ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ НАУЧНОГО РЕДАКТОРА

"Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности". Выход в свет книги под таким или подобным заголовком без ограничительных грифов еще с десяток лет назад в СССР или России был невозможен.

Научный редактор этой книги изучал юриспруденцию на юридическом факультете Ленинградского университета. Об оперативно-розыскной деятельности ни в одной из учебных дисциплин его (факультета) учебного плана даже не упоминалось. Слово "агент" для открытой юридической литературы было табу, секретнейшим из секретных. Только позже, с приходом на факультет в качестве приват-доцента (внештатного преподавателя) И.И. Карпеца эвфемизмы этого термина появились в его спецкурсе, который он читал выпускникам.

В 1957 году он (пока речь идёт по-прежнему о научном редакторе) пришел на работу в органы внутренних дел и там вдруг выяснил много такого, о чем в университете ему не говорили. Узнал, например, что только год (может быть, два) назад отменён приказ Министра внутренних дел, обязывающий каждого следователя этой системы иметь на связи информатора для работы "по низу", иными словами, для работы с подследственными в камере. Приказ-то отменили, однако, порождённые им установки в сознании следователей и оперативных работников, нажитые годами навыки сохранились. В один день они изжиты быть не могли. Уже по первому серьёзному делу следователю-универсанту его коллеги из ОБХСС передали для оперативного, так сказать, управления своего информатора.

Помню уголовное дело по убийству, по которому обвиняемый, стремясь в судебном заседании опорочить изобличающие его показания сокамерника, указывал, что последний сотрудничал с оперуполномоченным тюрьмы. На что председательствующий, член Сахалинского областного суда, прореагировал следующим образом: "Может быть, и сотрудничал, однако, нас в первую очередь интересует другое: правильно ли он передал суду слова, которые вы ему говорили?"

Не содержалось в университетском курсе уголовного процесса (курса ОРД в университете просто не существовало) информации и о так называемом пакете "только для председательствующего". Такой пакет подшивался в запечатанном виде к некоторым, обычно важным по общественному значению и сложным по доказыванию, уголовным делам. В нём содержалась информация, полученная оперативно-розыскным путём, извлечения из неё. Пакет вскрывался судьёй, народные заседатели с ним не знакомились. В приговоре ссылки на материалы из пакета, как и само упоминание о нём, не допускались, однако они, естественно влияли и, замечу, большей частью в правильном направлении на оценку председательствующим, а через него и народными заседателями, других материалов дела.

Чтобы завершить экскурс в использование материалов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве в 50-тидесятые годы, вспомним вот еще что: ведомственные (МВД) акты, регламентировавшие в то время оперативно-розыскную деятельность, устанавливали, что оперативное обеспечение уголовного дела завершалось лишь в момент вступления приговора в законную силу (может, в момент провозглашения приговора). Это означало, что на обнаруженные оперативным путём до указанного момента укрытые материальные ценности мог быть наложен арест с тем, чтобы суд имел возможность включить их в объём конфискуемого или изымаемого для возмещения ущерба, причинённого преступлением, имущества.

Автору предлагаемой читателю книги, М.П. Полякову, с обучением повезло больше, чем её (книги) научному редактору. Он окончил вуз МВД. В таких вузах ОРД является профилирующей учебной дисциплиной. На неё выделяется большое количество часов. Да и уголовный процесс в них преподаётся, как правило, на высоком уровне.

Беда, однако, состоит в том, что специалисты в каждой из этих отраслей знаний сосредоточены на разных кафедрах. Общее правило: чем больше специалист углубляется в свою специальность, тем меньше видны ему горизонты других. Помнится, Черри писал: специалисты подобны огородникам. Они скрупулезно разрабатывают свои участки, лишь изредка доставляя себе удовольствие поболтать с соседом через забор.

Ситуация усугубляется особенностями, свойственными именно кафедрам ОРД. Оперативно-розыскная деятельность - предмет их изучения - нуждается в секретности, конспиративности. Собственно, конспиративность является необходимым условием этой деятельности, особенно в случаях, когда речь идёт о негласных сотрудниках или о сотрудничестве на конфиденциальной основе, именах и других установочных данных живых людей. Предмет исследования их (кафедр ОРД) основной дисциплины также нуждается в определённой степени секретности. Впрочем, по моему мнению, в гораздо меньшей степени, чем реальная ОРД. Я это утверждаю совершенно уверенно, несмотря на то, что методы ОРД отнесены законом к государственной тайне. Дело в том, что отнесение методов ОРД к числу объектов, защищаемых законом о государственной тайне, - это же следствие позиции группы специалистов ОРД. Совершенно так же, как появление в проекте УПК главы, посвященной принципам уголовного процесса, как и состав, предлагаемых к закреплению в законе принципов - это тоже позиция той или иной группы процессуалистов.

Избыточное засекречивание науки ОРД приводило к её обособлению от других юридических наук, иногда - практически к окукливанию, что не могло не сказаться отрицательно как на её собственном развитии, так и на оптимизации взаимодействия с другими науками в разрешении проблемных ситуаций1 борьбы с преступностью вообще и проблемных ситуаций уголовного судопроизводства, в частности. Наверное, неслучайно вопрос о признании ОРД самостоятельной наукой длительное время оставался дискуссионным. Многие правоведы, особенно университетские, не знали, да и не хотели знать семейства оперативно-розыскных наук.

Между тем, рискуя повториться, подчеркну: в реальном уголовном судопроизводстве не бывает проблем уголовно-процессуальных или оперативно-розыскных. Бывают просто проблемы, жизненные, проблемы раскрытия преступления и создания доказательственной базы для направления дела в суд. А для их решения надобно привлекать инструментарий как уголовно-процессуальный, так и оперативно-розыскной. При отторжении оперативно-розыскной деятельности как инструментария процесса доказывания по уголовному делу уголовное судопроизводство становится одноруким и, следовательно, хуже служащим достижению той цели, для достижений которой оно создано.

С принятием законов об ОРД (1992 и 1995-й годы) ряд процессуалистов понял, что об оперативно-розыскной материи можно писать в открытой печати, привлекать к обсуждению вопросов оптимизации взаимодействия с другими науками в разрешении проблемных ситуаций борьбы с преступностью вообще и проблемных ситуаций уголовного судопроизводства, в частности, да и к улучшению самой ОРД.

Специалистам, всерьез занимающимся проблемой использования результатов ОРД в уголовном судопроизводстве, автор этой книги - Михаил Петрович Поляков - небезызвестен. Может быть не в лицо: Михаил Петрович - домосед, но по многим своим, единоличным и в соавторстве, публикациям наверняка2.

Предлагаемая читателю книга имеет ряд особенностей. Первая из них - по субъекту. Книгу об использовании результатов ОРД написал процессуалист. Именно поэтому он пишет не вообще об использовании результатов ОРД (эти результаты ведь могут быть потреблены и внутри самой ОРД). М.П. Поляков пишет об уголовно-процессуальной интерпретации результатов ОРД.

Внимательный читатель, наверное, обратил внимание на то, что об использовании результатов ОРД в уголовном судопроизводстве чаще других пишут процессуалисты, работающие в вузах МВД, специализированных для подготовки оперативных сотрудников. Наверное, не случайно весомую часть авторского коллектива Омской Академии МВД, подготовившего несколько изданий комментария к Закону об ОРД, составили процессуалисты (В.В. Николюк, В.В. Кальницкий и др.)

Главная же особенность и достоинство книги М.П. Полякова заключается в следующем. Автор поставил своей задачей поиск возможностей использования результатов ОРД в уголовном судопроизводстве, в том числе и процессуальных возможностей. И он их добросовестно ищет. И подчас находит!

Находит способы практичного (без надевания штанов через голову) использования результатов ОРД в уголовном процессе. А ведь при нынешнем состоянии и нынешних установках доктринального мышления в стране гораздо легче на вопрос о применении в доказывании результатов ОРД отвечать категорически "нет!", чем искать реальные способы реального использования.

Предлагаемая читателю книга имеет, вполне естественно, ряд особенностей и по своему содержанию. Я с трудом удерживаюсь от желания сообщить читателю, хотя бы о некоторых из находок автора. Но зачем же я буду пересказывать то, что можно прочесть самому. Книга - перед Вами, читатель!

Заслуженный деятель науки России, доктор юридических наук, профессор В.Т. Томин

 

Сноски

1 М.П. Поляков, автор этой книги, как и научный редактор её, различают понятия "проблемной ситуации" и "проблемы". Если проблемная ситуация - это состояние системы, нуждающееся в преобразовании, то проблема - это идентифицированная, описанная и проанализированная проблемная ситуация. Проблема содержит в себе разной степени общности пути разрешения проблемной ситуации.

2 Перечень его основных публикаций по исследуемой проблеме имеется в библиографическом разделе настоящей работы.

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 44      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. >