3. Территориальная сфера действия Европейской конвенции в соответствии со ст. 56

Ст. 56 Европейской конвенции устанавливает ограничение действия ст. 1, согласно которой Конвенция применима ко всем лицам, на которые распространяется юрисдикция того или иного государства-участника. В соответствии с общим принципом международного права, зафиксированным в ст. 29 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г., действие договора распространяется на всю территорию участвующего в нем государства, включая территории, за международные отношения которых это государство несет ответственность. Иная ситуация складывается, если в отношении одной или более такой территории сделана оговорка либо в самом международном договоре, либо в момент ратификации договора государством.

Авторы Европейской конвенции по правам человека пошли по другому пути. Согласно п. 1 ст. 56 действие Конвенции распространяется на упомянутые территории только тогда, когда соответствующая Договаривающаяся Сторона выразила на то свое согласие при ратификации или в любое время после этого путем уведомления Генерального секретаря Совета Европы. Аналогичные положения содержатся также в Протоколах №№ 1, 4, 6 и 7 к Европейской конвенции. В свое время уведомления такого характера были направлены Данией в отношении Гренландии (однако менее чем через два месяца Гренландия стала неотъемлемой частью территории Дании, в связи с чем действие данного заявления утратило силу), Нидерландами в отношении Суринама9 и нидерландских Антильских островов, а также Великобританией в отношении большинства несамоуправляемых территорий, входящих в Содружество.

В решении по делу Тайрер Европейский Суд по правам человека так объяснил причину содержания ст. 56 (тогда еще ст. 63):

«Система, установленная статьей 63, имеет основное свое предназначение — ответ на то обстоятельство, что в момент разработки Конвенции еще имелись колониальные территории, чей уровень цивилизации не позволял, как тогда представлялось, в полной мере применять данный договор»10.

Однако со времени разработки Европейской конвенции число территорий, подпадающих под действие ст. 56, значительно уменьшилось за счет того, что многие бывшие колонии получили независимость. В этой связи важно отметить то обстоятельство, что получившие независимость государства использовали положения Европейской конвенции в качестве основы для билля о правах человека в собственных Конституциях.

История знает и другие примеры, когда государства–участники Конвенции делали заявления в соответствии с тогдашней ст. 63. В частности, при ратификации Европейской конвенции Федеративная Республика Германия объявила, что ее действие распространяется также и на Западный Берлин. Строго говоря, особой необходимости в подобном заявлении не было, так как Западный Берлин являлся и является составной частью территории ФРГ. Однако национальное законодательство предписывало немецкому правительству регистрировать подобные заявления применительно ко всем международным договорам и конвенциям, участником которых была Федеративная Республика Германия.

Несколько более проблематичным было заявление Франции в соответствии со ст. 63. Согласно уведомлению, полученному Генеральным секретарем Совета Европы, положения Европейской конвенции должны были применяться «ко всей территории Республики с должным учетом местных требований в том, что касается заморских территорий, как это оговорено в ст. 63».

Данное заявление Франции представляется достаточно двусмысленным по двум причинам. Во-первых, французское правительство упоминает заморские территории в качестве составной части «всей территории Франции». Во-вторых, посредством этого заявления Франция попыталась применить условие о «местных требованиях», которое согласно п. 3 ст. 63 (нынешней ст. 56) относится только к тем территориям, за международные отношения которых несет ответственность соответствующее государство-участник и к которым применима Европейская конвенция.

Свое мнение по данной проблеме Европейский Суд по правам человека высказал в связи с рассмотрением дела Пьермон. Речь в данном деле шла о том, что во Французской Полинезии была ограничена свобода выражения мнения гражданки Германии, являвшейся членом Европейского Парламента. По мнению правительства Франции, условие о «местных требованиях», которое содержалось в его заявлении, в соответствии со ст. 63 было «равнозначно оговорке». Данный довод был отвергнут Судом, который в решении по этому делу провел различие между понятием «местные требования» и другими факторами, с учетом которых ограничение прав могло быть допущено:

«Выдвинутые правительством аргументы касаются, в сущности, сложившейся на месте напряженной политической атмосферы, сопутствовавшей предвыборной кампании, и поэтому скорее относятся к обстоятельствам и условиям, а не к требованиям. Политическая ситуация, хотя, вполне вероятно, и является сложной, относится к типу тех, которые могут иметь место и в метрополии, и сама по себе не может служить достаточным основанием для того, чтобы толковать выражение “местные требования” как оправдывающее вмешательство в пользование правом, закрепленным в ст. 10»11.

Вопрос о том, что следует понимать под выражением «территории, за международные отношения которых государство несет ответственность», рассматривался в деле, относящемся к бывшему Бельгийскому Конго. По мнению авторов петиции, в то время, о котором шла речь в жалобе, указанная территория составляла часть государственной территории Бельгии, и поэтому Конвенция была применима к Бельгийскому Конго даже несмотря на то, что Бельгия не направляла никакого уведомления на сей счет Генеральному секретарю Совета Европы. Однако, по мнению Европейской Комиссии по правам человека, Бельгийское Конго следовало рассматривать в качестве территории, за международные отношения которой Бельгия несла ответственность по смыслу ст. 63. В этой связи жалоба была признана неприемлемой ratione loci, ибо Бельгия не направляла никакого уведомления Генеральному секретарю Совета Европы в соответствии со ст. 63 в отношении упомянутой территории12.

Согласно п. 3 нынешней ст. 56 (бывшей ст. 63), положения Конвенции применяются на территориях, за международные отношения которых государства-участники несут ответственность, «с надлежащим учетом местных требований». В уже упоминавшемся деле Тайрер правительство Великобритании утверждало, что телесные наказания на острове Мэн оправданы в качестве превентивной меры, основываясь на общественном мнении жителей острова. Таким образом, к рассматриваемой ситуации должно быть применимо положение о «местных требованиях», что выводит ее из-под действия ст. 3 Европейской конвенции (о запрещении пыток, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания). Суд, однако, не согласился с такой трактовкой британского правительства. В своем решении по делу Суд, в частности, постановил:

«Совершенно искренние убеждения части местных жителей дают некоторые основания полагать, что телесные наказания, назначаемые по приговору суда, рассматриваются на острове Мэн как необходимые для целей сдерживания и поддержания правопорядка. Для применения п. 3 ст. 63, однако, необходимо большее. В подтверждение требования нужны объективные и убедительные доказательства. Суд не может принимать в качестве таких доказательств субъективные представления и местное общественное мнение…

Никакие местные требования, относящиеся к поддержанию правопорядка, не дают права ни одному из этих государств, основываясь на ст. 63, прибегать к наказанию, противоречащему ст. 3»13.

Как только та или иная территория, в отношении которой было направлено уведомление в соответствии со ст. 56, становится независимой, упомянутое уведомление утрачивает силу, ибо соответствующее государство перестает нести ответственность за международные отношения этой территории. Получившие независимость государства автоматически не становятся участниками Европейской конвенции. В большинстве случаев такие государства даже не могут претендовать на то, чтобы стать участниками Конвенции, ибо в соответствии с п. 1 ст. 59 Европейская конвенция открыта для подписания только государствами–членами Совета Европы, а членами этой организации могут быть только европейские государства. За всю историю Совета Европы и Европейской конвенции по правам человека лишь Кипр и Мальта после обретения независимости стали сперва членами Совета Европы, а затем и участниками Конвенции.

Тот факт, что Европейская конвенция применима к территории государств-участников только с учетом положений ст. 56, не означает, что участвующие в Конвенции государства не могут нести ответственности за действия своих органов и представителей за пределами своей территории. По мнению Европейской Комиссии по правам человека, действия сотрудников Посольства Федеративной Республики Германии в Марокко могут повлечь за собой ответственность ФРГ14, а Турция, как уже упоминалось, несет ответственность за действия своих вооруженных сил на севере Кипра15. Аналогичным образом Европейская Комиссия пришла к выводу об ответственности Швейцарии за действия, совершенные в соответствии с договором 1923 г. об инкорпорации Лихтенштейна в таможенную зону Швейцарии16.

Вполне очевидно, что ст. 56 Конвенции, так же как и ст. 4 Первого, ст. 5 Четвертого и Шестого и ст. 6 Седьмого Протоколов, сыграла важную роль при разбирательстве всего лишь нескольких дел страсбургскими контрольными органами. Гораздо более важны для полновесного и эффективного применения намеченного Конвенцией режима защиты содержащиеся в ней статьи, предоставляющие государствам право признавать обязательства, вытекающие из отдельных положений Конвенции, в ограниченном объеме, используя в этих целях оговорки и толкование ее положений. Но об этом более подробно будет сказано в разделе 6 данной главы.

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 40      Главы: <   6.  7.  8.  9.  10.  11.  12.  13.  14.  15.  16. >