Генерал подошел к сейфу,  открыл его и вытащил оттуда какую-то папку с
документами. - Поизучай пока!

   С первых же страниц Савелия охватил настоящий азарт,  какого он давно
не испытывал.  В папке была пара десятков листков, написанных от руки и,
судя по всему,  содержавших мысли самого генерала. Речь шла о мобильной,
строго  засекреченной  группе  по борьбе с организованной преступностью.
Она должна была выполнять только самые важные и самые  опасные  задания,
на мелочи не размениваться.

   Савелия поразило то,  что эта группа, обладая исключительными правами
при выполнении заданий, становилась совершенно незащищенной даже при не-
больших провалах:  она не имела никакого официального статуса,  как бы и
не существовала вовсе. Все члены группы снабжались самыми технически со-
вершенными и весомыми документами, но все они сохраняли свою силу только
до провала. Случись что, и все эти документы моментально аннулировались,
и  провалившийся член группы должен бы сам выбираться из создавшейся си-
туации.

   Нужно заметить,  что все, изложенное Богомоловым, Савелия вполне уст-
раивало.  Именно об этом он и размышлял в последнее время.  Конечно, за-
мыслы генерала нуждались, с его точки зрения, в доработке, по в основном
все было правильно.

   Савелий взял  со  стола  генерала чистый листок бумаги,  ручку и стал
набрасывать свои поправки к проекту.  Он так и написал в заглавии: "Поп-
равки", однако, подумав, решил, что это будет не совсем корректно по от-
ношению к Богомолову. Чуть поразмыслив, взял другой лист, вывел: "Допол-
нения".

   Что не устраивает его в этом проекте? То, о чем он только что говорил
с Богомоловым:  документы.  Если он так серьезно готовит свое исчезнове-
ние, то как же можно быть уверенным в документах, которые пройдут с доб-
рый десяток рук?

   И снова Савелий задумался:  как ни крути,  а документы  действительно
нужны.  Без них,  как говорится, и не туды и не сюды. А коль скоро обой-
тись без документов  невозможно,  то  нужно  подумать,  как  максимально
уменьшить риск.

   Есть! Савелий даже вскочил со стула,  обрадовавшись простоте решения.
Необходимо договориться с Богомоловым, чтобы подготовили различные доку-
менты без указания данных.  Конечно, риск остается, потому что все доку-
менты обязательно имеют свой номер,  но это будет иметь значение  только
при провале. Тогда уже никакая бумага не выручит, придется применять ме-
тод Бондаря, "сухариться" вчистую, то есть выдавать себя за другого.

   Теперь второе: в проекте Богомолова речь идет о группе, а Савелий хо-
чет  работать один:  достаточно он принес несчастий другим людям.  Нужно
продумать систему контактов с однимдвумя связными.  Савелий  уже  решил,
что тем,  кто станет осуществлять не только связь с Органами, но и помо-
гать ему,  будет его названый брат - Андрей Воронов, а в качестве запас-
ного варианта - бывший учитель Савелия, генерал в отставке Говоров.

   Савелий задумался.  Обычно самым слабым звеном в таких делах является
система связи,  именно здесь чаще всего и случаются проколы.  Необходимо
придумать  что-то очень оригинальное,  безопасное и простое.  Во-первых,
все контакты должны быть сведены к минимуму, а вовторых, быть только од-
носторонними,  то есть с его стороны. Возможно, ему самому будет грозить
смертельная опасность,  но даже если об этом можно будет известить Орга-
ны, о возможности их вмешательства нужно просто забыть и, как говорится,
положиться на волю Господа.  Это отчасти и к лучшему:  он сам  постоянно
будет в боевой готовности.

   А теперь нужно все подытожить. Савелий взял лист бумаги и стал быстро
записывать свои дополнения.

   Когда он закончил и внимательно все прочел,  то остался доволен.  Те-
перь нужно подумать о "соучастниках". Он подошел к генеральскому столу и
набрал номер Воронова.

   - Братишка, ты сейчас очень занят? - спокойно спросил он.

   - Савка?  - В голосе Воронова чувствовалось волнение.  - Ты  где  это
пропадал? Что-нибудь случилось? Мог бы и раньше позвонить.

   - Извини,  братишка...  А  почему обязательно должно было что-то слу-
читься?

   - Да нет... - Андрей явно смутился. - Я просто хотел...

   - Брось, Андрюша. Думал, что я могу накуролесить? Так и скажи.

   - Если ты вчера и накуролесил,  я не стану тебя осуждать, - на полном
серьезе ответил Воронов.

   - Оставим эту тему, Андрюша! - тихо, но твердо сказал Савелий.

   - Как скажешь,  братишка,  - наигранно-весело бросил Воронов. - Какие
проблемы?  - Он почти успокоился, когда понял, что никаких неприятностей
не произошло, во всяком случае, пока...

   - Если у тебя есть время и даже если его нет, жду тебя в кабинете Бо-
гомолова.

   - Богомолова?  - удивился Андрей.  - Константин Иванович рядом?  - Он
даже перешел на шепот,  словно боясь,  что генерал его может услышать. -
Нет, я один. - Сейчас буду. Все?

   - Все! - ответил Савелий, потом вновь набрал номер, на этот раз - Го-
ворова.

   - Порфирий Сергеевич дома? Это Савелий Говорков!

   - Здравствуй,  Савушка, - ласково проговорила жена Порфирия Сергееви-
ча.  - Как ты, милый? Что-то случилось? - В ее голосе послышалось беспо-
койство.

   - Спасибо, все в норме, - бодро успокоил ее Савелий. - Просто необхо-
димо повидаться!

   - Ну и слава Богу! - облегченно вздохнула она. - Сейчас позову...

   - Да?  - услышал Савелий усталый голос генерала и  почувствовал  себя
несколько виноватым. - Привет, сержант! Очень внимательно слушаю, Савуш-
ка. В чем проблемы?

   - Никаких проблем!  - тут же заверил Савелий.  - Вы что,  плохо  себя
чувствуете, или это связано с внучкой?

   - Что связано? - не понял Порфирий Сергеевич.

   - Ваш усталый голос...

   - Да нет,  все в норме. Ты-то как? - Говоров явно не хотел продолжать
болезненную тему, которую затронул Савелий. - У меня все "хоккей"!

   - Куда я должен приехать?  - неожиданно спросил Говоров.  - Какой  же
вы, право... - Савелий удивленно покачал головой. - Столько лет вас знаю
и никак не могу привыкнуть... И как вам удается читать мысли?

   - Поживи с мое - научишься!  - усмехнулся старый генерал.  - Я  очень
рад,  что ты пришел в себя.  Что еще надумал?  - Он прекрасно понял, что
Савелий придумал что-то интересное, иначе не стал бы звонить.

   - Я в кабинете Богомолова...  - начал Савелий,  но Говоров его тут же
перебил: - Дай-ка мне его.

   - Его пока нет,  он на совещании, но скоро будет... Попросить Михаила
Никифоровича о машине?

   - Нет,  я на своей. - Генерал сделал небольшую паузу и задумчиво про-
говорил:  - Неужели я дожил до этого дня?.. Минут через пятнадцать буду.
Воронов уже едет?  - Теперь он окончательно понял, что идея, которую они
с Богомоловым обдумывали столько времени, наконец-то сдвинется с мертвой
точки.

   - Откуда...  - начал с удивлением Савелий, но Говоров снова его обор-
вал: - Не будем терять времени, сержант. Еду! И действительно, не прошло
и двадцати минут, как в кабинет постучали. - Открыто!

   Снова раздался настойчивый стук.  - Да открыто же!  - с  раздражением
сказал Савелий, быстро подошел и распахнул дверь. Перед ним стояли смею-
щиеся генерал Говоров и Андрей Воронов.

   - Разрешите, гражданин начальник? - вытянулся Воронов.

   Савелий похлопал Воронова по плечу и снисходительно сказал: - Вольно!
Проходите,  товарищи!  В  этот момент за спиной Говорова Савелий увидел,
как в приемную вошел Богомолов и обратился к ожидающим его двум  полков-
никам:

   - Прошу  извинить,  у  меня сейчас экстренное совещание.  Если что-то
срочное - дождитесь,  если что-то подписать,  то готов прямо сейчас. Или
запишитесь у моего помощника: Михаил Никнфорович вам позвонит и назначит
встречу.

   Один полковник направился к Михаилу Никифоровичу,  а второй подошел к
генералу с какойто бумагой. Генерал быстро пробежал ее глазами.

   - Не возражаю, - кивнул он, подошел к столу помощника и быстро подпи-
сал.  - Спасибо,  Константин Иванович! - Не за что, хорошего вам отдыха.
Жене привет. Как сыну служится?

   - Вроде  не  жалуется.  И  как  вам удается все запоминать,  у вас же
столько народу бывает? - удивился полковник.

   - Служба такая!  - подмигнул Богомолов и быстро вошел в свой кабинет,
тщательно  прикрыв за собой дверь.  - Судя по всему,  наш герой не терял
времени даром, пока я скучал на совещании?

   - Так точно,  товарищ генерал! - бодро доложил Савелий. - Что ж, слу-
шаю тебя,  Говорков.  - Может, мне начать все сначала, чтобы и остальным
было понятно? - предложил Савелий. Богомолов согласно кивнул.

   Четко, не упуская ни одной детали,  Савелий изложил идею  Богомолова,
присовокупив и свои дополнения.

   Богомолов чуть поморщился и не без обиды в голосе произнес:

   - Ничего себе - дополнения!  Можно сказать, все перелопатил. - Согла-
сись, Костя, все действительно стало намного проще и толковее, - с улыб-
кой сказал генерал Говоров.

   - Что ж,  хотя и без особой радости, но должен согласиться с тобой. -
Богомолов повернулся к Савелию: - Молодец, дружище, должен признать, что
времени ты здесь зря не терял.  Но и мне удалось кое-что сделать. Я свя-
зался с Альбертом Ивановичем, помнишь, я говорил тебе об этом специалис-
те по пластическим операциям.  - Ну и?  - нетерпеливо спросил Савелий. -
Хотя у него и есть некоторые сомнения, но в целом он принял твои условия
и даже кое-кого порекомендовал для наблюдения за тобой после операции. -
Генерал внимательно посмотрел в глаза Савелию и тихо спросил:  - Ты  все
твердо решил?  Еще не поздно дать задний ход, тебя за это никто не будет
осуждать.

   - Нет для меня заднего хода,  Константин Иванович, - сказал он твердо
и совершенно спокойно. - Самое главное, чтобы все прошло, как задумано.

   - Да,  здесь любой, даже самый небольшой прокольчик может стоить тебе
жизни. Савка! - Воронов с грустью покачал головой, но в его глазах чита-
лась белая зависть.  - Ничего, братишка, прорвемся! - И когда? - спросил
Говоров.  - Когда ложиться на операцию?  - переспросил Богомолов.  -  Да
хоть завтра!

   - Вот и прекрасно!  Значит,  завтра, чего тянуть? - решительно сказал
Савелий,  затем медленно опустил на стол сильные узловатые руки,  словно
ставя окончательную точку в разговоре.

   - Но нужно же подготовиться!  - воскликнул Воронов. - А что тут гото-
виться? - пожал плечами Савелий. - Зубную щетку взять, да мыла кусок.

   - А вот здесь,  крестник, ты не прав! - со вздохом заметил Говоров. -
А ты подумал о том, что прежде всего нам с Константином Ивановичем нужно
все подготовить:  документы сделать, архивы почистить, организовать твои
похороны...

   - Какие похороны?  - нахмурился Савелий.  - А как ты думал исчезнуть?
Иной способ сразу же насторожит твоих "друзей", это только увеличит воз-
можность прокола.

   - Я как-то не подумал об этом... Теперь придется решить, как я "умру"
и каким способом оповестить нужных людей о моей "безвременной кончине".

   - Теперь тебе ясно,  что завтра ты в больницу не ляжешь?  - с улыбкой
спросил Говоров. - Куда уж яснее!

   - Значит,  давайте подытожим, - деловито предложил Богомолов. - В це-
лом все ясно, не так ли? Все дружно кивнули.

   - Каждому продумать и представить свой вариант  "смерти"  Савелия!  В
случае необходимости связываться со мной в любое время,  - серьезно ска-
зал Богомолов...

   Савелий бесцельно шел по городу и размышлял  над  странностью  жизни.
Кто еще способен поступить так,  как поступил сегодня он?  Имея отличную
работу,  перспективы,  хорошую стабильную зарплату.  Он отказывается  от
всего - ему,  видите ли,  захотелось приключений... Имеет ли он, простой
смертный, право не только выносить приговор, но и приводить его в испол-
нение?  Да,  он был призван стать солдатом, защитником своей страны. Для
того чтобы стать хорошим солдатом, ему пришлось научиться убивать! Саве-
лий  преуспел в этом:  он стал профессиональным бойцом,  с которым врагу
лучше не встречаться.  Он владеет всеми видами оружия,  но может велико-
лепно обходиться и без него.  Благодаря своему Учителю, он знает на теле
свыше двух десятков точек,  при воздействии на которые человек может по-
терять сознание, а то и лишиться жизни.

   Да, он стал профессиональным убийцей, но разве он убивает кого-нибудь
просто так?  Разве он хоть раз применил свое умение  против  невиновного
человека? И сейчас он хотел наказать ВИНОВНЫХ. У них нет никаких правил,
никакого понятия о чести, порядочности! Не задумываясь они убивают любо-
го,  кто может встать у них на пути. Никто из них даже на секунду не за-
думается поднять руку на ребенка, старика, женщину! Так почему он должен
их жалеть?

   А что сейчас происходит с людьми в стране? Да что там в стране, в ми-
ре. Разгул преступности, порока! Невозможно выйти на улицу, причем уже и
в дневное время:  могут взорвать магазин, в который вы пришли что-то ку-
пить, автобус, вагон метро, в котором вы едете! Вас могут спокойно отра-
вить, продав вам некачественный товар, причем продавцам заведомо извест-
но, что люди могут погибнуть.

   Законы перестали действовать, законодателям не до народа: они занима-
ются дележом власти.  Милиция работает все хуже и хуже, и не потому, что
теряет свой профессионализм - у многих опускаются руки:  они ловят прес-
тупников, но до суда зачастую просто не доходит, а если всетаки доходит,
то и там большие деньги могут повернуть все с ног на голову.  А если  ни
суды,  ни законы не могут справиться с преступниками, то этим должны за-
няться профессионалы.  Если бы правительство было поумнее,  оно давно бы
обратилось за помощью к "афганцам", которые сумели бы оказать существен-
ную помощь стране.  Но кое-кому это невыгодно!  А эти "кое-кто" стоят  у
руля и никому не позволят направить судно в ту сторону,  куда им не нуж-
но.

   Вот и выходит, Савелий, кто, если не ты? Да, именно ты и должен стать
и прокурором,  и адвокатом,  и судьей, и палачом! И единственное, на что
ты не имеешь права,  так это на ошибку!  Ты всегда должен быть уверен  в
том,  что поступил правильно и справедливо. Только в этом случае сможешь
оставаться ЧЕЛОВЕКОМ!  А люди скажут тебе огромное спасибо,  хотя вполне
возможно, никогда не узнают твоего имени... Но это ли важно для тебя?

   На душе  стало спокойно:  он принял решение!  Он не может по-другому.
По-другому - значит, против совести!


Друзья и враги Савелия

   Майкл Джеймс несколько дней не находил себе места. Его мысли все вре-
мя возвращались к человеку, на разработку легенды которого пришлось зат-
ратить столько сил и энергии.

   Свою идею Майкл вынашивал несколько лет, но только месяцев восемь на-
зад,  когда он повстречался с этим человеком,  решился  воплотить  ее  в
жизнь. Он давно подбирался к Рассказову, но всякий раз его попытки окан-
чивались неудачей,  словно сам Бог подсказывал тому,  что его  поджидает
опасность. И чем больше ловушек Майкла ему удавалось избежать, тем силь-
нее Майкл ненавидел этого человека.  Вскоре Майкл понял, что пока ему не
удастся упрятать Рассказова за решетку, он не сможет спокойно жить.

   Восемь месяцев  назад к нему в отдел из Майами перевели молодого инс-
пектора;  там оставаться ему было нельзя:  могла сорваться важная опера-
ция,  разрабатываемая его коллегами. Ему пришлось участвовать в задержа-
нии парня,  которого неожиданно выпустили досрочно  из  тюрьмы.  Он  мог
опознать инспектора,  внедрившегося в группу торговцев наркотиками.  Ко-
нечно,  можно было уйти на некоторое время в подполье, но инспектора это
не устраивало,  и, как только ему предложили на время перейти в Междуна-
родный отдел по борьбе с наркобизнесом при ФБР,  он ни секунды не разду-
мывал.

   Перед тем как встретиться с ним лично,  полковник Джеймс очень внима-
тельно изучил его досье и проникся к нему симпатией.  Отличные  характе-
ристики: великолепное владение боевыми искусствами, умение самостоятель-
но принимать решения,  незаурядные актерские способности.  Последнее ка-
чество привлекло наибольшее внимание полковника.  Для успешного выполне-
ния того,  что задумал Майкл, был крайне необходим именно такой человек,
как этот парень из Майами.

   Анатоль Дюморье был французом по происхождению, но всю жизнь прожил в
Америке.  Его отец, актер Валери Дюморье, около тридцати лет назад прие-
хал покорять Нью-Йорк. На родине он шесть лет мыкался по небольшим теат-
рам, перебиваясь рольками типа "кушать подано".

   Приехав в чужую страну с небольшим чемоданчиком и  понимая,  что  без
хорошего костюма нечего и соваться к театральным агентам, он устроился в
захудалое бистро посудомойщиком. Платили ему мало - у Валери не было ви-
да на жительство.

   Вскоре его перевели в официанты.  И тут Валери повезло:  в один прек-
расный вечер какой-то подвыпивший посетитель стал пьяно  жаловаться  ему
на судьбу: все его бросили, не уважают, жена забрала детей и ушла к дру-
гому... и тому подобное. Валери терпеливо выслушивал болтовню этого бед-
няги,  надеясь на хорошие чаевые.  Он действительно их дождался, но не в
этом дело:  посетитель случайно сболтнул,  что "если бы его жена не была
такой  сучкой",  то  он бы смог озолотить ее,  потому что знает ответ на
вопрос, который будет задан в завтрашней телевизионной викторине. Валери
не составило особого труда вытянуть из него все, что нужно.

   На следующий  день Валери взял себе выходной и уселся перед телевизо-
ром,  держа на коленях телефон. И его звездный час настал: пьяный не был
выдумщиком и действительно сказал правду.  А дальше все было как в сказ-
ке: он сразу же дозвонился и оказался первым, кто сообщил правильный от-
вет. Ведущий телевикторины был настолько поражен, что некоторое время не
мог прийти в себя.  Вполне возможно,  что ответ на весьма трудный вопрос
должен был дать совершенно другой, "свой" человек, но, к счастью для Ва-
лери Дюморье,  передача шла в прямом эфире, ее смотрели несколько десят-
ков  миллионов телезрителей,  и ведущий после рекламной паузы,  во время
которой он посоветовался со своим руководством,  был вынужден объявить о
том, что победителем викторины стал Валери Дюморье.

   А далее  на счастливчика Дюморье все посыпалось как из рога изобилия.
Валери получил приз в сто тысяч долларов и бесплатный круиз в Европу  на
огромном  белоснежном океанском лайнере.  Но и на этом счастливые неожи-
данности для него не окончились. Во время вручения главного приза на не-
го  обратил внимание один из известнейших продюсеров Голливуда и предло-
жил ему сняться в телевизионном фильме,  съемки которого происходили  во
время круиза.  Там Валери познакомился с актрисой, которая стала его же-
ной. Вскоре у них родился сын.

   От своего отца Анатоль унаследовал актерское дарование, привлекатель-
ную  внешность,  уживчивый  характер и дружбу с госпожой Фортуной.  В то
время многие подростки увлекались игрой в сыщиков,  но если у других ре-
бятишек  это так и осталось игрой,  то Анатоль решил посвятить этому всю
свою жизнь.  Он закончил с отличием полицейскую академию и был направлен
на работу в полицию Майами.

   Лейтенант, под началом которого он работал, сразу обратил внимание на
его незаурядные актерские данные,  находчивость и смелость,  и решил за-
действовать его как "подсадную утку", то есть внедрить в преступную сре-
ду.  После нескольких успешных операций Анатоль заслужил уважение коллег
и начальства.

   В качестве "подсадной утки" его решил использовать и Майкл.  Так Ана-
толь Дюморье стал телохранителем Большого Стэна под именем Мэтьюз.

   Мэтьюз-Анатоль вернулся от Рассказова в свою квартиру и стал тщатель-
но анализировать произошедшие события.

   Когда он,  сидя в машине,  увидел КрасавчикаСтива, то моментально по-
чувствовал,  что за его появлением преследуют либо серьезные неприятнос-
ти, либо шанс на удачу. Интуиция его не подвела. Войдя в кабинет Расска-
зова, он сразу же понял, что с Большим Стэном случилось непоправимое. За
полгода Мэтьюз хорошо изучил характер шефа. Тот никому до конца не дове-
рял,  а потому никогда бы не дал себя связать,  даже с целью  розыгрыша.
Значит, он мертв, хотя Рассказов и пытается выдать его за живого. Мэтьюз
должен был признать,  что эта работа выполнена отлично: очки, кляп, тща-
тельно  обмотанная  вокруг тела веревка...  Но именно эта тщательность и
заставила Мэтьюза засомневаться.

   Когда Рассказов заговорил, Мэтьюз уже принял решение и потому, не ко-
леблясь  ни  секунды,  выстрелил в Большого Стэна.  Когда его тело вдруг
дернулось,  Мэтьюз почувствовал,  как по спине потекла струйка холодного
пота.  Неужели это он застрелил человека?  Но в тот же момент он заметил
шнур, ведущий под стол Рассказова.

   Трудно сказать,  сумел ли Николас заметить то, что заметил Мэтьюз, но
выстрелил он в Большого Стэна тоже не задумываясь.  И только по испарине
на лбу и по чуть дрожащей руке Мэтьюз понял,  что тому пришлось  сделать
над собой существенное усилие.  Мэтьюз подумал: если Николас решит стре-
лять в Рассказова,  надо опередить его, выбив из его руки револьвер. Это
было бы самым лучшим доказательством преданности новому Хозяину. К сожа-
лению (но к счастью для себя),  Николас выстрелил в покойника  и  потому
остался в живых.

   Когда Рассказов  предложил уединиться,  сразу же ухватившись за намек
Мэтьюза, тот подумал, что первый свой раунд с Рассказовым он сумел выиг-
рать. Но дальше он допустил досадный промах, заострив внимание Рассказо-
ва на том,  что не очень давно работает на Большого Стэна. Однако леген-
да, которую он поведал, была весьма правдоподобна.

   На самом же деле все было так: осведомитель сообщил в полицию о гото-
вящемся ограблении ювелирного магазина.  Рапорт  попал  в  отдел  Майкла
Джеймса. Когда Майкл узнал, что в ограблении замешаны люди Большого Стэ-
на, то моментально решил: надо самим инсценировать ограбление и внедрить
таким образом Мэтьюза к Большому Стэну,  который, как было известно, яв-
лялся партнером Рассказова. Хозяину магазина предложили на час отпустить
сторожей  под любым предлогом,  а ценности изъять из сейфов.  Вместо них
были положены куда более скромные  побрякушки,  конфискованные  ранее  у
других преступников.

   Все прошло  довольно  гладко,  если  не  считать двух убитых боевиков
Большого Стэна.  Но это была их вина:  они ничего не захотели слушать  и
тут же стали стрелять.  Мэтьюзу ничего не оставалось делать, как открыть
ответный огонь,  чтобы защитить свою жизнь и жизнь своих  коллег.  С  их
стороны, к счастью, никто не пострадал.

   Легенда сгладила  настороженность  Рассказова,  но Мэтьюз чувствовал,
что этого не было достаточно.  Рассказов сильный и очень опасный против-
ник,  к тому же отличный психолог. Как хорошо он знает человеческие сла-
бости!  С ним нужно быть максимально осторожным:  один неверный шаг,  да
что там шаг - жест, взгляд - и... Мэтьюз всем нутром ощущал, что Расска-
зов к нему присматривается и вряд ли в дальнейшем оставит его без внима-
ния.

   Возвращаясь домой, Мэтьюз, продолжая изображать прилично подвыпившего
человека,  исподтишка оглядывался,  но наблюдения либо не было, либо его
вел профессионал, которого непросто обнаружить.

   Чтобы исключить случайность, которая могла бы раскрыть Мэтьюза, они с
Майклом уговорились без крайней необходимости не общаться даже по  теле-
фону.

   Три месяца  назад Мэтьюз случайно услышал о подготовке Большого Стэна
к операции в Афганистане.  Ему удалось узнать о каком-то  важном  грузе,
которым необходимо овладеть, и о том, что возглавлять эту экспедицию по-
ручено Уоркеру.

   Посчитав, что сведения действительно важные,  он тут же  позвонил  по
условленному номеру и получил за эту информацию благодарность от Майкла.
Полковник послал по адресу,  сообщенному Мэтьюзом,  своих людей,  но они
опоздали:  там уже никого не было,  хотя хозяйка подтвердила,  что у нее
проживали на ранчо несколько "спортсменов",  но вчера съехали.  Куда? Не
знает...

   И вот сейчас, после злополучной промашки во время разговора с Расска-
эовым, Мэтьюз пытался продумать, как войти с ним в доверительные отноше-
ния.  Конечно,  они с Майклом точно просчитали ход с каналом на границе:
судя по всему, информация о том, что Рассказов заинтересован в таком ка-
нале,  оказалась верной.  Как заблестели его глазки,  когда он услышал о
такой возможности!  Так ничего путного и не придумав,  Мэтьюз, продолжая
сомневаться в правильности решения, все-таки набрал номер Майкла.

   - Простите, пожалуйста, куда я попал? - произнес он пароль.

   К счастью,  полковник оказался на месте.  - Что-то случилось? - сразу
спросил Майкл,  опустив отзыв, но тут же, понимая, что эмоции здесь неу-
местны, он все-таки произнес условную фразу: - Вы попали в самую точку!

   - Пока ничего не случилось, но хотелось бы посоветоваться, - вздохнул
Мэтьюз и постарался во всех подробностях рассказать о последних  событи-
ях.

   Полковник ни  разу не перебил его,  и как только тот окончил свое по-
вествование, сказал:

   - Поздравляю тебя.  Не зря мы столько трудились!  И мне  кажется,  ты
несколько преувеличиваешь опасность...

   В этот момент Мзтьюз неожиданно хмыкнул.  - Я что-то не то сказал?  -
нахмурился полковник. - Нет-нет, просто мне смешно стало потому, что мой
прежний начальник мне все время говорил,  что я недооцениваю противника,
а вы говорите, что я его переоцениваю.

   - Вполне возможно,  что я, обрадовавшись твоему успешному внедрению в
окружение  Рассказова,  чуть притупил бдительность,  а ты и в самом деле
прав...  - Майкл сделал паузу,  потом сказал: - Что ж, ничего не подела-
ешь, придется пойти на пару ходок через наш "коридор".

   - Как,  вы хотите дважды помочь преступникам ввезти наркотики в стра-
ну, хотя бы и чужую? - воскликнул Мэтьюз.

   - Возьмите себя в руки, Дюморье! - резко оборвал его Майкл, но тут же
примирительно произнес: - Не стоит так волноваться. В первый раз Расска-
зов вряд ли решится рисковать,  скорее всего, ходка будет пустой, прове-
рочной!  А  когда все пройдет успешно,  он тут же пустит настоящий груз.
Его мы постараемся перехватить,  но уже по ту сторону границы,  чтобы не
навлечь на тебя подозрения.  Но это не значит, что первую ходку мы оста-
вим без внимания... - Майкл хитро усмехнулся. - Понятно, дружище?

   - Понятно-то понятно,  - не очень уверенно произнес Мэтьюз, - но что,
если и Рассказов думает точно так же, как и мы? - В смысле?

   - Если  он  думает,  что  я подставка и мне нужно закрепиться у него,
значит,  в первый свой поход я,  по его расчету,  постараюсь все сделать
без  каких-либо неожиданностей.  Поэтому он может пойти на риск и отпра-
вить настоящий груз в первый же раз.

   - Именно поэтому,  я и не собираюсь упускать из виду ни первый  груз,
ни второй, если он будет. Мне приятно с тобой работать, дружище: мы даже
мыслим одинаково.

   - Спасибо!  - скромно ответил Мэтьюз. Ему была приятна похвала нового
начальника.

   - Теперь  по укреплению твоего авторитета.  Мой человек сообщил,  что
какие-то деловые люди собираются принять частный самолет из Малайзии. Он
сообщил также,  что это не наркотики,  но груз,  как он услышал,  "очень
нежный и скоропортящийся".  По нашим сведениям, у Рассказова есть в этой
стране  свои  интересы:  во  всяком случае,  Красавчик-Стив вылетал туда
дважды. А Рассказов ничего не делает просто так...

   - Вы хотите,  чтобы я сообщил ему эту информацию?  А не лучше ли  нам
самим ее использовать по прямому назначению?

   - Конечно же,  было бы лучше! - согласился Майкл. - Но мы не знаем ни
места приземления,  ни времени прибытия этого самолета.  А коль так,  не
лучше ли использовать наши данные хотя бы таком качестве?

   - Что-то не нравится мне в этой затее...  - Думаешь,  Рассказов может
усомниться в твоем источнике? - И это тоже...

   - Знаешь,  у меня идея!  - воскликнул полковник. - Допустим, ты гово-
ришь ему: от одного моего доверенного человека...

   - Один раз я уже попробовал недоговорить, - скептически вставил Мэть-
юз.

   - Нет,  дружище,  там была совсем другая ситуация!  А здесь, когда он
спросит:  "откуда?",  ты скажешь,  что от человека, имя которого без его
согласия назвать не имеешь права!

   - А он потребует согласия, а то и личную встречу предложит!

   - Если он предложит встречу с этим человеком, то считай, что мы выиг-
рали: значит, поверил. - А если не предложит, значит, тем более поверил,
так что ли?  - Вот именно!  Теперь тебе понятно?  - В этом действительно
что-то есть... Что ж, будем действовать? - Стоп! А если за тобой следят?
- Если за мной следят и сейчас стараются до меня дозвониться,  то я  как
раз разговариваю со своим человеком. - Ладно, действуй!

   В этот самый момент Рассказов, как ни странно, тоже размышлял о Мэть-
юзе:  его не покидало странное ощущение,  возникшее во время разговора с
ним.  Этот человек явно знает гораздо больше,  чем говорит. Конечно, его
во что бы то ни стало нужно тщательно проверить.  Это бесспорно, но вре-
мени для этого катастрофически не хватает.

   Но, с  точки  зрения  логики,  вряд  ли этот парень пошел бы на такой
риск.  Может, откинуть в сторону все подозрения и решиться? С одной сто-
роны,  конечно же, не хотелось терять большую партию груза, а с другой -
таких серьезных поставщиков упускать не хочется.  И черт его дернул пох-
вастаться перед ними, что у него нет проблем со сбытом в Восточной Евро-
пе!  Те, естественно, сразу же ухватились за это и основным условием до-
говоренности выдвинули именно поставки в Восточную Европу,  а особенно в
Россию. Губа не дура - там необъятный рынок сбыта наркотиков!

   Как бы он поступил на месте Мэтьюза,  если бы  был  сотрудником  ФБР,
специально  внедренным к нему?  Здесь два варианта:  или он просто хочет
перехватить груз,  или хочет глубже внедриться в его команду... При пер-
вом варианте он должен во что бы то ни стало сделать так, чтобы груз до-
шел до места без всяких осложнений, а при втором... понимая, что его мо-
гут  проверить,  - то же самое!  Как ни крути,  а и в первом и во втором
случае груз должен пройти без сучка,  без задоринки! Но если он из ФБР и
парень не глупый,  то может рассуждать точно так же.  Черт побери! Можно
голову сломать! Рисковать или не рисковать?

   Неизвестно, сколько бы еще не  спал  Рассказов,  размышляя  над  всем
этим, но его мысли были прерваны звонком. - Слушаю? - нетерпеливо бросил
он. - Шеф, это я! - В трубке раздался голос парня, которого он приставил
к Мэтьюзу. - Как мы и уговорились, я довел его до квартиры. Да, надрался
он крепко:  с трудом ключ вставил в замочную  скважину...  -  Короче!  -
оборвал его Рассказов.  - Слушаюсь,  Хозяин! Свет горит до сих пор, я уж
подумал,  что он свалился пьяным,  забыв выключить его,  но потом  решил
проверить и стал звонить. Телефон все время занят: либо он трубку свалил
с аппарата, либо с кем-то болтает... - Парень сконфуженно замолчал.

   - Вот как?  - вырвалось у Рассказова.  - Это очень интересно... - за-
думчиво добавил он.

   - Может,  мне  его навестить под каким-нибудь предлогом?  - предложил
парень.

   - Ни в коем случае! Продолжай наблюдать за квартирой: если куда взду-
мает направиться, сразу звони, но не упусти его, понял?

   - Что вы. Хозяин, как можно? От меня еще никто не уходил.

   - Все, жду сообщений! - Рассказов положил трубку, хотел поразмыслить,
но в этот момент снова зазвонил телефон.  Думая,  что его наблюдатель не
договорил, он схватил трубку и с раздражением бросил: - Ну что еще?

   - Хозяин,  извините,  что беспокою вас в такое позднее время, но я не
смог держать у себя эту информацию до утра! - Язык у Мэтьюза заплетался,
но говорил он взволнованно.

   - Ничего,  дела нужно делать в любое время!  Говори, что случилось? -
спросил Рассказов спокойно,  но внутри него все клокотало: он почувство-
вал, что этот звонок может многое прояснить.

   - Не знаю, как заведено у вас, но у Большого Стэна каждый, кто что-то
случайно узнавал,  сразу же докладывал ему, а он уже решал, что делать с
этой информацией дальше. - Мэтьюз специально передавал инициативу в руки
Рассказова,  как бы заставляя его проявлять заинтересованность,  которую
тот так тщательно скрывал. - Что ж, хорошее правило. Слушаю! - Из надеж-
ного источника я только что получил информацию о том,  что в самое  бли-
жайшее время из Малайзии прибудет частный самолет с очень важным грузом.
- Мэтьюз сделал небольшую паузу,  но Рассказов молча ожидал продолжения.
- К сожалению,  это единственное, что он подслушал: ни места, ни времени
прилета...  и еще кое-что:  "груз очень нежный и  скоропортящийся"...  Я
процитировал дословно,  но что это означает,  до меня не доходит.  Может
быть, вам это что-то говорит?

   Рассказов с большим трудом сдержался,  чтобы не  высказать  свою  ра-
дость.  Дело в том,  что он уже давно подбирался к сфере торговли "живым
товаром".  Он прекрасно знал, что Америка готова платить огромные деньги
за детей,  а более половины этого уникального товара транзитом проходила
через Сингапур.  Его попытки наложить лапу на этот бизнес,  несмотря  на
хорошие  взаимоотношения  с самим Вонгом,  главным поставщиком азиатских
детей,  пока не приносили результатов. Вонг готов был сотрудничать с ним
при  условии,  если Рассказов потеснит его конкурентов.  Рассказов давно
уже готов был это сделать,  даже ценой кровопускания,  но никак  не  мог
захватить их врасплох.

   Его люди  сумели  узнать о месторасположении нелегального аэродрома и
даже "побеседовали" с летчиком, который возил живой груз. Однако от него
они  мало  что смогли узнать,  потому что его самого оповещали только за
час до вылета.

   И вдруг такая удача! Чтобы поощрить инициативу своего нового помощни-
ка, Рассказов сказал:

   - Что ж,  должен признать,  что твоя информация заслуживает внимания.
Благодарю!

   - Рад вам служить,  Хозяин!  - не скрывая радости, воскликнул Мэтьюз.
Он понял, что они с Майклом оказались правы: Рассказов мгновенно заглот-
нул наживку.

   - Кстати,  того человека, что сообщил тебе эту новость, ты давно зна-
ешь? - неожиданно спросил Рассказов.

   Рано ты обрадовался,  Мэтьюз! Стоило только чуть расслабиться, как на
тебе!

   - Он достаточно долго работает на меня, - осторожно сказал он. - И не
было случая, чтобы его информация оказалась неточной.

   - Вот и прекрасно!  Таких людей необходимо поощрять. Он где работает?
- Вопрос снова прозвучал как бы между прочим.

   Как хорошо,  что они с полковником все предусмотрели!  Мэтьюз ответил
совершенно  не задумываясь:  - Он работает в одном ресторане,  метрдоте-
лем...

   - Что ж,  место весьма недурное для добывания  случайных,  но  весьма
нужных сведений.  Как-нибудь при случае познакомь меня с ним...  Или ты,
может быть, ревниво относишься к своим людям?

   Вроде бы ничего не значащий разговор, но каждая фраза давала пищу для
размышлений. Во всяком случае, Мэтьюз понял главное: с Рассказовым необ-
ходимо все время держать ухо востро и ни в коем случае не расслабляться.

   - Что вы. Хозяин, какой может быть разговор! Теперь мы с вами в одной
лодке...

   - Ладно,  давай прощаться,  уже действительно поздно! Кстати, сколько
времени тебе нужно,  чтобы подготовиться к поездке, о которой мы с тобой
говорили?

   Мэтьюз с огромным трудом сдержался,  чтобы с радостью не воскликнуть:
"Победа!" Все время он ожидал момента,  когда Рассказов сам  вернется  к
этой теме. Нужно ковать железо, пока горячо! "Коридор" готов в любую ми-
нуту, но надо сделать вид, что необходима серьезная подготовка.

   - Дня два-три, не меньше, - после небольшой паузы, словно просчитывая
про себя все варианты, ответил Мэтьюз.

   - Хорошо, начинай подготовку. Пока! - заключил Рассказов и тут же по-
ложил трубку.

   Как же все удачно складывается! Рассказов так разволновался, что стал
с волнением ходить по кабинету.  Сейчас самое главное - не терять време-
ни:  в любой момент может прибыть самолет.  Это хороший шанс перехватить
инициативу в свои руки!  Он взглянул на часы: пятнадцать минут четверто-
го!  Ну и что?  Он же не спит сейчас,  значит, и они могут потерпеть! Не
для  того  он столько платит,  чтобы еще и об их покое задумываться!  Он
быстро набрал номер. После второго гудка послышался сонный голос Красав-
чика-Стива. - Да, слушаю!

   - Дрыхнешь,  помощничек?  Дрыхнешь,  когда  твой Хозяин еще и глаз не
сомкнул?

   Несмотря на грозную интонацию,  КрасавчикСтив почувствовал  в  голосе
Рассказова торжествующие нотки.

   - Что вы, шеф, сижу и жду вашего звонка! - Он встряхнул головой, про-
гоняя сон прочь.

   - Смеешься? - повысил голос Рассказов, но долго не смог выдержать су-
ровый тон - ему очень хотелось поделиться со своим любимцем долгожданной
информацией. - Наша Малайзия откликнулась! - после небольшой паузы, тор-
жествующе заявил Рассказов.

   - Что?  - От этих слов сон у Стива как рукой сняло. - Наконец-то! - И
знаешь, кто мне сообщил об этом? - Вонг? - ляпнул Красавчик-Стив первое,
что пришло в голову.

   - Пальцем в небо!  - Рассказов довольно усмехнулся.  - Мой новый сот-
рудник Мэт!

   - Я всегда говорил,  что лучше вас никто в людях  не  разбирается,  -
польстил ему Красавчик-Стив. - Когда поднимать людей? - Сейчас же!

   - Понял, начинаю действовать! Место приземления то же самое?

   - Место  то же,  но со временем - полная нелепость.  Известно только,
что он прилетит в самое ближайшее время. Так что придется немного на зе-
мельке полежать...

   - Ты вот что. Красавчик, на людях не экономь, пускай их будет поболь-
ше. Никто из прилетевших не должен уйти! Летчик должен остаться в живых,
чтобы не готовить нового.  Остальные меня мало интересуют: захотят рабо-
тать на меня - не возражаю. Но главная твоя задача - сохранить в целости
и сохранности "товар"! Понял?

   - А как же! Все, я уже одет и могу приступать!

   - Ты что же, в одежде спал, что ли? - удивился Рассказов.

   - Нет, конечно! Я оделся, пока с вами разговаривал.

   - Ну ты и виртуоз!  Ладно, вперед! Рассказов положил трубку, взял ра-
диотелефон и пошел в спальню.  День был весьма насыщенным,  и  усталость
брала  свое.  Однако,  когда  он переступил порог огромной спальни,  его
взгляд сразу же наткнулся на глаза,  полные слез. Это была его любимица,
которой он дал имя Любава.  В последние дни он, занятый делами, почти не
уделял ей внимания.

   Она всегда была молчалива,  покорна и терпелива,  но сегодняшний день
был  для нее особенным,  и она говорила об этом своему Господину еще два
дня назад. Сегодня исполнился ровно год с того момента, как она пересту-
пила  порог этого дома.  Как она хотела отпраздновать это знаменательное
событие, а он забыл об этом! Забыл о ней! Он, видно, совсем разлюбил ее!

   Увидев на ее глазах слезы.  Рассказов сразу же все вспомнил.  Черт бы
побрал эти дела! Этот год был самым приятным в его интимной жизни: хруп-
кая девочка изменила ее,  наполнила чем-то новым, волнительным. Он снова
ощутил себя молодым,  полным сил и энергии,  поэтому сейчас ему не хоте-
лось видеть на ее глазах слезы.

   - Почему плачет моя малышка? Кто ее обидел?

   - Меня обидел мой Господин!  - прошептала она с такой тоской,  что он
укоризненно воскликнул:

   - Как тебе не стыдно! Ты подумала, что я позабыл о своей девочке? По-
забыл о нашей дате?

   Рассказов подошел к сейфу, распахнул его, достал оттуда узенькую, об-
шитую красным шелком коробочку и протянул ей. Этот браслет он купил дав-
но и ожидал подходящего случая, чтобы подарить его Любаве-Уонг.

   Каким счастьем вспыхнули ее глаза!  Казалось, в комнате стало гораздо
светлее,  когда  она увидела золотой браслет,  усыпанный гранатами.  Она
бросилась к нему на шею и стала целовать, приговаривая:

   - Какая глупая твоя Любава! Какая я глупая!

   Он вяло пытался сопротивляться,  радуясь тому,  что выкрутился из ще-
котливого положения.  Почему-то он не мог быть с ней строгим. Он впервые
за столько лет держал при себе одну и ту же девушку, и она ему совсем не
надоедала.  Более того, как только он не видел ее хотя бы один день, так
сразу начинал скучать.  Что-то в ней было такое, что совершенно изменило
его.  Сейчас он даже реже стал общаться с другими своими "курочками",  и
совсем не потому,  что ей было это неприятно: иногда она сама предлагала
ему сделать это. Нет, просто ему все больше и больше хотелось быть толь-
ко с ней.  Именно с ней у него лучше всего получались любовные игры. Вот
и сейчас:  казалось,  веки готовы слипнуться от усталости, но как только
он почувствовал ее руки, ее тело, усталость сняло как рукой. Пробудилось
желание.  Он стал быстро срывать с себя одежду, а ее руки умело помогали
ему. Как только он обнажился по пояс, Любава-Уонг скинула с себя халатик
и предстала перед ним во всей красе.

   Он настолько любил ее тело,  что ему было достаточно взглянуть на не-
го,  как его тут же охватывало страстное желание подхватить ее на  руки,
прижаться  к  ней,  каждой  своей клеточкой ощутить ее удивительную све-
жесть, почувствовать ее нежный запах. Бывали моменты, когда ему хотелось
разорвать ее на части от охватившей его страсти,  доставить ей боль. Од-
нажды такое с ним случилось:  потеряв голову,  он так сильно сдавил ее в
своих объятиях,  что едва не задушил. Девушка даже не пикнула, но, когда
он опомнился и взглянул в ее прекрасные глаза,  увидел в них слезы и не-
мой укор,  ему стало так стыдно, что он дал себе слово никогда не причи-
нять ей боль.

   Сейчас он нежно гладил ее личико и смотрел в ее счастливые глаза. Она
притихла, ловя его взгляд. Какой же он все-таки внимательный! А она пло-
хая! Как она могла усомниться в нем? Разве он хотя бы раз сделал ей пло-
хо?  Нет! Разве она могла когда-нибудь мечтать о таком счастье? Нет! Так
что же ей еще нужно?

   Она провела волосами по его груди,  потом так же нежно, едва прикаса-
ясь, стала водить по ней язычком. От такой ласки у него всегда пробегали
по телу мурашки, особенно в тот момент, когда она прикасалась к его сос-
кам. Они сразу становились твердыми, а его охватывало страстное желание.
Любава-Уонг не остановилась на этих ласках, она стала опускаться все ни-
же и ниже,  расстегивая его брюки.  Он почувствовал, что сегодня девушка
ведет себя не так,  как всегда. Раньше она старалась лишь доставить удо-
вольствие своему Господину,  но сегодня Рассказов чувствовал, что Любава
сама получает радость от этих ласк.

   Его естество и так уже было готово к действию,  а тут она еще прикос-
нулась к нему своим влажным язычком. Рассказов судорожно обхватил ее го-
лову и хотел дернуть на себя, но вовремя опомнился и сдержал свой порыв,
понимая,  что мог просто повредить ей горло. Однако девушка хорошо знала
его привычки.  Она до самого конца вобрала его каменную  плоть  в  себя.
Раньше  в  такие  моменты у нее всегда появлялись позывы к рвоте и ей не
всегда удавалось совладать с ними.  Девушка  решила  потренировать  свое
горлышко и стала чуть ли не каждый день массировать его специальной "иг-
рушкой".  Результат был налицо:  она сумела так глубоко протолкнуть  его
плоть в себя, что ее носик уперся в его кучерявые волосы.

   Рассказов с испугом приостановил движения,  боясь,  что девушка может
задохнуться. Но ее взгляд был настолько благодарным и счастливым, что он
осторожно продолжил. Все его мышцы одеревенели, и казалось, из него сей-
час вырвется такой мощный поток, что наполнит ее всю без остатка. Но де-
вушку не устраивала такая быстрая игра.  Она выпустила его, потом обхва-
тила за талию и повалила на себя.

   Он был благодарен ей за оттяжку,  потому что тоже не  любил  любовных
гонок:  ему  больше всего нравился сам процесс любовных игр,  нежели его
конечный результат.  Теперь он принялся ласкать языком ее упругое  шоко-
ладное тело.  Оно сладостно вздрагивало и извивалось в страстной истоме.
Нежно помурлыкивая,  девушка пробегала по  его  спине  тонкими  длинными
пальцами, слегка впиваясь острыми ноготочками.

   Эти ласки продолжались очень долго,  потом девушка почувствовала, что
ее Господин начинает уставать.  Тогда она ловко повернула его на спину и
резко опустилась на него.

   И снова это оказалось для него неожиданным, но очень приятным. Сколь-
ко же в этой девочке природного темперамента!  Он настолько был  охвачен
страстью,  что стал повизгивать,  словно расшалившийся щенок.  Как же он
благодарен судьбе за то,  что он в таком возрасте сумел не только  испы-
тать  все  это,  но  и возбудить в таком молодом и прекрасном теле те же
чувства. Да-да, именно чувства! Эта девочка не могла так искусно играть!
Да и зачем? Он же и так одаривает ее всем, чего она ни пожелает, а отно-
сится к ней так, как не относился даже к любимой жене.

   Эти нестройные мысли не могли отвлечь его,  и в конце концов  он  дал
залп из своего орудия. Его поток был настолько мощным, что, казалось, ее
маленький животик чуть вздулся.  - Ты смотришь на мой животик, Господин?
- Мне показалось, что я наполнил его до краев... - улыбнулся он.

   - Да, и уже давно... - Она с улыбкой опустила глаза.

   - Как,  ты  хочешь  сказать,  что у нас будет маленький Рассказов?  -
воскликнул он, еще не зная, радоваться ли этому известию.

   - Сначала я не хотела тебе говорить об этом и  справиться  самой,  но
потом подумала,  что это может огорчить тебя.  Господин. И я решила тебе
обо всем рассказать!  - Ее голос был чуть грустным,  но и счастливым од-
новременно. - А ты хочешь стать матерью? - спросил он.

   - Твоего ребенка? И ты еще спрашиваешь! Когда ты со мной решишь расс-
таться,  то у меня будет частичка тебя,  и мне не будет так грустно... -
Она сказала это просто, как давно решенное для себя.

   - Девочка моя, почему ты решила, что я хочу с тобой расстаться?

   - Но ты же всегда расстаешься со своими "курочками", - вполне серьез-
но ответила она.

   - Нет,  с тобой у меня все будет по-другому!  - неожиданно воскликнул
он  и  нежно обнял девушку.  - Рожай мне сына или дочку!  Будет рядом со
мной продолжатель моей фамилии! Рожай!


Подготовка

   Савелий, прежде чем лечь в больницу на пластическую операцию,  попро-
сил Богомолова обеспечить его некоторыми фотоматериалами. Как всегда, он
поставил трудную задачу.  Когда генерал сказал ему об этом,  он спокойно
заявил, что если бы было легко, то он и сам бы справился.

   Первым в списке Савелия,  естественно, шел господин Рассказов, бывший
генерал  КГБ (именно о его фотографии больше всего и беспокоился Богомо-
лов,  предположив,  что тот,  прежде чем мотануть "за бугор", постарался
уничтожить все следы),  далее - Красавчик-Стив. Хотя Савелий и видел его
мельком в аэропорту и в клубе "Виктория",  но не обратил на него особого
внимания и плохо запомнил.

   Кроме того, он приложил к списку пространную просьбу принести все фо-
тографии,  которые были сделаны наблюдателями во  время  матча.  Генерал
лишний раз убедился в недюжинном уме своего подопечного.  Он понял,  что
Савелий действительно готовится всерьез наказать всех, кто был замешан в
убийстве его любимой женщины и ее братишки. И, наконец, Савелий попросил
дать фотографии тех агентов, что были внедрены в криминальные структуры.

   - Это нежелательно, - поморщился Богомолов.

   - Как хотите, - пожал плечами Савелий. - Но потом ко мне никаких пре-
тензий - если среди трупов обнаружите своих агентов.

   - А-а-а,  - протянул Богомолов.  - Я сначала не совсем понял, для че-
го... Только с одним условием: никаких контактов.

   - А вот об этом могли бы и не говорить, - обиженно заметил Савелий.

   - Хорошо,  постараюсь поднапрячь своих коллег.  А теперь  перейдем  к
твоей "смерти": ты чтонибудь придумал?

   - Если  откровенно,  то  в  голову ничего не лезет...  - с огорчением
вздохнул Савелий.  - Может быть, в случайной уличной драке? - Я? - Саве-
лий  скептически  усмехнулся.  - В это могут поверить только те,  кто не
знает меня, а нам нужно убедить именно тех, кто меня отлично знает!

   - Да, тебя так просто не убьешь, - пошутил Богомолов.

   - Честно говоря, мне больше всего понравилась идея Порфирия Сергееви-
ча.

   - Несчастный случай?  - поморщился генерал.  - На то, чтобы организо-
вать дорожнотранспортное происшествие,  да еще со  многими  свидетелями,
нужно время.

   - Зато убедительно. Да и похороны осветить с телевидением, а?

   Идея, предложенная генералом Говоровым,  Савелию действительно понра-
вилась.  Она состояла в том,  чтобы не только включить Савелия в  списки
погибших в какой-нибудь авто- или железнодорожной катастрофе, но сфотог-
рафировать его, загримировав соответствующим образом.

   - Да, в этом что-то есть... - задумчиво проговорил Богомолов, немного
помолчал,  потом  тяжело припечатал ладонями стол.  - На этом и порешим!
Будем ждать катастрофы!  Грешно, конечно, но лучше бы ей особо не задер-
живаться... Что еще? - Пока все.

   - Кстати,  у тебя что-нибудь осталось от тех хитрых штучек, которые я
давал вам в Афганистан?

   - Кое-что есть...  Хотите,  чтобы вернул?  - Если они тебе еще нужны,
то...  - Богомолов пожал плечами.  - Ладно,  держи в курсе,  если что! -
многозначительно заметил генерал, словно ощущая, что Савелий недоговари-
вает.

   Савелий вышел  из  кабинета  Богомолова  и  медленно побрел по улицам
Москвы.  Как же противно на душе!  Когда хочется действовать, приходится
ничего не делать...

   Как же все-таки разыскать фото бывшего генерала КГБ?  Богомолов вроде
говорил,  что жена и дочь Рассказова погибли в авиакатастрофе.  А как же
остальные родственники?  Не может же их не быть?  Но вот сам Савелий:  у
него ведь тоже никого нет на всем белом свете,  не считая,  конечно, его
названого брата Воронова.  Нет, здесь явно нужно покопаться. А что, если
идти по нескольким направлениям? Глядишь, что-то и проклюнется.

   Во-первых, Богомолов со своими людьми, вовторых, нужно переговорить с
"афганцами":  пусть  Олег даст задание своей "секьюрити"...  А почему не
попросить еще и Зелинского?  Вдруг по линии прокуратуры что-то есть? От-
лично! Этим и нужно заняться в первую очередь.

   Он отыскал  телефон-автомат,  быстро  набрал номер и сразу же услышал
знакомый голос.  Хорошо, что Зелинский дал ему прямой телефон. - Зелинс-
кий слушает! - Александр Васильевич, это Говорков. Здравствуйте!

   - Савелий? Здравствуй! Давно не общались. - В голосе прокурора ощуща-
лось небольшое волнение. - Какими судьбами? Что-нибудь случилось?

   - А что,  разве я вам звоню только тогда, когда что-то случилось? - с
некоторой обидой спросил Савелий.

   - Извини, дорогой, - виновато произнес Зелинский. - Как дела? Чем за-
нимаешься?

   - Все нормально! Но помощь ваша все-таки требуется.

   - Помогу не только тем,  чем смогу,  но и тем, чем не смогу! - весело
ответил прокурор. - Рассказывай!

   - Не по телефону. Когда бы мы смогли повидаться?

   - Ты же знаешь, для тебя я всегда готов отложить дела. - Твердо заве-
рил Зелинский.

   - Мне бы не хотелось злоупотреблять...  - начал Савелий,  но прокурор
перебил его:

   - Ты это брось! Приезжай, жду! - Он тут же повесил трубку.

   Савелий с  улыбкой покачал головой и направился к метро.  Через двад-
цать минут он уже входил в приемную  прокурора  Зелинского.  Молоденькая
секретарша, когда попросил доложить о нем, с улыбкой сказала:

   - Проходите,  пожалуйста,  Александр Васильевич уже ждет вас. - У нее
была кукольная внешность и очень красивый бархатистый голос,  а округлые
колени, словно специально (почему бы и нет?), выглядывали из-под стола.

   - Вам бы фотомоделью работать, а не на телефоне сидеть, - заметил Са-
велий,  впрочем, не без некоторого смущения. - Весьма сомнительный комп-
лимент, однако, спасибо. Между прочим, я на четвертом курсе юридического
учусь. - Девушка даже обиделась.

   - Извините, я совсем не хотел вас обидеть. - Савелий виновато покачал
головой.

   - Ничего страшного,  - ответила девушка и с улыбкой добавила:  - Меня
Викторией зовут!

   - А мое имя вы уже знаете,  вот и познакомились,  - сказал Савелий  и
направился в сторону кабинета.

   Виктория смотрела  ему вслед,  пока он не скрылся за дверью.  Девушке
очень хотелось,  чтобы этот странный парень обернулся, и она была готова
наградить  его  своей самой обворожительной улыбкой,  но ее ожиданиям не
суждено было сбыться.  Вздохнув с огорчением (Виктория загадала на Саве-
лия), она включила компьютер и продолжила работу.

   Как только  дверь  открылась,  и Зелинский увидел Савелия,  он тут же
бросил в трубку,  что перезвонит потом,  встал из-за стола и  вышел  ему
навстречу.

   - Очень  рад  тебя видеть!  - Зелинский крепко пожал руку Савелию.  -
Присаживайся,  - указал он на кресло у самого окна  рядом  с  журнальным
столиком,  на котором стояли фрукты и сладости.  - Кофе, чай? - Кофе, но
без сахара,  если можно.  - Вика, сделайте, пожалуйста, пару чашек кофе,
одну без сахара, - сказал он в селектор, потом подошел и сел напротив. -
Слушаю тебя, дорогой.

   - Мне нужно разыскать одного человека... вернее, его фотографию. - Он
что,  умер?  - Нет, бежал за границу. - Та-ак... - протянул Зелинский. -
Так в чем же проблема?  Почему к Богомолову не обратишься?  Бежавшие  за
границу - по его ведомству.

   - К нему я уже обратился,  - вздохнул Савелий. - Только его люди вряд
ли что найдут...

   - Поясни!  Почему его люди не смогут, а я смогу? Ты что, не доверяешь
ему?

   - Ну что вы! Речь совсем о другом. Это все равно, что искать что-то в
своей квартире:  ты живешь в ней,  привыкаешь к  каждой  вещи,  а  когда
что-то нужно срочно найти, то это гораздо проще сделать человеку со сто-
роны: у него глаз не "замылился".

   - Не хочешь ли ты сказать,  что бежавший работал в Органах?  - нахму-
рился Зелинский. Ему не очень-то хотелось связываться с этим ведомством.

   - Именно так. - Савелий с грустью усмехнулся. - Более того, перед тем
как смыться, он занимал теперешний пост Богомолова.

   - Рассказов? - выдохнул Зелинский. - Если речь идет об этом человеке,
то совсем другое дело...

   - Как, и вы его знаете? - Удивлению Савелия не было границ. - Воисти-
ну мир тесен! Судя по вашей реакции, и вам он досадил?

   - Рассказов был одним из тех,  кто помог мне тогда вылететь из Проку-
ратуры.

   - Вы  тогда погорели в Афгане за то,  что слишком много узнали об аф-
ганских делах, не так ли?

   - Так!  И именно генерал Рассказов приложил тогда руку к моему уволь-
нению. Но тебе-то зачем понадобилась эта мразь?

   - Так,  старые счеты!  - не вдаваясь в подробности, бросил Савелий. -
Постой!  Не связано ли это с твоей заграничной эпопеей? - воскликнул Зе-
линский.

   - Отчасти...  Ну,  что?-  Есть у вас какие-нибудь мысли на этот счет?
Перед тем как смыться,  он все свои архивы,  документы  и  прочие  следы
уничтожил!

   - Да, видно готовился долго и очень тщательно... - задумчиво прогово-
рил Зелинский, потом замолчал на несколько минут. Савелий начал уже ску-
чать,  но тут В кабинет заглянула куколка-секретарша.  Бросив кокетливый
взгляд на Савелия, она внесла поднос с двумя дымящимися чашками и поста-
вила на стол:

   - Вот,  пожалуйста!  - Виктория мило улыбнулась Савелию. - Что-нибудь
еще?

   Зелинский не ответил,  продолжая о чем-то усиленно  думать.  Отвечать
пришлось Савелию: - Нет, спасибо. - Приятного аппетита!

   - Спасибо!  - повторил Савелий.  В его голосе уже появилось раздраже-
ние. Почувствовав это. Виктория более ничего не сказала и едва не на цы-
почках выскользнула из кабинета.

   - Кажется,  ты  чем-то  успел приворожить мою Викторию?  - неожиданно
проговорил Зелинский.

   - С чего вы взяли? - Савелий заметно смутился.

   - Ладно,  оставим это.  Мне кажется, я чтото нащупал... Кстати, как у
него насчет родственников?

   - Богомолов говорит,  что и с этим у него "все нормально" - их просто
нет!

   - Я так и думал.  Именно здесь и нужно искать! - возбужденно восклик-
нул  Зелинский,  вскочил с кресла,  подошел к компьютеру и быстро что-то
набрал,  бормоча себе под нос.  В его глазах было возбуждение охотника в
предчувствии крупной дичи.  - Ну,  давай! Что же ты? Пора бы уже и пока-
заться...  - Зелинский взглянул на недоуменное лицо Савелия и пояснил: -
Понимаешь,  как только я пришел сюда,  решил перейти на систему, которой
пользуется весь цивилизованный мир!  Сначала приходилось заставлять сот-
рудников  осваивать компьютер,  потом постепенно вносить в него всех лю-
дей,  прошедших через наш департамент - не только осужденных, но и прив-
лекавшихся.  Потом принялись разгружать наши архивы.  Плоды не заставили
себя долго ждать. Сейчас у нас самая полная картотека в стране! - с гор-
достью  сказал  он.  -  Думается,  что даже в анналах Богомолова гораздо
меньше... - Объяснения не мешали его поискам, и вскоре он радостно воск-
ликнул: - Вот он! Нашел! Подойди-ка!

   Савелий встал с кресла, подхватил обе чашки с кофе и подошел к огром-
ному столу Зелинского.

   - Пейте,  а то совсем остынет.  - Савелий поставил перед ним чашку  и
уставился  на  экран  монитора.  Он  увидел фотографию какого-то мужчины
средних лет; слева - его данные, а внизу - статья, по которой он привле-
кался.  - Я что-то не пойму,  - Савелий пожал плечами.  - Вы нашли како-
го-то Мартиросова и радуетесь этому?

   - Хороший вопрос!  - ехидно усмехнулся Зелинский.  -  Этот  "какой-то
Мартиросов" является родным племянником твоего Рассказова!  - Он победо-
носно посмотрел на Савелия.

   - И вы знаете,  как его найти?  - Савелий едва не вскочил на ноги,  у
него тоже заблестели глаза.  Он совсем не ожидал такой скорой удачи. - А
как же! - хмыкнул Зелинский. -

   О том, что Мартиросов является племянником Рассказова, я узнал совер-
шенно Случайно год тому назад. Осматривал я как-то Ярославскую тюрьму на
предмет прокурорского надзора,  ко мне - начальник тюрьмы: "Посоветуйте,
что делать!  Есть у меня один пересыльный с этапа,  который требует свя-
заться с его дядей,  генералом КГБ.  И фамилию называет, и телефон дает.
Беднягу едва не трясет.  Как же все-таки наш народ запуган! Короче гово-
ря, я иду к этому Мартиросову и прошу его рассказать, для чего он требу-
ет встречи с генералом Рассказовым и кем тот ему приходится. Он действи-
тельно оказался его племянником.  Встречи требовал потому,  что не хотел
уходить на этап:  боялся расправы. Он "стучал" на воле и продолжал "сту-
чать" в тюрьме. А кто-то пронюхал, и на него объявили охоту.

   - И где сейчас Мартиросов?  И почему он требовал своего дядю? Он что,
не знал, что тот свалил за границу?

   - Да  он так мало гулял на воле,  что не успевал следить за событиями
не только в стране,  но и в собственной семье. Я помог ему перебраться в
Бутырский изолятор,  где он сейчас и отбывает наказание. Поваром работа-
ет.  Вообще-то в "рабочке" на Бутырке разрешают оставлять только по пер-
вому сроку, но на сей раз решили сделать исключение.

   - Вряд ли при таком образе жизни у него сохранилось фото любимого дя-
дюшки, - поморщился Савелий.

   - А вот здесь я с тобой не совсем согласен!  Ты там был  и  прекрасно
знаешь,  что вещи, которые напоминают о доме, о воле, тем более фотогра-
фии,  берегут как зеницу ока. Это во-первых. Во-вторых, его кто-то наве-
щает.  А  если ты помнишь правила,  то навещать заключенных могут только
ближайшие родственники. - Это уже кое-что! - Савелий вновь воспрянул ду-
хом.

   - А ты как думал? - Зелинский хитро прищурился, - Ну, ты как, готов к
поездке?  - К какой поездке?  - удивился Савелий.  - Как к какой? В свои
памятные места! - В Бутырку, что ли? - догадался Савелий. - Туда я всег-
да готов!

   - В таком случае... - Александр Васильевич нажал на кнопку селектора.
- Вика, скажи Славе, что мы сейчас выезжаем, а с товарищами, что записа-
лись ко мне на прием, созвонись и скажи, что я приму их в другой день.

   С каким-то особенным чувством подъезжал Савелий в прокурорской  "Вол-
ге" к воротам Бутырской тюрьмы. Он даже не сразу узнал, где они находят-
ся:  до этого его привозили сюда через другие ворота в "Черной  Марусе",
из которой ничего не увидишь.  ("Черными Марусями" называли в народе ав-
тозаки, то есть спецмашины для перевозки заключенных).

   Черная "Волга" остановилась у административного корпуса.  Из него уже
спешило начальство, предупрежденное дежурным на проходной.

   - Чем обязаны столь высокому гостю?  - с напряжением в голосе спросил
Зелинского черноволосый худощавый полковник, поздоровавшись с ним за ру-
ку.

   - Познакомься  с  моим приятелем!  - Зелинский уже хотел назвать его,
но, перехватив взгляд Савелия, представил только полковника. - Полковник
Орешкин, начальник сего заведения.

   - Иванов, уголовный розыск! - быстро сказал Савелий, отвечая на руко-
пожатие.  Полковник недоуменно взглянул на Зелинского, не понимая, зачем
с прокурором сотрудник уголовного розыска?

   - Послушай,  дорогой,  я к тебе не с прокурорским надзором приехал, а
по делу. Нам нужно переговорить с одним из твоих подопечных...

   - Подследственный, осужденный? - облегченно вздохнув, спросил полков-
ник.  - Он в твоей хозобслуге работает...  - Если он что-то натворил, то
почему я ничего не знаю? - У Орешкина сразу же прорезался начальственный
басок,  и  он  грозно  посмотрел на полноватого майора,  который под его
взглядом сразу втянул голову в плечи.  - Или старое что всплыло?  Так  я
его мигом на этап отправлю: свято место пусто не бывает.

   - Скажешь тоже:  тюрьма и свято место...  Побойся Бога!  - усмехнулся
Зелинский.

   - Удивляетесь? Но вы не можете себе представить, сколько просьб я по-
лучаю  едва ли не каждый день:  оставить в хозобслуге,  не отправлять на
этап. Не понимаю! В колонии все-таки свежий воздух, относительно свобод-
ное передвижение,  а здесь?  Четыре стены,  и паши как папа Карло, чтобы
заработать досрочное освобождение!  - Полковник Орешкин хотел  сплюнуть,
но вовремя спохватился и только потер ладонью худой подбородок.

   - Не обольщайся: заявления-то пишут новенькие, да тот, кто боится ид-
ти на зону,  - запачкался в чем-то.  Ладно, не об этом сегодня речь... -
Зелинский  повернулся к Савелию и спросил,  словно сам забыл:  - Как его
фамилия?

   - Валентин Александрович Мартиросов, тут же отчеканил Савелий.

   - А-а!  - протянул полковник.  - Этого мужичка  я  знаю,  даже  лично
как-то беседовал...  На "рабочку" пойдете,  или сюда привести? Зелинский
бросил взгляд на Савелия и пожал плечами.

   - В общем-то,  все равно...  Но лучше туда сходим,  не возражаете?  -
спросил он, повернувшись к Савелию.

   - Можно и там,  - осторожно отозвался тот.  Не успели они войти в ос-
новной корпус,  как в нос ударил знакомый тошнотворный запах прогорклого
человеческого пота и кислых щей - запах, какой бывает только в тюрьмах.

   Савелий поморщился,  и сразу же нахлынули воспоминания.  Казалось бы,
прошло столько лет,  а все было словно вчера! Ему почудилось, что сейчас
он  снова  окажется в переполненной камере,  где на скопившийся табачный
дым можно,  казалось, спокойно положить топор и он будет висеть в возду-
хе, освещаемый вечно горящей тусклой лампочкой.

   Почему так устроена человеческая память? Почему она сохраняет в своих
уголках все мерзкое,  отвратительное, даже не пытаясь стереть все это из
своих глубин?  Хотя,  если хорошо подумать,  это и правильно, потому что
человек должен помнить не только хорошее,  но и плохое.  Иначе и быть не
должно.

   Неожиданно Савелий повернулся к Зелинскому и спросил:

   - Александр Васильевич, я могу хотя бы в глазок взглянуть на ту каме-
ру, в которой меня здесь держали?

   - Зачем это...  - начал Зелинский,  но вдруг увидел в глазах  Савелия
нечто такое, что ему расхотелось развивать эту тему. Он взглянул на пол-
ковника: - Это возможно?

   - Так вы у нас бывали и  в  качестве  подследственного?  -  удивленно
воскликнул тот.  - Да,  по недоразумению... - не вдаваясь в подробности,
ответил за Савелия Зелинский.

   - Что ж, проблем здесь не вижу... Какая камера?

   - Сначала девяностая, потом сто двадцать девятая.

   - Последняя на "спецу", - заметил полковник.

   - Думаю,  что и одной девяностой будет достаточно! - усмехнулся Саве-
лий.

   - Хорошо, идемте. - Полковник двинулся вперед, а они вслед за ним.

   Шли молча, каждый думал о своем. Шли по длинным коридорам, через каж-
дые пятнадцатьдвадцать метров перегороженным металлическими  решетчатыми
воротами, по которым прапорщик, сопровождавший их группу, проводил длин-
ным металлическим  прутом,  предупреждая  конвоиров,  ведущих  навстречу
подследственных. Делал это он привычно, автоматически.

   Наконец они остановились перед дверьми девяностой камеры.

   - Открой  "кормушку"!  - приказал полковник,  потом пояснил:  - Что в
глазок-то рассмотришь?  - Затем взял под руку Зелинского и  стал  что-то
ему нашептывать.

   - Спасибо...  -  тихо поблагодарил Савелий,  чуть присел и взглянул в
открытую "кормушку".

   - Смотри,  мужики,  какой-то фрайер зенки на нас вылупил!  -  крикнул
кто-то.

   - Ага, партнера себе ищет... - серьезно заговорил другой и добавил: -
По шконке! - Взрыв смеха потряс стены камеры.

   И вдруг,  перекрывая это веселье,  раздался громкий баритон:  - Стой,
мужики!  Это же Бешеный! Любопытная толпа расступилась и пропустила впе-
ред парня внушительных размеров,  в котором Савелий сразу же узнал Ники-
ту, телохранителя Лещи-Шкафа.

   - А мне говорили, что ты помер! - с удивлением заявил он.

   - Извини,  что не оправдал твоих ожиданий! - усмехнулся Савелий. - Ты
что,  вдвоем со своим шефом здесь загораешь? - спросил он в надежде, что
Леше все же не удалось отвертеться от тюрьмы.

   - Скажешь тоже!  - поморщился Никита. - Мой шеф никогда сидеть не бу-
дет: у него все схвачено, за все уплачено.

   - Что же он тебя-то не отмазал? - зло ухмыльнулся Савелий.

   - А это он для профилактики,  для моей же пользы, - на полном серьезе
пояснил Никита. - Зарвался я чуток, вот и отдыхаю! - Это он проговорил с
такой кислой миной,  что все вокруг рассмеялись, но Никита вдруг саданул
ближайшего весельчака по уху,  и тот тут же "выпал в осадок". Смех мгно-
венно оборвался,  а Никита, словно ничего не произошло, спокойно продол-
жил разговор:

   - Ничего, думаю, через недельку-другую он меня отсюда вытащит.

   - Может, передать чего? - спросил его Савелий.

   Полковник, заметив,  что  "уголовный  розыск"  слишком злоупотребляет
правилами,  хотел сказать, что разговаривать с подследственными не поло-
жено, но Зелинский предупредительно дернул его за локоть.

   - Передай только одно:  осознал,  мол, свою ошибку... - Никита тяжело
вздохнул. - Он там же живет? - Там же, куда он денется. - А Лолита так и
тащит свою "Викторию"?  - О,  у Лолиты сейчас несколько таких клубов,  а
один даже где-то за границей!  - Никита проговорил это настолько  уважи-
тельно, что было видно: Лолиту он ценит гораздо больше, чем своего Хозя-
ина.  Впрочем, вполне вероятно, здесь имело место совсем другое чувство.
- Послушай, а ты-то чего здесь делаешь? Неужели тоже загремел?

   - Да нет,  на опознание привели... - не моргнув глазом, ответил Саве-
лий.  - Из нашей "хаты",  что ли?  - А черт их знает! Менты, что привели
меня,  стоят у другой "хаты" и что-то выясняют...  Все,  идут!  Пока!  -
быстро прошептал он и тут же захлопнул "кормушку".

   Чтобы поддержать версию Савелия,  Зелинский, который слышал последние
его слова, грозно прикрикнул:

   - А ну отойдите от камеры, свидетель! Кто позволил? Почему не смотри-
те за ним?  - Он так вошел в роль,  что даже полковник встрепенулся,  но
тут увидел смеющиеся глаза прокурора и тоже подыграл:

   - Виноват,  товарищ прокурор, недоглядел! - Ладно, достаточно, - про-
шептал Зелинский. - Ведите нас на кухню...

   Минут через пятнадцать они уже были в  подсобном  помещении  тюремной
кухни.  Выгнав посторонних,  полковник приказал пригласить Мартиросова к
прокурору, а сам тут же предупредительно вышел, чтобы не мешать. Прапор-
щик лихо откозырял и буквально через минуту ввел осужденного.

   - Мартиросов?  - спросил Зелинский.  - Валентин Александрович, двести
шестая,  часть вторая,  два с половиной года строгого режима! - привычно
отрапортовал тот и вопросительно уставился на двух штатских. - "Баклан",
значит? - усмехнулся Савелий. - О, начальник "по фене ботает"? - хмыкнул
тот и было непонятно, с одобрением или с сарказмом.

   - Я  представитель  прокуратуры  города,  а этот человек представится
сам, - кивнул Зелинский в сторону Савелия.

   - Инструктор музея ветеранов КГБ Заславский.

   - Интересно, для чего я вам понадобился, гражданин прокурор? - Марти-
росов уставился на Зелинского.

   - Узнал?  - улыбнулся он.  - Тем лучше. Надеюсь, не забыл, что ты мне
кое-чем обязан?

   - Что вы, гражданин прокурор, я вашего добра по гроб жизни не забуду!
- с горячностью подтвердил Мартиросов, - Чем могу вам помочь?

   - Не мне, а моему приятелю. - А мне без разницы.

   - Да,  нам действительно нужна ваша помощь, Валентин Александрович, -
подтвердил Савелий.  - Мы сейчас готовим праздничный стенд  к  юбилейной
дате,  и  у нас возникло затруднение с вашим дядей,  генералом Рассказо-
вым...

   - А что с ним случилось?  Я вроде слышал,  он за границу  сдернул?  -
Мартиросов брезгливо сплюнул.  Его первоначальное напряжение спало, едва
только он услышал, что ему ничего не угрожает. - Не мог подождать, чтобы
меня отсюда вытащить!

   - Ошибаетесь,  Валентин Александрович,  - мягко возразил Савелий,- Он
не "сдернул", как вы выразились, за границу, а пропал там без вести. Это
заслуженный генерал и, судя по всему, враги убрали его! - не без пафоса,
но с большим усилием врал Савелий.

   - Так что вы хотите с меня?  - заключенный удивленно посмотрел на Са-
велия:  как бы там ни было, всегда приятно слышать, когда так высоко це-
нят твоих родственников.

   - Так получилось, что в архивах не сохранилось ни одной приличной его
фотографии... - Савелий говорил так, что вряд ли нашелся бы человек, ко-
торый мог усомниться в его искренности.

   - И только-то?  - Мартиросов усмехнулся. - Когда со мной по-хорошему,
то и Март не откажет в содействии. Есть у меня его фотография. Кстати, в
мундире,  при всех наградах... он мне подарил ее в день моего шестнадца-
тилетия.

   - И где же она?  - нетерпеливо спросил Савелий, быстро переглянувшись
с Зелинским.

   - У меня.  С месяц назад попросил сестренку принести ее,  а то братва
не верила, что у меня родной дядюшка - генерал.

   - Неужели  тебе  разрешили  такое фото иметь при себе?  - недоверчиво
нахмурился Зелинский.

   - Скажете тоже,  гражданин прокурор!  Кто же разрешит такое держать в
личных вещах осужденного?  Конечно, же нет! Фотография хранится у отряд-
ного, капитана Селиверстова. - Он хитро уставился на Зелинского, доволь-
ный тем,  что смог за глаза польстить своему непосредственному начальни-
ку, от которого многое зависело здесь, в местах лишения свободы.

   - Я могу ее позаимствовать? На время! - тут же добавил Савелий. - Ес-
ли с возвратом,  то без проблем.  - Благодарю! - Савелий взглянул на Зе-
линского. - Разрешите? - Он вытащил из кармана пачку "Явы".

   - Минутку! - Зелинский взял пачку, открыл ее, осмотрел и только после
этого разрешил передать осужденному.

   - Вот спасибо! - обрадовался Мартиросов. - Если что еще нужно будет -
наведывайтесь. Март завсегда поможет!

   - Непременно. Можете идти! - ответил за Савелия Зелинский.

   Как только Мартиросов вышел, к ним вернулся полковник.

   - Ну как,  удачно? - поинтересовался он. - Почти... - уклончиво отве-
тил Зелинский. - Капитана Селиверстова можно видеть? - А сколько сейчас?
- Пятнадцать тридцать, а что? - Через полчаса он заступает на дежурство.
Может, ко мне на рюмку чая зайдем? - Полковник выразительно посмотрел на
Зелинского.

   - Разве только на полчасика,  и только на  рюмку  чая...  -  согласно
вздохнул Зелинский.

   Странные, до  боли щемящие чувства овладели Савелием,  когда он снова
шел по бутырским коридорам до административного корпуса. Эти вонючие ла-
биринты навевали такую тоску,  что хотелось завыть во весь голос.  Каза-
лось, что он снова под конвоем и уже никогда не сможет вырваться отсюда.
Сколько  же  народу прошло через это тюремное сито?  Сколько проклятий и
стонов слышали эти стены? Сколько поломанных судеб и жизней видели они?

   Савелий настолько был погружен в свои мысли,  что очнулся только тог-
да, когда в кабинет вошел высокий, худощавый, похожий на туберкулезника,
капитан. - Вызывали, товарищ полковник? - Да, Серафим Петрович. Принеси-
те сюда личные вещи осужденного Мартиросова!

   - Что-то случилось?  - напряженно спросил капитан,  подумав,  что его
ожидают неприятности.

   - Ничего не случилось,  - с добродушной улыбкой заверил Зелинский.  -
Просто нам нужна фотография,  которая хранится в его личных вещах. Между
прочим, с согласия самого осужденного! - добавил он с той же улыбкой.

   - Господи!  Да я бы вам ее и без всякого согласия выдал, - облегченно
воскликнул капитан.

   - А без согласия нельзя!  - строго заявил Зелинский. - Только по пос-
тановлению суда. Это, между прочим, вам положено знать по должности.

   - Я,  конечно же,  знаю об этом,  но фотографии людей в военной форме
держать осужденному не положено, - упрямо возразил Селиверстов.

   - Ладно,  хватит о юридических тонкостях.  Несите фото! - прервал его
размышления прокурор.

   Вскоре они уже держали в руках фотографию генерала Рассказова. На них
смотрело упрямое сердитое лицо уставшего человека.  Его умные глаза, ка-
залось,  говорили,  что этот человек знает что-то такое,  о чем не знает
никто.

   Когда они  вернулись в прокуратуру,  цветной ксерокс с фотографии был
готов через несколько минут.

   - Никогда не думал, что его фотографию я найду у вас, - признался Са-
велий.

   - Чем еще могу быть полезен? - улыбнулся Зелинский.

   - Спасибо, вы и так столько времени на меня потратили...

   - Ты это брось!  - сердито оборвал его Зелинский.  - Какие могут быть
счеты между нами,  бывшими "афганцами"?  К тому же я у тебя в неоплатном
долгу.  - Почему?  - удивился Савелий.  - Только благодаря тебе я сейчас
нахожусь здесь. - Не понял...

   - Когда я тебя незаслуженно обидел в зоне...  -  начал  Зелинский.  -
Помнишь?

   Савелий пожал плечами и Зелинский продолжил:

   - Ты ничего не сказал, а просто посмотрел мне в глаза, но это был та-
кой взгляд,  что я несколько ночей не мог спокойно спать!  А потом  жена
сказала,  что  ты тоже "афганец",  и я решил во что бы тони стало разоб-
раться в твоей истории.  Ты помог мне подняться над самим собой!  Перес-
мотреть свою жизнь! - Он в волнении стал ходить по кабинету.

   - Но вы сами все для себя решили,  причем же здесь я? - Савелий вновь
пожал недоуменно плечами.

   - Как причем?  Именно благодаря тебе я и смог это сделать! Бели бы не
ты, то я, возможно, так и прозябал бы в местах не столь отдаленных и по-
тихоньку спивался бы там...

   - Каждый человек идет к той цели, какая у него написана на роду. Рано
или поздно вы все равно бы восстали против того, чем тогда занимались.

   - Рано  или  поздно!  -  перебил Зелинский.  - Но благодаря тебе - не
поздно!

   - Во всяком случае,  спасибо вам за помощь!  -  Савелий  улыбнулся  и
крепко пожал Зелинскому руку. - Я пошел... - Если что, обращайся, - бро-
сил тот на прощанье. - Непременно!

   Как только Савелий пришел к себе домой,  то сразу же набрал номер Бо-
гомолова:

   - Константин Иванович,  можете дать отбой по фотографии нашего общего
знакомого!  - Как?  - с удивлением воскликнул генерал.  - Она уже у меня
есть. - Каким образом? Ты уверен, что на ней изображен именно он? - Да.

   - Хорошо,  в  восемнадцать тридцать жду у себя!  - Генерал явно горел
желанием узнать подробности.

   - Непременно!  - Савелий положил трубку, подошел к кушетке и с огром-
ным удовольствием растянулся на ней.  Сейчас ему казалось, что посещение
Бутырок было во сне,  но настолько реальном,  что тюремный специфический
запах засел у него в носу.

   Как же повезло ему с этим походом в Бутырки! Хорошо, что он обратился
к Зелинскому.  Мало того,  что удалось найти фотографию Рассказова,  так
еще и встретил Никиту,  который лишний раз убедил его в правильности ре-
шения по поводу Леши-Шкафа.  Этот "шкаф" ему очень  сильно  задолжал!  И
должен за это ответить!  Слишком он задержался на этой земле,  как и его
Лолита.  Пора и на покой...  Савелий не "накручивал" себя:  у него и так
было достаточно оснований вынести свой приговор.

   Теперь нужно  подумать о цепочке,  которая может привести к тем,  кто
похитил в свое время его самого.  Какие у него есть  ниточки?  Наверняка
похитители как-то были связаны с больницей. Иннокентий рассказывал о се-
рии странных убийств в больнице: был убит доктор, который был единствен-
ной ниточкой к похитителям или к их сообщникам, постовой милиционер, ко-
торый наверняка оказался случайным свидетелем преступления,  или на свою
беду увидел кого-то,  кто не хотел "светиться". Значит, нужно начать по-
иски с самой больницы, найти санитарную машину, на которой его вывезли к
той даче. Кстати, неплохо было бы прощупать и дачу: наверняка ею пользо-
вались не единожды!

   Он взглянул на часы:  до встречи с Богомоловым времени было предоста-
точно. Савелий включил телевизор и вдруг услышал мелодию, которую слышал
на той самой даче, где он некоторое время находился в беспамятном состо-
янии. Савелий закрыл глаза и попытался настроить себя на то время. И это
принесло результат: Савелий явственно услышал два голоса.

   "Как ты думаешь, Хитрован, он не отдаст концы, пока мы его не обменя-
ем?" Голос был бархатистым,  красивым,  с явным акцентом,  скорее всего,
американским. Точно, американец!

   "Ничего, парень крепкий - выдюжит!  - Этот голос был хрипловатым, по-
добострастным. - Вы извините, Красавчик-Стив... не возражаете, что я вас
так называю?"

   Красавчик-Стив! Теперь Савелий все вспомнил.  С Красавчиком-Стивом  у
него  еще  будет  возможность пообщаться,  когда он отправится на поиски
Рассказова.  Сейчас его больше интересовал тот, по кличке Хитрован. Судя
по всему,  он принадлежит к криминальным структурам,  а значит,  на него
можно выйти через того же Лешу-Шкафа. Впрочем, и Леша не нужен: вспомнив
голоса, Савелий вспомнил и внешность Красавчика-Стива и Хитрована. А уз-
нать его имя и адрес ничего не стоит.

   Выходит, люди Рассказова используют местных "авторитетов". Хотя, если
хорошенько поразмыслить,  на кого еще они могут опереться? С них и спро-
сить можно, не то что с чиновников!

   Сейчас, когда многое прояснилось,  нужно было  решить:  приступить  к
"чистке",  как  Савелий мысленно назвал свою будущую работу,  немедленно
или дождаться перемены своей внешности.  После недолгих размышлений,  он
понял, что в ожидании "смерти", возможно, пройдет не один день. А сидеть
и ждать у моря погоды - не в его духе.

   Савелий отодвинул от стены диван,  залез за обшивку и вытащил неболь-
шую коробку.  В ней он держал оружие и спецснаряжение, о котором напоми-
нал Богомолов. Он откинул крышку и достал из коробки предмет, напоминаю-
щий обыкновенную авторучку. Она стреляла тончайшими четырехсантиметровы-
ми иголками,  которые выкидывались мощной пружиной.  Скорость их  полета
была  такой большой,  что стальная игла спокойно пробивала даже берцовую
кость. Немного подумав, он взял еще очки-монитор и авторучку-камеру.

   Он уже хотел уходить,  но подумал о Воронове. Чтобы тот не беспокоил-
ся, Савелий написал ему записку:

   "Пошел прогуляться, вернусь поздно вечером. Рэкс".

   Первым делом  он  направился к телефону-автомату и набрал номер клуба
"Виктория".  Трубку взяла сама Лолита.  Изменив голос, Савелий с ужасным
акцентом попросил к телефону Лешу-Шкафа.

   - Извините,  а кто его просит? - любезным тоном поинтересовалась она.
- Судя по голосу,  вы,  вероятно,  приехали из-за границы? - Да, вы пра-
вильно определять. Я иметь такой мой ужасный русски! Я от Лондон. Роберт
Максвелл.

   - О,  вашего звонка он давно ожидает! - Савелий с трудом удержался от
смеха:  как быстро она "гнет подковы"! - По всему видно, что вы давно не
звонили ему.  Здесь он почти не бывает:  его офис расположен на  Большой
Полянке,  тридцать четыре... Пожалуйста, запишите телефон, сейчас он как
раз должен быть на месте.

   Савелий вежливо поблагодарил "столь любезную леди с  фантастик  голо-
сом" и обещал обязательно нанести ей визит.

   Офис на Большой Полянке был знаком Савелию: о нем довольно часто упо-
минал ЛешаШкаф в разговорах с Лолитой.  Он взглянул на  часы.  Если  Ле-
ша-Шкаф не изменил своих привычек,  то там он будет еще не меньше сорока
минут.  Что ж,  этого времени как раз достаточно, чтобы успеть навестить
Лолиту, которая наверняка звонит сейчас "своему милому", чтобы предупре-
дить о приезде какого-то англичанина по имени Роберт Максвелл.

   Хорошо зная Лешу-Шкафа,  Савелий предположил,  что тот сейчас же зай-
мется поисками в своих записях заметок об этом англичанине. На это уйдет
минут тридцать, а значит, у Савелия будет уже более часа. И поэтому пер-
вым делом - Лолита!

   Он остановил  частника  и назвал улицу рядом с клубом "Виктория".  Он
знал, как выманить Лолиту из клуба, и потому не занимал этим свои мысли:
сейчас он больше раздумывал над планом возмездия Леше-Шкафу...


Хитрости Рассказова

   После того памятного дня, когда Мэтьюз сообщил Рассказову о Малайзии,
прошло двое суток. С десяток боевиков, возглавляемых Красавчиком-Стивом,
добросовестно сидели в засаде и терпеливо ожидали самолета.

   Инструкция Красавчика-Стива была коротка и проста:  "сидеть тихо и не
подавать признаков жизни!" Запрещалось курить даже в ночное время.

   Они сидели попарно вокруг небольшой, тщательно замаскированной взлет-
но-посадочной полосы. Каждый имел с собой питание на три дня и достаточ-
но  боеприпасов,  хотя  все были предупреждены,  что операцию желательно
провести без шума и в любом случае сберечь "живой товар",  находящийся в
самолете.

   Чтобы не  привлечь  любопытных  глаз,  даже Красавчик-Стив не решился
рисковать,  проверяя посты.  И только во вторую ночь дежурства, соблюдая
максимальную осторожность,  он тихо обошел и подбодрил шепотом своих лю-
дей.  Эта проверка убедила его лишь в одном:  если еще пару дней им при-
дется лежать в засаде,  то он не сможет гарантировать успешного выполне-
ния операции.

   Хуже всех приходилось тем,  кто сидел у самой кромки взлетно-посадоч-
ной  полосы.  Таких групп было две:  одна - в начале полосы,  другая - в
конце, потому что было неизвестно, с какой стороны самолет пойдет на по-
садку. Этим группам было тяжело потому, что им пришлось зарыться в землю
и сверху замаскироваться ветвями. Все это делалось глубокой ночью, после
тщательного осмотра территории. В каждой группе был снайпер.

   Тянулись томительные  часы ожидания.  Сначала,  боясь навлечь на себя
неприятности,  все сидели тихо и не разговаривали, но с каждым часом вы-
нужденное  безделье  ослабляло  дисциплину,  и боевики начали потихоньку
рассказывать друг другу всякие забавные истории, стараясь скоротать вре-
мя. Именно в эту ночь КрасавчикСтив и сделал проверку. Эти разговоры так
его возмутили,  что он едва не прибил первого же нарушителя,  но ограни-
чился лишь руганью и придуманной на ходу историей: дескать, ему пришлось
убрать одного любопытного,  который услышал их трепотню.  Как бы там  ни
было, но внушение подействовало.

   Третьей ночи  ждать  не  пришлось:  где-то около двенадцати часов дня
стали прибывать машины с людьми.  Красавчик-Стив сразу же понял, что са-
молет  прибудет сегодня.  Он порадовался тому,  что столь много внимания
уделил маскировке своих боевиков: наткнись хозяева полосы на засаду, вся
операция полетела бы к чертовой матери, потому что у прибывших были пор-
тативные рации, наверняка связанные с самолетом.

   Чужаки внимательно осмотрели все вокруг и лишь случайно не наткнулись
на одну из групп. Те уже приготовились открыть огонь, но, к счастью, все
обошлось. Прибывших было пятеро, они были вооружены израильскими автома-
тами "узи". Плотный, небольшого роста, парень лет тридцати, был за стар-
шего:  к нему подходили остальные и докладывали, что вокруг все "чисто".
Получив последний отчет,  старший что-то сказал по рации:  скорее всего,
сообщил на борт, что можно спокойно совершать посадку.

   Красавчику-Стиву со слов летчика было  известно,  что  приземлившийся
самолет  не  сможет сразу же взлететь,  пока его не дозаправят.  Значит,
где-то рядом находится автозаправщик.  Об этом тоже подумали:  еще  одна
группа следила за единственной дорогой, ведущей к полосе.

   Самолет должен  был вот-вот появиться.  Красавчик-Стив надеялся,  что
его боевики не подведут.

   Действительно, ждать долго не пришлось:  вскоре высоко в небе  послы-
шался шум моторов,  что означало для всех "готовность номер один".  Кра-
савчик-Стив покрылся от волнения потом,  его сердце так  сильно  колоти-
лось, словно он только что пробежал стометровку на рекорд.

   Стив осторожно раздвинул ветки и с радостью обнаружил,  что старший с
двумя своими людьми стоит в пяти метрах. Он кивнул напарнику, а сам взял
на мушку старшего.

   Рокот двигателей  становился  все громче и громче.  Наконец показался
самолет. Это была небольшая десятиместная двухмоторная машина с коротким
разбегом при посадке и при взлете.

   Как только  шасси самолета коснулось земли,  троица сразу же направи-
лась в его сторону.  Красавчик-Стив понял, что если они сейчас их не ос-
тановят,  то потом это будет сделать гораздо труднее. Не медля ни секун-
ды,  он открыл огонь и с облегчением услышал,  как его поддержали другие
боевики, которые расправлялись с остальными. В отдалении также слышалась
перестрелка:  подключилась группа,  в задачу которой входил захват авто-
заправщика.

   Бой был  стремительным  и закончился в считанные секунды:  все пятеро
охранников даже не успели сообразить,  что происходит, как повалились на
землю,  изрешеченные пулями. Те, кто находился в самолете, то ли не слы-
шали выстрелов, то ли до них не дошло, что происходит на земле. Едва са-
молет  остановился,  как оттуда спустили металлический трап,  а в проеме
двери показался боевик с автоматом в руках.

   Красавчик-Стив даже не обратил на него внимания:  его должен был  уб-
рать один из снайперов. И действительно, не успел боевик толком рассмот-
реть,  что происходит, как меткий выстрел поразил его прямо в голову. Он
вывалился наружу, гремя автоматом по ступенькам трапа.

   К самолету  устремились  боевики КрасавчикаСтива,  а он сам несколько
замешкался,  споткнувшись о корень. Это спасло ему жизнь. Старший группы
оказался еще живым и,  с трудом подняв автомат,  выпустил очередь.  Нес-
колько пуль, предназначенных Стиву, впились в грудь его напарнику, и тот
снопом повалился на землю.

   Красавчик-Стив уже успел вскочить на ноги и с ожесточением разрядил в
стрелявшего всю обойму.  Когда патроны кончились,  он отбросил автомат в
сторону и медленно направился в сторону самолета.

   Окруженный боевиками самолет казался безжизненным,  но вскоре из него
послышался тихий детский плач.  Красавчик-Стив подошел  ближе  и  громко
крикнул:

   - Предлагаю выйти с поднятыми руками и без оружия: будет шанс остать-
ся в живых!  И не советую причинять детям вред: пощады не будет, - с уг-
розой добавил он.

   Несколько минут  стояла  такая напряженная тишина,  что каждый слышал
биение своего сердца.  Так долго продолжаться не могло, и Красавчик-Стив
уже хотел отдать команду на штурм, как вдруг из кабины самолета раздался
хриплый баритон:

   - Вы действительно ничего не сделаете со мной?

   - Гарантирую!  Более того, если захочешь, будешь работать с нами. Мо-
жешь мне поверить на слово: мой Хозяин оценивает труд своих людей гораз-
до лучше,  чем кто бы то ни было,  и умеет ценить преданность. - Красав-
чик-Стив старался говорить спокойно и убедительно.

   - Хорошо, не стреляйте, я выхожу. - В двери показался огромный детина
под два метра ростом. Его широкое лицо пересекал рваный шрам.

   - Ого! Кто это тебя так разукрасил? - усмехнулся Красавчик-Стив.

   - На этом свете его уже нет!  - спокойно ответил верзила,  держа руки
на затылке.  - Так что вы собираетесь со мной сделать? Может, твои слова
были просто уловкой, чтобы выманить меня из самолета?

   В его голосе не было ни страха, ни мольбы. Он знал себе цену и не хо-
тел опускаться до унижений.

   - Красавчик-Стив, как и его Хозяин, всегда держит свое слово! - с ап-
ломбом заявил Стив. - Спускайся, будем знакомиться.

   - Вот и хорошо! Мне бы не хотелось убивать такого красавца.

   - Ну ты и шутник?  - рассмеялся Красавчик-Стив, и его смех подхватили
остальные.  - Мне нравится твое нахальство.  Ты не только не робеешь под
дулами десятка автоматов,  но еще и думаешь о том,  чтобы кого-то убить.
Ха-хаха!

   Неожиданно верзила взмахнул рукой, и в дерево, совсем рядом с головой
Красавчика-Стива, впился десантный нож. Это было проделано так виртуозно
и с такой скоростью, что КрасавчикСтив остался стоять с открытым от сме-
ха ртом, а никто не успел и пальцем пошевелить.

   - Теперь веришь? - спокойно спросил парень.

   - А если бы ты  промахнулся,  кретин?  -  вскрикнул  наконец  Красав-
чик-Стив.

   - Тогда  бы попал...  - со вздохом сказал верзила,  потом поморщился,
покачал головой и добавил:  - Хотя и маловероятно:  в игральную карту  с
десяти метров попадаю десять раз из десяти.

   - Эк тебя занесло!  - усмехнулся КравчикСтив.  Он еще не совсем опра-
вился от животного страха,  посетившего его дважды в течение  нескольких
минут:  сначала его едва не сразила автоматная очередь,  потом нож прос-
вистел у него над ухом... Он решил поставить на место этого парня. - Ес-
ли ты в себе так уверен, хочешь пари?

   - Почему бы и нет? - Тот спокойно пожал плечами. - Но сначала мне хо-
телось бы напомнить про детишек в самолете: они напуганы перестрелкой, а
у одного животик болит...

   - Клиф,  - повернулся Красавчик-Стив к одному из своих боевиков. - Вы
с напарником займитесь детьми.  Всех в машину - и  вперед.  Минут  через
двадцать мы вас догоним...

   Боевики бросились исполнять приказание, а Красавчик-Стив вновь повер-
нулся к верзиле.  - У кого-нибудь карты есть? - спросил он. - Вот, - тут
же отозвался один из боевиков, протягивая колоду.

   Стив вынул пикового туза, прикрепил к дереву и отсчитал десять шагов,
стараясь шагать как можно шире.

   - Если все десять раз попадешь в карту,  я не только замолвлю за тебя
словечко перед Хозяином, но и вручу тебе пять сотен зелененьких...

   - А если... - начал верзила, но КрасавчикСтив его тут же перебил:

   - А если хотя бы раз промахнешься,  то три месяца будешь отдавать мне
половину своего жалованья и три дня в неделю работать на меня.  Ну  как,
принимаешь условие?

   - Почему бы и нет?  - спокойно сказал парень, пожав плечами. Он выта-
щил из дерева свой нож и встал на десятиметровую отметку.  Не целясь, он
взмахнул рукой - и нож, просвистев в воздухе, вонзился в карту. Так пов-
торилось все десять раз.

   Вначале Красавчик-Стив ехидно улыбался, но к концу испытания его лицо
покрылось испариной.  Верзила же оставался уверенным и спокойным, словно
это все его не касалось.

   - Должен признаться,  приятель, тебе удалось удивить меня! - заявил с
восхищением Красавчик-Стив. - Кстати, как тебя зовут?

   - Если по кличке, то Тайсон, а на самом деле - Рональд...

   - Тайсон? - переспросил Красавчик-Стив и критически осмотрел его. - А
что,  очень даже подходит.  Ладно,  поехали! А ты останься у самолета, -
сказал он тому, что подавал Тайсону нож. - Через пару часов тебя сменят.

   Все прошло удачно? - заметил Рассказов, едва увидел своего любимчика.

   - Вы правы.  Хозяин, десять детишек находятся под наблюдением медиков
и нянек,  - бодро подтвердил Стив.  - Но у меня для вас есть и еще  один
сюрприз! - Он загадочно улыбнулся.

   - Не тяни!  - бросил Рассказов. - Удалось заполучить отличный экземп-
ляр в вашу охрану:  с десяти метров десять раз играючи пришпиливает туза
ножом к дереву!  - восхищенно доложил Красавчик-Стив. - А рост! По срав-
нению с ним я коротышка. Два с лишним метра!

   - Он здесь? - заинтересовался Рассказов. - С охраной. - Давай его сю-
да.

   Красавчик-Стив нажал на кнопку пульта. - Приведите Тайсона...

   - Тайсона? - усмехнулся Рассказов. - Уж не из тюрьмы ли бежал чемпион
мира?

   - Нет,  настоящий Тайсон продолжает отбывать срок: его вроде в апреле
или мае хотят выпустить,  а этот... - Красавчик-Стив даже причмокнул гу-
бами.

   В этот момент в дверь кабинета постучали. - Можно?

   - Попробуйте! - с усмешкой бросил Рассказов.

   Дверь открылась,  и в комнату вошел новенький.  Рассказов даже привс-
тал.

   - Да,  ты действительно нисколько не преувеличил.  Стив. Значит, Тай-
сон? - Так точно. Хозяин! - Хочешь работать со мной? - Было бы глупо от-
вечать, не зная условий... - осторожно заметил тот.

   - Начинается! - рассердился КрасавчикСтив. - Ты же сам согласился!

   - А как не согласишься,  если на тебя с десяток автоматов направлено?
- хмыкнул Тайсон.

   - А ведь он прав, - заметил Рассказов. - Ладно, спрашивай!

   - Меня интересуют только два вопроса:  что за работа и сколько за нее
платят. - И все? - удивился Рассказов. - Все.

   - Работа - охранять! Кого? Это пока не столь важно, не так ли? - Так,
- согласился тот.  - А оплата... для начала тысячу баксов. - В неделю? -
В месяц.

   - Но я получал полторы в неделю! - Но ты всегда получал только полто-
ры в неделю, не так ли? - многозначительно заметил Рассказов.

   - Понял! Я согласен, - быстро смекнул Тайсон.

   - Вот,  Красавчик, можешь отметить для себя, что умный и немногослов-
ный человек почти всегда выигрывает! - Рассказов снова повернулся к Тай-
сону: - Ты будешь получать две штуки в неделю и будешь всегда при мне!

   - Господи, Хозяин, да за такие бабки я за тобой в сортир ходить буду!
- воскликнул тот.

   - Я не люблю, когда меня называют на "ты"! - сразу нахмурился Расска-
зов.

   - Прошу прощения.  Хозяин, от радости вырвалось. - Тайсон тут же стер
с  лица  улыбку.  - С этим разобрались...  Ты что же,  так сильно любишь
деньги?  - неожиданно поинтересовался Рассказов. - Люблю? - Верзила даже
обиделся. - Я их ненавижу! - Не понял?

   - Они  мне  нужны лишь для того,  чтобы оплачивать учебу моей дочки и
лечение ее матери, с которой мы уже несколько лет в разводе. Она под ма-
шину  попала  и повредила себе позвоночник.  - Он вздохнул.  - Почему вы
спросили об этом?

   - Я подумал,  что, если ты так любишь деньги, кто-то может предложить
тебе  больше и ты переметнешься к другому хозяину,  - откровенно ответил
Рассказов.

   - Нет, Хозяин, такого быть не может, - твердо возразил Тайсон.

   - Это почему же? Сейчас же ты перешел ко мне...

   - Во-первых,  вы оказались сильнее, и я не перебежал к вам, а был вы-
нужден подчиниться силе.  Но это только сначала... - А теперь? Что изме-
нилось теперь?  - Теперь я познакомился с вами и понял,  что вы умный  и
справедливый человек. Это вовторых...

   - Что, есть и в-третьих? - Рассказов усмехнулся.

   - Есть. Дело в том, что вы узнали о моей дочери... - Он взглянул пря-
мо в глаза Рассказову.

   - А твои бывшие хозяева разве не знали о ней?

   - Вы первый, кому я рассказал об этом. - Почему?

   - Просто вы мне понравились: со мной еще никто так не разговаривал. -
Как?  - По-доброму...  - Хорошо,  иди,  тебя проводят в твою комнату.  -
Рассказов вдруг смутился от таких признаний,  нажал кнопку на пульте.  -
Покажите Тайсону комнату моего личного телохранителя и объясните все на-
ши порядки.

   - Спасибо вам. Хозяин! - тихо проговорил Тайсон, потом вдруг спросил:
- Я могу обратиться к Красавчику-Стиву? - Валяй.

   - Извини, бригадир, тебя не очень разорит, если я сейчас попрошу вер-
нуть мне долг?

   - Какой долг? - удивился Рассказов еще больше. - Разве вы были знако-
мы раньше?

   - А, ты имеешь в виду пари? - КрасавчикСтив поморщился. - Какое пари?
- спросил Рассказов.  - Я поспорил о том,  что он не поразит десять  раз
карту...

   - Интересно,  кто предложил это пари? - Я, - вздохнул Красавчик-Стив.
- Так почему же ты до сих пор не расплатился?  - Рассказов был явно раз-
досадован.

   - Долг состоял из двух частей:  замолвить словечко о нем перед вами и
отдать пять сотен баксов. Первую часть я выполнил, а вторая просто выле-
тела из головы. - Красавчик-Стив смущенно вздохнул.

   - Так вот, чтобы в следующий раз такие вещи у тебя не вылетали из го-
ловы, отдашь ему долг в тройном размере, - тихо проговорил Рассказов.

   - Без проблем! - облегченно вздохнул Стив, ожидая большего наказания.
Он вытащил бумажник и отсчитал пятнадцать сотен. - Я действительно вино-
ват, извини, приятель. - Хозяин, я не могу взять то, что мне не причита-
ется, - возразил Тайсон. - Выходит, что я как бы подставил его перед ва-
ми...

   - Ничего не выходит!  - резко оборвал Рассказов. - Мои решения не об-
суждаются, а выполняются сразу и в точности!

   - Бери-бери, я не в обиде, - с улыбкой бросил Красавчик-Стив.

   - Тогда  ладно...  - Тайсон взял деньги и смущенно сунул в карман.  -
Можно идти?

   - Иди, дорогой, иди! - подмигнул ему Рассказов, и Тайсон сразу вышел.

   - И как это вы ему сразу поверили? - удивился Красавчик-Стив.

   - Я поверю до конца,  когда ты предоставишь  мне  подтверждения,  что
рассказ о его семье - не вымысел! - тихо ответил Рассказов. - Понял! Все
будет сделано. - Проверь нашу клиентуру по захваченным детям, потом свя-
жись с Вонгом и скажи, что мы наконец-то стали партнерами.

   - Шеф,  по детям могу доложить сразу же,  - заявил Красавчик-Стив.  -
Ну?

   - Четыре семьи уже месяц ждут не дождутся "прибавления".  В одной го-
товы  полмиллиона  баксов выложить за мальчонку!  - С чего это вдруг?  -
удивился Рассказов. - Точно не знаю, но это связано с громадным наследс-
твом.

   - Тогда понятно! - Рассказов задумался. - Ты вот что, выбери из дети-
шек кого похуже и облагодетельствуй  жаждущих.  Нужно  помогать  ближним
своим! - Он подмигнул, и Красавчик-Стив тут же вышел из кабинета.

   Что ж,  если  и Тайсон окажется таким же ценным приобретением,  как и
Мэтьюэ,  успевший принести ощутимую пользу, то можно считать, что в пос-
леднее  время ему чертовски везет на людей.  Во всяком случае,  пока все
складывается весьма удачно.  Теперь можно спокойно заняться и "восточным
коридором".  Он взял телефонную трубку, набрал номер и, как только услы-
шал голос, сказал два слова: - Готов принять!

   - Прекрасно! Мне нравится, когда партнер держит слово. Где и когда? -
ответил барственный голос.

   - Там же, где и договаривались, минус час от времени прошлой встречи.

   - Прекрасно! - В трубке раздались короткие гудки, и Рассказов раздра-
женно бросил трубку:  - Свинья!  Цедит сквозь зубы,  словно я ему что-то
должен!  Ну ничего,  дай срок:  придется и тебе потесниться. - Рассказов
брезгливо усмехнулся.

   Он подошел к сейфу, нажал сначала на кнопку, блокируюшую вход в каби-
нет,  после  чего набрал код и открыл дверь сейфа.  За ней оказалась еще
одна дверка,  но на ней,  кроме небольшого красноватого пятнышка, ничего
не было.  Рассказов плотно прижал большой палец правой руки к этому пят-
нышку,  и через пару секунд раздался электронный голос:  - Идентификация
произведена.  Тут  же дверка медленно отворилась,  открывая внушительную
камеру, наполненую пачками стодолларовых купюр в банковских упаковках.

   До встречи оставалось около сорока минут, а чтобы добраться до места,
было нужно не более двадцати.  Времени оставалось предостаточно, и Расс-
казов не торопясь начал набивать  долларами  внушительный  металлический
дипломат.

   Этого франта, с которым он только что говорил по телефону, ему не хо-
телось упускать, потому что он, если покупатель брал кокаин оптом, свыше
пятидесяти  килограммов,  отдавал килограмм за двадцать пять тысяч,  что
было почти на пятнадцать процентов ниже цен других поставщиков.

   В самый последний момент Рассказов,  не желая рисковать  по-крупному,
решился только на пятьдесят килограммов. Уложив миллион двести пятьдесят
тысяч, он аккуратно прикрыл дипломат, набрал код и пристегнул наручник с
цепью из стали.

   Этот чемоданчик  был  сделан  по специальному заказу:  его можно было
открыть только "родным" ключом. Попытки открыть его по-другому не только
превращали в пепел содержимое,  но и включали хитрый механизм,  который,
взорвавшись, мог уничтожить взломщика.

   Взглянув еще раз на часы.  Рассказов тщательно закрыл сейф, разблоки-
ровал  входную дверь и вызвал начальника службы безопасности Дика Бенне-
та.  Это был невысокий мужчина лет сорока,  познавший не  только  работу
"солдата удачи", но и тюрьму. Он был молчалив, угрюм, но его опыт и цеп-
кий взгляд не единожды сослужили хорошую службу Рассказову.  Он  всецело
доверял Дику, но и тот был предан Хозяину как собака.

   - Как жизнь,  дорогой? - спросил Рассказов, едва Дик переступил порог
кабинета.

   - Спасибо, Хозяин, все в норме, - сухо ответил он. - Есть дело?

   - Да,  ты угадал, как всегда. Но на этот раз мне придется самому при-
быть на встречу.  Так что позаботься о сопровождении. - Новенького взять
с собой? - Ты имеешь в виду Тайсона? А что, неплохая мысль, - согласился
Рассказов.  - Однако не думаю,  что ему стоит дать боевые патроны. - Это
как полагается,  шеф! - чуть усмехнулся Дик. - А с этим как? - кивнул он
на дипломат.

   - Все как обычно,  - заверил Рассказов.  - Понял! - Дик защелкнул на-
ручник на своей левой руке.  - Ого, более миллиона? - заметил он, прики-
дывая чемоданчик на вес.

   - Ты, как всегда, прав: миллион с четвертью. Пошли!

   Они выехали на трех машинах.  Рассказов с Диком, Тайсоном и еще одним
боевиком ехали в "Мерседесе-600", а два БМВ, в каждом по пяти охранников
прикрывали "мерседес" спереди и сзади.

   Встреча должна  была  состояться на одном из арендованных Рассказовым
складов. Когда они приехали, партнеры уже ожидали их. В центре полукруга
из  трех  новейших синих "вольво" таким же полукругом стояли шесть чело-
век,  вооруженных автоматами.  Это была  отработанная  ристема  подобных
встреч.  На всякий случай Рассказов приказал остановиться метрах в двад-
цати от партнеров, внимательно осмотрелся, но засады не обнаружил. В его
машине был установлен громкоговоритель, и Рассказов, взяв микрофон, спо-
койно сказал:

   - Приветствую тебя.  Артист! Мне показалось, что ты не в духе. Или мы
чем-то виноваты перед тобой? И на встречу вроде не опоздали...

   Из машины, стоящей в центре, вылез стройный парень лет тридцати пяти.
Он был одет в элегантный малиновый костюм,  переливающийся в свете  про-
жекторов,  на шее висела мощная золотая цепь с католическим крестом,  на
правой руке поблескивал огромный перстень с рубином.  Его  действительно
можно было принять за служителя Мельпомены, свое прозвище он оправдывал.

   Радушно улыбнувшись,  он громко сказал: - Прошу извинить, но это ни в
коем случае не относится к вам:  обычная дань предосторожности. - Он вы-
тянул руки вперед и пошел навстречу приехавшим.

   Этот жест несколько успокоил Рассказова.  Он тоже вышел из машины, за
ним моментально последовал сначала Тайсон,  затем  и  остальные.  Каждый
держал оружие наготове.

   Рассказов двинулся  навстречу Артисту,  приказав своим телохранителям
оставаться на месте.  Партнеры встретились точно посередине между своими
командами.

   - Здравствуй,  дорогой!  - чуть высокомерно проговорил Артист, стоя с
вытянутыми руками. Он словно предоставлял старшему самому выбрать манеру
общения между ними.

   - Здравствуй!  - улыбнулся Рассказов и тоже протянул вперед обе руки.
Со стороны могло показаться,  что закадычные  друзья  встретились  после
долгой разлуки. На самом деле они лишь присматривались, пытались опреде-
лить свое отношение друг к другу.  Наконец они обменялись рукопожатием и
Артист спросил:

   - Надеюсь, с наличными не будет затруднений?

   - В этом вопросе у меня никогда не бывает затруднений,  - с многозна-
чительной улыбкой заверил Рассказов.  - А, я надеюсь, у вас их не бывает
с товаром?

   - Разумеется!  -  улыбнулся Артист.  - Хотите оценить?  - Если вас не
затруднит...  Артист повернулся и щелкнул пальцами.  От машины отделился
человек с дипломатом и быстро направился к ним.  Рассказов кивнул, голо-
вой, и из его машины вышел пожилой тщедушный человек с небольшим саквоя-
жем в руке.

   Как только они подошли, парень Артиста открыл дипломат и достал поли-
этиленовый пакет с белым порошком.  Пожилой открыл свой  саквояж,  вынул
оттуда  какой-то  прибор,  сделал небольшой надрез на пакете,  подхватил
стеклянной трубкой немного порошка и высыпал в пробирку с жидкостью, по-
том взболтнул ее, посмотрел на свет и повернулся к Рассказову.

   - Отличное качество! - заметил он, закрыл саквояж и тут же удалился.

   - Дерьма не держим! - самодовольно заметил Артист.

   - Нисколько не сомневаюсь. Как и договаривались - пятьдесят килограм-
мов? - уточнил Рассказов. - Могу и больше!

   - Позднее возьму и больше. Если все пойдет так, как я задумал, то ки-
лограммов по двести в месяц я смогу брать. - Рассказов заметил, что наз-
ванная цифра несколько ошеломила его партнера. - И это не предел. Далеко
не предел!

   - Вижу, что не ошибся в вас. С такими объемами возможна скидка до де-
сяти процентов!

   - Это само собой разумеется,  - спокойно ответил Рассказов, потом по-
дал условный знак. Из машины вылез Дик с чемоданчиком в руке.

   Артист тоже подал знак, и к ним устремился парень с двумя объемистыми
порфелями в руках.

   - Если ты.  Артист,  не против,  мне бы хотелось оставить чемоданчик.
Это  подарок любимой женщины!  - Рассказов хитро подмигнул.  Трудно ска-
зать, насколько Артист ему поверил, но понимающе улыбнулся.

   - Без проблем!  - и обратился к своему боевику:  - Барт,  принеси мой
дипломат.  - Считать будешь?  - спросил Рассказов. - Если мы с первой же
встречи не будем доверять друг другу...  - мягко улыбнулся Артист. Расс-
казов сразу заметил, что тон Артиста сильно изменился, как только он ус-
лышал об объемах товара,  которые ему предложили поставлять. Барт быстро
перебросал тугие пачки в дипломат Артиста. - Все в порядке?

   - Более чем!  - подмигнул Артист. - Может, выпьем шампанского в честь
первой удачной...  - Он хотел сказать "сделки",  но Рассказов переиначил
его мысль на свой лад:

   - ...В честь приятного знакомства? Не возражаю.

   Парень быстро сбегал к машине и принес бутылку шампанского и пару фу-
жеров.

   - Будем! - провозгласил Артист, поднимая фужер.

   - Будем!  - подхватил Рассказов.  Выпив,  оба,  словно  сговорившись,
хлопнули фужеры о землю, кивнули друг другу на прощанье и, довольные со-
бой, направились к своим машинам.

   Рассказов был уверен,  что Артист, едва сядет в машину, сразу же при-
мется считать полученные деньги, и он не ошибся.

   - Доверяй,  но проверяй!  - хмыкнул Артист, едва они отъехали, и стал
не торопясь считать пачки стодолларовых  купюр,  предварительно,  словно
колоду карт, шелестнув каждую, чтобы не пропустить "куклу". Он настолько
увлекся этим занятием,  что не обратил внимание на то,  как презрительно
смотрит на него Барт...

   А Рассказов  связался с Мэтьюзом и договорился о завтрашней поездке с
"грузом" через коридор.  Но,  не доверяя никому,  он сделал  так,  чтобы
Мэтьюэ узнал в подробностях о приобретении пятидесяти килограммов кокаи-
на.  Более того,  во время передачи информации Мэтьюзу все снималось  на
видеокассету.

   Мэтьюз выдал  себя - когда он услышал,  что операция начинается,  его
глаза вспыхнули от радости. Одного этого было достаточно, чтобы насторо-
жить Рассказова,  но Мэтьюз допустил и другую оплошность: заметив глазок
видеокамеры, он тут же надел на лицо маску безразличия.

   Это стоило ему жизни.  Как только группа Рассказова оказалась на рос-
сийской территории, Мэтьюз был убит. Через несколько дней его труп выло-
вили из реки.


Первая кровь

   Савелий вышел из такси за квартал от клуба "Виктория", прошел до того
места,  где личный лифт Лолиты довозил ее до выхода,  и стал ждать.  Она
должна была вот-вот выйти к машине,  которая подавалась минут за пять до
ее появления.

   Выманить Лолиту из офиса в неурочное  время  действительно  оказалось
несложно:  Савелий отлично помнил ее увлечение известными именами, кото-
рыми она могла щегольнуть при случае в кругу знакомых как бы  мимоходом.
"Я  забегала  на днях к Алле:  посидели немного,  поболтали..." - "А кто
это?  Что за Алла?" - пытает кто-нибудь, и это доставляет ей особое нас-
лаждение. "Алла? - Она делает удивленные глаза и пожимает плечами: - Пу-
гачева!" И спрашивающий опускает голову в смущении.

   Именно этим и воспользовался Савелий.  Остановив первую встречную де-
вушку,  он сказал, что хочет разыграть свою приятельницу и просит ее по-
мочь,  изобразив помощницу известного колдуна Юрия Лонго. Представившись
госпоже  Лолите любым именем,  она должна была от имени Лонго пригласить
ее на торжество,  которое состоится в Доме Ученых на Пречистенке в шест-
надцать  тридцать.  Савелий был уверен,  что Лолита ни за что не упустит
такого случая и клюнет на приманку.

   Савелий совершенно не волновался и не чувствовал  угрызений  совести,
собираясь  очистить  землю  от  этой молодой девицы с обаятельной наруж-
ностью и змеиным взглядом.  Он не жалел ее. Эта хищница в овечьей шкуре,
хладнокровная убийца, должна была понести наказание, потому что, окажись
она вновь в руках правосудия,  не провела бы там и дня,  в этом  Савелий
уже успел убедиться.  Допустим, что некий честный следователь все же ре-
шит всерьез ею заняться,  и что?  Во-первых,  нет никаких улик и доказа-
тельств  совершенных ею преступлений:  все следы тщательно уничтожались.
Во-вторых, Леша-Шкаф моментально подключил бы все рычаги, чтобы вытащить
ее из тюрьмы.  А если невозможно изолировать убийцу от общества, значит,
нужно исключить его из жизни.  С волками жить - поволчьи выть!  Как  они
поступают с людьми, так и люди должны поступать с ними. И никакой жалос-
ти!

   К выходу подъехал белоснежный "линкольн". Савелий едва не присвистнул
от изумления. Совсем обнаглела девушка! Ничего не боится: ни налогов, ни
рэкета,  ни Бога! А, вот почему у нее нет страха перед рэкетом: из ворот
выехали  еще  две машины - полуспортивного типа "мерседес" и серебристый
"нисан патрол".  Обе были забиты крепкими ребятишками.  "Мерседес"  стал
впереди,  а  "нисан" - позади "линкольна".  Из машин тут же вышли по два
человека и заняли "круговую оборону",  внимательно поглядывая по  сторо-
нам.  Савелий едва успел скрыться в тени арки на противоположной стороне
переулка,  чтобы не привлечь внимания этих головорезов, вынул из кармана
свое  "хитрое"  оружие и приготовился.  Ждать долго не пришлось:  вскоре
дверь открылась и на пороге показалась нарядная Лолита  в  сопровождении
двух телохранителей.  Нельзя было терять ни секунды:  в любой момент она
могла быть перекрыта мощными телами своих стражей.

   Направив "ручку" на цель,  Савелий нажал кнопку.  Лолита  вздрогнула:
что-то кольнуло ее в сердце.  Она пошатнулась, бравые ребята, думая, что
Хозяйка оступилась, поддержали ее с обеих сторон. Лолита то ли случайно,
то ли ощутив перед смертью присутствие Савелия,  посмотрела в его сторо-
ну,  потом вдруг выскользнула из могучих рук телохранителей и  осела  на
асфальт.

   Все еще не веря в серьезность происходящего, парни продолжали балагу-
рить на ее счет,  пока один из них не склонился над ней. Не почувствовав
дыхания, он с испугом схватил ее запястье, пытаясь нащупать пульс, потом
бросил на асфальт свой плащ,  на который положили прекрасное тело девуш-
ки, и стал делать искусственное дыхание. Некоторые из телохранителей пы-
тались помочь, а один догадался набрать номер 03 по сотовой связи.

   Ожидать приезда "скорой помощи" Савелий не стал,  а быстро пошел про-
ходным двором на другую улицу и позвонил из автомата.  Ему ответил моло-
жавый женский голос.  Услышав "иностранную" речь, женщина тут же сообщи-
ла,  что Хозяин попросил перезвонить домой, и продиктовала номер телефо-
на.  Савелий понял,  что ЛешаШкаф,  не найдя никаких записей  о  Роберте
Максвелле в офисе,  помчался домой,  чтобы там просмотреть свои заметки:
суетится Леша, значит, его действительно интересует этот иностранец.

   Через пятнадцать минут Савелий уже находился вблизи дома  Леши-Шкафа.
Он был уверен,  что за эти несколько минут ему не успели сообщить о том,
что случилось с Лолитой.  Савелий подошел к телефону-автомату  и  набрал
номер. Трубку взял сам Леша-Шкаф.

   - Слушаю?  - проговорил он спокойно, и Савелий понял, что его предпо-
ложения оказались верными:  он еще ничего не знает. - С вас говорить Ро-
берт Максвелл. - О, Роберт, я давно ожидаю вашего звонка. - В голосе Ле-
ши не было обычной уверенности: он, естественно, ничего не нашел в своих
записях.

   - Очень радый, что господин Хитрован говорить за меня, - подкинул те-
му для разговора Савелий.

   - Да-да, Хитрован много говорил о вас! - Леша немного успокоился, ус-
лышав  знакомое прозвище,  но про себя решил разобраться с этим кретином
Хитрованом за то,  что тот забыл рассказать об иностранце,  который,  не
исключено,  может оказаться весьма полезным человеком. - Мы сейчас можем
встреча?  - Ноу проблем! - весело бросил Леша единственную знакомую анг-
лийскую фразу. - Вы где? Давайте ко мне, я пришлю машину!

   - Нет,  пожалуйста,  лучше буду чувство на нейтраль! - Савелий специ-
ально хотел вытянуть его из дома: там могли оказаться и телохранитель, и
домработница, а их он не хотел трогать. - Понимаю. Тогда где?

   - Видеть здесь до меня бистро "На Палихе",  - старательно, по складам
произнес Савелий, словно читая вывеску.

   - Да это совсем рядом! - обрадовался Леша. - Буду через пару минут. -
Пока вы идить ко мне, дать мне телефон господин Хитрован, я звонить.

   - Ноу  проблем!  - снова бросил Леша-Шкаф и быстро продиктовал номера
Хитрована, и домашний, и в офис.

   Он настолько торопился, что забыл взять пейджер. При нем действитель-
но находились два телохранителя:  один "круглосуточный", постоянно нахо-
дящийся в квартире,  другой приехал с ним прямо из офиса.  Его-то  он  и
взял  с  собой,  приказав второму проследить за тем,  чтобы домработница
приготовила,  на всякий случай,  стол пороскошнее:  как-никак "заморский
гость"...

   Леша-Шкаф, к своему несчастью,  поторопился. Задержись он на какие-то
три-четыре минуты, и его застало бы сообщение о смерти Лолиты. Это могло
отодвинуть его собственную смерть на неопределенный срок:  было бы не до
встречи с каким-то иностранцем.

   Но судьба не подарила ему такой возможности.  Как только он вышел  из
подъезда и прошел пару шагов в сторону заведения под названием "На Пали-
хе",  он тоже,  как ранее и Лолита,  вдруг споткнулся. Его телохранитель
оказался  не столь расторопным и не успел подхватить своего "кормильца".
Леша замер, словно прислушиваясь, и рухнул на асфальт.

   Ничего не понимающий телохранитель подскочил,  наклонился над  ним  и
стал тормошить за плечи,  приговаривая с ужасом:  - Что с вами.  Хозяин?
Что случилось?  В отличие от Лолиты, умершей почти мгновенно, Леша-Шкаф,
обладавший  крепким здоровьем,  еще продолжал жить,  несмотря на дырку в
сердце,  но сознание уже начало туманиться.  Он смотрел на склонившегося
над  ним  парня с какимто удивлением - почему ему стало вдруг так плохо?
Наконец с огромным усилием прошептал:

   - Что-то сердце покалывает...  - Это были его последние слова: голова
откинулась назад,  и он перестал дышать. На крик телохранителя собрались
люди, началась обычная суета, но это Савелия уже не волновало. Времени у
него  оставалось только на то,  чтобы успеть в назначенный генералом час
оказаться в его кабинете.

   - Лешу-Шкафа и его сучку можно вычеркнуть из списка,  - спокойно про-
говорил он, как только уселся в кресло, предложенное Богомоловым.

   - Да упокоятся их души с миром, - вздохнул не без некоторого облегче-
ния Константин Иванович. - Ну, теперь тебе стало получше?

   - Мне станет лучше только тогда, когда все виновные понесут заслужен-
ное наказание! - угрюмо ответил Савелий.

   - Да-а-а... - протянул генерал. - Каким образом ты их убрал?

   - "Авторучкой", а что? - нахмурился Савелий.

   - Черт!  - буркнул генерал и стал быстро набирать номер.  - Послушай,
капитан, пару человек и... - Он повернулся к Савелию: - Где это произош-
ло?

   - Лолита - у клуба "Виктория",  а ЛешаШкаф - у своего дома... - Саве-
лий все еще не мог понять, почему так взволновался Богомолов.

   - Короче,  Юра,  думаю, что Илона Мезенцева и Алексей Иконников нахо-
дятся сейчас либо в районном морге,  либо в ближайшей больнице,  узнаешь
через "скорую". Заберешь их под расписку и отвезешь нашим экспертам. Ес-
ли что, сошлись на меня. Действуй! - Он положил трубку и взглянул на Са-
велия. - Для чего это, Константин Иванович?

   - Тебе не пришло в голову, что твое оружие строго засекречено, у тебя
экспериментальный образец? Стоило вскрыть трупы обычному эксперту, и эта
новость разлетелась бы по всей Москве. А заинтересованные люди сразу со-
образили бы, что следы ведут в Органы. Нам это нужно?

   Савелий вздохнул и виновато опустил голову. - Ладно! - Генерал махнул
рукой и перешел на другую тему.  - Говоришь,  что успокоишься, когда все
виновные будут наказаны?  Долго же придется ждать... - Он открыл папку и
протянул Савелию несколько фотографий.  - Взгляни на них, запомни, а по-
том забудь!

   Савелий внимательно просмотрел с десяток фотографий, вернул их и ска-
зал: - Хорошо, я их не трону. - Кстати, где фотография Рассказова? Саве-
лий достал цветной ксерокс с фотографии и протянул Богомолову.

   - Да,  это он, - сказал Богомолов и презрительно покачал головой. - И
зачем это ему было нужно? Занимал ответственнейшую должность, был весьма
уважаемым человеком, умница и... на тебе!

   - Трудно заглянуть в душу человека, - задумчиво проговорил Савелий. -
Но, думаю, не ошибусь, если выскажу предположение, что этот человек счи-
тал себя гением, который должен иметь гораздо больше, чем он имел. Вот и
решил создать свой собственный, только ему подчиняющийся мирок. И он го-
тов уничтожить любого, кто попытается покуситься на него.

   -Я и не подозревал, что ты так хорошо можешь разбираться в людях, ко-
торых даже не видел. И мне кажется, что ты не очень далек от истины... -
В голосе Константина Ивановича было нечто такое, что Савелий вдруг спро-
сил;  - Какие-то неприятности?  - Что, так заметно? - с грустью вздохнул
Богомолов.  - Ты прав отчасти:  не неприятности,  а тревожный разговор с
нашим американским приятелем...

   - Вот как?  Значит,  неприятности у него? - На днях он сообщил мне по
нашему конфиденциальному каналу, что нужно ждать "гостей", но их необхо-
димо отпустить,  перехватив груз только тогда, когда они уже будут возв-
ращаться. - Группу вел его человек? - Да, их вел человек Майкла. - Гене-
рал нахмурился и опустил голову. - Сегодня этого парня выловили из реки.
Такой молодой. Эх! - Он слегка пристукнул ладонью с досады.

   - Их-то взяли? Ведь наверняка кто-то из них его шлепнул.

   - Я тоже в этом уверен,  но Майкл попросил их не трогать: хочет сам с
ними разобраться.

   - Что ж, его можно понять. Наркотики? - предположил Савелий.

   - Они, черт бы их побрал! Нам удалось перехватить груз; пятьдесят ки-
лограммов.

   - Стоп!  - неожиданно воскликнул Савелий. - Или я чего-то не понимаю,
или...  - Он снова задумался, потом решительно сказал: - Лично я не уве-
рен, что это наркотики! Анализ уже делали?

   - А ты как думаешь, если мне уже доложили, - не очень уверенно произ-
нес Богомолов, еще не понимая, к чему клонит Савелий.

   - Константин Иванович, позвоните, проверьте еще раз!

   Ни слова не говоря, генерал быстро набрал номер.

   - Груз весь проверили?  - спросил он и включил громкую  связь,  чтобы
было слышно и Савелию.

   - Так  точно,  Константин Иванович,  весь,  - как-то виновато ответил
мужской голос.

   - Говори, чего уж там! - генерал уже понял, что предчувствие не обма-
нуло Савелия. - Бутафория?

   - Кокаина грамм сто, не более, остальное питьевая сода. Извините, что
ввели вас в заблуждение, Константин Иванович: торопились вам сообщить...

   - Вы торопились за наградами!  - бросил в сердцах генерал  и  швырнул
трубку.  - Чинуши! - Он вдруг взглянул на Савелия. - И как ты догадался,
что там не наркотики?

   - Это довольно просто:  коль скоро убит человек Майкла, то он, скорее
всего, был послан в "проверочный полет".

   - Похоже  на то...  - поморщился генерал.  - Майкл тоже так думает...
Что еще я могу для тебя сделать?

   - Выделите мне машину на вечер.  - С водителем?  - Нет, я сам буду за
рулем. - Что еще?

   - Желательно,  чтобы  смерть  Долиты  и Леши в прессе преподнесли как
разборку между "авторитетами".  Да и со следователями неплохо бы порабо-
тать...

   - Хорошо. Машина-то для чего, если не секрет?

   - Да так, с приятелем одним хочу повидаться... - Может, помощь нужна?
- По-моему, мы с вами договорились! - нахмурился Савелий. - Если мне бу-
дет нужна ваша помощь, то можете быть уверены: сам обращусь.

   - Хорошо,  как скажешь.  - Богомолов нажал кнопку селектора. - Михаил
Никифорович, на сегодняшний вечер нужна машина.

   - Марка? Какие номера? Кто водитель? - начал сыпать вопросами полков-
ник.

   Богомолов вопросительно взглянул на Савелия.

   - Марка попроще, номера - частные, водитель...

   - О водителе помню... - улыбнулся генерал и сказал в селектор: - "Жи-
гули" с частными номерами, без водителя. - Как срочно?

   - Если не трудно, то прямо сейчас, - подсказал Савелий.

   - Сейчас сможете?  - спросил генерал.  - Сейчас? - Помощник замолчал,
потом предложил:  - Если сейчас, то лучше моей "шестерки" ничего не могу
предложить. Но как с доверенностью?

   - Это действительно вопрос... - вздохнул Богомолов.

   - Как-нибудь!  - махнул рукой Савелий. - Нет, голубчик, как-нибудь не
выйдет.  Вот  что,  Михаил Никифорович,  подойди-ка к нашему нотариусу и
сделай доверенность на Савелия Говоркова,  данные у  тебя  вроде  должны
быть.  - Так точно, Константин Иванович, имеются. - Вот и ладненько. Как
только сделаешь,  сразу ко мне!  - Генерал отключил селектор и подмигнул
Савелию. - Вот так-то!

   - Хорошо быть генералом, - хмыкнул Савелий.

   - А ты как думал?  Генерал - он и в Африке генерал! Теперь вернемся к
нашим баранам... Ты готов завтра явиться на первое обследование?

   - Что значит "первое"? Оно что, не одно будет?

   - Я не совсем правильно выразился,  - поправился Богомолов. - Не обс-
ледование, а знакомство.

   - Хорошо,  завтра так завтра! - весело, с какой-то даже бравадой сог-
ласился Савелий.

   Богомолову не понравилось настроение собеседника,  и он решил поинте-
ресоваться:

   - То, что ты собираешься предпринять сегодня, опасно?

   - Не могу вам врать,  - вздохнул Савелий.  - Есть немного! Но не нас-
только, чтобы паниковать.

   В этот момент в кабинет постучали.  - Входите,  Михаил Никифорович! -
Неужели вы меня по шагам узнаете? - с улыбкой спросил полковник.

   - По запаху,  дорогой,  по запаху!  - Богомолов рассмеялся. - Ну что,
все сделано?

   - Так точно,  Константин Иванович! - Он протянул оформленную доверен-
ность и ключи генералу.

   - Это ему, - кивнул Богомолов на Савелия. - Спасибо, Михаил Никифоро-
вич! - поблагодарил тот. - Не беспокойтесь, верну в целости и сохраннос-
ти.

   - Да хоть и разобьете: быстрее новая появится!

   - Хитер мой помощник,  - заметил генерал. - Я же шучу, - смутился Ми-
хаил Никифорович.  - А я - нет:  если он разобьет твою машину,  получить
новую, - сказал генерал без всякой иронии.

   - Что сказать генералу Тарасову? Полчаса ожидает в приемной, - напом-
нил полковник.

   - Собственно говоря, у меня все, - тут же сказал Савелий.

   - Вот и ладненько.  Как только Савелий выйдет, путь заходит Вадим Ва-
сильевич.

   - Хорошо. - Полковник тут же вышел из кабинета.

   - Машину вернешь завтра к десяти сюда и поедешь на обследование. Все?
- Богомолов взглянул на часы.  - До завтра, Константин Иванович. - Будь!
Не рискуй напрасно! Савелий вышел, а Богомолов тут же набрал номер, что-
бы сделать то, что он решил еще несколько минут назад: подстраховать Са-
велия.

   Когда Говорков вышел из здания,  он сразу же увидел зеленые "Жигули".
Именно на такой машине ему пришлось пробиваться сквозь ловушки Четверто-
го в Казахстане. В этом он увидел предзнаменование успеха.

   Савелий давно уже решил:  чем проще план, тем больше шансов воплотить
его в жизнь. Это как в хитроумно закрученном детективе: гениальный прес-
тупник разрабатывает удивительно дерзкий план,  в котором все рассчитано
буквально до секунды.  Каждый из персонажей до  мельчайших  подробностей
знает  свою  роль.  Читатель настолько восхищен этим планом,  что помимо
своей воли начинает "болеть" за преступников,  но именно этого и добива-
ется  автор.  Казалось  бы,  все продумано,  ничто не может им помешать,
но...

   Вновь это сакраментальное "но"!  Происходит то,  что называют роковой
случайностью, которую никто не может предугадать: например, у машины, на
которой должны были смыться преступники, обыкновенные воришки отвинчива-
ют колеса, или проходящий по банку ночной сторож машинально закрывает на
ключ дверь,  за которой укрылись грабители - а дверь  настолько  прочна,
что  выбить ее невозможно.  Им приходится просидеть взаперти аж до поне-
дельника, пока их не выпустит полиция.

   Савелий любил смотреть остросюжетные фильмы и читать криминальные ро-
маны,  но  всякий  раз скептически усмехался,  столкнувшись с "клюквой".
Особенно он бесился в тот момент,  когда преследователь-герой, полицейс-
кий или частный сыщик,  выйдя на преступника, вступает с ним в полемику,
вместо того чтобы арестовать или обезвредить.  Как правило, в таких слу-
чаях преступник,  пользуясь ситуацией,  либо ранит преследователя,  либо
сбегает, и все приходится начинать сначала.

   Савелий был убежден: если достал оружие, то нужно применять его и ни-
когда  не верить в благонамеренность преступника,  который готов обещать
все, что угодно, лишь бы отвлечь внимание преследователя.

   Сейчас, отправившись на встречу с  Хитрованом,  Савелий  предполагал,
что тот уже насторожился:  в криминальных структурах новости распростра-
няются моментально,  тем более, что Леша-Шкаф был не из последних "авто-
ритетов" Москвы. И коль скоро начался "отстрел", Хитрован предпринял до-
полнительные меры по своей защите.  Но именно на это Савелий и рассчиты-
вал:  на тотальный страх среди "шерстяных",  чтобы они стали нервничать,
боялись даже своей тени.  Он специально усложнил себе задачу,  решив  не
просто убить Хитрована, но сначала поговорить "по душам". Он хотел полу-
чить сведения о соучастниках убийства Наташи и ее братика.

   Савелий хотел остановиться  у  телефона-автомата,  но,  скосив  глаза
вниз, он увидел радиотелефон, с благодарностью подумал о Михаиле Никифо-
ровиче и набрал номер, сообщенный ЛешейШкафом. Мужской голос, раздавший-
ся в телефонной трубке,  не принадлежал Хитровану. - Кого вам? - спросил
он раздраженно.  - Если ты Хитрован,  то тебя, спокойно ответил Савелий,
давая понять, что он не знает Хитрована. - Кому он понадобился?

   - А вот это не твое дело, болван! - разозлился Савелий. - Скажи свое-
му Хозяину, что звонит "доброжелатель".

   - Хорошо, сейчас узнаю... - Трубку поднял один из телохранителей Хит-
рована,  туповатый  малый,  который  исполнял все поручения от "сих и до
сих",  никогда не проявляя инициативы. Сейчас, услышав властный тон зво-
нившего, он пондл, что благоразумнее сразу доложить Хозяину о звонке.

   Хитрован сидел в своем кабинете,  если так можно назвать комнату, где
он уединялся, чтобы предаться возлияниям. Обычно он делал это в компании
какой-нибудь шлюхи, готовой на все, лишь бы хорошо попить-поесть, да еще
и получить "пару зелененьких" за удовольствие,  но сейчас Хитрован  зак-
рылся один и довольно быстро набрался до той кондиции,  когда его тянуло
"на подвиги".

   Своим привычкам он изменил потому,  что знакомый  журналист  позвонил
ему  и  сообщил о Леше-Шкафе и Лолите.  О том,  что они внезапно умерли,
Хитрован узнал за несколько минут до его звонка от одного приятеля,  ра-
ботавшего в окружении Леши-Шкафа,  но тот сказал, что они умерли от сер-
дечной недостаточности.  Хитрован не очень поверил в такое странное сов-
падение,  но особо не взволновался: Леша-Шкаф не входил в число его дру-
зей. Другое дело Лолита. Хитрован исподтишка любовался этой красавицей и
не терял надежды, что когда-нибудь сможет затащить ее в свой "кабинет".

   Помянув Лолиту доброй порцией "Кремлевской", он загрустил. Тут позво-
нил злополучный журналист, который и сообщил, что они были убиты профес-
сионалом и, как ему кажется, кемто из "своих". Такая новость не могла нс
насторожить Хитрована. Он почувствовал, что ситуация взрывоопасна. Прос-
то  сидеть  и ждать неизвестно чего он не мог и потому решился позвонить
тому,  чье мнение очень уважал. На его счастье, Мабуту оказался на месте
и сам взял трубку.

   - Кому понадобился старый больной человек?  - покашливая, как всегда,
ехидно спросил он.

   - Извините,  уважаемый Мабуту,  если не вовремя звоню...  - залепетал
Хитрован.

   - А,  это ты, хитрая бестия! - хмыкнул Мабуту. - Отчего такая дрожь в
голосе? Или похмелье замучило?

   - Как вы можете шутить в такое время?  - В голосе Хитрована  слышался
животный страх.

   - Ты что, получил известие от чеченского лидера, что нас будут резать
его люди? Не боись, ему сейчас не до этого. А рискнет - не успеет и гла-
зом моргнуть, как не только его людям, но и ему самому руки повыдергива-
ем!  - Я не об этом,  дорогой Мабуту...  - А-а... понял! - Он вздохнул и
снова кашлянул. - Ты о потерях в наших рядах, не так ли? - Уже знаете?

   - Как не знать, если даже ты уже в курсе. И что тебя так всполошило?

   - Вы же знаете, как он охранял себя и свою Лолиту? - Допустим...

   - Какой же должен быть профессионал, чтобы так чисто сработать и уйти
незамеченным?

   - Да,  здесь может быть только два варианта:  либо это наемный убийца
самого высокого класса,  либо человек из Органов. Впрочем, ни Леша-Шкаф,
ни Лолита не занимались делами,  которыми могли заинтересоваться Органы.
Скорее всего, это кто-то из конкурентов...

   - Вот-вот!  - воскликнул Хитрован. - Именно это я и имею в виду! Надо
срочно чтото предпринимать!  Надо выяснить, кто стоит за всем этим! Если
это Чечня, я их на части порву!

   - Возьми себя в руки!  Уже хватануть успел, что ли? Кое-что уже дела-
ется...

   - Может,  и мне с ребятами подключиться? - предложил Хитрован. - Пой-
дем вытрясем правду кое из кого...

   - Спешка нужна лишь при ловле блох!  Будь на месте и держать уши отк-
рытыми. Понял? - грубо спросил Мабуту.

   - Понял! - ответил Хитрован, хотя еще больше запутался. Он понял лишь
одно:  не нужно ничего делать,  никуда ходить,  а нужно сидеть,  пить да
прислушиваться... К чему? Что имел в виду Мабуту? Этого он не знал.

   Хитрован успел опустошить большую часть литровой "Кремлевской", когда
к нему заглянул телохранитель Валентин:  - Шеф, какой-то шустрый звонит:
вас требует, - доложил он и тупо уставился на Хитрована.

   - Кто?  - недовольно бросил тот. - Говорит, доброжелатель... - Добро-
желатели,  мать их... - Но тут он вспомнил пожелание Мабуту "держать уши
открытыми"...  - Хорошо,  давай.  А ты скажи, чтобы кофейку принесли, да
покрепче. - Сей момент, шеф!

   Интересно, кто это мог быть?  Хитровану даже стало любопытно.  Да где
же этот чертов олух?  Видно,  запомнил только последний приказ о кофе, а
про телефон забыл.  Он достаточно хорошо знал своего телохранителя:  тот
был очень удивлен,  что трубка все еще на его столике,  а не у шефа.  Он
взял ее и спросил: - Вы слушаете?

   - Да,  черт тебя подери! - вспылил Савелий. - Сейчас с вами будет го-
ворить Хозяин,  - невозмутимо сказал Валентин, подхватил поднос с кофе в
одну руку,  трубку - в другую и вошел в кабинет,  толкнув ногой дверь. -
Вот кофе, а вот телефон.

   - Хитрован на проводе!  Кто говорит?  - Ты что,  веревку проглотил? -
хмуро спросил Савелий. - В каком смысле?

   - В прямом! На толчке загорал, что ли, что столько пришлось ждать?

   - Кто это такой дерзкий? Мог бы и не ждать!

   - Мог бы!  - заметил Савелий, совершенно успокоившись. - Просто жалко
тебя стало,  да и должок перед Красавчиком-Стивом есть.  - Савелий решил
пойти  ва-банк:  во-первых,  сразу станет ясно,  не сделал ли его память
ошибку;  во-вторых, если он прав, то наживка сработает безотказно. Услы-
шав имя Красавчика-Стива, Хитрован сразу "подобрел":

   - С этого и нужно было начать!  Как он там?  Вы давно с ним виделись?
Звать-величать вас как?

   - Привет передает! - Как бы не заметив второго вопроса, Савелий отве-
тил только на первый и на третий. - Морфином меня кличут.

   - Это надо же,  Морфин... Давно колешься? Спасибо за привет, ему тоже
передавай... Так что ты хотел мне сообщить?

   - Не телефонный разговор,  землячок! - многозначительно заметил Саве-
лий.  -  Речь пойдет об "отдыхе" одной парочки...  - Савелий был уверен,
что Хитрован сразу поймет, о ком идет речь.

   - Это настолько серьезно? - сразу встрепенулся Хитрован.

   - Следующим в списке стоишь ты!  - сказал Савелий, нисколько не обма-
нывая его.

   - Где встретимся? - мгновенно ухватился Хитрован за протянутую ниточ-
ку надежды:  очень уж слова этого посланца Красавчика-Стива совпадали  с
его волнениями.

   - Красавчик рассказывал, как вы кувыркались на вилле. Она еще сущест-
вует?

   - Куда она денется... Во сколько? Телок брать? Какие еще пожелания? -
Хитрован  был доволен,  что может быть чем-то полезен приятелю Красавчи-
ка-Стива: авось и тот его не забудет.

   - Ну ты и фрукт,  - усмехнулся Савелий. - Можно сказать, в одном шаге
от могилы, а туда же! Ты мне начинаешь нравиться.

   - Война войной...  - начал Хитрован, но Савелий перебил его: - Откуда
тебе известна эта фраза? Ты что, в Афгане служил?

   - Я служил? Ты что, капусты накушался? Надо же вылепить такое: Хитро-
ван - и вдруг в армии,  да еще на войне! Я воюю всегда в одиночку, с ба-
бами. Нет, земеля, эту присказку я слышал от одного дырявого доходяги...
Кстати,  Красавчик-Стив  тебе  наверняка о нем рассказывал,  раз о вилле
упоминал: из-за него мы и ошивались на той вилле.

   - Ты о Бешеном,  что ли? Да, Красавчик говорил мне о нем... Не встре-
чал его больше?

   - Нет, не встречал, но слышал, что он нам так навредил, что лучше бы-
ло его шлепнуть.  - Тебе-то он чем насолил? - Мне? Я из-за него... - на-
чал Хитрован, но вдруг сам себя и оборвал: - Тебе-то что?

   - Да это я так, к слову! - мгновенно дал задний ход Савелий. - Ты ка-
ких телок любишь: зрелых или помоложе?

   - Молодняк лучше для глаз, а удовольствие для тела - зрелость! Ты что
же, мне не доверяешь, сам решил все организовать?

   Савелий помнил о жадности Хитрована и потому тут же "кинул кость".

   - Платить буду я - это подарок Красавчика-Стива. Видно, ты хорошо по-
работал с ним,  если он решил тебя отблагодарить.  Обычно он никогда так
не делает... - Савелий знал, что ничем не рискует, ссылаясь на Красавчи-
ка, с потрохами купившего эту мразь.

   - Да уж,  поработали на славу!  - заметил довольный  Хитрован.  -  Мы
вдвоем будем или еще кого позвать?

   - Не вдвоем,  а вчетвером,  а по поводу еще кого-нибудь...  Тебе что,
колхоз нравится больше? Лично меня больше устраивает расклад дважды два,
- категорично заявил Савелий.

   - Как скажешь:  кто платит,  тот и музыку заказывает! - тут же согла-
сился Хитрован.

   - Диктуй адрес и жди меня там через пару часов.

   - Найти проще простого...  - Хитрован подробно объяснил,  как доехать
до виллы, и на том они попрощались.

   Хотя Савелий и был уверен, что Хитрован никого не возьмет с собой, но
все-таки решил подстраховаться. Он сразу же поехал туда, чтобы прощупать
обстановку и проследить приезд Хитрована.  До назначенного времени оста-
валось минут сорок.  Савелий внимательно осмотрел участок  вокруг  дома,
ничего подозрительного не увидел и стал наблюдать за воротами,  спрятав-
шись в густых зарослях кустарника. Минут через десять к воротам подъехал
синий "ауди".  В машине сидело двое. С того места, откуда наблюдал Саве-
лий, было трудно рассмотреть лица, но когда тот, что сидел за рулем, вы-
шел из машины, чтобы открыть ворота, он понял, что это не Хитрован: ско-
рее всего, водитель.

   Стоп! Помнится,  Иннокентий говорил,  что постовой милиционер, уезжая
от больницы, сел в синюю иномарку. Это вряд ли может быть простым совпа-
дением,  да и описание водителя совпадает.  Значит,  приятель, тебя тоже
нельзя упускать!

   До Савелия донеслись обрывки разговора:  - ...Тебе... в кабине... бу-
дет оценено... не спать...

   Что ж,  можно понять беспокойство Хитрована после гибели Леши-Шкафа и
его Лолиты.


Неожиданная встреча

   Майкл был вне себя от бешенства.  Столько хлопот,  усилий и на  тебе!
Погиб молодой и талантливый сотрудник.  Сколько еще будет жертв, если не
уничтожить эту гадину?  Но как добраться до Рассказова,  если он живет в
другой стране?  Как он сумел вычислить Анатоля-Мэтьюза? Ведь все шло как
по маслу,  со стороны Рассказова не было и тени сомнений! Но человек по-
гиб!  Не может же это быть случайностью?  Но как проверить? Приходится с
грустью констатировать,  что Рассказов его пока переигрывает вчистую.  А
тут  еще и пятьдесят килограммов этого проклятого зелья как в воду кану-
ли!  Информатор подтвердил то,  о чем доложил Мэтьюз: Рассказов действи-
тельно  приобрел  пятьдесят килограммов кокаина для отправки в Восточную
Европу.  Если бы этого подтверждения не было,  Майкл никогда не стал  бы
рисковать жизнью своего сотрудника.

   На чем же он сгорел?  В чем допустил ошибку? Майкл проанализировал их
последние разговоры по телефону,  но ничего настораживающего  не  нашел,
если не считать того,  что Анатоль Дюморье не сразу назвал срок работы с
Большим Стэном.  Но это же мелочь!  Хотя...  Если учесть,  что Рассказов
проработал  значительное  время в советском КГБ и дослужился до высокого
звания,  то даже такая мелочь вполне могла его  насторожить.  Тем  более
Анатоль сказал и о том,  что его записывают на видео.  Может быть, здесь
собака зарыта?

   Неизвестно, сколько бы еще Майкл предавался самокопанию,  но  в  этот
момент  раздался звонок,  который и определил его планы на несколько не-
дель.  А позвонил ему Стивен Фрост.  Этот звонок был настолько неожидан-
ным,  что Майкл переспросил своего помощника: - Стивен Фрост, ты уверен?
- Во всяком случае,  он так представился. - Тон Майкла настолько поразил
помощника,  что тот даже стал сомневаться,  правильно ли он расслышал. -
Может мне переспросить, господин полковник?

   - Ни в коем случае. Соедини! - Майкл? - Вне всякого сомнения, это был
голос Стивена.

   - Предупреждать нужно:  я едва инфаркт не заработал! - пошутил Майкл.
- Какими судьбами? Вряд ли твой звонок связан с приглашением на ланч.

   - А вот и не угадал,  полковник,  - усмехнулся Стивен. - Именно это и
хочу тебе предложить.

   Только сейчас  Майкл понял,  что тот не шутит и действительно хочет с
ним встретиться.  Случилось явно что-то неординарное, если Стивен звонит
по официальному номеру и открыто называет себя. - Где? Когда?

   - Краткость - сестра таланта! - с улыбкой заметил Стивен. - В "Притти
Вумэн" заказан отдельный кабинет.  Через пятнадцать минут буду там  тебя
ждать.  - Без проблем! - сразу согласился Майкл. Это фешенебельное заве-
дение,  полностью финансируемое ФБР,  было отлично известно  полковнику.
Для серьезных разговоров оно подходило как нельзя больше. От офиса Майк-
ла до "Притти Вумэн" было не более десяти минут на машине.

   Майкл бросил на ходу помощнику,  что его можно будет разыскать по со-
товой  связи,  и  тут же вышел.  Его спортивный "форд" стоял в окружении
"мерседесов" и "скорпио", и большой надежды на то, что их хозяева вскоре
появятся, не было. Не раздумывая, Майкл лихо выкатил свой "форд" на тро-
туар, и тут же услышал грозную трель полицейского свистка.

   - Будьте любезны, ваши водительские права! - У его машины остановился
коренастый полицейский, поминутно вытирающий пот с лица.

   - Вместо того чтобы спрашивать мои права, проследили бы за тем, чтобы
эти идиоты правильно парковались! - недовольно заметил Майкл.

   - С ними мне тоже придется поговорить,  - вежливо  проговорил  тот  и
протянул руку за документами.

   Майкл понял,  если он сейчас начнет с ним разбираться, то пройдет как
минимум десятьпятнадцать минут, а опаздывать он не любил.

   - Послушайте,  офицер,  у меня сейчас нет времени.  Вот моя  визитная
карточка.

   - Вами  водительские права,  - любезно,  но настойчиво повторил поли-
цейский.

   - Кто твой начальник? - На этот раз Майкл вышел из себя и решил взять
инициативу в свои руки.

   - Капитан Джефферсон,  Седьмой округ.  Те лефон...  - Не нужно! - зло
оборвал Майкл и стал набирать номер, но в этот момент увидел своего офи-
цера по спецпоручениям.

   - Капитан!  - окликнул Майкл, и тот подбежал к машине Майкла, остано-
вился за метр по стойке "смирно" и вскинул руку к голове. - Слущаю, гос-
подин полковник! - Займитесь этим офицером полиции: он мне мешает испол-
нять свой служебный долг!  Передайте капитану Джефферсону, его начальни-
ку, чтобы он мне позвонил часика через три....

   На этом участке полицейский дежурил впервые, и сегодня утром его пре-
дупреждали,  чтобы он был осторожен,  - в сером здании без вывески нахо-
дится  одно  из Управлений ФБР.  Черт возьми!  Это же надо было в первый
день наткнуться на сотрудника ФБР, да еще и полковника! Теперь хлопот не
оберешься,  нужно  что-то  срочно предпринимать.  Скорее бы отъехал этот
полковник!

   Отдав распоряжения,  Майкл продолжал разворачиваться на  тротуаре,  а
когда он был уже готов выехать на проезжую часть, полицейский вдруг выс-
кочил перед ним,  поднял руку вверх, останавливая движение, и помог пол-
ковнику  выехать  без всяких помех.  Как только Майкл подъехал к "Притти
Вумен",  к нему сразу же подскочил молоденький паренек,  который  должен
был заняться парковкой его машины.  Но когда Майкл вышел из своего "фор-
да", он тихо шепнул: - Вас ждут в одиннадцатом.

   Кабинет был небольшой,  но уютный,  а обилие напитков и блюд на столе
говорило о том,  что все это оплачивается явно не из личных средств Сти-
вена Фроста.

   - Праздник дяди Сэма? - усмехнулся Майкл, кивая на стол. - Мы с тобой
тоже исправные налогоплательщики, не так ли? - не принимая иронии, заме-
тил Стивен.

   - Бесспорно.  Я нисколько не хотел тебя обидеть, - заверил Майкл, по-
жимая ему руку.

   - Извинения  приняты!  - Стивен весело потер руки,  затем вытащил не-
большую коробочку, открыл ее и нажал на кнопку: сразу же замигали огонь-
ки. Майкл узнал приборчик, совсем недавно полученный их Управлением: это
был коварный враг подслушивающих устройств.  Он испускал волны,  которые
глушили "жучки" в радиусе десяти метров.

   - Я был уверен, что ты все предусмотришь, - улыбнулся Майкл.

   - Что делать, если ты - возможно, а я - наверняка находимся под плот-
ным наблюдением! Но для всех непосвященных наша встреча имеет вполне за-
конный повод.  Мы встретились,  чтобы обсудить провал нашего "восточного
похода".

   - А на самом деле?  - Майкл почувствовал, как в нем просыпается азарт
охотника.

   - Не гони лошадей,  полковник!  - загадочно ухмыльнулся Стивен. - Вы-
пей, закуси! Отдай должное гостеприимству Президентской команды, которая
редко потчует посторонних.

   - Твое здоровье,  дорогой Стив!  - Майкл выпил шампанского,  поставил
фужер на стол и сказал уже без улыбки:  - Рассказывай!  Не думаю, что мы
встретились  потому,  что  тебе непременно нужно было утолить жажду шам-
панским именно со мной.

   - Ты всегда отличался догадливостью.  - Стивен чуть понизил голос.  -
Среди  сотрудников Секретной службы Президента появилась гнида,  которая
пашет на два фронта.  Как ты, вероятно, догадался, я среди тех немногих,
кто вне подозрения.  Когда меня спросили,  кто мог бы помочь выявить эту
гниду,  я сразу назвал твою кандидатуру.  Тому,  кто поставлен во  главе
этого сверхсекретного задания,  ты известен с самой положительной сторо-
ны, и мне было предложено встретиться с тобой.

   Он примерно догадывался,  кто предложил Стивену встретиться с  ним  -
это  был  тот  самый офицер,  которому он доложил в свое время о Бешеной
Акуле. Тогда Майкл был сильно удивлен тем, что Бешеной Акуле удалось ис-
чезнуть  из  поля зрения такой мощной организации,  как Секретная служба
Президента,  но вскоре его захлестнули другие дела,  и подозрения отошли
на задний план. Однако они вернулись, когда некий высокопоставленный во-
енный чин посоветовал ему оставить в покое Бешеную Акулу. И снова Майклу
пришлось  отложить  свое расследование,  а вскоре Бешеная Акула был убит
Савелием в Афганистане.

   - Я тебе верю,  как самому себе, - спокойно заметил Стивен. - Недаром
же мы с тобой были в Афганистане в одной связке.  Кстати, прошу извинить
меня за то,  что я тогда не послушал тебя и предпринял  кое-какие  шаги,
чтобы выяснить, почему нас отозвали из Афганистана.

   - Мне тоже кое-что удалось...  - вздохнул Майкл. - Но сначала я хотел
бы услышать. твою версию.

   - К сожалению,  это не версия...  - Фрост помощился. - Чистейшей воды
факт! Помнишь, ты мне поведал о том, как тебя щелкнул по носу один гене-
рал, когда ты попытался прижать Бешеную Акулу?

   - Помню, - скривил губы Майкл, удивляясь, что Стивен неожиданно свер-
нул разговор на то,  о чем он сам как раз подумал. - Так вот, теперь мо-
жешь забыть. - Не понял...

   - Тому генералу пришлось не только подать в отставку, но и исчезнуть,
чтобы не попасть под трибунал.  - Стивен торжествующе уставился на Майк-
ла.

   - Ты хочешь сказать:  то, что нас отозвали, было не ошибкой, а злона-
меренным вмешательством?

   - Без всякого сомнения, - твердо заверил Стивен. - Я думал, что имен-
но поэтому ему и предоставили возможность  скрыться.  -  Сейчас  думаешь
иначе?  -  Сейчас  я думаю совсем по-другому.  Уверен,  что тогда многим
просто не хотелось полоскать грязное белье.

   - Все это интересно,  однако только ради этого ты не стал  бы  встре-
чаться со мной в обстановке такой секретности, - сказал Майкл.

   - Тебя все еще интересует этот русский.  Рассказов? - спросил Стивен,
понизив, голос.

   Все, что угодно, готов был услышать Майкл, но только не фамилию Расс-
казова.  С  какой  стати  им могли заинтересоваться сотрудники Секретной
службы Президента? Да, Стивену удалось удивить Майкла.

   - Почему вдруг Секретная служба обратила внимание на человека,  кото-
рый  долгое время интересует нашу службу?  Или мне что-то неизвестно?  -
спросил Майкл.

   - Скорее всего,  неизвестно,  - покачал головой Стивен.  - А вот  нам
стало  известно,  что Рассказов занимается не только криминальными дела-
ми...

   - Говори, не тяни душу, - нахмурился Майкл.

   - На днях он похитил сына высокопоставленного чиновника одной из ази-
атских стран,  с которой наша страна ведет неофициальные переговоры.  От
этих переговоров зависит мир в этом регионе. - Стивен перешел на шепот.

   Майкл оцепенел,  услышав про похищение ребенка.  Неужели то, о чем он
подумал,  правда? Неужели именно он, Майкл Джеймс, полковник ФБР, участ-
вовал, хотя и бессознательно, в этом грязном деле? Ведь именно с его по-
дачи люди Рассказова и захватили тот злополучный самолет!

   Ему вдруг вспомнилось, как Анатоль Дюморье высказался против его пла-
на и предложил самим захватить самолет. Почему он тогда не прислушался к
его предложению? Но если похищенный мальчик находился именно в том само-
лете,  то это означает,  что и Рассказов понятия не имел о том,  чей это
ребенок! Это была случайность, роковая, но случайность! Вполне возможно,
что он и до сих пор об этом не знает!  -  Есть  подробности?  -  спросил
Майкл.  - Проведенное местными властями расследование выявило,  что было
похищено несколько детей. Всех их посадили на самолет и отправили в Син-
гапур,  чтобы оттуда переправить в Америку. Получив информацию, мы сразу
же связались с властями Сингапура,  послали туда своего специалиста... -
Стивен замолчал.

   - И что?  - спросил Майкл, а сам подумал, что Секретные службы срабо-
тали оперативно:  видно, переговоры действительно очень важны для Амери-
ки.

   - Нашли самолет,  несколько трупов и боевика,  который признался, что
группа захвата имеет отношение к господину Рассказову.  Больше  из  него
вытянуть ничего не удалось.  Как только я услышал фамилию Рассказова, то
сразу подумал о тебе.

   - Что ж, благодарю. - Майкл старался говорить спокойно, но его волне-
ние не ускользнуло от Стивена.

   - У  меня  такое впечатление,  что ты уже слышал об этом деле.  Или я
заблуждаюсь? - Он уставился прямо в глаза Майклу.

   - Нет, не заблуждаешься, - кивнул Майкл. - Я действительно в курсе...
-И он во всех подробностях рассказал Стивену о том,  как внедрял в окру-
жение Рассказова агента Дюморье.

   - Но это же просто отлично!  И где сейчас твой агент? - оживился Сти-
вен.

   - Его убрали люди Рассказова! - зло произнес Майкл.

   - Да,  это сильно осложняет нашу задачу,  - покачал головой Стивен. -
Значит, Рассказов сейчас насторожился. - Не думаю. - Почему?

   - Вряд ли господин Рассказов связал появление моего агента с  похище-
нием детей.  Более того, у меня есть веские причины думать, что этот ма-
лоуважаемый господин вообще не догадывается о том,  что в его руках име-
ется столь ценный ребенок. - Поясни! - нахмурился Стивен. - Перехват са-
молета у тех подонков, что похитили детей, Рассказов произвел с моей по-
дачи.  Благодаря  этому  "подарку" мой агент должен был укрепиться в его
окружении.

   - Прекрасно! - возбужденно воскликнул Стивен. - Нужно предложить это-
му господину разумную сумму и вернуть мальчика несчастным родителям.

   - Остается  пустяк:  выйти  на  контакт  с Рассказовым,  - усмехнулся
Майкл.  - Надеюсь, вашей службе известно, что Рассказов - бывший генерал
КГБ?

   - Что?  Ты  серьезно?  -  На  лице Стивена было написано неподдельное
удивление, и Майкл понял, что он не играет.

   - Более чем! - тяжело вздохнул Майкл. - Рассказов - хитрая бестия. Он
никого не подпускает к себе ближе, чем на расстояние выстрела. Откровен-
но говоря, меня удивило, что власти Сингапура пошли вам навстречу в этом
деле. У Рассказова там сильные тылы.

   - У нас тоже.  Вот уж не думал, что ты мне преподнесешь такой сюрприз
с Рассказовым.  По нашим каналам он проходит как  обыкновенный,  хотя  и
весьма удачливый бизнесмен, не чурающийся порой криминальных дел. Неуже-
ли он еще и на КГБ продолжает работать?

   - Во-первых, в России давно нет КГБ и тебе грешно об этом не знать, -
поддел приятеля Майкл.

   - Да знаю! Это я так, по привычке. Что же во-вторых?

   - Во-вторых,  можешь успокоиться: на службу безопасности России он не
работает!  - Откуда такая уверенность? - Можешь поверить мне на слово. -
Понял. Но какие у тебя будут предложения?

   - Ясно одно:  необходимо воспользоваться тем, что Рассказов не знает,
что в его руках такой лакомый кусочек, как этот мальчик. Но нужно проду-
мать и такой вариант, что нам самим придется раскрыть ему эту тайну...

   - Как,  самим  отдать  ему такой козырь?  Да он только спасибо за это
скажет!

   - Напрасно ты упрощаешь,  - покачал головой Майкл.  - Он  не  обычный
уголовник,  которому хочется сорвать куш и залечь с ним на дно.  Вряд ли
он,  даже за очень большие деньги,  согласится уйти в подполье.  Я давно
наблюдаю  за ним и могу заверить,  что у Рассказова далеко идущие планы.
Он и сейчас имеет на своем счету довольно миллионов,  и,  заметь, вполне
легально.  Нет, этот человек живет под своим именем, исправно платит на-
логи и никогда сам не пачкает руки - во всяком случае, нам это неизвест-
но.

   Несколько минут  Стивен сидел молча,  забыв даже о шампанском,  потом
тихо проговорил:  - По-моему, ты делаешь ему комплимент. - Я не могу не-
дооценивать человека, из-за которого погибли несколько моих сотрудников,
которые, поверь, были не из самых худших. Но с каким удовольствием я за-
душил  бы эту мразь собственными руками!  - В голосе Майкла было столько
ненависти,  что Стивен не посоветовал бы Рассказову встретиться с ним на
одной дорожке.

   - Видно,  тебя действительно достал этот господин.  Так что будем де-
лать?

   - Прежде всего - абсолютная секретность. Ни одного слова в прессе!

   - Об этом мог и не говорить!  На эту информацию наложено вето,  взята
подписка с каждого,  кому известно об этом деле.  Правда,  есть один мо-
мент, который меня волнует... - Стивен поморщился.

   - Какой?  - нахмурился Майкл. - Не подсуетятся ли настоящие похитите-
ли?  - Ты думаешь, они могут выйти на Рассказова? Маловероятно. Не забы-
вай, что именно он перебил всех их людей. - Почти! Один уцелел.

   - Кто он?  Где он сейчас?  Откуда о нем стало известно? Не от того ли
боевика, что вы взяли у самолета? - Майкл напоминал гончего пса, взявше-
го след дичи.

   - Да,  от него.  Этот парень сказал, что один "циркач-самоубийца" ре-
шился  продемонстрировать  свое  искусство:  под дулом десятка автоматов
вогнал нож в дерево у самого уха Красавчика, правой руки Рассказова. Эта
наглость так его поразила,  что он предложил парню пари:  если он вгонит
нож в пикового туза десять раз с десяти шагов - останется в  живых.  Так
этот громила, кстати, и кличка у него подходящая - Тайсон, не промахнул-
ся ни разу.  Красавчик взял его с собой,  чтобы предложить ему работу  у
Рассказова.

   - Да это же находка! - воскликнул Майкл. - Значит, так. Пока мы с то-
бой доберемся до места проживания Рассказова, сделай запрос своим людям,
и не только в Сингапур,  но и в Малайзию, а также в Интерпол, чтобы соб-
рали все,  что известно об этом Тайсоне. Я уверен, что он может нам при-
годиться в переговорах с Рассказовым.

   Его энтузиазм  был настолько заразительным,  что и Стивен моментально
встряхнулся.  - Когда вылетаем? - спросил он. - Немедленно. - Кого берем
с собой?

   - Никого!  - решительно отрубил Майкл. - Там и нас двоих будет доста-
точно, а остальные пусть помогают на местах. Сейчас нам больше нужна ин-
формация!

   Однако Майкл и Стивен ошиблись,  полагая,  что единственной ниточкой,
которая сможет привести их к Рассказову,  является Тайсон.  Недалек  тот
час,  когда  в  игру  вступит второстепенный вроде бы персонаж,  который
участвовал в сделке между Рассказовым и Артистом.

   Барт Макалистер относился к тем людям,  про которых говорят: "Гордый,
умный, но нищий". Он вырос в бедной семье, которая трудилась до седьмого
пота,  чтобы их ребенок получил образование. Маленький Барт, словно соз-
навая  ответственность  перед своими родителями,  старался изо всех сил.
Его способности и усидчивость принесли свои плоды: городские власти соч-
ли возможным предоставить ему бесплатное образование.

   Ему хорошо давались точные науки:  математика, физика, но более всего
- химия.  Он любил ставить опыты, и это увлечение однажды едва не стоило
ему жизни, после чего он дал себе слово никогда не допускать ошибок.

   Закончив образование, Барт оказался на улице и осознал, что он никому
нс нужен. Пришла пора самому позаботиться о хлебе насущном. Поиски рабо-
ты ни к чему не привели,  и тогда он, проголодав несколько месяцев, нас-
только отчаялся,  что решился на отчаянный поступок: соорудив из подруч-
ных  средств  самодельную  бомбу,  он захотел ограбить небольшой частный
банк.

   Пронаблюдав несколько ночей подряд за объектом,  он заложил бомбу под
дверь,  чтобы взорвать ее и войти внутрь, не имея представления, как бу-
дет открывать сейф.  Скорее всего,  его дебют  грабителя  закончился  бы
тюрьмой,  если бы не случай.  На его счастье (или несчастье),  в ту ночь
люди Артиста приглядели именно этот банк. В отличие от своего "конкурен-
та",  они имели большой опыт по части грабежа банков. Пробравшись в банк
по вентиляционной шахте, они занимались сейфом, когда раздался взрыв.

   Трудно описать лица грабителей, когда перед их глазами предстал Барт.
Разозлившиеся бандиты хотели наломать ему бока,  но Артист остановил их,
порасспросил Барта и был очень удивлен, когда услышал, из каких материа-
лов этот чудак сотворил бомбу. А бомба была - просто чудо, она настолько
аккуратно сработала,  что  не  привлекла  внимания  случайных  прохожих.
Взрывная волна ушла внутрь помещения.

   Окончательное решение Артист принял, когда узнал, что Барт был дипло-
мированным химиком.  Артист уже давно присматривался к  наркобизнесу,  и
свой химик мог оказаться как нельзя более кстати. Барту предложили рабо-
ту, и он охотно согласился.

   Вначале Барт был вполне удовлетворен,  но постепенно самолюбие  стало
взрастать, словно тесто на дрожжах. Он завидовал любому, кто жил хотя бы
чуть-чуть лучше него.  Больше всего он завидовал Артисту,  его  красивой
внешности, стройной фигуре, пышной шевелюре, даже тому, как тот мог сыг-
рать в щедрость и выбросить на ветер, в прямом смысле этого слова, пачку
"зеленых",  которые начинали падать на землю, кувыркаясь в воздухе перед
восхищенными уличными красавицами. Долго так продолжаться не могло: рано
или поздно Барт должен был "взорваться".

   Когда Барт начал работать на Артиста, тот потратил значительную сумму
и оборудовал ему лабораторию.  Барт работал с наркотиками, а попутно со-
вершенствовался  в области создания взрывных устройств.  Именно здесь он
быстро достиг значительных успехов, и Артист всячески ему содействовал.

   Однако у молодого исследователя была некоторая  особенность:  завидуя
людям,  переживая по каждому пустяку, Барт истово верил в Бога. Непонят-
но, как он мог сочетать в себе ненависть к людям и безусловное преклоне-
ние перед одной из заповедей Христа - "Не убий!"

   Да, он мог изготавливать бомбы,  чтобы взорвать дверь в банке,  сейф,
стену, но ни при каких обстоятельствах - людей. Однажды он узнал, что от
его бомбы погибли люди. Барт ушел в запой, долгое время вымаливал проще-
ние у Господа и с того дня не изготовил ни одной "адской машины", ссыла-
ясь  на свои моральные принципы.  Другой бы на месте Артиста заставил бы
его работать, либо выгнал к чертовой матери, но Артист был человеком не-
ординарных решений,  по крайней мере,  так полагал он сам.  Он приблизил
Барта к себе и стал брать его на все важные встречи.  Но  это  было  его
ошибкой:  Барт, вместо того чтобы благодарить своего Хозяина, все больше
ненавидел его.

   Именно Барт станет козырной картой в этой странной партии:  Рассказов
- Артист - Майкл.  Но до этого должны произойти события, которые сделают
возможным этот альянс...


Гнилая "командировка"

   Савелий дождался,  пока Хитрован,  дав последние напутствия водителю,
войдет в дом,  осторожно подкрался к синему "ауди" и сказал  водителю  в
открытое окно:

   - Послушай,  приятель, Хитрован же предупредил, чтобы ты был внимате-
лен, не так ли?

   - Что?  - Водитель даже побледнел от  неожиданности,  хорошо  еще  не
вскрикнул. - Ты кто?

   - Жить хочешь?  - спросил Савелий, и по его тону было ясно, что он не
шутит.  - Конечно! Что Я должен делать? - Молодец, соображаешь, - усмех-
нулся Савелий. - Ну-ка, перебрось свои кости на соседнее место!

   Когда тот выполнил приказ,  Савелий сел на заднее сиденье и ловко на-
кинул ему на шею ремень безопасности.

   - Не надо,  я сделаю все, что вы захотите, - захрипел водитель, пони-
мая, что стоит ему зашуметь, как его отправят на тот свет. Кто этот нез-
накомец? Что ему нужно? Если это делается с подачи Хитрована, то все еще
может кончиться благополучно, а если нет? Как бы там ни было, все козыри
сейчас у этого парня и тот наверняка должен ему что-то предложить:  если
бы  он хотел его убрать,  то давно бы это сделал.  - Если хочешь выжить,
даю тебе единственный шанс.  Понял?  Единственный!  - припугнул водителя
Савелий.

   - Понял!  - с испугом шепнул тот, да еще и кивнул головой, чтобы этот
сумасшедший не подумал чего плохого.

   - Вот и чудненько!  - Савелий улыбнулся и быстро спросил:  - Кто  еще
участвовал  в похищении из больницы раненого парня?  Ты,  Хитрован,  кто
еще? - Только врач, но он...

   - Знаю! - оборвал Савелий. - Кто убрал его?

   - Это знает только Хитрован.  Бля буду, правду говорю! - хрипло заве-
рещал водитель, почувствовав, как ремень на его шее стал сдавливаться. -
Кто убрал милиционера?  - Гусь и Копченый...  - Телефоны,  адреса?  - За
"козырьком", - кивнул водитель. - Медленно подними руку, достань, - при-
казал Савелий.

   Тот достал из-за "козырька" бумажку и протянул Савелию,  который про-
читал ее и сунул в карман.

   - Вот и хорошо.  Прощай,  милый! - Савелий резко потянул ремень безо-
пасности на себя.  - Ты же обещал!  - прохрипел водитель. - Я тебя обма-
нул! - усмехнулся Савелий. Раздался громкий хруст шейных позвонков.

   Савелий, заглянул в "бардачок",  прихватил оттуда перчатки, надел их,
обыскал труп и нашел пистолет Макарова.  Придав мертвому телу  положение
спящего человека, он вышел из машины и уверенно направился к дверям вил-
лы.  Савелий ткнул дверь,  но она была заперта.  Тогда он  нажал  кнопку
звонка, и вскоре раздались шаги.

   - Открывай,  это Морфин! Как только дверь приоткрылась достаточно ши-
роко, Савелий сунул Хитровану в живот ствол "Макарова".

   - В чем дело?  Что слу... - воскликнул удивленный Хитрован и в тот же
момент узнал Савелия.  - Черт бы меня побрал! Ведь показалось, что голос
знакомый...  Я чувствовал,  что без тебя здесь никак  не  обошлось.  Ле-
ша-Шкаф и Лолита - твоих рук дело?  - Как ни странно, Хитрован взял себя
в руки, словно нисколько не сомневался в благополучном исходе встречи.

   - Ты правильно понял:  их наказал я!  - жестко произнес Савелий.  - А
теперь подошла и твоя очередь.

   - Нетрудно  догадаться...  -  Хитрован  глубоко  взаохнул.  -  Может,
все-таки договоримся?

   - Ты сможешь облегчить свою участь,  если честно ответишь на все  мои
вопросы.

   - И тогда ты оставишь меня в живых? - с явным сомнением произнес Хит-
рован. - Видно будет! - Какой же мне резон?

   - Прямой!  - ухмыльнулся Савелий, уважительно подумав об этом челове-
ке:  даже перед лицом смерти он не теряет достоинства. - Не будешь отве-
чать, сразу умрешь, а будешь - поживешь еще. Ну, что решил?

   - Решил,  что поживу еще!  - секунду подумав, серьезно ответил Хитро-
ван.

   - Мне  нужно знать имена тех,  кто участвовал в похищении Наташи и ее
брата, а также в их убийстве, - едва не по слогам произнес Савелий. - Но
это еще не все.  Мне нужно знать, кто убил врача. Догадываешься, какого?
- Врача убрали не мои люди.  Я послал Гуся и Копченого  убрать  доктора,
но,  когда они заглянули к нему, он был уже с дыркой в башке. Мамой кля-
нусь! - Савелию показалось, что он говорит искренне.

   - Допустим. А Наташу и ее брата кто убил? - Пацана все те же - Гусь и
Копченый. Гуся ты видел, он с Лешей-Шкафом работал. Именно Гусь и выкрал
пацана, чтобы тебя прижучить... - А Наташу?

   - С Наташей сложнее: ей, по просьбе Красавчика-Стива, занимались люди
Мабуту.  Справедливости  ради,  замечу:  Мабуту  очень  редко  пачкается
кровью,  только если другого выхода нет. До меня дошли слухи, что ее ги-
бель была случайной.  Было приказано только выкрасть ее, а не убивать...
- Пиши!

   - Что писать? - нахмурился Хитрован. - Координаты Мабуту, Копченого и
Гуся!  - Все-таки ты решил прикончить меня?  - В голосе Хитрована слыша-
лось только огорчение, а не страх, не отчаяние. Он придвинул к себе чис-
тый лист бумаги, затем взял ручку и начал быстро писать. Он действитель-
но не испытывал страха, но не потому, что не боялся умереть. Он был уве-
рен,  что сумеет выкрутиться.  Ему и в голову не могла прийти мысль, что
наступил его последний час.

   Будь на месте Савелия другой,  можно было бы попробовать сунуть  руку
под стол,  где на всякий случай прикреплен "Вальтер"...  Но это же Беше-
ный! Хитрован до конца жиэни не забудет схваток в клубе "Виктория"!

   Может быть,  все-таки есть возможность договориться с ним? Не обманы-
вай себя,  Хитрован!  Забыл про Лещу-Шкафа, про Лолиту? Закончив писать,
Хитрован улыбнулся,  протягивая листок Савелию,  как бы говоря,  что все
его приказы он выполняет точно и быстро, чтобы и тот в свою очередь про-
явил к нему снисходительность.  Савелии сделал вид, что потерял бдитель-
ность,  и опустил оружие.  Он давно уже "слышал" мысли Хитрована,  и ему
просто было интересно посмотреть, что он может придумать в данной ситуа-
ции. Решится ли на что-то или до самого конца будет лелеять надежду, что
все для него окончится благополучно?

   И Хитрован решился воспользоваться оплошностью своего палача:  протя-
гивая листок левой рукой, он быстро сунул правую под стол, вырвал оттуда
"вальтер",  но выстрелить не успел.  Савелий ожидал  чего-то  подобного,
вздернул ствол "Макарова",  и его выстрел угодил точно в цель.  Словно в
замедленном кино,  Савелий видел,  как выпал из слабеющей руки Хитрована
пистолет,  как  обагрилась белая сорочка алой кровью,  как стало оседать
грузное тело на пол.  Хитрован смотрел на Савелия,  и глаза его,  как ни
странно, были спокойными.

   - Не  думал...  - удалось еще выдавить из себя Хитровану.  Он упал на
пол,  сдернув со стола скатерть, которая накрыла его тело, и сразу же на
ней выступило красное пятно. Савелий бросил пистолет на пол и тут же вы-
шел.

   Неподалеку от Сущевского рынка Савелий остановился и направился к те-
лефону-автомату.  Он уже входил в будку, как кто-то его окликнул: - Дядя
Савелий?  - Это была девочка лет тринадцати.  Ее неуверенный, но востор-
женный взгляд уставился на него с такой детской непосредственностью, что
Савелий вдруг смутился. Эти огромные глаза определенно были знакомы ему,
но все же он никак не мог узнать эту девочку. Кто она? Почему она, прис-
мотревшись к нему, осветилась радостной улыбкой? Казалось, девчушка сей-
час просто расхохочется от его смущения.

   - Неужели я так сильно изменилась? - кокетливо проговорила она.

   - Что-то я... - Савелий недоуменно пожал плечами.

   - Я  буду тебя ждать хоть всю жизнь...  - неожиданно тихо проговорила
она тоненьким голоском. Савелий обрадованно воскликнул:

   - Розочка?  Неужели это ты?  Обалдеть можно! Невеста, самая настоящая
невеста! - Он действительно был рад встретить эту девочку, дочку таксис-
та,  который несколько лет назад помог ему. Его слова смутили девочку, и
она капризно топнула ножкой.

   - Скажешь тоже, невеста! Вот подожди, увидишь какой я стану.

   - Вылитая мамочка!  - усмехнулся Савелий.  - Шура,  кажется? Как она?
Как Сергей?

   - Ой, вы же ничего не знаете... - с тихой грустью проговорила Роза, и
по ее щекам потекли крупные слезы. - Что случилось?

   - Чуть  больше  года  назад  маму  убили,  - вздохнула девочка совсем
по-взрослому.

   - Как убили? - растерялся Савелий. - Кто? За что?

   - Папка говорит, что менты, а они все свалили на зеков! - Было стран-
но слышать из уст милой девчушки такие слова.  - А где Сергей? - В коло-
нии строгого режима. - Как это случилось?

   - Рэкетиры...  Хотели отобрать его машину,  а он так дал одному,  что
тот  стал  калекой?  - Розочка скривила лицо и изогнула шею,  изображая,
видно, того несчастного. - Вот и осудили его на четыре года. А с год на-
зад нам разрешили свидание с папой... - Она снова заплакала, на этот раз
громко, навзрыд.

   - Успокойся,  Розочка,  - Савелий положил ей руку на плечо. - Пойдем,
расскажешь все в машине, а то уже прохожие оборачиваются...

   Они сели в машину, и девочка, всхлипывая, поведала ему страшную исто-
рию...

   В конце октября Роза и ее мать, закупив продукты, сели в поезд и отп-
равились на "свиданку".  Ехать нужно было довольно долго, по крайней ме-
ре, так показалось девочке - "одну ночь и еще целый день": колония нахо-
дилась недалеко от кавказских гор.

   Сутки пришлось  ожидать,  пока освободится комната для свиданий.  Это
время им пришлось провести в частном доме, потому что гостиницы в посел-
ке не было.  А к "тете",  у которой они остановились на ночлег,  "шастал
какой-то мент из колонии".  В ту же ночь,  напившись в стельку,  он стал
приставать к ее матери.  Она сопротивлялась,  а когда он ударил ее, "так
его саданула, что он сразу потерялся".

   Они подхватили сумки и сбежали,  решив дождаться перед вахтой.  Когда
же комната наконец освободилась и они вошли,  то там увидели того самого
"мента",  который ночью приставал к Шуре: он оказался помощником началь-
ника колонии.  Ничего не сказав,  он оформил документы, а вскоре привели
Сергея. Все было хорошо, но ночью, когда Розочка крепко спала, неожидан-
но ворвались солдаты.

   Розочка спросонья ничего толком не поняла.  Сначала увели Сергея,  за
ним и Шуру. Сколько времени прошло, она не помнит: то забывалась во сне,
то просыпалась.  Потом Сергея вернули. Он стучал в дверь, требовал жену,
просил объяснить,  в чем дело,  но никто не обращал на него внимания,  а
утром пришел начальник колонии и сказал, что Шуру убили зеки.

   - А  сейчас  я живу у тети Зины...  Это мамина сестра,  она за мной и
приехала тогда... - закончила свой рассказ Розочка.

   Господи, сколько же пришлось испытать этой девочке?  И это вместо то-
го,  чтобы резвиться,  смеяться, учиться и заниматься спортом... У нее и
глаза стали какие-то взрослые.  Казалось,  в них читался постоянный воп-
рос:  "Дяденьки и тетеньки!  Почему вы допустили,  чтобы убили мою маму,
чтобы со мной такое произошло?" Савелию вдруг  показалось,  что  девочка
недоговаривает.  - Розочка, ты что, не доверяешь мне? - Как вы могли та-
кое подумать?  - Она даже заплакала от обиды.  - Тогда расскажи мне  все
без утайки. - Мне стыдно, Савелий! - Розочка опустила голову. - Меня?

   - Да,  - с горечью воскликнула девочка. - Я же обещала ждать тебя всю
жизнь,  а теперь... - Она уткнулась в спинку сиденья и горько заплакала.
Савелий даже смутился:

   - Розочка,  милая,  не нужно плакать: все будет хорошо. Поверь мне! -
Он нежно погладил по ее голове.  - Ты поделись со мной и тебе сразу ста-
нет легче!

   - Этот мент...  Ну, дяденька, который приставал к маме... - Она снова
смущенно опустила глаза и стала теребить подол.

   Савелий не торопил девочку, молча смотрел на нее и ждал. Он уже дога-
дывался, что могло произойти там.

   - Я проснулась,  когда он снимал с меня трусики... В темноте я не по-
няла,  думала,  что это мама,  а потом почувствовала его пьяный запах  и
стала кричать,  но никто не приходил...  - Она снова всхлипнула. - Потом
мне стало больно и я потеряла сознание...  а очнулась от шума  и  крика:
это мама дралась с ним. Потом она рассказала мне, что он ее сильно толк-
нул,  и она ударилась головой о кровать, а когда пришла в себя, увидела,
как он... трогает меня. Мама и накинулась на него... дальше вы все знае-
те...

   Савелий смотрел на девочку, и у него вдруг накатили слезы на глаза.

   - Прости, Розочка, - тихо шептали его губы. - Прости, милая!

   - Вас-то за что? - удивленно воскликнула девочка.

   - За то,  что меня не было рядом.  -  Чего  уж...  -  Розочка  совсем
по-взрослому махнула рукой.

   - Ты куда шла? - спросил Савелий, чтобы переменить тему.

   - Домой  из магазина.  - Девочка кивнула на авоську с хлебом.  - Сели
кушать,  а хлеба-то и нет...  Пойдемте,  я вас с тетей Энной познакомлю!
Она хорошая.  Не такая, как мама, но тоже хорошая. Только вы не говорите
ей о том,  что я вам рассказала...  Переживать будет... Да вы не жалейте
меня:  у меня быстро боль прошла.  А крови почти не было.  Мама сказала,
что эта свинья ничего не успела сделать. Я ее спрашивала, но она не объ-
яснила, чего он не успел... Может, вы мне скажете?

   - Ну...  -  Савелий искал слова и не мог найти.  - Мама имела в виду,
что он не сделал тебе еще больнее...  - Какой же вы все-таки! - Роза по-
качала головой. - Я не стала женщиной? Да? Это он не успел сделать?

   - Господи,  Розочка,  где ты наслушалась всего этого?  - Савелий нас-
только смутился, что не знал куда девать глаза.

   - И в книжках,  и по телеку,  и мальчишки все время только об этом  и
говорят... Делать им больше нечего!

   Савелий не выдержал и громко расхохотался.  - Нет,  с тобой не соску-
чишься!  - Мама тоже так говорила...  - Она тяжело вздохнула.  - Так  вы
пойдете к нам?  - А кто еще с вами живет?  - Тетя Зина и бабушка Вера...
Она старая совсем,  а тетя Зина засиделась в невестах:  кому она  теперь
нужна?  Ей уже тридцать четыре... А без мужика в доме знаешь как трудно?
- повторила она чью-то мысль.  - Ладно, юмористка, поехали! - Не надо. -
Она  хитро улыбнулась.  - Вот наш подъезд,  а этаж - четвертый.  - Тогда
двинули? - Двинули...

   В небольшой двухкомнатной квартирке было чисто и уютно.  Сразу броса-
лось в глаза,  что здесь живут только женщины: неумело прибитая вешалка,
перевязанный протекающий кран в ванной комнате и многое другое.

   - Тетя Зина, это Савелий! - прокричала Розочка прямо с порога.

   - Неужели жених пришел?  А я-то все думала, что ты выдумываешь все...
- проговорил бархатистый голос,  и к ним вышла моложавая женщина,  очень
похожая на свою сестру,  такая же огненно-рыжая. - Извините, пожалуйста.
Здравствуйте!  - Она смутилась,  увидев Савелия. - Я думала, Розочка ра-
зыгрывает нас. Зина! - Она протянула руку. - Савелий.

   - Нет,  вы правда тот самый Савелий?  - Не знаю какой,  но я действи-
тельно Савелий!

   - Тот, тот! - закричала девочка, готовая обидеться.

   - Мама,  к  нам в самом деле пришел Савелий!  - громко сказала Зина в
сторону кухни.

   - Вот и хорошо:  будем садиться за стол!  - К ним вышла седая женщина
лет шестидесяти пяти.  - Вера Николаевна! - представилась она, не протя-
гивая однако руки.  - Идемте на кухню. - Но я как-то... - смутился Саве-
лий.  - Руки помойте в ванной, синее полотенце чистое. И без разговоров!
- Сразу было ясно, кто командует в этой квартире.

   - Ну,  рассказывайте: где были, что видали? - спросила Вера Николаев-
на, когда все сытно поужинали. - Кстати, вы чей знакомый, Шуры или Сере-
жи?

   - И Розочкин тоже!  - добавил Савелий. Девочка счастливо заулыбалась.
- А повидать многое пришлось...

   - Я слышала, вы тоже в заключении побывали? - прямо спросила Вера Ни-
колаевна. - Извините, что я так...

   - Ничего. - Савелий улыбнулся. - Разобрались, реабилитировали...

   - Это хорошо... - Пожилая женщина тяжело вздохнула.

   - Мама!  - предупреждающе воскликнула Зина,  видимо зная, что за этим
последует.

   - А вот Шурочке нашей не повезло: убили ее мерзавцы! - Вера Николаев-
на всхлипнула и разрыдалась.  - Извините меня, дуру старую! - Она встала
с кресла и медленно поплелась в свою комнату.

   - Вы уже знаете? - тихо спросила Зина. - Да, Розочка посвятила. - Са-
велий повернулся к девочке. - Ты пошла бы, успокоила бабушку...

   - Ладно уж,  можете посекретничать!  - Девочка поджала губы и вышла с
гордо поднятой головой.

   - Ну и девчонка!  - хмыкнул Савелий.  - А я ей завидую,  - неожиданно
призналась Зинаида. - Столько пережить и остаться любящим и нежным чело-
веком!

   - Розочка  сказала,  что  вы пытались чего-то добиться,  ездили туда?
Что-нибудь выяснили?

   - Только одно: ни закона, ни власти, ни порядка там нет! Зверье прок-
лятое! - Что и вас... - начал Савелий. - Представьте себе, и меня! - Зи-
наида закивала головой. - Подонки! Мерзавцы! Ладно я: уже, что говорить,
прожила свое...  Попроси, может, я и сама с удовольствием лягу, но наси-
ловать, истязать... - Она задрала юбку, обнажая крутые бедра, потом коф-
ту, и показала желтобагровые синяки. - До сих пор не прошли!

   - И  что?  Неужели ничего нельзя было сделать?  К прокурору бы сходи-
ли...

   - Сходила! - Она горько усмехнулась сквозь слезы. - Они там все повя-
заны одной ниточкой!  Спасибо,  еще живой вернулась,  не посадили... Уже
арестовывать шли, да соседка совестливая оказалась: узнала и предупреди-
ла, что они мне там настряпали... - И что же?

   - А вот что!  "Воровство, сопротивление сотрудникам милиции и нанесе-
ние им телесных певреждений". А? Каково?

   - Где находится эта зона?  - В Ставропольском крае,  недалеко от  тех
мест, где сейчас война идет... - Номер помните? - А зачем номер, она там
одна...  - Судя по вашим словам,  должны быть две - мужская и женская. -
Они объединены! - Этого не может быть!

   - Где-то не может,  а там есть!  - упрямо сказала Зинаида.  - Или мне
своим глазам не верить?

   - Своим глазам верить нужно, - согласно кивнул Савелий. - Какой рядом
город, поселок? Как туда добраться?

   - Небольшой городок Каясула,  но от него еще на автобусе часа два пи-
лить...  Вспомнила: тринадцать дробь четырнадцать! Этот номер был на во-
ротах  зоны!  Там еще и название было,  но такое несуразное,  что я и не
придала ему значения...

   - А букв никаких перед этим номером не было?

   - Вроде были...  - Она снова наморщила лоб. - Очень уж похоже на вся-
кие новомодные сокращения...  Нет, никак не вспомню... Неужели вы хотите
туда отправиться? Ой, не нужно! Не вернетесь вы оттуда: убьют!

   - Хлопотно это. Авось обойдется! - Савелий с улыбкой подмигнул женщи-
не.

   - Только очень вас прошу,  если все же поедете туда, не ссылайтесь на
меня.  Боюсь я,  могут и здесь как муху прихлопнуть!  - Она всхлипнула и
опустила голову. - Простите, но мне действительно страшно!

   - Не беспокойтесь,  вас это не коснется. Сам разберусь! - твердо ска-
зал Савелий.  - Мне кажется,  вы очень смелый и добрый человек.  Спасибо
вам!  - За что? - За то, что вы есть... такой! - Ладно, поздно уже, пора
мне.  - Смущенный Савелий встал из-за стола.  - Позовите Розочку: попро-
щаться...

   - Хорошо! Прощайте, удачи вам, - сказала Зинаида и вышла.

   - Спасибо! И вам того же! - бросил ей вслед Савелий.

   - Уже уходите? - грустно спросила Розочка, войдя в кухню. - Дела...

   - Вы накажете их? - неожиданно спросила девочка. - Обещаю! - Берегите
себя.

   - Обещаю!  - повторил Савелий и протянул ей руку. - Не скучай тут без
меня.

   - Буду!  Буду скучать!  - Она со слезами бросилась ему на шею и стала
неумело тыкаться влажными губами в нос,  щеки,  глаза, губы, ежесекундно
приговаривая:  - Буду скучать!  И буду тебя ждать всю жизнь!  - Это было
сказано с такой уверенностью, что Савелию ничего не осталось, как пообе-
щать: - Понял! Вернусь!

   - Правда?  - Она обняла его и тихо прошептала на ухо: - Я люблю тебя!
- Это признание было настолько важным для  девочки,  что  она  не  могла
больше сдерживаться и тут же убежала, закрыв лицо руками...

   Савелий ехал  по  вечерней Москве в каком-то странном состоянии.  Ему
было грустно и тяжело вспоминать о том,  что произошло в этой семье,  но
было и приятно думать о Розочке.  Нет-нет, он совершенно не думал о ней,
как женщине, для него она была просто живым существом, которое нуждается
в его защите, нежности, любви...

   Взгляд Савелия упал на радиотелефон. Нужно срочно позвонить Зелинско-
му, пусть разыщет точные координаты этой колонии. Перед Богомоловым при-
дется извиниться: он не может ложиться на операцию, пока не разберется в
этом деле.

   Неожиданно Савелий вспомнил о Короле.  Где он сейчас? Неплохо было бы
повидаться...  А что ему мешает?  Ведь у него есть телефон,  который ему
дал проводник на границе.  Чем черт не шутит?  Он взял трубку  и  быстро
набрал номер.

   - Вас очень внимательно слушают!  - Это был голос Короля: чуть улови-
мый акцент, небольшая хрипотца от излишнего употребления табака и полное
спокойствие.

   - От души приветствую тебя!  - с радостью воскликнул Савелий. - Хоро-
шо, что я тебя нашел, я так рад слышать твой голос...

   - Постой, приятель, не тарахти. Голос вроде знакомый, а узнать... Не-
ужели ты, Бешеный? - По его интонации было трудно определить, рад он Са-
велию или нет.

   - Слава Богу, узнал! Как здоровье? Как внучка поживает?

   - Спасибо,  и у меня и у нее все отлично.  В медицинский институт  ее
определил, на втором курсе уже учится. Из-за нее пришлось в Москву пере-
езжать:  подавай ей Первый медицинский и все тут!  А как у тебя дела? На
Востоке удачно все прошло?

   Савелий понял, что проводник уже успел рассказать Королю об их встре-
че: это "радио" работает быстро и безошибочно.

   - Пятьдесят на пятьдесят, - усмехнулся Савелий.

   - И слава Богу,  что не в проигрыше!  Я тоже рад тебя слышать.  Скажу
больше: сам хотел разыскать тебя.

   - Я знаю, мне передавали, но все как-то не с руки было...

   - Наслышан...  Что, помощь нужна? Ты же мне как сын, не сомневаешься,
надеюсь? - Стареет Король - на сентиментальность потянуло!

   - Да, это я сразу ощутил, еще тогда, на "командировке"! - Савелий ус-
мехнулся,  вспомнив, что именно Король послал парней во главе с Аршином,
чтобы расправиться с ним ночью в бараке.

   - Напрасно ты так,  сынок!  - обиделся Король. - Во-первых, я же тебя
не знал тогда, вовторых, должен был уважать решение сходки... А когда уж
познакомился с тобой, сразу решил: этот парень должен жить!

   - Да помню, Король, помню, - заверил Савелий.

   - Но теперь это уже все в прошлом:  отошел Король от дел... С внучкой
занимаюсь,  скоро ее детей буду нянчить... Ладно, говори, что нужно? Ко-
роль тебе всегда поможет. Извини, что не приглашаю встретиться: хозяйни-
чаю у плиты.  Внучка сегодня родилась, весь свой курс пригласила... - Он
явно не мог нарадоваться на свою любимую внучку и мог без  устали  гово-
рить о ней.

   - Можно и по телефону...  - Савелий сделал паузу, решая, стоит ли со-
ветоваться с Королем,  потом подумал,  что в таких делах он щепетилен и,
если  даст  слово,  будет молчать как рыба.  - Ты случайно не слышал про
"командировку" тринадцать дробь четырнадцать? Городок Каясула...

   - "Райский уголок"?  Как не слышал!  Гнилая "командировка"! Если кого
вытащить,  то нужны очень большие деньги. Но... гарантий никаких. - Неу-
жели могут "кинуть"? - удивился Савелий. - Вполне! - Даже таких, как ты?

   - Там все очень круто: до самых верхов тянется... - неопределенно от-
ветил Король.  - А что тебя там интересует? - Извини, могу сначала я за-
дать тебе вопрос? - Попробуй... - добродушно усмехнулся Король.

   - Ты действительно отошел от дел? - Если ты хочешь узнать, смогу ли я
оказать помощь, то не сомневайся, смогу! - твердо заверил он. - Если те-
бя волнует,  смогу ли я сохранить наш контакт в тайне,  то ты, по-моему,
достаточно хорошо меня знаешь. Тебя такой ответ устроит?

   - Вполне!  -  Савелий был весьма удивлен тем,  что Король моментально
догадался о ходе его мыслей.  - Мне хочется добиться там справедливости!
- заявил он.

   - Если скажу,  что не советую,  ты же все равно не послушаешь, не так
ли? - Так.

   - Что ж, буду рад, если ты потрясешь там этих сволочей: совсем зажра-
лись и обнаглели, падлы! Никаких авторитетов не уважают, ничего святого!
Есть в этой "командировке" один человек:  мой крестник,  кликуха его Бе-
сик.  Скажи ему одну фразу: "Птичка в клетке не поет". Он поймет, что ты
от меня,  и поможет, чем сможет. На этой "командировке", земеля, уважают
только силу, но силу особую... Только мой совет: не верь никому. Сука на
суке сидит и сукой погоняет! Кстати, там на "раскрутку" не пускают: сами
расправляются!  - Самосуд, что ли? - Что-то вроде этого... - Савелий по-
чувствовал, что Король начал торопиться. - Ладно, звони, если что. Будь,
сынок! Удачи!

   - Спасибо, Король! - искренне поблагодарил Савелий.

   Выходит, Зинаида была права. То, что там происходит, называется одним
словом: БЕСПРЕДЕЛ! Он снова набрал номер, на этот раз Зелинского.

   - Извините,  Александр Васильевич,  но снова нужна ваша  помощь...  -
Что-то серьезное? - Очень, - не стал скрывать Савелий. - Ты на машине? -
Так точно! - Давай ко мне!

   Через несколько минут он уже внимательно слушал рассказ Савелия,  по-
том переспросил: - Тринадцать дробь четырнадцать? - Да.

   Зелинский быстро сделал запрос на компьютере,  поморщился,  удивленно
покачал головой и поднял глаза на Савелия.  - Такой колонии в России  не
числится! - Как?

   - А вот так! - Он развел руками. - Не числится, и все тут.

   - Вы хотите сказать, что все в семье Даниловых лгут?

   - Я  этого не говорил.  - Зелинский дал команду компьютеру,  радостно
потер руками.  - Каясула,  говоришь? Есть такой объект. Но это совсем не
зона, а приватизированный объект оборонки.


Резкий поворот

   Рассказов, убрав со своего пути Большого Стэна,  был  очень  доволен:
нет больше человека, который мог бы напомнить ему о неудаче в Афганиста-
не.  Но это не главное. На самом деле он избавился от Большого Стэна по-
тому,  что тот узнал о важном плане, над которым Рассказов работал в те-
чение последних десяти лет.  Первая часть плана,  к сожалению,  провали-
лась, подземную базу в Казахстане пришлось ликвидировать. Но у Рассказо-
ва в запасе имелось кое-что получше...

   Когда Аркадий Сергеевич возглавлял отдел КГБ, он инспектировал закры-
тые  колонии,  занимавшиеся важными государственными работами,  опасными
для здоровья человека.  Однажды он побывал с инспектором на юге  Ставро-
полья.  Колония была построена в труднодоступном месте,  окруженном ска-
листыми утесами с трех сторон,  а с четвертой,  словно  братья-близнецы,
стояли едва ли не вплотную две горы.  Между ними по узкому ущелью пробе-
гала извилистая дорога - единственный путь к колонии.

   В то время там занимались только двумя видами работ: слесарными и об-
работкой  полудрагоценных  камней.  По  каким-то причинам в колонию были
вложены огромные средства.  Там были просторные  цеха  с  вентиляционной
системой,  прекрасное оборудование и многое другое. Можно было предполо-
жить,  что эта колония появилась специально  для  "своих"  преступников.
Увидев  все это.  Рассказов подумал,  что из этой колонии здравомыслящий
хозяин мог бы сделать отличную фабрику и зарабатывать на ней миллионы.

   Прошло время,  и Рассказов,  никогда ничего не забывавший, решил, что
настала пора прибрать эту колонию к рукам. Происходящие в Советском Сою-
зе события позволяли ему осуществить случайную идею: создать на базе ко-
лонии фабрику.  Теперь идея сформировалась окончательно - фабрика должна
заниматься сборкой оружия.  Для этого есть все:  цеха,  оборудование,  а
главное - дешевая рабочая сила. А если есть конкретно поставленная цель,
то остается только одно: предпринять верные шаги, чтобы достичь ее.

   Что нужно было сделать?  Прежде всего - убедить власти в  важности  и
полезности объекта для нужд региона и страны. Для чего? Чтобы приватизи-
ровать это "малое предприятие", открыть свой собственный счет, заручить-
ся  поддержкой возможных партнеров.  Успешная работа всякого предприятия
зависит,  в основном,  от двух факторов: постоянной и своевременной пос-
тавки сырья и устойчивого рынка сбыта готовой продукции.  И, конечно, от
рабочей силы.

   Рассказов понял,  что сохранить для предприятия  статус  исправитель-
но-трудового учреждения,  с одной стороны,  сложно, а с другой - просто.
Сложно потому,  что нужно отыскать чиновника, от которого это зависит, а
просто,  потому что всякого чиновника можно купить.  Такого человека ра-
зыскать удалось:  он занимал высокую должность  в  Управлении,  которому
подчинялись  все исправительные учреждения.  Чтобы не вводить его в под-
робности о подлинных целях,  доложили о необходимости перепрофилирования
объекта для нужд обороны страны. Именно поэтому объект, являясь засекре-
ченным,  должен был формально оставаться в ведении Министерства внутрен-
них дел.  Министерству же были обещаны значительные отчисления,  которые
никто не собирался учитывать...

   Как только чиновник понял,  что дело пахнет хорошими деньгами, он бе-
зоговорочно стал едва ли не главным защитником этого проекта.  Благодаря
его прямому содействию "предприятие" очень быстро приватизировали,  отк-
рыли рублевые и валютные счета.  Устав предполагал организацию предприя-
тия со смешанным капиталом:  пятьдесят один процент российского и  сорок
девять - иностранного.  С умным видом говорилось, что "контрольный пакет
будет принадлежать России, а это хорошо".

   Постепенно работа наладилась.  Не было нужды  ввозить  из-за  границы
комплектующие детали,  теряя каждый раз на налогах и взятках на таможне,
поскольку удалось договориться с крупным оружейным заводом в близлежащей
Чечне.

   С зарплатой  никогда  не было задержек,  и это в непростое для страны
время было хорошим стимулом для работы. Позднее, когда дела фабрики пош-
ли  на лад.  Рассказов решил,  что разгонит всех вольнонаемных,  охраной
займутся те,  кто будет нести службу не только за деньги, но и за страх.
Он решил набирать в охрану тех,  у кого нелады с властью: такие люди ни-
куда не денутся.

   Создав это  предприятие.  Рассказов  преследовал   несколько   целей:
во-первых, это было отличным вложением капитала; во-вторых, своеобразным
плацдармом для будущего рывка в российскую экономику,  в-третьих, оружие
- это не только источник дохода, но и необходимая вещь, когда придет по-
ра захвата власти в стране.  Кроме того,  Рассказов  решил  использовать
фабрику  как  место хранения наркотиков,  а потому на территории "малого
предприятия" были построены склады, доступ в которые был максимально ог-
раничен.  Именно туда и был отправлен кокаин,  который он получил от Ар-
тиста.

   На руководство объектом Рассказов поставил человека, которому всецело
доверял, своего старого знакомого. Бывший работник отдела ЦК КПСС, кури-
ровавшего КГБ,  Виктор Николаевич Севостьянов в свое время помог Расска-
зову бежать за границу.

   В колонии  были введены кое-какие новшества.  Если раньше по всему ее
периметру были протянуты ряды колючей проволоки над железобетонным забо-
ром с вышками, то сейчас все вышки демонтировали, проволоку сняли. Одна-
ко пытаться бежать из-за этого забора было невозможно:  везде были расс-
тавлены  видеокамеры,  передающие  на мониторы центрального пульта любое
движение не только вокруг колонии,  но и внутри нее.  Кроме того,  через
каждые десять шагов вдоль забора были закопаны датчики,  настолько чувс-
твительные, что моментально реагировали на любой объект выше шестидесяти
сантиметров и более тридцати килограммов веса.

   Стоило попасть  в  зону действия датчиков,  как они включали сирену и
подавали высокое напряжение в пятиметровую полосу.  Электрический разряд
был достаточно мощным,  чтобы лишить человека сознания, а то и отправить
на тот свет.

   На мощных,  но затейливо украшенных воротах колонии красовалось новое
название:  ИТОО - Исправительное товарищество с ограниченной ответствен-
ностью - N 13/14 "Райский уголок".  Человек,  впервые появившийся  перед
этими воротами,  вполне мог подумать, что оказался перед какой-то фабри-
кой или заводом:  обычная дверь сбоку, на которой виднелись две надписи:
"Проходная",  и чуть ниже "Бюро пропусков". Да и заглянув внутрь, непос-
вященный ничего особенного не увидел бы:  маленькое окошечко, за которым
сидит вахтер, над ним надпись: "Приготовьте документы". Но на этом и за-
канчивались признаки обычной фабрики.  Посетитель получал пропуск, оста-
вив  у  вахтера свой паспорт,  железные двери автоматически открывались,
впускали его и тут же закрывались за ним.  Человек оказывался в  своеоб-
разном тамбуре перед другой железной дверью, но к ней можно было попасть
только через "ворота", напоминавшие те, что стоят в аэропортах.

   А тех, кого привозили сюда для "отбывания наказания", едва они прохо-
дили за вторую железную дверь,  встречали охранники,  одетые в камуфляж.
Они были вооружены как десантники,  собравшиеся на задание,  - на  поясе
ножи,  пистолеты, на руках черные кожаные перчатки, за плечами автоматы.
Но было и отличие: полицейская дубинка и наручники.

   Новичку сразу бросалось в глаза,  что территория была настолько выли-
зана,  что, казалось, можно ходить по каменистым тропинкам босиком и по-
том спокойно ложиться в кровать,  не боясь испачкать белую простыню. Ни-
каких указателей,  кроме номеров на зданиях и сооружениях не было видно,
и человек, впервые попавший сюда, не смог бы сориентироваться без сопро-
вождающего.

   Чувствовалось, что денег на обустройство здесь не жалели: тратили ка-
питально и с размахом.  Вместо привычных для подобных мест бараков  были
построены  добротные двух- и трехэтажные дома из гранита,  который добы-
вался здесь в избытке.  Каждый этаж имел коридорную систему.  Дома  были
типовые и походили друг на друга,  как близнецы-братья.  На каждом этаже
имелось по тридцать комнат, вмещающих по пять человек. Всего спецконтин-
гент насчитывал девятьсот пятьдесят человек.

   Каждый из тех,  кто находился в колонии, по приговору суда имел опре-
деленный срок,  но,  попав сюда,  мог сразу же забыть о своем приговоре:
никто не мог и мечтать, чтобы вернуться на волю. Существовали только два
пути выхода из этой зоны: первый - "ногами вперед", да и то не более чем
на  пару  километров  от колонии,  на специально оборудованное кладбище.
Второй путь был предпочтительнее - попасть в  число  охранников.  Однако
заключенные не предполагали, что стали пожизненными рабами в этом "райс-
ком уголке".

   Сестра Шуры,  убитой здесь,  нисколько не преувеличила, сказав о том,
что в колонии существовала и женская половина. Двухэтажный дом на триста
женщин был расположен за забором,  куда можно было попасть только офице-
рам  и  некоторым избранным осужденным.  Нарушители строго наказывались.
Женская колония охранялась своей охраной, состоящей, впрочем, из мужчин.
Условия содержания здесь были более мягкими,  чем в мужской зоне, хотя и
ненамного.

   Женский дом был построен совсем недавно по личному указанию начальни-
ка "учреждения",  прозванного даже среди охраны Барином. Виктор Николае-
вич Севостьянов появлялся на территории колонии только в пятнистой форме
с  полковничьими  погонами,  которые нацепил по собственной инициативе в
первый же день своего появления.  На самом деле по  документам  он  имел
звание младшего лейтенанта запаса.  Впрочем, весь персонал колонии носил
погоны и имел "воинские звания".

   После 1991 года Севостьянов перебивался с хлеба на воду,  примыкая то
к одной новоиспеченной партии,  то к другой,  полагая, что легко получит
"теплое" местечко, на котором не нужно будет особенно "горбатиться". Од-
нако  времена партийных функционеров прошли,  и нужно было стараться изо
всех сил, чтобы хоть както держаться на плаву. Разуверившись, Виктор Ни-
колаевич кинулся в коммерцию, но и там ничего путного не смог достичь. К
тому моменту, когда его разыскали люди Рассказова, он уже был вполне го-
тов идти в лотошники. Услышав привет от Аркадия Сергеевича и предложение
возглавить крупное предприятие, он на несколько минут лишился дара речи.
Когда он спросил о зарплате, посредник заметил:

   - Виктор Николаевич,  наш общий знакомый просил передать вам дословно
следующее: "Официальная - как у министра, а остальное, как сам решит".

   Севостьянов понял,  что наконец-то пришел и на  его  улицу  праздник.
Единственное,  что его удручало, так это отдаленность от родной столицы,
но,  немного подумав,  он пришел к выводу,  что с теми деньгами, которые
ему светят, никто не помешает ему каждые выходные проводить дома. Он да-
же не стал задумываться о том, чтобы перевезти к новому месту работы же-
ну  и  двух  великовозрастных дочерей,  ведущих абсолютно праздный образ
жизни, но тем не менее горячо им любимых.

   Проведя на новой работе пару месяцев,  Севостьянов настолько  вник  в
производство, словно всю жизнь только этим и занимался. Вскоре он понял,
что для того, чтобы требовать даже от рабов хорошей отдачи, нужно их хо-
рошо кормить,  предоставлять необходимый для восстановления сил отдых, а
для поощрения использовать природную потребность самцов.  Та-- ким обра-
зом и возникла мысль о создании женской части колонии.  Севостьянов, за-
ручившись поддержкой "наверху",  быстро построил  двухэтажный  корпус  и
сделал запрос на триста женщин не старше сорока лет. Начальники перепол-
ненных тюрем настолько обрадовались,  что буквально в считанные дни  за-
полнили новоиспеченную колонию "спецконтингентом".

   Должность главного врача колонии занимал капитан Воробьев. На воле он
был обыкновенным медбратом кожно-венерологического диспансера. Свой срок
он  получил за то,  что сделал аборт и совсем еще молодая женщина умерла
от потери крови.  Каждый вновь прибывший заключенный первым делом прохо-
дил  тщательный  медицинский осмотр,  и если обнаруживалось,  что у него
простая,  известная "доктору" болезнь, то его помещали в стационар. Если
же капитан Воробьев подозревал сложное заболевание, тем более инфекцион-
ное,  то такого,  как правило, отправляли обратно, составив внушительную
сопроводиловку о "невозможности принять тяжелобольного в связи с отсутс-
твием надлежащих условий для лечения". Иногда назад не принимали, и тог-
да  больной был обречен:  более двух суток жить ему не давали.  В отчете
всякий раз ставился  диагноз:  "Умер  от  сердечной  недостаточности"  -
единственный диагноз, которым в совершенстве овладел "доктор" Воробьев.

   На предмет  инфекционных заболеваний гораздо более тщательно обследо-
вались представительницы женского пола, в этом вопросе Воробьев чувство-
вал себя достаточно уверенно. При осмотре почти всегда присутствовал сам
Севостьянов и отмечал тех женщин, которые "приятно ласкали глаз".

   У Севостьянова было странное хобби, которое ему удавалось скрывать от
посторонних: он любил подглядывать за тем, как "трахаются" другие. В та-
кие моменты он и сам получал удовлетворение. Именно для этой цели и было
отведено несколько комнат для "снятия стресса". Каждая комната была обо-
рудована видеокамерой,  записи с которых подавались прямо  в  специально
оборудованный  кабинет Севостьянова.  Самое большое наслаждение он полу-
чал,  если жертва сопротивлялась, и чем сильнее, тем в больший экстаз он
входил.

   Но сегодня ему было не до эротических развлечений: нужно было отправ-
лять очередную партию оружия.  Процедура была отработана  до  мельчайших
деталей.  Сначала приезжал представитель Рассказова,  внимательно следил
за погрузкой,  потом появлялись боевики для охраны груза. Он доставлялся
на  небольшой  тщательно  замаскированный аэродром.  Там ящики с оружием
буквально за считанные минуты перебрасывались в самолет,  который тут же
улетал через границу.  Наземные ПВО, получив несколько раз указание про-
пустить коммерческий рейс, вскоре настолько привыкли к подобным полетам,
что, сделав запрос на борт и получив позывные, даже перестали связывать-
ся с руководством,  давая самолету "зеленый свет". Тем не менее Севость-
янов  всякий раз волновался при отправлении груза и обретал покой только
тогда,  когда получал сообщение, что груз благополучно доставлен адреса-
ту.

   Однако именно сегодня,  когда Севостьянов торопился отправить груз, с
этапом прислали трех женщин.  Одна была просто красавица.  У нее был ог-
ромный бюст, тонкая талия и длинные ноги, короче, все так, как любил Се-
востьянов.  Перед тем как пойти на погрузку,  Севостьянов не удержался и
пролистал ее личное дело.  Виолетте Хрестьяниновой было двадцать два го-
да,  но она уже успела побывать в местах лишения свободы:  в первый  раз
получила два года за участие в разбое, сейчас - три за грабеж.

   Севостьянов завел  неукоснительное правило:  вновь прибывшие женщины,
если против их фамилии он ставил крестик,  первым делом, после посещения
бани,  оказывались  на медосмотре.  Как только "доктор" Воробьев выдавал
свой приговор:  "практически здорова", они направлялись в гинекологичес-
кий кабинет якобы для осмотра.  Однако вместо врача их осматривал помощ-
ник Севостьянова старший лейтенант Константинов,  единственный, кто знал
о  слабости  начальника  и  допускался до исполнения этого "эротического
шоу".  Константинов находился во всероссийском розыске за два убийства и
участие в нескольких разбоях.

   "Доктор" документально  зафиксировал,  что  осужденная  Хрестьянинова
"практически здорова". Женщин, которые пришли вместе с ней, уже отправи-
ли по комнатам,  а ее продолжали держать в карантине:  старший лейтенант
Константинов ожидал сигнала от своего шефа.

   На этом давайте прервем знакомство с этим "райским  уголком":  у  нас
еще будет возможность окунуться в эту клоаку. Вернемся к нашему герою.

   Когда Савелий проанализировал сведения о "райском уголке", полученные
от Зелинского,  Короля,  Зины и Розочки,  он явился к Богомолову и реши-
тельно сказал:

   - Прошу извинить, Константин Иванович, за то, что мне приходится ста-
вить вас в неловкое положение перед вашим медицинским светилом!

   - Ты что, передумал? - нахмурился генерал.

   - Нет,  не передумал...  Просто хочу отложить наш проект на неопреде-
ленный срок.

   - Ничего не понимаю! С какой стати? Чтото произошло?

   - Произошло... - Савелий тяжело вздохнул и стал рассказывать.

   Богомолов слушал  нервно,  беспокойно:  то сидел не шелохнувшись,  то
вскакивал,  ходил из угла в угол,  но ни разу не  перебил  Савелия.  Как
только тот замолчал, генерал сел напротив него и сказал:

   - Извини,  Савелий,  но  все это кажется выдумкой.  Однако если здесь
есть хотя бы доля правды,  то все это очень круто!  Настолько круто, что
наверняка  во всем этом замешаны очень высокие инстанции.  Чтобы провер-
нуть такое дело, нужна такая мощная рука, что... - Богомолов покачал го-
ловой. - И что же ты придумал? Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я помог тебе
пробраться в эту "тринадцать дробь четырнадцать"?  - Он настороженно за-
молчал.  - Именно об этом я и хочу просить! - Но это же безумие! - Бого-
молов вскочил на ноги. - Это все равно, что сунуть голову в пасть льва!

   - А вы хотите дождаться,  пока они, сняв пенки, исчезнут? Сами же го-
ворите, что в этом задействованы большие силы! А значит, и большие день-
ги!  Как вы не можете понять, что если речь идет об оборонке, то на этой
зоне не кухонные фартуки шьют? - Не нужно преувеличивать... - В этой ко-
лонии производится сборка оружия!

   - Что? Ты представляешь, что ты сейчас сказал?

   - Вполне! - спокойно ответил Савелий, - Я-то представляю... в отличие
от вас!

   - Не забывай, с кем разговариваешь! - вспылил Богомолов.

   - А вы,  товарищ генерал,  поставьте по стойке "смирно" того, кто вам
сказал не то,  что вы хотели услышать!  - Савелий взглянул прямо в глаза
Богомолову, - Отличный, между прочим, аргумент!

   - Да  как  ты...  - Казалось,  сейчас Богомолов сорвется на крик,  но
вдруг он опустил голову и тяжело вздохнул. - Извини, сержант, нервы ста-
ли совсем ни к черту.

   - Чего там... - улыбнулся Савелий. - На меня и не такое накатывает...
Когда я узнал обо всем этом, хотел сразу сорваться и рвать этих подонков
голыми руками,  но потом понял,  что их так просто не возьмешь...  Вот и
пришел к вам. Глядишь, вместе мы и прижучим эту свору...

   - Ты прав,  черт побери!  - взволнованно воскликнул генерал. - Тысячу
раз прав!  - Тут зазвонил телефон правительственной связи. - Генерал Бо-
гомолов! Срочно? Хорошо, сейчас буду!.. - Положив трубку, генерал бросил
Савелию: - Ты посиди здесь: не думаю, что надолго задержусь...

   - Вы разрешите? - спросил Савелий, кивая на телефон.

   - Звони...  - Савелий стал набирать номер Воронова, а генерал Богомо-
лов быстро вышел из кабинета.

   - Андрюша? - Савелий обрадовался, застав Воронова дома. - Привет!

   - Ну наконец-то объявился! Где пропадал, чем занимался? И вообще, как
ты?

   - Со мной-то все нормально... - Савелий тяжело вздохнул.

   - Что случилось? - Воронов сразу почувствовал, что Савелий подавлен.

   - Такое случилось, что я снова хочу отправиться за решетку...

   - Господи, что ты опять натворил? - взволновался Воронов.

   - Ты меня не так понял, братишка. Не я натворил, а мерзавцы натворили
такое, что мне хочется зубами их порвать! - В голосе Савелия было столь-
ко злости, что Воронов сразу спросил:

   - Надеюсь,  обо мне ты не забыл? - Как можно, братишка? Мы же с тобой
как сиамские близнецы: куда ты, туда и я! - Это в Москве?

   - Нет,  Андрюша,  в Ставропольском крае, но я поеду туда один, у тебя
будет другая задача... - Как? Ты же сам сказал: куда ты, туда и я!

   - Поверь,  братишка,  в данной ситуации, ты мне больше будешь полезен
здесь, чем там.

   - Хорошо!  - со вздохом согласился Воронов. - Видно, ты действительно
все продумал... Когда встретимся?

   - Я сейчас у Богомолова,  когда он придет - не знаю, но как только мы
с ним все обсудим, я сразу же к тебе! Договорились?

   - Но, если задержишься больше чем на пару часов, сообщи. Сейчас я мо-
гу что-нибудь сделать для тебя?

   - Только одно: позвони Говорову и скажи, что я поехал по делам в дру-
гой город. Не хочется лишний раз волновать старика... - Вряд ли он пове-
рит,  - заметил Воронов.  - Скорее всего, не поверит! - согласился Саве-
лий. - Но все-таки переживать меньше будет.

   - Хорошо,  постараюсь убедить... - с сомнением сказал Воронов. - Что
еще? - Пока все! До вечера... Генерал вернулся через сорок минут. Ничего
не сказав о причинах своего отсутствия, он сразу же продолжил прерванный
разговор:

   - Нужно  еще раз хорошо все взвесить.  Ведь там тебе не на кого будет
опереться:  даже небольшой прокольчик может стоить жизни, если там такие
дела крутятся!

   - Бог не выдаст,  свинья не съест!  - с задором воскликнул Савелий. -
Ничего,  Константин Иванович,  прорвемся! А теперь давайте составим план
совместных действий,  когда вы получите от меня сигнал. Но прошу вас, не
раньше!  Сдается мне, там нас ожидает много сюрпризов. - Послушай, может
с тобой еще и Воронова?.. - Генерал вопросительно взглянул на Савелия.

   - Нет,  достаточно того, что я сам себя подвергаю опасности. Для Анд-
рея у меня припасено особое дело. Но об этом позднее, а сейчас хочу поп-
росить  вас пройтись по этому списочку.  - Савелий протянул генералу не-
большой листочек.

   - Да-а,  - протянул Богомолов.  - Ты,  как всегда, готовишься основа-
тельно!  - Он внимательно прочитал список, приговаривая: - Это просто...
Это без проблем...  И это можно найти...  Что ж,  пока Зелинский готовит
бумаги, я "отоварю" твой список.

   - У меня к вам будет еще одна просьба... - Слушаю тебя!

   - Не посвящайте Говорова в то, что я хочу окунуться в зону: в послед-
нее время он что-то совсем сдавать начал...

   - Пожалуй,  это будет трудно...  -- Богомолов поморщился. - Но обещаю
постараться...

   - Спасибо...  - облегченно сказал Савелий, потом деловито проговорил:
- Я вот что думаю,  Константин Иванович... "Радио" там работает быстро и
безошибочно - может стоит мне посидеть в Бутырке чуток перед этапом?

   - Зачем?  Подготовим все так, чтобы перекинуть тебя туда спецконвоем.
К чему тебе лишнее хлебать?

   - Лишнее не лишнее, а хлебать придется: сами сказали, один прокольчик
и... - Савелий вскинул глаза кверху.

   - Что ж, возможно, ты и прав! Сколько же в тебе... - Генерал попытал-
ся найти подходящие слова,  но не смог, махнул рукой и добавил: - В тебе
есть что-то такое, что вызывает у меня уважение и даже зависть!

   - Скажете тоже! - засмущался Савелий. - Чему тут завидовать?

   - А  тому,  что  я в свое время не мог быть таким,  не мог отстаивать
свои принципы до конца, шел на компромиссы.

   - Вот поэтому вы - генерал, а я лишь сержант! - Савелий усмехнулся.

   - Может, хочешь махнуться? - в тон ему бросил Богомолов.

   - Ну уж нет,  вы за столько лет наколбасили, а мне расхлебывать? Сами
исправляйте, а я помогу чем смогу!

   - Хитер,  ничего не скажешь! - усмехнулся Константин Иванович. - Лад-
но, шутки в сторону, пора и за дело!


Очередной прокол Майкла

   Когда люди  Рассказова  захватили самолет с детьми,  Барт был в запое
уже вторую неделю.  И случилось так, что он, обычно тихий во время запо-
ев,  сорвался и устроил дебош в супермаркете - ему показалось,  что кас-
сирша его обсчитала. Разгорелась ссора, никто не хотел уступать.

   В самый разгар перебранки появился администратор и  сделал  замечание
кассирше: покупатель всегда прав! И вдруг Барт встал на ее защиту, вылив
на администратора потоки брани. Ребята из службы безопасности подхватили
Барта  под белы руки,  отвели в свою комнату и вызвали полицию.  И здесь
Господин Случай вновь решил проявить свой непредсказуемый и  своенравный
характер.

   Те, кто читал предыдущий роман о моем герое,  должны помнить Дональда
Шеппарда,  которого Майклу Джеймсу пришлось вызволять из  тюрьмы.  После
Афганистана,  Майкл, как и обещал, вручил ему документ о полной реабили-
тации и неожиданно сказал:

   - Знаешь,  Дон,  подонков в любой профессии хватает,  но это никак не
должно бросать тень на саму профессию...  Скажу больше, мне приятно, что
я в тебе не ошибся,  потому что именно такие люди,  как ты, умные, физи-
чески подготовленные, выстоявшие в трудной и упорной борьбе против несн-
раведливости,  и должны быть в рядах тех,  кто пытается защищать Закон и
людей...  - Полковник Джеймс говорил тихо, но убежденно. Шеппард ни разу
не прервал его,  а в конце монолога опустил голову,  чтобы скрыть навер-
нувшиеся на глаза слезы.

   - Вы хотите сказать,  что я могу попробовать работать в полиции?  - с
волнением выговорил он, продолжая смотреть вниз.

   - Не попробовать,  а начать работать!  И я уверен, что ты станешь от-
личным полицейским, а потом, надеюсь, перейдешь и ко мне, в ФБР.

   Несколько дней Дональд Шеппард привыкал к новой профессии под началом
опытного наставника,  который уже более десяти лет проработал в полиции.
Кристофер за время работы переменил довольно много напарников, но не по-
тому, что имел неуживчивый характер. Первый его напарник умер от сердеч-
ного приступа,  второй - после операции от заражения крови, а третий по-
гиб, выполняя задание.

   Когда Дональда назначили в напарники Кристоферу, тот удивился, узнав,
что  его  подопечный совсем недавно был освобожден из тюрьмы.  Кристофер
понял,  что лучше пока не затрагивать эту тему. Шли дни, и вскоре он по-
нял, что с напарником ему действительно повезло. Однажды Дональд "вразу-
мил" в одиночку пятерых распоясавшихся хулиганов, причем у двух были но-
жи.  К их великому изумлению, он не стал их задерживать, спокойно пообе-
щав на прощание,  что это произойдет в следующий раз, если они не одума-
ются и не перестанут хулиганить. Уличная молва очень быстро разнесла но-
вость: появился новый полицейский, которого лучше не задевать.

   В тот день они с напарником заступили на дежурство и тут же  получили
сообщение,  что нужно заехать в супермаркет: какой-то пьяница учинил там
дебош.

   Когда они появились,  Барт совсем потерял над собой контроль. Он кри-
чал,  что этого так не оставит,  что они еще узнают,  с кем связались, и
обещал "взорвать их к чертовой матери".  Трудно сказать, почему Дональд,
составив  рапорт  и  передав  Барта дежурному,  решил позвонить Майклу и
рассказать о задержанном,  дословно воспроизведя  все  его  угрозы.  Еще
труднее было объяснить, почему полковник ФБР проявил интерес к этому за-
урядному инциденту - скорее всего, из уважения к Дональду, который впер-
вые рассказал ему о своей работе.

   Как бы  там ни было,  Майкл приехал в участок и лично решил допросить
нарушителя. После краткого общения с Бартом он быстро связался с началь-
ством и вскоре забрал Барта с собой.  Дело в том, что задержанный разго-
варивал сам с собой.  Майкл сначала подумал,  что  он  "сдвинулся",  но,
прислушавшись к его бормотанию, услышал довольно связную речь. Казалось,
что он сам задавал себе вопросы и сам же на них отвечал. И вдруг в пото-
ке слов мелькнула фамилия Рассказов!

   Не долго думая, полковник запер Барта в камеру и распорядился записы-
вать все,  что он бормочет.  Долго ждать не пришлось:  вскоре сотрудник,
осуществлявший  прослушивание,  доложил,  что задержанный вновь упомянул
фамилию Рассказова.  Майкл побежал в аппаратную и  нетерпеливо  приказал
воспроизвести запись.

   "...И как всем можно пускать пыль в глаза?  - спрашивал Барт и сам же
отвечал:  - Да очень просто - швырнул пачку зеленых по ветру, и все вок-
руг писают от восторга, сделал вид, что вокруг тебя миллионы крутятся, и
тебе поверят...  Ты уверен?  Может,  ты скажешь,  что и я поверил в твои
понты? Как ты махнул рукой на предложение Рассказова пересчитать миллион
двести пятьдесят тысяч баксов!  А потом, когда никто ни видел, стал вти-
хомолку слюнявить их, боясь, что тебя накололи! Но я-то все видел! И мо-
жешь поверить,  эта картина произвела на меня неизгладимое  впечатление!
Вот  Рассказов  - это настоящий мужик!  Как он спокойно дал тебе понять.
Артист,  что ты самое настоящее говно, мразь! Он говорил о проектах, ко-
торые тебе не могли привидеться даже во сне! Двести килограммов кокаина!
Да тебе, дай Бог, половину провернуть..."

   Барт замолчал.  Раздавался только шорох,  после которого вдруг послы-
щался смех.

   Кажется, они подумали, что я иностранный агент... Ребята! Напрасно вы
записываете мой бред!" - хихикнул он прямо в микрофон, так что в нем да-
же заскрежетало.

   - Как же вы так опростоволосились? - нахмурился Майкл, повернувшись к
сотрудникам, которые устанавливали микрофоны.

   "Может быть, я и не прав... - пьяно проговорил Барт, - но у меня воз-
никло подозрение,  будто бы вас интересует кто-то из тех, кого я называл
вслух. Или я ошибаюсь? Так вот, ребятишки, я человек деловой: вы мне - я
вам! Спрашивайте прямо, а я прямо отвечу... Не задаром, конечно..."

   - Мне этот парень начинает нравиться!  - задумчиво проговорил Майкл и
заторопился в камеру Барта.

   - Вы действительно готовы сотрудничать с нами?  - спросил он прямо  с
порога. - Ну, это слишком громко сказал, - усмехнулся Барт. - Не сотруд-
ничать, а помочь в силу своих возможностей...

   - И что же вы потребуете за свои возможности?

   - Люблю деловых людей! Я хочу попасть под федеральную программу защи-
ты свидетелей и, естественно, денег.

   - Что ж, вполне разумные требования, - согласился Майкл.

   - Как? Вы хотите сказать, что принимаете мои условия? - Судя по выра-
жению лица, Барт был готов к долгому торгу. Казалось, он был даже немно-
го разочарован.

   - Почему бы и нет,  если ваши потребности в деньгах не окажутся слиш-
ком завышенными.  - Пятьдесят тысяч баксов!  - Не многовато?  -  хмыкнул
Майкл.  - Вы считаете, что моя помощь не стоит пятидесяти штук? - усмех-
нулся Барт.  - Пока не знаю. Может быть, и больше... - Вот такая арифме-
тика мне по вкусу!  - А если по вкусу, то рассказывай! - А вы спрашивай-
те:  я же не знаю, чем вы интересуетесь... - Барт хитро пришурился. - То
ли про Артиста хотите узнать,  то ли еще про кого... Но про Артиста вряд
ли - ему хватило бы и инспектора полиции...  Думаю, вы на когото другого
глаз положили.

   - А ты,  видать, стратег! - Майкл с улыбкой покачал головой, подумав,
что этот малый не так прост,  как может показаться с первого взгляда.  -
Ты видел всех, с кем контактировал Артист?

   - В последнее время он всюду меня с собой таскает, хотя и не знаю по-
чему, - ответил Барт. - Да говорите прямо: кто вас интересует? - Хорошо!
- кивнул полковник и решительно сказал: - Меня интересует Рассказов!

   - Я почему-то был уверен,  что именно он,  - спокойно заметил Барт. -
Ты часто его видел?

   - Нет,  только однажды, во время сделки с кокаином... - Пятьдесят ки-
лограммов? - Так вы знаете? - воскликнул Барт удивленно. - Что же вы еще
хотите?

   - Я уже сказал: мне нужен Рассказов! Что тебе еще известно о нем?

   - Кое-что слышать приходилось...  - Барт нахмурился.  - Крутой мужик:
никому ничего не спустит, но и зря не обижает, люди не жалуются.

   - Ты дело говори, - оборвал его Майкл. - Какой он, я знаю не хуже те-
бя!

   - Дело так дело!  - Барт снова задумался. - В ту встречу он предложил
Артисту  поставлять двести килограммов кокаина в месяц.  Но сдается мне,
что он блефовал.

   - Блефовал? - Полковник удивился. - Почему ты так решил?

   - Не знаю...  Но я всегда чувствую, когда человек фальшивит... Точно!
Играл он с Артистом! А тот от жадности все заглотил. Да Артист маму род-
ную за деньги продаст!  Это он сосункам может пыль  в  глаза  пускать  -
возьмет  пачку двадцаток и пустит на ветер или зажжет перед какой-нибудь
шлюхой, а сам потом отмечает в книжечке... - Для чего?

   - А чтобы контролировать расходы.  - Барт усмехнулся. - У него все по
дням расписано, сколько он может пустить "на ветер"! - Что ж, это разум-
но. - Если бы! От жадности все это! На днях он, желая выпендриться перед
одной сучкой, сжег грузовик, потому что тот, проезжая мимо, забрызгал ее
туфельки.  А водитель оказался из команды Рассказова, да и товара в гру-
зовике было на десять штук, которые потом Артисту пришлось выложить. Мо-
жете себе представить его физиономию,  когда Рассказов скостил ему плату
до  пяти штук,  а за остальные попросил недельку попользоваться его вил-
лой...

   - Виллой? - насторожился Майкл. - Для чего?

   - А шут его знает: каких-то гостей там расселил...

   Полковник едва не заплясал от радости.  Он понял, что вилла понадоби-
лась Рассказову для того, чтобы держать в ней похищенных детей. С трудом
сдержавшись, Майкл как бы мимоходом спросил:

   - А где расположена эта вилла? Ты бывал там?

   - А как же!  Артист туда трахаться ездит или,  как он выражается, "на
отдых".  Запрется там на пару-тройку дней и пьет, не просыхая! - Кто там
живет?  Кто следит за порядком?  - Повариха,  горничная, еще одна, кото-
рая...  - Барт поморщился,  подбирая слова.  - Ну... для этого... короче
говоря,  когда ему приспичит... Пара охранников внутри, когда его нет, и
еще трое,  когда он там.  Но если вы хотите застать его врасплох, то без
меня вам это не удастся. - А с тобой?

   - Я знаю потайной ход,  которым иногда пользуется Артист. Он мне про-
болтался по пьяной лавочке. - Что за ход?

   - Начинается  у реки,  а ведет прямо в спальню.  - Ты готов его пока-
зать? - Я же сказал: вы ко мне с добром, и я с добром...

   - Ну что ж, твоя помощь стоит пятидесяти тысяч.

   - В таком случае договорились...  Майкл вернулся к себе в офис, сразу
же связался со Стивеном Фростом и попросил о встрече, намекнув, что есть
новые данные по интересующему их "клиенту".  Фрост примчался через  пять
минут.  Вытирая  со  лба пот,  он внимательно выслушал подробный рассказ
полковника и со вздохом сказал:

   - Словно сам Господь надоумил меня обратиться к тебе за  помощью.  Не
прошло и трех дней, как уже есть результаты...

   - Не торопишься ли ты, приятель? - спросил Майкл.

   - Тороплюсь?  Да я уверен, что детей прячут на этой вилле! Я уже рас-
порядился подготовить группу захвата. - Сколько человек? - Тридцать.

   - Много! Нужно ли столько, если известен потайной ход?

   - Что ж,  возможно,  ты и прав.  Но ведь нашим противником будет  сам
Рассказов! - С каких это пор ты стал таким боязливым? - Да не боязливым!
- Стивен вскочил на ноги и стал мерить кабинет нервными шагами. - Просто
этот Рассказов меня уже достал!

   - Ничего, скоро и мы его достанем, - успокоил его Майкл.

   Они отобрали пять человек,  лучших специалистов. Вертолет доставил их
к потайному ходу. Барт оказался прав - без него бы вряд ли удалось обна-
ружить искусно замаскированный вход.  Длинный коридор был прекрасно обо-
рудован, великолепно освещен и сверкал чистотой.

   - Неплохо устроился твой хозяин! - усмехнулся полковник.

   - Он себя так любит...  - Даже сейчас в голосе  Барта  слышалась  за-
висть.

   - А вот ты его не любишь!  - заметил Стивен.  - Хотя я слышал, что он
тебя буквально вытащил из нищеты...

   - Вытащил,  это верно, - согласно кивнул Барт. - Но после того как он
использовал мои мозги для убийства, я его возненавидел! - Бартоломео вы-
палил эти слова со злостью, хотел еще что-то добавить, но прижал палец к
губам:  - Тс-с-с! Кажется, пришли! - шепнул он и указал на дверь, замас-
кированную в стене.

   Майкл повернулся к своим сотрудникам и шепотом скомандовал:  - Внима-
ние!

   Те сразу же сняли оружие с предохранителя.  Барт нажал потайную кноп-
ку,  и дверь начала медленно открываться.  В нее устремились  сотрудники
Майкла,  за ними Стивен,  потом Барт, а последним - Майкл. Барт подробно
расписал расположение комнат на вилле,  и потому каждый великолепно ори-
ентировался даже в полумраке, царящем в доме.

   Они прошли одну комнату, другую - все было тихо. Неожиданно перед ни-
ми появился огромный детина. - Полиция! Руки вверх!

   Верзила выхватил револьвер, но выстрелить не уснел. Пулей из помпово-
го ружья его отбросило на стену,  и он медленно сполз на пол. На выстрел
выскочил еще один боевик и открыл огонь.

   - Брось оружие и выходи с поднятыми руками! - крикнул Стивен. - С то-
бой говорит сотрудник Секретной службы!

   - Может,  сам Президент?  - ухмыльнулся боевик и снова дал очередь из
автомата.

   - Слушай,  умник,  ты хочешь стать трупом,  как твой приятель?  - зло
бросил Майкл. - Ты остался один, а нас здесь пятеро!

   - А зачем вы пришли? Я охранник этого дома!

   - Если ты охранник,  советую сдать оружие. Никто из нас не хочет дос-
тавлять тебе неприятности.

   - Как и моему приятелю?  - Твой приятель оказался настолько глуп, что
не послушался и первым открыл огонь. Надеюсь, ты не хочешь присоединить-
ся к нему? - спокойно спросил Майкл.

   - Хорошо, уговорили! Сдаюсь! Не стреляйте! - Боевик бросил автомат. -
А теперь и сам выходи! - Выхожу! - Из-за угла показался парень еще более
мощного телосложения, чем первый.

   - Вот и прекрасно!  - кивнул Майкл,  осторожно подходя к нему. Быстро
ощупав  его и не найдя оружия,  он велел ему опустить руки.  - Кто здесь
есть еще, кроме трех девиц?

   - Никого! - Парень был поражен осведомленности Майкла. - Не знаю, как
вчера,  но с сегодняшнего утра, как я заступил на смену, никого не было.
- Ты уверен?

   - Абсолютно!  Мы каждые два часа обходим виллу, и никаких посторонних
я не встречал.  Майкл понял, что парень не врет. Либо они опоздали, либо
просто ошиблись.  Он все же велел своим сотрудникам осмотреть виллу, а у
охранника спросил, где находятся девицы.

   - Если  вы хотите поговорить с той,  что была на вилле вчера,  то вам
нужна Юнона.  Она всегда здесь сидит - ожидает хозяина.  - Парень усмех-
нулся.

   - Пригласи  ее  сюда!  - Майкл приказал своему сотруднику сопроводить
охранника.

   Они отсутствовали довольно долго,  а когда наконец вернулись, по рас-
терянному виду охранника Майкл понял,  что девица пропала. И тут один из
сотрудников принес две детские игрушки.

   - Нашел их в самой дальней комнате.  Там  же  стояли  коробки  из-под
детского питания, - доложил он.

   - Что скажешь? - Стивен повернулся к охраннику.

   - Я и сам удивился.  - Вид у охранника был действительно растерянным.
- Ничего подобного здесь никогда не было!

   Майкл переглянулся со Стивеном.  Оба поняли,  что они опоздали:  дети
здесь  были,  но  почемуто исчезли.  Почему?  Их перевели в другое место
или...

   Рассказов, узнав об исчезновении одного из людей Артиста,  сначала не
придал этому значения.  Он поверил словам последнего, что с Бартом такое
уже случалось.  Но потом Рассказов решил,  что риск слишком велик.  Барт
знал о вилле, значит, детей нужно было срочно куда-то спрятать! Надолго?
Этого сказать никто не мог:  может,  на неделю, а может, и на пару меся-
цев. Рассказов долго раздумывал, потом вызвал КрасавчикаСтива.

   - Собирайся в путь-дорожку. - Далеко? - спокойно поинтересовался тот.
- Туда, где прокололся Бешеная Акула... - Рассказов хитро подмигнул. - В
Афганистан? - нахмурился Стив. - Что, не очень хочется? - Да нет, просто
я хотел спросить... - Так спрашивай!

   - К кому, для чего и с кем? - Стив преданно уставился на Хозяина.

   - У меня свой человек под Заранжем,  к нему отвезешь детей.  С  собой
возьмешь Ронни и Григория Марковича. - Что-то случилось?

   - Пока нет, но я беду нутром чую! Отправишься на новом самолете. Будь
готов к вылету через два часа. - Так быстро?

   - Береженого и Бог бережет. Чего тянуть резину! - Рассказов достал из
кармана карту. - Отдашь ПИЛОТУ, он поймет, а ты, как пересечете границу,
наберешь этот номер по радиотелефону и скажешь только два  слова:  "При-
вет,  Бархан!" Тебе дадут указания,  где можно садиться. Понял? - А если
не ответят?

   - Тогда садись сам.  У него там все схвачено.  - Понял...  Я пошел? -
Иди, сынок. Удачи тебе! - Спасибо, Хозяин.

   - Когда будете на месте,  сразу же звони.  - Хорошо,  Хозяин! - бодро
воскликнул Красавчик-Стив,  но глаза у него были грустные и чуть  беспо-
койные...

   Рассказов, проводив  Стива,  стал собираться на важную встречу с сот-
рудником ФБР,  который снабжал его информацией. Как раз сегодня в Управ-
лении назначили срочное совещание и этот сотрудник присутствовал на нем,
так что встреча обещала быть интересной.

   Между тем миссия Красавчика-Стива шла вовсе не так гладко,  как пред-
полагал Рассказов.

   Дело в том, что человек по кличке Бархан, к которому он послал Стива,
чем-то не угодил местному главарю душманов, и тот решил спор весьма ори-
гинальным  способом  -  отрезал Бархану голову и выставил ее на всеобщее
обозрение,  чтобы другим неповадно было. Налет был настолько стремитель-
ным,  что  оставшийся  в  живых помощник Бархана не успел сообщить о нем
Рассказову,  чтобы тот отменил вылет КрасавчикаСтива, да и сделать этого
не мог, потому что у него была повреждена рация. Однако ему удалось пос-
петь вовремя в район посадки самолета.

   Красавчик-Стив несколько раз набрал номер и  не  получил  ответа,  но
особо  не  взволновался.  "У него все схвачено!" - так сказал Хозяин,  и
Стив велел садиться в условленном месте.  Не успели остановиться  винты,
как Стив увидел человека,  бегущего к самолету.  Он открыл дверь. - При-
вет, Бархан!

   - От Рассказова? - послышался голос из темноты.

   - Не сомневайся!  - весело ответил Красавчик-Стив.  - Выходи на свет,
Бархан!

   - Нет больше Бархана!  - Парень в черной чалме подошел ближе. В руках
он держал израильский "узи". - Сулейман ему голову отрезал! - За что?

   - А Бог знает,  чего они не поделили!  Уезжать вам нужно отсюда и как
можно быстрее.  Сулейман вернется и снова примется за нас...  - А что ты
будешь делать, когда мы улетим? А то давай со мной...

   - Самолет у тебя больно маленький...  - вздохнул парень.  - А со мной
еще несколько человек,  все не войдут... Но ничего, нас голыми руками не
возьмешь!

   - Да,  положение... - поморщился Красавчик-Стив, вытащил радиотелефон
и быстро набрал номер.

   - Слушаю!  - раздался знакомый голос.  - Это Красавчик, Хозяин! - Ну,
все в порядке?

   - К сожалению, нет. Бархана убили, местный царек ему голову оттяпал!

   - У, черт бы его побрал! Сколько раз говорил ему: будь осторожен! Кто
тебя встретил?  - Тебя как кличут? - спросил Стив у парня. - Крис! Я был
помощником Бархана, - ответил парень.

   Красавчик-Стив повторил Рассказову слова парня.

   - Потом дашь ему трубку... Что делать будем?

   - Я в растерянности. Хозяин. Ничего в голову не лезет!

   - Подожди... - бросил Рассказов и позвонил с другого аппарата. - Док?
Привет!  Дай-ка шифровку в наш "Райский уголок": "Будьте готовы к приему
шестерых детей.  Беречь,  как своих собственных. Красавчик-Стив проведет
проверку продукции.  Первый". Отправить срочно, ответ не нужен! - Он по-
ложил трубку и вновь взял радиотелефон.  - Слушаешь,  сынок?  - Конечно,
Хозяин. - Полетите в Россию!

   - Как в Россию? - встревожился Стив. - А граница?

   - Я не сказал тебе,  но твой самолетик не совсем простой:  на нем от-
личная антирадарная установка! В своем роде единственный экземпляр.

   - И куда лететь? В Москву, что ли? - Да, нет, успокойся, гораздо бли-
же. В Ставропольский край. Там горы, красотища...

   - Понял!  - облегченно вздохнул Красавчик-Стив. - Та зона, куда я ле-
тал со специалистом-взрывником?

   - Точно. Надеюсь, там тебе понравилось? - Ничего места, живописные! -
Заодно проверишь там все...  И не оченьто сентиментальничай с ними. Пом-
ни, ты мой посланник! - Слушаюсь, Хозяин!

   - Да, и поговори по душам с Колосниковым... - Поговорю.

   - Теперь самое главное:  проверь сохранность  пятидесяти  килограммов
нашего  товара,  а  также  переговори с возможными партнерами из Москвы.
Прощупай их получше - стоит ли нам с ними связываться.

   - Понял! Сколько мне дается времени на все?

   - Даю сорок дней,  и ни днем больше.  Удачи!  - Спасибо...  - Красав-
чик-Стив хотел отключиться, но тут же вспомнил: - Дать вам Криса?

   - Давай!..  Крис,  как же ты допустил,  чтобы твоего шефа зарезал ка-
кой-то оборванец?

   - Они ж,  суки, по ночам шастают! - ругнулся парень. - Хорошо еще, не
всех вырезал:  десяток парнишек осталось... - И что ты думаешь делать? -
спросил Рассказов.

   - Как что?  Хочу этому Сулейману визит нанести!  - горячо  воскликнул
Крис.

   - Правильно! Весь его род уничтожь! Сучара! Я ему столько оружия пос-
тавил,  можно сказать,  почти задаром,  а он на моих людей руку  поднял!
Завтра же получишь подкрепление, а послезавтра я хочу видеть его голову,
понял?  Он узнает, кто такой Рассказов! - Слушаюсь, Хозяин! Будет сдела-
но!  - Все! - Рассказов бросил трубку. - Совсем обнаглели, чурки прокля-
тые!  - Он вдруг подумал,  что в последнее время все идет не так, как он
задумывал. Такое впечатление, что Фортуна повернулась к нему задницей...

   Вскоре самолет Стива без помех пересек границу,  и приземлился на по-
тайном аэродроме. Их встречала закрытая санитарная машина с тремя охран-
никами  и двумя фельдшерами.  Маленьких пассажиров,  которых сопровождал
КрасавчикСтив вместе со своим  неизменным  "оруженосцем"  Ронни,  быстро
увезли.  С  ними  уехал и третий сопровождающий - Григорий Маркович.  Он
должен был неотлучно находиться с детьми,  обеспечить уход и присмотр за
ними.

   У Красавчика-Стива были совсем другие задачи. Обладая большими полно-
мочиями от самого владельца "предприятия",  он как бы становился времен-
ным его хозяином. Даже Севостьянов обязан был советоваться с ним по всем
важным вопросам.  Однако Виктор Николаевич был не из тех людей,  которые
готовы,  пусть даже и на время,  подчиниться "пешке",  каковой он считал
Красавчика-Стива. Севостьянов был наслышан о нем и почему-то сразу невз-
любил своего временного "шефа".  Но бывший чиновник прекрасно умел скры-
вать свои чувства,  понимая,  что смириться придется хотя бы потому, что
Красавчика-Стива прислал тот, кто ему платит.

   Пожелав себе поскорее избавиться от "ненужного балласта",  Виктор Ни-
колаевич устроил от личный прием в честь гостей.  Лучшие повара из осуж-
денных потрудились на славу, затрат не жалели. Метрдотель, оказавшийся в
колонии за хищения на сто двадцать пять миллионов рублей, так талантливо
украсил стол, что и в Кремле могли позавидовать.

   Зная о  сексуальных  пристрастиях  посланника,  Севостьянов самолично
отобрал пять самых привлекательных женщин и пообещал  им  "скостить"  по
шесть месяцев срока, если они сумеют по-настоящему удовлетворить гостей.
Одна попыталась прояснить ситуацию и задала бесхитростный вопрос:

   - А что значит "по-настоящему", гражданин начальник?

   - Если не знаешь,  спроси у подруг,  если и после этого не поймешь  -
отправлю  тебя  назад в корпус,  где и будешь овладевать наукой ублажать
мужчин! - Взгляд Севостьянова не обещал ничего хорошего. - Я все поняла!

   - Если поняла, проведи репетицию с менее приятным партнером, - ехидно
улыбнулся он.

   Этой девушкой оказалась та самая Виолетта Хрестьянинова,  которую Се-
востьянов приметил раньше. Она беспомощно взглянула на своих товарок, но
те  промолчали и даже не попытались прийти на помощь.  Одна из них неза-
метно пожала плечами, словно предлагая ей самой решать: хочет ли она та-
ким способом уменьшить свой срок или нет.

   - С вами - хоть сейчас!  - преданно глядя в глаза Севостьянову, выпа-
лила девушка. Этот ответ привел его в самое хорошее расположение духа.

   - Ладно,  будем считать, что ты кое-что поняла... - миролюбиво произ-
нес он,  повернулся,  хотел уйти, но на ходу бросил: - Будьте при полном
параде к шестнадцати часам.  - Это означало, что девушки должны побывать
в душе, в костюмерной, у парикмахера и гримера, прежде чем предстать пе-
ред высокопоставленным гостем.

   Тем временем Майкл поднял на ноги всех,  чтобы найти след  похищенных
детей.  Почти сутки он не спал,  ожидая сообщений. Он словно чувствовал,
что в расставленные повсюду сети что-нибудь да попадется. И дождался: на
следующее утро зазвонил телефон.  - Господин полковник?  - Да,  - устало
произнес Майкл.  - Извините, что звоню так рано, но вы сами приказали...
- стал оправдываться сотрудник.  - Нам удалось найти свидетелей, которые
видели,  как детей сажали в самолет...  - Не понял.  Какой самолет?  - С
виллы  детей увезли на аэродром.  Через авиадиспетчерскую службу удалось
проследить маршрут самолета. Вы не поверите... - Он вдруг замялся.

   - Говорите! - нетерпеливо бросил Майкл. - Следы теряются в Афганиста-
не...


Странная "мозаика"

   Все документы были готовы.  Савелий зашел к Богомолову,  чтобы попро-
щаться,  но едва переступил порог кабинета, как генерал заговорил с ним,
словно они и не расставались на сутки.

   - Наш "приятель" совсем обнаглел! - Богомолов вдруг усмехнулся и ска-
зал: - Извини, сержант, совсем заработался. Здравствуй! Проходи, садись!

   - Здравствуйте,  Константин Иванович. Опять что-то случилось? - спро-
сил Савелий.

   - Как посмотреть... Только что закончил разговор с нашим общим знако-
мым:  привет передавал тебе и Воронову...  - Он хитро посмотрел на Саве-
лия. - Не догадываешься кто? - Неужели Майкл? - воскликнул Савелий. - Он
самый! Как ты думаешь, почему он так внезапно позвонил, да еще по офици-
альному каналу?

   - Должно быть,  произошло что-то из ряда вон выходящее, - предположил
Савелий.

   - В логике тебе не откажешь,  дружище!  Не знаю подробностей,  но его
департамент оказался привлеченным  к  поискам  похищенных  детей.  Можно
предположить, что среди них находится ребенок высокопоставленного чинов-
ника или известного человека, во всяком случае, Майкл дал понять это со-
вершенно недвусмысленно. - Но какое это имеет отношение к нам? - удивил-
ся Савелий.

   - Именно об этом я его и спросил!  - Генерал  подошел  к  журнальному
столику, открыл бутылку "Боржоми". - Будешь?

   - С удовольствием!  Вы меня так заинтриговали, что даже в горле пере-
сохло, - улыбнулся Савелий.

   - На,  смочи!  - Генерал протянул ему стакан минералки. - К похищению
детей причастен мой бывший коллега... - Рассказов!

   - Да, сам Рассказов. Но и это еще не все! Детей перевозили с места на
место,  чтобы замести следы,  а потом посадили  в  самолет,  который  их
спецслужбы смогли отследить только до Афганистана...

   - Что может понадобиться господину Рассказову в стране, где он совсем
недавно потерял группу своих головорезов,  на которую наверняка затратил
значительные средства? Как вы думаете, товарищ генерал?

   - Рассказова интересует Россия, а не Афганистан! Именно так и считает
полковник Майкл Джеймс!

   - Ого! Уже полковник? - Савелий искренне порадовался за Майкла. - Мо-
лодец Миша!

   - Майкл не только получил очередное звание,  его назначили первым за-
местителем начальника международного Управления по борьбе с  наркобизне-
сом.

   - А что, умный парень, ему и карты в руки! - Савелий говорил, а сам о
чем-то усиленно думал.  Он был уверен, что генерал неспроста поделился с
ним этой информацией.  Но не такой же Рассказов сумасшедший, чтобы попы-
таться укрыть похищенных детей в России! А почему бы и нет? Здесь у него
осталось  достаточно много доверенных людей.  Что,  если допустить,  что
Рассказов решил спрятать детей там, где никто не решится их искать?

   - Вы знаете,  Константин Иванович,  а в этом что-то есть! - задумчиво
проговорил Савелий. - О чем это ты?

   - О детях!  Спрятать их в России,  где их никому и в голову не придет
искать...

   - Ну... - начал генерал, но замолчал, не зная, как реагировать на та-
кое  неожиднное  и дерзкое предположение.  - Неужели вы с Майклом правы?
Хотя...  то, что мы знаем об этом господине, вполне укладывается в рамки
твоих предположений...  Вот что:  запрошу-ка я наши авиаслужбы,  систему
ПВО и спецчасти - не случилось ли что-нибудь  неординарное  в  последние
двое суток...  Ладно,  хватит об этой мрази!  - Он брезгливо поморщился,
потом глубоко вздохнул. - Может, передумаешь нырять в эту клоаку?

   - Нет!  Гнилой зуб нужно вырывать с корнем, а не пытаться его залечи-
вать. Так может разнести, что всю челюсть потеряешь, - упрямо заявил Са-
велий.

   - Да это я так, на всякий случай... Снаряжение хорошо спрятал?

   - Нормально, опыт, как вы знаете, имеется. Так что ждите сообщений по
официальным каналам, - улыбнулся Савелий.

   - Хорошо.  Ты не обижайся, но я все-таки сделал не совсем так, как ты
просил... - Богомолов виновато поморщился. - И что?

   - Не будешь ты сидеть в Бутырке!  - А как же? - растерялся Савелий. -
Вот адрес. Сейчас ты туда отправишься и будешь спокойно отдыхать, пока к
тебе не постучится участковый в сопровождении ОМОНа. Они тебя и доставят
до места. - Как? На каком основании? - Все очень просто: взято из недав-
ней практики суда.  Слушай!  - И Богомолов изложил план, с которым Саве-
лий, после некоторых размышлений, согласился.

   - Однако мне показалось,  что у вас еще что-то припасено, или я ошиб-
ся?

   - Хотел тебе на месте сюрприз приподнести,  но...  - Богомолов махнул
рукой. - Примерно через недельку в колонии появится человек, который пе-
редаст тебе "привет от того, кто Богу молится", понял?

   - Этот человек будет от вас?  - Савелий недовольно нахмурился. - Ни к
чему это!  Как вы не можете понять, что новый человек вызовет у них нас-
тороженность, спугнет их...

   - Так и думал, что ты воспримешь это в штыки! - недовольно сказал ге-
нерал.  - Неужели ты полагаешь,  что только ты такой умный? Естественно,
все тысячу раз отмерим и перепроверим, чтобы и комар носа не подточил!

   - Все равно! - упрямо повторил Савелий и замолчал, поджав губы.

   - Ладно, там видно будет! - миролюбиво заметил Богомолов, затем поло-
жил руку ему на плечо и тихо,  по-отечески проговорил: - Ты вот что, сы-
нок, береги себя там, не подставляйся понапрасну!

   - Мухтар постарается!  - улыбнулся Савелий.  - Да вы не  переживайте,
прорвемся...

   Перед тем как отправиться на квартиру, Савелий зашел повидаться с Во-
роновым.  Прощание было коротким - они понимали  друг  друга  почти  без
слов.

   Конвою ОМОНа  было  известно только одно:  из-за халатности секретаря
суда подсудимый Говорков Савелий Кузьмин был ошибочно освобожден  из-под
ареста. Соответствующие документы находились у начальника конвоя. В соп-
ровождении участкового инспектора милиции конвой должен был  прибыть  по
соответствующему адресу и произвести арест осужденного,  после чего дос-
тавить его на Курский вокзал и сдать начальнику спецконвоя "столыпинско-
го" вагона.

   Как и обещал Богомолов,  ровно в шесть часов вечера в дверь квартиры,
где Савелий появился всего полчаса назад, раздался звонок. - Кто? - сон-
ным голосом спросил Савелий.  - Участковый, старший лейтенант Меркурьев!
- отозвался молодой звонкий голос.

   - Что нужно? - не слишком дружелюбно процедил Савелий.

   - Проверить ваши документы!  Да вы  откройте,  не  бойтесь!  -  Голос
участкового был мягким и предельно любезным.

   - А  я  и не боюсь!  - усмехнулся Савелий и открыл дверь.  В квартиру
ворвались четверо крепких мужчин в форме ОМОНа, трое с автоматами и один
с "Макаровым" в руках.

   - Гражданин Говорков Савелий Кузьмич? - спросил тот, что был с писто-
летом.

   - Да, а в чем дело? - спокойно поинтересовался Савелий.

   - Капитан Артемьев! Вчера у вас был суд по сто восьмой статье, не так
ли?

   - Да, был, и меня освободили! - Савелий пожал плечами.

   - Вас не освободили, а осудили. Вот приговор суда! - Капитан протянул
Савелию бумагу. - Четыре года лишения свободы в колонии строгого режима.
- Но как же так? Меня же освободили! - тупо повторил Савелий.

   - Сотрудник суда,  допустивший халатность,  уже наказан. На сборы вам
даю пять минут. Вопросы? - бесстрастно проговорил капитан.

   - Какие тут могут быть вопросы?  - зло бросил Савелий. - Суки рваные!
Что хотят,  то и творят, то отпускают, то арестовывают. Бардак! - Он хо-
дил по квартире и отпускал проклятья всем подряд,  не забывая складывать
в наволочку все, что уже приготовил для ареста. Каждую вещь он предупре-
дительно показывал капитану Артемьеву, как бы спрашивая: можно или нель-
зя?

   - Да  не  расстраивайся ты так!  - дружелюбно заметил тот.  - По всей
стране бардак! Радуйся, что лишние сутки побыл на свободе.

   - Эх, знать бы раньше! - вздохнул с огорчением Савелий.

   - Что, сбежал бы? - спросил участковый инспектор.

   - Куда сбежишь в нашей стране?  - усмехнулся Савелий.  - Хоть гульнул
бы на прощанье! Да так, чтобы чертям тошно стало! - Он подмигнул капита-
ну Артемьеву.

   - Вот это по-нашему!  - Тот с улыбкой потер ладони,  потом  милостиво
добавил: - Если есть чего, можешь залить за воротник.

   Савелий хотел, чтобы его "арест" прошел как можно более натурально, и
поэтому заранее прикупил бутылку "Смирновской".

   - Вот, спасибо, капитан, уважил! - Он налил полный стакан водки себе,
кивнул на бутылку. - Может и вам по чуть-чуть?

   - Ладно, только по "полтинничку", - согласился капитан. Савелий быст-
ро разлил остатки водки по стаканам,  но капитану налил чуть больше  ос-
тальных.

   - Сразу видно, что служил в армии! - самодовольно заметил тот. - Где,
если не секрет?  - В Афгане,  - спокойно ответил  Савелий.  -  Понял!  -
вздохнул капитан.  - Ну, постарайся в зоне не задерживаться! - Он быстро
опрокинул водку в рот.  Савелий усмехнулся - очень уж двусмысленно проз-
вучало пожелание капитана.

   - Постараюсь!  -  сказал он и медленно выцедил сквозь зубы стакан.  -
Ну,  что, собрался? - спросил капитан. - Нет, еще кое-что. - Савелий по-
казал авторучку. - Можно?

   - Можно.  Будешь писать своим возлюбленным. Пасту, мыло, полотенце не
забыл?

   - А как же!  - воскликнул Савелий,  потом взял учебник географии. - А
эту книжку я могу взять с собой?

   - Что, учиться там думаешь? - Капитан взял учебник и внимательно про-
листал его. - Попытаюсь! - Хорошо, возьми. Все?

   - Вроде все!  - Савелий даже вздохнул с облегчением. - А паспорт, во-
енный билет?  - Паспорт при себе,  а военный в военкомате.  - Ладно, там
разберутся, пошли! Надеюсь не будешь делать глупостей? - Капитан щелкнул
наручниками, пристегнув правую руку Савелия к своей левой руке.

   -Я ж не сумасшедший на автоматы кидаться!  - хмыкнул Савелий. - Да вы
хотя бы куртку накиньте на наручники - перед соседями  неудобно.  -  Это
можно.

   У подъезда они распрощались с участковым и сели в "рафик" темно-зеле-
ного цвета,  который быстро домчал их до Курского вокзала. Поезд вот-вот
должен был отправиться в путь. "Столыпинский" вагон был самым последним,
и "рафик" остановился прямо у его входа.

   Капитан вышел из машины и решительно постучал.  Долго ждать не  приш-
лось - вскоре в дверях появился конвоир.

   - Чего вам? - угрюмо спросил рослый сержант.

   - Позови-ка начальника конвоя! - Он сейчас занят!

   - Ты что,  не слышал!  - бросил капитан с раздражением.  - Начальника
конвоя сюда, быстро!

   Через несколько минут вышел майор, застегивающий ворот гинастерки.

   - В чем дело, капитан? - Он был изрядно навеселе.

   - Пополнение к вам! - Капитан не стал ничего объяснять и протянул до-
кументы Савелия майору.

   - Могли бы и пораньше!  - поморщился тот.  - Так получилось, майор. -
миролюбиво сказал ОМОНовец, потом крикнул: - Любимов, осужденного сюда!

   - Ладно, давай! - Майор махнул рукой. - Шмонать его надо, а все поме-
щения уже заняты.

   - Мы его уже шмонали,  да и парень он неплохой...  - многозначительно
проговорил капитан.

   - Ага, неплохой! Со сто восьмой-то? - Всякое бывает...

   - Вот именно! Говорков! - громко вызвал майор. - Савелий Кузьмич, сто
восьмая, четыре года строгого режима! - угрюмо отрапортовал Савелий.

   - Ну и рожа!  - ухмыльнулся майор.  - Кто это тебя так разукрасил?  -
спросил он, указывая пальцем на шрам.

   - Пусть не лезут! - с улыбкой ответил Савелий.

   - Ну-ну...  - Майор взглянул на тощую наволочку и подумал,  что в ней
вряд ли есть что-то запрещенное, если парень прошел через ОМОН. Он вдруг
почувствовал к этому угрюмовеселому парню нечто вроде симпатии  и  решил
посадить его в первое купе,  где находилось всего пятеро осужденных. Это
было особое купе - коммерческое. В нем ехали "авторитеты", которые суме-
ли  сунуть конвою сотню баксов за то,  чтобы ехать более-менее комфорта-
бельно. В других было набито по десять-двенадцать человек.

   - Слушай, майор, мы же вроде договорились! - попытался возразить один
из тех, кто сидел в первом купе, но майор тут же оборвал его:

   - Он тоже договорился! - Для осужденных это могло означать только од-
но: новичок тоже заплатил, и потому к нему не может быть никаких претен-
зий.

   Савелий ничего  не понял из этого короткого обмена репликами.  Он был
очень удивлен,  что внутри купе оказалось всего пять человек, и мысленно
поблагодарил майора.

   - Привет,  братва!  -  уверенно бросил Савелий,  ступив за решетчатую
дверь.

   - Привет, коли не шутишь! - отозвался за всех пожилой мужичок с золо-
тыми фиксами. Судя по тому, что на нижней полке рядом с ним никто не си-
дел,  он был крупным "авторитетом".  Не  спрашивая  разрешения,  Савелий
уселся рядом, открыл наволочку и достал оттуда пачку "Мальборо":

   - Угощайся,  земляк! - предложил он спокойно, без подобострастия. Тот
внимательно посмотрел на Савелия и тихо спросил:  - Москвич?  На воле  с
кем кентовался?  - Сначала с Лешей-Шкафом,  а когда его кокнули вместе с
его Лолитой, мне Мабуту предложил взять их участок.

   - Ты работал на Мабуту? - В голосе фиксатого было то ли удивление, то
ли сомнение. - Кого еще знаешь у него?

   - Проверяешь, что ли? Близко знаю Хитрована, еще называть?

   - Достаточно!  - Фиксатый улыбнулся и протянул ему руку.  - Фомич.  -
Бешеный.

   - Бешеный? - Фомич наморщил лоб. - Что-то я о тебе слышал, землячок.

   - Немудрено - в одних водах плаваем!  - Савелий с трудом скрыл волне-
ние. Проколоться прямо здесь совсем не входило в его планы. - Это точно!
А теперь можно и закурить!  Только сейчас, после того как Фомич взял си-
гарету из его пачки,  Савелий понял, что пока он обеспечил себе кратков-
ременную передышку.

   - В какой хате парился? - спросил вдруг Фомич.

   - Ты вряд ли бывал там.  - Усмехнулся Савелий. - Я в Лефортовской за-
горал.  - Ты что,  работал на "маде ин не наших"? - На загранку, что ли?
Ну, ты и сказанул! - Савелий весело рассмеялся. - Я по сто восьмой зале-
тел!

   - Так  что ж тебя туда сунули?  - удивился Фомич.  - Да...  - Савелий
махнул рукой,  оттягивая ответ, но вдруг решил, что он мог вполне "цепа-
нуться" с каким-нибудь иностранцем.  - Клиент попался борзый,  дипломат,
как ты сказал, "маде ин оттуда". Да прожил недолго, паскуда! Очень хлип-
кий оказался...  И задел-то я его только раз! - Савелий брезгливо помор-
щился.  - Видно,  хорошо задел!  - хмыкнул Фомич. - Ага, полотенцем... -
серьезно заметил парень с верхней полки хрипло-прокуренным голосом.  - А
в нем утюг был! Все рассмеялись.

   - Повеселились,  и будя! - буркнул Фомич, и все мгновенно притихли. -
С человеком не дадут побазарить! Куда тащат, знаешь?

   - В райский уголок! - Савелий, повторив слова, сказанные Королем, да-
же не предполагал, что попал в самое яблочко.

   - А ты действительно хорошо башляешь.  - Фомич кивнул головой и выра-
зительно потер двумя пальцами.

   - Пока не сам: ребятишки за меня подсуетились.

   - Какая разница,  сам башлял или за тебя - важен результат...  Может,
закусить хочешь,  после ханки? А то разит от тебя... - добродушно усмех-
нулся Фомич.

   У Савелия стало легче на душе - Фомич окончательно признал за своего.

   Расставшись с Савелием, Богомолов связался с офицером, которому пору-
чил проверку версии Майкла.

   - Минутку,  товарищ генерал!  - услышал Богомолов, едва успел назвать
себя.  - Я как раз принимаю факс из штаба ПВО... Докладываю: засекли не-
большой самолет,  направляющийся в сторону границы.  Хотели сделать зап-
рос,  но он внезапно исчез с экранов и попытки снова поймать его успехом
не увенчались.  Офицер доложил начальству,  но те решили,  что он просто
упустил самолет. Об этом самолете вспомнили только после вашего запроса,
товарищ генерал!

   - Передайте,  пожалуйста, от моего имени благодарность этому офицеру,
а его начальству...  Впрочем,  я сам позвоню командующему. В каком месте
это произошло? И в какое время? - спросил Богомолов, и услышал:

   - Самолет был замечен на афганской территории в два часа тридцать две
минуты ночи.  - Когда?  - раздраженно спросил генерал.  - Вчера, товарищ
генерал... - Спасибо, капитан! Если что, звоните в любое время.

   Богомолов размышлял над тем,  что только что  услышал.  Совпадало  не
только место, но и время, а значит, полковник Джеймс не напрасно предпо-
ложил,  что самолет с похищенными детьми вполне мог оказаться на терито-
рии нашей страны. Зазвонил телефон, и Богомолов взял трубку. - Слушаю!

   - Товарищ генерал,  извините,  вас снова беспокоит капитан Синицын. -
Говорите!

   - Пришло еще одно сообщение.  Другой офицер,  узнав про  ваш  запрос,
вспомнил, что в одиннадцать часов утра, то есть через восемь с половиной
часов после первого обнаружения,  был замечен подобный  самолет,  но  на
этот  раз он летел в глубь Афганистана,  и офицер не стал о нем доклады-
вать. Мне показалось, что эта информация может оказаться важной для вас,
товарищ генерал.

   - Да, спасибо! - задумчиво ответил Богомолов и положил трубку. Скорее
всего,  это один и тот же самолет. Теперь отпали всякие сомнения: в пер-
вый раз он летел в Россию,  во второй раз - из нее.  Черт бы побрал ПВО!
Как могло такое произойти? Спали они, что ли? Здесь что-то не так! Само-
лет пропустили дважды и в разные дежурства...  Выходит, дело не в дежур-
ных, а в этом злополучном самолете? Тогда как объяснить, что и в первый,
и  во  второй  раз  его все же засекли,  правда не над территорией нашей
страны? Богомолов набрал номер технического отдела.

   - Кто это? - нетерпеливо спросил он. - Здесь генерал Богомолов!

   - Константин Иванович!  Здравствуйте! - услышал он приветливый голос,
но от волнения не смог сразу узнать его. - Это Сокольский.

   Полковник Сокольский  был  одним  из ведущих специалистов по созданию
специальной техники.  Некоторыми его изобретениями пользовалась  команда
Савелия во время афганского похода.

   - Извини, не узнал. Богатым будешь! - не скрывая своей озабоченности,
проговорил Богомолов. - Я по делу!

   - Мои "игрушки" подкачали, или новый заказ?

   - Нет, с твоими "игрушками" все нормально, как всегда. Совет нужен.

   - Внимательно вас слушаю, - тут же отозвался полковник.

   - Как можно объяснить,  что небольшой самолет дважды  пересекал  нашу
границу в течение девяти часов,  но замечали его только вне наших преде-
лов, причем два разных диспетчера? А над нашей территорией они его теря-
ли.

   - Интересный вопрос! - В тоне полковника не было и тени иронии. - Это
из области теории или из практики?  - К сожалению,  из практики, полков-
ник. - Здесь может быть только два варианта: или измена, что маловероят-
но, или кто-то сумел сотворить отличный антирадар.

   - Но почему он терялся только над нашей территорией?

   - Очень просто:  антирадар включали только тогда, когда хотели исчез-
нуть с экранов локаторов. Кстати, этой проблемой я сейчас занимаюсь.

   - Как можно проверить наши предположения?

   - Во-первых,  послать мою группу с приборами в ту часть, где было за-
мечено нарушение.  Вполне возможно,  что оно рано или поздно повторится.
Во-вторых,  послать  побольше верных людей и прямо на месте,  по горячим
следам,  опросить местных жителей,  которые могли заметить самолет. При-
мерное место нарушения и время известно, а значит, у нас есть шансы.

   - Что ж,  будем работать по обоим вариантам.  Когда ты сможешь отпра-
виться в командировку? - спросил Богомолов.

   - Судя по вашему нетерпеливому тону,  дело не терпит  отлагательства,
не так ли?  - Точно так! - В таком случае, хоть сегодня! - Вот и хорошо!
Зайди к Михаилу Никифоровичу, он все быстро оформит. - Богомолов положил
трубку и тут же подумал,  что колония, в которую отправился Савелий, на-
ходится примерно в тех местах, где был замечен самолет-нарушитель.

   Снова совпадение? Как бы не так! Нет, на этот раз тебе, Савелий, при-
дется стерпеть то, что генерал Богомолов не стал прислушиваться к твоему
мнению.  Нужно срочно внедрять своего человека в колонию! Интуиция подс-
казывала генералу, что там все гораздо сложнее, чем предполагал Савелий.
И посылать необходимо Воронова! Остается только решить, в качестве кого,
чтобы не возбуждать излишнего внимания к его персоне.

   - А  кто там начальником?  - вслух проговорил он,  затем набрал номер
прокурора Зелинского. - Александр Васильевич, генерал Богомолов беспоко-
ит!

   - Здравствуйте, Константин Иванович! Только что вспоминал вас.

   - По какому поводу?  - удивился Богомолов.  - Сначала о Савелии поду-
мал,  а потом и о вас. Интересно, как он там, наш бедолага, нормально ли
доехал?

   - Думаю,  да,  - ответил генерал. - А у меня к вам вопрос... - С удо-
вольствием отвечу,  если знаю. - Кто является начальником той колонии? -
Минуту... - Зелинский быстро пробежался по клавишам компьютера. - Нашел!
Полковник Севостьянов Виктор Николаевич.

   - Вот как!  - Богомолову показалось, что ему знакомо это имя. - Может
быть, у вас есть и какие-нибудь данные на него? Предыдущее место работы,
например...

   - Сейчас...  - Зелинский снова пробежался по клавишам. - Что за черт?
Никакой информации, кроме той, что предыдущее место работы - город Моск-
ва. Странно!

   - Очень интересно! Спасибо, Александр Васильевич, дальше я сам.

   - Жаль, что не смог помочь, - виновато заметил Зелинский.

   - Как раз вы очень помогли,  спасибо!  До свидания.  - До свидания! -
растерянно ответил прокурор и положил трубку,  так и не поняв, чем же он
помог генералу.

   Зелинский действительно оказал неоценимую помощь, назвав фамилию, имя
и отчество этого человека, потому что генерал вспомнил: Севостьянов Вик-
тор Николаевич был в свое время большим начальником - он работал в отде-
ле ЦК КПСС,  который курировал Комитет Государственной безопасности. Ка-
ким образом этот сугубо штатский человек вдруг оказался полковником? По-
чему-то  Богомолову  даже на мгновение не приходила в голову мысль,  что
тот может оказаться просто однофамильцем.  Нет, здесь не может быть сов-
падения! В свое время, когда сам Богомолов был еще только капитаном КГБ,
а Рассказов - генералом, именно Севостьянов был его непосредственным на-
чальником.  Это что же выходит?  Рассказов решил возобновить свои старые
связи? Сумасшедшая идея... Впрочем, почему сумасшедшая? В девяносто пер-
вом  он принял самое деятельное участие в августовском путче,  и если бы
тот окончился иначе, кто знает, кем бы сейчас был генерал Рассказов?

   Но при чем здесь похищенные дети?  Как не хватает  информации,  чтобы
соединить всю мозаику событий в единое целое!  Может,  позвонить Майклу?
Но Майкл не сообщил ему подробности похищения  во  время  их  последнего
разговора... Стоп! Он все же прямо намекнул, что дети не простые! А что,
если он не мог об этом говорить по официальному каналу связи?  Будь  что
будет!  Богомолов  решительно набрал спецномер и буквально через секунду
услышал голос Майкла.

   - Приветствую, дружище! - весело сказал Богомолов.

   - И я вас тоже! - отзвался тот. - Есть новости?

   - Есть! Но мне хотелось бы сначала услышать ответ на один вопрос...

   - Если вы по поводу нашего последнего разговора,  то интуиция вас  не
подводит:  среди  этих  детей есть ребенок высокопоставленного чиновника
сопредельной страны,  с которой наша страна ведет очень важные перегово-
ры...

   - Которые находятся на грани срыва из-за этого похищения,  не так ли?
- подхватил Богомолов.

   - Именно так! Судя по всему, мои предположения подтвердились?

   - На все сто! Самолет, побывав у нас, улетел назад в Афганистан.

   - Оказывается, не только наши службы могут давать промах? - съехидни-
чал Майкл.

   - Если это вас успокаивает,  то да!  - согласился Богомолов.  - Скажу
больше:  кажется,  наметилась связь между нашим общим знакомым и  бывшем
крупным партфункционером.

   - Я знал,  что эта мразь так просто не успокоится! Поверьте, генерал,
Рассказов лезет к власти!  - Майкл сильно волновался  и  стал  дополнять
русскую речь английскими словами.

   - Давайте говорить по-английски, - предложил Богомолов.

   - Возражаю: мне очень хочется научиться правильно говорить по-русски.
- Вы и так отлично говорите. - Это комплимент?

   - Ни в коем случае!  - возразил Богомолов.  - Как Савелий поживает? -
неожиданно спросил Майкл.

   - Савелий?  -  Богомолов тяжело вздохнул.  - Савелий сейчас выполняет
очень сложную и важную миссию.  - И, судя по вашему голосу, весьма опас-
ную, не так ли? - Да, опасную...

   - Она связана с тем,  о чем мы говорили? - Связана! - признался гене-
рал. - Дай Бог ему удачи! - Дай Бог!

   - Спасибо,  что позвонили. Был рад слышать ваш голос, не говоря о но-
востях.  Со своей стороны мы пытаемся кое-что сделать... Если получится,
сразу поставлю вас в известность.  Кстати, пятьдесят килограммов кокаина
тоже находятся у вас в стране. Сведения стопроцентные!

   - Давно стало известно? - огорченно спросил Богомолов.

   - Только  сегодня...  Если  бы вы не позвонили,  то к вечеру я сам бы
позвонил вам.  Скажу больше:  в дело пока он не пущен. Чего они ждут, не
знаю. И последняя новость: через афганскую границу от вас идет автомати-
ческое оружие, небольшими партиями, но регулярно. - Какое именно оружие?

   - Автоматы двух видов:  десантные и с лазерными прицелами. Все оружие
без маркировки,  основные детали, по выводу наших специалистов, изготов-
лены в разных странах, а это значит...

   - Это значит, что оружие изготавливается подпольно! Вот это уже серь-
езно, если...

   - Нет-нет,  сведения абсолютно точные,  потому я и сообщаю их вам.  -
Майкл вздохнул. - Спасибо! До встречи! - Удачи вам!

   Богомолов положил трубку и долго сидел неподвижно,  пытаясь  сопоста-
вить полученную информацию.  Выходит,  что Савелий говорил правду...  До
какой наглости дошли криминальные структуры,  если уже  партиями  начали
изготавливать оружие?


На зоне

   Савелия, Фомича и молодого парня лет двадцати  вывели  из  вагона  на
перрон полустанка.

   К ним  сразу  же  подъехал семиместный джип "черокки" темно-вишневого
цвета. Из него вышли трое охранников в странной грязно-коричневой форме.
Все трое были с автоматами,  за поясом висели резиновые дубинки и наруч-
ники. Самый молодой, с погонами лейтенанта, косо взглянул на майора.

   - Почему трое? Вроде двое должно быть? - недовольно спросил он.

   - Не по адресу обращаешься,  лейтенант.  Нам  дали  разнарядку,  дали
осужденных,  и мы доставили их в целости и сохранности. Так что... - Ма-
йор развел руками,  взял у своего помощника тощую папку с тремя делами и
протянул лейтенанту. - Проверять будешь?

   - А зачем?  - усмехнулся тот. - Сам говоришь: трое. Три дела, три го-
ловы.  Все нормально! Пока! - Он козырнул, тут же отвернулся от майора и
взглянул  на  осужденных.  - Руки вперед!  - выкрикнул он и сплюнул в их
сторону. - Быдло!

   - Сам ты быдло, сосунок! Мать твою... - Фомич смачно выругался и тоже
плюнул ему под ноги.  - Ты напрасно так с ними... - начал тихо майор, но
лейтенант окрысился и на него.

   - Ты сдал, я принял! Бывай, у нас здесь свои порядки!

   - Как знаешь! - Майор пожал плечами и вскочил на подножку. Поезд дер-
нулся и стал медленно набирать скорость.

   - Ты чего,  падла,  пасть разеваешь? - Лейтенант, не зная с кем имеет
дело, попер на Фомича, решив покачать права перед новичком.

   - Ты чо бакланишь,  сосунок? Ты знаешь, с кем бакланишь? Да я из тебя
ремней настригу, паскуда! - Начав очень тихо, Фомич все больше распалял-
ся.

   - Что?  - Не ожидая такой наглости от новичка,  лейтенант бросился  к
нему,  но споткнулся о подставленную ногу Савелия, который тут же накло-
нился и ловко подхватил автомат, выпавший из его рук.

   - Фильтруй базар,  парень!  - тихо сказал он на ухо лейтенату и помог
ему встать на ноги.

   Конвойные были ошеломлены.  Они не знали,  что делать, понимая, что в
любой момент этот странный парень со шрамом может открыть по  ним  огонь
из автомата их начальника.

   - Ты чо? - крикнул лейтенант. - Ты чо, парень? - Он явно испугался.

   - Кинь мне ствол, я его кончу, паскуду! - бесновался Фомич.

   - Вы чо, парни? Вы чо? Не надо, пошутил я! Бля буду, пошутил!

   - Ладно,  веди! - спокойно проговорил Савелий, возвращая автомат лей-
тенанту.

   Ошеломленный, не веря своим глазам,  тот схватил оружие, потом повер-
нулся к своим подчиненным:

   - Что смотрите, мать вашу... Надеть наручники осужденным!

   - Не нужно наручников, и так поедем! - попытался возразить Савелий.

   - Не имею права!  - как бы извиняясь, произнес лейтенант, все еще пе-
реживая случившийся инцидент,  который мог окончиться для него трагичес-
ки. - Не положено! - Он развел руками.

   - Какой-то  ты малохольный,  - прошептал Фомич Савелию.  - Такой шанс
упустил!

   - Ты сам посмотри! - ответил Савелий. - Горы кругом. Подохли бы!

   - Все лучше... - начал Фомич, но замолчал: подошли конвойные, застег-
нули на их руках наручники и посадили в машину.

   Они ехали по извилистой горной дороге около двух часов.  Все молчали,
пока машина не подъехала к каменной стене, поросшей зеленью.

   - Что, заплутал, мальчик? - язвительно усмехулся Фомич.

   Парень, сидящий за рулем,  презрительно посмотрел на него,  высунул в
окошко руку с каким-то прибором, напоминающим дистанционный пульт, нажал
на кнопку - и каменная преграда  неожиданно  дрогнула,  начала  медленно
сдвигаться в сторону, открывая въезд в тоннель, который тут же осветился
электричеством.

   - Ни хрена себе!  - восхищенно заметил Фомич. - Техника на грани фан-
тастики!

   По тоннелю они ехали минут пятнадцать и вскоре оказались на узкой до-
роге:  с одной стороны пропасть,  с другой - отвесная скала из  гранита.
Спустя несколько минут они очутились перед мощными воротами.

   Лейтенант вышел из машины и коротко бросил:

   - Ждать!

   Он отсутствовал  минут  пять,  потом вернулся.  Ворота открылись,  но
вскоре машина снова остановилась,  уже перед другими воротами с калиткой
посередине.  Прибывших с конвоем вновь остановили перед воротами, а лей-
тенант с водителем прошли внутрь.

   Савелий внимательно присматривался,  стараясь ничего не  упустить  из
виду. На сей раз ждать пришлось долго. Разговаривать не хотелось: каждый
думал о своем, переминаясь с ноги на ногу. Первым не выдержал Фомич.

   - Они чо, суки, забыли про нас? - спросил он конвоира.

   - Документы оформят и вернутся, - спокойно ответил тот.

   - Жду еще пять минут и начинаю "нервничать"! - бросил Фомич.

   Конвоиры переглянулись и передернули затворы автоматов.

   - Бешеный,  ты посмотри на этих придурков!  Они подумали, что я через
пять  минут  на  их автоматы брошусь.  Нашли Александра Матросова!  Да я
просто ваши ворота обоссу!  - Он фыркнул,  и в этот же  момент  железная
дверь распахнулась.

   - Заждались?  -  весело  бросил лейтенант.  - Не серчайте:  дежурного
пришлось разыскивать.  Пошли!  - Он отошел в сторону,  пропуская  вперед
осужденных.

   Первым вошел  Фомич,  за ним Савелий и третий парень.  Сопровождающие
остались снаружи.  Дверь тут же закрылась, и они оказались перед неболь-
шим окошечком с металлической решеткой.  В нем виднелось помятое красно-
ватое лицо мужчины лет сорока.  Прибывшие приготовились к тому,  что  их
начнут  сейчас вызывать пофамильно,  но мужчина хмуро оглядел их,  затем
нажал кнопку, и внутренняя дверь распахнулась.

   - Вперед!  - приказал он. Заключенные вошли в небольшую комнату, где,
кроме стола,  ничего не было. Там их ожидал майор с обвисшим брюшком. Он
поигрывал резиновой дубинкой,  постукивая ей по голенищам надраенных  до
зеркального блеска сапог. Окинув прибывших усталым взглядом, он предста-
вился:

   - Заместитель начальника колонии по режиму майор Колосников. Вытряхи-
вайте свои мешки!

   - Слушай,  начальник, мы ж с этапа, а не с воли. Нас столько шмонали,
что скоро стошнит!  - ухмыльнулся Фомич,  а парень быстро развязал  свой
мешок и вывалил на стол нехитрые пожитки.

   - Если ты такой умный,  то почему здесь,  а не на воле?  - осклабился
майор. - А ну, быстро шмотки на стол!

   - Тебе жена сегодня не дала, что ли? Ревешь, как потерпевший! - Фомич
не успел договорить,  как майор взмахнул дубинкой и опустил ее на голову
Фомича. Он проделал это с совершенно бесстрастным лицом, словно выполнял
нудную  и обыденную работу.  Фомич медленно осел на пол и потерял созна-
ние.

   - Зарубите себе на носу: вы попали в "Райский уголок", а здесь поряд-
ки  не те,  с которыми вы сталкивались на других зонах!  Если хотите вы-
жить,  подчиняйтесь нашим законам,  работайте на совесть.  Тогда  будете
иметь послабления,  даже женщину раз в неделю! Поди плохо? - Майор гово-
рил спокойно, чуть устало, словно повторяя ежедневную лекцию.

   Даже Савелий,  внутренне готовый к чему-то подобному,  был  несколько
ошарашен неожиданной жестокостью майора и не сразу нашелся, что сказать.
Если так себя ведет "режимник", то что можно ожидать от низших чинов?

   - Послушай, майор, ты не убил его? - выдавил наконец из себя Савелий.

   - Да нет,  - равнодушно махнул рукой Колосников. - От такого удара он
только  с  кривой  рожей пару месяцев походит,  а чтобы убить - раза три
приложиться нужно.  - Майор говорил уверенно,  было ясно,  что такое  он
проделывал не раз и не два. Он быстро прощупал мешок парня, вывалил вещи
Фомича, взял в руки блок "Мальборо" и криво усмехнулся.

   - Даже я не часто курю такие!  - Он сунул блок под мышку, потом крик-
нул: - Гаврилов!

   Вбежал тшедушный парень лет тридцати пяти. - Я, товарищ майор!

   - Пошмонай-ка здесь!  - Майор кивнул на вещи Фомича. - Крутой больно,
а значит, и богатый.

   - Это вы тонко подметили,  товарищ майор! - польстил сержант, профес-
сионально прощупывая те вещи, которые у него вызывали подозрение. Вскоре
его поиски увенчались успехом.  Он отложил ботинок на  довольно  толстой
подошве, наконец вытащил из-за голенища штык-нож, решительно вспорол по-
дошву и извлек несколько стодолларовых купюр.  - Вы,  как всегда, правы,
товарищ майор. Пять сотен! - Сержант одну сунул себе в карман, а осталь-
ные протянул Колосникову.

   - Длинный язык всегда вредил глупым  людям,  -  назидательно  заметил
тот. - По башке получил? Получил. Денег лишился? Лишился. Да еще и "пят-
нашку" отсидит!  - Он небрежно сунул доллары в карман и кивнул парню,  у
которого сам шмонал вещи: - Собери все!

   Когда тот суетливо и беспорядочно забросал их в мешок, майор с издев-
кой сказал:

   - Добро пожаловать в "Райский уголок"!  Гаврилов, ты останься, оформи
этого на "пятнашку", а я пока отведу новичков в баньку.

   Они вышли с вахты на территорию зоны. Вновь прибывших поразила чисто-
та, ухоженные газоны и клумбы цветов.

   - Как в пионерлагере! - усмехнулся Савелий.

   - Только вожатый с автоматом. - Майор заржал.

   Решив воспользоваться  добродушным  настроением  начальника,  Савелий
спросил:  - Разрешите обратиться,  гражданин майор?  - Валяй! - покрови-
тельственно бросил тот.  - Вот вы сказали про женщину раз в  неделю,  но
ведь сюда так трудно добираться...

   - А зачем им добираться? - хмыкнул тот. - У нас свои бабы есть: выби-
рай не хочу!

   - Вольнонаемные? - Савелий решил играть под дурачка.

   - Во,  сказанул!  Своих зэчек имеем! - Как, с нами и женщины сидят? -
Не вместе,  но рядом! - Майор хитро подмигнул. - Скажу по секрету: неко-
торые осужденные ныряют без разрешения к своим бабам и думают, что мы не
знаем об этом.  Знаем! Просто закрываем глаза, если мужик и работает как
надо и живет по нашим законам.

   - А какие здесь работы? С камнями, что ли?

   - С камнями?  - Колосников с улыбкой покачал головой. - Нет, мужик, с
"оружием пролетариата" мы дела не имеем.  Здесь производят совсем другое
оружие - автоматическое!

   - Такое,  как у наших конвойных? - Савелий задал этот вопрос неспрос-
та.  Когда он подхватил автомат лейтенанта, то сразу же отметил, что та-
ких он еще не видел: легкий, удобный и, судя по рожку, с большой огневой
мощью.

   - Глазастый! - Майор пристально посмотрел на Савелия, но, наткнувшись
на его глуповатый взгляд,  снова улыбнулся.  - Небось, такого и не видел
никогда?

   - Откуда! - вздохнул Савелий. - За всю службу в стройбате я и "Калаш-
никова"-то видел всего два раза.  Но откуда все детали  берутся?  Кузниц
вроде нет, печей тоже не видно.

   - Кузницы,  печи!  - передразнил Колосников. - Деревня! Зачем все это
сборочным цехам? Мы - конечный этап производства!

   - На "оборонку",  значит, будем вкалывать? - Савелий весело потер ру-
ками.

   - Ага, на "оборонку"! Ладно, хватит лясы точить, пришли.

   Дверь им открыл огромного роста парень с фиксой во рту.

   - Привет,  начальник! - фамильярно проговорил парень. - Разнарядка-то
вроде пришла на троих? - спросил он, окинув взглядом новеньких.

   - Третий на "пятнашку" крутанулся,  - ответил  майор.  Чувствовалось,
что  он уважительно относится к этому парню.  - Как,  уже?  - усмехнулся
тот.  - Эх, Бесик, долго ли умеючи! Ты их помой, выдай положенные вещи и
отведи до штаба.  А я пойду пройдусь по цехам.  - Все будет сделано, на-
чальник,  - заверил Бесик,  и Колосников, махнув на прощанье рукой, уда-
лился.

   - Ну, что, братва, носы повесили? Или климат не понравился? - Тон Бе-
сика мгновенно изменился после ухода начальства,  стал доброжелательным.
- С умом и деньгами и здесь можно неплохо жить.

   - Птичка  в клетке не поет,  - неожиданно проговорил Савелий,  внима-
тельно глядя Бесику в глаза.

   Бесик на мгновение задержал на нем взгляд,  словно давая понять,  что
все прекрасно понял, потом повернулся ко второму парню. - Башлять будешь
или в общей помоешься?  Савелий сразу же понял и оценил его уловку:  как
бы парень ни ответил, он должен будет сказать противоположное.

   - Пока погожу,  а там - посмотрим! - ответил тот, и Бесик многозначи-
тельно взглянул на Савелия.

   - А парилка есть?  - спросил Савелий.  - Обижаешь,  земеля! Не только
парилка, но и к парилке все есть! - Так уж и все? - Все!

   - Тогда - башляю! - Савелий улыбнулся - И почем?

   - Сговоримся!  А тебе,  паря,  сюда!  - кивнул Бесик на дверь в конце
длинного коридора.

   Парень с еле приметной завистью бросил взгляд на Савелия и отошел.

   - У тебя час!  - бросил ему вдогонку Бесик. - Тряпки тебе туда прине-
сут. - А размеры? - Тот остановился. - Пятидесятый, второй рост, обувь -
сорок второй! - ухмыльнулся Бесик. - Угадал? - Ну и глаз! - с восхищени-
ем  заметил парень.  Когда он ушел,  Бесик приблизился к Савелию.  - Ну,
здравствуй...  - Бешеный!  - представился Савелий.  - Бешеный?  -  Бесик
удивленно осмотрел Савелия и с явным разочарованием добавил:  - По расс-
казам Короля я представлял тебя гораздо здоровее.

   - Извини, что не оправдал твоих ожиданий. - Савелий пожал плечами.

   - Да я не к тому, - смутился Бесик. - Просто очень уж неожиданно... А
чего мы здесь-то стоим:  пошли ко мне! - Он толкнул дверь, пропустил Са-
велия вперед, и они вышли в другой коридор.

   - У меня обширное хозяйство!  - заметил Бесик.  На вид ему  было  лет
двадцать пять,  не больше,  но он был очень уверен в себе. - Кажется, ты
не поверил,  что к парилке у меня есть все - от голландского пива до хо-
рошей  бабы.  Не веришь?  Момент!  - Он остановился и постучал в окошко,
прикрытое толстой фанерой.

   - Ну кто еще? - раздался сонный голос, и окошко открылось. В него вы-
сунулось заспанное лицо мужика лет пятидесяти.  Увидев Бесика, он тут же
широко улыбнулся. - Извини, Бесик, не думал, что это ты.

   - Тебе думать не положено! А спать можешь, только когда я тебе разре-
шу! Понял? - Бесик говорил безо всякой злобы, но, видно, мужик знал сво-
его "шефа". Он едва не со слезами на глазах запричитал:

   - Извини, Бесик! Бля буду, в первый и последний раз. И черт меня дер-
нул закемарить!

   - Ладно,  хватит. Работай пока! - смилостивился Бесик. - Пятьдесятый,
второй,  сорок второй - в общую! - продиктовал он. - Потом пойди к Мико-
лайчуку и скажи, что Бесик просит Милиану на часок. - А если спросит для
кого? - Скажешь, для меня! - Бесик недовольно нахмурился.

   - Понял! - Мужик тут же закрыл окошко. - Может, не нужно? - неуверен-
но сказал Савелий. - Вдруг денег не хватит?

   - Обижаешь,  друган!  Сегодня  ты мой гость.  - Бесик похлопал его по
плечу. - Как по сто восьмой умудрился залететь?

   - А-а, - Савелий махнул рукой. - Даже вспоминать тошно!

   Несмотря на то что он наизусть выучил свое "дело",  он старался  ухо-
дить от вопросов, чтобы случайно ничего не напутать. К тому же ему поче-
му-то совсем не хотелось врать этому парню.

   - Печку-то включили? - Савелий перевел разговор на другую тему.

   - В парилке,  что ли? Так она у нас круглосуточно пашет! Хозяин, хоть
и не часто сам парится - боится за сердце, но большой ее любитель. Вот и
приходится быть в постоянной готовности! - Бесик поморщился. - Что, кру-
той очень?

   - До меня это место считалось проклятым:  Более недели здесь никто не
удерживался...  - А ты сколько здесь?  - Уже восемь месяцев.  -  Восемь?
Сколько же ты в колонии?  - Полтора года,  осталось три с половиной. Сто
сорок четвертая статья!

   - Многовато для сто сорок четвертой, - вздохнул Савелий.

   - Под показательный попал!  Да и судья в депутаты метил, вот и поста-
рался избирателям подфартить. Ничего, здесь жить можно... - В голосе Бе-
сика не было особой радости, и Савелий спросил: - А можно и не жить? Бе-
сик  удивленно взглянул на него.  - В смысле побега или отправиться дос-
рочно на покой? - И в том и в другом!

   - Если пятки рвать, то... почти невозможно. - Почти? - с хитрой улыб-
кой переспросил Савелий.

   - Об  этом  потом поговорим.  Не хочешь же ты прямо сейчас кинуться в
ноги "зеленому прокурору"?

   - Да нет, погожу немного! Но ты не ответил про досрочный покой, - на-
помнил Савелий.

   - А с этим нет проблем!  Особенно мрут новички. Так что, если с месяц
прожил на этой "командировке", считай, долго поживешь, - на полном серь-
езе ответил Бесик.  - Это я уже ощутил!  - вздохнул Савелий.  - На своей
шкуре?

   - Да нет,  майор так Фомича приложил, что тот, прежде чем на "пятнаш-
ку" попасть, еще в санчасти полежит.

   - Фомича? Знаю такого... За что он его так?

   - Ни за что, скорее всего, для острастки. - Знаешь, что странно: раз-
нарядка отсюда была на двоих,  подтверждение тоже на двоих, и только се-
годня пришла бумага с просьбой принять троих...

   - С просьбой? - хмыкнул Савелий, - А если бы в приказном порядке?

   - В приказном здесь не канает: могли и послать куда подальше. Зона-то
самостоятельная, никому не подчинена. - Как это? А Министерству внутрен-
них дел?

   - Ни ему,  ни какому другому. Отчет идет только по налогам и иногда -
по смертности.  Все!  Что ты хочешь? Товарищество с ограниченной ответс-
твенностью. - Шутишь?

   - Какие тут могут быть шутки!  Сам Севостьянов,  попарившись и приняв
на грудь,  сказал мне об этом!  - с горячностью воскликнул Бесик.  - Все
это мне,  конечно,  до фени,  но себя жалко: за мой навар - теледвойку и
компьютер, курам на смех, - меня окрестили на шестилетку, а здесь впари-
вают такие бабки и по воле ходят! - Он смачно плюнул. - Все, пришли.

   Перед ними была красивая,  с резными украшениями дверь. Бесик сунул в
замок ключ,  открыл дверь и пропустил  вперед  Савелия.  Комната-кабинет
оказалась  довольно просторной,  метров двадцать восемь.  Мягкая мебель,
двухтумбовый письменный стол,  даже ширма,  за которой виднелась полуто-
распальная кровать,  на стенах гравюры,  чеканка.  Все было сделанно та-
лантливыми руками местных умельцев.

   - Красиво жить не запретишь! - заметил Савелий. - А главное: зачем? -
Что,  зачем?  - не понял Савелий. - Запрещать, говорю, зачем? - Действи-
тельно! - хмыкнул Савелий, и они рассмеялись.

   - Ты вот что,  иди парься, трахайся, а позднее, через часик, и я при-
соединюсь. Не возражаешь против варианта "два к одной"? - И "две к одно-
му" тоже!  Куда идти? - А прямо за ширмой, рядом с кроватью, есть дверь,
которая  выходит  в предбанник,  а дальше и без пояснений разберешься...
Вперед! - подмигнул Бесик и шутливо подтолкнул Савелия в спину.

   Открыв дверь,  Савелий действительно оказался в предбаннике, где сво-
бодно могли бы уместиться человек десять. Там стояли столики, мягкие ко-
жаные кресла и диванчики на двоих.  Савелий заглянул и в огромный  холо-
дильник, забитый чешским, немецким и голландским пивом, банками с черной
и красной икрой,  креветками,  крабами. На широкой полке, укрепленной на
стене, были сложены белоснежные простыни. В углу стояло несколько трена-
жеров.  Стены, потолок и пол были обшиты темным деревом, издававшим при-
ятный запах,  пол застлан огромным мягким ковром.  Савелий быстро скинул
одежду, прихватил простыню и открыл дверь в баню.

   Эта комната была раза в два больше.  Вдоль трех стен тянулась широкая
деревянная лавка.  Почти половину комнаты занимал бассейн,  три открытых
кабинки с душем,  рядом несколько деревянных шаек, медный ковшик для па-
рилки,  тапочки,  руковицы и войлочные шляпы;  а в стенном шкафу Савелий
обнаружил березовые, дубовые и эвкалиптовые веники, а также банки с тра-
вяными настоями.

   Савелий сунул  ноги  в  удобные мягкие тапочки,  нахлобучил на голову
шляпу и открыл дверь,  которая, по его мнению, вела в парилку, но тут же
улыбнулся: это оказался прекрасно оборудованный туалет.

   Оставалось две двери, и Савелий, чуть помедлив, толкнул ту, что нахо-
дилась правее, но ошибся и на этот раз: за этой дверью находился массаж-
ный кабинет.  Он медленно обошел его и совершенно случайно обнаружил ис-
кусно замаскированный глазок видеокамеры:  на него упал луч света и уда-
рил Савелию прямо в глаза.

   Савелий отметил это про себя и уверенно толкнул оставшуюся дверь, ве-
дущую в парную.  Она одновременно могла вместить самое большее  человека
четыре.  При входе слева находилась железная печь.  Савелий открыл ее, и
на него пыхнуло жаром от огромных раскаленных докрасна валунов.

   Савелий вернулся в помещение с бассейном,  налил в  деревянную  шайку
горячей  воды,  бросил в нее березовый и эвкалиптовый веники,  хотел уже
приготовить и травяной настой,  но сначала решил прогреться В парилке на
первой полке было градусов шестьдесят, этого было достаточно для первого
захода.  Он уселся на него и удовлетворенно замер, чувствуя, как на теле
начинают высыпать мелкие бисеринки пота. Так он просидел минут пять, по-
том вернулся к душевым кабинам.  Обычно он раза три заходил  в  парилку,
прежде чем смывал пот водой,  но сейчас решил сделать исключение,  заме-
тив,  как по его телу побежали грязные  струйки.  С  удовольствием  смыв
грязь душистым мылом,  он склонился над замоченными вениками и вдруг по-
чувствовал на себе чей-то взгляд.  Решив, что это Бесик, он повернулся и
замер  от  неожиданности:  перед  ним стояла девушка с темными волосами,
распущенными по плечам,  и огромными зелеными глазами. На ней был только
небольшой ажурный передник,  который не скрывал, а наоборот, подчеркивал
ее прелести.  Увидев его смущение,  она улыбнулась и чуть присев, произ-
несла нежным бархатистым голоском: - Милиана!

   Савелий не знал, как себя вести: прикрываться - глупо, быть развязным
- еще глупее.

   - А тебя,  как я слышала.  Бешеным кличут?  - Она оглядела профессио-
нальным взглядом его тело. - Ничего фигурка! Пойдем! - Куда?

   - Как куда? На массаж! - Она хитро посмотрела на него и усмехнулась.

   Савелий пожал  плечами  и пошел вслед за девушкой,  прихватив с собой
полотенце.

   - На живот! - скомандовала Милиана, как только они вошли в массажную.

   Но Савелий,  прежде чем подчиниться,  повесил полотенце на то  место,
где был замаскирован глазок видеокамеры. Потом подошел к кушетке, лег, и
руки девушки уверенно заработали над его телом.

   - Мышцы-то накачанные...  И здесь...  И здесь...  Сразу видно, что ты
постоянно следишь за собой...  Надо же,  какие эластичные и одновременно
мощные!..

   Так она "колдовала" над ним минут двадцать,  потом коротко бросила: -
На спину!

   Он хотел прикрыться простыней, но передумал. Милиана добавив на ладо-
ни душистого масла, быстро промассировала его грудные мышцы, а когда пе-
решла к животу, он неожиданно услышал ее прерывистое дыхание.

   - Какой же ты красивый! - тихо проговорила Милиана, потом мягко прит-
ронулась к его естеству, которое, мгновенно среагировав на ласку, приня-
ло боевое положение.

   Что-то в этом парне было такое,  что заставляло ее думать о нем как о
родном,  близком человеке,  с которым она давно не виделась.  Как же его
потрепала  жизнь!  В  каких только переделках он не побывал:  все тело в
шрамах,  даже лицо! А глаза добрые, светятся изнутри. И как он засмущал-
ся, увидев ее обнаженное тело! Не то что эти скоты - начальники, хамова-
тые,  грубые, циничные... С каким отвращением всякий раз она идет к ним.
Совсем другое дело этот парень!  Он силен и нежен одновременно.  А какие
руки! Она сразу по ладоням в мощных узлах-мозолях распознала в нем опыт-
ного бойца.  Милиана была профессиональной массажисткой и одно время ра-
ботала с командой борцов вольного стиля. Несмотря на свою молодость, она
уже  восемь  лет  занималась  массажем и лишилась свободы на восемь лет,
свернув шею пьяному подонку,  который захотел получить от нее удовольст-
вие помимо массажа.

   Сейчас она,  конечно же, жалела об этом, потому что здесь ей приходи-
лось заниматься тем, против чего она восстала, раза три-четыре в неделю.
Очень редко она испытывала то,  что ощущала сейчас с этим Бешеным.  Ну и
кликуха у него!  Совсем не подходит!  Какой же он Бешеный?  Он ласковый,
нежный...

   - Боже  мой!  - воскликнула Милиана,  когда его пальцы прикоснулись к
ней.  Она склонилась и,  взяв в рот его плоть,  стала мотать головой  от
страсти,  мурлыча  и постанывая от охватившего ее блаженства,  потом она
раздвинула ноги,  открывая доступ его пальцам и начала  извиваться  всем
телом.  Доведя Милиану до экстаза,  Савелий легко подхватил ее и посадил
на свой клинок. Томно вскрикивая, девушка начала качаться на нем из сто-
роны в сторону. Вдруг Савелий почувствовал, как массажная кушетка начала
медленно опускаться.  Он открыл глаза и  увидел,  как  к  девушке  сзади
пристроился Бесик. Это привело ее в восторг: она стонала, кричала, тере-
била тело Савелия, иногда закидывая руку назад, чтобы поласкать и второ-
го партнера.

   Первым свою "работу" закончил Бесик: он взревел, обхватил бедра Мили-
аны мощными ладонями,  замер на несколько секунд,  потом качнул еще раза
три, медленно вытащил обмягшуго плоть и молча вышел из комнаты. Доведен-
ная до полного изнеможения девушка,  продолжая ощущать в  себе  Савелия,
ускорила  движения,  и тут же Савелий выстрелил мощным зарядом.  Девушке
даже показалось, что она ощутила удар в живот. Обессиленная, но счастли-
вая, она медленно сползла на пол.

   - Ну ты и боец! - воскликнул Бесик, входя в массажную с тремя банками
пива. Он открыл одну и протянул Савелию. Тот сразу же жадно присосался к
ней. Вторую Бесик, не открывая, протянул Милиане.

   - Надо же! - удивилась она. - С чего такая щедрость?

   - Моему другу понравилась твоя работа! - Он подмигнул.

   - Если за это,  то не нужно.  Мне самой понравился этот мальчик. Была
бы возможность, сама приплатила ему!

   - Ну,  Бешеный,  ты даешь.  Впервые слышу такое от Милианы.  -  Бесик
удивленно покачал головой.

   - Так  получилось!  - Савелий пожал плечами.  - Давно женщин не было!
Так как насчет парилки?  Готов каждого обработать! - весело провозгласил
он.

   - Нет, меня лучше еще раз обработай, - томно промолвила Милиана.

   - А я-с удовольствием! - весело воскликнул Бесик. - А я думала, с ве-
ником! - фыркнула Милиана.

   - Шлифуй базар, падла! - неожиданно вспылил Бесик и грубо пнул ее.

   - За что, Бесик, я пошутила, - всхлипнула она.

   - Чтобы думала в следующий раз,  с кем и как шутить! Ишь, разлеглась!
- Он снова замахнулся на нее, но тут вступился Савелий:

   - Да, ладно, Бесик, оставь бабу: она же без задней мысли... - Савелий
опустил руку на его плечо. - Пошли лучше в парилку!

   - Благодари Бешеного,  шалава!  - Бесик сплюнул в ее сторону и открыл
дверь.

   - Спасибо  тебе!  - прошептала девушка,  потом вздохнула благодарно и
горько.

   - Послушай,  Бесик,  у меня такое впечатление,  что за нами все время
кто-то наблюдает, - осторожно проговорил Савелий, когда они остались од-
ни.  Он не забыл перед уходом снять полотенце, закрывающее глазок видео-
камеры.

   - Кто за нами может следить?  - усмехнулся Бесик,  но Савелию показа-
лось, что он знает гораздо больше, чем показывает.


План Севостьянова

   После того как Богомолов проводил Савелия,  он не находил себе места.
Чего добивается Рассказов? Почему его так тянет в Россию, где ему опасно
появляться?  Неужели  полковник Джеймс оказался прав,  предположив,  что
Рассказов рвется к власти? Богомолов вдруг вспомнил, что и генерал Гово-
ров так же считал:  что Рассказов хочет взять реванш не только за август
девяносто первого, но и за прошлое...

   Богомолов был сильно озабочен некоторыми обстоятельствами.  Первое  -
самолет Рассказова оказался вблизи того места, куда только что отправил-
ся Савелий, и наверняка оставил в России детей. И второе - оружие, кото-
рое переправляется через Афганистан... Снова Афганистан!

   И оба эти обстоятельства теснейшим образом связаны между собой. Ниче-
го,  Савелий уже на месте и скоро узнает всю правду!  Но нужно побыстрее
отправить ему в помощь Воронова.

   Начальствует в  этой колонии бывший номенклатурный работник...  Как с
таким можно сыграть?  В приказном порядке вряд ли выйдет,  да и насторо-
жить может...  Нет,  старая номенклатура любила,  когда ее просят. Но не
может же он,  генерал ФСБ,  самолично обратиться  к  Севостьянову!  Нет,
здесь нужен работник аппарата министерства внутренних дел и желательно в
высоких чинах... Богомолов задумался, перебирая в памяти знакомых и нуж-
ных  людей,  которым можно было бы довериться в этом деле,  но никого не
вспомнил и решил, чтобы отвлечься, разобрать нижний ящик стола.

   Именно там генерал наткнулся на старую записную книжку, которую давно
считал утерянной.  Он машинально пролистал ее и вдруг наткнулся на теле-
фон полковника милиции Добронравова. Здесь стояли только инициалы: Н.К.,
но Богомолов сразу вспомнил его имя и отчество,  которые трудно было за-
быть - Никодим Калистратович.

   Когда Богомолов был еще полковником,  они участвовали в  одном  деле,
понравились  друг другу и сдружились,  но потом судьба развела их.  В то
время Добронравов возглавлял одно из оперативных управлений министерства
внутренних дел. Может, еще продолжает работать? Ему можно было доверить-
ся, не боясь... А чего гадать? Нужно взять и позвонить.

   - Министерство внутренних дел!  - грубовато отозвался дежурный.  -  С
вами говорит генерал Богомолов.  - Слушаю вас,  товарищ генерал! - Голос
мгновенно стал вежливым.

   - Могу я поговорить с полковником Добронравовым?

   - Вы,  верно давно не общались с ним? Никодим Калистратович уже гене-
рал! Совсем недавно он назначен заместителем министра. Могу дать вам его
телефон...

   Богомолов записал номер,  тут же набрал его. - Приемная генерала Доб-
ронравова! - раздался вежливый женский голос.

   - Добрый день! Соедините меня с Никодимом Калистратовичем, - попросил
Богомолов. - Как доложить? - Генерал Богомолов.

   - Из какого управления? - озабоченно спросила секретарша, впервые ус-
лышав  его  фамилию.  - Начальник управления ФСБ.  - Простите,  как ваше
имя-отчество? - Константин Иванович. - Константин Иванович, вы не можете
сказать,  по какому вопросу вы хотите переговорить с Никодимом Калистра-
товичем?

   Ее въедливость начала раздражать Богомолова: - Вы не возражаете, если
я ему сам об этом скажу?

   - Сейчас доложу! - Видно его ирония дошла до женщины. Через несколько
секунд снова послышался ее голос:

   - Вы слушаете,  Константин Иванович?  - Да,  слушаю!  - Богомолов был
уверен, что у Добронравова сейчас "важное" совещание или посетитель.

   - Соединяю!  -  неожиданно сказала секретарша.  - Спасибо!  - За что,
Константин Иванович? - спросил знакомый мужской голос. - Секретарша твоя
меня затуркала - кто,  откуда, зачем? А когда вдруг услышал "Соединяю!",
то ушам своим не поверил.

   - Да,  настоящий цербер,  - усмехнулся Добронравов. - Именно за это и
держу ее.

   - Кстати, почему вдруг по имени-отчеству? - поморщился Богомолов.

   - Ну как же... Столько времени прошло, генерал уже...

   - Ты тоже не отстаешь!  - парировал Богомолов. - Давно получил? - Че-
рез пару дней после тебя.  - Значит, правильный выбор сделал, - намекнул
Богомолов на августовские события.

   - А как же иначе! Давно мы с тобой не общались...

   - Извини,  что потерял тебя из виду - замотался... - начал Богомолов,
но Добронравов его перебил:

   - Оставь,  Костя,  все нормально.  Мне очень приятно, что ты вспомнил
обо  мне,  когда  я тебе понадобился,  - добродушно заметил он.  - Самое
главное в отношениях между добрыми приятелями - уверенность,  что можешь
обратиться за помощью в любой момент и получить ее.

   - Как ты догадался, что я за помощью? - смутился Богомолов.

   - Ну,  это,  как  говорится в одной надоевшей рекламе,  не просто,  а
очень просто!  - засмеялся Добронравов. - Если бы мы хотя бы раз в месяц
общались,  то...  А  тут столько времени не слышали друг друга,  и вдруг
звонок!  Одно из двух: либо тебе помощь нужна, либо, учитывая твою служ-
бу, у меня неприятности какие-то.

   - Каких  можно  ждать от меня неприятностей?  - со вздохом проговорил
Богомолов,  с горечью признавая про себя,  что Добронравов прав: мало мы
ценим  настоящий  друзей.  -  Однако помощь твоя действительно нужна.  -
Рассказывай!

   - Дай мне лучше прямой!  - попросил Богомолов, давая понять, что раз-
говор не предназначен для чужих ушей.

   - Так серьезно?  Тогда давай по ВЧ. Мой номер тот, что был у Скорико-
ва.

   Богомолов улыбнулся про себя,  сразу оценив подсказку приятеля. Гене-
рал  Скориков занимался в министерстве кадрами,  и его ранг был одним из
самых влиятельных. Богомолов открыл служебный справочник правительствен-
ной связи и набрал четырехзначный номер.

   - Рассказывай,  чем  может тебе помочь простой человек вроде меня?  -
спросил Добронравов.

   - Скажи,  дружище, тебе знакомо заведение "тринадцать дробь четырнад-
цать"?

   - Вот ты о чем!  - Судя по тону, тема разговора не вызвала у генерала
приятных впечатлений.  - Что тебя интересует?  Это заведение не входит в
нашу юрисдикцию.

   - Это мне известно,  хотя и не понятно, почему так получилось. Может,
ты мне пояснишь?

   - Если откровенно,  то и мне не понятно! Но пришлось подчиниться. Ре-
шение принималось до меня,  а когда я попытался что-то выяснить,  то мне
недвусмысленно посоветовали не вмешиваться. - Кто?

   - Не знаю! Позвонили по ВЧ и предложили все документы по этой прокля-
той "тринадцать дробь четырнадцать",  объясняющие правильность принятого
решения,  прислать мне с нарочным. Минут через тридцать вручили под рас-
писку пакет.

   - Ты его, конечно же, принял без свидетелей?

   - Откуда я мог знать, что в том пакете пять тысяч долларов?

   - И ты махнул рукой? - усмехнулся Богомолов.

   - А ты встань на мое место! - вспылил Добронравов.

   - Мне и на своем хватает головной боли!  - заметил Богомолов. - День-
ги-то куда спрятал?  - Я их не прятал! Увидел как-то по телевидению, что
девочке нужна операция в Америке, а денег нет, вот и послал на ее счет.

   - Ну  и  молодец!  -  спокойно сказал Богомолов.  - Лично я так бы не
смог. После этого были еще какие-нибудь неожиданности? - Как ты догадал-
ся?

   - Это было очень сложно. - В тон ему ответил Константин Иванович. - И
что же?

   - Ежемесячно получаю в конверте по полторы тысячи долларов. Сначала с
тем же курьером,  а потом на абонентский ящик,  но уже без всяких распи-
сок.

   - Поверили в тебя,  значит?  Какими же они там бабками ворочают, если
даже тебе,  человеку, который только начал проявлять к ним интерес, пла-
тят по полторы тысячи зеленых в месяц?  Ты задумывался об этом или приг-
лаживаешь  свою совесть тем,  что пускаешь эти деньги на благотворитель-
ность? - укоризненно проговорил Богомолов.

   - Зачем ты так.  Костя?  - обиженно спросил генерал.  - И так на душе
муторно, а ты еще подливаешь... А на мой взгляд, лучше уж на добрые дела
использовать эти грязные деньги, чем никак!

   - Чем никак - да!  Но ты подумал о том,  сколько этих  грязных  денег
идет на ту же самую грязь?

   - Не нужно меня агитировать за то,  что чистым воздухом лучше дышать,
чем выхлопными газами! - Добронравов проговорил это с такой горечью, что
Богомолов решил оставить неприятный разговор.

   - Ладно,  сейчас  мне нужна твоя помощь,  надеюсь,  тебе будет совсем
несложно оказать мне услугу.

   - Говори! - со вздохом сказал Добронравов, явно не желая ставить точ-
ку  в их разговоре.  - Так получилось,  что это заведение стало объектом
нашего внимания, но пока очень многое непонятно, а потому нам необходимо
устроить туда своего человека...

   - Ясно... - задумчиво проговорил генерал. - Я его знаю?

   - Нет...  Хотя...  - Богомолов вдруг вспомнил, что именно Добронравов
оказывал Органам помощь во время операции в клубе "Виктория".  - Знаешь.
Он входил в нашу группу, которая участвовала в захвате клуба "Виктория".
- И кто же? - Майор Воронов.

   - Он уже майор?  Отличный парень!  Я тогда приглядывался к нему...  -
откровенно признался Добронравов.

   - Опоздал,  - усмехнулся Богомолов. - Судя по всему, ты уже придумал,
в качестве кого ты хочешь его заслать туда? - Пока только предложение. -
Интересно...

   - Ты  же  можешь  захотеть  назначить своего человека начальником ка-
кой-нибудь новой колонии...

   - А потому и прошу Севостьянова принять его на некоторое время в  ка-
честве стажера? - договорил генерал за Богомолова и сразу добавил: - И у
Севостьянова сразу же возникает вопрос: "Почему именно ко мне?"

   - А ты ему:  "Виктор Николаевич, мы так уважаем вас, так ценим, у вас
все так образцово поставлено!"

   - Знаешь, это настолько нелепо, что вполне может сойти... Ты что, хо-
рошо его знал в прошлом? - А ты?

   - По моим сведениям, он занимался кадрами в областном УВД...

   - Севостьянов Виктор Николаевич никогда не был ни военным, ни сотруд-
ником милиции,  - решительно заявил Константин Иванович.  - Все время на
партийной работе, а незадолго до августа девяносто первого работал в от-
деле ЦК, который курировал КГБ.

   - Вот как? Теперь мне понятен твой интерес! Крутой, видно, мужик, ес-
ли сумел так легко обойти все препоны.  В таком случае я уверен,  что на
мою лесть он должен клюнуть! - Добронравов помолчал немного, потом спро-
сил: - Когда я должен его попросить и под каким именем представить Воро-
нова? Какую дать ему "легенду"?

   - Вот  теперь  я  узнаю своего старого дотошного друга!  - облегченно
засмеялся Богомолов. - Через час к тебе придет Воронов, и вы все обсуди-
те и примете решение. На все это у вас есть...

   - Неделя,  - быстро вставил генерал. - Сутки! - возразил Богомолов. -
Трое! - Двое!

   - Хорошо! - тут же согласился Добронравов. - Думал, что действительно
придется в сутки укладываться.

   - А я был уверен,  что ты и на трое не согласишься, - признался Бого-
молов.

   - Значит,  мы оба хороши...  Кстати, как поживает твой боец? Бешеный,
кажется?

   - Савелий Говорков!  - Богомолов тяжело вздохнул.  - Он как раз в той
колонии!

   - За что?  - машинально спросил Добронравов,  но тут же поправился: -
Хотя о чем это я...  Теперь понятно,  почему такая спешка. Между прочим,
есть еще кое-что любытное относительно той колонии... - Что?

   - У них очень большая смертность,  а диагноз почти всегда один - сер-
дечная недостаточность, хотя покойники отнюдь не старики.

   - Теперь ты понимаешь, что тем более нужно поторопиться?

   - А то нет?  Не беспокойся, дружище, тянуть не собираюсь! Послушай, а
может быть, войти в более плотный контакт с этим бывшим псковским работ-
ником? - неожиданно предложил Добронравов.

   - Что ж,  это не лишено смысла,  - подумав,  ответил Богомолов.  - Но
очень осторожно, не дай Бог, что заметит - много людей потеряем.

   - Постараюсь сделать так, чтобы инициатива исходила от него.

   - Вот именно. Жду результатов. И не забудь: связь только по ВЧ!

   Виктор Николаевич Севостьянов еще спал, хотя стрелки часов показывали
полдень. Вчера, вернее сказать, сегодня, он просидел с гостями аж до че-
тырех часов утра.  Сначала воздали должное еде и напиткам,  потом, когда
взаимоотношения  приняли  почти "родственный" характер и несколько хоро-
шеньких девушек, обслуживающих гостей за столом, стали казаться прекрас-
ными  феями,  Севостьянов предложил всем отправиться в "русскую баньку".
Но Красавчик-Стив неожиданно возразил:

   - Господа,  а не лучше было бы отправиться в спальную и предаться там
разврату?

   - Соглашайся Стив.  То, о чем ты говоришь, - хорошо, но то, что пред-
ложил уважаемый Виктор Николаевич, - просто отлично! - с усмешкой бросил
Григорий Маркович совершенно трезвым голосом,  хотя выпил не меньше дру-
гих: просто сказывалась старая закалка.

   - Не сомневайся,  тебе понравится,  - неожиданно поддержал его Ронни,
уже испытавший,  что такое "русская банька", тем более, что сам Севость-
янов обещал для него отдельный кабинет и мальчика. Ронни предвкушал сла-
дострастную ночь.

   Здесь нужно  отметить,  что Севостьянов,  узнав о наклонностях Ронни,
приказал найти когонибудь помоложе.  Самым молодым педиком оказался здо-
ровенный дебил по имени Вася.  "Девственность" он потерял по собственной
глупости,  проиграв в карты семьсот баксов.  Чтобы взять с него  "долг",
шесть человек держали его, пока выигравший обрабатывал ему задницу. Ког-
да все кончилось,  Васе было заявлено, что за каждую "палку" с долга бу-
дет сниматься сотня.

   - А нельзя ли мне расплатиться сразу? - спросил Вася.

   - Как это? - не понял "кредитор". - Осталось шесть, верно? - Ну...

   - Вот  и получите!  - Вася спустил штаны.  Посовещавшись,  все решили
принять это неожиданное  предложение,  и  каждый  получил  удовольствие,
включая и самого Васю.

   Виктор Николаевич  не  видел  "кандидата" и даже предположить не мог,
что ему подложат такую свинью.  Как же он удивился, когда через пару ча-
сов,  в самый разгар вакханалии, из массажного кабинета появился сначала
Ронни,  сияя от счастья,  а за ним усталый Вася. На шум и хохот заглянул
даже Бесик,  не понимая,  над чем смеются иностранцы. Сам Севостьянов не
принимал участия в массовых эротических играх.  Он получал  удовольствие
от наблюдения, лениво развалившись в кресле и потягивая холодное пиво.

   И вот после бурной ночи в полдень к нему постучал дежурный и виновато
сказал:

   - Виктор Николаевич,  извините, что приходится будить вас, но на про-
воде Москва!

   - Москва? Ну и что? - сонно и зло бросил Севостьянов.

   - С вами хочет говорить генерал Добронравов, замминистра МВД России!

   - Вот как?  - Сон с Севостьянова как ветром сдуло. - Давай сюда теле-
фон!

   - Сейчас! - Дежурный побежал за аппаратом.

   А Севостьянов тем временем размышлял:  зачем он вдруг понадобился за-
местителю министра по кадрам? Ему было известно о том, что Добронравов с
самого начала проявлял интерес к его "предприятию",  но с ним  вроде  бы
все уладили.  Более того, ежемесячно Севостьянов перечисляет ему полторы
штуки зеленых! Неужели ему мало и он решил просить добавки? Что ж, ниче-
го не поделаешь,  придется платить, чтобы не нажить себе лишнюю головную
боль.  Ладно,  чего раньше времени паниковать,  посмотрим, чего ему нуж-
но...

   - Виктор Николаевич?  Здравствуйте! Надеюсь, не оторвал вас от дел? -
очень любезно проговорил генерал.

   - Все нормально, Никодим Калистратович, я обходил посты, - тут же на-
шелся Севостьянов,  несколько успокоившись от вежливо-предупредительного
тона. - Чем обязан?

   - Виктор Николаевич,  вы прекрасно осведомлены,  как мы  уважаем  ваш
труд, как высоко ценим вас. Более того, мы хотим представить вас к высо-
кой награде! - Последнюю фразу генерал произнес с таким пафосом, что Се-
востьянову вдруг захотелось вскочить,  вытянуться и гаркнуть во все гор-
ло:  "Служу Советскому Союзу!" Однако он пересилил себя и  подумал,  что
генерал просто хочет чего-то попросить.  Именно так он сам всегда посту-
пал, когда хотел чего-то добиться. И чем труднее была просьба, тем боль-
ше  бисера он разбрасывал.  Тем не менее ему было чертовски приятно слы-
шать такие слова в свой адрес.

   - Спасибо!  Стараемся изо всех сил! Может быть, я лично вам могу быть
чем-то полезен? - спросил Севостьянов и тут же подумал, что генерал сей-
час начнет просить денег. "Больше пятнадцати миллионов не дам!" - твердо
решил он.

   - О, благодарю вас! Вы так предупредительны, - льстиво проговорил ге-
нерал. - У меня, и правда, есть к вам небольшая просьба...

   - Пожалуйста, говорите; выделю, сколько смогу. - О чем это вы?

   - Как? Вы же наверняка попросите денег для какого-нибудь благородного
дела, не так ли? - В голосе Севостьянова слышалась легкая издевка.

   - А вот и ошиблись, дорогой мой Виктор Николаевич! - Добронравов сде-
лал вид,  что не заметил его тона.  - Просто у меня есть один  крестник,
которого я хочу поставить во главе нового учреждения,  похожего на ваше.
Мне хотелось бы, чтобы вы его поднатаскали у себя, скажем, в течение ме-
сяца.

   - А какие работы будут в той зоне? - спросил Виктор Николаевич, обду-
мывая неожиданную просьбу, на которую ему было не очень-то удобно давать
отказ.  - в основном ремонтные. Я и вспомнил о вашей колонии потому, что
профиль очень близкий,  - небрежно ответил генерал.  - Да и  от  вас  не
очень далеко, пара сотен километров...

   - Только из уважения к вам,  дорогой Никодим Калистратович!  - тут же
согласился Виктор Николаевич, прекрасно понимая, как выгодно иметь близ-
кого соседа,  которому чем-то помог, - мало ли с чем придется к нему об-
ратиться. - Когда его ждать? - Как соберется!

   - Никодим Калистратович,  может, и вам махнуть ко мне на день-другой?
У меня такая парилка,  пальчики оближете. Если, конечно, вы любите бань-
ку!

   - Какой русский не любит баньку? - весело воскликнул генерал. - Ловлю
на слове, как-нибудь заскочу!

   - Надеюсь, предупредите, чтобы подготовиться?

   - Непременно!  - пообещал генерал. - Как скоро, не знаю, но в течение
месяца,  пока мой подполковник будет набираться ума разума в ваших пена-
тах,  заодно  и  его навещу.  - Этими словами Добронравов дал понять Се-
востьянову, что он лично заинтересован в этом человеке.

   - Что ж, с нетерпением будем вас ждать. А за своего протеже можете не
беспокоиться:  все  будет  хорошо!  - В голосе Севостьянова было столько
тепла,  что это могло ввести в заблуждение любого несведущего  человека.
Впрочем,  Виктор Николаевич был искренне уверен, что его ценят, уважают,
что он продолжает оставаться нужным человеком. Он нисколько не сомневал-
ся в своей полезности обществу и стране.  Положив трубку, он даже забыл,
что не выспался, чувствовал себя очень бодро, и вызвал дежурного.

   - Слушай, вызови-ка всех на селекторную связь. - Всех?

   - Тебе что,  уши заложило,  твою мать? Всех! - рявкнул Севостьянов. -
Через час буду!

   - Есть, товарищ полковник! Через час Севостьянов вошел в комнату свя-
зи и сел перед микрофоном. - Всех разыскал?

   - Так точно,  товарищ полковник! Ждут! Севостьянов щелкнул тумблером.
- Всем. Здравствуйте! К нашему всеобщему прискорбию, должен сообщить вам
пренеприятное известие...  - начал  он  трагическим  голосом.  -  К  нам
едет...  Нет,  к счастью, не ревизор, но человек, который не должен ни о
чем догадаться! Терпеть его придется не два-три дня, как обычно, а целый
месяц. Я, конечно, постараюсь, чтобы этот подполковник не совал нос куда
не следует,  но...  С завтрашнего дня всем без исключения носить  форму.
Обращаться друг к другу только по уставу. Понятно? По уставу! Это я спе-
циально для вас повторяю, майор Колосников! Вопросы?

   - А если он все-таки захочет куда-то сунуться, а вас рядом не окажет-
ся? - спросил Колосников.

   - Очень вежливо дать понять,  что без ведома полковника Севостьянова,
вы не имеете права пропустить его!  Надеюсь,  теперь понятно, майор? - с
иронией спросил Севостьянов.

   - Так точно, товарищ полковник! - гаркнул тот, словно солдат-первого-
док.

   - Если нет вопросов,  то у меня все! - Севостьянов отключил селектор.
Решив, что гости, вероятно, еще спят, он предпочел отдаться своему люби-
мому занятию и отправился в свой кабинет. Там он закрылся на ключ, нажал
потайную кнопку,  и тут же в стене открылся экран телевизора с видеомаг-
нитофоном.  Перемотав кассету на начало,  он включил воспроизведение.  И
тут  Виктор  Николаевич удивленно поморщился:  на экране ничего не было.
Неужели кто-то узнал о его слабости?  А может, с аппаратурой что-то слу-
чилось?  Он включил перемотку. Оказалось, что аппаратура в порядке: сле-
дующее включение это доказало - на экране он увидел Ронни с "мальчиком".
Посмотрев минут пять, Виктор Николаевич брезгливо сплюнул. И чего прият-
ного находят в этом мужики? Жуть какая-то...

   Коль скоро аппаратура действовала безотказно,  то кто же трахался  на
массажном столе, перекрыв глазок видеокамеры. Если случайно, то ладно, а
если не случайно?.. Желая как можно быстрее развеять свои сомнения, Вик-
тор Николаевич нажал кнопку селектора и вызвал к себе Бесика. Через пять
минут тот пришел к нему в кабинет.

   - Скажи-ка,  дорогой,  тебе что,  перестала нравиться твоя работа?  -
вкрадчивым голосом проговорил начальник.

   Бесик хорошо знал этот тон, который грозил большими неприятностями, и
пытался понять,  что он натворил, отчего сердится Хозяин. Неужели кто-то
настучал, что он вызвал к себе Милиану? Но это уже было не раз, и Хозяин
не делал ему замечаний...

   - Гражданин полковник,  - решительно сказал он,  помня,  что в плохом
настроении  Виктор Николаевич позволял только такое обращение к себе.  -
Вы же не говорили, что положили глаз на Милиану и запрещаете к ней прит-
рагиваться! - Бесик замолчал и преданно уставился на Севостьянова.

   - Так это ты был с ней? - облегченно вздохнул он.

   - Не только я... еще и мой приятель, - на всякий случай признался Бе-
сик, не предполагая, что известно Хозяину. Но он прекрасно знал, что Се-
востьянов редко наказывает, если виновный сам признает свои ошибки.

   - Это уже не столь важно!  - Севостьянов махнул рукой, но вдруг спро-
сил: - А что за приятель? У тебя вроде не было друзей на зоне?

   - У вас прекрасная память,  - польстил Бесик.  - Действительно не бы-
ло... до вчерашнего дня.

   - А  что  произошло вчера?  - С этапом пришел мой кореш!  - на всякий
случай Бесик решил заговорить о Савелии,  чтобы его имя отложилось в па-
мяти Севостьянова.

   - Не тот ли, кого Колосников отправил на "пятнашку"? Я вчера подписы-
вал постановление.

   - Нет,  Виктор Николаевич.  Фомича я тоже по воле знаю,  но он сам по
себе, а с Бешеным, с Савелием Говорковым, мы кентовались...

   - Бешеный?  Говорков?  - повторил Виктор Николаевич. Кличка и фамилия
показались ему знакомыми,  но он так и не смог вспомнить,  что  действи-
тельно  слышал их,  когда помогал Четвертому охотиться за Савелием.  - А
этот Фомич? Он тоже из крутых, так?

   - Лет двадцать по тюремным шконкам протирается и не замазан  ничем...
- осторожно заметил Бесик.  - Как бы бузы какой не было... Он не прощает
такого обращения с ним.

   - Бузы, говоришь? - Севостьянов нахмурился: неприятности были бы сов-
сем некстати.  Мало того, что гости на зоне, так еще и генерал может на-
ведаться в любой момент.  Черт дернул пригласить его в гости.  Он поднял
глаза на Бесика. - Собственно, что себе позволяет этот Колосников? Нови-
чок, видите ли, ему не понравился. - Ему уже не раз доносили, что Колос-
ников  обогащается  за  счет прибывших.  В последний раз доложили вчера:
подвыпивший сержант трепанул,  что только с одного осужденного он  нажил
две сотни баксов.  А дежурным был вчера именно майор Колосников. Сколько
же хапнул он, если сержант слупил пару сотен? Севостьянов решительно на-
жал на кнопку селектора. - Кто на проводе?

   - Старший караула ШИЗО сержант Гаврилов!

   - Очень хорошо?  - недобро усмехнулся Виктор Николаевич.  - Вместе...
как его? - повернулся он к Бесику.

   - Александр Фомич Карташов, - тихо подсказал тот.

   - Вместе с осужденным Карташовым ко мне, быстро!

   - Но...  - попытался возразить сержант,  боясь еще сильнее  разозлить
начальника, который, судя по тону, и так был на взводе.

   - В чем дело? Что за мычание? - раздраженно спросил полковник.

   - Он,  как бы это сказать... - замялся сержант, - плохо себя чувству-
ет, товарищ полковник... Его вдвоем нужно вести...

   - А вас что,  не двое? - рявкнул Севостьянов и стукнул кулаком по се-
лектору. - Слушаюсь, товарищ полковник! Парень решил поставить в извест-
ность свое непосредственное начальство.  Услышав от него объяснения, ка-
питан сам отправился в изолятор, чтобы, пока двое дежурных потащат осуж-
денного к Севостьянову, подежурить и дождаться результатов.

   Как только дежурные ШИЗО, поддерживая Фомича, переступили порог каби-
нета, Виктор Николаевич спросил:

   - Осужденный Карташов,  за что вы были водворены в ШИЗО на пятнадцать
суток?

   - Зачем...  эта комедия... начальник? - с трудом ворочая языком, про-
говорил Фомич. От удара по голове его так скривило, что полковник с тру-
дом разобрал ответ.

   - Что с вами? Вас что, в таком виде привезли?

   - Бля буду...  начальник... ты что... издеваешься? - медленно говорил
Фомич. - Меня же твой... холуй... майор... отметелил.

   Бссик с жалостью смотрел на Фомича и взглядом пытался ободрить его. -
За что?

   - Рожа моя...  ему... не... понравилась. - Ты что скажешь, сержант? -
взглянул Севостьянов на Гаврилова, зло прищурившись.

   - А что говорить?  - Парень виновато поморщился, переступая с ноги на
ногу. - Когда товарищ майор меня позвал, он уже на полу лежамши...

   - Так...  - недовольно поморщился полковник. - Ничего не вижу, ничего
не знаю?  Так,  что ли? Для чего он тебя позвал? Для шмона? - Так точно,
товарищ полковник! - Очень хорошо! Во время обыска нашли что-нибудь зап-
рещенное? - как бы между прочим спросил Севостьянов.

   - Товарищ  майор составлял рапорт...  - попытался увильнуть от ответа
сержант.  - Майора я еще спрошу.  Ты что-нибудь нашел?  - с раздражением
повторил полковник. - Никак нет! - А двести долларов где? - Какие двести
долларов?  - Гаврилов растерялся,  его глаза забегали  по  сторонам,  но
наткнулись  на суровый взгляд полковника.  Сержант не выдержал и жалобно
произнес,  решив,  что своя шкура ближе к телу: - Мне всего сотня доста-
лась...

   - Сотня? - очень тихо проговорил полковник.

   - Вот! - Несчастный парень вытащил из кармана тщательно сложенную ку-
пюру и дрожащими руками положил на стол.

   - Так вот, сержант, - Севостьянов снова перешел на "вы", что не пред-
вещало  ничего  хорошего,  -  сейчас вы отведете осужденного Карташова в
санчасть,  пусть доктор определит его на лечение,  а вы пулей ко  мне  с
подробной объяснительной! Ясно?

   - Так точно,  товарищ полковник!  - выпалил сержант,  не понимая, что
произошло с начальником.  Ни с того ни с сего он вдруг встал  на  защиту
осужденного.  Такого Гаврилов не помнил за всю службу в колонии. Поддер-
живая Карташова под руки, дежурные тут же вышли из кабинета.

   - Совсем распоясались!  - буркнул Севостьянов и взглянул на Бесика. -
Ты скажи на кухне,  чтобы откормили Фомича как следует.  Свободен! Бесик
тоже был сильно удивлен.  Ладно, в санчасть приказал вместо ШИЗО, ладно,
нагоняй устроил сержанту, но чтобы еще и о здоровье какого-то осужденно-
го позаботиться...  Это было слишком для Севостьянова!  И Бесик подумал:
что-то здесь не так...

   На самом деле все было гораздо проще, чем можно себе представить. Ма-
йор Колосников был навязан Севостьянову чуть ли  не  насильно  человеком
Рассказова.  Было бы еще полбеды,  если бы он вел себя нормально, но Ко-
лосников не только совал свой нос во все дыры,  но еще и старался  пока-
зать всем,  что ни в грош не ставит самого Севостьянова. Полковник долго
терпел,  но всему есть свой предел. Он, конечно же, знал, что Колосников
грабит  осужденных  и никогда не сдает деньги в общий фонд,  который ис-
пользовался для нужд сотрудников и подкупа нужных людей,  но Севостьянов
делал вид,  что не обращает на это внимания. Хотя все могло быть по-дру-
гому, если бы тот поступал разумно и делился с начальником.

   Узнав от Бесика, что Фомич относится к "авторитетам" и может устроить
бузу, Севостьянов решил убить сразу двух зайцев: избавиться от набившего
оскомину Колосникова и приобрести симпатии уголовников. Отпустив Бесика,
он вдруг вспомнил - Бешеный.  Откуда ему известно это прозвище? Он снова
потянулся к селектору.  - Спецчасть? Кто это? - Капитан Маликов, товарищ
полковник! - Срочно принесите, мне дела поступивших вчера осужденных.


Народный депутат - убийца

   Бесик сам отвел Савелия в жилой двухэтажный корпус второго отряда. По
дороге он рассказал Савелию, что этот отряд находится на привилегирован-
ном положении и попадают в него только по очень большому блату,  а самый
блатной в отряде - первый этаж, куда и был определен Савелий.

   В этой  колонии  не было изнурительных проверок на плацу,  потому что
Хозяин считал это бездарной тратой времени.  Проверки в "райском уголке"
заключались в том, что бригадиры отрядов в определенное время по селето-
ру докладывали о наличии людей на работе,  в санчасти  и  ШИЗО.  Причем,
никто из них никогда не решился бы пойти на обман, потому что это грози-
ло потерей не только теплого места,  но и здоровья. В любой момент могла
нагрянуть  внеплановая  проверка,  и провинившегося моментально сажали в
"мокрое ШИЗО", и не на пятнадцать суток, а на тридцать, а то и больше.

   "Мокрое ШИЗО" отличалось от обычного не только сроками  пребывания  в
нем.  Это  была  каменная  конура,  по  стенам которой постоянно стекали
струйки грунтовых вод.  В сутки там давали только сто грамм хлеба и ста-
кан  воды.  После  "мокрого ШИЗО" человек обычно умирал от туберкулеза и
истощения.

   В отряде Савелия режим был щадящий,  работали там не каждый  день,  а
только  тогда,  когда у других отрядов,  были выходные дни:  конвейер по
сборке оружия не должен был простаивать.  Получалось,  что отряд работал
не более трех-четырех раз в неделю.

   Бесик окончательно развеял сомнения Савелия, рассказав ему об оружии,
которое сдавалось на склад бригадиром отряда.  Бесик обещал его  сводить
во все рабочие помещения фабрики,  кроме цеха,  в котором делались опти-
ческие прицелы и лазерные устройства для  автоматического  оружия.  Туда
набирали рабочих с воли, и они никогда не общались с осужденными. Однако
Бесик тут же добавил,  что вольнонаемные отличаются от осужденных только
тем,  что завербовываются сюда сами. По окончании контракта они получают
деньги,  и их небольшими партиями отвозят в ближайший город,  однако  за
редким  исключением почти все вновь возвращаются назад.  В городе они за
месяц спускают заработанное,  соскучившись по вольной жизни, и вынуждены
вновь связывать свою судьбу с колонией.

   Савелий подумал,  что хозяева "Райского уголка" наверняка имеют своих
людей,  которые "помогают" бывшим работникам как можно  быстрее  освобо-
диться от заработанных денег.  И это наверняка помогает существенно эко-
номить на подготовке новых кадров.

   Они подошли к двухэтажному строению,  на котором яркой белой  краской
была выведена огромная двойка.  Савелий остановился и сказал: - Мне сей-
час к завхозу идти? - Ты хочешь один?

   - С тобой меня встретят по-другому, - пояснил Савелий.

   - Тебя и так встретят по-другому.  Очень редкий случай - с первого же
дня попасть в этот отряд.

   - Ты не думай,  я тебе очень благодарен. - Тебе виднее. Понадоблюсь -
знаешь,  где меня найти.  А завхозу,  Щербатый его кликуха, скажи, что в
отряд попал,  потому что просто забашлял. Твой костюмчик поможет ему по-
верить. - Бесик хитро подмигнул. - А что, обычная униформа похуже? - Не-
бо и земля!  Этот пятьдесят баксов стоит, а тот - пятьдесят центов. Есть
разница?  - А это тебе для знакомства с завхозом. - Он сунул Савелию де-
сять баксов.

   - Спасибо, Бесик. Бешеный никогда добро не забывает! - Савелий крепко
пожал ему руку.

   - В этом мы с тобой похожи,  земляк!. Бывай! - Бесик дружески хлопнул
Савелия  по плечу.  - Да,  забыл сказать:  по территории зоны свободного
хождения нет без специального пропуска. - Он показал пластиковую магнит-
ную карточку.  - Когда захочешь пообщаться со мной,  скажи Щербатому, он
соединит по селектору, а потом я тебе сделаю пропуск. - Еще раз спасибо,
Бесик!

   Савелий подошел к металлической двери,  толкнул ее,  но она не подда-
лась. Ручки не было, и Савелий хотел уже стучать, но увидел кнопку звон-
ка,  а прямо над головой - глазок видеокамеры.  Он нажал кнопку и добро-
душно улыбнулся в камеру,  даже помахал рукой:  "Привет!  Вы не ждали, я
пришел!"

   Дверь скрежетнула и лениво распахнулась. Он поднялся по трем ступень-
кам, открыл еще одну дверь и оказался в длинном коридоре. Савелий ругнул
себя за то,  что забыл спросить у Бесика, где находится комната завхоза,
но в тот же момент увидел надпись над дверью, обитой ярко-красным дерма-
тином. Савелий подошел и трижды стукнул в нее.

   - Да! - услышал он хриплый голос и толкнул дверь.

   Комната была чуть меньше,  чем у Бесика,  но меблирована не хуже.  За
огромным столом сидел мужик лет сорока.  Все его лицо было покрыто оспи-
нами.  Он чифирил, вычерчивая чтото на куске ватмана. Телевизор был вык-
лючен,  и Савелию было трудно понять,  отсюда наблюдали за входом или из
другого места. Он снова пожалел, что не расспросил Бесика, хотя и невоз-
можно было бы все узнать за один день.

   - Новенький?  - хрипло произнес завхоз, даже не взглянув в его сторо-
ну. - Фамилия, имя, отчество. Твои данные, короче!

   - Говорков Савелий Кузьмич,  1965 года рождения, сто восьмая, вторая,
четыре!  - вяло ответил Савелий.  Завхоз ему совсем не понравился.  -  А
кличут как?

   - Бешеным  меня кличут.  Щербатый!  - В голосе Савелия послышался ме-
талл, и завхоз поднял на него глаза.

   - Мне сказали, что придет кто-то прямо с этапа. - Завхоз явно заметил
костюм Савелия, и тот решил последовать совету Бесика.

   - Пробашлял чуток! - Савелий добродушно усмехнулся.

   - Вижу!  На такой костюм я заработал лишь через полтора года.  Чифир-
нешь?

   - А может, и к чифиру что найдешь? - Савелий сунул руку в карман, вы-
тащил десятидолларовую бумажку и положил перед Щербатым. - Мешок с собой
возьмешь или у меня в каптерке оставишь? - Голос завхоза подобрел.

   - А что, крысятничают? - нахмурился Савелий.

   - У нас?  Крысятничают? - Щербатый удивился, словно услышал нечто не-
вероятное.  - Пусть кто попробует - сразу руку под циркулярку! Нет, чтоб
менты не шмонали! - объяснил он.

   - У тебя.  - Савелий подмигнул.  - Тогда мы в расчете!  - Завхоз взял
деньги,  аккуратно сложил и сунул в карман. Только теперь Савелий понял,
почему Бесик сказал, что эти деньги для завхоза, и мысленно поблагодарил
его.

   Щербатый достал  еще один стакан и налил Савелию чифиру.  Это сущест-
венно отличалось от порядков в Бутырке,  где выпивалось по два глотка  и
передавалось дальше по кругу.

   - Что,  удивился?  - ухмыльнулся завхоз. - Здесь чаю - завались! - Он
настолько раздобрился, что вытащил из стола коробку шоколадных конфет.

   - Угощайся, земляк! Кстати, я тоже из Москвы.

   - И как здесь к москвичам относятся?  - Неважно, откуда ты, а вот ка-
кой ты - главное! - серьезно пояснил Щербатый.

   - Настоящая демократия! - криво усмехнулся Савелий, отпивая чифир.

   - Зря скалишься!  - незлобно заметил завхоз. - Здесь тоже жить можно.
Ладно,  пойдем,  покажу тебе твою комнату и шконку... на первом этаже! -
закончил он со значением.

   - Спасибо, Щербатый: за мной не заржавеет.

   Они прошли по коридору и остановились у двери с цифрой тринадцать.

   - Надеюсь, ты не суеверный? - ухмыльнулся Завхоз.

   - Я во многое верю,  но тринадцать у меня - счастливое число. - Вот и
хорошо!

   Комната была небольшой - ровно такой,  чтобы  могли  уместиться  пять
кроватей и пять тумбочек. Савелия удивил кран с раковиной слева от двери
и небольшой шкафчик для одежды и обуви:  все это напоминало обыкновенную
комнату  в рабочем общежитии.  Четыре кровати были аккуратно заправлены.
Действительно, напоминает пионерский лагерь!

   - Матрас, подушку и белье получишь у шныря, - пояснил завхоз. - Место
тебя устраивает?  - кивнул он на свободную кровать напротив умывальника.
Савелий пожал плечами.

   - Без проблем!  - Завхоз свернул постель на той кровати, что стояла у
окна справа, и развернул ее на пустой. - Вот так!

   - Да, но... - попытался вставить Савелий, но завхоз успокаивающе под-
нял руку.

   - Во-первых,  это я переложил! А во-вторых... - Он хитро подмигнул. -
Это постель Бесика, который здесь пока еще ни разу не ночевал. Понял?

   - Понял!  - улыбнулся Савелий, оценив жест Завхоза: никого не обидел,
сделал приятное Савелию, а главное - дал понять его соседям, что новень-
кий - не простой человек.  - А где все? - спросил Савелий. - Скорее все-
го,  в комнате отдыха,  телевизор смотрят,  а может,  у кентов своих. Во
всяком случае,  все здесь, в блоке. - В блоке? А ты, значит, блокфюррер?
- Гитлеровский концлагерь вспомнил?  - усмехнулся завхоз без всякой оби-
ды.  - Действительно,  похоже! Разве только не сжигают... - Он хотел еще
что-то добавить,  но в этот момент распахнулась дверь и на пороге появи-
лись трое парней почти одинакового возраста и комплекции. Они были похо-
жи и лицами, словно братья, но цветом волос различались. Савелий мыслен-
но окрестил их Блондином, Рыжим и Чернявым.

   Увидев новичка  и  обратив  внимание  на перестановку в комнате,  они
быстро переглянулись между собой,  словно решая, кому первым чтото гово-
рить. Самым смелым оказался Рыжий.

   - Вот и у нас полный комплект!  Щербатый,  ты не запамятовал,  что та
шконка Бесику принадлежит?

   - Я всегда все помню!  - с намеком произнес тот.  - Может,  ты имеешь
что-то против?

   - Ни боже мой! - Рыжий даже вскинул руки вверх.

   - Вот и хорошо!  А сейчас,  Бешеный,  он тебе все покажет и поможет с
постелью. - Завхоз ткнул пальцем в грудь Рыжего.

   - Показать можно, помогать - нет! - решительно возразил Савелий. - Да
ему нетрудно!  - Обойдусь! - упрямо бросил Савелий. - Как хочешь! - Зав-
хоз пожал плечами. - Сирена - построение в коридоре, - напомнил он и тут
же вышел.

   - Меня кличут Рыжим,  его - Блондином,  а это - Черныш!  - представил
всех Рыжий,  как только дверь за завхозом закрылась.  - Я только с одной
кликухой ошибся, - улыбнулся Савелий, пожимая каждому руку.

   - А со мной все ошибаются,  - заявил с улыбкой Черныш.  - Москвич?  -
неожиданно спросил он.

   - Как догадался? - удивился Савелий. - А москвичи везде умеют устраи-
ваться! - Значит, ты тоже москвич, как и твои приятели?

   - Да! - кивнул он. - А ты как догадался? - Сам же сказал, что москви-
чи везде устраиваются, -- заявил Савелий, и все рассмеялись.

   - Ловко он тебя словил, а? - усмехнулся Блондин. - Я с Марьиной рощи,
Рыжый с Лужников, а Черныш с Бауманской.

   - Значит, с Чернышом мы земляки: я - с Лефортово.

   - С Лефортово? - переспросил Черных. - С какого... - начал он, но тут
же хихикнул: - Фу, только теперь до меня дошло! Ты что, по политике?

   - Ага,  - серьезно кивнул Савелий.  - Политика пришиб!  К счастью, не
сразу  окачурился,  а через сутки,  в больнице.  Могли бы и по "мокрому"
пустить!

   - Повезло,  что и говорить!  Пришили бы сто вторую на всю пятнашку  и
гуляй, Вася! - покачал головой Рыжий.

   - А  мне и так четырнадцать корячилось,  да все решили...  - Он вдруг
громко пропел: - Мани, мани, мани! Вы наполните кармани!

   - Слушай,  у тебя классный голос! - восторженно воскликнул Блондин. -
Может,  сбацаешь что? - А заказывай! - Ты Высоцкого про баньку знаешь? -
Протопи ты мне баньку по-белому!  - прохрипел очень похоже на  Высоцкого
Савелий. - Эту, что ли?

   - Сбацай,  а?  - взмолился Блондин.  - Жаль, гитары нет... - протянул
Савелий со вздохом.

   - Как это нет? - взревел Черныш, и его как ветром сдуло.

   Блондин с Рыжим переглянулись и прыснули.  Савелий  неудоменно  пожал
плечами, не понимая причины их неожиданного веселья.

   - Ты  чуть-чуть опередил нас!  - пояснил Рыжий.  - У его кента гитара
есть, но Черныш такой ленивый, что заставить его сбегать - большая проб-
лема. Но ты его зацепил, вот он и ринулся.

   - Теперь понятно!  - улыбнулся Савелий.  - А говорил,  нету! - с гор-
достью вскинув гитару над головой,  воскликнул Черныш. Вбежав в комнату,
он почему-то оставил дверь открытой.

   Взяв гитару  в  руки,  Савелий с огромным удовольствием пробежался по
струнам.  Как давно он не держал в руках гитару!  Его охватило волнение,
как влюбленного школьника.  Он вдруг забыл, что находится в колонии, что
рядом с ним сидят совершенно незнакомые ему парни.  Савелий  окунулся  в
далекое прошлое,  когда с ним рядом была милая,  удивительная женщина по
имени Варя. Струны стонали, взрывались счастливым хохотом, а порой рыда-
ли в голос.

   Парни сидели раскрыв рты, завороженно затаив дыхание. У Блондина сте-
кала по щеке слеза,  медленно,  как бы стыдливо, но глаза его светились,
наполненные нежностью и добротой.  Все настолько ушли в себя, что не за-
метили, как в дверях показались люди. Они не решались войти, чтобы нена-
роком не прервать это волшебство.

   Неожиданно по  лицу  Савелия пробежала еле заметная тень,  он оборвал
мелодию, резко вырвал из гитары аккорд, и комнату заполнила песня:

   - Протопи ты мне баньку... Когда Савелий закончил петь, несколько ми-
нут стояла мертвая тишина,  которую прервал скрипучий голос: - Ну, паря,
уважил так уважил!  Савелий повернулся и увидел перед собой плотного му-
жика лет шестидесяти. Его глаза тоже были на мокром месте.

   - Я ж эту песню одним из первых слышал в его исполнении!  - продолжил
мужик.  - На приисках это было...  Я тогда у Туманова горбатился.  Умный
мужик, между прочим... Володя там много насочинял! - Он тяжело вздохнул.
- Такого мужика замучили,  бляди!  Э-эх! - Он взмахнул рукой, словно ко-
го-то  ударил по горлу ребром ладони.  - Сколько слушал,  как бацают под
Высоцкого, ни разу не слышал, чтобы так, как ты! Закроешь глаза и видишь
Володю? Спасибо, уважил. Бешеный! - Он протянул руку. - Бурый!

   Савелий молча  пожал ему руку,  немного смущаясь от похвалы мужика со
странной кличкой Бурый. И тот, словно подслушав его мысли, пояснил:

   - Меня так стали кликать потому,  что я в свое время бурильщиком  па-
хал. А о тебе мне рассказал Фомич: навещал я его сегодня. Привет переда-
вал. Я ж ему сказал, что тебя к нам определили. Много эабашлял?

   - Нормально! - Савелий пожал плечами. - Да я не к тому! Не сорвали ли
больше, чем надо?

   - Нет-нет,  я знал сколько...  - задумчиво сказал Савелий,  в который
раз поражаясь тому, как четко и быстро работает "радио" в колонии.

   - А-а,  Бесик?  - догадливо улыбнулся Бурый.  - Может, ко мне зайдем?
"Купеческого" погоням с конфетками, а?

   - С удовольствием,  но позднее: мне постель прибрать нужно... - Саве-
лий кивнул на свернутый в рулон матрас.

   - За это не волнуйся! - подмигнул Бурый, затем повернулся к Рыжему: -
Будешь с него пылинки сдувать!

   - Понял!  -  кивнул тот и сразу же бросился раскладывать матрас Саве-
лия. Тот попытался возразить, но Рыжий тихо сказал:

   - Разреши,  Бешеный...  Пойми,  это мне в кайф!  - В его глазах  было
столько мольбы,  что Савелий махнул рукой и пошел вслед за Бурым.  Позд-
нее, когда он с Рыжим остались один на один, тот ему рассказал, что он у
Бурого в полной власти - проигрался в карты. Бурый мог его и "опустить",
но не стал этого делать,  сказав,  что Рыжий будет  просто  отрабатывать
свой долг, и это вполне справедливо.

   Савелий согласился на приглашение Бурого без особого желания. С боль-
шим удовольствием он бы отдохнул,  но понял,  что от приглашения  такого
человека лучше не отказываться, чтобы не наживать врага.

   Комната, где жил Бурый,  почти ничем не отличалась от той, куда посе-
лили Савелия,  разве только небольшим телевизором,  стоящим на тумбочке,
сделанной, вероятно, по личному заказу, более дорогим одеялом на кровати
Бурого, да и самих кроватей было не пять, а четыре.

   Они остались вдвоем.  Савелию повезло:  Бурый почти ничего не спраши-
вал,  а с увлечением рассказывал о себе. Вскоре в дверь постучали, и Бу-
рый бросил: - Входи, Рыжий!

   Это действительно оказался Рыжий. Он принес небольшой фарфоровый чай-
ник.

   - Как и просил. Бурый, отличный купеческий "чайковский"! - с уважени-
ем проговорил Рыжий. - Еще что-нибудь?

   - Надеюсь, не такой крепкий, как раньше? А то снова сердце прихватит.
- Нет-нет, точно по твоему рецепту! - Смотри! Ладно, свободен. Возьми! -
Бурый взял с тумбочки пару шоколадных конфет и протянул Рыжему.

   - Спасибо! - Рыжий чуть замешкался, не зная, брать или нет.

   - Бери-бери, это от меня! - с явным намеком сказал тот, и только пос-
ле этого Рыжий взял конфеты и тут же вышел.

   - Какие-то тайны,  тайны... - заметил Савелий, желая услышать поясне-
ния, но Бурый словно ничего не заметил, весело потер ладошками, деловито
разлил кипяток по стаканам и сказал:

   - Представляешь,  пару недель назад так прихватило, что пришлось даже
в больничке поваляться! Сегодня ходил за "колесами". - Бурый взглянул на
собеседника, словно жалея, что сказал лишнее.

   Однако Савелию и так все было ясно.  Он прекрасно понял,  что в боль-
ничку Бурый ходил не для того,  чтобы навестить своего старого  приятеля
Фомича,  а по собственной нужде. Но он сделал вид, что не обратил на это
внимания.

   - Да,  с сердцем шутки плохи, - кивнул Савелий и тут же участливо до-
бавил: - Может, не стоит тебе его пить?

   - Не беспокойся,  это все равно что лекарство.  Вот, попробуй! Думаю,
что и на воле ты не всегда такой пил.  По собственному рецепту заварен -
с мятой, смородиновыми листьями и еще кое с чем!

   Савелий сделал небольшой глоток и с удовольствием ощутил, как горячий
напиток прокатился по горлу.  Однако у  напитка  был  странногорьковатый
вкус.  Савелий сделал еще глоток,  взглянул на Бурого.  - Это же с конь-
яком!

   - Да,  с коньяком. - Бурый пожал плечами, словно не понимая, чему тут
можно удивляться. - Причем с французским.

   - Красиво  жить не запретишь!  - Савелий подумал,  что если здесь так
свободно можно за деньги приобрести все,  что угодно,  то нетрудно дога-
даться, что за очень большие деньги можно и на свободу выйти. Кстати, на
это намекал Король. Что же удивительного, если какую-то женщину отправи-
ли на тот свет, а ее сестру хотели засадить? Она попыталась прикоснуться
к правде.  Видно, здесь настолько все повязаны, что любого чужака уберут
с дороги.

   - Пусть  только  попробуют  запретить!  Мы и в застойные времена жили
неплохо,  а сейчас и подавно!  - Савелий заметил,  что Бурый уже изрядно
пьян. - Тогда рублями платили, теперь зелеными. И вся разница.

   - А  чего  же  ты  не слиняешь отсюда?  Или с прокурором договориться
трудно?  - Прокурор? - Бурый с издевкой хмыкнул. - Прокурор здесь пешка:
что скажет Хозяин, то он и подпишет! Прокурор сам живет за счет Хозяина!
Нет,  я бы давно ушел отсюда,  да сам пока не хочу.  Удивлен?  Все очень
просто:  для таких, как я, это своеобразный отдых. Да что я тебе расска-
зываю... Ты ж сам такой, если в этот отряд попал.

   - Я не пойму, что ты имеешь в виду? - Ты дуру-то не валяй! Не понима-
ет он... - Бурый скривился. - Разве ты не в розыске?

   - А,  ты об этом?  - протянул Савелий. По этой маленькой подсказке он
сразу все понял.  Выходит,  сюда идут те,  кто скрывается от властей или
еще  от кого-нибудь.  Они не числятся в списках или проходят под другими
именами. Очень интересные сведения! Получается, что "Райский уголок" для
кого-то  действительно  рай:  понадобилось исчезнуть - заплатил и исчез,
как в Бермудском треугольнике!

   - А ты о чем?  - Бурый хитро усмехнулся,  прихлебывая коньячный "куп-
чик".

   Глядя на этого уверенного в себе уголовника, который нисколько не бо-
ится говорить о таких вещах открыто,  Савелий  подумал,  что  он  только
притворяется пьяненьким, и еще неизвестно, кто у кого хочет вытянуть ин-
формацию. То, что Бурый не задает вопросы, а почти безостановочно болта-
ет, еще ничего не значит. Ведь ничего особенного он ему не поведал, ска-
зал лишь то, о чем самому Савелию станет известно в самое ближайшее вре-
мя. А что, если подыграть ему?

   - Не знаю,  как ты,  но я здесь не для отдыха!  - Савелий решил пойти
ва-банк. - Мне нужно отыскать здесь кровника!

   - Кровника?  - удивленно переспросил Бурый.  - Он что,  сел за твоего
родственника сюда?

   - Нет, он в погонах!

   - Круто!  - Бурый даже деланно присвистнул.  - Ты что же,  для того и
сто восьмую схлопотал, чтобы сюда попасть? - спросил он вроде бы мимохо-
дом.

   У Савелия была хорошая память. Он тут же отметил, что ни разу не упо-
минал в разговоре с Бурым статью,  по которой он сел. Правда, Бурый ска-
зал, что побывал у Фомича, но вряд ли Фомич ни с того ни с сего стал го-
ворить о его статье.  Вот и выходит,  что Бурый совсем не Бурый, а "тем-
ный" - темная лошадка.

   Что ж,  теперь многое становится ясным! Видно, Рыжий так суетился по-
тому,  что наверняка знает про плотный контакт Бурого с начальством.  Но
почему  Бурому  захотелось поговорить с ним,  с Савелием?  Неужели менты
что-то заподозрили?

   И в этот момент Савелий неожиданно "прочел" мысли Бурого - так всегда
случалось с ним в критических ситуациях.

   "Отличный подарок  ты получишь.  Крестный!  Только на этот раз штукой
баксов не отделаешься.  Этот парнишка не просто так здесь появился,  нюх
не  подвел тебя.  Треп о кровнике,  конечно,  для отвода глаз.  Остается
только выяснить,  кто за ним стоит - менты,  прокуратура или  братва.  А
что,  если Органы?  Тогда тебе, Крестный, сундучок придется открывать, а
не портмоне. Надо будет новенького убрать, как того крикуна, и снова от-
дыхай - "не хочу!"

   Савелий выключился  из  разговора на какието секунды,  однако и этого
было достаточно,  чтобы насторожить Бурого. Он понял, что допустил ошиб-
ку,  заговорив о статье Савелия.  И тут он сделал еще один промах: решил
перестраховаться, но сам себя и выдал:

   - Удивился,  что я знаю о статье?  Мне Фомич все про тебя  в  красках
расписал.  - Это была явная ложь:  Савелий не рассказывал Фомичу подроб-
ности своего "дела".

   Если до этого Савелий еще сомневался в своих выводах,  то сейчас  был
на все сто уверен, что эта "птичка" не зря так красиво поет.

   - Да, я сел сюда для того, чтобы отомстить! - проговорил он. - Послу-
шай, Бурый, может; ты сможешь мне помочь?

   - Для тебя - все что угодно! - Бурый обрадовался. Ему показалось, что
он сумел исправить свою оплошность.  - Говори!  - Ты сколько на зоне?  -
спросил Савелий.  - Восемь месяцев,  а что?  - У, тогда ты вряд ли помо-
жешь! - разочарованно поморщился Савелий, специально задевая его самолю-
бие.

   - Это почему? - обиженно воскликнул Бурый.

   - То дело, о котором я хотел спросить, произошло гораздо раньше.

   - Ну и что? Ты говори, что нужно, а я посмотрю, что можно сделать!

   - Мне нужно узнать,  чья смена дежурила третьего ноября  позапрошлого
года.

   - А ты что, даже не знаешь, кто твой кровник? - Бурый сделал вид, что
удивился,  но прочитанные Савелием мысли снова выдали его:  "Кажется,  я
прав:  этот парень - самая настоящая хищная рыба, которая не зря заплыла
в наши воды.  Надо его кончать,  и как можно быстрее".  - В том-то все и
дело!  - со вздохом ответил Савелий,  а сам подумал, что Бесик может это
узнать не только быстрее, но и точнее, во всяком случае, не обманет. Ко-
нечно, он мог бы напрямую выйти на Данилова и у него узнать, кто из офи-
церов дежурил в тот день, но чтото его останавливало.

   - Да,  дело непростое!  - Глаза Бурого блестели каким-то лихорадочным
блеском. - Ничего не обещаю, но сделаю все, что в моих силах.

   - Заранее благодарю,  - спокойно сказал Савелий.  Он знал,  что живым
Бурого отсюда не выпустит. - Пока не за что.

   - Хотя бы за желание помочь!  Ладно,  земляк,  спасибо за угощение, а
чтобы скрепить нашу дружбу, мне тоже хочется тебя угостить! - Он вытащил
из кармана коробочку,  в какие обычно пакуются заграничные лекарства.  -
Хочешь кайфануть?  - Савелий был уверен, что от такого предложения Бурый
не откажется.

   - Еще бы! А что это? - настороженно спросил он.

   - О,  такого ты еще наверняка не пробовал:  летать хочется и сил при-
бавляется немерено! Одно колесо - пять баксов, сечешь? - А чтобы у Буро-
го не возникло подозрений,  Савелий сказал:  - Мне тоже хочется  немного
расслабиться,  так что я составлю тебе компанию. Тебе одну и мне одну. -
Свою он сразу кинул в рот и запил чаем,  вторую  отдал  Бурому,  который
проделал то же самое.

   - Будем ждать кайфа!  - весело сказал Бурый. - Заходи, если что. При-
чем запросто!  - Он крепко пожал Савелию руку.  - Обязательно!  - кивнул
Савелий и вышел. В коридоре он достал коробочку с лекарством и сунул на-
зад таблетку,  которую и не думал глотать.  Ему хотелось побыстрее  свя-
заться с Бесиком, и он сразу же направился в комнату Щербатого. - Не за-
нят?

   - Для тебя - нет!  - Щербатый радушно улыбнулся. - Как провел время с
Бурым?

   - Нормально!  - Савелий пожал плечами.  - Мы бы и еще с ним посидели,
да что-то с сердцем у Бурого плохо стало: решил полежать. Просил не тре-
вожить его и не дергать на обед.  - Ладно.  А у тебя какие трудности?  -
Бесику звякнуть можно?  - Без проблем!  - Он быстро нажал нужную  кнопку
селектора. - Бесик, привет! Это Щербатый. С тобой хочет пообщаться Беше-
ный.  Будешь говорить?  - Его голос был  вежливопредупредительным,  даже
чуть извиняющимся. - Конечно! - тут же бросил тот. - Я тебя не отвлекаю?
- спросил Савелий.  - Ни в коем случае!  Как устроился? - Все отлично! -
заверил Савелий, заметив настороженный взгляд завхоза, потом многозначи-
тельно добавил: - Бурый на "Чайковского" приглашал...

   - Ну и хорошо!  - Эти слова Бесик произнес другим тоном и тут же  до-
гадливо предложил:  - Может, в гости придешь? Вы же скоро на обед пойде-
те, да. Щербатый?

   - Через пятнадцать минут,  - подтвердил завхоз, взглянув на настенные
часы.

   - Проведи Бешеного ко мне, он у меня перекусит.

   - Хорошо, Бесик! - суетливо воскликнул завхоз. - А когда за ним прий-
ти? - Я сам его отведу. - Как скажешь. Пока!

   - Будь! - бросил Бесик и тут же отключился.

   - Пошли?  - В глазах завхоза была явная зависть. - Конечно, тебя ждет
не такой обед, как нас...

   - Можно подумать, что завхоз плохо питается! - усмехнулся Савелий.

   - Я не сказал, что плохо, но ты все равно лучше поешь.

   - Я  тебе  что-нибудь  в ладошке принесу.  В коридоре Савелий заметил
несколько видеокамер,  следящих за каждым их шагом. - Дорогая система? -
спросил Савелий.  - Да,  немало башляли!  А сколько еще на профилактику,
ремонт... - Что, часто летит?

   - Не так чтобы очень, но бывает, - нехотя ответил завхоз.

   - А тебе не кажется странным,  что столько денег  вбухали  в  дорогую
электронику, когда многие в стране голодают?

   - Ты как кандидат в народные депутаты рассуждаешь, пока его не выбра-
ли!  - Завхоз с улыбкой покачал головой.  - А как ты хотел? Мы же оружие
выпускаем.

   - Да,  обороне страны мы всегда отдавали самое лучшее, - кивнул Саве-
лий.

   - Ты это серьезно? - Щербатый с недоумением поморщился, потом закивал
головой.  - Да-да, обороне... Вот и пришли! - В его голосе явно чувство-
валось облегчение от того,  что не пришлось развивать скользкую тему.  -
Спасибо.

   - Бывай! Думаю, до ужина ты не появишься.

   - Он что,  через Рязань тебя вел?  - недовольно спросил Бесик,  когда
Савелий вошел в его "кабинет".

   - Да нет,  просто поговорили по пути,  - ответил Савелий.  - Спасибо,
что сразу врубился и пригласил меня к себе.

   - Насчет Бурого ты все понял?  Не думал, что он так быстро вцепится в
тебя. - Бесик сплюнул.

   - К сожалению, я не сразу его раскусил... - вздохнул Савелий.

   - Что, много наплел? - насторожился Бесик.

   - Не так чтобы очень...  Он действительно нелегально здесь? - поинте-
ресовался Савелий.

   - Трудно сказать... Но документов я не видел.

   - А другие видел? - недоверчиво спросил Савелий.

   - Какие нужно - видел... Зачем пришел? Из-за Бурого?

   - Не совсем... Ты можешь выяснить, чье дежурство было третьего ноября
позапрошлого года?

   - Девяносто третьего? А чем знаменит тот день, кроме расстрела Белого
Дома? Хотя, что это я? Белый-то в октябре расстреливали...

   Савелий некоторое  время помолчал,  словно в последний раз взвешивая,
насколько можно доверять этому парню.

   - Не знаю, стало ли об этом известно в зоне, но в тот день была убита
женщина, которая приезжала на свиданку...

   - К Данилову? - неожиданно спросил Бесик. - Ты его знаешь?

   - Знал...

   - Как? - воскликнул Савелий. - Его что, уже выпустили?

   - Он... - Бесик взглянул в глаза Савелию и тихо добавил: - Он умер...
- Умер? От чего?

   - Если официально, то от сердечной недостаточности...

   - Я не из прокурорского надзора! - зло напомнил Савелий.

   - Думаю, что его убили, - со вздохом признался Бесик.

   - Чтобы убрать ненужного свидетеля?  - Скорее всего, потому, что боя-
лись его!  Конечно, он сам виноват: при свидетелях поклялся отомстить за
жену... Надеюсь, ты не говорил на эту тему с Бурым? - неожиданно спросил
Бесик.

   - Я его попросил о том же самом. - Ты с ума сошел! Бурый пашет на ма-
йора Колосникова! - Ну и что?

   - А то, что майор Колосников дежурил в тот день, о котором ты спраши-
ваешь! - Бесик встал и начал быстро ходить по кабинету. - Кем тебе дово-
дился Данилов? - Другом.

   - Тогда слушай? Все действительио очень серьезно. Не знаю, как думают
на  зоне,  но лично я уверен,  что убийство жены Данилова и его самого -
дело рук Колосникова. Да и Бурый здесь сыграл не последнюю роль: он при-
сутствовал  в тот момент,  когда Данилов грозился расправиться с убийцей
своей Шурочки!  И дернуло же тебя распустить язык! Бурый сразу побежит к
майору,  как только тот появится в зоне.  Еще хорошо, что сегодня среда!
По средам Колосников принимает граждан.  Он еще и депутат, народный изб-
ранник, мать его...

   - Депутат?  - Такое у Савелия просто не укладывалось в голове. - Бед-
ная наша держава!

   - Бедная, бедная! - машинально согласился Бесик. - С Бурым-то что де-
лать?

   - За Бурого не беспокойся, с ним все в порядке! - Савелий улыбнулся и
весело подмигнул.

   Бурый больше не будет портить людям жизнь!  Но Колосников!  Депутат -
убийца!  Савелий  вдруг  вспомнил его мясистые пальцы,  обвислый живот и
двойной подбородок.  И этот подонок лез к беззащитной девочке,  лапал ее
хрупкое  тело  своими грязными ручищами!  Савелий сжал кулаки и мысленно
поклялся,  что эта сволочь больше никогда не будет никого лапать! Никог-
да!

   - Что  с тобой.  Бешеный?  - удивленно спросил Бесик.  - На тебе лица
нет, что-то шепчешь, словно молитву читаешь...

   - Ты прав,  дорогой Бесик,  молитву! - Савелий криво усмехнулся. - За
здравие или за упокой?  - За упокой врагов и за здравие друзей! - За это
не грех и выпить!  - Бесик вытащил из холодильника початую бутылку "Мос-
ковской" и плеснул в стаканы.


Смерть "режимника"

   Пока Савелий пытался избежать нависшей над ним  опасности,  новоиспе-
ченный подполковник Воронов уже ехал к месту назначения. Его бумаги были
выправлены в кратчайшее время, а чтобы не было возможности проверить его
предыдущее место работы,  в нужном месте было указано, что его документы
сгорели при взрыве газовой системы в здании архива.  Для того  чтобы  не
запутаться при возможных расспросах,  его легенда была максимально упро-
щена:  учился,  закончил, распределился, через каждые четыре года - оче-
редное звание,  не судился, не был, не привлекался... Воронову даже зуб-
рить ничего не пришлось, запомнил с первого раза.

   Подъезжая к станции,  Воронов думал о Савелии.  Как он там? Не случи-
лось ли с ним чего?  Смог ли он что-то выяснить? Вряд ли... За такой ко-
роткий срок он мог только познакомиться, наладить с кем-то отношения, не
более того...

   Воронов не знал, что Севостьянов долго решал, ехать ли ему на встречу
самому или послать кого-то из замов.  В конце концов он пришел к выводу,
что будет совсем не лишним выразить уважение замминистру МВД,  самолично
встретив его протеже.  Более того, встречать Воронова он поехал на "лин-
кольне".  Конечно,  для горных дорог машина была мало приспособлена,  но
престиж есть престиж...  Лимузин встал как вкопанный у дверей одиннадца-
того вагона. Из машины вышел Севостьянов, одетый в парадную форму.

   - Не стоило так беспокоиться,  товарищ полковник,  - смущенно заметил
Воронов, выходя из вагона. - Здравствуйте!

   - Здравствуйте,  дорогой подполковник... Андрей Воронов, если не оши-
баюсь?  Добрым гостям мы всегда рады и все самое лучшее отдаем им! - Ка-
залось,  глаза Севостьянова просто излучали радость от встречи.  Воронов
пожал ему руку и сел в машину.

   - Хорошо живете! - сказал он, окидывая взглядом огромный салон.

   - Хорошо работаем, потому хорошо и живем, - весело заметил полковник,
потом добавил: - Мы же все-таки коммерческая фирма! - И что же вы произ-
водите,  если не секрет? - Какой там секрет! - махнул рукой Севостьянов.
- Сувенирный цех:  чеканка, побрякушки всякие, бижутерия, поделки из по-
лудрагоценных камней;  да небольшая мастерская по изготовлению одноразо-
вых шприцов.  Вот и все наше производство! - Полковник не лгал - все это
было, но лишь для прикрытия.

   - Простите,  но вы не назвали еще коечто,  - улыбнулся Воронов, решив
пойти напрямую. - О чем это вы?

   - Как о чем,  дорогой полковник?  Или министерство обороны просто так
взяло вас под свое крылышко?  - Воронов говорил таким игривым тоном, что
Севостьянов был сбит с толку. - Сразу видно, кто у вас Крестный! Кое что
мы делаем и для армии, но это, как вы сами понимаете, большой секрет.

   - Видно,  дела у вас идут отлично,  если вы можете себе позволить ез-
дить на такой машине!  - с завистью заметил Андрей, переводя разговор на
другую  тему.  Он понимал,  что излишнее любопытство может только навре-
дить.

   - Вы бы посмотрели,  на чем мне приходилось ездить, когда я взялся за
эту зону!  Все в разрухе,  долги несусветные, дисциплины никакой, пьянс-
тво... В таких случаях говорят, что лучше построить новое, чем переделы-
вать старое. Вам, я слышал, больше повезло?

   - В каком смысле? - насторожился Воронов.

   - Ну как же, вы получите колонию "под ключ", не так ли?

   - А,  вы об этом! - Воронов чуть поморщился. - Как сказать... Ее тоже
долго обживать придется.  Это как в доме-новостройке: там течет, там не-
доделано, там вобще не сделано...

   - А в каком она состоянии, эта колония? - спросил Севостьянов.

   - Месяцев через шесть-семь - сдача, - неопределенно ответил Воронов и
на всякий случай добавил:  - Я еще там даже и не был.  Решил послушаться
совета  Никодима  Калистратовича  и набраться ума-разума у более опытных
товарищей!

   - Чем могу - помогу!  - Лесть пришлась по душе  полковнику,  и  новый
знакомый  стал ему нравиться еще больше.  - Вы как относитеь к "зеленому
змию"? - спросил он, потирая ладони.

   - Под хорошую закусь да в хорошей компании весьма положительно!

   - Наш человек! - серьезно заметил Севостьянов. Они рассмеялись, а Се-
востьянов  откинул крышку бара.  - Что предпочитает мой будущий коллега?
Водку?  Коньяк?  Виски? - перечислял он, одновременно показывая бутылки.
Полковник не забыл открыть и второй шкафчик, где было столько съестного,
что можно было неделю не выходить из машины. - Конечно, водочку! - воск-
ликнул Воронов. - За знакомство!

   - За знакомство! - кивнул Андрей, опрокинул водку в рот и даже не по-
морщился.

   - Это по-нашему!  - воскликнул Севостьянов и последовал примеру Воро-
нова.

   Когда они подъехали к воротам, оба были навеселе.

   - Вы  что,  хотите  в таком состоянии в зону ехать?  - спросил Андрей
заплетающимся языком.

   - Конечно нет,  - заверил полковник. - Мы приехали не в саму колонию,
а в наш поселок.  - Воронов,  увидев многочисленную и хорошо вооруженную
охрану,  подумал,  что этот "поселок" трудно будет взять даже регулярным
армейским частям.  - Пойдемте,  покажу вам ваши апартаменты.  Кстати, вы
семейный?

   - Вас интересует мое семейное положение? - удивился Воронов.

   - Нисколько! - хмыкнул Севостьянов. - Просто я на всякий случай выде-
лил вам трехкомнатную квартиру.

   - Спасибо! Возможно, я приглашу погостить сюда своих. - Воронов решил
прикинуться семейным, чтобы иметь возможность кого-то вызвать для связи.

   - Это было бы просто отлично! Ваша жена любит охоту?

   - Нет,  она больше любит с удочкой посидеть,  - улыбнулся Воронов.  -
Жаль, здесь можно устроить отличную охоту на горных баранов.

   Они вышли из машины и направились к внушительному одноэтажному строе-
нию с двумя входами,  из чего Воронов сделал вывод,  что этот дом на две
семьи.

   - У финнов приобрели,  - кивнул полковник на дом. - Очень удобно! Сто
пятьдесят квадратных метров, гараж, даже небольшой бассейн.

   - Удобно-то удобно! - протянул Воронов. - Целое состояние небось сто-
ит?

   - Весь дом - сто тысяч долларов. Разве это много? Один раз живем!

   - Я думал,  гораздо больше.  - Андрей покачал головой. Наверняка наз-
ванную сумму нужно умножать на три,  если не на четыре. Сколько же зэков
работало здесь,  продалбливая каменистый грунт под фундамент и подземный
гараж?

   Когда он вошел в квартиру, он поразился и арабской мебели, и красиво-
му действующему камину, и великолепным картинам на стенах.

   - И во сколько обходится проживание здесь? - поинтересовался Воронов.

   - Кому как!  - усмехнулся Севостьянов.  - Вам - ни копейки,  а другие
без штанов остаются. - Сурово!

   - Зато справедливо. От каждого - по способностям, каждому - по заслу-
гам. Не так ли? - Он вновь усмехнулся.

   - В первоисточнике это звучало несколько иначе, - улыбнулся Воронов.

   - Какая разница, как это звучит? Важно то, как это реализуется в жиз-
ни! Как гласит другая мудрость: "Что дозволено Юпитеру, не дозволено бы-
ку". - Истинная правда, шеф! - Воронов решил польстить Севостьянову.

   - Очень рад,  что у нас с вами совпадают мнения по данному вопросу. -
Полковник открыл бар. - Продолжим? Или отдохнуть хочется?

   - Какой может быть отдых в рабочее время?  -  усмехнулся  Воронов.  -
Продолжим!

   В самый разгар пьянки,  когда они уже перешли на "ты", по предложению
полковника выпив на брудершафт,  в дверь позвонили. - Кажется, звонят, -
заметил Воронов.  - Ну и открывай: ты же здесь хозяин! - Понял! - кивнул
Воронов и пошел к двери.

   - Извините, полковник Севостьянов у вас? - спросил полноватый майор.

   - Да!  Как доложить? - Воронов не предложил майору войти. - Майор Ко-
лосников! - Минуту!

   Андрей вернулся к осоловевшему полковнику и тихо сказал:

   - Виктор Николаевич, к вам майор Колосников. - Пусть войдет!

   - Товарищ полковник...  - взволнованно начал Колосников,  но Севость-
янов его перебил:

   - Познакомься, Андрей. Мой зам по режиму майор Колосников. А это под-
полковник Воронов.

   - Очень приятно!  - натянуто улыбнулся майор и снова повернулся к Се-
востьянову, чтобы продолжить доклад, но тот вновь его перебил:

   - Выпьешь,  майор?  - спросил он и,  не дожидаясь ответа,  налил  ему
полстакана водки.  - Спасибо,  - грустно вздохнул Колосников и взял ста-
кан.  - За упокой души раба божьего!  - добавил он и опрокинул  водку  в
рот.

   - Это за какого раба божьего? - нахмурился полковник. - Я хотел доло-
жить...

   - Ну-ну, послушаем. - Севостьянов даже улыбнулся, словно приготовился
услышать какой-то забавный анекдот.  - Скончался Бурый! - выпалил майор.
- Твой "дятел" умер?  Как это случилось? - Полковник недолюбливал Бурого
за то,  что тот отказался работать на него, прямо заявив, что привык ра-
ботать только на одного хозяина.

   - Никто толком ничего не знает! Попил чайку со вновь прибывшим, а че-
рез три часа нашли его уже холодным. Вы позволите отдать приказание сде-
лать вскрытие? - Это еще зачем?

   - Я считаю...  - начал Колосников, но полковник в который раз перебил
его: - Он вроде с больнички недавно? - Да, но... - Что сказал доктор?

   - Как всегда: сердечная недостаточность. - Может быть, это тот редкий
случай,  когда он оказался прав?  - Севостьянов усмехнулся.  - Не морочь
мне голову,  майор.  Займись чем-нибудь полезным!  - Он уже хотел отвер-
нуться,  но майор продолжал упрямо стоять перед Севостьяновым,  и тот  с
раздражением спросил: - Так что ты там считаешь?

   - Этого новичка он разрабатывал по моему приказу...

   - Ты имеешь в виду того,  незапланированного?  Как его...  - Говорков
Савелий Кузьмич.  - И чем он тебе не понравился?  Он вроде  даже  оружие
конвойным вернул, хотя мог спокойно расправиться со всеми...

   - Это меня и настораживает! Слишком уж он... правильный, что ли...

   - Вот  и присмотрись к нему,  коли сомневаешься,  а не будоражь людей
раньше времени! - Севостьянов повернулся к Воронову: - Мотай на ус, Анд-
рей!  Ничего сами не могут,  все взваливают на начальство. Иди! - кивнул
он майору.

   - А почему такой ажиотаж вокруг какогото новенького?  - спросил Воро-
нов, как только проводил Колосникова.

   - А моего зама по режиму всегда все настораживает. Нам неожиданно на-
вязали лишнего человека:  давали ориентировку на двух осужденных, а при-
было трое.

   - Одним больше,  одним меньше... - пожал плечами Воронов, прикидывая,
как сообщить Савелию,  что к нему присматривается  Колосников.  Судя  по
всему,  смерть этого стукача - действительно дело рук Говоркова. - И все
же мне не совсем понятно, почему так всполошился майор?

   До Севостьянова дошло, что постороннему это действительно может пока-
заться странным, и он ругнулся про себя, пытаясь найти подходящий ответ.

   - Если честно,  меня это удивило не меньше,  чем тебя! - сказал он, а
про себя подумал:  "А подполковник-то глазастый: сразу затметил повышен-
ное внимание к новичку. Черт бы побрал этого Колосникова!"

   А в это время Савелий, прекрасно зная, что случилось с Бурым, продол-
жал разговаривать с Бесиком, когда зазвонил селектор. - Слушаю! - тут же
отозвался Бесик.  - Бесик,  это Щербатый! - По голосу чувствовалось, что
он взволнован.

   - Какие проблемы, завхоз? - спокойно спросил Бесик.

   - Бурый копыта откинул! - выпалил тот. - Как?

   - Заснул и не проснулся.  Доктор говорит:  сердце.  Бешеный все еще у
тебя?

   - У меня, а что? - Бесик настороженно посмотрел на Савелия.

   - Кажется, Хомяк его дергать к себе начнет... - Так зэки прозвали ма-
йора Колосникова.  - Кажется или точно? - Кое-кто слышал... - Что? - не-
терпеливо спросил Бесик. - Вроде бы Хомяк сказал, что кто-то помог Буро-
му отправиться на тот свет.  - Эту фразу Щербатый проговорил  шепотом  и
тут  же громко добавил:  - Так когда можно присылать людей за бельем?  -
Видно, к нему кто-то пришел.

   - Можешь прямо перед отбоем, - подыграл Бесик.

   - Завхоз, построй-ка людей для проверки! - послышался в селекторе го-
лос Колосникова.

   - А где построить, в коридоре или во дворе? - Во дворе!

   Бесик щелкнул тумблером и тут же вскочил со стула.

   - Быстро в отряд!  Видно,  по твою душу... - Похоже на то, - спокойно
заметил Савелий.

   - Только теперь до меня дошло, почему ты был так спокоен, когда я су-
етился  насчет Бурого!  Савелий ничего не ответил,  с трудом поспевая за
длинноногим Бесиком. Они пришли вовремя: почти весь отряд, переминаясь с
ноги  на ногу,  стоял перед входом.  Рядом с Колосниковым стоял завхоз и
что-то говорил,  отчаянно жестикулируя. Колосников так увлекся этим раз-
говором, что не заметил, как в толпу влился Савелий, которому Бесик бро-
сил на прощанье:

   - Сегодня еще встретимся! - И тут же торопливо ушел, чтобы лишний раз
не привлекать внимание режимника,  с которым у него были не самые лучшие
отношения.

   Эта внеплановая проверка была организована именно из-за Савелия. При-
няв к сведению совет Севостьянова,  майор решил вызвать новичка для раз-
говора, придравшись к нему при всех. Небрежно пересчитав людей. Колосни-
ков, похлопывая дубинкой по голенищу, медленно пошел вдоль шеренги осуж-
денных.

   Савелий стоял во второй шеренге,  и придраться к нему так,  чтобы это
не слишком бросалось в глаза,  было весьма затруднительно. Но тут Колос-
ников заметил, что Савелий стоит без бирки. Ткнув для отвода глаз дубин-
кой в грудь еще четырех осужденных. Колосников указал и на Савелия, пос-
ле чего всем остальным приказал возвращаться в блок. Завхоз, проходя ми-
мо Савелия, тихо бросил:

   - Я заходил за тобой к Бурому и вместе с тобой ушел от него!

   - Понял! - благодарно шепнул Савелий. Он уже догадался, для чего была
устроена эта проверка.

   Всех пятерых повели в штаб,  где находился и кабинет  Колосникова.  У
остальных, прихваченных заодно с Савелием, было не все в порядке с одеж-
дой.  Обычно такие нарушения заканчивались простым замечанием,  а потому
парни очень удивились,  когда им всем были назначены внеочередные наряды
по кухне и по уборке территории. А с Савелием, как он и предполагал, ре-
шил провести личную беседу сам майор Колосников.

   - Что ж ты,  осужденный Говорков?  Не успел появиться на зоне,  а уже
нарушаешь! - проникновенно, как бы жалея Савелия, спросил майор.

   - А почему вы мне тыкаете?  - нахально спросил Савелий. - Кроме того,
хотелось бы знать, что я нарушаю?

   - Хорошо!  - с еле заметным раздражением кивнул Колосников.  - Могу и
на "вы". Вы нарушаете форму одежды - не пришили свой нагрудный знак!

   - Вы абсолютно правы,  но мне его никто не выдал,  - ответил Савелий.
Он не хотел подставлять завхоза,  но,  чуть поразмыслив, решил, что вряд
ли это входит в обязанности Щербатого.

   - Саморуков!  - гаркнул Колосшжов. - Слушаю, товарищ майор! - В каби-
нет влетел молодой лейтенант.

   - Почему осужденный Говорков не получил нагрудный знак?

   - Виноват, товарищ майор, не доглядел! - Саморуков с трудом сдерживал
себя, чтобы не рассмеяться.

   - Рапорт ко мне на стол! Быстро! - Есть!

   Лейтенант выскочил за дверь,  и там раздался смех.  Колосияков помор-
щился  и  уставился на Савелия,  который сразу почувствовал во всем этом
плохо сыграгагый спектакль.  Очень уж все переигрывали:  и майор,  такой
"грозиый", и лейтенант - "честный малый", готовый безропотно нести нака-
зание за свою оплошность.

   - Браво!  - нагло воскликнул Савелий и стал громко аплодировать.  - В
театр можно не ходить!

   - Неужели так плохо сыграли? - обидчиво проговорил Колосников.

   - Очень  плохо!  - Савелий покачал головой,  потом в упор посмотрел в
глаза майору. - Только не продолжайте делать вид, что вас интересует моя
форма. Вам же хочется задать мне совсем другие вопросы, не так ли? Вот и
задавайте!

   - Если ты такой умный,  то почему здесь сидишь,  а  не  коммерческими
банками ворочаешь? - глядя исподлобья, с усмешкой спросил Колосников.

   - Так получилось.  - Савелий развел руками. - Но если вы стесняетесь,
то я отвечу сам, без вашего вопроса.

   - Очень интересно! - оживился Колосников. - С удовольствием послушаю.

   - Бурого я не убивал! - тихо сказал Савелий. - Мы вышли от него вмес-
те с завхозом отряда. Бурый жаловался на сердце: покалывает, мол.

   Несколько минут  Колосников смотрел не мигая в глаза Савелию,  словно
пытаясь что-то понять, потом поморщился и сказал:

   - Ладно, иди... пока свободен, - добавил он многозначительно.

   - Слушаюсь!  - воскликнул Савелий. Он повернулся по-военному и сделал
шаг вперед.  Ему не понравилось окончание их разговора,  и он специально
юродствовал, чтобы задеть майора. Его усилия не пропали даром.

   - Стоять!  - рявкнул Колосников.  Он действительно разозлился.  - Что
это ты из себя корчишь тут?  А?  Ишь,  клоунаду развел здесь!  Может, ты
действительно хочешь коверным поработать?  Так я тебе устрою это  в  мо-
мент!

   Савелий стоял спокойно, устало смотрел себе под ноги и, казалось, со-
вершенно не слушал майора.

   - Ты что,  пень,  что ли?  Я с кем разговариваю? А? - взревел тот еще
громче.

   И тут Савелий поднял глаза.

   - Будете так нервничать,  тоже сердце не выдержит!  - с явным намеком
произнес он.

   - Что?  Ты мне угрожаешь? - Казалось, от майорского рева сейчас повы-
летают все стекла.

   Савелий смотрел  на  Колосникова  и с огромным трудом сдерживал себя,
чтобы не броситься на него и не вцепиться в жирную шею. Этот подонок ла-
пал хрупкое тело Розочки, изнасиловал перед этим ее мать. А потом, когда
мать пришла в себя и помешала ему надругаться над дочерью, он хладнокро-
вяо приказал убить ее,  а возможно, и собственноручио расправился с ней.
Но сейчас Савелий не мог привести свой приговор в исполнение, хотя ждать
этого осталось недолго...

   - Господь с вами, гражданин майор! Как я могу угрожать вам? Наоборот,
я забочусь о вашем здоровье!  - Голос Савелия был  настолько  искренним,
что это ввело майора в заблуждение.  - Более того.  Бурый ко мне почувс-
твовал такую симпатию,  что кое-что просил  передать  вам,  если  с  ним
что-нибудь случится. Словно предчувствовал что-то...

   - Он действительно предчувствовал, что может откинуться? - нахмурился
майор.

   - Такое у многих бывает. - Савелий пожал плечами.

   - Странно... И что же он просил мне передать?

   - Надеюсь,  вы вспороли подкладку его куртки?  Именно там Бурый зашил
послание для вас. Он просил вас собственноручно вскрыть его. И предупре-
дил: никому не доверять.

   - Странно...  - повторил майор.  - Никому не доверять? В таком случае
как же он тебе сразу доверился?

   - А я ему привет передал от одного нашего общего знакомого.

   - От кого привет-то? - В голосе майора все еще слышалось недоверие.

   - Это я должен был передать только Бурому.  Про вас мне ничего не го-
ворили, - твердо заявил Савелий. - Правда Бурый решил, как только вы по-
явитесь на зоне, познакомить нас!

   И снова  Колосников несколько мииут в упор смотрел на Савелия,  потом
тяжело вздохнул и сказал:

   - Ладно,  посмотрим...  - Он все еще не верил Савелию, но решил отло-
жить  свои сомнения и прочесть прежде послание Бурого:  может быть,  там
что-то будет о новичке?  Но почему Бурый просил его никому не  доверять?
Неужели он что-то пронюхал о его сотрудниках?  Интересно! Может быть, за
этим парнем не присматривать нужно,  а взять его под свое покровительст-
во? Глядишь, он и заменит ему Бурого...

   - Пошли со мной! - приказал майор Савелию.

   - Куда?  - спросил Савелий,  хотя уже догадался,  что тот его тащит в
санчасть, где находятся вещи Бурого, а возможно, и сам труп.

   Савелий уже решил окончательно и бесповоротно,  что лжемайор Колосни-
ков, депутат-убийца и насильник, должен понести наказание, причем обяза-
тельно при свидетелях, которыми должны стать его собственные сотрудники.
Именно  поэтому  и необходимо было выманить его из кабинета во что бы то
ни стало. И Савелий воспользовался первой мыслью, что пришла в голову: о
послании, якобы оставленном для Колосникова. Конечно же, он понимал, что
вся эта история малоправдоподобна,  но он вынужден был  пойти  на  риск,
рассчитывая на неординарность ситуации и далеко не блестящий ум собесед-
ника.

   И Колосников клюнул! Теперь остается только подловить удачный момент,
который,  как ни странно, не заставил себя долго ждать. В коридоре стоял
заместитель начальника колонии по оперативной работе подполковник  Сено-
валов,  рядом с ним еще трое офицеров. Подполковник, увидев Колосникова,
с улыбкой воскликнул:

   - А вот Александр Константинович нас сейчас и рассудит!

   Волей-неволей майору пришлось подойти к нему.

   - Здравствуйте,  Владимир Викторович! - Он протянул руку подполковни-
ку.

   Савелий понял,  что  лучшего момента не придумаешь.  На него никто не
смотрел.  Вынув из кармана "хитрую авторучку" он незаметно направил ору-
жие на спину мавора и нажал на кнопку.  Колосников со стоном и повалился
на подполковника, судорожно обхватывая его за шею.

   - Что за шутки,  Александр Константинович?  - недовольно бросил  тот,
думая, что Колосников дурачится.

   Глаза Колосникова остекляяели,  рот раскрылся. Все это было настолько
страяне, что подполковник насторожился.

   - Что с вами,  Александр Константинович?  Вам плохо?  -  взволнованно
спрашивал он, но майор лишь хватал ртом воздух, словно рыбина, выброшен-
ная на берег, и не мог произнести ни слова.

   Подполковник осторожно опустил Колосникова на пол и начал массировать
ему грудь. Стальная иголка вошла в сердце, и майор, коротко охнув, замер
навсегда.

   - Чего стоите? - рявкнул подполковник. - Врача быстрее!

   Один из сотрудников бросился  за  доктором,  а  остальные  подхватили
грузное тело Колосникова и понесли в кабинет.  Подполковник,  вглянув на
Савелия, грозно бросил:

   - А ты чего здесь торчишь, осужденный? Быстро в отряд!

   - Его майор вызывал для беседы, - пояснил работник режимной части.

   - Вот и побеседовал! - буркнул Сеновалов, закрывая за собой дверь.

   Все прошло даже лучше,  чем предполагал Савелий. Колосников схватился
за  сердце,  это  видели  все.  Доктор вряд ли самостоятельно решится на
вскрытие, а все симптомы показывают на сердечный приступ. Да и не станет
доктор  осматривать спину майора,  чтобы обнаружить еле заметную красную
точку, похожую на родинку...

   Когда прибежавший врач  осмотрел  Колосникова,  ему  осталось  только
констатировать летальный исход и выслушать офицеров, наперебой рассказы-
вавших о том, как все произошло.

   - Скорее всего,  инфаркт! - поморщился врач, повернулся к санитарам и
приказал:  - Отнесите тело в мой кабинет.  Я скоро приду,  только доложу
начальнику колонии. Санитары с трудом положили грузное тело на носилки и
понесли,  чертыхаясь про себя от тяжести,  но одновременно радуясь тому,
что майор "отбросил копыта".

   Узнав, что полковник Севостьянов с "московским гостем"  находятся  на
квартире,  доктор заколебался,  идти или подождать, но потом всетаки ре-
шился.  Он осторожно позвонил в дверь и стал терпеливо  ожидать.  Прошло
минут пять, прежде чем он решился еще раз притронуться к кнопке. На этот
раз дверь быстро открылась.

   - Я же говорил,  что кто-то звонит! - радушно улыбаясь, громко сказал
Воронов.

   - И кто же там? - пьяно спросил Севостьянов.

   - Капитан Воробьев,  товарищ полковник! - А, доктор! Проходи-ка! Тебя
что.  Колосников послал, чтобы уговорить меня сделать вскрытие трупа Бу-
рого? Напрасная трата времени! - категорически заявил полковник заплета-
ющимся языком.

   - Нет,  товарищ полковник! - В голосе Воронова слышалось такоя отчая-
ние, что Севостьянов нахмурился. - Что случилось?

   - Майор Колосников... - промямлил доктор.

   - Что Колосников? Капитан, вы можете доложить членораздельно?

   - Майор Колосников скончался! - выпалил Воробьев.

   - Скончался... - машинально повторил полковник, и в его голосе не бы-
ло ни сожаления,  ни сострадания.  До него,  видно,  даже не дошел смысл
сказанного, он растерянно переспросил: - Скончался? - Так точно!

   - Как это произошло? - Хмель с Севостьянова как рукой сняло.

   - Стоял, разговаривал с подполковником, неожиданно схватился за серд-
це и... - Доктор развел руками. - Инфаркт?

   - Уверен, что так, но точнее смогу сказать после вскрытия!

   - Нам только этого не хватало!  - буркнул Севостьянов.  - Ты  же  сам
только  что  сказал - инфаркт.  Или мне показалось?  - Хотелось бы точно
знать... - Скажи честно: тебе что, больше делать нечего?

   - Ну почему? Через час у меня прием больных, потом обход лежачих, ин-
вентаризация... - на полном серьезе начал перечислять доктор.

   - Вот видишь!  А ты - вскрытие... Выпей лучше с нами! - весело прого-
ворил полковник,  но спохватился и с деланной грустью добавил: - За упо-
кой души раба божьего! - Он налил полный стакан водки и пододвинул к ка-
питану.  - Извини Андрей, совсем с толку сбила эта дурацкая смерть! Поз-
накомься: наш доктор, капитан Воробьев.

   - Подполковник Воронов.

   - Воробьев,  Воронов... - усмехнулся Севостьянов. - Есть еще один по-
вод выпить!

   Сообщение, которое иринес доктор,  настолько улучшило его настроение,
что  ему действительно захотелось напиться.  Он сам строил планы,  чтобы
избавиться от майора, но Бог решил ему помочь и прибрал душу Колосникова
без насилия.  Как ни странно, такое же настроение было и у Воронова. Для
Савелия все складывается как нельзя лучше!  Но, в отличие от Севостьяно-
ва,  он не был уверен во вмешательстве Господа Бога,  если только от его
имени не выступал сам Савелий. Сейчас ему очень бы хотелось повидаться с
Говорковым  и  если  не поговорить,  то хотя бы взглядом подбодрить его,
дать понять, что он сейчас не один, а со своим братишкой.

   - Значит, не будем делать вскрытие? - не унимался доктор.

   - Послушайте,  капитан,  - обратился к нему Воронов.  - Что-то мне не
понятно:  разве товарищ полковник не ясно выразился?  - Он решил сыграть
на самолюбии Севостьянова.

   - Видишь,  даже наш московский коллега все давно понял! - Севостьянов
начал раздражаться. - А ты? Ты что-то понял?

   - Я что...  я ничего...  - залепетал врач, понимая, что вот-вот может
нарваться на неприятности. И чего он выпендривается, словно действитель-
но  может  что-то понять при вскрытии?  Воробьев вздохнул с облегчением.
Этот майор ему брат,  друг?  Ну умер,  ну внезапно... Значит, такова его
судьба. И он спросил:

   - А где хоронить будем? Кому сообщать?

   - Писем  писать  не придется:  она проживает здесь!  - усмехнулся Се-
востьянов.

   - Вы имеете в виду Катерину? - догадался капитан.

   - А кого ж еще?  Других близких родственников у него не  было.  Пойди
сейчас к ней и скажи: деньги на похороны я выделю из нашего фонда, пусть
не беспокоится и не экономит.  Морга у нас нет, холодильника тоже, а по-
года стоит - сам видишь: день-два, и так провоняет, что... - Севостьянов
брезгливо поморщился.  - Так что завтра и похороним! А ты помоги... вдо-
вушке, утешь ее! - Он подмигнул. - Она вроде в самом соку, не так ли?

   - В общем... ничего себе мадам. - Воробьев наконец понял, что от него
требуется; до него дошло, что Севостьянов явно не жаловал покойного.

   - Тебе и карты в руки. Давай, прими еще на дорожку! - Полковник снова
налил  стакан  едва ли не до краев.  На этот раз выпили молча и капитан,
которого мгновенно развезло, нетвердой походкой пошел к выходу.

   Воронов не стал его провожать. Он размышлял о превратностях жизни: не
прошло и часа, как он провожал майора Колосникова до дверей, а сейчас он
мертв.

   - Ты знаешь,  о чем я подумал? - неожиданно проговорил Севостьянов. -
Вчера  отдал  Богу  душу  его  стукач,  а  сегодня и он сам отошел в мир
иной...

   Воронов насторожился.  Это совпадение было  настолько  очевидно,  что
сразу же бросалось в глаза, могло насторожить любого. Видно, об этом по-
думал и полковник, но его неприязнь к ушедшему и алкоголь бзяли верх над
всем остальным,  и Воронову даже не пришлось переводить разговор на дру-
гую тему - это сделал сам Савостьянов.

   - Ладно, умер Максим, ну и фуй с ним! - Прозвучал зуммер селектора, и
полковник нажал иа кнопку. - Слушаю!

   - Товарищ полковник, с вами хотят поговорить! У вас назначена встреча
на семнадцать часов.

   - А, черт! - ругнулся полковник. Он действительно забыл, что сам наз-
начил встречу с Красавчиком-Стивом, но сейчас ему совсем не хотелось ид-
ти туда,  и он быстро нашелся:  - Передайте гостям, что в колонии случи-
лось ЧП и встреча переносится.  Я сам созвонюсь с ними. - А если спросят
подробности? - Судя по голосу, дежурному офицеру было уже все известно.

   - А вы что,  знаете подробности? - начал заводиться полковник. - Нет,
но...

   - Вот именно! Умер от сердечного приступа. Все! Ясно? - Так точно!

   - Идиоты! - буркнул Севостьянов, отключив связь. - Ничего сами не мо-
гут!

   - А что за гости? - поинтересовался Воронов.

   - Иностранцы из Сингапура.  Интересуются нашими сувенирами, - коротко
пояснил  полковник.  Он  понимал,  что Воронов может случайно услышать о
гостях, а потому решил сказать полуправду.

   - Значит, ожидаются валютные поступления? - Воронов потер ладони, на-
лил водки себе и полковнику и предложил тост:  - За дальнейшее процвета-
ние вашего учреждения!

   Сингапур! Теперь Воронов был совершенно уверен,  что эти гости  здесь
не случайно.  Необходимо как можно быстрее выйти на Савелия.  Интересно,
кто приехал из Сингапура? У них с Савелием там много "приятелей"...


"Разменная монета"

   Савелий лежал на кровати и решал,  как поступить дальше.  Не пошел же
он на такие испытания только для того, чтобы наказать убийцу Шуры! С ним
покончено  и  теперь  нужно переходить к более сложной задаче - выяснить
что-нибудь о производстве оружия,  поближе познакомиться  с  Хозяином...
Савелий настолько ушел в свои мысли, что не сразу услышал голос завхоза.
- Ты что,  спишь,  что ли? Кричу, кричу... - Что-то случилось? - Савелий
опустил ноги на пол.

   - Тебя  Бесик  ждет на селекторе.  - Момент!  - Савеяий был очень рад
этому звонку. Быстро обувшись, он пошел за Щербатым. - А где осталыше? -
спросил завхоз.  - Рыжий на хозработах, а остальные где-то в шахматы иг-
рают.

   - А, знаю! У Кривого. - Щербатый открыл кабинет и кивнул на селектор.
- Запомнил как. Ну, не буду мешать. - Он предупредительно вышел.

   - Заждался совсем! Спал, что ли? - буркнул Бесик.

   - Что-то случилось?

   - А ты не знаешь? - ухмыльнулся Бесик.

   - А, ты об этом! - Савелий даже зевнул.

   - Ну,  естествеяяо,  это пройденный этап! - ехидно заметил Бесик. - А
позвонить мне нельзя было? - В его голосе слышалась обида.

   - А ты как думаешь?  Конечно,  нельзя! - ответил Савелий таким тоном,
что до Бесика мгновенно дошло, что Савелий не мог ничего сообщить ему по
селектору.

   - Дай-ка завхоза!

   - Завхоз! - крикнул Савелий, выглядывая за дверь.

   - Да здесь я!  - Щербатый стоял в нескольких шагах от кабинета и раз-
говаривал с какимто мужиком.

   - Бесик что-то сказать тебе хочет.

   - Да, Бесик, слушаю!

   - Приведи ко мне Бешеного.

   - Хорошо!

   На столе у Бесика стояла бутылка водки и банка с импортными консерви-
рованными огурцами.  - Это тебе, Щербатый! - кивнул он на стол. - Ну за-
чем,  Бесик?  Я ж не за это...  - И я не за это,  а из уважения. - Бесик
подмигнул. - Бери-бери. И выпей за наше здоровье!

   - Ну,  спасибо!  - Щербатый сунул бутылку за пазуху.  - Я пошел? - Он
сразу понял, что Бесик хочет остаться с Бешеным наедине, но все же спро-
сил, оставляя решение за хозяином. - Да, иди. Спасибо!

   - Всегда готов! Кстати, новость слышал? - обернулся на полдороге Щер-
батый.

   - Какую? Что Хомяк копыта откинул? Слышал!

   - Нет,  другую, - хитро прищурился завхоз. - Что Хозяин приказал ско-
риком закопать его? Слышал!

   - Нет,  что какой-то подполковник из Москвы приехал... - Подполковник
Воронов? Слышал! - Бесик улыбнулся.

   - Кретин я все-таки! - чертыхнулся завхоз. - Нашел с кем тягаться...

   - Не переживай,  ты иногда тоже первым коечто узнаешь, - похлопал Бе-
сик его по плечу. - Просто ко мне больше народу заходит.

   - И то верно!  "Сюда не зарастет народная тропа", - с ехидной улыбкой
продекламировал Щербатый и пошел к выходу.  - Послушай, Бесик... - начал
Савелий.  - Нет,  сначала ты послушай!  Ответь мне,  пожалуйста, на один
вопрос... почему, как только тебе начинает кто-то угрожать, этот человек
отправляется на тот свет?

   - Это вопрос скорее к Богу,  чем ко мне! - добродушно улыбнулся Саве-
лий. - Я-то здесь при чем?

   - При чем? - Бесик покачал головой. - Бурый откинулся сразу после ра-
этовора с тобой.  Колосников тоже.  Совпадение? А как же тогда объяснить
твое спокойствие,  когда я сказал,  что тебе грозит опасность? Словно ты
заранее все знал? А?

   Савелий понял,  что шуткой здесь не отделаешься,  но к откровенничать
не  хотелось:  слишком  мало он знает Бесика.  Ему в голову вдруг пришла
странная мысль.

   - Послушай,  ты не обратил внимания, что у нас с тобой почти одинако-
вые прозвища: я - Бешеный, а ты - Бесик?

   - И правда! - Бесик рассмеялся. - Очень интересно!

   - А то! - Савелий пытливо посмотрел на него.

   - Решил пораскинуть мозгами,  насколько мне можно доверять? - На этот
раз Бесик словно подслушал мысли Савелия.  - Или то,  что ты привез  мне
привет от Короля, ничего не значит? Или ты ко мне мало присмотрелся? Я ж
могила!  Меня хоть режь, хоть жги - бесполезно. Упертый я! - твердо зая-
вил он.

   - Упертый? - переспросил Савелий. Ему очень понравилось это слово.

   - Чего улыбаешься?  Не веришь, что ли? - Кажется, Бесик действительно
был готов обидеться.

   - Нет,  я тебе верю!  - прямо сказал Савелий.  - Но  захочешь  ли  ты
участвовать в моем деле?

   - Сроком пахнет?  - спросил Бесик.  - Пахнет! - кивнул Савелий. - Хо-
тя... скорее не увеличением, а снижением. - Не понял! Как это - снижени-
ем? - В самом прямом смысле. - Во дела! Это что же, на ментов начать ра-
ботать? Иначе как же можно скостить срок?

   - Ты уже смог убедиться,  как я работаю на ментов, - серьезно заметил
Савелий. - Ты очень наблюдательный: и того и другого наказал я!

   - Верю!  И помял,  что ты действительно мне доверяешь, хотя... Может,
потому так говоришь,  что и меня решил...  до кучи! - Бесяк выразительно
резанул себя ребром ладони по горлу.  - Ты что,  сбрендил? - Ты ответишь
еще на один вопрос? - Отвечу! - с вызовом бросил Савелий. - Ты мент?

   - Нет!  - спокойно ответил Савелий. - Значит, из Органов? - А это уже
второй вопрос!  - Понял! - тут же сказал Бесик, но сразу добавил: - Нет,
ничего не понял!  Причем же тогда здесь Король?  - А может, я представи-
тель другой группировки?

   - Ладно! Ты про одесского черного петуха слышал?

   - Которого нужно купить и ему мозги засерать? Слышал! - улыбнулся Са-
велий.  - Ладно, убедил! Это работа не для чьего-то кармана, и она очень
опасна.

   - Опасна?  Так бы сразу и сказал!  В таком случае я с тобой. И больше
не задаю вопросов.  Говори,  что нужно? - Подробный план всей колонии. -
Это не очень сложно.  К утру будет! Еще? - Нужны надежные люди. - Сколь-
ко? - Десять-пятнадцать. - На что их ориентировать? - Пока - на побег. -
Понял! Оружие?

   - Молодец!  - похвалил Савелий. - Кроме "Калашниковых", что здесь еще
выпускается?

   - Другие автоматы, с лазерными насадками, которые производятся в зак-
рытом цехе. Однако попасть туда очень трудно, хотя... думаю, что возмож-
но!

   - И наконец, боеприпасы. Без них, как ты понимаешь...

   - Все оружие обычно отправляется только в комплекте: к каждому стволу
- сотня патронов.  На ящик автоматов - ящик патронов. И хранится все это
до самой отправки на нижнем складе. - То есть вне зоны?

   - В женской зоне,  но за еще одним забором. - Зона в зоне и еще раз в
зоне?  Так-так!  - заинтересовался Савелий. - А у каждого забора имеется
калитка!

   - Вот именно! - воскликнул Бесик и вдруг проникновенно пропел: - "От-
вори потиконьку калитку".

   - Днем - как в зоне:  видики-шмидики, а ночью - обход каждый час. Мне
кажется, что самое лучшее - сделать все днем. Рабочее время, кто подума-
ет, что человек, несущий коробку с мусором, на самом деле несет патроны?

   - Ты знаешь,  это настолько нахально, что действительно может проско-
чить! - задумчиво произнес Савелий. - Что еще?

   - Ты сможешь увидеться с этим столичным подполковником? - Для чего? -
Потом опишешь его мне.  - Если он появится в зоне, я узнаю об этом через
пять минут... Ты с ним встречался раньше? Он может расколоть тебя? - по-
пытался догадаться Бесик. - Что-то вроде этого...

   - В таком случае тебе лучше самому на него взглянуть!

   - Это было бы просто идеально.  - Подумаем!  - Бесик нажал кнопку се-
лектора. - Слушай, сержант. Хозяин не пришел в зону?

   - Нет,  обхаживает приехавшего подполковника!  Но я слышал, что скоро
придет: гости его хотят.

   - Иностранцы,  что ли? Они все еще здесь? - Здесь. И еще долго будут.
Говори,  что нужно?  - Сержант понизил голос,  словно опасался,  что  их
кто-то может подслушать.

   - Когда Хозяин появится с этам подполковником, сразу скажешь мне.

   - И только-то? Моментом! А сигарет когда подкинешь?

   - Сейчас пришлю, - ухмыльнулся Бесик и громко позвал: - Шнырь!

   - Да, Бесик! - В дверь заглянул мужик лет шестидесяти.

   - Слетай  в  дежурку,  отнеси сержанту.  - Бесик вытащил из стола две
пачки "Мальборо" и протянул мужику.  - Так, с этим все ясно... Слушай, а
здорово,  что ты здесь появился!  - восторженно сказал Бесик Савелию.  -
Скучища была...  жуть! Только и развлечений, что мертвяки. - Это в каком
смысле?  - спросил Савелий. - А сорвется кто-то, вякнет невпопад про на-
чальство или еще что - глядишь, на следующий день покойник. - И все мол-
чат?

   - А  что  тут скажешь?  Как-то приезжала комиссия,  прошла жалоба на-
верх... - Ну и?

   - Трудно сказать,  сколько отвалил им Хозяин,  но они даже в зону  не
спускались. Погостевали, водочки попили пару дней и... гуляй Вася!

   - Скажи мне,  Бесик,  только честно, неужели такой парень, как ты, не
знал,  что это никакие не менты?  - Савелий взглянул на него и замолчал,
ожидая ответа.

   - В наше время развелось столько всякой дряни,  что начинаешь путать-
ся,  где власть и закон,  а где обыкновенный беспредел,  - неопределенно
ответил  Бесик,  но тут же взволнованно добавил:  - Прав ты!  Тысячу раз
прав! Нужно быть полным кретином, чтобы не понять, что эта шваль и близ-
ко с ментами не сидела!  Хорошо,  что мне удалось так устроиться, а дру-
гим?  Ты еще много чего не знаешь из того, что здесь творится! Савелий с
удивлением услышал в его голосе какую-то боль,  но решил пока не спраши-
вать об этом.

   - Бесик, ты знаешь что-нибудь об этих иностранных гостях?

   - Завалились как-то среди ночи ко мне в парилку и потрахались от всей
души.  Для одного даже "петушка" пришлось приводить: нашего Василису. Но
был среди них и красавец, настоящий Ален Делон. Его и окликали все враля
Красавчиком...  А так... - Бесик пожал плечами. - ...Шут их знает. Поку-
патели, наверное.

   - Оружия?  - машинально спросил Савелий,  а сам лихорадочно обдумывал
услышанное.  Это Красавчик-Стяв и Ронни,  больше некому!  Выходит, снова
ты,  господни Рассказов, встаешь на моем пути? Все тебе неймется! Как бы
хотелось прямо сейчас разобраться с твоими "шестерками"!  Но нет, сейчас
нельзя: дети. Нужно выяснить все о детях..."

   - Чего ж еще?  - услышал Савелий и сначала не понял,  что говорит Бе-
сик. - О чем это ты?

   - Как о чем? Об оружии! - Бесик недоуменно пожал плечами.

   - Извини, дружбан, задумался... За последние два-три дня ты ничего не
заметил?

   - А что ты имеешь в виду?  Савелию во что бы то ни стало  нужно  было
выяснить что-нибудь о детях.  Бесик их,  судя по всему,  не видел, иначе
рассказал бы.  Но тут Савелию в голову пришла мысль:  дети же должны пи-
таться!

   - Послушай,  Бесик,  -  задумчиво начал он,  - в поселке есть детская
кухня?  - Откуда? Весь поселок живет от нашей зоны. Электричество, вода,
отопление - все наше. Питание для всех готовится на нашей кухне. Знаешь,
какие классные повара у нас?  Один в "Метрополе" был замом шеф-повара! А
для чего ты меня спросил про детское питание? - Бесик понял, что вряд ли
Бешеный задал вопрос из простого любопытства.  - Или детей хочешь завес-
ти?

   - А ты можешь узнать, не изменилось меню на кухне? - спросил Савелий,
не реагируя на шутку Бесика. - Это важно?

   - Вполне возможно, что даже очень. - Тогда... - Бесик потянулся к се-
лектору.  - Нет!  - Савелий решительно перехватил его руку.  - Это нужно
узнать осторожно, по возможности незаметно.

   - Понял!  - кивнул Бесик,  потирая руку. - Ну и хватка у тебя! Пальцы
что клещи! - Извини. - Чего там! Я пошел! - Куда?

   - На кухню.  Ты сиди здесь,  никому не открывай и не отзывайся по се-
лектору.

   - А если твой сержант позвонит? - напомнил Савелий.

   - Черт!  Чуть не забыл про него!  - Он снова вызвал сержанта.  - Сер-
жант, это Бесик. Слушай, я сейчас до кухни доскочу, если что - туда зво-
ни. - Проголодался? - Свежачка захотелось. - Ну-ну! Бывай! - бросил сер-
жант и сразу же отключился.

   - У него что, курева нет? - удивился Савелий.

   - Есть,  но я ж ему не какие-нибудь, а американские посылаю... Ладно,
я пошел!  - Бесик хотел уже выйти, но подошел к стенному шкафу и вытащил
какую-то коробку. - Взятка шеф-повару - Он подмигнул Савелию и вышел.

   - Привет,  мужики! - весело воскликнул он, заявляясь на кухню со слу-
жебного входа.

   - О, Бесик! - воскликнул Вадим, бывший повар из "Националя". Ему нра-
вился Бесик,  и не только потому, что тот занимал одну из самых выгодных
должностей в зоне. Бесик был независим в суждениях, добр и внимателен, к
примеру,  он никогда не приходил в гости без подарка. Вот и сейчас Бесик
с таинственным видом протянул Вадиму коробку, а тот должен был отгадать,
что в ней. Это было у них своеобразной игрой.

   Вадим прекрасно  знал,  что  Бесику известна его слабость к шоколаду,
поэтому решил, что догадается легко.

   - Шоколадное ассорти? - сделал первую попытку Вадим. - Не-а! - усмех-
нулся Бесик. - "Птичье молоко"?

   - Трю-фе-ля! - отчеканил Бесик с победным видом.

   - Ну, уважил, дорогой! С полгода их не пробовал.

   Вадим был арестован и судим за хищения в особо крупных размерах и по-
лучил восьмилетний срок, но, как он сам говорил, ему еще повезло - могли
и "десяточку впаять". Он сидел уже три года, два из которых - в "Райском
уголке". Его перевел сюда сам Севостьянов, увидев случайно на мордовской
зоне, куда поехал для ознакомления с работой колонии. Полковник был час-
тым гостем "Националя" и однажды отметил отличную  кухню,  лично  вручив
именные часы Вадиму, который обслуживал высоких гостей на приеме. - При-
саживайся,  дорогой!  - радушно пригласил Вадим Бесика.  - Что тебе сде-
лать? Только скажи!

   - Спасибо, Вадим, я просто так зашел. Разве попить что-нибудь, в гор-
ле пересохло.

   - И немудрено!  Видно,  продолжаешь пить всякую гадость, вроде пепси.
Это же химия!  Горло пересохло - еще ничего,  а когда желудок прихватит,
тогда другое запоешь.  Вот, дорогой, попробуй! - Он вытащил из холодиль-
ника  огромную  бутыль  литров на тридцать с жидкостью малинового цвета,
налил в деревянную кружку с резной ручкой и протянул Бесику.

   Уже после первого глотка в нос  ударили  пузырьки  с  запахом  свежей
клубники, а язык обожгло крепким и очень приятным напитком. - Что это? -
удивленно воскликнул Бесик. - Не нравится? - нахмурился Вадим. - Еще как
нравится!  Но что это? - Обыкновенный клубничный квас. - Ну, Вадим, твой
квас - просто класс!  На воле ты сделал бы такие бабки!  - Словно  подт-
верждая свои слова,  Бесик торопливо допил квас,  громко крякнул от удо-
вольствия и протянул кружку за добавкой.

   - Спасибо,  Вадим. Ну, как житуха? Много ли заказов приходится выпол-
нять?

   - Пришлось вспоминать свое обучение в кулинарном техникуме.

   - А  что случилось?  Неужели заказали что-то такое,  чего ты давно не
готовил?

   - Хуже! Никогда не поверишь... Детское питание! Представляешь?

   Бесик подумал,  что Бешеный оказался прав и наверняка что-то недоска-
зал ему.

   - И  кто  это  заказал?  -  как бы мимоходом спросил Бесик.  - К нему
кто-то из родных приехал?  - Ага, из родных! - усмехнулся Вадим. - Целый
детский сад!  На шесть детей готовлю. Ужас! Да мне лучше всю зону неделю
кормить, чем готовить на шесть детишек! Третий день уже мучаюсь!

   - Странно... - поморщился Бесик. - Откуда здесь взялись дети? Вряд ли
это дети осужденных...

   - Мне и самому удивительно! А когда я задал вопрос Хозяину, он на ме-
ня наорал:  "Не твое собачье дело!" Никогда он так со мной не разговари-
вал. Здесь что-то нечисто.

   - Ладно,  Бог с ними,  с этими "хозяйскими детишками".  Когда парить-
ся-то придешь?  - Бесик,  едва не наизусть знавший "Семнадцать мгновений
весны", всегда использовал подсказку Штирлица о том, что важно не только
войти в разговор,  но и выйти из него, а последние слова, которые обычно
и  запоминаются,  должны  быть нейтральными и почти ничего не значащими.
Теперь,  если Вадима спросят, зачем к нему заходил Бесик, он скажет, что
тот приглашал его в парилку...

   - А ты оказался прав! - воскликнул Бесик, едва переступив порог свое-
го кабинета.

   - В чем?  - насторожился Савелий, увидев сияющую физиономию Бссика. -
Насчет детей! - Ты что-то выяснил?

   - Кухня  действительно  готовит  питание  на шесть детишек уже третий
день. По личному распоряжению полковника Севостьянова!

   - Да ты что?  - воскликнул Савелий и тревожно нахмурился:  он  втайне
надеялся,  что  детей здесь не окажется.  Но теперь и этот груз придется
взвалить на свои плечи. Выходит, что полковник Севостьянов вплотную свя-
зан с господином Рассказовым...

   - Да,  задача  усложняется...  -  Савелий  не заметил,  как заговорил
вслух. Он посмотрел в глаза Бесику и решительно произнес: - Нужно во что
бы то ни стало узнать,  где содержатся дети! Мне кажется, что их похити-
ли.

   - А не может ли оказаться,  что наши иностранные гости имеют какое-то
отношение к этим детям?

   - Именно так.  Кстати, когда эти иностранцы здесь появились? - тут же
спросил Савелий.

   - Как раз три дня назад,  как и дети...  Оба подумали об одном и  том
же:  это  не  может быть простым совпадением!  Несчастных детей привезли
именно иностранные гости. Значит, предположения Савелия оказались верны-
ми! Выходит, Рассказов занялся еще и похищением детей!

   Однако Савелия  занимало  еще  одно совпадение,  связанное с фамилией
столичного подполковника.  Не может,  чтобы именно в ту колонию,  где он
сам  находится,  приехал совершенно посторонний человек с фамилией Воро-
нов, и не откуда-нибудь, а из Москвы! Неужели генерал Богомолов все-таки
послал Андрюшу для связи? Это было бы как нельзя кстати. Кто мог предпо-
ложить,  что в зоне Савелий вновь столкнется со своими давними загранич-
ными "приятелями"?

   О судьбе несчастных детишек размышлял и Рассказов. Его человек из ФБР
объяснил, почему не смог явиться на запланированную встречу: именно в то
время  их  отдел был собран на совещание,  где им сообщили подробности о
похищении детей, среди которых оказался и ребенок высокопоставленого чи-
новника из Малайзии.  Рассказов понял, что он попал в очень скверную ис-
торию: одно дело безродные сироты, другое - похищенные. Что совсем плохо
- ребенок важного государственного чиновника, пусть и чужой страны.

   Из всего этого необходимо было как-то выбираться и как можно быстрее.
К расследованию похищения подключился Интерпол,  а Рассказову совсем  не
хотелось попасть в его картотеку. Однако, он не был бы Рассказовым, если
бы не попытался отыскать выход,  при котором удастся не только выйти су-
хим из воды, но и получить какую-нибудь выгоду. Но, взвешивая всевозмож-
ные комбинации, он все больше склонялся к мысли, что с этих детей навара
он  никак  не  поимеет.  А  раз так,  то нужно заработать хотя бы нужный
имидж.  Наверняка полиции стало кое-что известно, скорее всего от Барта,
который внезапно исчез,  но они не могут впрямую обвинить самого Расска-
зова,  во всяком случае,  пока. В этом случае нужен козел отпущения. Ис-
кать кого-то новенького,  чтобы подставить его, нет времени: кольцо вок-
руг Рассказова сужается.

   И вдруг Рассказов вспомнил,  что говорил Красавчик-Стив:  "Мой  Ронни
пойдет за меня на смерть, если понадобится. Он верен мне, он меня любит,
и к тому же он мой родной племянник".  Эти слова  Стив  произнес  в  тот
день,  когда отправлялся в Москву, за Бешеным Рэксом. Да, именно так на-
зывал Савелия в своих мыслях Рассказов - Бешеный Рэкс!

   - Что ж,  дорогой Стив,  придется тебе в очередной раз  доказать  мне
свою преданность и пожертвовать своим родственником,  - проговорил вслух
Рассказов, потянулся к телефону и набрал номер. - Слушай, Док, дай сроч-
ную шифровку нашему приятелю из "райского уголка". - Пишу!

   - "Красавчику. Срочно прибыть ко мне. Твой племянник остается ответс-
твенным за малышей. Первый". Записал?

   - Уже отправил. Шеф! - ответил Док. - И они уже получили шифровку.

   - Ты не перестаешь меня удивлять!  Опять что-то придумал? - улыбнулся
Рассказов.

   - Небольшая приставка к компьютеру: сама шифрует, отправляет, сообща-
ет,  что адресат принял текст, а также создает помехи, чтобы послание не
перехватили.

   - Гениально! Првдется повысить тебе гонорар!

   - Спасибо, Шеф, мне вполне достаточно того, что вы мне платите. Я вам
еще нужен? - Ты ничего не забыл?

   - Если вы об ответе, то его пока нет, - заметил Док. - Будем ждать? -
Нет. Запроси: "В чем дело? Первый". - Готово! - Ну?

   - Минуту!.. Ага, вот: "Первому. Извините за задержку с ответом. Гото-
вим самолет. Полковник". - Это означало, что шифровку отправлял Севость-
янов.

   - Пусть вылетает немедленно, - раздраженно бросил Рассказов.

   - Слушаюсь! - Док почувствовал, что босс начал сердиться. - Читаю от-
вет: "Красавчик вылетает через час".

   - Вот это другой разговор!  А то мне показалось,  что у них что-то  с
головой не в порядке, видно, с похмелья! - Рассказов положил трубку.

   Рассказов был недалек от истины: и Красавчик-Стив, и Севостьянов были
пьяны в стельку.  Приказ Рассказова застиг их врасплох. Они не могли по-
нять,  что случилось, поэтому не сразу сообразили, что отвечать. Получив
подтверждение без всяких пояснений,  Севостьянов тут же связался с  Кра-
савчиком-Стивом и передал ему приказ Рассказова. Но впопыхах он допустил
две грубейших ошибки: во-первых, говорил из квартиры Воронова, хотя и из
другой комнаты, но Андрею все было прекрасно слышно; во-вторых, произнес
громко такие слова, как "Первый" и "Красавчик". Воронов сразу догадался,
кто скрывается за этими псевдонимами.

   Значит, Рассказов срочно вызывает к себе своего подручного! Для чего?
И что это за самолет,  о котором Севостьянов  говорил  Красавчику-Стиву?
Тут Севостьянов вызвал кого-то по селектору и заговорил по-английски.

   Воронов про  себя  помянул добрым словом Богомолова,  который едва не
силком с первых дней работы заставил его заняться английским языком. Те-
перь он смог понять,  что кто-то должен был срочно подготовить самолет к
вылету.

   Надо сказать, что в колонии всегда держали наготове двухместный само-
лет, который содержался в специальном ангаре. Севостьянов мечтал, подна-
копив достаточно средств,  улететь на нем в дальнее  зарубежье.  Опытный
летчик  числился у него в должности "замполита" и с умным видом присутс-
твовал на всех летучках и собраниях.  Правда,  за все время пребывания в
колонии не произнес ни слова, потому что абсолютно не знал русского язы-
ка.

   Выходит, подумал Воронов,  здесь есть собственный аэродром или взлет-
но-посадочная полоса...  Его мысли были прерваны очередным гудком селек-
тора. Севостьянов, чертыхнувшись, нажал кнопку. - Да, полковник Севость-
янов! - раздраженно бросил он.

   - Товарищ  полковник,  пилота никак не могу найти!  - доложил мужской
голос.

   - Тьфу, черт! - снова выругался Севостьянов. - Совсем из головы выле-
тело:  он же предупреждал меня,  что будет у этой...  ну... - Он щелкнул
пальцами, словно это могло помочь вспомнить имя той, у которой "отдыхал"
американский летчик Стрейндж.  - Вы о Галке, товарищ полковник? - Точно!
- обрадованно воскликнул Севостьянов. - Галка! Он у нес. Дуй туда, сажай
его в машину и мухой в ангар!  - Слушаюсь, Виктор Николаевич! Теперь до-
гадки Воронова превратились в нечто осязаемое.  Но что это ему дает?  Не
бросаться же на срыв полета,  тем более не зная причины вызова!  В таких
случаях,  как часто говорил учитель Савелия генерал Говоров, лучше всего
занять выжидательную позицию... Вернулся полковник Севостьянов.

   - Что за переполох, Виктор Николаевич? - усмехнулся Боровов.

   - Да...  - Савостьянов макнул рукой. - Одного сотрудника вызывает на-
чальство...  для отчета!  - добавил ои,  понимая, что ответ получмяся не
очень вразумительным.

   - Понятно! - Воронеж сделал вид, что проглотил предложенное "блюдо".

   - Пьем дальше? - улыбнулся полковник, с удовольствием меняя тему раз-
говора.

   - А как же!  - хмыкнул Воронов. Он предусмотрительно принял специаль-
ные таблетки для нейтрализации алкоголя.

   Создавалось впечатление,  что Ссвостьянов вообще не пьянеет:  они уже
допивали вторую бутылку водки,  а тому хоть бы что!  Что  значит  старая
партийная закалка!  Воронов уже начал беспокоиться: таблетки выдерживали
лишь определенную дозу спиртного.  Но вскоре у полковника  начал  запле-
таться язык.

   Вновь вызвали Севостьянова.  На этот раз полковник даже не стал выхо-
дить в другую комнату. - Что стряслось, Вадим? - пьяно спросил он. - Хо-
зяин,  у одного ребенка живот болит... - Врача вызывали? - Вызывали... -
Ну и что?

   - А то вы не знаете нашего костолома!  У него на всех одна  сердечная
недостаточность, а уж с детьми...- Вадим тяжело вздохнул. - Предложения?

   - Я не детский повар! Нужен нормальный детский врач или специалист по
детскому питанию.

   - Да,  огорошил ты меня!  - зло бросил полковник,  потом повернулся к
Воронову. - Видишь, какие вопросы приходится решать... - Он тут же осек-
ся,  сообразив,  что сказал лишнее, и попытался пояснить: - Организовали
мы группу из детей своих сотрудников, но... - Он махнул рукой.

   Воронов сразу понял,  о каких детишках идет речь,  но не подал виду и
поддакнул Севостьянову: - Да, забот, как говорится, полный рот! - Ладно,
что-нибудь придумаем... - начал полковник, но Воронов перебил его:

   - Виктор Николаевич,  я могу осмотреть больного ребенка.  Дело в том,
что я учился в медицинском...

   Севостьянов как-то странно посмотрел на Воронова и вроде  бы  обрадо-
вался, но тут же помрачнел и решительно проговорил: - Нет, подполковник,
в нашем состоянии это не очень разумно.  Завтра, если не удастся вызвать
детского врача,  ты посмотришь малютку... Вот что, Вадим, - продолжил он
в селектор. - Если совсем плохо станет, то пускай Воробьев положит его в
стационар,  а завтра,  надеюсь, прибудет детский врач. - Он вновь повер-
нулся к Воронову:  - Оказывается,  ты просто находка!  И подполковник, и
врач... - Какой врач? Три курса Пироговки... - Я и говорю! - Он подозри-
тельно посмотрел на Воронова,  потом пьяно засмеялся. - Ладно, разберем-
ся!

   Красавчик-Стив спешил к самолету. Интересно, зачем его вызывает Расс-
казов?  Он чувствовал, что это связано с его поездкой сюда. Оружие? Вряд
ли. Об этом было бы сказано в шифровке. Кто-то из его окружения? Непохо-
же.  В этом случае,  он вызвал бы и того, кем интересуется. Дети? Точно,
скорее всего, срочный вызов связан с детьми! Но каким образом?

   Маленький самолет  успешно миновал бы границу,  как проделывал это не
единожды,  если бы буквально накануне в спецчастях не появился полковник
Сокольский, направленный сюда Богомоловым. Тот сразу засек самолет и со-
общил Константину Ивановичу.  После недолгих размышлений генерал  принял
решение пропустить самолет, но попытаться вести его до самого конца. Че-
рез два часа Богомолов получил сообщение,  что самолет потерян.  Чертых-
нувшись про себя и пожалев,  что не дал команду задержать его, Богомолов
приказал усилить наблюдение,  а сам связался с Майклом и рассказал ему о
самолете.

   Через некоторое время Красазчик-Стив,  приземлившись без помех,  доб-
рался до Рассказова.  Как только он увидел взгляд Хозяина,  он сразу по-
нял, что его ожидают неприятности.

   - Привет,  Красавчик!  - с деланной бодростью сказал Рассказов и даже
встал ему навстречу.

   - Здравствуйте,  Хозяин!  Что-то случилось?  - Не буду  темнить,  мой
мальчик.  Случилось! Ты знаешь, кто находится среди наших детишек? - От-
куда?

   - Среди этих злополучных детей находится настоящая бомба замедленного
действия!

   - Как бомба? - растерянно спросил Красавчик-Стив.

   - В переносном смысле, - успокоил его Рассказов. - Один мальчик - сын
важного чиновника из Малайзии.  К поискам уже подключились Интерпол, ФБР
и даже ЦРУ, можно допустить, что и российские Органы тоже оповещены.

   - Выходит,  с  детьми  нужно  кончать?  -  осторожно  спросил Красав-
чик-Стив, надеясь, что Рассказов не поручит это дело ему.

   - Ты с ума сошел!  - воскликнул Рассказов.  - Мы с тобой не  монстры,
чтобы детишек убивать!

   Красавчик-Стив облегченно вздохнул.  - Тогда что?  - спросил он.  - Я
кое-что придумал... - Рассказов в упор взглянул в глаза своего любимца.

   Стив почувствовал, что сейчас ему придется услышать нечто неприятное.
Придется кого-то подставить!

   - Вы хотите подставить меня? - тихо спросил Красавчик-Стив.

   - Как ты мог подумать такое? - Рассказов возмущенно вскочил с кресла.
- Я никогда не жертвую своими близкими!

   - Спасибо, Хозяин! - Стив облегченно вздохнул. - Можете мне поверить,
я за вас жизни не пожалею!

   - Именно  поэтому ты для меня самый близкий человек!  - проникновенно
сказал Рассказов.  Он сделал паузу и решил, что пора перейти к главному.
- Есть один парень,  которого мне тоже не хотелось бы подставлять, но он
самая подходящая кадидатура.

   Красавчика-Стива осенило:  Ронни!  Но он  не  решился  высказать  это
вслух, боясь оказаться правым.

   - И кто же этот человек? - напряженно спросил он. - Твой племянник!

   - Но он же... - Красавчик-Стив выразительно повертел пальцем у виска.

   - Именно поэтому Ронни и является идеальной кандидатурой.  Не волнуй-
ся, я подключу все свои каналы, и мы вытащим его из России! - твердо за-
верил Рассказов.

   - Из России? - удивился Стив. Теперь он понял, что Ронни обречен. Ес-
ли на Западе можно использовать положения законов, то в России это прак-
тически исключено.

   - Да-да,  из России! У меня там еще достаточно связей, чтобы гаранти-
ровать его возвращение.

   - И в чем состоит план?

   - Ты летишь обратно,  объясняешь Ронни его задачу,  после чего  Ронни
берет  детей и ведет их по заранее намеченному маршруту,  а кто-то умный
сообщит властям об этом.

   - И кто же будет этим умным? - спросил Красавчик-Стив, прекрасно зная
ответ.

   - Этим  умным,  как ты уже,  вероятно,  догадался,  будешь именно ты!
Во-первых,  реабилитируешь себя перед российскими Органами за происшест-
вие в клубе "Виктория", во-вторых, станешь героем Малайзии. Сановный па-
паша тебя не забудет.

   - Лично вам это принесет пользу?  - спросил Стив,  вместо того  чтобы
задать совсем другой вопрос:  почему такое внимание к какому-то мальчику
из Богом забытой страны?

   - Принесет и очень ощутимую! - заверил Рассказов. - Ну как, берешься?

   - А разве у меня есть выбор? - вздохнул Красавчик-Стив.

   - В любой ситуации есть выбор!  - сухо заметил Рассказов. Ему явно не
понравился ответ любимчика. Стив, словно почувствовав это, тут же попра-
вился:

   - Конечно берусь! Хотя ситуация не из приятных...

   - Ты о Ронни? Скажи, я когда-нибудь не выполнял своих обещаний?

   - Нет...  - вздохнул Красавчик-Стив.  - Я вам верю.  Просто  Ронни  -
единственный близкий и преданный мне человек.

   - Именно потому, что он преданный, ему можно поручить это ответствен-
ное дело! Неужели ты не понял, что эти дети - наша "разменная монета"? И
если Ронни в точности выполнит наши инструкции, то уже через неделю-дру-
гую будет с тобой.

   - А не насторожит ли российские Органы то,  что я сдаю Ронни?  Они же
наверняка помнят, что он был со мной во время той злополучной операции.

   - Как раз на это я и рассчитываю.  Именно это и заставит их поверить!
- воодушевленно воскликнул Рассказов.

   - Что ж, вам виднее... - кивнул КрасавчикСтив.


Один ум хорошо, а два генерала лучше

   Как Бесик и обещал, к вечеру он уже успел переговорить с осужденными,
которым можно было доверять.  Под предлогом  инвентаризации  постельного
белья Бесик собрал у себя пятнадцать заключенных.  Когда все пришли,  он
выставил "на атасе" своего человека и вывел к собравшимся Бешеного.  Са-
велий  внимательно осмотрел всех и отметил,  что они,  словно по заказу,
были внушительного телосложения. Никто из них не прятал глаз, не нервни-
чал и не вызывал подозрений. Савелий решил говорить откровенно.

   - Привет,  мужики!  Моя кликуха - Бешеный! Может, кто слышал обо мне?
Скажу сразу: я не мент, но и не уголовник, а просто человек, которого не
устраивает то,  что творится в этой зоне. Я не буду финтить: дело, кото-
рое я вам предлагаю, - весьма опасное, и прежде чем перейти к нему, хочу
предложить  следующее:  если кто-то из вас сомневается или не хочет под-
вергать свою жизнь опасности,  пусть лучше уйдет сейчас и тут же забудет
о моих словах.  Но если вы решите остаться,  то придется пойти до конца!
За каждого из вас поручился Бесик, а из этого следует... Да вы и сами не
хуже меня знаете, что из этого следует. Так что решайте!

   Несколько секунд длилось молчание.  Наконец встал парень лет тридцати
и спокойно сказал: - Вот что, Бешеный! Я действительно о тебе слышал, ты
мужик  серьезный.  Я скажу за всех.  Нас здесь пятнадцать,  общего сроку
около двухсот лет, но насильников и убийц среди нас нет! Ты можешь спро-
сить:  почему же тогда такие большие срока? Почти все мы сели по "эконо-
мическим" статьям за то,  что сейчас называется бизнесом, а тогда счита-
лось преступлением.  Но есть среди нас и инженер, по халатности которого
погибли люди...  Это я говорю тебе,  Бешеный,  чтобы не было недомолвок.
Скажу прямо,  мы готовы участвовать в любом, даже смертельно опасном де-
ле,  но при одном условии:  оно должно быть справедливым!  Ты вправе уз-
нать,  что в нашем понимании справедливость, потому что ее понимают сей-
час по-размому.  Справедливость для нас - прекратить беспредел  на  этой
зоне и добиться пересмотра дел.  Мы и до тебя хотели рвать отсюда,  тща-
тельно готовились, но потом поняли, что сорваться немудрено, а что даль-
ше? Нет, мы должны официально вновь пройти суд: если снова осудят, будем
сидеть! Я прав, мужики? - обратился он к присутствующим. - Да!

   - Без сомнения!  - Отлично сказал,  Федор! Возгласы раздались со всех
сторон,  потом все мгновенно стихли, и пятнадцать пар глаз вопросительно
уставились на Савелия. Он был несколько обескуражен, однако вскоре спра-
вился с замешательством и сказал:

   - Что ж,  мне понравился такой прямой разговор!  Мне кажется, что вам
можно верить.  Но я хочу спросить:  вас устраивает то,  что происходит в
зоне?

   - Нет!  - ответил за всех Федор. - Я так и знал! - улыбнулся Савелий.
- Перейдем к делу.  Некоторые из вас находятся здесь со дня открытия зо-
ны,  а,  возможно, есть и такие, кто принимал участие в ее обустройстве.
Есть?

   - Скажи, Бешеный, куда ты клонишь? - спросил Федор. - Если нужны свя-
зи с ментами - одно, если речь идет о технических вопросах - другое.

   - Меня интересуют технические вопросы, - ответил Савелий.

   - Инженер, встань, покажись народу? - сказал Федор.

   - Я занимался всеми коммуникациями в зоне и установкой системы видео-
наблюдения,  - заговорил мужчина, на которого Савелий давно обратил вни-
мание. Что-то выделяло его среди остальных - не только возраст (ему было
далеко за сорок), но и какое-то внутреннее спокойствие, уверенность, ин-
теллигентность. Савелию его лицо показалось знакомым.

   - Сколько времени тебе понадобится,  чтобы вывести систему наблюдения
из строя? - спросил он.

   - Ненадолго - час-полтора, на длительный срок - минут двадцать, а ес-
ли навсегда - минута-две! - усмехнулся Инженер. - Почему так? - удивился
Савелий.  - Как я понял,  кратковременный вывод техники из  строя  нужно
осуществить так,  чтобы менты ничего не заподозрили, - рассудительно от-
ветил Инженер,  и Савелий согласно кивнул. - Для этого нужна основатель-
ная подготовка, как и во втором случае, а в третьем без проблем: закоро-
тил систему в определенном месте, и им придется менять всю аппаратуру.

   - Отлично!  Сколько тебе нужно людей?  -  Одного  хватит!  -  Инженер
взглянул на сидящего рядом паренька лет двадцати.  - Возьму Сергея, если
нет возражений.

   - Хорошо.  Остается пятнадцать человек. Мы разобьемся на три пятерки.
Первую возглавит Федор,  вторую - Бесик, третью - я. Поясняю задачи: пя-
терка Федора - оружие и боеприпасы,  Бесика - дети, моя - боевая группа.
- Какие дети?  - нахмурился вдруг Инженер. - По нашим сведениям, на тер-
ритории поселка находится несколько иностранных  детей,  похищенных  для
продажи!

   - Вот суки! - зло бросил кто-то, а Инженер вдруг спросил:

   - Бешеный,  у меня дома остались трое.  Я могу присоединиться к твоей
пятерке? Я прошел Афган, не сомневайся!

   - А я и не сомневаюсь:  давно вспомнил тебя!  Но почему именно в  мою
пятерку, а не к Бесику? - спросил Савелий. Он действительно вспомнил: во
время боевой операции на "вертушке",  где летел Савелий, Инженер был ме-
хаником и классным стрелком.  Когда Савелию пришлось прыгать,  именно он
прикрывал его, срезая меткими очередями душманов.

   - А чтобы уничтожать этих блядей!  - зло бросил инженер, потом усмех-
нулся. - Я тебя тоже сразу узнал!

   - Ладно,  перейдем к разработке плана, - не стал отвлекаться Савелий.
- На всю подготовку - два дня.  Мы должны освободить детей во что бы  то
ни стало!

   - Неплохо  для начала узнать,  где их содержат,  - с усмешкой заметил
Федор. - Уже! - сказал вдруг Бесик. - Как? - встрепенулся Савелий. - Уз-
нал и молчишь?  - Не успел сказать. Заходил к бабам и случайно наткнулся
на ту, что убирается у детишек, еду им носит...

   - Да где же?  - нетерпеливо спросил Савелий.  - В женском корпусе.  -
Вот здорово! - воскликнул Савелий. - Ничего здорового! - охладил его ра-
дость Бесик.  - Дети под усиленной  круглосуточной  охраной!  Даже  бабы
удивляются:  двое ментов снаружи и трое внутри. Нет, без шума здесь вряд
ли что удастся. - А если подумать?

   - Может,  женщин подключить?  - предложил Федор. - Охрана - мужики, а
мужик он и есть мужик! - философски заметил он.

   - Откровенно говоря, не хотелось бы женщин подключать к нашим пробле-
мам, - вздохнул Савелий. - Но подумаем! Бесик, ты обрисуй детали Федору,
а я потолкую с Инженером.  Операцию с оружием проводим завтра, в тринад-
цать нольноль.

   - Но в тринадцать - обед! - заметил кряжистый парень. Его скулу пере-
секал грубый шрам, создающий впечатление, что парень гримасничает.

   - Именно поэтому, - улыбнулся Савелий. - А мы потом пообедаем!

   - Да я не к тому!  - обидчиво начал парень со шрамом. - Надо будет, я
неделю могу не есть...

   - Обойдемся без таких жертв,  - сказал Савелий. - И вообще, хочу всех
предупредить:  никакого  геройства  и  ненужной  инициативы.  И еще одна
просьба: постарайтесь не давать ментам повода закрыть вас в трюм! Но ес-
ли уж случится, то хоть язык в задницу, но... - Он оборвал себя, почувс-
твовав,  что его слова звучат чуть угрожающе, и добавил: - Помните о де-
тишках!

   - Да ты не переживай!  - Федор поднялся со стула. - Это ты можешь ре-
верансы крутить,  потому как новенький среди нас,  а я скажу  так:  если
что, я, Федор Крутых, сам сверну любому шею. Вы меня знаете!

   "И фамилия у него под стать!" - подумал Савелий.  Он вдруг почувство-
вал себя гораздо увереннее. В этот момент прожужжал селектор.

   - Банно-прачечный слушает!  - тут же ответил Бесик, приставив к губам
палец.

   - Полковник вместе с московским гостем идет в зону!

   - Спасибо, сержант, с меня причитается. - Бесик задумчиво взглянул на
Савелия,  потом вдруг воскликнул: - Отлично! Вот что, мужики, вы тут об-
кашляйте все без нас,  а мы скоро придем! Если шнырь подаст знак, прини-
майтесь считать белье. - Он откинул в сторону занавеску и обнажил полки,
заваленные  постельным бельем.  - А ты,  Бешеный,  хватай этот узел - на
свиданку пойдем!

   Савелий безропотно подхватил на плечо огромный узел и пошел вслед  за
Босиком.  Он прекрасно понял его уловку:  Севостьянов с Вороновым пойдут
через вахту, а все комнаты свиданий находятся там же, и, значит, им при-
дется столкнуться с ними. Савелий волновался: а вдруг это все же не Анд-
рей?

   Метров за сто до вахты,  им навстречу вынырнул подполковник, которого
Савелий уже видел,  когда убивал насильника и убийцу, народного депутата
и лжемайора Колосникова.  - Черт бы его побрал! - тихо ругнулся Бесик. -
А кто это?  - шепотом спросил Савелий. - Старший "кум"! Все время ко мне
цепляется, гнида!

   - Куда это ты тащишься? - действительно буркнул подполковник. - Хозя-
ин приказал!  - нашелся Бесик. - Что приказал? - Белье на свиданке поме-
нять.  - А ты такой борзый стал,  что тебе уже и носильщиков подавай?  -
ехидно бросил подполковник, явно пытаясь к чему-нибудь придраться.

   - Что вы,  гражданин начальник,  это ему приказали,  а он на зоне но-
венький, вот я и показываю, где находятся комнаты для свиданий.

   - Вот как?  - Подполковник посмотрел на Бесика,  потом на Савелия.  -
Дальше сам найдешь: вон вахта!

   - Слушаюсь,  гражданин  начальник!  - бодро сказал Савелий и медленно
пошел в сторону вахты,  пытаясь прислушаться к тому, что говорит подпол-
ковник.

   - Ты что, под свое крыло взял новичка: чтото зачастил он к тебе?

   Видно кто-то  уже успел настучать подполковнику,  что новенький часто
посещает своевольного Бесика.  Несколько месяцев назад у них  состоялась
"беседа", в которой подполковник пытался дать понять Бесику, кто руково-
дит зоной,  а тот,  не будь дураком, сделал так, что эти слова стали из-
вестны  Хозяину,  да еще и в "дополненном" виде.  Буквально на следующий
день полковник Севостьянов дернул Бесика к себе и в лоб спросил его:

   - Правда ли, что подполковник Сеновалов позволил себе такие слова?

   Бесик оказался весьма хитрым дипломатом и сказал примерно следующее:

   - Гражданин полковник, вы в зоне Хозяин! А подполковник, ваш замести-
тель  по  оперативной работе,  для меня тоже начальник,  и я очень прошу
вас, не ставьте меня под удар.

   Несколько минут Севостьянов молчал,  потом спросил:  - А ты  надежный
человек?  - Я никогда не укушу руку,  которая меня гладит! - ответил Бе-
сик, преданно глядя в глаза Севостьянову.

   Тому ответ пришелся по душе:  он давно уже задумал найти среди  осуж-
денных человека,  который стал бы его ушами и глазами, и решил, что этот
парень вполне ему подходит.  Севостьянов покровительственно похлопал Бе-
сика по плечу и сказал:

   - Пока я руковожу зоной,  ты подчиняешься только мне. Ты понял? - Так
точно,  гражданин начальник! - Можешь обращаться ко мне по имени-отчест-
ву. Свободен!

   - До свидания, Виктор Николаевич. Бесик четко повернулся и вышел, еще
не понимая,  что имел в виду полковник.  До этой встречи он  работал  на
сборке автоматов бригадиром и чувствовал себя вполне уверенно,  да еще и
хорошо зарабатывал. На следующий день его вызвал к себе старший нарядчик
зоны  и зачитал приказ Хозяина о назначении Бесика заведующим банно-пра-
чечным комбинатом со всеми вытекающими последствиями:  свободный режим и
передвижение по зоне, а также непосредственное подчинение самому полков-
нику Севостьянову.

   Все складывалось отлично, но Сеновалов посчитал себя униженным и вся-
кий раз пытался прицепиться к Бесику.  Тот понимал,  что такое положение
не сулит ему ничего хорошего,  однако решил не жаловаться Севостьянову и
стал  ждать,  пока  старший кум допустит какой-нибудь промах в отношении
Хозяина.

   Но ждать можно было очень долго,  и Бесик решил подтолкнуть  события.
Подполковник  был большой любитель парилки с пивом и,  как он выражался,
"с молодым женским мясом". На этом и решил сыграть Бесик. Подливая в пи-
во водочку, Бесик довел Сеновалова до кондиции, потом предложил "побало-
ваться",  а девку подставил свою,  которая знала,  о чем спрашивать, что
говорить. Бесик уже тогда догадывался о потайных видеокамерах.

   Когда Севостьянов просмотрел видеозапись, он был готов тут же вызвать
к себе "этого задрипанного  подполковника"  и  зачитать  ему  приказ  об
увольнении, но вовремя вспомнил, что тому многое известно о происходящем
в колонии, а кроме того, сразу бы открылась тайная слабость Севостьянова
к интимным видеонаблюдениям. Придется пока терпеть!

   При первой  же встрече с Хозяином,  подведя разговор к подполковнику,
Бесик сразу понял, что его удар достиг цели, и решил этим воспользовать-
ся. Он пожаловался, что от Сеновалова житья просто не стало: во все вме-
шивается,  запрещает офицерам пользоваться парилкой, словно она его лич-
ная,  цепляется к нему по любому пустяку и так далее. Одного только упо-
минания о парилке хватило для Севостьянова,  чтобы вывести его из  себя:
Сеновалов покусился на его тайную страсть!  С трудом сдерживая гнев,  он
сказал:

   - Если он еще сунется,  гони его, ссылаясь на меня! Пусть только поп-
робует пакостить! Жлоб! - Слушаюсь, Виктор Николаевич! Полковник на этом
не остановился. Он вызвал к себе Сеновалова.

   - Послушай,  тебе не кажется,  что ты зарываешься? Или забыл, кому ты
обязан этой работой?

   - Что вы,  Виктор Николаевич, как я могу забыть? Но кто вас так наст-
роил против меня? - Сеновалов действительно казался взволнованным. - Не-
ужели Бесик?

   - Не доставай Бесика! - прошипел ему Севостьянов прямо в лицо. - Что,
все-таки успел нажаловаться?  - Он мне не жаловался!  - очень  медленно,
едва не по складам произнес полковник.  - Это что, по-твоему? - Он выта-
щил из ящика стола уже оформленное Сеноваловым постановление о  "пятнаш-
ке"  Бесику,  которое было им давно заготовлено.  Постановление случайно
попалось на глаза приятелю Бесика,  а переправить его Севостьянову  было
делом техники.

   - Но я же не дал ему хода!  - попытался вывернуться подполковник, по-
нимая,  что от этого прокола так просто не открутишься.  И кто  это  его
подставил?

   - Не  пудри мне мозги,  подполковник,  - устало махнул рукой Севость-
янов. - Считай, что я тебя предупредил: оставь парня в покос! - Господи,
да пусть живет!  - Вот и хорошо!  А теперь о делах...  - сказал Севость-
янов, как будто ничего не случилось...

   С того дня Сеновалов оставил Бесика в покое,  во всяком случае, делал
вид, что не замечает его. Но прошло несколько месяцев, и он вновь, поду-
мав,  что Севостьянов обо всем забыл,  стал цепляться к Бесику, никак не
желая смириться с тем,  что на блатное место назначили человека без сог-
ласования с оперчастью, то есть лично с Сеноваловым.

   Эта случайная встреча у вахты дала подполковнику возможность  поизде-
ваться над старым врагом. Трудно сказать, чем бы все это кончилось, но в
этот момент в дверях вахты показался Севостьянов. Савелий сразу же заме-
тил,  что того шатает.  Он отбил четкий солдатский шаг,  опустил к ногам
увесистый тюк и спросил:

   - Разрешите обратиться, гражданин начальник?

   - Валяй,  осужденный! - пьяно бросил тот. - По вашему приказанию... -
начал Савелий, но тут на пороге показался Андрей Воронов. Савелию стоило
больших трудов взять себя в руки. - По вашему приказанию мы с заведующим
баннопрачечного  комплекса идем менять белье в комнатах для свиданий,  а
гражданин подполковник подверг сомнению ваш приказ!  - нахально закончил
он,  прекрасно  понимая,  что  в таком состоянии Севостьянов вряд ли что
вспомнит, но самолюбие свое не даст уронить никому.

   - Как, ему все неймется? - разозлился Севостьянов и повернулся к мос-
ковскому гостю:  - Вот заведется в коллективе одна гнида и кусает, куса-
ет...

   Словно не слыша, о ком шла речь, Воронов весело бросил:

   - Тогда нужно к ногтю эту гниду! - Дай срок! - многозначительно заве-
рил Севостьянов и шаткой походкой направился к подполковнику.  Сеновалов
стоял к вахте спиной и не видел приближавшегося начальника, а Бесик сра-
зу сообразил, что Бешеный уже "подтолкнул телегу".

   - Здравствуйте,  Виктор Николаевич! - бодро воскликнул Бесик и тут же
заметил,  как изменилось лицо Сеновалова.  Заметил он также, как Бешеный
переглянулся с московским подполковником.

   - Разговариваем? - ехидно спросил Севостьянов.

   - Да мы... да вот... - Подполковник явно смешался и не знал, что ска-
зать, и тогда вмешался Бесик:

   - Гражданин подполковник интересовался,  все ли у меня в  порядке  на
работе,  и  спрашивал,  не нужна ли помощь оперчасти.  - В голосе Бесика
слышалось ехидство.

   - Вот как? - недоверчиво проговорил Севостьянов. - Да, Виктор Никола-
евич! - подтвердил Сеновалов, и Бесик понял, что с этого момента старший
кум никогда больше не будет цепляться к нему.

   "И чего я к нему привязался,  в самом деле?  Хороший парень!" - дейс-
твительно подумал Сеновалов.

   Они не обратили внимание на короткий, почти незаметный со стороны, но
очень содержательный разговор Савелия и Андрея.  Воронов сообщил Савелию
о  том,  что похищенные дети находятся пока здесь,  что оружие уходит за
границу,  что Савелий привлек к себе внимание охраны,  что он,  Воронов,
завоевал доверие Севостьянова.  Савелий,  в свою очередь,  сказал, что у
него есть план по спасению детей,  есть боевая команда из семнадцати че-
ловек, что операция назначена на послезатра, а оружием заключенные запа-
сутся завтра,  но нужна помощь Андрея по отвлечению начальства во  время
обеда. Договорились они и о связи - как ни странно, через Севостьянова.

   Они еще  многое  хотели сказать друг другу,  но Воронова окликнул Се-
востьянов:

   - Чего ты там застрял, подполковник? Или парень в чем-то провинился?

   - Да нет,  поинтересовался у него по  поводу  видеокамер,  натыканных
повсюду.

   - Нашел кого спрашивать! Этот осужденный здесь без году неделя, - ус-
мехнулся Севостьянов.  - Ты лучше меня спроси: это мое изобретение! - Он
усмехнулся и, довольный, обратился к своему заместителю. - Познакомьтесь
с нашим гостем: подполковник Воронов!

   - Подполковник Сеновалов, заместитель по оперативной работе! - предс-
тавился тот.

   - Я могу идти,  Виктор Николаевич? - спросил Бесик. - Свободен, осуж-
денный! - машинально кивнул тот. - Да, совсем забыл... - Он повернулся к
Воронову.  -  Как ты относишься к парилке?  - С удовольствием!  - кивнул
Андрей. - Ты понял, Бесик? Вызови эту... - Севостьянов щелкнул пальцами.
- Короче, сам знаешь кого!

   - Естественно! - улыбнулся Бесик и тихо спросил: - Разрешите взять на
эту ночь помощника? - Приятеля встретил?

   - Шесть лет не виделись! - Бесик деланно вздохнул.

   - Хорошо,  пользуйся моим хорошим настроением. Скажи нарядчику, что я
приказал оформить его к тебе...  слесарем.  Пойдет? - Еще как! - обрадо-
вался Бесик.  - Спасибо! - Валяй! - Полковник отвернулся от него и хлоп-
нул по плечу Воронова: - Ну и оторвешься ты сегодня!

   - Как?  А ты? - удивленно спросил Андрей. - Сердце что-то пошаливает!
- с огорчением заметил полковник.

   - Но не обязательно же в парилку нырять!  Посидим, продолжим знакомс-
тво... Кстати, ты сказал "вызови эту"... О ком речь?

   - О,  это сюрприз!  - Севостьянов подмигнул и чуть пошатнулся, видно,
на жаре его еще больше развезло.  - Сюрприз хоть достойный?  -  Пальчики
оближешь! - Посмотрим! - прищурился Воронов. Савелий в это время уже вы-
ходил с вахты, отдав дежурному чистое белье и забрав грязное. Он едва не
столкнулся нос к носу с Бесиком.

   - В порядке? - спросил тот, кивнув на узел с бельем. - Да. Идем быст-
рее к мужикам,  есть новости! Когда они вернулись в "резиденцию" Бесика,
там полным ходом шла разработка планов.

   - Внимание, мужики! У Бешеного есть сообщение! - громко сказал Бесик,
и в комнате мгновенно воцарилась настороженная тишина.

   - Сообщение скорее приятное,  - улыбнулся Савелий.  - Завтра во время
обеда можно будет без суеты забрать оружие и патроны. Брать нужно по два
ящика: двадцать автоматов и две тысячи патронов. Федор, подумай о лазер-
ных прицелах.

   - Уже думали. Ни у кого нет выхода на закрытый цех! - поморщился тот.

   - Не  гони  волну.  Бешеный,  - сказал Бесик.  - Может быть,  вечером
что-нибудь вскочит. - У кого есть вопросы?

   - Есть пожелания!  - Инженер встал и оглядел  каждого,  -  Удачи  нам
всем! - неожиданно закончил он и улыбнулся.

   - Так я и знал:  что-нибудь да отчебучит!  - покачал головой Бесик. -
Ладно,  расходимся. Завтра, сразу после завтрака, Федор, Инженер и Беше-
ный - у меня! Завхозы будут предупреждены.

   - А как с моим напарником? Завтра у него рабочая смена? - спросил Ин-
женер.

   - Это моя забота! - заявил Бесик. - Все? Тогда - по корпусам!

   Когда все вышли и остался лишь Савелий,  Бесик  вызвал  по  селектору
старшего нарядчика зоны.

   - Михась,  привет,  это  Бесик!  Запиши  личное распоряжение Хозяина:
"Назначить осужденного Говоркова с сегодняшнего дня слесарем в баннопра-
чечный комбинат".

   - А "режимники"? - удивленно напомнил тот. По положению, подписанному
самим Севостьяновым, новички не могли назначаться на такие должности, не
отработав три месяца в сборочном цехе на конвейере.

   - Михась,  ты что,  не расслышал:  личное распоряжение полковника Се-
востьянова! - едва не по складам произнес Бесик. - Понял! Все?

   - Нет. Сегодня Хозяин гостя парится приведет, а мой шнырь занемог че-
го-то...

   - Кого прислать? - угодливо спросил нарядчик.

   Бесик сделал паузу,  словно задумался.  - Этого... ну... Сергея... Он
еще в аппаратуре тумкает...

   - Воскобойникова?  - подсказал нарядчик.  - Точно,  Воскобойникова! -
обрадованно поддакнул Бесик. - Ну и память у тебя!

   - Без  этого  на моем месте долго не усидишь,  - проговорил довольный
нарядчик. - Все в голове держу... Зашел бы как-нибудь, почифирили бы...

   - Лучше уж ты ко мне выбирайся.  Давно,  кстати,  кости не парил! - и
Бесик дал отбой.

   - Когда это ты успел с Хозяином перекашлять насчет меня?  - удивленно
спросил Савелий.

   - О тебе - когда ты на вахту зашел,  а о  Воскобойникове...  -  Бесик
подмигнул. - О нем - на арапа. Значит, подполковник твой человек? - Мой,
- кивнул с улыбкой Савелий. - Я заметил, как вы переговаривались. - А ты
действительно глазастый!  - Савелий огорчился: оказывается, они не столь
незаметно общаются с Вороновым, как им хотелось бы.

   - Да ты не переживай, другие вряд ли смогли бы это заметить.

   - Ну спасибо,  успокоил! - Мысли Савелия унеслись к Воронову: хорошо,
что он здесь появился!  На душе стало как-то уверенно, тепло и спокойно.
Нужно будет обязательно подготовиться к  сегодняшней  встрече  и  успеть
предупредить Воронова о потайных видеокамерах.  - А что, Хозяин действи-
тельно приведет сюда подполковника?

   - Наверняка. Ты не переживай, я постараюсь что-нибудь придумать, что-
бы вы остались наедине, - догадливо заметил Бесик.

   - Слушай,  у тебя не было в роду ведьмы или колдуньи? - спросил Саве-
лий,  не заметив, что повторил вопрос, который обычно задавали ему само-
му. - Нет, а что? - Часто мысли читаешь!

   - Чистая случайность,  - заверил Бесик. - Да и не читаю вовсе, просто
у меня есть способность к анализу и наблюдательность. Это плохо?

   - Смотря для кого. Во всяком случае, с тобой нужно держть ухо востро!

   - Знаешь,  Бешеный,  а ты мне нравишься! - неожиданно заявил Бесик. -
Кстати, я впервые говорю об этом мужику! - Спасибо, ты мне тоже.

   Воронов готов был прыгать от радости, когда ему удалось пообщаться со
своим братишкой.  Выслушав Савелия,  он сразу же стал подумывать о  том,
как связаться с Богомоловым. Без его поддержки здесь вряд ли обойдешься!
Но как с ним связаться?  Кажется, все продумали до мелочей, а о связи не
договорились!  А она так нужна сейчас... И тут Воронов вспомнил, как Бо-
гомолов рассказывал ему о генерале Добронравове. Можно связаться с Бого-
моловым через него!  Тем более,  он сам настаивал:  если понадобится по-
мощь, сразу же звони Добронравову. Но открытым текстом обращаться к нему
опасно:  наверняка люди Севостьянова прослушивают все разговоры... Воро-
нов решительно нажал кнопку селектора и вызвал дежурного оператора.

   - Лейтенант Толкунов слушает, товарищ подполковник! Чем могу быть по-
лезен?

   - Послушай, лейтенант, как я могу переговорить с Москвой? - Через ме-
ня, у нас коммутатор. - Прийти к вам?

   - Зачем?  В тумбочке у кровати есть телефон.  Вы называйте московский
номер,  я у себя набираю и переключаю на вас.  По-другому,  к сожалению,
никак невозможно.

   - Не страшно!  - ухмыльнулся Воронов. - Записывайте... - Он продикто-
вал служебный номер замминистра,  надеясь, что тот окажется у себя в ка-
бинете.

   - Кого подозвать к телефону?  - Никодима Калистратовича.  - Хорошо. -
Толкунов  не  знал  генерала Добронравова.  Он набрал московский номер и
стал ждать.

   - Приемная заместителя министра внутренних дел! - раздалось в трубке,
и Толкунов едва не выронил ее из рук.

   - Извините,  пожалуйста,  - дрожащим голосом произнес он.  - Мне было
приказано набрать этот номер и попросить Никодима Калистратовича. Я пра-
вильно попал?

   - Правильно, - добродушно ответила секретарша. - Кто вам приказал?

   - П-под-п-полковник Воронов! - Лейтенант даже стал заикаться.

   - Минуту! - Она сразу вспомнила фамилию Воронова. - Никодим Калистра-
тович,  вам звонит подполковник Воронов,  по междугородней! - Соедини! -
Товарищ генерал, говорит лейтенант Толкунов из учреждения Тринадцать-че-
тырнадцать!  - отрапортовал дежурный из "Райского уголка".  -  Разрешите
вас соединить с подполковником Вороновым?

   - Соединяйте!  -  Добронравов сразу же отметил,  что коль скоро связь
идет через коммутатор, то нужно быть осторожнее в разговоре. Вскоре раз-
дался голос Воронова:  - Здравствуйте,  Никодим Калистратович! - Здравс-
твуй,  крестник!  Ну, рассказывай, - многозначительно отозвался генерал,
давая  понять,  что  Воронов должен взять инициативу в разговоре.  - Как
добрался? Как приняли?

   - Все великолепно!  А впечатлений даже больше, чем мы с ВАШИМ ПРИЯТЕ-
ЛЕМ  думали.  Кстати,  я ему проиграл пари и хотел бы признаться в своем
поражении.

   - Достойно похвал, я всегда знал, что за своего крестника мне не при-
дется краснеть! Кстати, мой приятель как раз у меня, и ты можешь сам все
ему сказать!

   Для Воронова это был сюрприз. Он и предположить не мог, что оба гене-
рала тоже спохватились о связи, когда Воронов уже подъезжал к месту наз-
начения.  Уверенные,  что при необходимости Воронов догадается позвонить
Добронравову,  они  немедленно организовали прямую связь между собой,  и
сейчас Добронравову оставалось только поднять трубку и вызвать Богомоло-
ва.

   - Слушаю, Никодим! Неужели Воронов отозвался? - сразу догадался гене-
рал.

   - Так точно.  Костя! Разговор идет через коммутатор, так что учти: ты
мой приятель,  которому он проспорил какое-то пари по этой командировке.
- Понял,  соединяй!  - быстро сказал Богомолов, чувствуя, что у Воронова
есть какое-то важное сообщение. - Привет, подполковник! Это Костя! Нико-
ша сказал, что ты хочешь сделать признание?

   - Что делать! - облегченно вздохнул Воронов, сразу сообразив, что его
прекрасно понимают на другом конце провода.  - Я напрасно переживал: ВСЕ
ВАШИ СЛОВА ПОДТВЕРДИЛИСЬ.  Здесь отличное место,  правда,  добираться до
него трудновато,  но вид С ВОЗДУХА - прелесть!  Хоть ДЕСЯТЬ раз смотри и
СОТНЮ раз получай удовольствие! - Воронов специально выделял голосом от-
дельные слова,  надеясь,  что дежурный, который наверняка прослушивал их
разговор,  не обратит на это внимания,  а Богомолов поймет.  - НАШ ОБЩИЙ
ЗНАКОМЫЙ так все здорово здесь подготовил,  что его остается только бла-
годарить! - Наверняка дежурный подумает, что речь идет о Севостьянове, а
Богомолов вспомнит Савелия.  - Он намекнул,  что хотел бы вас пригласить
сюда для АКТИВНОГО ОТДЫХА...

   - Можно подумать об этом...  Да, Никоша? - спросил Богомолов, подклю-
чая Добронравова к разговору.

   - Лично я - за! - поддержал его заместитель министра.

   - И когда, как ты думаешь? - спросил Богомолов.

   Это был очень ответственный момент: Воронов не мог прямо сказать, что
операция назначена на послезавтра. Скорый приезд замминистра мог всполо-
шить всю администрацию, и неизвестно, как поведет себя Севостьянов.

   - Когда?  - переспросил Воронов, и вдруг его осенило. - Через ДВЕ НЕ-
ДЕЛИ. Только свиту с собой не берите. А то у вас одних адъютантов ЧЕРТО-
ВА ДЮЖИНА. Лучше БЕЗ НИХ! Вы меня слышите? - Воронов очень надеялся, что
Богомолов понял его нехитрую шараду.  - Что ж, постараемся, а, Никоша? -
А как же! Не могу же я подвести своего крестника.

   - Спасибо! А то я своих ДЕТИШЕК хочу отправить вместе с вами...

   - Они что,  уже с тобой? - насторожился Богомолов. Он прекрасно знал,
что у Воронова нет детей, и сразу понял, о ком идет речь.

   - Пока нет, но к вашему приезду их подвезут...

   К последним фразам дежурный уже прислушивался. Совсем еще молодой де-
ревенский  парень,  попавший  в  места лишения свободы за изнасилование,
впервые в жизни разговаривал с самим заместителем министра,  и этот раз-
говор произвел на него сильное впечатление.  Он и так достаточно услышал
- начальник будет доволен.  Во-первых,  через две недели в зону  приедут
два генерала, чтобы навестить подполковника Воронова: во-вторых, послед-
нему очень понравился прием и он весьма лестно  отзывался  не  только  о
здешних живописных местах, но и о полковнике Севостьянове.

   Попрощавшись и  пожелав Воронову удачи,  генералы стали анализировать
разговор.

   - Тебе что-нибудь ясно? - спросил Никодим Калистратович.

   - Почти все, - задумчиво проговорил Богомолов.

   - Может быть, и меня просветишь? - Они с Савелием все разузнали. Наши
предположения подтвердились. Далее они нуждаются в помощи, причем С ВОЗ-
ДУХА.  Нужно послать десантников, человек СТО, на ДЕСЯТИ вертолетах. Об-
наружились там и похищенные ДЕТИ. Но я никак не могу понять, когда наме-
чено провести операцию? - А разве не через две недели? - нахмурился Доб-
ронравов. - Как там Воронов сказал, помнишь?

   - Обижаешь,  Никоша!  -  отозвался Богомолов и включил магнитофон.  С
пленки послышался голос Воронова:  "...адъютантов ЧЕРТОВА ДЮЖИНА.  Лучше
БЕЗ НИХ..".

   - Чушь  какая-то!  - буркнул Богомолов.  - Ты хоть и замминистра,  но
тринадцать адъютантов - это слишком!

   - И Воронов об этом прекрасно знает.  Так в чем же дело?  -  удивился
Добронравов.

   - Приехать без чертовой дюжины...  Без тринадцати...  Через две неде-
ли...  - бормотал Богомолов. - Стоп! Через четырнадцать дней без тринад-
цати! Понимаешь? Четырнадцать минус тринадцать! Значит, ЧЕРЕЗ ДЕНЬ! Пос-
лезавтра!

   Итак, как и рассчитывал Воронов, генералы сумели его понять и догада-
лись  о сроке проведения операции.  Но времени на подготовку у них почти
не оставалось.


Финт Рассказова

   Сначала Бесик предложил вообще "вырубить" на время Севостьянова, под-
сыпав ему в водку снотворного, но Савелий не разрешил: пока Севостьянов,
сам того не понимая,  работал на них и оказывал им существенную поддерж-
ку.  Всегда могло случиться непредвиденное:  кто-нибудь из охраны в при-
падке  служебного рвения мог отправить в ШИЗО любого участника операции,
а их "страховка" в это время будет в отключке.  Пока он придет  в  себя,
пока  ему станет известно о случившемся...  Короче говоря,  ставится под
угрозу их план, а этого они никак не могли допустить: Воронов уже навер-
няка сообщил Богомолову дату операции.

   До десяти  часов,  когда  Хозяин приведет московского гостя париться,
времени было достаточно, и Савелий решил уединиться, чтобы еще раз обду-
мать  план.  С завтрашним днем все ясно,  и вряд ли могут возникнуть ка-
кие-нибудь неожиданности: взять двадцать автоматов и две тысячи патронов
-  не  столь  трудная  задача,  тем более,  что Воронов отвлечет охрану.
Единственная сложность: успеть как можно быстрее переложить оружие в му-
сорную коробку. И поэтому здесь поможет пятерка Бесика.

   Самый опасный  и рискованный день - послезавтра!  Все может поставить
под угрозу любая непредвиденная случайность: не дай Бог обнаружится про-
пажа оружия, или кто-нибудь из ментов окажется не в том месте и не в тот
час. Да и погода может их подставить, и вертолеты не смогут добраться до
колонии. Да мало ли еще что?

   Неожиданно Савелий подумал, что десантники любого человека в зоне бу-
дут воспринимать как врага.  Как отличить своих от чужих? Это очень важ-
но,  и хорошо,  что еще есть время что-то придумать. С ментами все ясно:
они все в форме.  Андрюшу можно попросить одеться в штатское...  Но  как
обозначить своих?  Отличия должны сразу бросаться в глаза и с воздуха, и
с земли... Сложность еще и в том, что заранее ничего делать нельзя, что-
бы не привлечь внимания ментов...

   Что-то он явно нервничает!  Наверняка сказывается огромное напряжение
последних дней.  Но это напряжение было ему даже приятно,  его никак  не
сравнишь с тем чудовищным напряжением,  какое он испытывал во время пер-
вого пребывания в колонии. В то время внутри него все клокотало от чудо-
вищной несправедливости, которую сотворили с ним, от предательства люби-
мой женщины.  А сейчас он сам принял решение отправиться в колонию в ка-
честве осужденного,  сейчас он борется за справедливость, перед ним нас-
тоящий враг с оружием в руках. А дети! Он бы мог многое простить врагам,
но  если они решились использовать беззащитных детей в своих грязных иг-
рах, то этим они поставили себя вне закона! И таким нет прощения!

   Но Савелий никак не мог предположить, что в его планы может вмешаться
сам Рассказов... Аркадий Сергеевич не дал и часу отдохнуть своему любим-
цу,  и,  как только понял, что тот до конца уяснил задачу для Ронни, тут
же отправил его назад.

   Специалисты Богомолова  засекли  самолет  еще при подлете к границе и
тут же доложили генералу. Тот был рад этому сообщению: наверняка в само-
лете был агент Рассказова с важными документами для Севостьянова.  Пора-
довался он и тому, что Савелий с Вороновым не стали тянуть с операцией -
это как нельзя более кстати, появится реальная возможность захватить ли-
бо гостя, либо документы. Константин Иванович решил напрямую связаться с
Командующим  воздушно-десантными  войсками генерал-полковником Подколзи-
ным, которого знал лично.

   - Евгений Николаевич, это генерал Богомолов!

   - Здравствуйте Константин Иванович! Судя по тому, что мы давно с вами
не общались, а вы звоните в рабочее время, нужна поддержка, не так ли?

   - Вы,  как всегда, попали в точку, Евгений Николаевич. Действительно,
нужна ваша поддержка.  Не буду вдаваться в детали, которые не столь важ-
ны, а перейду прямо к сути дела.

   - И это правильно! - Генерал так похоже изобразил бывшего руководите-
ля страны,  что Богомолов не удержался и усмехнулся:  - У вас просто та-
лант! - Пустое... Слушаю вас! - В Ставропольском крае есть небольшой по-
селок Каясула, в котором сосредоточено серьезное бандформирование, зани-
мающееся  производством автоматического оружия...  - Как же вы допустили
это?  - И на старуху бывает проруха! - с грустью заметил Богомолов, при-
нимая справедливый укор Командующего,  - Нам удалось внедрить туда своих
людей,  которые подготовили операцию по уничтожению этого осиного  гнез-
да...  -  Что  требуется от меня?  - Поселок находится в труднодоступной
горной местности.  Внезапно объявиться там,  что крайне важно для успеха
операции,  можно только с воздуха,  - пояснил Богомолов.  - Нужно десять
вертолетов с сотней ваших доблестных десантников!

   - А почему бы не разбомбить это гнездо к чертовой матери?

   - Во-первых,  там мои люди, а во-вторых, что еще больше усложняет за-
дачу, там скрывают похищенных иностранных детишек!

   - Вот подонки!  - вырвалось у Командующего. - Когда намечено провести
операцию?

   - Послезавтра в шестнадцать ноль-ноль вертолеты должны быть  над  по-
селком!

   - Ну и задачку вы мне подкинули, Константин Иванович...

   - Была бы проще, сам справился, - улыбнулся Богомолов.

   - Подождите, попытаюсь что-нибудь... - С нетерпением жду! - Богомолов
прекрасно понимал,  что взять на себя такую ответственность  Командующий
не может при всем желании.  Скорее всего,  он сейчас связывается с самим
министром обороны Павлом Грачевым, который, кстати, не так давно сам ко-
мандовал воздушно-десантными войсками.  Прошло минут десять,  прежде чем
Богомолов снова услышал голос Подколзина:

   - Вы слушаете,  Константин Иванович? - Конечно! - Извините, что приш-
лось столько ждать... - Ничего, был бы результат... - Решение принято! -
коротко бросил Командующий.  - Сейчас к вам направляется полковник  Гри-
горьев, на которого возложено непосредственное руководство операцией. Он
в вашем полном подчинении на трое суток.

   - Просто не знаю, как вас благодарить, Евгений Николаевич!

   - Не нужно меня благодарить, мы с вами делаем одно дело: защищаем на-
шу страну и наш народ! Эти слова, может, звучат громко, но я так думаю.

   - Вы заметили, Евгений Николаевич, что мы как-то стали стесняться та-
ких слов? А почему? Почему нужно стесняться того, что ты любишь свой на-
род?  Лично я полагаю,  что нужно с пеленок учить ребенка святости таких
понятий,  как Родина, народ, армия! - с горячностью говорил Богомолов. -
Извините, я всегда волнуюсь, затрагивая эту тему.

   - Я целиком и полностью разделяю все,  что вы сказали! И когда мы су-
меем воспитать новое поколение в этом духе,  то каждый  будет  гордиться
службой в армии...  а не стараться избегать ее, - с грустью закончил Ко-
мандующий. - Звоните, если что!

   - Спасибо,  непременно!  Положив трубку, Богомолов подумал о том, что
было бы здорово,  если бы так рассуждали все военные на земле. Потом его
мысли вновь вернулись к предстоящей операции. Интересно, как поведет се-
бя на месте полковник Григорьев?  Там же Савелий с Вороновым жизнью рис-
куют,  подготавливая все, а он прилетит на готовенькое... Надо будет по-
говорить с Григорьевым, он должен его понять! Здесь не звание главное, а
знание обстановки.

   Богомолов также прикинул,  не мало ли он запросил  десантников.  Рота
охраны в зоне - это очень серьезно?  И наверняка не какие-нибудь вольно-
наемные,  а настоящие головорезы,  которые будут драться до  последнего,
зная, что их все равно ждет расстрел!

   Опасения Богомолова  были  не беспочвенны.  Севостьянов лично и очень
тщательно подбирают людей для охраны зоны.  Из них более половины числи-
лись в розыске,  как опасные преступники,  а некоторые не только во все-
российском,  но и в международном. За каждым тянулся шлейф преступлений,
и здесь они были повязаны по рукам и ногам.  Именно поэтому Севостьянов,
предоставляя им отпуск и снабжая деньгами,  никогда не волновался: "про-
ветрятся",  как говаривал он,  спустят деньги на водку,  проституток,  и
вернутся как миленькие!  Для профилактики он  однажды  продемонстрировал
им, что ожидает тех, кому захочется "уйти в открытое плавание".

   Подобрав подходящего  кандитата  на роль жертвы,  он приставил к нему
своего человека, который изо дня в день уговаривал его уйти в побег. Се-
востьянову было доложено о намеченном маршруте.  Как только побег состо-
ялся, по всем ближайшим отделениям милиции были разосланы фото "опасного
вооруженного рецидивиста" с приказом открывать огонь без предупреждения.
Через день в зону был доставлен изрешеченный автоматными очередями  труп
бежавшего. После этого случая у охранников исчезло желание даже говорить
о побеге.

   Как ни странно,  дисциплина в охране держалась на самом высоком уров-
не:  не было ни пьянства, ни неподчинения старшим по званию, ни азартных
игр (их, впрочем, с успехом заменили игровые автоматы). Кроме непосредс-
твенной охраны колонии, были специальные занятия по альпинизму и стрель-
бе, которой все занимались с огромным удовольствием, стреляли часами, не
жалея  патронов.  Но было у охраны и одно страшное развлечение,  которое
Севостьянов устраивал примерно раз в месяц,  - охота,  где в  роли  дичи
выступал живой человек!

   Как-то Севостьянов  посмотрел американский боевик с подобным сюжетом,
да и назывался он именно "Охота". Идея пришлась ему по вкусу, и он решил
воплотить ее у себя в колонии. С "дичью", то бишь с жертвами, было все в
порядке: совершил серьезное нарушение - попадаешь на испытание. Если су-
мел выжить - получаешь не только прощение но и "ночь наслаждений":  жен-
щину,  водку и отличную закусь.  Самым странным было то,  что находились
такие,  которые  специально шли на нарушения,  чтобы поиграть с судьбой.
Вначале для ментов это было просто развлечением,  но потом они все  чаще
стали делать ставки: выживет жертва или нет? Однако из десяти только од-
ному удалось избежать пули и вернуться живым.  Этим "счастливчиком" ока-
зался убийца из Белоруссии, но его счастье длилось недолго: он настолько
уверовал в свою звезду, что через пару месяцев снова решил поучаствовать
в  смертельном  поединке - один против десяти охотников.  На этот раз он
сумел продержаться только два с половиной часа...

   Бесик рассказал Савелию о дьявольской забаве полковника Севостьянова.
Кстати,  нужно отдать ему должное:  он давал жертве небольшой шанс. Если
преследуемый возвращался к определенному часу в зону, голыми руками отп-
равив кого-нибудь из охотников к праотцам,  то он, по желанию, мог стать
сам охранником, заменить убитого...

   Через несколько минут в парилке начали собираться "гости", и это отв-
лекло Савелия от тяжелых мыслей.  Судьба снова пощадила его. Севостьянов
предложил присоедениться к теплой компании старому знакомому  Савелия  -
Григорию Марковичу, но тот отказался.

   - Ну,  как парок? - весело потирая ладони, спросил Севостьянов. Чувс-
твовалось,  что он в хорошем настроении и несколько протрезвел с момента
встречи у вахты.

   - Как вы любите,  Виктор Николаевич: крепкий и очень пахучий! - заве-
рил Бесик. - А все мой новый помощник - настоящий профессионал по пару!

   - Посмотрим! Если понравится, отмечу в приказе, - пообещал полковник,
потом тихо, чтобы не слышал Воронов, спросил: - А с "удовольствием" как?

   - Ждут отмашки!  - прошептал Бесик. - Не знаю ваших планов, но я поз-
вал Андриану,  которая на вас запала,  а вторая - Наташа.  - Молоденькая
такая?  - Точно!  Классный специалист!  - Ладно, тебе верю, - кивнул Се-
востьянов. - Пусть у тебя ждут... Пригласи на всякий случай и Милиану. -
Уже пригласил! - Почему не сказал?

   - Она  вроде как само собой разумеется,  - ухмыльнулся Бесик.  - Ну и
шельма! - Так точно!

   - Подполковник, ты видел когда-нибудь шельму?

   - Нет, а что? - подыграл Воронов. - Смотри! - Севостьянов ткнул паль-
цем  в грудь Бесика.  - Отличный экземпляр!  А веники будут?  - Какая же
русская парилка без веников?  Какие любишь: березовые, дубовые, эвкалип-
товые? Для меня их привозят по специальному заказу!

   - Все,  сразил  наповал!  Больше ни одного вопроса,  чтобы не попасть
впросак!  - Воронов с улыбкой поднял руки.  -  Чувствую,  еще  несколько
дней, и мне вообще уезжать не захочется!

   - И отлично,  оставайся моим первым замом! С "крестным" наверняка до-
говоришься,  а? Как тебе мое предложение? - то ли в шутку, то ли всерьез
предложил Севостьянов.

   - Подумаем!  -  кивнул Воронов.  Пока Севостьянов шептался с Бесиком,
ему удалось перекинуться парой фраз  с  Савелием,  и  они  условились  о
встрече наедине. - Куда идти?

   - За мной!  - скомандовал Севостьянов и толкнул дверь в комнату отды-
ха. Бесик с Савелием постарались на славу - стол просто ломился от дели-
катесов и напитков. Чего на нем только не было! Салаты из свежих овощей,
три сорта икры, рыбные закуски, крабы, креветки, маслины, сервелаты нес-
кольких сортов, а напитки! Одного пива было сортов десять!

   - Ну,  я вам доложу... - остановился перед столом изумленный Воронов.
- Да тут захочешь уехать,  и не сможешь!  Какое  великолепие!  Некоторые
блюда я вобще вижу впервые!

   - Гостям мы всегда самое лучшее выставляем! - усмехнулся Севостьянов,
довольный произведенным эффектом,  и шепотом спросил Бесика:  - Это что,
Вадим постарался?

   - Никак нет, мой новенький, слесарь Говорков, - тихо доложил Бесик.

   - Да, должен заметить, ты умеешь подбирать кадры. - Полковник покачал
головой. - Нужно отметить его старание!

   На этот раз Воронов не стал делать вид,  что ничего не слышал,  и тут
же подхватил его мысль:

   - А почему бы не сделать этого прямо сейчас? Я даже знаю как!

   - Желание  гостя  - закон для хозяина!  - глубокомысленно заметил Се-
востьянов, - Зови! - приказал он Бесику.

   - Момент! - Бесик бросился в коридор, где стоял Савелий. - Хозяин те-
бя требует! - прошептал он.

   - Зачем?  - насторожился Савелий. - Ему понравился стол, а подполков-
ник предложил тебя отметить, - пояснил Бесик. - Идем!

   Войдя в предбанник, Савелий быстро снял кепи, вытянулся и четко доло-
жил:

   - По вашему приказанию осужденный Говорков явился! Статья...

   - Достаточно! - прервал полковник. - Где так научился стол накрывать?

   - Накрывать - дело немудреное, было бы чем! - улыбнулся Савелий.

   - Молодец!  -  похвалил Севостьянов,  потом вопросительно взглянул на
московского гостя, как бы предлагая ему продолжить.

   - Да,  вы правы, осужденный, - согласился Воронов. - Но я уверен, что
в  данном  случае дело не только в обилии продуктов,  но и в вашей душе,
которую вы вложили в этот стол.  Разлейка на четверых! - велел он Бесику
и вопросительно взглянул на Севостьянова. - Можно! - кивнул тот по-барс-
ки.  Бесика не нужно было уговаривать:  он уже держал  бутылку  водки  и
быстро разлил ее по стаканам, все четыре до краев.

   - Эй, куда нам с подполковником столько? - запротестовал Севостьянов.

   - Так больше не наливается, - хитро ответил Бесик.

   - Я  ж  говорил - шельма!  - покачал головой Севостьянов,  не решаясь
взять в руки стакан,  но,  когда увидел, что московский гость уже поднял
свой, ему ничего не оставалось, как принять условие игры.

   - Если разрешит хозяин нашего стола, я произнесу очень короткий тост,
- проговорил Воронов.

   - Поддерживаю,  - Севостьянов уставился на Воронова,  ожидая, что тот
предложить выпить за его здоровье.

   - За  профессионализм!  -  выпалил Воронов,  но перехватил огорченный
взгляд Севостьянова и добавил:  - За профессионализм,  которым  славится
наш хозяин! - И первым чокнулся с ним.

   - Спасибо, коллега! - едва не со слезами на глазах сказал Севостьянов
и быстро опрокинул в себя полный стакан.

   Перехватив знак Савелия, Воронов незаметно поменял свой стакан с вод-
кой на заранее приготовленный стакан с чистой водой. Допив его до конца,
он крякнул и с победным видом взглянул на Севостьянова.

   - Силен,  ничего не скажешь!  - хрустя малосольным огурчиком, заметил
полковник. - Даже не закусываешь?

   - Я после первой, как говорил один киногерой, никогда не закусываю! -
улыбнулся Воронов.

   - Точно!  Его, кажется, Бондарчук играл. - Севостьянов заливисто зар-
жал:  водка сделала свое дело, его мновенно развезло. - Там тоже в конц-
лагере дело было, не так ли?

   - Ну и сравнение!  - проговорил Воронов.  - Ты хочешь сказать,  что и
там, и здесь - концлагерь?

   - Какая разница? Там забор, здесь забор... Бесик!

   - Слушаю, Виктор Николаевич! - Как у нас с "удовольствием"? - В любой
момент!

   - Момент настал! - торжественно произнес полковник. - Давай!

   Бесик устремился за дверь,  и буквально через минуту в дверях  появи-
лись две девушки.  Они были обнажены, и только небольшие шелковые перед-
нички прикрывали их наготу спереди.  Но такой "камуфляж" лишь  заставлял
сильнее  биться мужские сердца.  Натасканные Бесиком,  они устремились к
своим "избранникам".

   - Наташа!  - с томной улыбкой сказала девушка, прислонившись бедром к
плечу сидящего Воронова. - А вас как зовут?

   Андрей хотел ответить, но его перебил Севостьянов:

   - Мы  оба для вас - Начальники!  - пьяно бросил он и не очень ласково
похлопал свою девушку по пышной ягодице.

   - Вот так! - смущенно заметил Воронов, пожимая плечами.

   - Ничего,  начальник так начальник, - прошептала девушка ему на ухо и
начала снимать с него китель.

   - Я сам,  - не очень уверенно возразил Андрей,  но Наташа,  словно не
слыша его, продолжала.

   - Хотите, я сделаю вам массаж? - шептала Севостьянову Андриана. - Ес-
ли понравится, полгода тебе скошу, - мотнул тот головой.

   - Пройдемте в кабинет!  - Она помогла полковнику подняться и повела в
массажную комнату,  прихватив по дороге бутылку шампанского. Закрывая за
собой дверь,  Андриана многозначительно подмигнула Бесику и подняла ука-
зательный палец.

   - Наташа, - сразу сказал Бесик. - Расскажи-ка нам о детях: у нас око-
ло часа в запасе.

   Девушка бросила быстрый взгляд в сторону Воронова.

   - Не бойся, при нем можно! - улыбнулся Бесик, повернулся к Воронову и
пояснил: - Наташа убирается у детей и пищу им носит.

   - Ой,  как здорово!  - обрадовалась девушка.  - Вы мне и так понрави-
лись, а сейчас, когда вы еще и свой... - Она вдруг наклонилась и впилась
в его губы.

   Андрей терпеливо поддался ей, потом мягко отстранил девушку.

   - Наташа,  у нас еще будет на это время.  Рассказывай!  - Он  говорил
бодро,  но  Савелий  сразу понял,  что он просто скрывает свое смущение.
Видно, девушка пришлась ему по душе.

   - Собственно,  и рассказывать-то особо нечего,  - со вздохом  сказала
Наташа. - Шестеро детишек разных возрастов...

   - Постой!  - прервал ее Воронов. - Шестеро? Ты уверена? - Точно, шес-
теро!  А что?  - Да так,  ничего. Продолжай, пожалуйста. - Воронов вдруг
засомневался: Майкл сообщал, что детишек было десять.

   - Так вот,  они разных возрастов, от годика - Те, что постарше, гово-
рят что-нибудь?  - снова прервал ее Воронов. - О чем? - Ну, о родителях,
о доме... - Может и говорят, но мне-то откуда знать? - Они что, при тебе
молчат, или им рты завязывают?

   - Поначалу точно, завязывали, а сейчас нет, но что толку? Я по-ихнему
не понимаю. Лопочут они что-то, но что? - Она пожала плечами.

   - Понятно! - Воронов сразу повеселел: скорее всего, это именно те де-
ти.

   - Ты что,  засомневался?  - догадался Савелий. - Они, точно? - твердо
заявил он. - И время привоза их сюда совпадает, и гости иностранные...

   - Да,  я все понимаю,  но... Расскажи-ка подробнее о том, кто с ними,
сколько людей их охраняет? Может, кого запомнила из посторонних?

   - Одного запомнила! - Девушка вдруг смутилась.

   - Ты чего,  Наташка,  засмущалась?  - хмыкнул Бесик. - Приставал, что
ли? А может, уже и трахнул? Так и скажи, здесь все свои! Хоть ничего па-
рень-то?

   - Настоящий красавец,  на француза похож!  Высокий,  сильный и  очень
нежный!  А глаза... - Как его зовут? - спросил Савелий. - Не знаю. А на-
зывают его Красавчиком. Только я его сегодня не видела.

   И вновь названые братья переглянулись, подумав об одном и том же.

   - Вы еще про охрану спрашивали...  Это просто хамы, мимо не пройдешь:
то облапают, то ущипнут, то целоваться лезут... А их трое в коридоре, не
могу же я сразу со всеми трахаться...  Красавчик увидел, как один из них
пытался лапать меня,  как гаркнет на него,  тот даже побледнел,  бедный!
Умора!  А мне Красавчик сказал,  что пока он здесь, буду только с ним. А
сам исчез куда-то! - Она вздохнула с сожалением.

   - Значит, пристают мужики? - задумчиво проговорил Воронов. - Еще как!

   - Ладно,  вы тут пообщайтесь пока с Бесиком, а мы пойдем попаримся, -
сказал Воронов.

   - А может, и я с вами? - кокетливо предложила Наташа.

   - Чуть позднее,  - возразил Воронов,  быстро скинул одежду, обернулся
простыней и устремился за Савелием.

   - Ну, здравствуй, братишка! - Савелий обнял его за плечи.

   - Здравствуй,  Савка,  здравствуй! На всякий случай нужно поторопить-
ся...

   - Не бойся,  всегда можешь сказать,  что попросил меня похлестать ве-
ничком. Ну, слушай. - Савелий начал рассказывать.

   Красавчик-Стив вернулся  в  колонию ненадолго.  Он должен был проинс-
труктировать Ронни, дождаться, когда тот покинет "Райский уголок", и тут
же  возвратиться  назад,  прихватив с собой Григория Марковича,  которым
Рассказов тоже дорожил.  Не желая поднимать излишнюю суету, Стив оставил
послание Севостьянову у дежурного офицера, а сам пошел к Ронни.

   - Это  ты?  -  радостно  воскликнул тот и бросился обнимать Красавчи-
ка-Стива. - Куда ты ездил? Почему не взял меня с собой? Я так скучаю без
тебя!  - Стиву даже показалось, что у Ронни на глазах навернулись слезы.
- Успокойся,  мой родной!  Я тоже всегда скучаю по тебе!  - Он  похлопал
племянника по широкой спине.

   - Правда?  Как я счастлив!  Но почему у тебя такой грустный взгляд? -
Ронни сразу почувствовал его настроение. - Что-то случилось?

   - Случилось?  Нет-нет!  Просто...  - Красавчик-Стив замялся, не зная,
как  сказать этому взрослому ребенку о предстоящем испытании.  - Мы что,
снова расстаемся?  - Ты угадал,  дорогой мой, нам снова предстоит разлу-
ка... Не волнуйся, ненадолго! - тут же пообещал он. - Ты уезжаешь?

   - Я уезжаю,  а ты уходишь... - Стив сделал небольшую паузу, собираясь
с силами, потом сказал: - Тебе, Ронни, предстоит совершить важное дело.

   - Правда?  Ты хочешь доверить мне важное задание!  - Его глаза свети-
лись радостью и гордостью.  Красавчик-Стив, его кумир и родной дядя, так
высоко оценивает его способности!

   - Да, это дело можешь провернуть только ты!

   - Так почему же ты грустишь?  - Задание очень опасное!..  - осторожно
начал Стив.

   - Господи!  Да я за тебя жизнь положу,  не пожалею! Чем опаснее зада-
ние, тем больше ты будешь уважать меня! Правда ведь?

   - Я и так тебя уважаю и высоко ценю! - заверил Красавчик-Стив.

   - Спасибо! - Ронни прижался к нему и всхлипнул от радости. Со стороны
было  забавно наблюдать за тем,  как огромный двухметровый детина рыдает
на груди стройного и красивого мужчины.

   - Ну, хватит! Возьми себя в руки и слушай! - Красавчик-Стив мягко, но
решительно оторвал его от себя.

   - Все,  слушаю!  - тут же сказал Ронни, потом смахнул слезу со щеки и
улыбнулся.

   - Я знаю,  ты очень любишь детей... - начал Красавчик-Стив, но тут же
подумал,  что,  учитывая  наклонности Ронни,  эти слова звучат несколько
двусмысленно.

   - Да, я люблю детишек! - простодушно кивнул тот.

   - Ты знаешь, как трудно этим детишкам в здешних условиях?

   - Да, я хотел тебе сказать, что один даже заболел! - подхватил Ронни.

   - Поэтому мы и решили переправить этих малюток туда, где им обеспечат
хороший уход, питание, медицинскую помощь...

   - Правда?  Как  хорошо  вы  придумали!  А  могу я обратиться к тебе с
просьбой?  - Конечно, Ронни, слушаю тебя. - Не можешь ли ты поручить это
дело мне? - Тебе? - Красавчик-Стив был так обрадован, что облегченно пе-
ревел дух.

   - Это же ненадолго, - заметил Ронни, восприняв его вздох по-своему. -
А ты справишься? - Конечно!

   - А если тебя арестуют? Дети же чужие... - Буду отбиваться до послед-
него. - А вот это неправильно, - решительно возразил Красавчик-Стив. - А
что же делать?

   - Ты должен будешь сказать, что ведешь их, чтобы сдать властям. Более
того,  заявишь, что ты это сделал по моему указанию, чтобы спасти детей.
Тебя будут спрашивать,  куда делись еще четверо. Отвечай, что не знаешь,
видел только шестерых.  Будут спрашивать,  как они оказались у нас, - ты
этого тоже не знаешь.  - И куда я должен с ними пойти? - Узнаешь. Я тебя
провожу немного...  - А кто еще пойдет со мной?  - Ты пойдешь один.  Я в
тебя верю. - Когда?

   - Прямо сейчас. И смотри, детишки должны остаться в целости и сохран-
ности! - К ним никто и пальцем не прикоснется!

   К женскому корпусу они подъехали на "ниссан-патроле",  заехав предва-
рительно к Вадиму за провизией. Охранник попытался воспротивиться выдаче
детишек без личного распоряжения полковника Севостьянова,  но Ронни  так
на  него  посмотрел,  что тот предпочел подчиниться,  а не наживать себе
лишние неприятности,  тем более,  что детей в  "Райский  уголок"  привез
именно Красавчик.

   Когда они забирали детей,  самый маленький захныкал и вдруг заговорил
на русском языке: - А-а-а! К маме хочу!

   - Смотри, уже по-русски говорят! - усмехнулся Ронни.

   - А ты как думал?  В его возрасте язык учится легко.  - Стив взглянул
на  малыша  и  удивленно прищурился.  - Тебе не кажется,  что он намного
светлее остальных? - спросил он Ронни.

   - Если б у тебя так болел животик,  как у него, то и ты бы стал блед-
ным, - пожал плечами Ронни.

   С трудом разместив детей в машине, они тоже уселись и приказали води-
телю трогать.  Через пару часов Красавчик-Стив остановил машину, высадил
детишек  и  заставил Ронни несколько раз повторить маршрут,  по которому
тот должен вести детей. Ронни взвалил на могучие плечи рюкзак с провизи-
ей,  взял на руки двух самых маленьких,  связав остальных между собой за
пояса,  чтобы не потерялись. Он нежно попрощался со своим кумиром и мед-
ленно пошел по намеченному маршруту.

   Красавчик-Стив с  грустью  смотрел ему вслед.  Идти Ронни с детишками
предполагалось не более часа:  через тридцать-сорок минут Стив собирался
сообщить  властям  о похищенных иностранных детях от собственного имени,
красочно описав, "с какими сложностями им удалось вырвать несчастных де-
тей из рук похитителей и переправить их в страну, где им ничего не угро-
жает, - в Россию, которую он полюбил с первого взгляда!"

   Можете себе представить удивление Богомолова, когда ему переслали со-
общение Красавчика-Стива! Он настолько был ошарашен, что тут же связался
с Майклом:  - Приветствую тебя,  мой друг!  - Здравствуй, Костя! Судя по
твоему голосу, произошло что-то весьма важное? - тут же предположил пол-
ковник Джеймс.

   - Не то слово!  Можешь себе представить, что Красавчик-Стив влюблен в
Россию?  - Откровенно говоря,  с трудом.  - Я тоже! - хмыкнул генерал. -
Тем не менее,  он сам говорит об этом. - Вы что, взяли его? - воскликнул
Майкл.  -  Нет.  Он или кто-то от его имени позвонил в местное отделение
милиции и сообщил местонахождение детей. Либо это розыгрыш, либо Расска-
зов что-то задумал.  - На розыгрыш это не похоже... - задумчиво прогово-
рил Майкл. - Вы послали туда людей?

   - Конечно, и жду результатов. - Что ж, необходимо дождаться и уж тог-
да решать,  что делать дальше.  Но тебе - огромное спасибо! Для меня эти
дети очень важны. - Я понимаю, потому и звоню. - Ты хороший друг!

   - Ты мне тоже нравишься,  коллега!  - улыбнулся Богомолов,  хотел еще
что-то добавить,  но в этот момент зазвонил телефон междугородней связи.
- Минуту,  Майкл, может, сейчас услышим подробности! - Он быстро подхва-
тил трубку. - Богомолов слушает!

   - Говорит подполковник Свиридов, начальник Ставропольского УВД. Това-
рищ генерал, дети у нас, но никто из них не говорит по-нашему. - Он чуть
помолчал,  потом растерянно добавил: - Правда, один зовет все время маму
порусски...

   - Они и не могут говорить по-нашему.  Это же иностранные дети! А этот
малыш, видно, успел нахвататься. В таком возрасте они быстро всему учат-
ся, - улыбнулся генерал. - Они что, одни были, без сопровождающих?

   - Никак нет! С ними был огромный громила под два метра ростом. - Ока-
зывал сопротивление?  - Никак нет!  Очень обрадовался нашим сотрудникам.
Он плохо говорит по-русски,  а у меня нет переводчика.  Удалось  понять,
что его фамилия Брэдфорд,  имя Рональд. Сказал, что выполняет приказ ка-
кого-то "красавчика",  как оказался в России,  не говорит.  Твердит, что
было  очень  трудно спасти малышей и переправить сюда.  Как с ним посту-
пить?  - Что с детьми? - С ними все в порядке, только у одного болит жи-
вот,  но врач говорит, что ничего серьезного. Пока я распорядился помес-
тить их в детском саду...

   - Очень хорошо!  Обеспечьте охрану,  врача,  питание и так далее. А с
этим громилой... подождите-ка у телефона... - Слушаюсь, товарищ генерал!
- Майкл,  все прояснилось! - весело заявил Богомолов в трубку спецсвязи.
- Нашлись дети?

   - Целы и невредимы! Знаешь, кто их привел к нам?

   - Неужели сам Красавчик-Стив?  - Нет,  его родственник, Рональд Брэд-
форд! - Ронни? Ушам своим не верю! И что он говорит?

   - К сожалению,  там нет переводчика,  но главное ясно:  он  выполняет
приказ КрасавчикаСтива и с радостью передает детишек российским властям.
Правда, он скрывает, как оказался в России!

   - Откровенно говоря,  это меня сейчас совершенно не волнует.  Но есть
просьба:  не  травмируйте этого парня.  Он же в психбольнице провел нес-
колько лет!

   - Вот как?  - нахмурился Богомолов. - В двенадцать лет его сдала туда
родная мать!

   - Что  с детьми будем делать?  А то один уже научился по-русски лопо-
тать.  Еще немного и - забудет родную речь. Кстати, у тебя есть фотогра-
фии похищенных?

   - Есть, того самого мальчика. Ему уже пять с половиной лет, и он, как
говорит его отец,  очень смышленый паренек.  - Для каждого родителя  его
ребенок самый красивый и умный, - вздохнул Богомолов.

   - Это  точной.  Если не очень затруднительно,  пускай их переправят в
Москву. Завтра, а может быть, и сегодня, я буду у вас. До встречи!

   Богомолов снова взял трубку междугородней связи.

   - Слушаю, товарищ генерал! - тут же отозвался подполковник Свиридов.

   - Первым же рейсом,  в сопровождении врача,  воспитательницы  и  трех
сотрудников отправить детей и Брэдфорда в Москву.  - Брэдфорда отправить
в наручниках? - Ни в коем случае! И вообще обращайтесь с ним повежливее.
- Понял!

   Положив трубку,  Богомолов долго смотрел на аппарат. Его мысли верте-
лись вокруг разговора с Майклом.  Кроме того,  он пытался понять, почему
Рассказов решил сдать захваченных им детей Органам, причем на территория
своей бывшей Родины?


Малыш нашелся!

   Майкл Джеймс, узнав от Богомолова, что похищенные дети наконец-то на-
ходятся в безопасности,  доложил обо всем своему  непосредственному  на-
чальнику  и тут же получил приказ отправляться в Москву.  Документы были
оформлены моментально.

   После разговора Богомолова и Майкла прошло немногим более четырех ча-
сов. Константин Иванович вернулся домой и услышал телефонный звонок. Же-
на с дочками отдыхали на даче, потому он сразу подумал, что его беспоко-
ят по службе. - Слушаю?

   - Товарищ генерал,  извините, что тревожу вас дома! - Богомолов узнал
полковника Сокольского и понял,  что речь снова пойдет о злополучном са-
молете.  -  Приборы вновь засекли нашего "знакомца":  он летел в сторону
Афганистана!

   - Как? Неужели ваши люди опять не успели найти аэродром?

   - Успели,  но появились там, когда самолет уже взлетел. Это не аэрод-
ром, а взлетно-посадочная полоса с небольшим ангаром.

   - А послать на перехват пару самолетов вы не догадались?

   - Не догадался... виноват! - Не догадался... Вы все-таки полковник! -
Богомолов хотел его отругать, но потом подумал, что сам виноват, не пос-
тавив четкую задачу. - Ладно, докуда удалось проследить самолет?

   - Так же, как и в прошлый раз, потеряли в Афганистане...

   - Хорошо,  возьмите  под круглосуточное наблюдение взлетно-посадочную
полосу и задерживайте всех, кто там появится, - и с земли, и с воздуха!

   - А если нам окажут сопротивление?  - Постарайтесь взять  живыми,  но
если будет невозможно - стреляйте на поражение. - Слушаюсь! До свидания,
товарищ генерал!  Богомолов повесил трубку,  и телефон тут  же  зазвонил
вновь:

   - Товарищ  генерал,  говорит полковник Самойлов из отдела по междуна-
родным связям.  На ваше имя пришло сообщение из Консульского отдела МИД.
- Читайте!

   - Полковник  Джеймс  прилетает сегодня в "Щереметьево-два" в двадцать
один двадцать пять. Корнаухов. - Спасибо! И вновь звонок.

   - Константин Иванович, это я! - раздался голос Михаила Никифоровича.

   - Ну,  слава Богу!  - обрадовался Богомолов. - А я сам уже хотел тебе
звонить. Слушаю!

   - Детей встретил и устроил их пока в нашем детском садике...

   - Все  в  порядке?  -  настороженно  спросил Богомолов,  почувствовав
что-то в его голосе.

   - Не совсем!  - Помощник тяжело вздохнул.  - Во-первых, их не десять,
как вы мне говорили,  а всего шесть, во-вторых... - Нет того, что на фо-
то? - К сожалению...

   - Только этого еще не хватало! Неужели это не те дети?

   - Уверен, что те! Один малыш узнал мальчика на фото и даже назвал его
имя - Али!  Удалось узнать,  что мальчик был с ними,  но, когда Ронни их
забирал,  он куда-то делся!  - А что говорит Ронни? - Твердит одно: было
шесть и всех привел к нам.  Мне кажется, я знаю, в чем дело... - Говори,
Миша!  Любишь ты эффекты...  - Думаю,  что произошла случайность: вместо
Али Ронни прихватил ребенка, чьи родители либо осужденные, либо работают
в колонии.  - Откуда такая уверенность?  - Этот мальчик -  единственный,
кто говорит по-русски. Все время хнычет и маму зовет.

   - Похоже,  ты прав!  - задумчиво проговорил Богомолов.  - Представляю
огорчение Майкла... - Простите?

   - Это я так,  про себя. - Генерал забыл, что его помощник не в курсе.
- Будь с детьми: часа через три я приеду.

   - Хорошо,  Константин Иванович.  Да, нехорошо получилось! Богомолов с
досадой покачал головой.  Что же делать? Эта пропажа все сильно осложня-
ет.  Нужно срочно предупредить Воронова!  Но как?  Слишком частые звонки
замминистра могут насторожить Севостьянова...  Стоп! В разговоре Воронов
говорил о "своих" детях, а значит, у него должна быть и жена. Это мысль!
Богомолов успокоился и стал переодеваться.

   А Воронов в это время сидел за столом с пьяным Севостьяновым.  Он ус-
пел вдоволь наговориться с Савелием до возвращения уставшего, но доволь-
ного полковника.

   - Ну,  как?  - с усмешкой спросил Воронов.  - Уменьшится ее  срок  на
шесть месяцев? - кивнул он в сторону девушки.

   - Придется скостить - обещал!  Хороша,  бестия!  - Севстьянов шлепнул
Андриану по упитанным ягодицам,  потом повернулся к Воронову.  -  Можешь
себе представить:  два месяца назад ей с воли передали ребенка,  и никто
ни разу не проговорился.  Ладно,  иди, никто не тронет твоего ребенка! А
бригадирше  своей  передай,  что  я разрешил тебе работать четыре часа в
день.

   - Спасибо, гражданин начальник! - радостно воскликнула Андриана.

   - Ты тоже иди.  Понадобишься - позовут!  - бросил полковник  девушке,
молча  сидящей на коленях Воронова.  Та тут же вскочила и устремилась за
Андрианой.  - Ну, как? - усмехнулся Севостьянов. - Как в раю! - восклик-
нул Воронов.  - Недаром же это место называется "Райский уголок"! Скажи,
ты сегодня разговаривал с "крестным"?  Когда он думает посетить  нас?  -
Каким бы Севостьянов ни был пьяным,  он не забывал о том, что его волно-
вало.

   - Через две недели, - ответил Воронов. - А что?

   - Как что? К нам впервые приедет заместитель министра! Нужно его дос-
тойно встретить, подготовиться... мало ли чего... - Узнав, что времени у
него вполне достаточно, Севостьянов сразу успокоился.

   - Никодим Калистратович - очень простой человек. Он не любит ажиотажа
вокруг себя, - осторожно заметил Воронов.

   - Все мы демократы! - ни с того ни с сего сказал полковник, хотел еще
что-то добавить, но в этот момент в дверь постучали.

   - Виктор Николаевич, из Москвы звонят, - доложил Бесик. - Мне?

   - Нет, подполковнику. Очень приятный женский голос!

   - Жена,  наверное. - Воронов с трудом скрыл свое беспокойство: навер-
няка что-то случилось,  если звонят в такое позднее время. - Вы разреши-
те?

   - Конечно, подполковник. Семья есть семья! - Куда идти?

   - В мое служебное помещение, - ответил Бесик.

   - Кстати,  Бесик, это не дело: скажи нарядчику, чтобы завтра же обес-
печит телефон прямо в парилке, - бросил полковник.

   - Обязательно, Виктор Николаевич! Когда они вошли к Бесику, там стоял
Савелий.  Он с тревогой показал на аппарат.  Воронов успокаивающе поднял
руку,  приложил трубку к уху и действительно услышал приятный,  молодой,
но незнакомый женский голос.

   - Подполковник Воронов! - на всякий случай сказал он.

   - Жене не обязательно представляться,  Андрюша.  Или не узнал? Это я,
Светлана!

   - Светочка, здравствуй! Как я рад тебя слышать! Как вы там? - засыпал
ее вопросами Воронов,  пытаясь скрыть тревогу.  - Наш РЕБЕНОК...  -  Что
случилось?

   - Твой  отец такой растряпа!  - Что он опять натворил?  - подыграл ей
Воронов.

   - Я ему послала ДЕТЕЙ,  а  Михаил  Никифорович  поехал  их  встречать
сам...

   - И что?  - спросил Андрей, сразу догадавшись, что речь идет о помощ-
нике Богомолова. Правда, Михаил - не подходящее имя, ведь отчество Воро-
нова - Александрович! Ну, нигего, не страшно, можно сказать, что это его
отчим.  Но каким образом похищенные дети оказались в Москве,  если  днем
они были еще здесь? Непонятно!

   - АЛИК пропал! - Светлана всхлипнула. - Как пропал?

   - Я на работе была, а детей отправлял наш с тобой ОБЩИЙ ЗНАКОМЫЙ... -
Она снова всхлипнула.  - Ты же знаешь,  какой Алик непоседливый!  Короче
говоря, он с остальными не уехал, а остался!

   - Да успокойся ты! Все будет нормально. В милицию сообщила?

   - Конечно. Будут искать. Боюсь, как бы с ним чего не случилось!

   - Светочка,  успокойся!  Все будет хорошо! Найдется Алик! - Ты-то как
устроился?  - Все просто отлично!  Жаль,  что ты не захотела сюда ехать.
Места здесь просто чудные!

   - Нет, Андрюша, ты просто сумасшедший! Звать меня с детьми в колонию!

   - Ничего-то ты не понимаешь!  Здесь совсем не похоже на колонию, ско-
рее горный курорт. Может, махнешь сюда с моим "крестным"?

   - Не знаю...  Но если не соберусь, то пошлю тебе с ним гостинцы. - Не
хватало, чтобы генерал с твоими авоськами таскался!

   - Он что,  сам понесет, что ли? ЛЮДЕЙ У НЕГО ДОСТАТОЧНО: ПОМОГУТ! Ну,
ладно,  милый,  пойду узнаю, как идут поиски. Целую! Ты там не переживай
очень!  Все будет нормально!  Вот,  поплакалась тебе в жилетку - и сразу
успокоилась.

   - Целую!  Звони, как будут новости! - Воронов положил трубку. Чертов-
щина какая-то!  Он повернулся к Бесику,  но тот опередил его вопросом: -
Что-то случилось? - Кажется! Где девочки? - В той комнате ждут, а что? -
Нужно срочно узнать о детях! Из разговора я понял, что они уже в Москве.

   - Фу,  слава Богу!  - облегченно проговорил Бесик. - Хотя мне и непо-
нятно, как они там могли оказаться, но это же здорово!

   - Если бы!  - Воронов тяжело вздохнул. - Похоже, один ребенок остался
здесь! - Как? - воскликнул Савелий. - А Бог его знает!

   - Да,  это плохо...  - Бесик покачал головой,  хотел еще что-то доба-
вить, но в этот момент прожужжал селектор. - Банно-прачечный слушает!

   - Бесик,  это завхоз женского отряда!  - пробасил прокуренный женский
голос. - Андриана с ребенком у тебя?

   - С каким ребенком? - удивился Бесик. - Ты что, не знал? У нее же ре-
бенок есть! Два годика ему, Василием кличут.

   - Прикрой! - тихо сказал Воронов, кивнув на селектор. - Люси, подожди
немного! - Бесик выключил "громкую связь".

   - Сегодня  Андриана выпросила официальное разрешение на ребенка у Се-
востьянова! - пояснил Андрей.

   - Понял! - Бесик снова включил микрофон. - И что случилось?

   - Василька не можем найти! - Казалось, завхоз сейчас всплакнет. - А с
кем же он оставался? - С детьми... - С какими детьми?

   - А черт их знает! Несколько детишек жили в нашем корпусе, он и пова-
дился к ним бегать!  - И что,  у них его нет? - Так и детишек тех нет! -
Как нет?  Где же они?  - Одна товарка видела,  как их увозили куда-то на
машине.  Главное,  спросить не у кого: охрана-то сразу ушла! Что делать?
Где искать? Ума не приложу! Я надеялась, что Андриана с собой его забра-
ла! Господи, она же меня со света сживет!

   - Не верещи,  может,  еще отыщется. Пойду у нее узнаю: вдруг она сама
его куда-нибудь отдала на время? - сказал Бесик. - Скажешь, если что?

   - Хорошо!  - Он отключил связь и взглянул на Воронова.  - Ты, что-ни-
будь понимаешь?

   - Кое-что...  Думаю,  кто-то решил увезти детей и попался...  А вот с
пропавшим ребенком...  - Он задумчиво покачал головой.  - Чтото здесь не
вяжется: там пропал, здесь пропал... Ерунда какая-то!

   - Пошли,  спросим Андриану.  Если и она ничего не знает,  то придется
искать ребенка в зоне. Не мог же он испариться? Когда они вошли в комна-
ту, где отдыхали девушки, те вовсю о чем-то спорили, но мгновенно замол-
чали, когда увидели трех приятелей.

   - Что, опять "труба зовет"? - спросила с усмешкой Андриана.

   - Нет,  девочки,  можете пока отдыхать...  - заметил Бесик и виновато
поморщился.

   - Что с тобой,  Бесик? - Андриана почувствовала, что он недоговарива-
ет. - Случилось что-нибудь?

   - Трудно сказать наверняка... Ты Васька своего кому оставляла?

   - Завхозиха обычно присматривает за ним. Все квохчет над ним, как на-
седка... А что?

   - Ты не волнуйся. Васек куда-то запропастился!

   - Так,  может, с теми детьми, ну... что под охраной... - Их увезли! -
Как увезли? Куда? - Никто не знает...

   - Я пошла! - Андриана встала и умоляюще взглянула на Бесика и Вороно-
ва. - Ладно, иди, я что-нибудь придумаю. - Погоди-ка! - остановил ее Во-
ронов. - Вот что, девчонки, идите обе, если что, ссылайтесь на полковни-
ка, я все улажу.

   - Спасибо вам, гражданин начальник! - воскликнула Андриана.

   - Не за что!  У меня к вам будет одна небольшая  просьба,  о  которой
никто не должен узнать...

   - Можете на нас положиться! - заверила Андриана.

   - Будете искать пацана, не спугните еще одного паренька, который вряд
ли говорит по-русски.

   - Вы думаете...  - начала Наташа, почти сразу догадавшись, о ком идет
речь, но ее оборвал Воронов:

   - Ничего  я  не думаю и вам не советую!  Постарайтесь четко выполнить
то, о чем я вас попросил!

   - А если мы встретим того паренька, что с ним делать? - поинтересова-
лась Андриана.

   - Возьмите его к себе, а Бесику сразу сообщите через своего завхоза.

   - Не сомневайтесь,  все сделаем, как вы сказали, - ответила Андриана,
и девушки тут же ушли.

   - Кажется, картина начинает проясняться! - Бесик взглянул на Савелия.
- А ты что притих?

   - Размышляю.  Послушайте, а если предположить, что ребятишек подмени-
ли, случайно?

   - Ты хочешь сказать,  что Васек сейчас в Москве,  а этот  иностранчик
здесь? - нахмурился Воронов.

   - Представь  себе ситуацию:  приходит приказ от Рассказова срочно вы-
везти детей.  А в это время с детишками играет Василек!  Детей  шестеро,
столько и нужно забрать.  Они забирают шестерых,  а седьмой куда-то пря-
чется от страха.  Наверняка он старше Василька,  которому и двух еще  не
исполнилось.

   - Этот ажиотаж вокруг детей нам совсем ни к чему,  - задумчиво прого-
ворил Воронов.

   - Послушай,  тебе не пора возвращаться к Севостьянову? - сказал вдруг
Савелий. - Не дай Бог, нервничать начнет.

   - Да он сейчас наверняка в царство Морфея ушел! - усмехнулся Воронов.
- Укололся,  что ли?  - спросил Бесик. - Укололся? - не понял Воронов. -
Да нет,  Бесик,  Морфей - это древнегреческий бог сновидений. Уснул пол-
ковник! - пояснил Савелий.

   - Уснул?  Что ты,  Бешеный! Когда он хорошо примет, то до самого утра
куролесит!

   - Ты о ком это травишь,  Бесик?  - неожиданно раздался голос Севость-
янова.  Видно было,  что он пьян, но на ногах держался уверенно. Воронов
тревожно переглянулся с Савелием.

   - О покойном "режиме", - вовремя сообразил Бесик.

   - Да, хитрая была бестия, ничего не скажешь, - кивнул полковник и по-
шатнулся. - А где наши дамы?

   - Как раз собирался вам доложить,  - сказал Бесик. - Мальчишка у Анд-
рианы что-то занемог, вот они и кинулись проверить, что с ним.

   - А всем-то зачем? Хватило бы и матери! - нахмурился полковник.

   - Это  я их отпустил!  -- вмешался Воронов.  - Зачем?  - удивился Се-
востьянов.  - Раз ваша дама ушла,  то и я решил быть с вами солидарен. -
Андрей хитро подмигнул.

   - Что значит воспитанный человек! - Севостьянов довольно улыбнулся. -
Что будем делать?  - спросил он Воронова. - Как что? Конечно же, пить! -
Интересная мысль! - хмыкнул полковник. - П-п-пошли? - Он громко икнул.

   - Пошли!  -  кивнул Воронов и вдруг громко запел:  - Врагу не сдается
наш гордый "Варяг", пощады никто не желает!

   Севостьянов подхватил на удивление хорошо поставленным голосом: - На-
верх вы,  товарищи, с Богом, ура! - Ура! - закричал Воронов, и они скры-
лись за дверью комнаты отдыха. - Смотри-ка, подполковник тоже разошелся!
- улыбнулся Бесик.

   - Ему  надо довести полковника до полной кондиции к тринадцати часам,
- пояснил Савелий. - Что ж все-таки случилось с детьми? - вздохнул он, и
в этот момент в дверь тихо постучали.

   - Кого это несет?  - нахмурился Бесик. - Вряд ли враги, - предположил
Савелий. - Те наверняка бы громыхали!

   - Кто их знает?  Могут и менты сунуться!  А зная,  что Хозяин  здесь,
стучат "шепотом". Пойду, взгляну, а ты будь на стреме. Я буду специально
громко разговаривать, чтобы ты услышал. - Хорошо!

   Сначала голоса звучали приглушенно,  и Савелию ничего не было слышно,
ко потом Бесик громко сказал:

   - Хозяин сейчас в парилке!  Про мальчика он в курсе, так что оставьте
его у меня. Я доложу полковнику.

   Судя по всему, менты нашли какого-то малыша. Интересно, какого? Хоро-
шо бы нашелся Василек, а то мать с ума сойдет!

   - Послушай,  сержант, ты меня знаешь, я никогда так просто не говорю!
Если хочешь нарваться - вперед! Доложить?

   Видно, тон Бесика сыграл свою роль, и сержант сдался:

   - Только не забудь сказать полковнику,  что это я,  сержант Граммати-
ков, нашел пацана. Он прятался за ящиками.

   - Не забуду. Успокойся, получишь ты свою медаль! - с усмешкой заверил
его Бесик.

   Дверь захлопнулась,  и на пороге появился Бесик,  крепко держащий  за
руку малыша лет пяти. С первого взгляда было ясно, что он не русский.

   - Тебя зовут Али? - спросил Савелий. Паренек испуганно вскинул на не-
го глаза, наполненные слезами, явно не понимая вопроса.

   - Мальчик,  тебя зовут Али?  - спросил Савелий по-английски. -Да. - А
где твои друзья?

   - Они не мои друзья! - гордо произнес мальчик.

   - Хорошо,  не друзья... дети, которые были с тобой, где они? - терпе-
ливо спросил Савелий.  - Их увез с собой очень большой человек.  - А ма-
ленький мальчик был с ними? Русский мальчик?

   - Который все время плакал и маму звал? - Точно! Был?

   - Нет,  не было! - сказал Али и опустил голову. Казалось, что он сей-
час расплачется.

   - Ты не бойся,  Али, никто тебе не сделает ничего плохого и ругать не
будет, я не позволю! Только ты мне скажи: тот малыш был там?

   - Был,- кивнул Али. - Им же все равно, кого везти и продавать. А этот
все время плакал,  и я подумал, что, может, ему здесь плохо, а там будет
лучше, - по-взрослому рассудительно сказал мальчик. - А сам, значит, ос-
тался? - Так они все время нас считали! - сказал он недовольно, словно о
такой простой вещи Савелий мог бы и сам догадаться. Тот едва не расхохо-
тался.

   - Что он сказал?  - спросил Бесик. - Да, так, ничего! - Савелий хмык-
нул. - Умный больно, не по годам. Представляешь, заменил себя Васильком!
Каково?

   - Они же не похожи совсем! - Вот именно! Но он сумел сообразить, что,
хотя их все время считают,  вряд ли помнят всех в лицо. - И спрятался? -
Ну!

   - Действительно, силен! - Бесик потрепал мальчика за черный чуб.

   Сначала паренек испугался, подумав, что его снова хотят за что-то на-
казать, но потом увидел добродушное лицо Бесика и сам заулыбался.

   - Ну и подкинул нам ты задачку! Лучше бы со всеми уехал: уже был бы в
Москве, - задумчиво пробурчал Савелий. - А теперь возись тут с тобой!

   - Не переживай, Бешеный, мальчишка пока побудет у меня, а там посмот-
рим...

   - Хорошо! - с некоторым сомненим согласился Савелий, потом спросил: -
А что скажем Андриане?

   - Правду! - тут же ответил Бесик. - Я не думаю, что мальчику там, где
он сейчас находится,  хуже,  чем здесь,  в зоне! Андриана, между прочим,
хорошая баба,  и мне ее по-настоящему жалко.  Кстати,  ты не можешь ска-
зать, что будет с теми, кто находится здесь?

   - Могу дать тебе слово,  что я не остановлюсь, пока каждый не получит
по заслугам! - твердо заверил Савелий.

   - Ты знаешь,  Савелий,  не знаю почему, но мне хочется тебе верить! -
Эти слова Бесик произнес тихо, словно для самого себя. - Я не хотел тебе
говорить, но твой приятель находится здесь.

   - Какой приятель?  - нахмурился Савелий.  - Кешка. - Кешка? - Савелий
не мог поверить своим ушам.  Кешка совсем рядом,  а он его до сих пор не
видел!  Кешка, с которым он провел в море не одну путину, который не раз
вступался за него, помогал ему в зоне, когда Савелий был незаконно осуж-
ден!

   Савелий долго смотрел на Бесика,  и тот начал уже подумывать, не слу-
чилось ли что-нибудь с его новым приятелем. Наконец он тихо сказал:

   - Бесик, Богом тебя заклинаю, мы с ним должны сегодня увидеться!

   - Какие проблемы?  Правда,  время позднее... - Он нажал на кнопку се-
лектора и наглым голосом сказал: - Сержант, это ты?

   - Ты чего,  Бссик, сбрендил, что ли? Звонишь среди ночи! Может, наряд
послать  к  тебе?  - Дежурным на вахте сидел противный парень,  но Бесик
знал его слабую сторону.  Этот сержант со странной  фамилией  Бередайлов
фантастически боялся Севостьянова:  любое упоминание о нем вводило его в
трепет.

   - Слушай, Бередайлов, полковник Севостьянов приказал пригласить к не-
му  доктора  и  вызвать осужденного Сахно.  И быстро!  - Бесик прекрасно
знал:  чем грубее он будет разговаривать, тем весомее будут для сержанта
его слова.

   - Так бы сразу и сказал! - тут же встрепенулся Бередайлов. - С врачом
только неувязочка: вряд ли его сейчас можно быстро отыскать.

   Это знал и Бесик,  потому и позвал врача, чтобы "прикрыть" вызов Кеш-
ки.

   - Что с тобой поделаешь? На этот раз выручу тебя, но помни: ты будешь
у меня в долгу!  - хитро усмехнулся Бесик.  - Отмажу в любой ситуации! -
Хорошо,  давай сюда одного Сахно!  - Понял, Бесик, Сахно сейчас будет! -
Он тут же созвонился со старшим нарядчиком зоны, выяснил, в каком отряде
находится  осужденный  Сахно,  моментально  связался с завхозом отряда и
грозно приказал:  "Осужденному Сахно явиться в банно-прачечный комбинат,
где  его  хочет  лицезреть сам полковник Севостьянов!" Заспанный завхоз,
зная придирчивость Бередайлова, тут же разбудил Иннокентия Сахно и пере-
дал распоряжение Хозяина.

   Проклиная всех  и  вся  на чем свет стоит,  Иннокентий нехотя оделся,
прихватил на всякий случай кусок хлеба (если его решили упрятать в ШИЗО,
так хоть успеет съесть пайку) и пошел в банно-прачечный комбинат, не по-
нимая, почему именно туда и почему в такое время: почти два часа ночи!

   Он осторожно постучал в дверь, та оказалась открытой. Когда он вошел,
кто-то мгновенно завернул ему руку за спину.

   - Нет необходимости,  начальник, я и не думаю сопротивляться! - с ус-
мешкой заявил Иннокентий.

   - А ты попробуй! - шепнул ему прямо в ухо Савелий.

   - Что?!  - растерянно воскликнул тот и неуверенно добавил:  - Неужели
Савелий?

   - Так точно, товарищ кок! - Савелий тут же отпустил его и вытянул ру-
ки по швам.

   - Господи!  - растерянно проговорил Кешка и даже пощупал Савелия  ру-
кой. - Я думал, что тебя давно нет на этом свете! Это ты?

   - Я!  - улыбнулся Савелий.  - Видно, не родился еще тот, кто отправит
меня на тот свет! Да и мне пока на этом хорошо!

   - Как ты здесь оказался?  - Кешка увидел на груди  Савелия  бирку.  -
Снова упрятали?

   - Нет,  дорогой мой Кешка,  на этот раз я сам в зону спустился. - Так
ты все знаешь? - Он обрадовался. - Тут же черт знает что творится! Людей
убивают просто так, ради развлечения! - Знаю, потому я и здесь. - Но что
ты сможешь сделать один? - с болью воскликнул Кешка.

   - А кто тебе сказал,  что я один? Нас вполне достаточно! - Он подмиг-
нул Бесику. - Не так ли, Бесик?

   - Вполне достаточно,  чтобы сковырнуть этих блядей!  - зло подтвердил
тот. - И сколько же? - С тобой - девятнадцать! - Но они же до зубов воо-
ружены!  - Так и мы не престо погулять вышли. - Боже, как здорово, что я
вижу тебя вновь!  - Бесик,  почему же ты раньше не привел моего друга? -
спросил Савелий. - Честно? - Разумеется!

   - О Кешке я подумал в первую очередь,  но в нем столько злобы на весь
белый свет,  что я боялся,  как бы он не сорвался и не испортил  все,  -
признался Бесик.

   - Кешка? - Савелий покачал головой. - Да он и не такое выдерживал! Ты
знаешь, сколько мы с ним пережили?

   - Это точно! - счастливо вздохнул Кешка и добавил с хитрой улыбкой: -
Пусть потом не лезут! Приказывай, сержант!

   - Сержант? - чуть разочарованно протянул Бесик.

   - В  Афгане я был сержантом!  - с гордостью заявил Савелий.  - А сей-
час... Впрочем, это не важно.

   - Бесик, этот сержант многих полковников стоит! - воскликнул Кешка. -
Ладно, - прервал его Савелий. - У тебя будет особая задача!

   - Служу  трудовому народу!  - Кешка еще не пришел в себя от неожидан-
ной, но радостной встречи.

   - Тебе поручается этот паренек! - Савелий кивнул на Али.

   - Как?  - Кешка даже растерялся, подумав, что Савелий шутит. - Перес-
тань, Рэкс! Говори, что я должен делать?

   - Твоя задача - спасти этого пацана, - серьезно проговорил Савелий. -
Это так важно?

   - Важнее нет ничего! А насчет зоны не беспокойся: есть кому заняться!

   - Понял! Но как с завхозом, ментами? Они же рано или поздно меня хва-
тятся?

   - Об этом мы позаботимся. А ты не спускай с мальчика глаз! Английский
не забыл?

   - Вроде нет!  - тут же ответил Кешка поанглийски.  - Я все сделаю, но
признаюсь честно:  с большим удовольствием посчитался бы кое с кем! - Он
тяжело вздохнул.

   - Не беспокойся,  каждый получит по заслугам.  Некоторые уже  получи-
ли...

   - Понятно!  - улыбнулся Кешка.  - Выходит,  Хомяк и Бурый - твоих рук
дело?

   - А ты как думал? Я тебе сразу сказал, что мы не просто погулять выш-
ли!  Бесик,  у  тебя есть комнатка,  где они с пацаном могли бы спокойно
провести сутки-двое? - Найду!

   - Отведи их сразу туда,  а потом нужно будет прикрыть Кешку в отряде.
- Без проблем! Пошли!

   - Подожди-ка!  -  попросил Савелий и присел на корточки перед мальчи-
ком.  - Али,  ты сейчас пойдешь с этим дядей и будешь его слушаться. Его
зовут Кеша, он очень хороший дядя, будет тебя защищать от плохих людей!

   - А ты?  - Мальчик взглянул на Савелия так жалобно,  что тот с трудом
сдержался, чтобы не переменить своего решения.

   - Ты не беспокойся, я буду тебя навещать. Хорошо?

   - Хорошо!  - Али обнял Савелия, крепко прижался к нему, потом отстра-
нился и сказал Кешке совсем по-взрослому:  - Пойдем, Кеша, если так нуж-
но! - Он взял его за руку, и они вышли вслед за Бесиком.

   - Вот бесенок! - вздохнул Савелий и усмехнулся. Он был доволен.

   Савелий постепенно переключился на грядущие события. Очень многое за-
висит от завтрашнего,  вернее,  уже сегодняшнего дня. На Воронове лежала
задача вытянуть из Севостьянова сведения о системе видеомониторов и  ка-
мер  слежения.  Потом  он должен будет подгадать так,  чтобы оказаться в
комнате дежурного офицера ровно в тринадцать часов.  В это время Инженер
выведет  из строя видеокамеры ровно на пятнадцать минут,  причем Воронов
сделает вид,  что это его вина. Пока пошлют за специалистом, пройдет ми-
нут  пятнадцать-двадцать,  а когда видеокамеры вновь заработают,  оружие
уже окажется у Бесика.

   Но было в плане и слабое звено:  менты могли  случайно  появиться  во
время  перекладки оружия из ящиков в картонные мусорные коробки.  Но это
уже дело случая - авось пронесет!

   Андрей с огромным трудом выносил общество полковника, который, напив-
шись,  стал хвастать своими былыми заслугами,  доказывать,  какой он был
хороший и справедливый.  Под конец, совсем потеряв осторожность, он нас-
только разоткровенничался, что заявил, что "Райский уголок" - его личная
вотчина.  Он здесь настоящий хозяин и может делать  все,  что  его  душе
угодно. Но долго здесь оставаться он не собирается - накопит достаточную
сумму и... Тут Севостьянов все же осекся и сказал совсем не то, что было
у него на уме, - дескать, что уйдет на пенсию.

   Его бормотание  становилось все менее разборчивым,  а вскоре раздался
мощный храп. Немного подождав, Воронов бесшумно вышел из комнаты отдыха.

   - Уснул?  - догадливо спросил Бесик.  - Мне кажется,  его богатырский
храп слышен во всей зоне! - усмехнулся Воронов.

   - Эх, дорогой! - проговорил Савелий - Ты даже представить себе не мо-
жешь,  что значит жить на зоне, когда каждый второй храпит, как паровоз.
Здесь, можно сказать, действительно рай по сравнению с той зоной, где мы
были с Кешкой,  если бы не беспредел,  какой здесь процветает! А жить по
пять человек в комнате - это почти как в рабочей общаге или в студенчес-
ком общежитии...

   - Чего это ты вдруг Кешку вспомнил? - спросил Воронов.

   - Пока ты с полковником развлекался,  здесь столько произошло! - Если
бы не радостный тон Савелия, Воронов наверняка бы взволновался.

   - Надеюсь,  не случилось землетрясения,  которое поглотило всех наших
врагов?

   - Врагов не поглотило, но друзей прибавилось! - Савелий хитро подмиг-
нул. - Ладно темнить!

   - Хорошо, начну по порядку. Нашелся наш иностранец!

   - Мальчик?  - воскликнул Андрей.  - Да. Менты его застукали и пошли к
полковнику доложить, да Бесик их отослал, сказав, что Севостьянов занят,
и он сам доложит ему о мальчике при первом удобном случае.  Причем, зая-
вил, что полковнику о мальчике все известно. Как ты понимаешь, он имел в
виду мальчика Андрианы. А ее сынишка сейчас находится в Москве!

   - Что будем делать с Андрианой? - задумчиво проговорил Воронов.

   Савелий наморщил лоб. Он действительно не подумал о том, что Андриана
может поднять шум по поводу исчезновения своего сына,  а менты  вспомнят
про Али, и все моментально раскроется!

   - Мужики,  с Андрианой я все улажу! Только вы, подполковник, подтвер-
дите,  что с ребенком все в полном порядке,  и в самом скором времени он
снова будет с ней,  - предложил Бесик.  - Устраивает? - Вполне! - кивнул
Воронов. - Ты вспомнил, о каком Кешке шла речь? - спросил его Савелий.

   - Конечно.  Это тот,  с которым ты рыбку ловил, а потом в зоне сидел,
так?

   - Так! Можешь себе представить - Кешка тоже в этой зоне!

   - Сидит или работает? - серьезным тоном спросил Воронов.

   - Кешка?  Чтобы он работал на эту мразь? Это даже не смешно! - За что
его?  - За убийство! - За убийство? Только этого нам не хватало! - А как
бы  ты  поступил?  Мужик  отсидел трешник за нее,  она ему пишет сладкие
письма, а когда он возвращается - застает ее в постели с любовником!

   - Да,  меня бы точно заклинило,  - чуть подумав, признался Воронов. -
Вряд ли она осталась бы в живых!

   - Вот!  - торжествующе воскликнул Савелий.  - Он тоже не сдержался. -
Не повезло мужику!  И сколько он здесь?  - Около двух лет, - пояснил Бе-
сик.  - Он чуть раньше меня пришел.  Кстати,  я его с трудом уговорил не
участвовать в "охоте".  Кешка рвался, говорил, что хоть одну мразь с со-
бой прихватит на тот свет и будет доволен!

   - Да,  можно представить его состояние! - вздохнул Воронов, и Савелий
понял,  что тот вспомнил свою благоверную. С Андреем произошла почти та-
кая же история, правда, обошлось без крови, потому что он не застал ее с
любовником,  а она сама призналась в измене.  Савелий даже ругнулся  про
себя, поняв, что нечаянно разбередил старую рану своего братишки.

   - Что ж,  мужики, давайте еще раз пройдемся по плану, чтобы не забыть
чего, - предложил Бесик, почувствовав, что неплохо сменить тему разгово-
ра.


Взрыва не будет

   Выслушав доклад Красавчика-Стива про детей и Ронни, Рассказов доволь-
но потер руки.

   - С паршивой овцы хоть шерсти клок!  - бросил он.  - Теперь,  дорогой
Стив, и ты чист перед российскими властями, и я перед Интерполом! А сей-
час мне хотелось бы услышать,  как обстоят дела в "Райском уголке". - Он
вопросительно взглянул на Григория Марковича.

   - С выпуском продукции все нормально,  с дисциплиной тоже,  вроде без
проблем.  Слабое  место - транспортировка.  Нередки задержки с отгрузкой
готовой продукции, затоваривание складов - приходится останавливать кон-
вейер. - Григорий Маркович докладывал спокойным, будничным тоном, словно
зачитывал сводку погоды.  Красавчик-Стив чуть заметно усмехался, покачи-
вал головой, бросая хитрые взгляды на своего любимого Хозяина.

   - Как  же  я устал от всего этого!  - Рассказов взглянул на Красавчи-
ка-Стива.  - Мне кажется,  что у тебя свое мнение  по  поводу  "Райского
уголка"? Или я ошибаюсь?

   - В  основном мое мнение совпадает с мнением Григория Марковича...  -
начал Стив осторожно, но Рассказов резко его оборвал:

   - Ты не темни!  Знаешь, что я не люблю этого! Говори, не бойся: кроме
меня,  тебя все равно больше никто не накажет, если ты допустишь ошибку!
- Он посмотрел на своего любимца тяжелым,  но хитрым  взглядом,  который
был  очень хорошо знаком Красавчику-Стиву,  и тот пошел ва-банк,  решив,
что есть хороший шанс отличиться перед Хозяином.

   - Григорий Маркович опустил одну, на мой взгляд, немаловажную деталь.
Скоропостижно  скончался майор Колосников!  - Красавчик-Стив многозначи-
тельно замолчал.  Дело в том,  что Колосникова взяли в колонию по личной
рекомендации Рассказова,  и Григорий Маркович допустил серьезный промах,
не доложив о его смерти Хозяину.

   - Я не посчитал это важным,  потому что он умер от сердечного присту-
па!  - попытался оправдаться Григорий Маркович.  КрасавчикСтив снова ус-
мехнулся.

   - Ты понимаешь,  что говоришь? - взорвался вдруг Рассказов. - Умирает
мой человек, а ты считаешь это несущественным? А ты что скалишься? - на-
кинулся он на своего любимчика. - Если что-то знаешь, говори!

   - И скажу,  шеф!  - смело проговорил Стив и даже встал  с  кресла.  -
Представьте:  здоровый мужик, прилично выпил с нами, девку дважды оттра-
хал,  а на следующий лень вдруг ни с того ни с сего помер от сердца? Ко-
нечно, такое заключение дал доктор "Райского уголка", но у этого конова-
ла один диагноз на все случаи.  Это был главный козырь Красавчика-Стива:
у Григория Марковича болела голова,  а доктор,  смерив ему температуру и
давление,  сказал, что у него "пошаливает мотор". Стив все точно р