Лекция 1 КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО КАК НАУКА

Наука - это организованное знание. Г. Спенсер

Жизнь ставит цели науке; наука освещает путь жизни.

Н. Михайловский

Существуют три стадии признания научной истины: первая - «это абсурд», вторая - «в этом что-то есть», третья - «это общеизвестно»

Эрнест Резерфорд

1. Общая характеристика науки конституционного пра­ва. Николай Бердяев как-то сказал: «Науки нет, есть только нау­ки». Это очень смелое и, вместе с тем, исключительно спорное ут­верждение. Вернее все же рассматривать науку как сложное явле­ние. Ее можно представить как сумму научных знаний, и с этой точки зрения, думается, допустимы оба эти понятия: в каждом из них за­ключено представление о науке (науках), как об известном диалек­тичном единстве единичного и суммативного.

Можно вести речь о науке конституционного права от­дельных стран. С этой точки зрения у каждой страны может быть своя наука конституционного права. Вместе с тем все, что в той или иной стране относится к конституционной проблематике, может рас­сматриваться в качестве объекта конституционного права как единой науки. В советское время в юриспруденции определенное развитие получило государственное (конституционное) право зарубежных стран. Достаточно активно использовалась следующая терминоло­гия: государственное право буржуазных стран; государственное право развивающихся стран; государственное право стран капи­талистической ориентации; государственное право стран социа­листической ориентации. Сейчас иногда пишут так: конституци­онное право стран дальнего зарубежья; конституционное право стран ближнего зарубежья. Ныне же ученые-юристы, занимающие­ся изучением нероссийского конституционного права, свой предмет научного увлечения называют no-разному: одни - конституционное

12

право зарубежных стран (государств); другие - иностранное кон­ституционное право. В последнее время достаточно активно разви­вается такое направление в конституциоведении как сравнительное конституционное право. Это как бы общее конституционное право, изучающее конституционное право всех стран мира, взятых в единст­ве и различии. В определенных своих частях сравнительное консти­туционное право смыкается с общей теорией права и государства, международным правом, философией, социологией, политологией.

Любая наука имеет свой объект и свой предмет. Что же представляют собой объект и предмет российской конституционно-правовой науки?

Разрушение тоталитаризма в России, развитие либерально-демократических идей и институтов в обществе обусловили не только смену обозначения науки (раньше она именовалась наукой советского государственного права, а теперь - наукой российского конституци­онного права), но и пересмотр прежних подходов к характеристике объекта и предмета этой науки. Однако в предлагаемых решениях немало дискуссионного. Одни ученые-конституционалисты не прово­дят различия между объектом и предметом науки конституционного права, нередко просто отождествляют их. Другие различают их, но не совсем четко их характеризуют.

При решении вопроса об объекте и предмете науки конститу­ционного права, вероятно, нужно руководствоваться следующим ме­тодологическим постулатом: объект той или иной отрасли научного знания - это то, что дано до науки, а предмет ее - это то, что получи­лось после «научного окультуривания» этого поля. Вместе с тем сле­дует учитывать еще одно обстоятельство: на определенном этапе сво­его развития во всякой науке получает развитие процесс самопозна­ния, что, несомненно, является необходимым условием ее дальнейше­го развития. А это, в свою очередь, усложняет решение вопроса об объекте и предмете науки.

В самом общем виде объект конституционного права как науки образует человек, его естественные права и свободы; обще­ство и государство как институциональные образования, взятые в единстве, различии и взаимодействии. При углублении же в вопрос можно обнаружить, что основной интерес науки конституционного права сфокусирован на изучении конституционного права как от-

13

расли отечественной системы права; взаимоотношений человека и власти; становления и развития важнейших институтов об­щества  (семьи,   собственности,   коллективов,  местного  само­управления, партий и т.д.) и государства (прежде всего, инсти­тутов главы государства, парламента, правительства, судебной системы), а также законодательства (главным образом, кон­ституционно-правового, но не только), а также практики его реализации, применения. Кроме того, в орбите познания науки кон­ституционного права находятся такие объекты, как личность учено­го-конституционалиста,   различные   конституционно-правовые идеи, учения, теории, концепции; конституционно-правовые на­учные институты, центры и другие учреждения и т.д. Предмет же науки конституционного права образуют вопросы, часто про­блемные, направленные на установление закономерностей, тен­денций, имеющих существенное значение с точки зрения легити­мации и защиты естественных прав и свобод человека и гражда­нина, развития структур гражданского общества и правового го­сударства,  формирования конституционно-правового законода­тельства, в целом правовой системы общества. В зависимости от различных обстоятельств круг тем, обсуждаемых конституционали­стами может сужаться или расширяться, но в целом объем и характер проблематики, образующей содержание науки конституционного пра­ва, предопределен объективными факторами: уровнем развития обще­ства (в диком обществе не возникает даже потребности в науке конституционного права, как, впрочем, и в любой другой науке), сте­пенью развития важнейших элементов конституционализма, т. е. тех ее частей, в которых наиболее полное выражение находят мировоз­зрение, философско-теоретические взгляды, основанные на постула­тах свободы и справедливости. Свобода самодостаточного общества и порядок в государстве, наделенном властью, необходимой и доста­точной, чтобы обеспечить безопасность обществу и его членам, не разрушая сложившийся в обществе правопорядок, а напротив, спо­собствуя его сохранению и развитию, - это, пожалуй, стержневая идея современного конституционализма. Думается, тема законности, точ­нее правозаконности, относится не столько к обществу, сколько к государству. Если государство действительно проявляет заботу о правопорядке, то оно всегда должно действовать в режиме правоза-

14

конности. Общество не может жить только по писаным законам, в которых элемент субъективизма, волюнтаризма, произвольности во все времена достаточно значителен. Оно живет, веря в идею права, которое во много раз богаче и сложнее закона. Государство может находиться в кризисе и действительно частенько бывает в таком со­стоянии. И если с тем или иным успехом оно преодолевает такое со­стояние, то, как правило, только благодаря силе общества, долготер­пению населения, его вере в право, в любовь, плодом которой являет­ся каждый человек, а также во все то хорошее, что окружает людей, создавая определенный уровень комфортности для их жизни.

Какова система российской науки конституционного права? Это один из интереснейших и вместе сложнейших вопросов консти-туциоведения.

В дореволюционной России нормативно-правовая сторона идеи конституции была развита крайне слабо. Этот «минус», как ни странно, в теоретическом плане становился «плю­сом». Незрелость конституционно-правовой догмы позволяла раз­вивать содержательно богатые теории о том, что есть система науки конституционного (государственного) права. По этому пово­ду Н.М. Коркуновым, Н.И. Лазаревским и рядом других крупных уче­ных-конституционалистов высказаны глубокие идеи, которые со­храняют свое значение и ныне. Так. Н.М. Коркунов находил, что система науки государственного права состоит из двух частей -общей и особенной. А Н.И. Лазаревский считал, что в системе нау­ки конституционного (государственного) права центральное место должны занимать вопросы о конституционном государстве, т.е. о формах правления, исторических предпосылках конституци­онного строя (разделении властей, народном суверенитете, народ­ном представительстве).

В советское время в юриспруденции господствовало мнение, что система науки государственного права СССР не может расхо­диться с системой государственного права как отрасли советской системы права, точнее, со структурой ее основного источника -Конституции СССР. Иные взгляды, а они были (крайне интересны работы Г.С. Гурвича, И.Д. Левина, И.П. Трайнина), разделялись не­многими. В 60-80-е годы ученый люд стал смелее. А.И. Лепешкиным, И.Е. Фарбером, В.А. Ржевским, Б.В. Щетининым были обоснованы различные варианты системы науки конституционного (государст-

15

венного) права, которые достаточно сильно отличались от струк­туры действующей тогда конституции.

Ныне, уже в постсоветский период, в области систематики науки конституционного права много и продуктивно работают, например, Н.А. Богданова, В. Т. Кабышев, Ю.А. Тихомиров и др. Проведен критический анализ многих воззрений на систему нау­ки конституционного (государственного) права, высказаны инте­реснейшие идеи на этот счет. Вместе с тем сохраняет свое значе­ние и традиционная точка зрения, согласно которой структура науки конституционного права во многом совпадает со структу­рами конституционного права как отрасли отечественной систе­мы права и как учебной дисциплины.

Таким образом, существуют различные решения вопроса о системе науки конституционного права. В дискуссионном плане хо­телось бы высказать наше видение решения этого вопроса.

Обычно указывается, что конституционное право - система идей, взглядов, представлений, принципов, знаний о конституци­онном праве как отрасли отечественной системы права, обраща­ется внимание на составляющие его содержание нормы, регулирую­щие общественные отношения. При этом отдельными авторами об­ращается внимание на то, что конституционное право частью отно­сится к правоведению, а частью к государствоведению. Со сказанным с теми или иными допущениями, думается, можно было бы согла­ситься, но здесь, на наш взгляд, не принимаются во внимание два важных обстоятельства. Дело в том, что любая наука - это не только знания (идеи, теории, концепции и. д.), а еще и деятельность, в процессе которой эти знания потребляются и производятся, и, в ко­нечном счете, вырабатываются новые знания. Кроме этого, всякая наука - еще и научные учреждения, научные образования, научные ассоциации. Следовательно, и в случае с наукой конституционного права при характеристике ее системы нельзя ограничиваться тем, что она представляет собой систему знаний, а обязательно нужно указы­вать еще и на деятельность, направленную на приращение этих зна­ний, а также на научные учреждения, научные образования, научные ассоциации как на ее определенные системообразующие элементы.

Далее. Существуют определенная зависимость между систе­мой науки конституционного права и структурной организацией

16

всего объема изучаемого ею материала, т. е. при исследовании и ха­рактеристике системы науки конституционного права вольно или не­вольно приходится считаться с системными особенностями ее объек­та и предмета.

Кроме того, нельзя понять, в чем специфика системы науки конституционного права, если отсутствует определенность в последо­вательности основной идеи конституционализма, которая по больше­му счету является отправной и в то же время конечной точкой всей конституционно-правовой теории и практики.

Наконец, любая достаточно развитая наука состоит из частей, в которых заключены соответствующие знания, относящиеся к ее философско-теоретической основе, истории, понятийно-категориальной и нормативной стороне. Следовательно, указанные элементы необходимо различать и в системе науки конституционного права. Вполне уместны в ней и исследования, направленные на алго­ритмизацию решения отдельных конституционно-правовых задач.

Таким образом, можно заключить: хотя наука конституцион­ного права представляет собой структурно обособленную часть пра­воведения и государствоведения в их функциональном единстве, она, тем не менее, представляет собой вполне самостоятельное и доста­точно сложное системное образование, которое в полную объеме еще, пожалуй, не познано.

В порядке рабочей гипотезы можно высказать идею о том, что в качестве наиболее существенных, системообразующих элементов науки конституционного права выступают следующие содержательно богатые, наукоемкие фрагменты:

1.    Методолого-теоретические начала науки конституционно­го права.

2.    История науки конституционного права.

3.    Учение о конституции. Современные взгляды на консти­туционализм, на его сущность, содержание, структуру, виды, возмож­ности влияния на развитие общества и государства, отдельных их структур.

4.    Конституционно-правовые принципы.

5.    Важнейшие конституционно-правовые понятия и катего­рии. Механизм конституционно-правового регулирования.

6.    Права и свободы человека и гражданина.

17

7.    Правовая система.

8.    Территориальное устройство государства.

9.    Организация    и    функционирование    публичной    вла­сти. Понятие   публичной   власти. Виды  и   уровни   публичной   вла­сти. Ветви государственной власти в условиях различных форм госу­дарства и политических режимов. Местное самоуправление.

10. Научные кадры и научные учреждения, организации, ассо­циации.

Отсюда - наука конституционного права представляет со­бой отдельную область правоведения и государствоведения, взя­тых в единстве, т.е. систему специфических знаний о конститу­ционно-правовой действительности, теоретико-практическую деятельность ученых-конституционалистов и специалистов, за­нимающихся решением многообразных задач, направленных на систематизацию и приращение этих знаний, а также совокуп­ность научных учреждений, образований, ассоциаций, способст­вующих самореализации указанных лиц, создавая резким макси­мального благоприятствования развитию инициативы, творче­ства.

2. Методология науки конституционного права. Что такое методология? Одни отождествляют методологию с философи­ей. Другие находят, что методология не сводится к философии, по­скольку включает в себя еще и не философские, а чисто научные по­нятия и категории прикладного характера. Существует достаточно авторитетное мнение, что методология - особая отрасль науки, кото­рая, отвлекаясь от психологических, физиологических, социальных и других аспектов анализа, рассматривает главным образом объектив­ную структуру процесса исследования и строение образующих его компонентов. Э.Г. Юдиным высказана плодотворная идея, согласно которой необходимо различать типы и уровни методологии. По его мнению, существуют четыре уровня методологического знания: высший уровень - философская методология, определяющая общие принципы познания и категориальный аппарат науки в целом; уро­вень общенаучных принципов и форм исследования, специфика ко­торых состоит в относительном безразличии к конкретным типам предметного содержания отдельных наук, и вместе с тем обладает некоторыми "общими чертами процесса познания в его достаточно

18

развитых формах"; уровень конкретной научной методологии -принципы исследования и процедуры, применяемые в той или иной специальной научной дисциплине; низший уровень - методика и тех­ника конкретного исследования, которые представляют собой "набор процедур", обеспечивающих получение единообразного и достовер­ного эмпирического материала и его первичную обработку1.

Таким образом, в науке нет единого понимания методоло­гии. Слабо разработан и вопрос о методологии науки конституцион­ного права. Большинство ее представителей довольствуются наработ­ками по этому вопросу данными общей теории права и государства, хотя, если углубиться в предмет, можно заметить, что и в этой науч­ной области вопросы методологии тоже во многом дискуссионны.

Условимся, что методология - понятие достаточно широкое, собирательное, синтетическое, интегральное, состоящее из ряда ком­понентов: мировоззрения и фундаментальных понятий, некоторых общих принципов, всеобщих законов и категорий, общих и частных методов. С прикладной точки зрения очень важен вопрос о совокуп­ности методов, используемых наукой конституционного права. Но при этом нельзя забывать и того, что методология не есть простая сумма, некий набор методов, а есть нечто большее. Методы, взятые в единстве и в целом, лишь часть всей методологии как системного яв­ления. Ни один метод не имеет методологического значения без предмета соответствующей науки.

В науке конституционного права достаточно активно исполь­зуются следующие методы и подходы.

Аналитический метод. Этот метод неплохо представлен в некоторых работах, например, профессора Виктора Осиповича Лучи­на". Их достоинством является тщательная проработка, глубокий, все­сторонний анализ догмы конституционного права, что достигается путем изучения текстов конституций, конституционных и обычных законов, практики их реализации (применения), сложных юридиче­ских дел, рассмотренных КС РФ. В результате аналитического изуче­ния конституционно-правового материала, если оно проведено доста­точно квалифицированно, раскрывается сложная картина конститу­ционно-правовой действительности, обнажается ее содержание, вы­являются проблемы, открывается возможность отработать "на бере­гу" наиболее целесообразные формы и методы конституционно-

19

правового воздействия на социальные процессы, выработать эффек­тивные конституционно-правовые процедуры и усовершенствовать их адекватно широкой социальной и юридической практике, более глу­боко проникнуть в «тайны» конституционного права, основательнее изучить особенности конституционно-правовых норм и их специфи­ческих рядов, взятых в единстве с конституционными правоотноше­ниями. От степени развитости аналитического подхода в конститу-циоведении, умелости применения ее методов в значительной степени зависят качество конституционно-правового законодательства, эф­фективность его реализации (применения), уровень подготовки спе­циалистов в области конституционного права и в смежных с ним от­раслях права, публичного права в целом, состояние правового созна­ния и правовой культуры в обществе

Исторический подход. «Тот, кто не знает истории, не знает настоящего, и у него нет будущего», - любят говорить историки. И с этим, думается, можно согласиться. Во всяком случае, в науке кон­ституционного права это принципиальное положение лежит в основе исторического подхода, дополняющего аналитический подход.

История не учит ничему лишь тех, кто не хочет учиться. Для тех же, кто с головой погрузился в историю, ретроспективные методы - дело знакомое и хорошо освоенное, история - наука будуще­го. Работая в архивах, изучая законодательство прошлого (если оно, естественно, сохранилось), литературные источники, результаты ар­хеологических исследований, словом, постигая «дела давно прошед­ших лет», ученый-конституционалист устанавливает закономерности и тенденции в развитии конституционно-правовых идей, взглядов, концепций, теорий, норм, институтов и учреждений, лучше понимает особенности конституционно-правовых принципов и норм, выявляет элементы преемственности в становлении и развитии правовой сис­темы и государственности. Все это дает возможность лучше прогно­зировать конституционно-правовое развитие, будущее конституцион­но-правовых принципов и норм, институтов и учреждений.

Исторический подход учит мыслить конкретно-исторически, рассматривать явления и процессы в развитии, выявляя их достоинст­ва и недостатки. Знать это особенно важно сегодня, поскольку Россия находится в переходной стадии своего развития, ее правовая система далеко не совершенна, и отнюдь не все в условиях информационного

И

бума способны отличить истину от лжи, добро от зла, прекрасное (красоту) от безобразного (некрасивого), право от произвола.

Социологические методы. История не повторяется, а если повторяется, то это уже социология. Социологические методы (на­блюдение, интервьюирование, анкетирование и др.) в науке консти­туционного права нацелены на анализ практики реализации (приме­нения) конституционно-правовых норм, взятых в единстве с консти­туционными правоотношениями, изучение правосознания граждан, различных социальных групп населения, государственных и муници­пальных служащих. Они достаточно надежны и при исследовании деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления. С помощью социологических методов можно полу­чить достоверные данные, которые, при условии их правильной оцен­ки, способствуют совершенствованию конституционно-правового за­конодательства и практики его реализации (применения), улучшению организации и деятельности государственных, муниципальных и иных самоуправленческих структур, развитию правовой системы в целом. С этой точки зрения значительный интерес представляет такой метод из арсенала «социологической юриспруденции» как правовой эксперимент - опытная проверка действия закона в ограниченных пространственных и временных пределах.

Статистические методы. Общепризнанно, что статистиче­ские методы (иногда их называют математическими методами, что в принципе, думается, допустимо) имеют большое значение для разви­тия криминологии, уголовного права. Между тем, в прежние годы судебная статистика сформировалась на лоне государственного пра­ва. Ныне развивается правовая статистика. Возможности статистиче­ских методов достаточно велики. По существу, они могут эффективно применяться во всех областях юриспруденции, в том числе и в науке конституционного права. Любопытно то, что термин «статистика» произошел от латинского слова status (статус), что означает «опреде­ленное положение вещей». Употреблялся он первоначально в значе­нии слова «государствоведение». Впервые был введен в обиход в 1749 году немецким ученым Г. Ахенвалем, выпустившим книгу о го-сударствоведении.

Статистические методы позволяют изучать количественную сторону массовых явлений социально-правовой жизни в единстве с их

20

21

качественным содержанием в конкретных условиях места и време­ни. Важным условием правильного применения статистических мето­дов является выделение статистического показателя - количест­венной оценки свойств изучаемого социально-правового явления. В целом же статистические методы требуют, чтобы исследование соот­ветствующего социально-правового явления осуществлялось после­довательно, в рамках следующих трех этапов (стадий): 1) массового научно организованного наблюдения, с помощью которого добывает­ся первичная информация об отдельных единицах (фактах) изучаемо­го явления; 2) расчленения всей массы случаев (единиц, фактов) на однородные группы и подгруппы (группировка), подсчета типов по каждой группе и подгруппе и оформления полученных результатов в виде статистической таблицы (сводки); 3) обработки получившихся статистических показателей и анализа результатов для получения обоснованных выводов о состоянии изучаемого явления и закономер­ностях его развития. Выводы, как правило, излагаются в текстовой форме и сопровождаются графиками и таблицами.

В современных условиях возможности применения статисти­ческих методов в науке конституционного права значительно расши­ряются благодаря применению математических методов и современ­ной вычислительной техники. Ценность их состоит в том, что они по­зволяют обнаружить факты, явления, процессы, тенденции, законо­мерности, которые не удается выявить и объяснить с помощью дру­гих методов, имеющихся в арсенале методологии науки конституци­онного права. Чтобы изучить полнее, лучше, точнее охарактеризовать то или иное явление, связанное с правом, часто бывает более полез­ным «статистически оценить» и «статистически выразить» изучаемый процесс. При правильном применении статистические методы позво­ляют рассматривать явление, процесс как бы в чистом, «аналитиче­ском» виде. Статистические методы, вооружая исследователя точны­ми и бесспорными фактами, дают ему «статистическое право» на вполне определенный вывод, который сложно опровергнуть словес­ными рассуждениями, Статистическим данным нужно противопос­тавлять статистические данные, а не слова, общие соображения, при­мерные данные, схоластические ухищрения.

Сравнительное правоведение. По Словарю русского языка Института русского языка АН СССР (ныне РАН) сравнить - значит 1)

22

сопоставить для установления сходства или различия, или для уста­новления преимуществ одного перед другим; 2) приравнять к чему-либо, уподобить кому-либо3. Сравнение в этом смысле широко ис­пользуется как в обыденной, повседневной жизни, так и в литературе, искусстве. В философии, логике, в различных областях науки сравне­ние обычно рассматривается как метод, средство, прием познания действительности. В науке выработаны основные принципы сравне­ния. Принято, например, руководствоваться тем, что сравнивать сле­дует только сравнимые, однородные предметы, явления, поня­тия. Сравнение имеет смысл лишь в случае, если сравниваются важ­ные, существенные стороны предмета, вещи, явления и т.п.4

Широкое и активное использование сравнения в юриспруден­ции ведет к формированию сравнительного правоведения. Что же представляет собой сравнительное правоведение: метод или науку?

По мнению одних (например, Рене Давида), сравнительное правоведение представляет собой метод изучения права (правовых систем). Другие (например, Имре Сабо) находят, что сравнительное правоведение - «целое движение», наука, хотя еще и «незавершен­ная», находящаяся в процессе становления. Существует точка зрения (А.А. Тилле, Г.В. Швеков), согласно которой сравнительное правове­дение - это и метод, и наука5. Оценивая разногласия ученых-юристов по поводу «научной квалификации» природы сравнительного право­ведения, В.А. Туманов высказался, что более правы те авторы, кото­рые не хотят решать этот научный спор, руководствуясь принципом «или - или», а придерживаются принципа «и это - и то». «Бесспорно, что сравнение - это частно-научный метод, широко используемый различными юридическими и государствоведческими науками. Но справедливо то, что применение этого метода привело к накоплению значительного материала, потребовало разработки теоретических предпосылок его использования. Кроме того, в самой правовой дейст­вительности имеется значительное (большее, чем когда-либо ранее) число сфер, проблем и отношений, которые не могут быть изучены вне сравнительно-правового подхода. Это и обусловило тенденцию к тому, что сравнительное правоведение обрело черты относительно автономной научной дисциплины (ее называют также вспомогатель­ной). Это не только методологическая дисциплина (хотя теория срав­нительного метода занимает в ней значительное место), но и обобще-

23

ние и систематизация ряда результатов практики применения сравни­тельных исследований, истории компаративистики. Такое движение от метода к научной дисциплине привело к тому, что понятие сравни­тельного метода и сравнительного правоведения употребляются как синонимы», - пишет он6. За последние 20-30 лет появилось много но­вых          ученых-юристов          (М.Н. Марченко,          А.Х. Саидов, Ю.А. Тихомиров), с именами которых ассоциируется развитие иссле­дований в области сравнительного правоведения. Однако указанный научный спор во многом сохраняет свое значение и ныне.

В целях нахождения более или менее удовлетворительного решения задачи позволим себе на время выйти за пределы юриспру­денции. Что такое хирургия - наука или метод? Видимо, и то, и дру­гое. А педагогика?! А шахматы?! Наука или метод? Видимо, ответ должен быть таким же. Очевидно, к этому ряду относится и сравни­тельное правоведение. Оно и наука, и метод.

В сравнительном правоведении важное место занимают две существенные проблемы: выбор объекта сравнительного исследова­ния и принципы его осуществления. Эти проблемы решаются неодно­значно, но можно заметить: многие сходятся в том, что в качестве объекта сравнительно-правового исследования могут выступать са­мые различные явления и понятия, относящиеся к праву и государст­ву (различают, например, макрообъекты и микрообъекты), если они сравнимы. В самом же процессе сравнения, как отмечает, например, Золтан Петери, могут быть выделены следующие три основных этапа:

«А) установление сравнимости, иначе говоря, выбор критерия сравнения (tertium comparationis), позволяющего практически осуще­ствить сравнение изучаемых явлений;

Б) выявление сходства и различий между изучаемыми явле­ниями на базе критерия сравнения;

В) на основе этого сходства и различий:

а)  выявление существенных признаков изучаемого явления и, исходя из этого, определение понятия о нем;

б) выявление тенденций его развития;

в) оценка конкретных форм, в которых это явление обнаружи­вается"7.

Активное использование принципов сравнительного правове­дения в области науки конституционного права ведет к развитию

24

сравнительного конституциоведения. Сравнительное конституцио-ведение допускает микросравнение и макросравнение, внутреннее и внешнее сравнение, диахронное и синхронное сравнение, норматив­ное и функциональное сравнение. В сочетании с другими подходами и методами (аналитическим, историческим, социологическим и т.д.) сравнительное конституциоведение позволяет изучать конституцион­но-правовые явления, ранее остававшиеся вне поля зрения конститу­ционалистов, и выйти за пределы узко-национальной проблематики; по-новому взглянуть на некоторые традиционные проблемы науки конституционного права с учетом многих факторов, влияющих на конституционно-правовое развитие, правовое развитие в целом.

Существует мнение, согласно которому сравнительным кон-ституциоведением охватываются и такие явления, как правовой син­кретизм, конвергенция и дивергенция. Словом, сравнительное кон­ституциоведение располагает богатыми возможностями для углуб­ленного изучения вопросов науки конституционного права. Оно по­могает выявить не только сходства, но и противоположности, разли­чия, черты приспособляемости различных конституционно-правовых систем, выйти на более широкую, общетеоретическую проблематику.

Системный подход. Особенностью системного подхода явля­ется то, что для него характерны, скажем так, собственная логика и методология познания. С этой точки зрения системный подход пред­ставляет собой своеобразную метатеорию. Имеются определенные основания для различения «собственно» системного подхода и дру­гих, родственных ему методологических подходов: системно-структурного,              системно-функционального,              системно-технологического, некоторых других.

Для науки конституционного права системный подход ценен тем, что общество, право и государство предстают перед познающим субъектом как сложные образования, обладающие системными свой­ствами. Важнейшим звеном первого из них является человек, второго - норма права, третьего - государственный орган (с определенной точки зрения, возможны и иные). Системный подход позволяет в сложной гамме взаимосвязей внутри этих системных образований и между ними, в полифонии взглядов на суть, содержание, формы, ха­рактер, направления этих связей выявить и рассмотреть главное, об­разовать их «сухой остаток». При последовательной реализации ме-

25

тодологии и логики системного подхода в области науки конституци­онного права создаются благоприятные условия для того, чтобы уйти от схематизированных, упрощенческих взглядов, концепций, увидеть «человечное» в человеке, «очеловечить» общество, право, государст­во и на этой основе сформировать более гуманные и максимально приближенные к законам природы научные рекомендации и предло­жения, направленные на развитие права, совершенствование законо­дательства и практики его реализации (применения), улучшение ор­ганизации и деятельности публичной власти и ее структур.

О возможностях конфликтологии в изучении вопросов, на­ходящихся в орбите интересов науки конституционного права. В советский период господствующая идеология навязала такой взгляд на социальное развитие, согласно которому советское общество, в противовес вечной конфронтации присущих капитализму антагони­стических сил, представлялось «бесконфликтным». Естественно, он не соответствовал действительному положению вещей и отношений и предопределил своеобразную идеализацию социального развития, причем (что удивительно!) это учение претендовало на диалектиче­ский и материалистический подход к познанию и объяснению всего, что свойственно природе, обществу, мышлению. В постсовесткий пе­риод ложный характер такого подхода стал очевидным, ибо на самом деле мир (и внутренний, и внешний) полон конфликтов, скрытых и открытых. При высокой степени накала, при вовлеченности в них больших групп населения, значительных энергоресурсов, конфликты, если они во время не предотвращены, могут иметь разрушительные, губительные последствия.

Понимание этого привело к развитию нового направления в науке - конфликтологии, которая предполагает уяснение природы разнообразных социальных конфликтов, их сущности, функций и механизмов действия, условий возникновения и способов преду­преждения, урегулирования и, наконец, особенностей развертыва­ния в соответствующей социальной среде и специфике личност­ного и группового поведения конфликтующих. Кроме общей теории конфликтологии формируются и отдельные ее отрасли: конфликтоло­гия политическая, юридическая, национальных отношений, рыноч­ных отношений и предпринимательства, межличностная и др.

26

Применимы ли общая теория конфликтологии и разные ее от­расли в науке конституционного права? На этот вопрос, думается, должен быть дан положительный ответ.

Ценность конфликтологии для науки конституционного права состоит в том, что она выделяет типы конфликтов, ориентируясь на выявление истинных источников конкретного конфликта, его сторон, подлинных мотивов их поведения. В современной конфликтологии, что важно для науки конституционного права, выработаны методы выявления того, каков конфликт - реальный или ложный, определены способы (переговоры, примирение, посредничество и др.), технологии их регулирования и разрешения. Наиболее смелые исследователи предлагают рассматривать конфликт как норму во взаимоотношениях между людьми и их институциональными образованиями. Вместе с тем, ими обращается внимание на то, что конфликт (его причина, си­туация, развитие, последствия), поддаются нормативно-правовому урегулированию в том смысле, что право указывает на дозволенные формы конфликтных отношений и запрещает другие, выходящие за допустимые пределы.

Глубокий и всесторонний анализ постулатов, решений, выво­дов и предложений конфликтологии с целью использования их в за­конотворческой и правоприменительной практике - одна из важней­ших задач конституционного права, юриспруденции в целом.

3. Источники науки конституционного права. Если под ис­точниками науки понимать все те материалы, которые отражают про­цесс развития какого-либо явления, содержащие данные, позволяю­щие познать его характер и содержание, то источниками конституци­онного права как науки выступают материалы, которые позволяют судить о содержании, характере, основных направлениях эволюции конституционного права как отрасли, регулируемых ею обществен­ных отношений, закономерностях и тенденциях их развития. С из­вестной долей условности все источники науки конституционного права логично подразделить на следующие виды: теоретические и нормативные источники, результаты деятельности органов государст­венной власти и местного самоуправления, а также данные социоло­гических исследований.

Теоретические источники. Любая современная наука разви­вается на базе ранее сформулированных выводов, которые подверга-

27

ются критическому анализу в целях выявления их теоретической и практической состоятельности. Случается так, что в одних условиях какие-то предложения отвергаются, а в других условиях оказываются востребованными. Это обусловлено тем, что ученые различных эпох и стран могут применять несхожие концептуальные подходы; выво­ды, сделанные ими, могут не только не совпадать, но даже быть про­тивоположными. Их осмысление - важный фактор развития нау­ки. Таким образом, к теоретическим источникам конституционного права как науки относятся труды отечественных (дореволюционных, советских, современных) и зарубежных ученых, созданные ими уче­ния, теории, концепции, выработанные ими рекомендации и предло­жения.

Нормативные источники. Прежде всего, это Конституция РФ. Далее, это конституции и уставы ее субъектов, ранее действо­вавшее конституционное законодательство, законы и иные норматив­но-правовые акты (в том числе указы Президента России). В части, не противоречащей действующему российскому законодательству, сюда входят и нормативно-правовые акты бывшего Союза ССР.

Осмысливая нормативные источники науки конституционного права, ученые анализируют заложенные в них концепции, сравнивают с нормами, действовавшими ранее, комментируют порядок примене­ния существующих нормативных предписаний, формулируют пред­ложения, направленные на совершенствование конституционно-правового законодательства.

Источником науки конституционного права является также иностранное конституционно-правовое законодательство: конститу­ции и законодательные акты стран ближнего и дальнего зарубежья.

Результаты или практическая деятельность органов госу­дарственной власти и органов местного самоуправления. Знания, полученные конституционно-правовой наукой, нуждаются в проверке их истинности. Кроме того, сама наука развивается, опираясь на практику органов государственной власти и местного самоуправле­ния, опыт реализации конституционно-правовых норм. Связь науки и практики в сфере действия конституционного права характеризуется тем, что, с одной стороны, именно практика ставит перед наукой кон­кретные задачи, а с другой стороны, только наука способна сформу­лировать выводы, предложения и рекомендации, направленные на

28

совершенствование практической деятельности. Следовательно, эта часть деятельности структур государственной власти и местного са­моуправления, ее результаты - тоже источник науки конституционно­го права.

Результаты социологических исследований. Они как источ­ник науки конституционного права имеют еще сравнительно неболь­шую историю. Несмотря на это, ясно, что в современных условиях получить достоверную информацию и спрогнозировать будущее без социологических исследований сложно, а в ряде случаев просто не­возможно. В науке конституционного права социологические иссле­дования применяются в самых различных областях. И с этой точки зрения она смыкается с социологией и политологией.

Источниками науки конституционного права являются также официальные материалы (речи и выступления руководителей госу­дарства и регионов, депутатов, программы и уставы партий, заявле­ния их лидеров), материалы периодической печати (статьи, интер­вью и др.), архивные материалы и многое другое.

Причем, чем богаче источниковедческая основа конституци­онно-правового исследования, тем оно содержательнее, интереснее. В этой связи очень желательно, чтобы при проведении тех или иных исследований в области науки конституционного права использова­лись, по возможности, все перечисленные виды источников. Это по­зволит избежать одностороннего взгляда на вещи и явления, умень­шить риск ошибочного решения задачи, увеличить шансы быть объ­ективным в анализе, в суждениях, выводах, предложениях и рекомендациях.

4. О понятиях и категориях науки конституционного пра­ва. Различия между понятиями и категориями просматриваются в од­них работах достаточно ясно, в других - не очень, в третьих - вообще сложно понять, где понятие и где категория. Условимся: понятие -мысль, которая по какому-то определенному характерному признаку выделяет из некоторого множества (универсума) и собирает в класс (вид, группу) предметы (вещи, явления), обладающие этими же при­знаками; категория - предельно широкое понятие, в котором отобра­жены наиболее общие и существенные свойства, признаки, связи и отношения предметов, явлений объективного мира. «Термин», «сло-

29

во», «знак», «символ» - все они очень близки к «понятию». К «катего­рии» же близки «закон», «закономерность».

О степени развитости той или иной науки можно составить определенное представление по системе понятий и категорий, ис­пользуемых ею. Можно заметить: в силу особенностей объекта и предмета «в обиходе» науки конституционного права предельно ши­рокий набор понятий и категорий.

Сегодня российская наука конституционного права находится в стадии становления. А это значит: интеллектуальная работа, на­правленная на формирование и развитие ее понятийно-категориального аппарата, во многом находится в состоянии поис­ка. Хотя по наиболее принципиальным вопросам и существует из­вестная определенность, в целом же система конституционно-правовых понятий и категорий является открытой, а не закры­той. Следовательно, исследование понятий и категорий науки консти­туционного права с использованием различных методов - еще одно важное направление ее развития.

5. Развитие          науки          конституционного          пра-

ва. Конституционные идеи в России возникли на рубеже XVI1-XVIII веков. Однако тогда они были еще далеки от научности.

К началу XX века российский конституционализм не пред­ставлял собой какого-то единого и цельного учения, а имел вид раз­розненных научных направлений и общественных движений. Так, с достаточно высокой степенью определенности можно вести речь о демократическом конституционализме, либеральном конституциона­лизме, консервативном конституционализме правых земцев, прави­тельственном конституционализме. По оценкам ряда исследователей, в России к началу бурных событий 1917 года сложился государствен­ный строй, который может быть обозначен как конституционно-монархический8.

Научная мысль о конституции и основанном на ней развитии государства и общества формировалась, находясь под влиянием за­падных правовых традиций. Были сильны позиции юридического по­зитивизма, который, однако, не был столь монолитен, как представ­ляют себе некоторые авторы. Вместе с тем развивалась и социологи­ческая юриспруденция. Если сторонники юридического позитивизма предпочитали иметь дело с «чисто» юридическим материалом (изуча-

30

ли нормы права, государственность, пользуясь только специально-юридическими методами, оперируя только правовыми понятиями и категориями), то представители социологической юриспруденции открыто включали социальные и политические моменты в государст­венное право. Они были убеждены в том, что при изучении государ­ственной организации важно изучать не только нормы, но и сами си­лы, определяющие эту организацию; при изучении норм необходимо сопоставлять их с фактическими отношениями, которые эти нормы регулируют. В дореволюционной России в области конституционного (государственного) права работали крупные ученые-юристы: Ф.Ф. Кокошкин, Н.М. Коркунов, С.А. Котляревский, Н.И. Палиенко, Б.Н. Чичерин, А.С. Ященко и др. Они сформулировали основные по­нятия российского государственного права, создали теоретические и специально-юридические конструкции, которые представляют науч­ную ценность и для современных исследователей права и государст­ва. Как правило, дореволюционные российские ученые-государствоведы высказывались за ограничение всевластия царя, но в большинстве своем были сторонниками монархии. «Верховная само­державная власть», обеспеченная еще и преимуществами конститу­ции, казалась им самой большой социальной ценностью. Поэтому крах монархии в России для многих из них стал тяжелой личной дра­мой.

В советский же период конституционное право как самостоя­тельная наука не могла развиваться. Она была обречена на то, чтобы «выживать» в составе единой науки «советского государственного права», которая была построена на признании научной ценности только марксистско-ленинской методологии исследования права и государства вообще, государственного права в частно­сти. Принципиальное значение для науки советского государственно­го права имели работы К. Маркса «Гражданская война во Франции», Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и госу­дарства», В.И. Ленина «Государство и революция», а также произве­дения руководителей ВКП(б)-КПСС, решения руководящих партий­ных органов. Научные разработки государствоведов дореволюцион­ной (досоветской) России были полностью отброшены как не соот­ветствующие новой, ставшей господствующей, идеологии марксизма-ленинизма. Любые отступления от нее жестко пресекались. Поэтому

31

советское государственное право могло развиваться только на ее ос­нове и в заданных ею параметрах.

На первых порах, в 20-е, особенно в 30-е и 40-е годы преобла­дали работы комментаторского плана; разъяснялись положения Кон­ституции РСФСР 1918 года, затем Конституции СССР 1936 года, по­пуляризировались высказывания классиков марксизма-ленинизма. Но в 60-е годы стали появляться работы, посвященные и сравнительному государствоведению. А это позволило отказаться от тезиса о том, что советское государственное право является вершиной научной мыс­ли. В эти же годы начался отход от рассмотрения государственного права с чисто классовых позиций, хотя последние считались опреде­ляющими. Несмотря на то, что в 60-70-е годы стала пропагандиро­ваться идея общенародного государства, имеющего более широкую социальную базу, чем государство диктатуры пролетариата, концеп­ция правового государства не признавалась вплоть до конца 80-х го­дов.

Несмотря на заидеологизированность и заполитизирован-ность, в решении специально-юридических вопросов отрасли имели место и значительные теоретические и практические достиже­ния. Они связаны с именами таких ученых-юристов, как Г.В. Барабашев, Л.Д. Воеводин, Д.Л. Златопольский, И.П. Ильинский, М.Г. Кириченко, В.Ф. Коток, С.С. Кравчук, Н.Я. Куприц, И.Д. Левин, А.И. Лепешкин, B.C. Основин, В.А. Пертцик, Г.И. Петров, И.П. Трайнин, Б.В. Щетинин и многих других. Так, благодаря их уси­лиям весьма хорошо были исследованы проблемы предмета государ­ственного права, особенности государственно-правовых норм и спе­цифика их реализации, виды государственно-правовых отношений, их субъектный состав. Имелись серьезные исследования по проблемам источников государственного права, узловым проблемам государст­венно-правовой доктрины (сущности суверенитета, общим вопросам народной демократии, проблемам правового статуса лично­сти). Рамки общеметодологических установок оставляли определен­ный простор для дискуссий по достаточно широкому кругу государ­ственно-правовых проблем. Ученые-юристы принимали активное уча­стие в формировании планов законодательных работ, в разработке конкретных законов и законодательных актов, в систематизации за­конодательства.

32

Начиная с середины 80-х годов прошлого, XX, столетия, в среде российских ученых-юристов, в том числе конституционалистов, государствоведов, сложилась сложная ситуация.

Одни с усердием, достойным лучшего применения, отстаива­ли те подходы и принципы, которые характерны наиболее идеологи­зированным и политизированным сторонникам классового учения о конституции, праве и государстве советского периода. Другие (исто­рия их ничему не научила) стали безудержно критиковать советское государственное право, тотально отрицать все, что было наработано в советский период в области конституционализма. Третьи стали с рве­нием возвеличивать вклад в развитие науки российского конституци­онного права дореволюционных государствоведов. Четвертые чрез­мерно увлеклись иностранным конституционным правом, особенно американским конституционализмом. Пятые, в смятении оставив за­нятия в области конституционного права, переключились на изучение других научных проблем. Отдельные ученые-юристы перестали во­обще заниматься правом, в частности конституционным (государст­венным) правом, а углубились либо в философские, социологические, политологические проблемы, либо занялись решением сугубо праг­матических задач: ушли в бизнес, в адвокаты и т.п.

С принятием на всенародном референдуме 12 декабря 1993 года Конституции РФ развитие российского конституционализма, в том числе науки конституционного права, идет под ее сильным влия­нием. Вместе с тем, до некоторых пределов сохраняют свое значение и приведенные тенденции.

Однако сегодня достаточно очевидно, что российская наука конституционного права не может развиваться только на основе го­лой критики советского государственного права. В ней равно непри­емлемы некритическое восприятие своего прошлого или чужого опы­та конституционно-правового обустройства государства и общества, а также апология существующего режима правления. Любая наука, ес­ли она намерена существовать в этом качестве и не переродиться в свою противоположность, должна развиваться по собственным и имеющим объективное основание законам.

Конституционализм - мировое движение. Достаточно много фактов, говорящих в пользу того, что наука конституционного права сложна, но в целом едина. Вероятно, наибольшего успеха в ее разви-

33

тии можно добиться, если, исходя из признания общечеловеческих ценностей, искусно применять достижения современной методологии исследований, особенно в области сравнительного конституциоведе-ния и сравнительного правоведения в целом (компаративистики), не забывая о том, что, несмотря на все катаклизмы, в развитии любой науки, в том числе российской науки конституционного права, про­сматриваются элементы преемственности, научной аккультура­ции. Чрезмерная политизация и идеологизация - это своего рода «медвежья услуга» развитию российской науки конституционного права. А вот неустанная работа живой конституционной мысли, на­правленной на поиск идей, ведущих к становлению ее теоретического потенциала и практической отдачи, думается, со временем, несо­мненно, даст хорошие, отличные, превосходные плоды.

Примечания

1   Юдин Э.Г. Системный подход и принципы деятельности. - М., 1978. - С.40-48

2 Лучин В.О. Процессуальные нормы в советском государственном праве. - М.: Юрид. лит., 1976; Лучин В.О. Конституционные нормы и право­отношения: Учеб. пособие. М.: Закон и право: Издательское объединение "ЮНИТИ", 1997.

3 См.: Словарь русского языка. АН СССР. Институт русского языка. -Т.4: С - Я. - М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1961.-С.326

4 См.: Философский энциклопедический словарь. - М., 1983. - С.650; Кондаков Н.И. Логический словарь-справочник. - М.: Наука, 1975. - С. 567-569

5  Тилле А.А. Социалистическое сравнительное правоведение. - М.: Юрид. лит., 1975. - С.11-12; Тилле А.А., Швеков Г.В. Сравнительный метод в юридических дисциплинах. Изд.2-е. -М.: Высшая школа, 1978. - С. 17-21

6См.: Сравнительное правоведение. - М.: Прогресс, 1978. - С.12-13

7   Золтан   Петери. Задачи   и   методы   сравнительного   правоведе-ния//Сравнительное правоведение. - М.: Прогресс, 1978. - С.81

8 См., например: Кравец И.А. Конституционализм и российская госу­дарственность в начале XX века: Учебное пособие. - М.: ИВЦ «Маркетинг»; Новосибирск: ООО «Издательство ЮКЭА», 2000. - С.317-335

34

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 34      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. >