КОЛУМБ БЫЛ ОСТОЛОПОМ


     В прохладные сумерки бара вошел новый посетитель, и сидящий у столика
в  углу   жизнерадостный   толстяк   завопил,   перекрывая   голосом   шум
кондиционера:
     - Эй, Фред! Фред Нолан! Идите  к  нам!  Познакомьтесь  с  профессором
Эпплби -  главным  инженером  звездолета  "Пегас".  Я  только  что  продал
профессору партию стали для его коробочки, давайте по этому поводу выпьем!
     -  С  удовольствием,  мистер  Барнс,  -  согласился  Нолан.  -  А   с
профессором мы знакомы, моя компания поставляет ему приборы.
     - Ну тогда тем более необходимо выпить. Что вам, Фред? "Старомодный"?
А вам, профессор?
     - И мне. Только не зовите меня профессором, пожалуйста. Во-первых,  я
не профессор,  во-вторых,  чувствую  себя  стариком,  когда  вы  меня  так
называете.
     - Хорошо, док! Эй, Пит, два "старомодных" и один двойной "манхэттен"!
А я-то и впрямь раньше представлял вас старцем с длинной седой бородой. Но
вот теперь, познакомившись с вами, все никак не могу понять...
     - Что именно?
     - Зачем вам, в ваши-то годы, хоронить себя в такой глуши...
     - "Пегас" ведь в Нью-Йорке не построишь, - заметил  Эпплби,  -  да  и
стартовать отсюда удобнее.
     - Оно, конечно, но я о другом. Я вот о чем... Вам  нужны  специальные
сплавы для звездолета. Пожалуйста, я продам. Но скажите мне,  на  кой  вам
все это сдалось? Что вас тянет на эту Проксиму Центавра?
     - Ну, этого не объяснишь, -  улыбнулся  Эпплби.  -  Что  тянет  людей
взбираться на Эверест? Что тянуло Пири на Северный  полюс?  Почему  Колумб
уговорил королеву заложить ее бриллианты?
     Бармен принес поднос с напитками.
     - Послушай, Пит, - обратился Барнс к нему. - Ты бы согласился  лететь
на "Пегасе"?
     - Нет. Мне здесь нравится.
     - В одних живет дух Колумба, в других он умер, - отметил Эпплби.
     - Колумб рассчитывал вернуться обратно, - стоял на своем Барнс.  -  А
вы? Вы же сами говорили, что лететь не меньше шестидесяти лет.  Вы  же  не
долетите!
     - Мы - нет, наши дети - да. А обратно вернутся наши внуки.
     - Но... Вы что, женаты?
     -  Разумеется.  Экипаж  подбирается  только  семьями.   Весь   проект
рассчитан на два-три поколения. - Инженер вынул  из  кармана  бумажник.  -
Вот, пожалуйста, миссис Эпплби и Диана. Ей три с половиной года.
     - Хорошенькая девочка, - взглянул на фотографию Барнс. - И что  же  с
ней будет?
     - Как что? Полетит с  нами,  разумеется.  -  Допив  коктейль,  Эпплби
встал. - Пора домой.
     - Теперь моя очередь угощать, - сказал Нолан после его ухода.  -  Вам
то же самое?
     - Ага. - Барнс поднялся из-за стола. - Пошли  за  стойку,  Фред,  там
пить удобнее, а мне сейчас надо не меньше шести бокалов.
     - Пошли. А с чего это вы так завелись?
     - То есть как "с чего"? Разве вы не видели фото?
     - Ну и что?
     - Что! Я торговец, Фред, продаю сталь,  и  мне  плевать,  на  что  ее
употребит заказчик. Я готов продать веревку человеку,  который  собирается
ею удавиться. Но я люблю детей. А тут эта малышка, которую родители  берут
в сумасшедшую экспедицию!..  Да  ведь  они  обречены  на  гибель!  Они  не
долетят!
     - Может, и долетят.
     - Все равно это безумие. Давайте скорее, Пит, и  налейте  себе  тоже.
Вот Пит, он у нас человек мудрый! Он-то ни в какие  звездные  авантюры  не
пустится. Подумаешь, тоже! Колумб! Да дурак он был, Колумб! Остолоп! Сидел
бы себе дома и не рыпался!
     - Вы неверно меня поняли, мистер Барнс, - покачал головой  бармен.  -
Ведь если бы не такие люди, как Колумб, нас  бы  сегодня  не  было  здесь,
верно? Просто  по  характеру  я  не  путешественник.  Но  путешественников
уважаю. И ничего  не  имею  против  "Пегаса".  А  дети  были  и  на  борту
"Мэйфлауэра".
     - Это совсем не одно и то же, - возразил  Барнс. -  Если  бы  господь
предназначал человека для полетов к звездам, он создал бы нас с  ракетными
двигателями.
     - Мой  старик,  помнится,  считал  необходимым  ввести  закон  против
летательных аппаратов, потому что людям от природы не дано летать. Он  был
не прав. Людям всегда  хочется  попробовать  что-нибудь  новое,  отсюда  и
прогресс.
     - Вот уж не думал, что вы помните время, когда люди еще не летали,  -
сказал Нолан.
     - О, что вы, я уже стар! Да уже здесь лет десять прожил, не меньше.
     - А по свежему воздуху не скучаете?
     - Нет. Когда я  продавал  напитки  на  Сорок  второй  улице,  свежего
воздуха там не было и в помине, так что не по чему скучать.  А  здесь  мне
нравится. И всегда есть что-то новое. Сначала атомные лаборатории,  сейчас
вот "Пегас". А главное - здесь  мой  дом.  И...  всего  одна  шестая  сила
тяжести. На Земле у меня все время опухали ноги, когда я стоял за стойкой,
а здесь я вешу всего тридцать пять фунтов. Нет,  мне  нравится  здесь,  на
Луне.