Рефераты по творчеству Блока -Творчество А. А. Блока - Лирика Блока.

Личный поэтический опыт Блока, разумеется, перекликался с общим путем развития русского искусства. В предреволюционные годы оно переживало подъем романтических настроений с мечтой о героическом преобразовании мира.

Девятисотые годы были временем писательского роста и успеха молодого Блока. Он становится профессиональным литератором, имя его приобретает уже довольно широкую известность. Он сотрудничает со многими журналами и газетами, и не только как поэт и драматург, но и как критик и публицист. Блок активно участвует в литературной полемике, отстаивая свои взгляды на существо искусства и задачи художника, выступает с публичными докладами и лекциями.

В 1903-1906 гг. Блок все чаще и чаще обращается к социальной поэзии. Он сознательно уходит из мира лирической отъединенности своих лирических стихов туда, где живут и страдают «многие». Содержанием его произведений становится действительность, «повседневность» (хотя и истолковываемая порой сквозь призму мистики). В этой «повседневности» Блок все настойчивее выделяет мир людей, унижаемых бедностью и несправедливостью.
В стихотворении «Фабрика» (1903) тема народного страдания выходит на первый план (ранее она лишь брезжила сквозь образы городской «чертовщины» — «По городу бегал черный человек...» (1903). Теперь мир оказывается разделенным не на «небо» и «землю», а на тех, кто, скрытый за желтыми окнами, принуждает людей «согнуть измученные спины», и на нищий народ. В произведении отчетливо звучат интонации сочувствия «нищим».
Блок постоянно ощущает тревожную необходимость искать какие-то новые пути, новые высокие идеалы. И именно эта неуспокоенность, скептическое отношение к универсальному скепсису, напряженные поиски новых ценностей отличают его от внутренне самодовольного декадентства.
В знаменитом стихотворении «Незнакомка» (1906) лирический герой взволнованно вглядывается в прекрасную посетительницу загородного ресторана, тщетно пытается узнать, кто перед ним: воплощение высокой красоты, образ «древних поверий», или Незнакомка — женщина из мира пьяниц «с глазами кроликов»? Миг — и герой готов поверить, что перед ним — просто пьяное видение, что «истина в вине» . Но, несмотря на горькую иронию заключительных строк, общий эмоциональный строй стихотворения все же не в утверждении иллюзорности истины, а в сложном сочетании преклонения перед красотой, волнующего чувства тайны жизни и неутолимой потребности ее разгадать.

И медленно, пройдя меж пьяными.
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругуе шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Блок — поэт, потрясенно воспринимавший мир. Неудивительно, что опыт революции 1905 г. не только не прошел для него бесследно, но и отразился наиболее заметно в творчестве 10-х годов. Времени, когда после поражения первой революции и утраты надежд общества ,связанных с Манифестом Николая II, Россию накрыла волна реакции.
Жизнь, по Блоку, имеет два цвета: серый и красный. Серый – это паучий цвет гибели, высасывающий, это и цвет времени, однообразно проходящих дней. У Блока есть стихи о людях потонувших в сером. Красный цвет – безумное беспутство, пьяное веселье, отчаянье и блуд.

Блещут искристые гривы
Золотых, как жар, коней,
Мчатся бешеные дива
Жадных облачных грудей,

Красный дворник плещет вёдра
С пьяно-алою водой,
Пляшут огненные бёдра
Проститутки площадной…

Не случайно «хмельная» страсть неотделима от образов хоровода, от интонаций русской плясовой или частушки, позднее так ярко проявившихся в его поэме «Двенадцать».

Гармоника, гармоника! Эй, пои, визжи и жги!
Эй, желтенькие лютики,
Весенние цветки!

С ума сойду, сойду с ума,
Безумствуя,люблю,
Что вся ты — ночь, и вся ты — тьма,
И вся ты — во хмелю...

В лирических стихах поэта образы луны, фонарей, мрака сопутствуют переживаниям героя. Блок изображает как бы временную любовь, имеющую свой короткий путь, свой регламент встреч. Чувства героев неполны и преходящи, что болезненно сознают сами влюблённые.

Я люблю вас тайно, тёмная подруга…

В этой любви, отравленной предчувствием разлуки, нет полноты блаженства, детской безмятежности, нет того, что, как казалось Блоку, он испытывал в безмятежные дни юности, в стихах, обращенных к «Прекрасной Даме».

В поэзии первого тома его трилогии лирики (Изд. Мусагет 1912гг) «Стихи о Прекрасной Даме» повествует о начале духовного становления героев. Это прекрасное царство юности, мир первой любви, идеализированного восприятия окружающего. Но неумолимая сила всеобщего движения разрушает первозданную гармонию «синего берега рая».
Второй том посвящен изображению «низвержения» героев с вершин одинокого счастья в «страшный мир» действительности (в основе этого тома лежат сборник «Нечаянная Радость» и цикл «Снежная маска»). В третьем томе звучит мелодия «прошлого», благословение мира первой любви, мира юности.

И вижу в снах твой образ, твой прекрасный,
Каким он был до ночи злой и страстной,
Каким являлся мне. Смотри:
Все та же ты, какой цвела когда-то,
Там, над горой туманной в зубчатой,
В лучах немеркнущей зари.

Поэт вспоминает старый дом, духовную родину лирического «я», голубой и розовый мир неба и закатного солнца, мир веселья и музыки, гармонии «Стихов о Прекрасной Даме». Под роковым воздействием «страшного мира» в лирическом «я» выявляются черты «демона», предателя — «Иуды» и даже «вампира» (цикл «Черная кровь»). Эти его облики подчеркивают мотив личной ответственности за царящее в мире зло.
В «трилогии» возникает тема трагической вины человека. Одновременно «я» предстает и как «нищий», «униженный»» обреченный на гибель («Поздней осенью из гавани...» ). Мысль героя о вине личности за зло современной ему действительности повлекла за собою вторжение
в содержание второго и особенно третьего «тома» Лирики толстовского «исповедального» пафоса, но при этом изображение самой действительности пронизано диалектическим мироощущением. Жизнь не только страшна, но и прекрасна своей сложностью, динамизмом чувств и страстей.

В легком сердце — страсть я беспечность,
Словно с моря мне подан знак.
Над бездонным провалом в вечность,
Задыхаясь, летит рысак.
Снежный ветер, твое дыханье,
Опьяненные губы мои...
Валентина, звезда, мечтанье!
Как поют твои соловьи...

Идея трагической вины сменяется в «трилогии» важным для творчества Блока мотивом осознанного, мужественно-волевого выбора пути. В «третьем томе» герой предстает и в героическом, и в жертвенном облике. Это все как бы части души лирического «я». Но в восприятии поэта переход от настоящего к будущему связан с иным героем — воином, борцом «за святое дело». И как бы ни было глубоко порою в поэзии Александра Блока «последнее отчаяние», в ней живет вера в грядущее, вера в Россию.