Односторонний отказ от исполнения обязательства: пределы использования и соотношение с другими способами прекращения договорных обязательств

(Оболонкова Е. В.) ("Журнал российского права", 2007, N 2) Текст документа

ОДНОСТОРОННИЙ ОТКАЗ ОТ ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА: ПРЕДЕЛЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ И СООТНОШЕНИЕ С ДРУГИМИ СПОСОБАМИ ПРЕКРАЩЕНИЯ ДОГОВОРНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

Е. В. ОБОЛОНКОВА

Оболонкова Елена Викторовна - научный сотрудник ИЗиСП.

Одним из необходимых условий обеспечения стабильности экономического оборота, защиты прав и интересов его участников является неизменность обязательства. Статья 310 ГК РФ закрепляет этот принцип обязательственного права, но в то же время допускает исключения из него, предоставляя в определенных случаях сторонам обязательства возможность отказаться от его исполнения. Установленные статьей пределы использования права на односторонний отказ ограничиваются двумя группами случаев: во-первых, право на односторонний отказ может быть закреплено законом; во-вторых, предусмотрено договором при условии, что обязательство, отказ от которого происходит, связано с предпринимательской деятельностью. Существует целый ряд норм, которые в соответствии с этим общим правилом наделяют одного или обоих участников обязательства правом отказаться от его исполнения. Все названные нормы относятся к договорным обязательствам. Обязательство, связанное с предпринимательской деятельностью, также может возникнуть только из договорных отношений. В связи с этим возникает вопрос: возможно ли распространение действия ст. 310 ГК РФ, находящейся в подразделе, посвященном общим положениям об обязательствах, на иные обязательства, не являющиеся договорными? Речь идет о трех видах обязательств: обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения; обязательствах, возникающих вследствие причинения вреда; обязательствах, возникающих вследствие совершения лицом действий в чужом интересе без поручения. У всех них есть общая черта: они направлены на восстановление имущественного положения определенного лица <1>, т. е. выполняют компенсационную функцию. Так как стороны таких обязательств изначально находятся в неравном положении, государство осуществляет активное вмешательство в регулирование этих отношений, обеспечивая защиту прав и интересов кредитора. Именно поэтому их надлежащему исполнению придается особое значение, а прекращение по усмотрению должника, исключающее какое-либо предоставление с его стороны, не допускается. Таким образом, использование права на односторонний отказ от исполнения обязательств из рассмотренной группы невозможно в принципе. -------------------------------- <1> А в обязательствах вследствие причинения вреда - компенсацию и морального вреда.

Существует также группа отношений, вопрос об отнесении которых к обязательственным носит дискуссионный характер. Имеются в виду отношения, возникающие в результате публичного обещания награды и объявления конкурса и существующие до момента совершения дальнейших сделок - отзыва на публичное обещание и представления работ на конкурс. В зависимости от того, являются ли они обязательственными, находится и решение вопроса, можно ли считать такие действия, как отмена публичного обещания награды (ст. 1056 ГК РФ), отмена публичного конкурса (ст. 1058 ГК РФ), отказ от проведения конкурса (п. 3 ст. 448 ГК РФ), односторонним отказом от исполнения обязательства. По этому поводу в литературе высказывались различные точки зрения. Е. А. Флейшиц считала, что объявление конкурса порождает обязательственное правоотношение, признавая при этом возможность существования обязательственных отношений с неопределенным составом управомоченных <2>. О. С. Иоффе, напротив, полагал, что в результате публичного обещания награды (и как ее вида, конкурса) обязательство не возникает, поскольку односторонняя сделка сама по себе обязательственно-правовые последствия породить не может, для этого необходима вторая сделка <3>. Кроме того, высказывалась точка зрения, в соответствии с которой объявление конкурса рассматривается как публичная оферта, а к конкурсу в целом применима договорная конструкция. Это понимание рассматриваемых отношений также приводит к выводу, что совершение первоначальной (одной) сделки объявление конкурса или обещание награды обязательства не порождает <4>. -------------------------------- <2> См.: Флейшиц Е. А. "Абсолютная" природа права собственности: Сб. Проблемы гражданского и административного права. Л., 1962. С. 226. <3> См.: Иоффе О. С. Обязательственное право. М., 1975. С. 779 - 780. <4> См.: Эрделевский А. Публичный конкурс // Законность. 2000. N 8.

Представляется, что более аргументированным является подход, согласно которому в результате совершения одной сделки (объявления конкурса, публичного обещания награды) обязательство возникнуть не может. Во-первых, нельзя согласиться с мнением, что возможно существование обязательства с неопределенным кругом управомоченных. Если в абсолютном правоотношении допустима ситуация, когда неограниченное число лиц воздерживается от совершения каких-либо действий по отношению к управомоченному, то положение, когда в относительном правоотношении неограниченный круг лиц требует от обязанного удовлетворения, представить себя нельзя. Во-вторых, даже если признать возможность существования обязательственного отношения с неопределенным кругом управомоченных, то нельзя согласиться с тем, что все они (до представления работ на конкурс, совершения действия, указанного в объявлении) обладают по отношению к обязанному конкретными, уже сформировавшимися правами <5>. -------------------------------- <5> См.: Иоффе О. С. Там же. С. 781 - 782.

Таким образом, отсутствие обязательственного отношения с момента объявления конкурса и публичного обещания награды до момента совершения последующих сделок не дает основания считать действия по отмене публичного обещания награды, отмене публичного конкурса, отказу от проведения конкурса односторонним отказом от исполнения обязательства. Следовательно, на этом основании может быть сделан вывод о том, что использование права на односторонний отказ в принципе допустимо только в отношении обязательств, являющихся договорными. Статья 310 ГК РФ определяет сферу использования права на односторонний отказ от исполнения обязательства, а в нормах, посвященных договорным обязательствам, во многих случаях говорится об одностороннем отказе от исполнения договора. В связи с этим возникает вопрос о соотношении двух названных понятий. Представляется, что при его решении следует исходить из того, что в ст. 310 ГК РФ имеется в виду отказ от исполнения обязательства в узком смысле этого слова. Отказ же от исполнения договора полностью всегда направлен на прекращение договорных отношений сторон. Поэтому, в зависимости от стадии, на которой находится исполнение договора (или с учетом того, что договор односторонний), в рамках такого отказа может идти речь: об отказе от исполнения собственного обязательства (полностью или в части), отказе от принятия исполнения (полностью или в части), отказе одновременно - как от принятия исполнения, так и от исполнения собственного обязательства, причем как полностью, так и в части <6>. Следовательно, при таком соотношении односторонний отказ от исполнения договора является понятием более широким, чем односторонний отказ от исполнения обязательства. -------------------------------- <6> Соответственно, при отказе от исполнения договора в части, которая приводит к изменению договора, может быть совершен: отказ от исполнения собственного обязательства (полностью или в части), отказ от принятия исполнения (полностью или в части), отказ как от принятия исполнения, так и от исполнения собственного обязательства, но только в части.

В то же время необходимо учитывать, что термин "обязательство" в законодательстве и договорной практике часто применяется по отношению к обязательству в широком смысле, т. е. договору. Поэтому при применении таких положений необходимо в каждом конкретном случае определять, какой именно отказ имеется в виду - от исполнения обязательства или же договора. Исходить при этом следует из тех последствий, на которые направлен отказ. Пункт 3 ст. 450 ГК РФ устанавливает последствия одностороннего отказа от исполнения договора как полностью, так и частично. В литературе неоднократно рассматривалась проблема соотношения данного правила со ст. 310 ГК РФ, которая может быть сформулирована следующим образом: исключает ли в какой-либо мере действие одной из этих норм действие другой или же они дополняют друг друга? Возникновение дискуссии связано с редакцией п. 3 ст. 450 ГК РФ, которая не содержит упоминания о том, что соглашение сторон может предусматривать право на отказ, только если договор является предпринимательским. Исходя из этого, М. Г. Розенберг высказал точку зрения, согласно которой ограничение ст. 310 ГК РФ в данном случае не действует и, соответственно, право на односторонний отказ может быть предусмотрено любым гражданско-правовым, а не только предпринимательским договором <7>. В обоснование этой позиции он приводит положение п. 3 ст. 420 ГК РФ, которое устанавливает приоритет общих положений ГК РФ о договоре и правил об отдельных видах договоров по отношению к общим положениям об обязательствах. Следовательно, логика приведенного суждения строится на том, что положение п. 3 ст. 450 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 310 ГК РФ. -------------------------------- <7> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (постатейный). 3-е изд., испр., перераб. и доп. / Отв. ред. О. Н. Садиков. М., 2005. С. 1009 (автор Комментария - Розенберг М. Г.). Этой же позиции придерживаются: Шичанин А. В., Гривков О. Д. Основания изменения и прекращения договоров в сфере предпринимательской деятельности // Право и экономика. 2001. N 2; Каменецкая М. С. Расторжение гражданско-правового договора по законодательству Российской Федерации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 14.

Такая позиция не в полной мере учитывает соотношение этих правил. Пункт 3 ст. 450 устанавливает последствия одностороннего отказа от исполнения договора, а ст. 310 - пределы предоставления права на односторонний отказ от исполнения обязательства. Поэтому указанные нормы не исключают, а взаимно дополняют действие друг друга. Кроме того, как уже отмечалось, использование права на односторонний отказ допускается только по отношению к договорным обязательствам, т. е. положения ст. 310 и п. 3 ст. 450 ГК РФ по сути распространяются на одни и те же случаи. Для решения поставленного вопроса важное значение также имеет цель, которую преследовал законодатель, ограничивая участников оборота в использовании права на односторонний отказ только обязательствами, связанными с предпринимательской деятельностью. Предоставление такой возможности в иных случаях, когда стороны, заключающие договор, экономически неравны, может привести к ущемлению интересов более слабой из них. Слабая сторона, которой, как правило, является гражданин, во-первых, в меньшей степени способна влиять на определение условий договора, а во-вторых, не всегда в состоянии предвидеть те последствия, к которым может привести реализация контрагентом права на односторонний отказ. Сказанное также подтверждает, что предусмотренный ст. 310 ГК РФ запрет вряд ли допускает возможность существования исключений из него. В поддержку этой точки зрения приводилась и иная аргументация. Так, С. А. Соменков, анализируя текст п. 3 ст. 420 ГК РФ, приходит к выводу, что применение общих положений об обязательствах к обязательствам, возникшим из договора, допускается, если иное не предусмотрено гл. 27 ГК РФ и правилами об отдельных видах договоров. Поскольку, по его мнению, "...статья 450 входит в главу 29 ГК, следовательно, положения пункта 3 статьи 420 ГК к ней не относятся. Таким образом, положения правила статьи 310 ГК могут и должны учитываться при применении пункта 3 статьи 450 ГК" <8>. Тем не менее определяющее значение для ответа на поставленный вопрос имеют аргументы, приведенные ранее. -------------------------------- <8> Соменков С. А. Расторжение договора в гражданском обороте: теория и практика. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2005. С. 95.

Норма п. 3 ст. 450 ГК РФ, устанавливая, что при одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично договор считается расторгнутым или измененным, позволяет рассматривать односторонний отказ от исполнения договора как один из способов расторжения договора наряду с расторжением договора по требованию одной из сторон в судебном порядке и расторжением договора по соглашению сторон. Данное положение является основанием для применения к последствиям одностороннего отказа общих правил о последствиях, вызванных расторжением договора (ст. 453 ГК РФ). Разумеется, это может иметь место в тех случаях, когда иное не установлено специальными нормами об одностороннем отказе. При использовании одностороннего отказа наряду с другими способами расторжения договора следует учитывать, что каждый из этих способов выполняет свою задачу при прекращении договорных отношений. В силу того, что односторонний отказ осуществляется по усмотрению одной стороны договора, а основания его совершения не подвергаются судебной оценке, он носит исключительный характер. В связи с этим следует осторожно подходить к высказываемым в литературе предложениям сделать его, при отсутствии согласия другой стороны, приоритетным способом расторжения договора. Вряд ли можно поддержать точку зрения И. В. Ульянова, в соответствии с которой в этих случаях "судебная процедура лишь неоправданно усложняет процесс реализации права на изменение или расторжение договора. Ее необходимо сохранить лишь в редких случаях, исходя из специфики конкретных обязательств (например, если отказывающейся от изменения или расторжения договора стороной является гражданин-потребитель)" <9>. -------------------------------- <9> См.: Ульянов И. В. Изменение договора купли-продажи и его разновидностей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 13 - 14.

Несмотря на разницу, существующую между односторонним отказом от исполнения и другими способами расторжения договора, прежде всего расторжением договора в судебном порядке по требованию одной из сторон, необходимо иметь в виду следующее. При одностороннем отказе от исполнения договора для того, чтобы договор считался расторгнутым, управомоченной стороне достаточно уведомить о совершении отказа его адресата. Однако это не лишает ее права в случае необходимости (например, для урегулирования имущественных последствий отказа) обратиться с требованием о расторжении договора в суд. Основанием для такого обращения будут служить нормы, предоставляющие ей право на отказ. Этот вывод можно проиллюстрировать следующим примером. Индивидуальный предприниматель обратился в Арбитражный суд Кировской области с иском к ООО "Вятка-Интерьер" о расторжении договора и взыскании (с учетом уточнения требований) 49075 руб. разницы между выплаченным в счет договора авансом и стоимостью выполненных подрядных работ. Заявленные требования были мотивированы следующим. Между индивидуальным предпринимателем и ООО "Вятка-Интерьер" 17 ноября 2003 г. был заключен договор подряда, в соответствии с которым ООО "Вятка-Интерьер" (подрядчик) обязалось по заданию индивидуального предпринимателя (заказчика) выполнить работы по внутренней отделке помещения кафе-шашлычной. Посчитав, что работы на объекте практически не ведутся, индивидуальный предприниматель обратился к ООО "Вятка-Интерьер" с предложением расторгнуть договор и возвратить разницу между стоимостью выполненных работ и выплаченным авансом. ООО "Вятка-Интерьер" в своем ответе на претензию не выразило согласия с предложением истца расторгнуть договор и выплатить указанные суммы, что и послужило основанием для обращения заказчика в суд. Суд первой инстанции иск удовлетворил, сославшись при этом на п. 3 ст. 450 ГК РФ и ст. 717 ГК РФ; судами апелляционной и кассационной инстанций это решение было оставлено без изменения. Суд кассационной инстанции в своем Постановлении также указал, что требования индивидуального предпринимателя соответствуют положениям ст. 717 ГК РФ, согласно которой заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора <10>. -------------------------------- <10> См.: Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 5 октября 2004 г. по делу N А28-4120/2004-38/25.

В данной ситуации суды применили ст. 717 ГК РФ без учета причин, послуживших основанием для обращения в суд. Однако здесь важно другое. Требованиям истца в полной мере соответствовала другая норма, предусмотренная положениями о договоре подряда: п. 2 ст. 715 ГК РФ устанавливает, что, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что ее окончание к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков. Считая, что имущественные последствия отказа могут быть урегулированы только в результате вмешательства суда, истец мог заявить требование о расторжении договора, руководствуясь именно этим правилом. В судебной практике иногда возникают проблемы при разграничении одностороннего отказа с другими способами расторжения договора. В отдельных случаях это связано с ошибками в терминологии, которые довольно часто допускаются в договорной практике. Имеется в виду ситуация, когда при формулировании условий договора, наделяющих его участников правом на односторонний отказ, вместо термина "односторонний отказ от исполнения договора" употребляется термин "одностороннее расторжение" или "расторжение договора в одностороннем порядке" <11>. -------------------------------- <11> Не совсем корректное использование этих понятий допускается и судами, в том числе и ВАС РФ при разрешении соответствующих дел.

В литературе высказывалась точка зрения, согласно которой такие условия договоров следует считать ничтожными (на основании п. 1 ст. 422 ГК РФ) в связи с тем, что указанная формулировка противоречит закону, так как сторона непосредственно своими односторонними действиями не может расторгнуть договор <12>. С данной позицией согласиться нельзя. Недостаточно проработанный текст условия не является основанием для признания его ничтожным; в случае необходимости суд может прибегнуть к его толкованию (ст. 431 ГК РФ) и определить, имели ли стороны в виду предоставление одной из них права прекратить договорные отношения без обращения в суд. Кроме того, следует учитывать, что непосредственным результатом одностороннего отказа (как и при использовании других способов) является расторжение договора. -------------------------------- <12> Кузнецов Д. В. Расторжение договора и отказ от договора в гражданском законодательстве // Право и экономика. 2004. N 9.

На практике также встречаются примеры, когда суды воспринимают условие договора, наделяющее одного из контрагентов правом на односторонний отказ от исполнения договора, как предварительное согласие обеих сторон на расторжение договора в будущем. Это позволяет им при разрешении соответствующего дела руководствоваться п. 1 ст. 450 ГК РФ, в соответствии с которым изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон. Так, по одному из дел ФАС Московского округа указал, что предусмотренное договором аренды право каждой из сторон расторгнуть его досрочно с предупреждением об этом за 4 месяца "соответствует диспозиции п. 1 ст. 450 ГК РФ" <13>. -------------------------------- <13> Постановление ФАС МО по делу N КГ-А41/9967-04. См. об этом: Хозяйство и право. 2006. N 7. С. 126.

Такой подход, отчасти устраняющий различия между двумя этими способами расторжения договора, имеет давнюю историю. В советский период, во время действия ГК РСФСР 1964 г., когда в силу специфики плановой экономики возможности для прекращения действия договора по усмотрению сторон были не вполне достаточны, односторонний отказ от исполнения обязательств допускался только в случаях, предусмотренных законом (ст. 169 ГК РСФСР 1964 г.). В то же время допускалось прекращение обязательства соглашением сторон, хотя и здесь были установлены ограничения: в отношении обязательств между социалистическими организациями это было возможно, если не противоречило актам планирования народного хозяйства (ст. 233 ГК 1964 г.). В сложившейся ситуации в науке была высказана позиция, в соответствии с которой условие договора о праве одной из сторон расторгнуть или изменить договор без предварительного согласования с контрагентом рассматривалось как один из вариантов расторжения договора по соглашению сторон. "В рассматриваемых случаях расторжение или изменение договора покоится на предварительном соглашении сторон, выражающем их согласованную волю на расторжение или изменение договора при определенных, предусмотренных законом условиях. Поэтому представляется, что здесь можно говорить о своеобразном случае расторжения и изменения договора по соглашению сторон" <14>. На практике такое понимание одностороннего отказа позволяло закреплять соответствующее право в договоре и в тех случаях, когда на основании закона такая возможность отсутствовала. -------------------------------- <14> См.: Заменгоф З. М. Изменение и расторжение хозяйственных договоров. М., 1967. С. 119. Также об этом см.: Грибанов В. П. Осуществление и защита гражданских прав. 2-е изд. М., 2001. С. 153 - 154.

В настоящее время, когда отсутствует практическая необходимость в подобном толковании закона, важно выявить разницу, существующую между двумя названными способами расторжения договора. Право на односторонний отказ, как уже отмечалось, в любом случае (в том числе и тогда, когда оно было закреплено в договоре) осуществляется по усмотрению только одной из сторон договора. Даже если стороны согласовали между собой основания для отказа и адресат отказа не возражает против его совершения, воспользоваться или нет этим правом в сложившейся ситуации, решает только управомоченная сторона. Что касается расторжения договора по соглашению сторон, то такое соглашение всегда заключается после возникновения обстоятельств, являющихся причиной для расторжения, и отражает волю обеих сторон, направленную на прекращение договорных отношений в этот конкретный момент. В ряде случаев закон предоставляет право одному участнику обязательства воздействовать на ход его исполнения другим его участником. Речь идет о праве кредитора потребовать у должника досрочного исполнения или прекращения обязательства. Это право возникает: у кредиторов юридического лица - в случае его реорганизации (п. 2 ст. 60 ГК РФ, п. 6 ст. 15 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", п. 5 ст. 51 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", п. 7 ст. 29 Федерального закона от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"); кредиторов отдельных видов юридических лиц - при уменьшении их уставного капитала (фонда) (п. 1 ст. 30 ФЗ "Об акционерных обществах", п. 4 ст. 20 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", п. 4 ст. 15 ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"). Кроме того, право требовать досрочного исполнения или прекращения обязательств предоставляется кредиторам унитарного предприятия, если в случаях, предусмотренных законом, собственник его имущества не примет решение об уменьшении уставного фонда, о восстановлении размера чистых активов до минимального размера уставного фонда, о ликвидации или реорганизации государственного или муниципального предприятия (п. 2, 3 ст. 15 ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях"), а также кредиторам предприятия при его продаже или передаче в аренду, если они письменно не сообщили продавцу или покупателю о своем согласии на перевод долга (п. 2 ст. 562 ГК РФ, п. 2 ст. 657 ГК РФ). М. И. Брагинский приравнивает право потребовать досрочного исполнения или прекращения обязательства к праву осуществить односторонний отказ от его исполнения <15>. Действительно, право требовать изменения или прекращения обязательства, как и право на односторонний отказ, является исключением из принципа неизменности обязательства и может быть использовано только в установленных законом случаях. Однако такая точка зрения все же требует дополнительного уточнения. -------------------------------- ------------------------------------------------------------------ КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). ------------------------------------------------------------------ <15> См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. 2-е изд., испр. М., 1999. С. 435.

Определяющий характер при разграничении этих прав имеет выявление различий между двумя требованиями, возникающими у кредитора, - требованием о досрочном исполнении обязательства и требованием о его прекращении. Предоставление кредитору права требовать досрочного исполнения обязательства означает возникновение у него возможности в одностороннем порядке потребовать приближения срока исполнения обязательства должником. Следовательно, при предъявлении такого требования изменяются лишь сроки исполнения обязательства, но его характер и цель - надлежащее исполнение - не меняются. Реализация этого права оправданна тогда, когда исполнение носит срочный характер - имеются в виду денежные обязательства, обязательства по передаче вещи по договору купли-продажи. Осуществление права требовать прекращения обязательства, напротив, имеет практический смысл, когда между сторонами существуют договорные отношения, носящие длящийся характер. В этой ситуации заявление кредитором требования о прекращении обязательства одновременно означает и его односторонний отказ от исполнения собственного обязательства. Например, заказчик, предъявляя подрядчику требование прекратить работы по договору строительного подряда, одновременно отказывается от дальнейшей оплаты этих работ. Таким образом, речь здесь идет об одностороннем отказе кредитора от исполнения договора в целом, причем такой отказ обусловлен наступлением обстоятельств, предусмотренных законом, и не связан при этом с нарушением должником договорных обязательств. В литературе высказывалась точка зрения, в соответствии с которой при реорганизации юридического лица "...кредитор вправе потребовать досрочного прекращения обязательств путем зачета встречного однородного требования (ст. 410 ГК РФ), предоставлением отступного (ст. 409 ГК РФ)" <16>. Думаем, что такое расширительное толкование закона не имеет под собой оснований. Зачет является самостоятельным способом прекращения обязательств, он осуществляется по заявлению заинтересованной стороны - в данном случае кредитора - вне зависимости от наступления каких-либо условий. Что касается отступного, то прекращение обязательства данным способом осуществляется по соглашению сторон. Кроме того, в обоих случаях обязательство прекращается его осуществлением, т. е. происходит замена первоначального предоставления новым, в то время как предъявление требования о прекращении обязательства влечет его прекращение без какого-либо предоставления. -------------------------------- <16> См.: Тимаев Ф. И. Реорганизация акционерных обществ. 2003.

Одновременно с правом требовать досрочного исполнения или прекращения обязательства кредитор наделяется правом требовать возмещения причиненных этим убытков, причем такие убытки, как и сами эти действия, не связаны с нарушением договора <17>. Применительно к требованию о досрочном прекращении обязательства это означает, что при одностороннем отказе кредитора от исполнения договора у кредитора возникает право требовать возмещения убытков, причиненных расторжением договора. Следовательно, данная норма предусматривает дополнительное основание для возмещения указанных убытков, поскольку в соответствии с общим правилом п. 5 ст. 453 ГК РФ сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора, только в случаях, если основанием для изменения или расторжения послужило существенное нарушение договора другой его стороной. -------------------------------- <17> Подробнее об этом см.: Тарасенко Ю. А. Кредиторы: защита их имущественных прав: Учебно-практическое пособие. М., 2004.

Название документа