§ 2. ТРЕТЬИ ЛИЦА, НЕ ЗАЯВЛЯЮЩИЕ САМОСТОЯТЕЛЬНЫХ ТРЕБОВАНИЙ НА ПРЕДМЕТ СПОРА

Другой вид участия третьего лица в гражданском судопроиз­водстве предусмотрен ст. 43 ГПК, в соответствии с которой третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований отно­сительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне ист­ца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебно­го постановления, если решение по делу способно повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон.

Данные права и обязанности также составляют юридический интерес третьего лица в чужом процессе. Например, в случае пропажи пальто в гардеробе театра гардеробщик заинтересован в участии в процессе по иску зрителя — собственника пальто — к театру о возмещении стоимости пропавшего имущества.

В данном случае заинтересованность гардеробщика основана на том, что при удовлетворении иска театр впоследствии вправе предъявить к нему регрессный иск и взыскать ту сумму, кото­рую театру пришлось по решению суда выплатить собственнику пропавшего пальто.

В данном случае гардеробщик (третье лицо) в процессе по спо­ру между зрителем (истцом) и театром (ответчиком) никаких требо­ваний не заявляет. К нему также не может быть предъявлено требование о возмещении стоимости пальто, так как предметом спо­ра между сторонами является договор хранения, участником которо­го гардеробщик не является. Однако, участвуя в чужом процессе и доказав отсутствие своей вины в пропаже вещи, гардеробщик (третье лицо) может обеспечить в будущем защиту своих прав и в удовлетворении регрессного иска к нему судом будет отказано.

Таким образом, заинтересованность третьего лица без само­стоятельных требований на предмет спора в чужом процессе в подобных ситуациях иная, чем заинтересованность третьего лица, вступающего в процесс в порядке ст. 42 ГПК.

Данные третьи лица называются третьими лицами, не заявляю­щими самостоятельных требований на предмет спора, и могут участ­вовать на стороне истца или ответчика. Участвуя в чужом процессе, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, помогает истцу или ответчику, на стороне которого оно выступает, добиться вынесения решения в его пользу, но тем самым защищает свои за­конные интересы, т. е. предотвращает для себя возможность регрессной ответственности перед стороной либо обеспечивает себе воз­можность предъявления требования к стороне в будущем.

Заинтересованность третьего лица, не заявляющего самостоя­тельных требований на предмет спора, в чужом процессе должна иметь объективный характер. Это означает, что интерес должен быть основан на связи третьего лица по предполагаемому материальному правоотношению с одной из сторон.

В теории гражданского процессуального права высказана мысль о том, что правоотношение третьего лица со стороной производно и зависимо от первоначального спорного правоотношения между истцом и ответчиком, составляющим предмет основного иска. По­добная характеристика материального правоотношения, которым сторона связана с третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований, не соответствует действительному положению вещей.

В данном случае можно говорить о том, что существование третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, производно от существования сторон, поскольку вне процесса по спору между истцом и ответчиком не может по­явиться и существовать третье лицо. При этом необходимо отме­тить, что сами материальные правоотношения между одной из сторон и третьим лицом совершенно самостоятельны.

Так, в приведенном примере с участием гардеробщика в качест­ве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, основанием для привлечения его в процесс послужи­ло правоотношение, порожденное трудовым договором между ним и театром, а спорное правоотношение между истцом и ответчиком основано на договоре хранения. Каждое из этих правоотношений возникло и существует самостоятельно и не зависит друг от друга.

В ГПК характер юридической заинтересованности третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, определяется следующей формулировкой: третьи лица мо­гут вступить в дело, «если судебное постановление по делу мо­жет повлиять на их права или обязанности по отношению к од­ной из сторон» (ст. 43).

В ст. 167-169 ГПК РСФСР 1923 г. юридический интерес третьего лица был выражен несколько иначе. Вступление или привлечение третьих лиц было возможно, если решение по делу могло создать у них права и обязанности по отношению к од­ной из сторон.

В правоведении такая формулировка закона признавалась не­удачной, поскольку подавляющее большинство представителей теории гражданского процессуального права исходили из того, что решением суда никакие права и обязанности не создаются. Так, в частности, не признавалось правильным встречающееся в практике указание в резолютивной части решения о предостав­лении стороне права регресса, поскольку это право предоставле­но законом, а не судом.

Поэтому вопрос о том, может ли судебное решение создавать какие-либо права и обязанности, следует решать с позиции дей­ствующего законодательства. Так, Гражданский кодекс РФ, при­давая судебному решению значение юридического факта, называ­ет его в перечне оснований возникновения гражданских прав (ст. 8, 12 ГК).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, могут вступить в дело как по собственной ини­циативе, так и могут быть привлечены к участию в деле по хо­датайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе суда (ст. 43 ГПК).

Вступление или привлечение третьего лица допускается до постановления судом решения. Если третье лицо вступает в про­цесс по своей инициативе, оно должно подать в суд заявление, которое государственной пошлиной не оплачивается.

Допуск в процесс третьего лица, не заявляющего самостояте­льных требований на предмет спора, оформляется путем вынесе­ния судом соответствующего определения.

В ст. 43 ГПК установлено, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, пользуются про­цессуальными правами и несут процессуальные обязанности сто­рон. Подобно сторонам они могут давать суду объяснения, пред­ставлять доказательства, ходатайствовать о назначении эксперти­зы, участвовать в исследовании доказательств и в судебных прениях, совершать другие процессуальные действия, право на совершение которых предоставлено сторонам законом. Но процессуальное положение третьего лица, не заявляющего самостоя­тельных требований на предмет спора, не совпадает полностью с процессуальным положением истца, ответчика, соучастников.

Принципиальное отличие состоит в том, что стороны явля­ются субъектами основного спорного материального правоотно­шения. Сколько бы ни было лиц на стороне истца или ответчи­ка, все они — субъекты спора о праве, рассматриваемого и разре­шаемого судом. Каждый из соистцов связан правоотношением с ответчиком, каждый из соответчиков связан правоотношением с истцом. Данная связь соучастников по правоотношению с дру­гой стороной означает, что они обладают взаимными субъектив­ными правами и юридическими обязанностями.

Вместе с тем третье лицо, не заявляющее самостоятельных тре­бований на предмет спора, находится за пределами основного спор­ного материального правоотношения и не является его субъектом.

Например, если третье лицо участвует на стороне ответчика, оно не связано правоотношением с истцом и не обладает по от­ношению к последнему правами и не несет обязанности. Если же третье лицо выступает на стороне истца, у него нет субъек­тивных прав и юридических обязанностей по отношению к от­ветчику, так как нет с последним связи по правоотношению.

В связи с тем, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, не является субъектом основ­ного спорного правоотношения, законодатель не наделил его ря­дом процессуальных прав, принадлежащих сторонам.

Так третье лицо не имеет права на изменение основания и предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых тре­бований, а также на отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, а также на предъявление встречного иска и на требование принудительного исполнения судебного решения.

Права, в которых ограничено третье лицо, являются распоря­дительными, т. е. направленными на распоряжение объектом спора. Не будучи субъектом основного спорного правоотношения между сторонами, третье лицо не может совершать процессуаль­ные действия, направленные на распоряжение объектом этого правоотношения.

Поэтому то обстоятельство, что третьи лица, участвующие в процессе в порядке ст. 43 ГПК, наделены, по существу, всеми процессуальными правами и процессуальными обязанностями сторон, за небольшим, но важным изъятием, является одной из причин смешения третьих лиц этого вида с соучастниками.

В связи с этим, обращая внимание судов на необходимость различать стороны и третьих лиц, не заявляющих самостоятель­ных требований на предмет спора, в свое время Гражданская кассационная коллегия Верховного Суда РСФСР еще в первые годы применения Гражданского процессуального кодекса РСФСР правильно отметила, что «привлечение третьих лиц на свою сторону истцом или ответчиком не создает для третьих лиц положения стороны»1.

В гражданском процессе с участием третьего лица, не заявля­ющего самостоятельных требований на предмет спора, всегда имеется только один иск истца к ответчику, а не несколько па­раллельных исков, как при процессуальном соучастии.

При реализации своих прав третье лицо, не заявляющее са­мостоятельных требований на предмет спора, действует в про­цессе самостоятельно, т. е. никак не зависит от согласования своих процессуальных действий со стороной, рядом с которой оно выступает.

В связи с тем, что третье лицо не является субъектом спор­ного правоотношения в процессе по спору между первоначаль­ными сторонами, то ничего не может быть присуждено в пользу третьего лица и с него ничего не может быть взыскано. Взаимо­отношения между первоначальной стороной и третьим лицом по общему правилу рассматриваются и разрешаются в самостояте­льном судопроизводстве (например, по регрессному иску).

Вместе с тем решение суда по спору между первоначальными сторонами будет иметь преюдициальное (предрешающее) значе­ние для третьего лица в случае, если в будущем возникнет такое судопроизводство по спору между первоначальной стороной и третьим лицом, где один из них займет положение истца, а другой — ответчика.

Если проводить сопоставление сторон и третьих лиц, как заяв­ляющих самостоятельные требования на предмет спора, так и не заявляющих таковых в гражданском процессе, то необходимо отме­тить, что и те и другие имеют общие черты. Этой общей чертой, объединяющей стороны и третьих лиц, будет являться субъектив­ная (личная) заинтересованность в гражданском процессе.

Вместе с тем анализ процессуального положения третьих лиц обоих видов дает основания для вывода о том, что они сущест­венно различаются, в связи с чем законодательством предусмот­рены два самостоятельных вида третьих лиц. Так, ст. 42 ГПК предусматривает участие в судопроизводстве третьих лиц, заяв­ляющих самостоятельные требования на предмет спора, а ст. 43 ГПК — участие в судопроизводстве третьих лиц, не заявлявших самостоятельных требований на предмет спора.

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 186      Главы: <   32.  33.  34.  35.  36.  37.  38.  39.  40.  41.  42. >