Глава IV "О капитале, ссужаемом под проценты"

На свои запасы, ссужаемые под проценты, заимодавец всегда смотрит как на

капитал. Он ожидает, что в установленный срок они будут возвращены ему и что

заемщик в течение всего этого времени будет уплачивать ему за это некоторую

ежегодную ренту. Заемщик может использовать полученные средства как капитал или

как запасы, обращаемые на непосредственное потребление. Если он использует их

как капитал, он употребляет их на содержание производительных рабочих, которые

воспроизводят их стоимость с некоторой прибылью. В этом случае он может вернуть

капитал и уплатить проценты, не отчуждая и не затрагивая других источников

дохода. Если он употребляет их для непосредственного потребления, он играет роль

расточителя и растрачивает на поддержание праздности то, что было предназначено

для содержания трудящихся. В этом случае он уже оказывается не в состоянии ни

вернуть капитал, ни уплатить проценты, не отчуждая или не затрагивая какого-либо

другого источника дохода, как, например, недвижимого имущества или земельной

ренты.

Запасы, ссужаемые под проценты, без сомнения, употребляются обоими указанными

способами, но первым гораздо чаще, чем вторым. Человек, занимающийся для того,

чтобы тратить, скоро разорится, а тот, кто ссужает его, обычно будет иметь

основания раскаиваться в своем неблагоразумии. Поэтому заем или ссуда для такой

цеди во всех случаях, когда не имеется в виду чистое ростовщичество, не в

интересах обеих сторон; и хотя не подлежит сомнению, что люди порою делают это,

однако, поскольку все люди стараются соблюдать свои интересы, мы можем быть

уверены, что это вряд ли случается так часто, как это мы иногда склонны

предполагать. Спросите любого богатого человека, отличающегося обычным

благоразумием, кому он ссудил большую часть своего капитала - тем ли, кто, по

его мнению, даст ему прибыльное употребление, или же тем, кто затратит его без

всякого дела, - и он рассмеется в ответ на такой вопрос. Даже между людьми,

берущими взаймы, - а этот род людей не очень-то отличается бережливостью, -

число расчетливых и трудолюбивых значительно превышает число расточителей и

празднолюбцев.

Единственная категория людей, которым обыкновенно дают деньги взаймы, не ожидая,

что они дадут им какое-нибудь прибыльное употребление, это - землевладельцы,

занимающие под залог своих имений. Но даже и они вряд ли когда-нибудь занимают

исключительно для того, чтобы тратить. Можно сказать, что сумма, которую они

занимают, обычно израсходована ими еще до заключения займа. Они, по общему

правилу, потребили такое большое количество разных предметов, предоставленных им

в кредит лавочниками и торговцами, что видят себя вынужденными занять под

проценты, чтобы уплатить эти долги. Занятый капитал возмещает капиталы этих

лавочников и торговцев, которые землевладельцы не могли возместить за счет ренты

со своих имений. Он в сущности занимается не для того, чтобы быть растраченным,

а для того, чтобы возместить уже ранее растраченный капитал.

Почти все займы под проценты получаются в деньгах, бумажных или же золотых и

серебряных. Но в чем в действительности нуждается заемщик и чем снабжает его

лицо, дающее взаймы, это - не деньги, а стоимость денег или товары, которые

можно купить на них. Если они ему нужны в качестве фонда для непосредственного

потребления, он может этот фонд составить лишь из этих товаров. Если они ему

нужны в качестве капитала для производительного употребления, он только за счет

этих товаров может снабдить рабочих орудиями труда, материалами и средствами

существования, необходимыми для выполнения работы. Посредством займа заимодавец

как бы предоставляет должнику свое право на известную часть годового продукта

земли и труда страны, какою он может распоряжаться по своему усмотрению.

Поэтому величина капитала или, как обыкновенно выражаются, сумма денег, которая

может в какой-либо стране отдаваться взаймы под проценты, определяется не

стоимостью денег, бумажных или металлических, которые служат средством для

совершения различных займов в данной стране, а стоимостью той части годового

продукта, которая, будучи получена с земли и от труда производительных рабочих,

предназначается не просто для возмещения капитала, а для возмещения такого

капитала, который его собственник не дает себе труда применять самолично. Так

как подобного рода капиталы обычно ссужаются и выплачиваются обратно деньгами,

то они и составляют то, что называется денежным капиталом. Этот капитал

отличается не только от земельного, но и от торгового и промышленного капиталов,

поскольку владельцы последних сами применяют свои капиталы. Тем не менее даже в

денежном капитале деньги представляют собою как бы ассигновку, передающую из

одних рук в другие те капиталы, которые их владельцы не хотят сами употребить в

дело. Капиталы эти могут на любую сумму превышать сумму денег, которая служит

орудием для передачи их из рук в руки, поскольку одни и те же денежные знаки

служат последовательно для совершения как многих займов, так и многих покупок,

Так, например, А ссужает W 1000 фунтов, на которые W сейчас же покупает у В

товары стоимостью в 1 000 фунтов. В, которому деньги сейчас не нужны, отдает в

ссуду те же самые монеты X, а Х сейчас же покупает на них у С другие товары

стоимостью в 1 000 фунтов. С точно так же и по той же причине ссужает их Y,

который в свою очередь покупает на них товары у D. Таким путем одни и те же

денежные знаки, бумажные или металлические, могут на протяжении нескольких дней

служить средством для совершения трех различных займов и трех различных покупок,

причем в каждом отдельном случае сделка по стоимости равна всей сумме этих

денежных знаков. То, что три денежных капиталиста А, В и С передают трем

заемщикам W X и У, сводится к передаче возможности произвести эти покупки. В

этой возможности и состоят значение и польза займов. Капитал, отданный взаймы

тремя денежными капиталистами, равняется стоимости товаров, которые можно купить

на него, и в три раза больше суммы денег, посредством которой произведены

покупки. При всем том эти ссуды могут быть вполне обеспечены, поскольку

купленные должниками товары употребляются так, что к условленному сроку вернут

вместе с некоторой прибылью такую же стоимость в звонкой монете или в бумажных

деньгах. И подобно тому как одни и те же денежные знаки могут, таким образом,

служить средством для совершения нескольких займов на сумму, в три раза или же

совершенно аналогичным образом в тридцать раз превышающую их стоимость, они

точно так же могут во столько же раз последовательно служить и средством уплаты

долга.

Таким образом, на капитал, который ссужен под проценты, можно смотреть как на

ассигновку со стороны заимодавца заемщику на некоторую значительную часть

годового продукта при том условии, что заемщик в свою очередь будет в течение

всего времени пользования займом предоставлять заимодавцу ежегодно небольшую

часть, называемую процентом, а к концу договоренного срока займа возвратит ему

часть, равняющуюся по величине той ассигновке, которую первоначально получил,

что называется уплатой долга. Хотя деньги - звонкой монетой или бумажками -

служат обыкновенно средством для передачи как незначительной, так и большой

части годового продукта (процентов и капитала), они сами по себе представляют

собою нечто отличное от того, что передается при их посредстве.

В соответствии с возрастанием в какой-либо стране той доли годового продукта,

которая, как только она получается с земли или от труда производительных

рабочих, предназначается на возмещение капитала, естественно возрастает вместе с

тем и то, что называют денежным капиталом. Возрастание тех особых капиталов, с

которых владельцы их желают получать доход, не давая себе труда лично пустить их

в дело, естественно сопровождает общее увеличение капиталов. Другими словами, по

мере возрасания капитала страны постепенно все больше увеличиваются и размеры

капитала, отдаваемого взаймы под проценты.

По мере увеличения отдаваемых взаймы капиталов неизбежно уменьшается процент,

или цена, какую приходится платить за пользование этими капиталами. Это

уменьшение происходит не только в силу тех общих причин, которые обыкновенно

понижают рыночную цену товаров в соответствии с увеличением их количества, но и

в силу других причин, проявляющих свое действие только в этом особом случае. По

мере увеличения в стране капиталов неизбежно уменьшается прибыль, которую можно

получить от употребления их в дело. Постепенно становится все более и более

трудным найти в пределах страны выгодный способ применения для нового капитала.

В, результате этого возникает конкуренция между различными капиталами, причем

владелец одно го старается овладеть областью, которая занята другим. Но в

большинстве случаев он может надеяться вытеснить этот другой капитал из данной

области только в том случае, если он предлагает более льготные условия. Он не

только должен продавать свои товары несколько дешевле, но и для того, чтобы

иметь возможность продать их, он вынужден иногда производить свои закупки по

более дорогой цене. Спрос на производительный труд благодаря увеличению

капиталов, предназначенных на его содержание, возрастает с каждым днем. Рабочие

легко находят себе работу, но владельцы капиталов испытывают затруднения в

приискании рабочих. Их конкуренция между собою повышает оплату труда и понижает

прибыль с капитала. Но если прибыль, которая может быть получена от приложения

капитала, уменьшается таким об- разом, так сказать, с обоих концов, то и цена,

какую возможно платить за пользование им, т.е. норма процента, должна тоже

неизбежно уменьшаться.

Локк[См. Locke. Considerations on the Lowering the Rate of Interest and Raising

the Value of Money, p. 6.], Лоу, Монтескье [См. Montesquieu. Esprit des lois,

liv. XXII, chap. VI.], как и многие другие писатели, предполагали, по-видимому,

что вызванное открытием испанской Вест-Индии увеличение количества золота и

серебра явилось действительной причиной понижения нормы процента в большей части

Европы. Они утверждают, что поскольку эти металлы утратили сами некоторую долю

своей стоимости, постольку и пользование той или другой частью их стало тоже

представлять меньшую стоимость, а потому и должна была уменьшиться цена, которую

можно было платить за него. Это мнение, на первый взгляд представляющееся столь

убедительным, так обстоятельно разобрано Юмом [См. "Опыты" Юма, опыт о

проценте.], что, пожалуй, нет необходимости говорить еще что-нибудь по этому

поводу. Все же нижеследующие краткие и простые соображения могут помочь более

убедительному выяснению ошибки, которая, по-видимому, ввела в заблуждение этих

писателей.

До открытия испанской Вест-Индии обычной нормой было в большей части Европы,

по-видимому, 10 процентов. С тех пор она понизилась в различных странах до 6, 5,

4 и 3 процентов. Предположим, что во всех странах стоимость серебра уменьшилась

в той самой пропорции, в какой понизилась в них норма процента, и что в тех

странах, например, где процент понизился с десяти до пяти на сто, на одно и то

же количество серебра теперь можно купить вдвое меньшее количество товаров, чем

прежде. Такое предполо- жение, мне кажется, вряд ли найдут где бы то ни было

соответствующим действительности, но оно наиболее благоприятно точке зрения,

которую мы намерены подвергнуть рассмотрению; однако даже при таком

предположении совершенно невозможно, чтобы понижение стоимости серебра могло

хотя бы в малейшей степени вести к понижению нормы процента. Если 100 ф. в этих

странах стоят теперь не больше, чем стоили в то время 50 фунтов, то и 10 фунтов

должны теперь обладать не большей стоимостью, чем 5 фунтов тогда. Каковы бы ни

были причины, которые понизили стоимость капитала, те же самые причины должны

были понизить и стоимость процента и притом в такой же пропорции. Соотношение

между стоимостью капитала и стоимостью процентов должно было остаться

неизменным, если норма процента не изменилась; напротив, при изменении нормы

процента соотношение между этими двумя стоимостями необходимо изменяется. Если

100 теперешних фунтов стоят не больше 50 фунтов прежних, то 5 фунтов теперешних

не могут стоить более чем 2 фунта 10 шиллингов прежних. Следовательно, при

понижении нормы процента с десяти до пяти на сто, мы даем за пользование

капиталом, который предполагается равным лишь половине его прежней стоимости,

процент, который равняется лишь четвертой части стоимости прежнего процента.

Увеличение количества серебра при неизменном количестве товаров, обращающихся

посредством его, не могло бы иметь другого результата, кроме уменьшения

стоимости этого металла. Номинальная стоимость предметов всякого рода

увеличилась бы, но их действительная стоимость осталась бы прежней. Они теперь

обменивались бы на большее число серебряных монет, но количество труда, которое

можно приобрести на них, или число людей, которым они могут дать содержание и

занятие, осталось бы тем же самым. Капитал страны остался бы неизменным, хотя

большее число монет может теперь понадобиться для перехода какой-либо его части

из одних рук в другие. Средство для такого перехода станет, подобно бумаге

многословного нотариуса, более тяжеловесным, но переходящий из рук в руки

предмет не изменится сравнительно с прежним временем и сможет оказывать лишь

прежнее действие. Поскольку останется неизменным фонд, предназначенный на

содержание производительного труда, не изменится и спрос на последний. Поэтому и

цена его или заработная плата останется фактически без изменения, хотя

номинально повысится. Эта заработная плата будет выплачиваться посредством

большего количества серебряных монет, но на них можно будет купить такое же

самое, как и прежде, количество продуктов. Прибыль на капитал, номинальная и

действительная, останется без изменения. Заработная плата за труд обычно

измеряется количеством серебра, которое выплачивается рабочему. Поэтому, когда

это количество увеличивается, кажется, что заработная плата повысилась, хотя в

некоторых случаях она может быть не большей, чем прежде. Но прибыль на капитал

измеряется не количеством серебряных монет, какими она выплачивается, а

отношением суммы этих монет ко всему затраченному капиталу. Таким образом,

говорят, что в данной стране 5 шиллингов в неделю составляют обычную заработную

плату рабочего, а 10 процентов - обычную прибыль на капитал.

Но если весь капитал страны остается неизменным, то не усилится и конкуренция

между различными капиталами отдельных лиц, из которых он состоит. Они все будут

работать с тем же успехом и неудачами. Поэтому и не изменится обычное

соотношение между капиталом и прибылью, а следовательно, не изменится и обычный

денежный процент, поскольку то, что обычно могут давать за пользование деньгами,

с необходимостью регулируется тем, что можно извлечь от пользования ими.

Напротив, увеличение количества товаров, обращающихся ежегодно внутри страны,

при неизменном количестве обращающихся денег вызывает много других важных

последствий помимо повышения стоимости денег. Капитал страны, хотя номинально

может остаться неизменным, в действительности увеличится. Он может выражаться в

прежнем количестве денег, но сможет распоряжаться большим количеством труда.

Увеличится количество производительного труда, которое он может содержать и

занимать, а следовательно, усилится и спрос на этот труд. Заработная плата,

естественно, повысится вместе с усилением спроса и, однако, может казаться, что

она понизилась. Она может выплачиваться в виде меньшего количества денег, но на

это меньшее количество денег можно будет покупать больше товаров, чем раньше на

большее количество денег. Прибыль на капитал уменьшится как фактически, так и по

видимости. Вместе с увеличением всего капитала страны, естественно, усилится и

конкуренция между различными капиталами, из которых он состоит. Владельцы этих

капиталов будут вынуждены довольствоваться меньшей долей продукта того труда,

который занимает их капиталы. Денежный процент, всегда изменяющийся в

соответствии с прибылью на капитал, сможет, таким образом, значительно

понизиться, хотя бы стоимость денег или количество товаров, которое можно купить

на определенную сумму денег, и повысилось значительно.

В некоторых странах законом было воспрещено взимание денежного процента. Но

поскольку везде пользование деньгами может приносить некоторую прибыль;

постольку и следует везде что-нибудь платить за такое пользование ими. Этот

запрет, как обнаружилось на опыте, вместо того, чтобы предотвратить, только

усиливал зло ростовщичества, ибо должнику приходилось уже платить не только за

пользование деньгами, но и за риск, которому подвергался кредитор, принимая

вознаграждение за это пользование. Он был вынужден, если можно так выразиться,

страховать своего кредитора на случай кары за ростовщичество.

В, странах, где взимание процента дозволено, закон в целях предотвращения

вымогательства ростовщиков обычно устанавливает максимальную норму процента,

какая может взиматься, не навлекая за это кары. Эта норма должна всегда

несколько превышать самую низшую рыночную цену или ту цену, которая обычно

уплачивается за пользование деньгами лицами, могущими представить наиболее

верное обеспечение. Если эта законная норма устанавливается ниже низшей рыночной

нормы, то последствия этого будут почти такие же, как и при полном воспрещении

взимания процента. Кредитор не захочет ссужать свои деньги дешевле той

стоимости, которую имеет пользование ими, и должник должен платить ему за риск,

которому тот подвергается, беря с него полную стоимость такого пользования. Если

норма устанавливается в размере как раз низшей рыночной цены, это подрывает у

честных людей, уважающих законы своей страны, кредит всех тех, кто не в

состоянии представить наилучшее обеспечение, и заставляет последних прибегать к

ростовщикам-вымогателям. В такой стране, как Великобритания, где деньги

ссужаются правительству по 3 процента, а частным лицам ссужаются под верное

обеспечение по 4 и 4l/2 процента, установленная ныне законом норма в 5 процентов

представляется, пожалуй, наиболее соответственной.

Следует, однако, заметить, что законная норма процента, хоть она и должна

несколько превышать низшую рыночную норму, все же не должна превышать ее слишком

намного. Если бы, например, законная норма процента была установлена в

Великобритании на таком высоком уровне, как 8 и 10 процентов, то большая часть

денег, отдаваемых взаймы, ссужалась бы расточителям и спекулянтам, которые одни

проявляли бы готовность платить такой высокий процент. Здравомыслящие люди,

готовые давать за пользование деньгами не больше, чем часть того, что они могут

получить сами в результате пользования ими, не рискнут конкурировать с ними.

Таким образом, значительная часть капитала страны не будет попадать в руки тех

именно людей, которые скорее всего могут дать им выгодное и прибыльное

применение, и достанется тем, кто скорее всего растратит и уничтожит его.

Напротив, там, где законная норма процента установлена лишь немного выше низшей

рыночной нормы, обычно будут предпочитать иметь должниками людей здравомыслящих

и осторожных, чем расточителей и спекулянтов. Лицо, дающее взаймы деньги,

получает с первых почти такой же процент, какой может брать с последних, а между

тем его деньги гораздо безопаснее в руках первых, чем в руках последних.

Значительная часть капитала страны попадает, таким образом, в такие руки, в

которых он скорее всего будет применен с выгодой.

Никакой закон не в силах понизить обычную норму процента ниже самой низшей

рыночной нормы, существующей в момент издания закона. Несмотря на эдикт 1766

года, которым французский король пытался понизить норму процента с 5 до 4,

деньги по-прежнему ссужались во Франции по 5 процентов, а закон обходился

различными способами. Обычная рыночная цена земли, следует заметить, зависит

везде от обычной рыночной нормы процента. Лицо, обладающее капиталом, от

которого оно желает получать доход, не обременяя себя личным употреблением его в

дело, имеет перед собою выбор: купить на него землю или отдать взаймы под

проценты. Большая обеспеченность помещения в землю, а также некоторые другие

преимущества, связанные почти повсюду с этим видом собственности, в большинстве

случаев побуждают его довольствоваться меньшим доходом с земли, чем тот доход,

какой он мог бы иметь, ссужая свои деньги под проценты. Эти преимущества

достаточны для того, чтобы компенсировать некоторую разницу в доходе, но

компенсировать они могут только разницу; и если рента с земли упадет значительно

ниже обычного денежного процента, то никто не станет покупать землю, а это скоро

восстановит ее обычную цену. Напротив, если указанные преимущества и выгоды с

избытком уравновешивают эту разницу, все станут покупать землю, что в свою

очередь скоро повысит ее обычную цену. Когда процент держался на уровне десяти

на сто, земля обычно продавалась из расчета 10- или 12-летней доходности. Когда

норма процента понизилась до 6, 5 и 4 процентов, цена земли повысилась, и ее

стали продавать из расчета 20, 25 и 30-летней доходности. Рыночная норма

процента во Франции выше, чем в Англии, а средняя цена земли ниже. В Англии она

обычно продается из расчета 30-летней, а во Франции 20-летней доходности.

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 23      Главы: <   17.  18.  19.  20.  21.  22.  23.