Экспертиза подписи вексельного должника

(Гудков Ф.) ("ЭЖ-Юрист", 2006, N 9) Текст документа

ЭКСПЕРТИЗА ПОДПИСИ ВЕКСЕЛЬНОГО ДОЛЖНИКА

Ф. ГУДКОВ

Федор Гудков, советник Ассоциации участников вексельного рынка (Аувер), г. Москва.

Одно из самых серьезных осложнений, которое может случиться при предъявлении векселя к оплате, состоит в том, что вексельный должник заявит о недействительности вексельных обязательств. Обычно в обоснование этого должник ссылается либо на подделку подписи уполномоченного лица, подписавшего вексель, либо на отсутствие у него соответствующих полномочий на подписание векселя. Либо на то и другое одновременно...

Обязанность доказывания

Факт подделки подписи обязанного лица на векселе может быть установлен только путем назначения судебной почерковедческой экспертизы, если только не является фактом, который признают обе стороны спора. Исследование данного факта требует специальных знаний и не может быть выполнено без применения специальных технических средств. Проведение экспертизы направлено на получение сведений, которые будут использованы в качестве доказательств в суде.

Достоверность сведений экспертизы

Для того чтобы сведения из экспертного заключения почерковедческой экспертизы могли приниматься в качестве достоверных доказательств, они должны удовлетворять следующим критериям. Во-первых, на экспертизу должен быть представлен оригинал (подлинник) спорного векселя, а не его ксерокопия, фотография, электронная фотография или словесное описание, поскольку в последнем случае происходит утрата идентификационных признаков почерка. В п. 6 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 04.12.2000 N 33/14 было указано, что "при рассмотрении требований об исполнении вексельного обязательства судам следует учитывать, что истец обязан представить суду подлинный документ, на котором он основывает свое требование, поскольку осуществление права, удостоверенного ценной бумагой, возможно только по ее предъявлении (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Документ должен считаться подлинным, если на нем имеется подпись, выполненная собственноручно лицом, которое его составило либо приняло на себя обязательство". Ввиду этого заключения экспертов, основанные на исследовании копий векселя или его фотографий, не могут приниматься как доказательства, суд должен исследовать подлинный вексель. Это следует из принципа непосредственности судебного разбирательства. Наличие подлинника векселя является обязательным условием, однако иногда мы наблюдаем труднообъяснимую логику судебных решений <*>. -------------------------------- <*> Постановление ФАС МО от 25.01.2005 по делу N КГ-А40/12956-04.

Во-вторых, экспертами должен исследоваться образец оригинального почерка лица, относительно которого делается вывод о принадлежности его руке автографа на векселе. При этом образцы почерка должны быть взяты из таких источников, которые не требуют дополнительных доказательств происхождения этих образцов. Образцами почерка, не требующими дополнительных доказательств происхождения, могут служить только экспериментальные (несвободные) образцы почерка, отобранные и засвидетельствованные либо судьей в судебном заседании при назначении экспертизы <*>, либо нотариусом (или лицом, уполномоченным на совершение нотариальных действий) при назначении обеспечительной экспертизы, либо при совершении иных действий, где официальным лицом удостоверялась личность лица, собственноручно создавшего образец почерка. -------------------------------- <*> Ст. 81 ГПК РФ. Эта же практика применяется и в арбитражном судопроизводстве.

Так называемые "свободные" <*> образцы почерка, не засвидетельствованные в присутствии публичного лица и принимаемые для сравнения с подписью на векселе, требуют доказательств их происхождения. Без таких доказательств результаты почерковедческой экспертизы не могут образовывать достоверных сведений. -------------------------------- <*> Термины "свободные" и "экспериментальные" образцы употребляются в криминалистике.

Нередко случается, что в качестве сравнительных образцов почерка используется иной материал, нежели диктант, написанный в присутствии суда или нотариуса. Например, образцы подписи руководителя, содержащиеся в документах финансовой отчетности организации-должника, или образцы почерка руководителя на банковских карточках или на платежных поручениях, образцы почерка в протоколах допросов, взятых в уголовном судопроизводстве. Из всего перечисленного как достоверный подойдет только образец почерка, содержащийся в банковских карточках. Образцы почерка из протоколов допроса лица по уголовным делам, по нашему мнению, не могут считаться достоверными, поскольку следователь (или его помощник), который проводил допрос, по закону не наделены полномочиями удостоверять личность для иных целей, кроме проведения процессуальных действий в рамках уголовного судопроизводства. К тому же допускается написание протокола допроса со слов допрашиваемого лица. Несмотря на то что сотрудники правоохранительных органов устанавливают личность человека, возможность использования в почерковедческой экспертизе образцов почерка, удостоверенных в присутствии сотрудников органов внутренних дел, представляется сомнительной. Интересная ситуация может возникнуть, если на экспертизу для целей гражданского или арбитражного дела будет передано сразу несколько образцов почерка: и свободные, и экспериментальные, как удостоверенные в присутствии публичного лица, так и нет. Может возникнуть вопрос о достоверности результатов экспертизы в целом, если в заключении эксперта не будет точно указано, что подпись на векселе сравнивалась именно с экспериментальным (с достоверным) образцом почерка. Этот недостаток, возможно, удастся исправить, допросив эксперта в судебном заседании и задав ему уточняющие вопросы. В-третьих, результат почерковедческой экспертизы должен быть определенным (однозначным - да или нет).

Допустимость сведений экспертного заключения

Выше мы уже сказали, что вексель допускает только собственноручную подпись. В противном случае следует квалифицировать порок формы документа и спор не может быть рассмотрен по правилам вексельного законодательства. Но здесь следует сделать еще несколько замечаний. Прежде всего для назначения экспертизы необходимо, чтобы лицо, относительно которого исследуется принадлежность подписи, заявило о том, что подпись не его. То есть отказалось от своей подписи, обозрев подлинник векселя. Правда, допустимость сведений почерковедческой экспертизы прямо не ставится законом в зависимость от наличия или отсутствия такого отказа. Поэтому данный вопрос сегодня отдается на усмотрение суда. Но думается, что данная процедура должна быть обязательно исчерпана. Ведь изображение автографа - это "материя" довольно подвижная, и оно зависит как от субъективного состояния человека (самочувствие, сильное душевное волнение и т. п.), так и от объективных обстоятельств (тип авторучки, расположение стола, твердость поверхности стола и т. п.). Не исключается, что подпись на векселе "получилась" неординарной, но тем не менее от этого она не перестала быть подлинной и собственноручной. Этот вопрос тем более актуален, если автограф на векселе имеет малую протяженность и небогатый набор характерных признаков почерка. Просто так, не спросив "хозяина" подписи, суд не может сделать вывод о ее несобственноручности только ввиду того, что автограф не похож на те, которые ранее получались. К счастью, арбитражная практика придерживается такого подхода <*>. Но так дело обстоит далеко не всегда. Хотя думается, что это правило должно выполняться неукоснительно: без оценки самого подписанта исследование проводиться не должно. -------------------------------- <*> См.: Постановление ФАС МО от 13.12.2001 по делу КГ-А40/6726-01.

Из этого правила, по всей видимости, могут быть только чрезвычайные исключения, продиктованные объективными обстоятельствами, а именно невозможностью испросить лицо об отказе от подписи (человек умер, его местонахождение неизвестно, или он недосягаем), а также умысел лица (заведомо ложное заявление в суде). Закон не определяет, как здесь быть: испрашивать мнение подписанта или нет, вновь оставляя поле для судейского усмотрения. Полагаем, что требуется срочное внесение изменений и в процессуальное законодательство, и в законодательство о ценных бумагах, поскольку такое положение дел нарушает принцип состязательности в процессе и может привести к грубейшим материально-правовым нарушениям. Применительно к векселям судом в дальнейшем могут быть неправильно применены последствия, установленные ст. 7 Положения о векселях (подписи иных лиц не теряют силы). Возможности уяснения отношения подписанта к изображению своего автографа должны быть исчерпаны, прежде чем суд удовлетворит ходатайство о назначении экспертизы. Если этой возможности нет, то в назначении экспертизы должно быть отказано на основании прямой нормы закона, если подпись не была публично удостоверена. Ходатайство о назначении экспертизы подписи на ценной бумаге должно быть удовлетворено лишь в том случае, если "хозяин" подписи от нее отказался или высказал неопределенное мнение. Целесообразным решением было бы законодательное закрепление механизма публичного удостоверения подписи на векселе. При наличии публичного удостоверения подписи на векселе вопрос о принадлежности подписи на векселе руке того или иного лица или вопрос о его полномочиях отпадает сам собой и может возникнуть лишь при обнаружении неправомерных действий со стороны публичного лица, удостоверившего подпись, или в случаях заведомо ложного заявления самого подписанта. При этом закон не должен обязывать к нотариальному удостоверению подписи на векселе. Но в отсутствии такого удостоверения в назначении экспертизы должно быть отказано, если только сам "хозяин" подписи от нее не откажется или выскажет неопределенное мнение, либо не будет уличен в заведомо ложном заявлении суду. При неурегулированности в законодательстве данного момента может произойти примерно следующее. Директор предприятия, будучи у "руля", подписывал векселя от имени своего предприятия. Но затем сменились акционеры и сменили директора. Если новый директор замыслит не платить по ранее выданным векселям, то сделает это под предлогом поддельности подписи прежнего директора на векселе, поскольку та будет не совсем похожа на подпись его предшественника на платежных поручениях. Прежнему директору будет дано "указание", чтобы тот "не высовывался" (или спрятался). Предприятие - вексельный должник, в обоснование отказа от платежа заявит о том, что подпись их бывшего директора - другая и будет ходатайствовать о назначении экспертизы. При этом представит свободные образцы его почерка на старых платежных поручениях. Суд назначит экспертизу, и эксперты скажут, что на векселе - подпись другого человека. Экспертная оценка ляжет в основу судебного решения, и суд вынесет решение, не исследовав отношение самого подписанта к своему автографу. По данному вопросу следует заметить, что, когда мы говорим об отказе лица от своей подписи, речь идет именно о физическом лице (представителе-подписанте), поставившем свой автограф на векселе. Организация, от имени которой подписывался представитель, может "объявить" автограф не принадлежащим руке представителя в порядке заявления возражений против вексельного иска к ней. Но при заявлении ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы (которая и ляжет в основу доказывания этого факта) этот отказ должен быть сделан самим физическим лицом, относительно которого назначается экспертиза, причем в том же суде, который назначает экспертизу. К сожалению, в отсутствие четко установленной законом процедуры проведения и назначения почерковедческой экспертизы в арбитражном процессе невыполнение данного требования нельзя сегодня считать основанием для отказа в назначении почерковедческой экспертизы. Во-вторых, получение результатов подчерковедческой экспертизы возможно предусмотренным законом способом. Прежде всего нужно указать на традиционный способ - назначение почерковедческой экспертизы тем судом, который по существу рассматривает спор о взыскании вексельного долга в целях получения доказательств по делу <*>. Также следует упомянуть о возможности назначения и проведения почерковедческой экспертизы для обеспечения доказательств по гражданскому или арбитражному делу <**>. -------------------------------- <*> Ст. 82 - 87 АПК РФ и ст. 79 - 87 ГПК РФ. <**> Ст. 72, 99 АПК РФ и ст. 64 - 66 ГПК РФ.

Почерковедческая экспертиза подписи вексельного должника может быть назначена и проведена также и по иным процедурам, в частности: по постановлению нотариуса как мера, направленная на обеспечение доказательств <*>; -------------------------------- <*> На основании положений ст. 102, 103 Основ законодательства о нотариате.

в рамках уголовного судопроизводства по возбужденным уголовным делам <*>. -------------------------------- <*> На основании положений главы 27 УПК РФ.

Последний случай представляет особый интерес. Нередко вексельные иски о взыскании вексельного долга осложнены "букетом" уголовного судопроизводства. В основном это дела, возбуждаемые по ст. 159, 177, 186, 201 УК РФ, где спорный вексель выступал в качестве орудия преступного посягательства на имущественные интересы. Расследования по этим делам обычно затягиваются, и очень часто производство по ним прекращается ввиду отсутствия (недоказанности) состава. Возникает вопрос: может ли арбитражный суд при рассмотрении спора о взыскании вексельного долга в качестве доказательств принимать результаты почерковедческой экспертизы, полученной в отношении того же самого векселя в ходе судопроизводства по уголовному делу? Или в ходе судопроизводства по другому арбитражному делу, в ходе судопроизводства в судах общей юрисдикции по другим делам или полученных по постановлению нотариуса в порядке обеспечения доказательств?

Какими принципами и нормами права руководствоваться?

Если результаты почерковедческой экспертизы доказывают факт подложности подписи в другом деле, рассмотренном судами и завершившимся вступившим в законную силу решением или приговором, то на основании ст. 69 АПК РФ арбитражный суд может признать факт недействительности подписи обязанного лица по преюдициальности. Такое признание запрещает опровержение этого факта в данном процессе. Однако при применении положений о преюдициальности, на наш взгляд, необходимо руководствоваться не только выводами суда, но и содержанием самого экспертного заключения. Это нужно для точной идентификации факта, которому придается преюдициальное значение. Например, решение суда о признании сделки аваля на векселе недействительной могло быть принято либо вследствие того, что подпись подделана, либо вследствие того, что она совершена с превышением полномочий. Само по себе судебное решение, в котором устанавливается факт недействительности подписи на векселе, еще не означает, что на это обстоятельство в любом случае может ссылаться вексельный должник в обоснование своих возражений. Если, к примеру, недействительность подписи обусловлена ее подделкой (воспроизведением с подражанием), то данное обстоятельство может быть противопоставлено любому векселедержателю в качестве вексельного возражения. Если же недействительность подписи обусловлена превышением полномочий, то это возражение относится к числу сугубо личных и может быть противопоставлено лишь тем лицам, которые в момент приобретения векселя знали или не могли не знать об отсутствии у представителя полномочий на подписание векселя (приобретение сознательно в ущерб должнику). Если речь пойдет о займе под вексель, то при доказанности факта передачи денег вексельному должнику скорее всего не поможет даже ссылка на превышение полномочий. Поэтому очень важно уяснить: что было положено в обоснование вынесенного ранее судебного решения о признании подписи на векселе недействительной: факт подделки, либо отсутствие полномочий, либо и то и другое с достаточностью. Какой факт установил суд: подделку или превышение полномочий или что-то иное? То есть преюдициальное значение будут иметь факты, а не выводы суда, установившего эти факты. Вопрос о возможности использования в качестве доказательств в арбитражном судопроизводстве сведений, добытых в ходе уголовного или гражданского судопроизводства, которое не завершилось вступившим в законную силу приговором или решением суда, представляется весьма непростым. Прямых запретов к этому арбитражное процессуальное законодательство не содержит. Никакие доказательства не могут иметь для суда заранее установленной силы. В некоторых арбитражных делах суд занимает принципиально верную позицию: никакие сведения, полученные в ходе уголовного судопроизводства, в отсутствие приговора суда не принимаются в арбитражном процессе как доказательства <*>. -------------------------------- <*> См.: Постановление ФАС МО от 20.06.2003 по делу N КГ-А40/3874-03; Постановление ФАС МО от 25.01.2005 по делу N КГ-А40/12956-04.

Но вместе с тем если безо всяких оговорок утвердительно ответить на этот вопрос, то открываются практически неограниченные возможности. Заинтересованная в неплатеже по векселю сторона может инициировать уголовные дела по якобы имевшим место фактам превышения или злоупотребления должностными полномочиями подписанта векселя или по фактам сбыта поддельных ценных бумаг. Возбуждение уголовного дела позволит следователю и назначить экспертизу подлинности, и получить экспертное заключение, и даже изъять подлинник спорного векселя у его держателя или передать его из материалов арбитражного дела в материалы уголовного как вещественное доказательство. При назначении экспертизы экспериментальные образцы почерка будут отобраны следователем, а не судьей в судебном заседании, что уже ставит под сомнение их достоверность для арбитражного дела. Вопросы перед экспертом также сформулирует следователь. Какой документ будет передан на экспертизу в качестве "спорного" векселя - также не известно арбитражному суду, ведь передавать его экспертам будет не арбитражный суд, а следователь по уголовному делу. Удостовериться в том, что это и есть спорный вексель, арбитражный суд не в состоянии. Если только подлинник спорного векселя "уйдет" из владения арбитражного суда или истца во владение органов следствия, то нельзя исключить возможность его утраты по халатности или повреждения. Ответственность должностных лиц, действия которых по халатности или по иным причинам приведут к утрате или повреждению подлинника спорного векселя, будет несопоставима с суммой взыскиваемого вексельного долга. Но вернуть будет ничего нельзя. Утрата основания вексельного долга до завершения арбитражного судопроизводства сделает это взыскание в принципе невозможным. Нет подлинника - нет оснований требования, если только судом или нотариусом не было предпринято мер по обеспечению этого доказательства ранее. Добывание сведений для арбитражного процесса через следственные действия в рамках уголовного процесса по сути дела открывало бы неограниченные возможности для манипулирования уголовным судопроизводством и использования его в целях арбитражного дела. Полагаем, что развитие этой практики недопустимо категорически! Прежде всего потому, что экспертные сведения добываются средствами уголовного судопроизводства, а правовую оценку как доказательств им должен давать арбитражный суд! Это грубо нарушит принципы как арбитражного, так и уголовного процесса, поскольку будет идти вразрез с целями соответствующих институтов правовой защиты. К тому же арбитражный суд не может проверить соблюдение процессуального способа получения этих сведений. В уголовном процессе цель добывания сведений иная, нежели в арбитражном процессе. Поэтому использование в качестве доказательств в арбитражном процессе сведений, добытых в ходе следствия или расследования по уголовному делу, должно опираться на указания закона и не может быть отдано на судейское усмотрение. Указание закона только одно - вступивший в законную силу приговор суда (т. е. преюдиция). Следует также обратить внимание на предписывающий характер правовых норм АПК РФ и ГПК РФ о назначении экспертизы. В законе сказано: "Суд назначает экспертизу". То есть при возникновении необходимости исследовать принадлежность подписи суд обязан назначить экспертизу по правилам АПК РФ или ГПК РФ. Вряд ли можно считать законным, если суд будет действовать "в обход" правовых норм о преюдициальности и "в обход" обязывания к назначению экспертизы и воспользуется сведениями экспертного заключения, добытыми через уголовный процесс. Ко всему прочему при таком подходе происходит прямое нарушение права стороны в деле представить вопросы, подлежащие разрешению экспертом. Другая сторона в арбитражном деле не может реализовать это право, поскольку экспертиза назначалась следователем по уголовному делу. Нарушаются и права стороны на отклонение ходатайства о назначении экспертизы вообще. Эти права выхолащиваются в жалкие процессуальные возражения насчет приобщения к арбитражному делу материалов почерковедческой экспертизы, добытых через уголовное судопроизводство. Эту же логику можно провести и в отношении сведений, полученных в ходе рассмотрения гражданского дела судом общей юрисдикции. Таким образом, сведения о результатах почерковедческой экспертизы, полученные в рамках иного судопроизводства в порядке исследования доказательств, могут приниматься арбитражным судом только по механизму преюдициальности. Что касается сведений почерковедческой экспертизы, полученных в результате совершения действий по обеспечению доказательств нотариусом или иным судом, то нужно заметить следующее. Меры по обеспечению доказательств в судопроизводстве нацелены на обслуживание только этого судопроизводства. При этом не важно, этим ли самым судом были осуществлены данные меры или другим по поручению суда, рассматривающего дело. В любом случае никакой суд не может совершать действия по обеспечению доказательств в интересах другого суда иначе, как в порядке исполнения судебного поручения последнего. Поэтому сведения о почерковедческой экспертизе, полученные в другом суде по другому делу в порядке обеспечения доказательств, также могут считаться допустимыми доказательствами лишь по преюдициальности. Что касается сведений о почерковедческой экспертизе, полученных в порядке исполнения нотариальных действий по обеспечению доказательств, то эти сведения имеют универсальный характер и могут использоваться судами по их усмотрению.

Название документа