Практика Верховного Суда

(Доровских И.)

("Трудовое право", 2006, N 10)

Текст документа

ПРАКТИКА ВЕРХОВНОГО СУДА

И. ДОРОВСКИХ

Сокращение штата

Нормативное положение, регулирующее порядок зачисления сотрудника в распоряжение начальника таможенного органа Российской Федерации при проведении организационно-штатных мероприятий, утверждено Федеральной таможенной службой Российской Федерации в пределах компетенции.

Пунктом 5 Инструкции о порядке зачисления сотрудника в распоряжение начальника таможенного органа Российской Федерации при проведении организационно-штатных мероприятий (далее - Инструкция), утвержденной Приказом Федеральной таможенной службы РФ от 2 февраля 2005 г. N 75, предусмотрено, что время нахождения в распоряжении не может превышать срока действия контракта, ранее заключенного с сотрудником по должности, которая была сокращена при проведении организационно-штатных мероприятий.

В случае окончания срока действия контракта в период нахождения в распоряжении сотрудник должен быть назначен на штатную должность до даты окончания срока действия контракта, и с ним заключается контракт по новой должности, либо уволен со службы с даты окончания контракта по подпункту 4 пункта 2 статьи 48 Федерального закона или по иным основаниям, предусмотренным указанной статьей.

Ч. обратился в Верховный Суд РФ с заявлением о признании недействующим пункта 5 Инструкции, считая его противоречащим пункту 5 статьи 18 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации", Трудовому кодексу РФ и нарушающим его трудовые права.

Решением Верховного Суда РФ от 10 марта 2006 г. в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Ч. просит решение суда отменить и принять новое решение об удовлетворении заявленных требований.

Обсудив доводы кассационной жалобы, Кассационная коллегия Верховного Суда РФ не находит оснований для ее удовлетворения.

Статья 2 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 114-ФЗ "О службе в таможенных органах Российской Федерации" устанавливает, что законодательство Российской Федерации о службе в таможенных органах основывается на Конституции РФ и состоит из Таможенного кодекса РФ, настоящего Федерального закона и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, регулирующих порядок прохождения службы в таможенных органах.

Оспариваемое заявителем правило входит в состав норм раздела 1 Инструкции, утвержденной Приказом Федеральной таможенной службы РФ от 2 февраля 2005 г. N 75, который содержит общие положения о порядке зачисления сотрудника в распоряжение начальника таможенного органа Российской Федерации при проведении организационно-штатных мероприятий.

Постановлением Правительства РФ от 21 августа 2004 г. N 429 утверждено Положение о Федеральной таможенной службе, в пункте 7 которого определены полномочия Федеральной таможенной службы РФ на издание нормативных правовых актов по вопросам, связанным с решением кадровых вопросов и вопросов организации деятельности службы.

Следовательно, нормативное положение, регулирующее порядок зачисления сотрудника в распоряжение начальника таможенного органа Российской Федерации при проведении организационно-штатных мероприятий, утверждено Федеральной таможенной службой РФ в пределах своей компетенции.

Оценивая оспариваемую норму по ее содержанию, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что она соответствует законодательству Российской Федерации о службе в таможенных органах.

Довод кассационной жалобы о том, что пункт 5 Инструкции упраздняет предусмотренную федеральным законом процедуру сокращения, ошибочен, оспариваемая норма не устанавливает дополнительного основания для увольнения сотрудника таможенного органа.

В силу статьи 10 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации" контракт заключается в письменной форме между гражданином и соответствующим таможенным органом в лице его начальника на срок один год, три года, пять или десять лет, а также до достижения гражданином предельного возраста пребывания на службе в таможенных органах с соблюдением требований настоящего Федерального закона.

Поступление на службу в таможенные органы является добровольным и осуществляется на условиях контракта о службе в таможенных органах, заключаемого в письменной форме между гражданином и соответствующим таможенным органом в лице его начальника на определенный срок, по истечении которого сотрудник может быть уволен со службы, если по соглашению сторон до истечения срока его действия не будет заключен контракт на новый срок. Правовая природа контракта как акта, заключаемого на конкретный срок, предполагает, что регулируемые им правоотношения при наступлении определенной календарной даты (истечении срока) прекращаются. Таким образом, заключая контракт о службе в таможенных органах, гражданин тем самым соглашается и с тем, что по окончании предусмотренного контрактом срока его служба в таможенных органах будет прекращена (Определение Конституционного Суда РФ от 20 октября 2005 г. N 378-О).

В статье 48 Федерального закона "О службе в таможенных органах Российской Федерации" перечислены основания для прекращения службы в таможенных органах, в частности увольнение со службы в таможенных органах по окончании срока службы, предусмотренного контрактом, и увольнение в связи с проведением организационно-штатных мероприятий.

Согласно пункту 5 статьи 18 этого Федерального закона при увольнении сотрудника таможенного органа в связи с ликвидацией таможенного органа либо сокращением численности или штата сотрудников таможенного органа он для последующего трудоустройства зачисляется с его согласия в распоряжение начальника таможенного органа на срок до трех месяцев с сохранением денежного довольствия.

Поскольку указанные основания прекращения службы в таможенных органах являются самостоятельными, то время нахождения в распоряжении не может превышать срока действия контракта, заключенного с сотрудником по должности, которая была сокращена при проведении организационно-штатных мероприятий, так как по окончании этого срока отношения, основанные на контракте, прекращаются.

Доводы кассационной жалобы по сути сводятся к несогласию с увольнением по основанию истечения срока действия контракта, который, по мнению заявителя, на него не распространяется. Эти доводы, относящиеся к оспариванию обоснованности увольнения, не имеют правового значения при проверке в порядке абстрактного контроля нормативного правового акта и не влияют на законность принятого судом решения.

При таком положении суд сделал обоснованный вывод о том, что оспариваемая норма не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, и в соответствии с частью первой статьи 253 ГПК РФ принял решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Оснований, предусмотренных статьей 362 Гражданского процессуального кодекса РФ, для отмены решения суда в кассационном порядке не имеется.

(По материалам Определения Верховного Суда РФ

от 30 мая 2006 г. N КАС06-135)

Пенсии

Оценка пенсионных прав застрахованных лиц осуществляется путем конвертации с учетом повышения предельного отношения среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации в зависимости от размера районных коэффициентов, установленных к заработной плате рабочих и служащих в централизованном порядке.

П. обратился в суд с заявлением к государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда РФ в Бурейском районе Амурской области об отмене решения комиссии по пенсионным вопросам от 20 января 2004 г., которым отказано в назначении досрочной трудовой пенсии, и обязании государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда РФ в Бурейском районе о назначении досрочной трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

В обоснование заявленных требований П. указал, что с 24 сентября 1974 года работал на Зейской ГЭС в г. Зея Амурской области, который отнесен к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера. С 7 июня 1976 года он был переведен на строительство Бурейской ГЭС в поселок Талакан Бурейского района, где проработал по 31 декабря 2001 года. По достижении возраста 55 лет П. обратился к ответчику за назначением ему досрочной трудовой пенсии с применением отношения его среднемесячного заработка к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации 1,4, в чем ему было отказано. Однако, по мнению П., данный отказ следует признать незаконным, поскольку Постановлением Госкомтруда СССР и ВЦСПС N 126/10 от 13 мая 1976 г. на него распространялись льготы, предусмотренные за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в том числе льготы по пенсионному обеспечению.

Ответчик иск не признал.

Решением Бурейского районного суда Амурской области от 12 апреля 2004 года заявление удовлетворено. Суд признал решение комиссии по пенсионным вопросам государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда РФ в Бурейском районе Амурской области от 20 января 2004 г. об отказе в назначении пенсии незаконным и обязал назначить П. досрочную трудовую пенсию с учетом соотношения среднемесячного заработка к среднемесячной заработной плате по Российской Федерации с районным коэффициентом, равным 1,4.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 30 июня 2004 г. решение оставлено без изменения.

Постановлением президиума Амурского областного суда от 19 декабря 2005 г. указанные судебные постановления оставлены без изменения.

В надзорной жалобе государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в Бурейском районе Амурской области просит судебные постановления, состоявшиеся по данному делу, отменить.

Определением судьи Верховного Суда РФ от 15 февраля 2006 г. дело истребовано в Верховный Суд РФ и Определением от 14 апреля 2006 г. передано для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РФ.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит ее подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

При рассмотрении данного дела существенное нарушение норм материального права допущено судом первой, второй и надзорной инстанции.

Согласно Постановлению Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10 "О районном коэффициенте и льготах работникам управления строительства "ЗеяГЭСстрой", занятым на строительстве Бурейской ГЭС", для работников управления "ЗеяГЭСстрой", занятых на сооружении Бурейской ГЭС, в виде исключения на период строительства этого объекта был установлен районный коэффициент к заработной плате в размере 1,4 и льготы, предусмотренные за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, действующие на строительстве Зейской ГЭС. Расходы, связанные с применением указанного коэффициента и льгот, предоставлялись в пределах фонда заработной платы, утвержденного Министерством энергетики и электрификации СССР.

Суд, руководствуясь положением приведенного Постановления, пришел к выводу о том, что за работниками, переведенными из управления "ЗеяГЭСстрой" на строительство Бурейской ГЭС, сохранялись предусмотренные для местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, льготы, в том числе и по пенсионному обеспечению.

Вместе с тем, учитывая подпункт 6 пункта 1 статьи 28 и статью 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", суд признал за П. право на досрочное назначение пенсии, засчитав период работы на Бурейской ГЭС как на территории, относящейся к районам Крайнего Севера, и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, и применил коэффициент 1,4 при соотношении среднего заработка пенсионера к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации.

Суды кассационной и надзорной инстанций согласились с выводами и решением суда первой инстанции.

Судебная коллегия не может согласиться с приведенными выводами суда первой, второй и надзорной инстанций, так как они основаны на неправильном толковании и применении норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела.

Из материалов дела видно, что на момент обращения за назначением досрочной трудовой пенсии П. достиг возраста 55 лет, его страховой стаж более 20 лет, а специальный трудовой стаж составляет 1 год 8 месяцев 13 дней (л. д. 7).

В соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" трудовая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 7 настоящего Федерального закона: мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

На основании пункта 2 статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" для граждан, проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, оценка пенсионных прав застрахованных лиц осуществляется путем конвертации с учетом повышения предельного отношения среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации в зависимости от размера районных коэффициентов, установленных к заработной плате рабочих и служащих в централизованном порядке. При этом, если установлены разные коэффициенты к заработной плате, учитывается коэффициент к заработной плате, действующий в данном районе или местности для рабочих или служащих непроизводственных отраслей.

При назначении трудовой пенсии по старости в соответствии с подпунктами 2, 6 и 13 пункта 1 настоящей статьи применяется Перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, применявшийся при назначении государственных пенсий по старости в связи с работой на Крайнем Севере по состоянию на 31 декабря 2001 года.

Таким Перечнем, утвержденным Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. (с последующими изменениями и дополнениями), по состоянию на 31 декабря 2001 года Бурейский район не отнесен к районам Крайнего Севера и местностям, приравненным к районам Крайнего Севера.

Постановление Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10 "О районном коэффициенте и льготах работникам управления строительства "ЗеяГЭСстрой", занятым на строительстве Бурейской ГЭС" не относит территорию, на которой находится сооружение Бурейской ГЭС, к районам Крайнего Севера и к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера.

Названное Постановление устанавливает в виде исключения только на период строительства данного объекта районный коэффициент к заработной плате в размере 1,4 и льготы, предусмотренные за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, действующие на строительстве Зейской ГЭС, и направлено лишь на регулирование трудовых, а не пенсионных правоотношений.

Поэтому вывод суда надзорной инстанции о том, что в силу Постановления Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10 и Рекомендаций Министерства социального обеспечения РСФСР от 16 декабря 1986 г. на истца в период его работы на Бурейской ГЭС распространялись льготы по пенсионному обеспечению, основан на неправильном толковании норм материального права. Данный вывод сделан судом без учета пункта 110 Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 3 августа 1972 г. N 590, действовавшего на период работы истца на Бурейской ГЭС, в силу которого льготное исчисление стажа для назначения пенсии было установлено только для периодов работы на Крайнем Севере и местностях, приравненных к Крайнему Северу. Следовательно, норм закона, действовавших в период работы П. на строительстве Бурейской ГЭС, которые предусматривали бы право на льготное назначение пенсий такой категории работников, не имеется.

Выводы суда первой, второй и надзорной инстанций о том, что поскольку объем пенсионных прав неразрывно связан с объемом тех прав и льгот, которыми пользовался работник во время выполнения трудовых функций, то льготы, предусмотренные в Постановлении Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10, подлежат применению и к пенсионным правоотношениям, несостоятельны, так как нормы трудового и нормы пенсионного законодательства содержат различные условия предоставления соответствующих прав и льгот.

Так, льготные основания для назначения пенсии на момент обращения П. за пенсией установлены специальными нормами, в частности статьей 28 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

Судебная коллегия также находит неправильным суждение суда о необходимости применения районного коэффициента в размере 1,4, установленного Постановлением Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10, поскольку установление такого коэффициента носило временный характер, в связи с чем он не может быть отнесен к тем районным коэффициентам, которые устанавливаются в централизованном порядке (органами государственной власти СССР, федеральными органами государственной власти) к заработной плате лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в целях возмещения дополнительных материальных и физиологических затрат гражданам. Соответственно, отношение среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации должно учитываться согласно пункту 2 статьи 28 и пункту 2 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ в размере не свыше 1,2.

Ссылка суда надзорной инстанции на то обстоятельство, что ранее органы социального обеспечения назначали пенсии работникам управления строительства "ЗеяГЭСстрой", занятым на строительстве Бурейской ГЭС, на льготных основаниях, а в последующем выплата таких пенсий была прекращена по мотивам утраты юридической силы Постановления Госкомтруда СССР и ВЦСПС от 13 мая 1976 г. N 126/10, в связи с чем суд при рассмотрении конкретных дел восстанавливал пенсионные права граждан, не может быть признана состоятельной. Принятые по конкретным делам судебные постановления в силу части первой статьи 61 ГПК РФ не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела.

При таких обстоятельствах, учитывая положения приведенных статей 28 и 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", правовых оснований для назначения П. льготной трудовой пенсии и с учетом соотношения среднемесячного заработка к среднемесячной заработной плате по Российской Федерации с районным коэффициентом 1,4 не имеется.

С учетом изложенного состоявшиеся по делу судебные постановления судебная коллегия признает незаконными и подлежащими отмене.

Принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены, судебная коллегия находит возможным, отменяя судебные постановления, принять новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, поскольку судебными инстанциями допущена ошибка в применении и толковании норм материального права.

Вместе с тем в силу статьи 1109 Гражданского кодекса РФ суммы пенсии, выплаченные П., возврату не подлежат.

(По материалам Определения Верховного Суда РФ

от 26 мая 2006 г., дело N 59-В06-12)

Льготы

Право педагогических работников на бесплатную жилую площадь с освещением и отоплением в сельской местности является федеральной мерой социальной поддержки.

22 декабря 2004 г. Советом народных депутатов Камчатской области принят Закон N 246 "О мерах социальной поддержки специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области, по оплате ими жилья и коммунальных услуг" (с изменениями от 17 марта 2005 г. и 12 мая 2005 г.).

Полагая, что ряд норм областного закона не соответствует требованиям федерального законодательства, прокурор Камчатской области обратился в суд с заявлением о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению абзаца второго статьи 3 в части слов "в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста", абзаца четвертого статьи 3 в части слов "в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста", абзаца шестого статьи 3 в части слов "в объеме не более 50 кВт".

Представитель Совета народных депутатов Камчатской области и представитель губернатора Камчатской области (далее - представители) признали изложенные в заявлении прокурора области требования частично. Требования о признании противоречащими федеральному законодательству, недействующими и не подлежащими применению абзаца второго статьи 3 в части слов "в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста", абзаца шестого статьи 3 в части слов "в объеме не более 50 кВт" не признали.

По их мнению, освобождение от платы за содержание и ремонт жилья в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста является льготой, то есть дополнительной мерой социальной поддержки, и не может ухудшить положение специалистов по сравнению с ранее действовавшим законодательством.

Также, по утверждению представителей, освобождение от платы за электроэнергию в объеме не более 50 кВт не ухудшает положение специалистов, так как действовавшее ранее законодательство не предусматривало освобождение от платы за электроэнергию в полном объеме, а только за освещение. Объем же в 50 кВт, по мнению представителя губернатора Камчатской области, не только включает в себя затраты на освещение, но и покрывает часть электроэнергии, используемой другими электроприборами.

Следовательно, по заявлению представителей, названные положения Закона Камчатской области N 246 "О мерах социальной поддержки специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области, по оплате ими жилья и коммунальных услуг" не противоречат федеральному законодательству и не могут ухудшать положение специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области.

Решением Камчатского областного суда от 29 марта 2006 г. заявление прокурора удовлетворено.

В кассационной жалобе администрации Камчатской области поставлен вопрос об отмене решения суда по мотиву его незаконности.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены решения суда не находит.

Как видно из материалов дела и установлено судом, Закон Камчатской области от 29 декабря 2004 г. N 246 "О мерах социальной поддержки специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области, по оплате ими жилья и коммунальных услуг" издан в связи с принятием Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", пунктом 2 статьи 153 которого установлено, что при издании органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления в связи с принятием настоящего Федерального закона, нормативных правовых актов должны быть соблюдены следующие условия:

- вновь устанавливаемые размеры и условия оплаты труда (включая надбавки и доплаты), размеры и условия выплаты пособий (в том числе единовременных) и иных видов социальных выплат, гарантии и компенсации отдельным категориям граждан в денежной форме не могут быть ниже размеров и условий оплаты труда (включая надбавки и доплаты), размеров и условий выплаты пособий (в том числе единовременных) и иных видов социальных выплат, гарантий и компенсаций в денежной форме, предоставлявшихся соответствующим категориям граждан по состоянию на 31 декабря 2004 года;

- при изменении после 31 декабря 2004 года порядка реализации льгот и выплат, предоставлявшихся отдельным категориям граждан до указанной даты в натуральной форме, совокупный объем финансирования соответствующих льгот и выплат не может быть уменьшен, а условия предоставления ухудшены.

В соответствии с частью первой статьи 160 ЖК РФ отдельным категориям граждан в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, могут предоставляться компенсации расходов на оплату жилых помещений и коммунальных услуг за счет средств соответствующих бюджетов.

Согласно статье 8 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса РФ" до внесения изменений в федеральные законы и иные нормативные акты в части замены порядка предоставления в соответствии со статьей 160 Жилищного кодекса РФ компенсаций сохраняется прежний порядок предоставления указанных льгот, установленный данными Федеральными законами.

Абзацем третьим пункта 5 статьи 55 Закона РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 "Об образовании" установлено, что педагогические работники образовательных учреждений в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, пользуются правом на бесплатную жилую площадь с отоплением и освещением в сельской местности, рабочих поселках (поселках городского типа), на первоочередное предоставление жилой площади.

При этом статья 59 Жилищного кодекса РСФСР предусматривала, что для перечисленных категорий работников льготы по обеспечению бесплатного освещения и отопления предоставляются без каких-либо ограничений и норм.

По нормам может предоставляться только жилое помещение.

Федеральным законом N 122-ФЗ от 22 августа 2004 г. "О внесении изменений в законодательные акты РФ и признании утратившими силу некоторых законодательных актов РФ в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов РФ" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ" пунктом 30 статьи 16 абзац третий пункта 5 статьи 55 Закона "Об образовании" дополнен предложением: "Размер, условия и порядок возмещения расходов, связанных с предоставлением указанных мер социальной поддержки, устанавливаются законодательными актами субъектов РФ".

Следовательно, как правильно указал суд, право педагогических работников на бесплатную жилую площадь с освещением и отоплением в сельской местности является федеральной мерой социальной поддержки и должно предоставляться в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Федеральным законом N 122-ФЗ от 22 августа 2004 года не отменено предоставление льгот для педагогических работников, а лишь предложено субъектам Российской Федерации установить размер, условия и порядок возмещения расходов, возникающих в связи с предоставлением указанных мер социальной поддержки, что учитывается в данном случае в межбюджетных отношениях.

Наделение законом субъектов РФ правом на установление порядка и условий возмещения расходов, возникающих в связи с предоставлением указанных мер социальной поддержки данной категории граждан, как обоснованно указал суд, направлено на создание механизма формирования межбюджетных отношений и не регулирует правоотношения по предоставлению льгот работникам образования.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что из системного анализа вышеприведенных норм законодательства следует, что право педагогических работников на бесплатную жилую площадь с освещением и отоплением в сельской местности не содержало и не должно содержать каких-либо ограничений в его предоставлении.

В связи с изложенным обоснованно признаны не соответствующими федеральному законодательству абзац второй статьи 3 в части слов "в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста", абзац четвертый статьи 3 в части слов "в пределах установленной социальной нормы площади жилья в расчете на специалиста", абзац шестой статьи 3 в части слов "в объеме не более 50 кВт" Закона Камчатской области от 29 декабря 2004 г. N 246 "О мерах социальной поддержки специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области, по оплате ими жилья и коммунальных услуг" (с изменениями от 17 марта 2005 г. и 12 мая 2005 г.), так как данные нормы Закона не только регулируют межбюджетные отношения, а устанавливают порядок и условия предоставления мер социальной поддержки данной категории граждан, что противоречит федеральному законодательству.

Довод представителя Совета народных депутатов Камчатской области о том, что плата за пользование жилым помещением фактически является платой за наем, а плата за содержание и ремонт жилья не входит в плату за пользование жилым помещением и является дополнительной льготой по отношению к действовавшей ранее системе льгот специалистам, работающим и проживающим в сельской местности и рабочих поселках (далее - специалисты), правильно признан ошибочным по следующим основаниям.

В силу части второй статьи 153 ЖК РФ обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает не только у нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но и у других категорий пользователей жилым помещением: арендатора, нанимателя по договору найма, члена жилищного кооператива, собственника.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 части первой, пунктом 1 части второй, части третьей статьи 154 ЖК РФ в состав платы за жилое помещение входит плата за содержание и ремонт жилья.

Обоснованно признано несостоятельным и утверждение представителя Совета народных депутатов Камчатской области о том, что освобождение от платы за электроэнергию в объеме не более 50 кВт не ухудшает положения специалистов.

Обоснованно суд не согласился и с утверждением представителя губернатора Камчатской области о том, что право, указанное в абзаце третьем пункта 5 статьи 55 Закона РФ "Об образовании", для педагогических работников образовательных учреждений на бесплатную жилую площадь установлено только для части жилого помещения, не включающего нежилую площадь этого помещения.

В целях установления платы за жилое помещение действовавшее ранее (глава 2 ЖК РСФСР) и ныне действующее (раздел VII ЖК РФ) жилищное законодательство не устанавливает деления жилого помещения на жилую и нежилую площадь.

Обоснование представителем губернатора Камчатской области соответствия федеральному законодательству установленного абзацем шестым статьи 3 Закона Камчатской области N 246 объема бесплатного потребления электроэнергии в размере 50 кВт тем, что отсутствует возможность раздельного учета потребления электроэнергии для освещения и иных целей, не является основанием для ограничения прав педагогических работников, предусмотренных Законом.

Таким образом, исходя из анализа указанных выше взаимосвязанных положений федерального законодательства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемые нормы Закона Камчатской области от 29 декабря 2004 г. N 246 "О мерах социальной поддержки специалистов, работающих и проживающих в сельской местности и рабочих поселках в Камчатской области, по оплате ими жилья и коммунальных услуг" (с изменениями от 17 марта 2005 г. и 12 мая 2005 г.) противоречат требованиям абзаца третьего пункта 5 статьи 55 Закона РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 "Об образовании", статьи 8 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса РФ", статьи 160 ЖК РФ, статьи 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ.

Вывод суда основан на анализе доказательств, мотивирован, соответствует требованиям закона, и оснований считать его неправильным у судебной коллегии не имеется.

Доводы кассационной жалобы по существу сводятся к неправильному истолкованию и применению судом норм материального права, с чем нельзя согласиться по указанным выше основаниям.

Ссылка в кассационной жалобе на то, что статья 3 оспариваемого Закона устанавливает льготы не только для педагогических работников образовательных учреждений, но и для иных категорий населения Камчатской области, перечисленных в статье 2 этого же Закона, не свидетельствует о незаконности решения суда.

Из содержания заявления прокурора видно, что по существу требование прокурора касалось педагогических работников. В этом же объеме оно было рассмотрено и судом, что следует из мотивировочной части решения суда.

Ни прокурором в заявлении, ни судом не анализировалось федеральное законодательство, касающееся прав на льготы специалистов в области ветеринарии, медицинских и фармацевтических работников, социальных работников, работников учреждений культуры и искусства, учреждений физкультуры и спорта (Закон РФ "Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан" и др. в совокупности с Федеральным законом N 122 от 22 августа 2004 г.).

Поскольку редакция оспариваемых норм не учитывала права педагогических работников на предусмотренные Федеральным законом "Об образовании" меры социальной поддержки, тем самым ограничивала их права, суд правильно признал оспариваемые нормы Закона противоречащими федеральному законодательству в полном объеме.

Нарушений судом норм материального и процессуального права, которые бы привели или могли привести к неправильному рассмотрению дела, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в кассационной жалобе, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 361, 362, 366 ГПК РФ, судебная коллегия оставила без изменения решение Камчатского областного суда от 29 марта 2006 года.

(По материалам Определения Верховного Суда РФ

от 26 июня 2006 г., дело N 60-Г06-12)

Название документа