ГЛАВА IV

БУРЖУАЗНЫЕ ТЕОРИИ О ПОНЯТИИ И СУЩНОСТИ

КОРПОРАЦИИ

 1. Общие положения

В буржуазной литературе, посвященной праву корпо-

раций, и в судебной практике выдвинут целый ряд пра-

вовых теорий, имеющих своей основной целью защиту су-

ществующих в США корпораций. Многие из этих теорий

были взяты на вооружение из европейского арсенала бур-

жуазной правовой мысли.

По своему содержанию они могут быть разделены на

две группы.

В одних из них речь идет о чисто юридических спосо-

бах объяснения сущности корпораций. Авторы и привер-

женцы этих теорий даже не пытаются дать какого-либо

истолкования отношениям собственности, взаимоотноше-

ниям нанимателей и рабочих, а также другим социально-

экономическим явлениям, имеющим место в корпорациях.

Их интересуют в первую очередь более утилитарные со-

ображения: дать сугубо юридическое, оторванное от про-

изводственных отношений обоснование правосубъектно-

сти корпораций применительно к деятельности их в пре-

делах отдельных штатов, а также в области междуштат-

ного и международного бизнеса. Условно эти теории мож-

но именовать юридико-техническими теория-

ми.

Авторы правовых теорий второй группы поставили

перед собой задачу иного рода: проанализировать соци-

альную природу и назначение корпораций в аспекте сво-

его классового буржуазного мировоззрения. Они пытают-

-89-

ся представить антинародную монополистическую дея-

тельность корпораций в глазах общественного мнения

своей страны и за границей в качестве необходимой и

прогрессивной, способствующей экономическому разви-

тию Соединенных Штатов Америки. Эти теории можно

назвать юридико-социальными теориями. Не-

зависимо от различия в их содержании, обе указанные

группы правовых теорий призваны затушевать реакцион-

ную и эксплуататорскую сущность американских корпо-

раций, являющихся главным тормозом дальнейшего эко-

номического, политического и культурного развития

США.

-90-

 2. Юридико-технические теории

В настоящее время в США имеются следующие юри-

дико-технические теории о понятии и сущности корпора-

ций: теория фикции и один из ее вариантов, называемый

теорией привилегий; реалистическая теория н ее разно-

видности: теория предприятия, теория символа, теория

корпоративной личности как одной из двух форм легаль-

ного выражения личности индивидуума; договорная тео-

рия.

Все эти теории исходят из предположения о сущест-

вовании в корпорациях неких общих, коллективных инте-

ресов акционеров, не совпадающих с их индивидуальны-

ми интересами, и необходимости выражения их в особом

понятии юридического лица. При этом в методах подхода

к конструированию данного понятия имеются различия

между теорией фикции, с одной стороны, и так называе-

мыми реалистическими теориями-с другой. Если сто-

ронники теории фикции идут по пути создания искусст-

венного образа <юридического лица>, то приверженцы

реалистических теорий пытаются строить понятие юриди-

ческого лица исходя из признания его реального суще-

ствования.

Теория фикции (fiction or entity theory) не яв-

ляется изобретением американских юристов. Ее основа-

телем считают римского папу Иннокентия IV, который в

начале XIII века, отвечая на вопрос о том, подлежит ли

корпорация отлучению от церкви, заявил, что корпорация

существует лишь в человеческом воображении и потому

является фикцией, придуманной разумом.

-90-

Теория фикции исходит из того, что подлинным субъ-

ектом права может быть только отдельный человек. Кор-

порация же является искусственным образованием, соз-

даваемым волей соответствующих властей (по словам

папы-волею церкви) и отличным от лиц, входящих в

состав самой корпорации. Корпорация как таковая не

имеет своей собственной воли (она осуществляет лишь

волю властей, создавших ее) и целого ряда других ка-

честв, делающих человека дееспособной личностью. Сле-

довательно, корпорация неспособна совершить преступ-

ление или причинить вред, т. е. произвести те действия,

которые связаны с функционированием человеческой пси-

хики. Таково было основное содержание теории фикции

в момент ее зарождения и становления.

Теория фикции была наиболее распространенной пра-

вовой теорией в объяснении феномена корпорации как

юридического лица в начальный период существования

США, когда в стране еще только утверждались буржу-

азные отношения в области экономики, а в сфере полити-

ки происходил процесс упрочения государственной влас-

ти. В наиболее отчетливой форме эта теория была сфор-

мулирована председателем Верховного суда США Мар-

шаллом в 1819 г. в решении по делу The Trustees of Dart-

mouth College v. Woodward. <Корпорация,-говорилось

в решении,-есть искусственное существо, невидимое,

неосязаемое и существующее лишь с точки зрения зако-

на. Будучи чистым созданием закона, корпорация обла-

дает лишь теми свойствами, которые ей сообщил учреди-

тельный акт и которые необходимы ей для существо-

вания>. (*1).

Для господствующих классов США теория фикции

оказалась весьма полезной по крайней мере в трех отно-

шениях. Во-первых, она давала необходимое юридиче-

ское обоснование самому факту существования и дея-

тельности корпораций в качестве полноправных субъек-

тов права. Во-вторых, позволяла с точки зрения право-

субъектности отграничить корпорацию от различных

видов товарищества. И, наконец, в-третьих, явилась необ-

ходимой правовой базой для обоснования разрешитель-

ной деятельности законодательных органов штатов по уч-

реждению корпораций. Применительно к этому последне-

(**1) 4 Wheat 518 (1819).

-91-

му случаю теория фикции получила название теории при-

вилегий (fiat, concession or franchise theory). Та-

кое название обусловлено тем, что корпорации как ис-

кусственные, фиктивные образования создаются и суще-

ствуют согласно рассматриваемой теории по воле и ми-

лости государства. Другими словами, корпорации явля-

ются привилегиями, дарованными государством. <Корпо-

рация,-сказал судья Кент,-это привилегия, принад-

лежащая одному или нескольким лицам, которые суще-

ствуют в качестве правовой единицы под особым наиме-

нованием, облеченной по воле закона <вечным> сущест-

вованием и действующей в различных отношениях, неза-

висимо от действительного числа ее участников, как один

индивид>. (*2).

Но для США оказались неприемлемыми некоторые

аспекты теории фикции в том виде, как они были перво-

начально сформулированы в Европе. В частности, в США

не нашли практического применения положения теории

о том, что корпорации не могут быть привлечены к ответ-

ственности за причиненный вред и совершенное преступ-

ление. В соответствии с установившейся судебной прак-

тикой и законодательством корпорации, как правило, от-

вечают за вред, причиненный их рабочими и служащими

третьим лицам при условии, что противоправные дейст-

вия этих лиц имели место в ходе выполнения ими слу-

жебных обязанностей. Более того, суды в отдельных слу-

чаях допускают даже уголовную ответственность корпо-

раций за некоторые противозаконные действия их долж-

ностных лиц, например за преступления, совершенные

против <общественного процветания>. (*3). При этом, естест-

венно, к корпорациям не применяется такая мера наказа-

ния, как тюремное заключение: оно заменяется штрафом.

Кроме того, теория фикции стала серьезным препятст-

вием для осуществления отдельными штатами законода-

тельной, административной и судебной юрисдикции в от-

ношении корпораций, образованных в других штатах

страны или в иностранных государствах, но ведущих

свой бизнес на территории соответствующего заинтере-

сованного штата.

(**1) См. Е. А. Флейшиц. Буржуазное гражданское право на

службе монополистического капитала, стр. 31.

(**3) Уголовные кодексы отдельных штатов содержат указание на

такой весьма неопределенный состав преступления.

-92-

Последовательное применение в американских усло-

виях, где основные законодательные функции в отноше-

нии корпораций принадлежат отдельным штатам, а не

федеральному государству, основной идеи теории фик-

ции (корпорация-это лишь искусственное образование

закона) означало бы, что каждая корпорация могла бы

существовать лишь в пределах штата ее инкорпорации.

Но подобная интерпретация теории фикции противо-

речила, во-первых, планам самих корпораций, желавших

грабить весь американский народ, а не отдельную его

часть; во-вторых, основам .существования общенацио-

нального и мирового экономических рынков и, в-третьих,

федеральной конституции, запрещающей накладывать

излишние ограничения на междуштатную торговлю.

Поэтому в указанном аспекте теория фикции оказа-

лась неподходящей для Соединенных Штатов Америки.

Впрочем, законодатель и суды США в данном случае,

как и во многих других, оказались непоследовательными.

Руководствуясь чисто утилитарными соображениями, они

отказались, распространить на корпорации  2 ст. 4 Кон-

ституции США, <запрещающий отдельным штатам про-

ведение политики дискриминации граждан других шта-

тов в части наделения последних существующими в них

правами и льготами, именно на основании теории фикции

в только что изложенном ее понимании>. (*4).

Это дало повод Роберту Стивенсу, одному из наибо-

лее известных и авторитетных в США авторов в области

права корпораций, высказать неодобрительное отноше-

ние к теории фикции в целом. (*5).

Несмотря на это теория фикции в ее модифицирован-

ном американском варианте с успехом продолжает 'ис-

пользоваться судами США для прикрытия антинародной

и грабительской деятельности корпораций.

В настоящее время основной целью применения тео-

рии фикции в США является обоснование правосубъект-

ности корпораций, как юридических лиц. При этом, как

удачно заметила Е, А. Флейшиц, <если теория фикции

юридического лица в том виде, в каком ее в XIII веке

создал папа Иннокентий IV, а в начале XIX века развил

Савиньи, а затем Виндшейд, заключалась в том, что в

(**4) Решение Верховного суда США по делу Paul v. Virginia. V. S.

75 (8 Wall.) (1868).

(**5) См. R. Stev ens. Op. cit, p. 43.

-93-

гражданскоправовых действиях множества субъектов

прав фингировались действия одного субъекта, то в аме-

риканском варианте периода империализма теория фик-

ции юридического лица заключается в том, что в граж-

данскоправовых действиях одного субъекта прав финги-

руется множество, от лица которых якобы и действует

данный субъект>. (*6). До такого рода фикции ни папа Инно-

кентий IV, ни Савиньи и Виндшейд не доходили. В сущ-

ности это фикция в квадрате.

Совершенно очевидно, что теория фикции не может

объяснить понятие и сущность юридического лица в аме-

риканском праве. Да, собственно говоря, реально она на

это и не претендует. Ее цель сводится к другому: с по-

мощью явно идеалистических, оторванных от жизни форм

узаконить реальное (а не фиктивное) существование

капиталистических корпораций как самостоятельных

субъектов права.

Реалистическая теория (realistic theory) в отличие от

теории фикции признает реальное существование тех

групповых интересов индивидуумов, которые в совокуп-

ности составляют понятие корпорации. Функция же пра-

ва, по мнению сторонников реалистической теории, сво-

дится лишь к признанию данных интересов.

Теория предприятия (enterprise theory), являющая-

ся одной из разновидностей реалистической теории, ак-

центирует внимание на определенной группе общих инте-

ресов акционеров, возникающих на базе той конкретной

деятельности (бизнеса), которой занимается соответству-

ющая корпорация.

Теория символа (symbol theory), представляющая

другую разновидность реалистической теории, рассмат-

ривает корпорацию как символ совокупности акционеров,

действующих в виде групповой личности. (*7).

К группе реалистических следует отнести также тео-

рию корпоративной личности как одной из двух форм ле-

гального выражения личности индивидуума (corporate

personality as one form of dual legal personality), выдви-

нутую P. Стивенсом. Согласно этой теории не имеет вооб-

ще никакого смысла конструировать особую юридическую

(**6) Е. А. Флейшиц. Буржуазное гражданское право на служ-

бе монополистического капитала, стр. 31.

(**7) См. G. Hornstein. Ор. cit.,  12; H. Henn. Op.cit.,

Sec. 77.

-94-

личность корпорации, отделенную от индивидуальных

личностей самих акционеров. По мнению Стивенса, каж-

дый человек в действительности имеет одновременно две

легальные личности: личность индивидуума и некую об-

щую личность, способную при соответствующих условиях

быть корпоративной личностью. Эти вторые легальные

личности людей и составляют понятие корпорации. (*8). Та-

ким образом, Стивенс пытается доказать совершенно не-

лепый тезис о том, что стремление быть акционером кор-

порации заключено якобы чуть ли не в крови каждого че-

ловека. Но этот тезис правилен не в отношении человека

вообще, а капиталиста, живущего за счет чужого труда.

Что касается простого человека, то его общественная

природа проявляется совершенно в другом: в стремлении

как можно скорее избавиться от корпораций, несущих

ему безработицу, голод и унижение, и жить в условиях

общества, свободного от всякой эксплуатации и дискри-

минации в обстановке товарищеской взаимопомощи и со-

трудничества.

Таково основное содержание реалистической теории и

некоторых ее конкретных форм, получивших распростра-

нение в США. Определенное увлечение реалистическими

теориями в области обоснования правовой природы кор-

пораций относится, главным образом, к периоду наибо-

лее развитого капитализма и перехода к империализму,

когда корпорации уже становились доминирующим фак-

тором в экономической и политической жизни страны. В

это время, как говорилось в главе 1 настоящей работы,

штаты в качестве общего правила ввели явочный поря-

док образования корпораций. Естественно, в таких усло-

виях, когда государство само оказалось подвластным

корпорациям, говорить о корпорациях только как о фик-

циях было уже трудно. В связи с этим и появились раз-

личного рода так называемые реалистические теории,

признававшие корпорации как социальную реальность.

Но при знакомстве с содержанием данных теорий не-

вольно обращает на себя внимание то обстоятельство,

что степень и полнота их разработки оказались значи-

тельно меньшими по сравнению с теорией фикции. Объ-

ясняется это, на наш взгляд, следующими тремя основ-

ными причинами.

(**8) См. R. Stevens. Ор. cit., pp. 49-50.

-95-

1) Ко времени появления в США реалистических тео-

рий в области права корпораций правосубъектность кор-

пораций как юридических лиц была уже обоснована тео-

рией фикции.

2) В то время как мучительный период приспособле-

ния европейской теории фикции о правовой природе кор-

пораций к американским условиям остался позади, про-

блему применения в США реалистической теории, кото-

рая также была <импортной продукцией> (в Европе она

впервые была разработана Гирке и другими), предстоя-

ло еще только решать, к тому же в значительно более

сложных условиях. Ведь если теория фикции вообще не

претендовала на объяснение социальной сущности корпо-

рации, то реалистическая теория должна была в какой-то

форме ответить и на этот вопрос.

3) Учитывая, что объективный правовой анализ при-

роды американских корпораций неизбежно ведет к выяв-

лению их эксплуататорской и антинародной сущности,

сторонники реалистической теории проявили явное неже-

лание заниматься подобного рода экспериментами. Вмес-

то того они предпочитали или ограничиваться самыми

общими рассуждениями, вроде тех, что групповые инте-

ресы акционеров корпорации существуют реально, или

же, как это сделал, например, Стивенс, выдвигать совер-

шенно абсурдные положения о так называемой корпора-

тивной личности человека. Поэтому в целом реалистиче-

ские теории в объяснении понятия и сущности корпора-

ций так же антинаучны, как и теория фикции. Более то-

го, эти теории в своей основе не менее фиктивны, чем те-

ория фикции, поскольку вместо объективного анализа

природы корпораций они выдвигают такие фикции, как

общность интересов акционеров и прогрессивность кор-

пораций в американском обществе.

В действительности в крупных корпорациях акционе-

ры, имеющие всего по нескольку акций (а ими, как изве-

стно, иногда являются и рабочие, которым хозяева в ря-

де случаев в качестве одной из форм вознаграждения да-

ют акции, создавая тем самым иллюзию, что и рабочие

являются собственниками корпораций), никакими права-

ми не пользуются. Настоящими хозяевами корпораций

являются крупные капиталисты, такие, как Рокфеллеры и

им подобные, которые с помощью реалистических теорий

пытаются скрыть свое истинное лицо. Реалистические

-96-

теории призваны замаскировать классовую эксплуата-

торскую сущность американских корпораций.

Несколько в стороне от теории фикции и реалистиче-

ских теорий стоит договорная теория (contract theory), в

соответствии с которой корпорация является договором

между государством, с одной стороны, и учредителя-

ми корпорации-с другой.

По своему содержанию эта теория в высшей мере эк-

лектична.

Первоначально договорная теория мирно сосущест-

вовала с теорией фикции. Маршалл в уже упомянутом

решении по делу The Trustees of Dartmouth College v.

Woodward прямо говорил о договоре государства с

фиктивным, искусственным образованием, каким, по его

мнению, была корпорация. Впоследствии договорная тео-

рия стала выполнять функции по обслуживанию реалис-

тических теорий о правовой природе американских кор-

пораций. Во многих решениях, вынесенных Верховным

судом США и другими федеральными и штатными суда-

ми, (*9), законодательная, административная и судебная

юрисдикция соответствующих штатов в отношении так

называемых не своих корпораций (корпораций, образо-

ванных в других штатах и государствах) обосновыва-

лась именно с помощью договорной теории. Суды исхо-

дили из того, что если та или иная корпорация пользует-

ся какими-либо привилегиями и находится под защитой

закона на территории соответствующего штата, то тем са-

мым она молчаливо вступает в договорные отношения с

данным штатом, на основании которых последний полу-

чает право на определенные действия (юрисдикцию) в

отношении этой корпорации.

Не приходится говорить об искусственности и казуис-

тичности подобных юридических построений. Отношения

между корпорациями и государством регулируются, ра-

зумеется, не нормами договорного права.

Проведенный обзор юридико-технических теорий о по-

нятии и сущности корпораций показывает, что все они

выражают в области права одну и ту же философию-

философию прагматизма. Американские правоведы и су-

ды, как правило, не идут на широкое теоретическое обоб-

(**9) См., например, решение Верховного суда США по делу State

Tax Commission of Utah v. Aldrich, 316 U.S. 174 (1942).

-97-

щение происходящих в стране процессов, связанных с

дальнейшим укреплением господства монополий, сводя

роль теории к беспринципному обоснованию отдельных

практических сторон деятельности корпораций в угоду

последним.

-98-

 3. Юридико-социальные теории

Юристами, экономистами и социологами написано

большое количество книг и статей по вопросу о правовом

обосновании сущности современных корпораций и перс-

пективах их дальнейшего развития. Но все их старания

в этом направлении оказались пока тщетными. По сви-

детельству Ричарда Илза <современная корпорация-

это институт, который еще ищет философского обоснова-

ния>. (*10). К тому же выводу пришел и профессор права

Сент-Луисского университета Г. Маннэ. <Работы по воп-

росу о современных корпорациях,-пишет он,-харак-

теризуются в определенной степени отсутствием глуби-

ны и оригинальности... Может быть, это больше преуве-

личение, но думается, что наиболее слабый фактор в

настоящем развитии философской мысли-это отсутст-

вие ясной теории о том, как должны функционировать

корпорации, когда они становятся крупными>. (*11).

Среди юридико-социальных теорий о понятии и сущ-

ности корпораций наибольшее распространение в послед-

нее время получили следующие теории: теория народного

капитализма, теория отделения собственности от управле-

ния, теория ответственности администрации корпораций

перед обществом, теория демократии в корпорациях, тео-

рия корпоративного конституционализма и теория вер-

ховного контрольного органа.

Сторонники теории народного капитализма (*12) утверж-

дают, что поскольку держателями акций в США являют-

ся миллионы американцев (по официальной статистике

в 1965 г. насчитывалось 20 млн. 12.0 тыс. держателей ак-

(**10) Richard Еells. The Meaning of Modern Business. Columbia

University Press. New York, 1960, p. 17.

(**11) H. Manne. Current Views on the <Modern Corporation>, 38

U. Del. J. 1960-1961, p. 587.

(**12) Из последних работ по теории народного капитализма следует

назвать: Louis D. Kelso and Mortimer J. Adier. The Capitalist

Manifesto. New York, Rondom House, 1958.

-98-

ций), постольку все они независимо от их имущественно-

го положения считаются собственниками корпораций, в

число которых входят такие крупные корпорации, как

<Телефоун энд телеграф компани>, <Дженерал моторс>,

<Стандартд ойл компани>, <Америкэн стил корпорейшн>

и т. д. При этом в.качестве примера обычно приводят са-

мую крупную по количеству акционеров <Телефоун энд

телеграф компани>, которая имеет 2 млн. 200 тыс. дер-

жателей акций.

Отсюда сторонники теории народного капитализма

делают вывод о том, что было бы ошибочным говорить о

делении общества на класс капиталистов и класс проле-

тариев в современной Америке, ибо каждый гражданин,

владеющий хотя бы одной акцией, по существу является

капиталистом.

Широкое распространение акций среди американско-

го населения, по мнению приверженцев теории, объяс-

няется преимуществом системы свободного предпринима-

тельства и господством крупных корпораций в США.

Таково в основных чертах содержание теории народ-

ного капитализма.

Ее классовая сущность с предельной ясностью вскры-

та в Программе Коммунистической партии, принятой на

XXII съезде КПСС. <Защитники буржуазного строя,-

говорится в Программе, -стремясь удержать массы в

духовном плену, изобретают все новые <теории>, маски-

рующие эксплуататорскую природу буржуазного строя,

приукрашивающие капитализм. Они уверяют, будто со-

временный капитализм изменил свою сущность, стал <на-

родным капитализмом>, в котором происходит <рассеи-

вание> собственности и <демократизация> капитала, исче-

зают классы и классовые противоречия, <уравниваются

доходы> и устраняются экономические кризисы. В дейст-

вительности развитие современного капитализма под-

тверждает правильность марксистско-ленинского учения

о нарастании противоречий и антагонизмов капиталисти-

ческого общества, об обострении в нем классовой борь-

бы>. (*13).

О демагогическом характере теории народного капи-

тализма пишут даже буржуазные авторы. <...Средства

(**13) <Программа Коммунистической партии Советского Союза>,

стр. 52.

-99-

производства-заводы, машины, железные дороги, гру-

зовые автомобили, самолеты,-отмечает, например Д. Ли-

вингстон,-не принадлежат рабочим как массе. Мужчи-

ны, которые работают в <Дженерал моторс компани>,

женщины, стоящие за прилавком магазинов или выпол-

няющие обязанности стенографисток, обычно не имеют

акции. Попытайтесь сказать одному из рабочих Объеди-

ненного профсоюза работников автомобильной промыш-

ленности, которым руководит В. Рейтер, или рабочему

Объединенного профсоюза горняков, руководимого Джо-

ном Льюс, что он народный капиталист. Он будет сме-

яться над вами>. (*14).

Теорию народного капитализма опровергают по суще-

ству статистические данные о распределении акций среди

отдельных слоев американского общества. Так, согласно

<Statistical Abstract of the United States 1965 г.>,

83% американцев вообще не имеют акций, 94% не ведут

никакого бизнеса в корпорациях. В числе лиц, которые

владеют акциями, львиная доля приходится на богатей-

шие капиталистические семьи. В 1960 г. только 6 % акций

падало на долю рабочих, причем эти акции составляли

всего лишь 0,2% от акционерного капитала США (*15).

Все это свидетельствует о фальши и научной несос-

тоятельности теории народного капитализма. Эта теория

является самой низкопробной идеологической продукци-

ей американского империализма.

Весьма показательно, что наиболее рьяными ее про-

пагандистами являются фондовые биржи и крупные фи-

нансовые фирмы, занятые продажей акций и пытающие-

ся использовать эту теорию как торговую рекламу в це-

лях повышения своих прибылей. На это, в частности, об-

ратил внимание Г. Маннэ. <В общем,-пишет он,-этот

взгляд (имеется в виду теория народного капитализма.-

В. М.) рекламируется наиболее ревностно теми, кто не-

посредственно от него может получить прибыли. Наибо-

лее выдающимися ее защитниками являются Нью-Йорк-

ская фондовая биржа и крупные финансовые фирмы, за-

нятые продажей акций>. (*16).

Наибольшую популярность в области правового обо-

(**!4) J. Livingston. The American Stockholder. J. B. Lippincott

Company, Philadelfia and New York, p. 18.

(**15) <Economic Notes>, No. 9, 1960, p. 6.

(**16) H. Manne. Ор. cit., p. 567.

-100-

снования сущности современных американских корпора-

ций и их роли в развитии американского общества за-

воевала теория отделения собственности от управления.

Ее авторами явились сотрудники Колумбийского универ-

ситета: профессор права Адольф А. Берли (младший) и

доктор Г. Минз. В 1932 г. они опубликовали книгу <Со-

временная корпорация и частная собственность>, (*17), в ко-

торой изложили свою теорию.

По мнению авторов, американские корпорации при-

мерно в 1920 г. (эта дата была уточнена А. Берли в его

последующих работах) перестали быть только легаль-

ным институтом, при помощи которого граждане осуще-

ствляют свой частный бизнес. В действительности корпо-

рации превратились в такие учреждения, которые стали

выполнять двойственные функции: управлять собствен-

ностью и быть организаторами экономической жизни

страны. В связи с этим, замечают авторы, нельзя больше

говорить о господстве отдельных частных корпораций в

США, так как вместо них появилась качественно новая

система организации американской экономики-система

крупных квазипубличных корпораций. Характерной осо-

бенностью этой системы является то, что в крупных кор-

порациях произошло отделение собственности от управ-

ления благодаря наличию большого числа разбросанных

по всей стране держателей акций, утративших фактиче-

ский контроль над своими капиталами, переданными в

распоряжение администрации корпораций. При этом ав-

торы подчеркивают, что в тех случаях, когда большин-

ство акций находится в руках одного лица или группы

связанных между собой лиц, а оставшиеся акции широко

рассредоточены между большом числом других людей,

проблема отделения собственности от управления физи-

чески возникает только применительно к последним.

Таким образом, исходными данными для теории от-

деления собственности от управления послужили те же

данные о <миллионах мелких держателей акций>, на ко-

торые опирается и теория народного капитализма.

Для теоретического обоснования своей теории авторы

использовали данное в свое время Адамом Смитом клас-

сическое буржуазное определение собственности, которо-

(**17) Adolf Д. Вerle and G. Means. The Modern Corporation

and Private Property. New York, The Macmillan Company, 1932.

-101-

го А. Берли придерживается по настоящее время. <Соб-

ственность,-пишет он,-это отношение между чело-

веком и телесной (или бестелесной) вещью>. (*18).

Это понятие собственности, по словам А. Берли, со-

держит два необходимых атрибута: пассивный (при-

нятие на себя собственником риска действительной сто-

имости вещи на рынке на каждый данный момент-пас-

сивная собственность) и активный (осуществление

контроля за вещью самим собственником-активная

собственность).

В прошлом, продолжает автор, когда корпорации бы-

ли небольшими и собственники сами управляли ими, во-

прос об отделении собственности от управления не воз-

никал, так как сами собственники самостоятельно осуще-

ствляли и пассивные и активные функции.

В современных же корпорациях <эти два атрибута

собственности больше не принадлежат одному и тому же

лицу или группе лиц. Держатель акций передал контроль

над своим имуществом. Теперь он стал только поставщи-

ком капитала, принявшим на себя риск в отношении ры-

ночной стоимости своего имущества, в то время как ос-

новная ответственность и власть над имуществом пере-

шли к директорам и управляющим корпорации. Один

традиционный атрибут собственности (пассивная собст-

венность) принадлежит собственнику капитала; второй

(активная собственность) -должностным лицам, осу-

ществляющим управление корпораций>. (*19).

Исходя из тезиса отделения собственности от управ-

ления в крупных корпорациях, А. Берли и Г. Минз дела-

ют очень важный практический вывод о том, что при по-

добном положении прибыль должна распределяться меж-

ду собственниками капитала и администрацией корпора-

ций в соответствующих пропорциях.

Развивая теорию отделения собственности от управ-

ления, А. Берли, (*20), приходит к выводу, что в процессе

(**18) Adolf А. Berle. Power without Property, р. 60, Modern Func-

tions of the Corporate System. <Columbia Law Review>, vol. 62, March

1962. p. 445.

(**19) Adolf А. Вerle and G. Means. The Modern Corporation

and Private Property, p. 338.

(**20) Adolf A. Berle. The American Economic Republic. New York,

1963: его же. Property, Production and Revolution I Col. L. Rev.

1-20 (1965).

-102-

дальнейшего индустриального развития США админист-

рация корпораций все б'олее становится самостоятельной

силой в области управления и распоряжения собствен-

ностью, независимой в своих действиях от собственни-

ков капитала. В ее руках сосредоточивается огромная

экономическая власть. Проявлением этой власти в первую

очередь является право директоров по своему усмотре-

нию без согласия со стороны держателей акций распреде-

лять прибыли корпораций. В результате этого админи-

страция корпораций в настоящее время получает подав-

ляющую часть необходимых средств для поддержания и

развития производства за счет внутренних источников

(нераспределенных прибылей и отчислений в амортиза-

ционный фонд). Привлечение же средств со стороны в

виде дополнительных вкладов частных лиц (продажа ак-

ций и получение займов) составляет относительно не-

большой процент. Так, за период с 1947 по 1956 г. доля

денежных средств граждан в общей сумме капитало-

вложений в корпорациях равнялась примерно 20%.

В XX веке положение собственников капитала (дер-

жателей акций) по сравнению с XIX веком резко измени-

лось. Теперь их собственность в корпорациях напоми-

нает скорее форму обычных банковских вкладов.

С помощью различного рода правовых приемов (вы-

дача держателями акций доверенностей на право голо-

сования, введение неголосующих акций, организация

держательских компаний, передача управления корпора-

циями в руки особой группы доверителей и т. п.) соб-

ственники капитала оказались отстраненными от управ-

ления корпорациями. У них по существу осталось толь-

ко одно право: право получения объявленного директо-

рами корпорации дивиденда па вложенный ими капитал.

В связи с этим А. Берли приходит к выводу, что

классическая буржуазная экономическая теория собст-

венности и роль рынка, являющегося главным регулято-

ром распределения общественного богатства и определи-

телем стоимости товаров, в век крупных корпораций

теряют свое значение. Крупные корпорации становятся

общественными социально-экономическими учреждения-

ми, действующими в интересах всего народа.

Социальный смысл теории отделения собственности

от управления становится особенно понятен, когда

А. Берли заявляет, что отделение собственности от уп-

-103-

равления в крупных корпорациях по существу означает

введение в США принципа народного  распределения

произведенного продукта на основе затраченного труда

при сохранении института частной собственности. При

этом <производительная собственность> в ее веществен-

ном выражении, используемая корпорациями (орудия и

средства производства.-В. М.), больше не находится в

частной собственности отдельных лиц. Она принадлежит

общественным образованиям-корпорациям. Акционеры

же являются лишь собственниками бумаг-акций. (*21).

При оценке изложенной теории, естественно, возникает

вопрос о том, насколько она соответствует реальному

положению вещей в США. Существует ли в жизни то от-

деление собственности от управления, о котором говорят

А. Берли и Г. Минз, а вслед за ними и многие другие

юристы, экономисты и политические деятели США?

В этой связи следует обратить внимание на собствен-

ное признание А. Берли о том, что в настоящее время в

США еще продолжают существовать такие корпорации,

к которым его теория отделения собственности от управ-

ления неприменима.

В своей работе <Власть без собственности> (*22) он пред-

лагает различать четыре самостоятельные стадии разви-

тия и соответствующие им виды современных корпора-

ций.

На первой стадии держатели акций обладают пол-

ным контролем за действиями администраций корпора-

ций.

На смену им приходят корпорации с так называемым

<рабочим контролем>, в которых определенная группа

держателей акций с помощью контрольного пакета

осуществляет фактический контроль в корпорациях.

На третьей стадии многие из крупных корпораций

благодаря широкому рассеиванию акций среди населе-

ния становятся корпорациями, контроль над которыми

полностью переходит в руки администрации корпораций.

И, наконец, на четвертой стадии развития американ-

ских корпораций происходит объединение разбросанных

по стране многочисленных держателей акций крупными

страховыми компаниями, пенсионными фондами и дру-

(**21) Adolf A. Berle. Property, Production and Revolution. I Col.

L. Rev. 3 (1965).

(**22) Adolf A. Berle. Power without Property, pp. 69-76.

-104-

гими частными объединениями, которые на вклады и

сбережения своих клиентов (граждан) приобретают по-

давляющую часть акций, выпускаемых корпорациями.

Благодаря этому названные частные объединения полу-

чают реальную возможность контролировать действия

администрации корпораций. (*23).

По мнению А. Берли, для США в настоящее время

характерны корпорации, находящиеся на третьей (и час-

тично на четвертой) стадии развития, одним из основных

признаков которых является отделение собственности от

управления. Что касается корпораций, соответствующих

первым двум стадиям развития, то, по его мнению, хотя

они еще в отдельных случаях и продолжают существо-

вать, но их время уже ушло в прошлое.

Что же конкретно представляют собой эти <уходящие

в прошлое> корпорации?

Если говорить о корпорациях, в которых держатели

акций еще сохраняют полный (абсолютный) контроль,

то прежде всего необходимо назвать крупнейшие семей-

ные корпорации, контролируемые известными амери-

канскими миллиардерами. Это автомобильная компания

Форда, компания Дюпона, алюминиевая компания Мел-

лона, чайная компания Гартфорда и т. д.

Правда, к этой же группе корпораций относятся мно-

гочисленные мелкие компании и товарищества в области

розничной торговли и обслуживания. Однако они во мно-

гих случаях действительно обречены на гибель в ре-

зультате наступления крупного капитала могуществен-

ных фамильных монополий, которые, по всей вероятнос-

ти, будут существовать до тех пор, пока в США сохра-

няется капиталистический строй.

В условиях современной Америки преуспевают кор-

порации, в которых контроль за администрацией осу-

ществляется с помощью контрольного пакета акций. За

примерами далеко ходить не нужно. Взять хотя бы про-

цветающую в США семью Рокфеллеров, в руках кото-

рой сосредоточен огромный промышленный и финансо-

вый капитал. Этой семье с помощью только 14,5% всех

выпущенных акций удается контролировать одну из

(**23) Указанные частные объединения держат в настоящее время

в своих руках около 1/3 акций и 80% облигаций, выпущенных круп-

ными корпорациями. Paul P. Harbrecht. The Modern Corporati-

on Revised. Col. L. Rev. 1413 (1964).

-105-

крупнейших в США корпораций <Стандард ойл компани

оф Индиана>. Жизненность этой формы контроля по су-

ществу признает и А. Берли, подчеркивающий, что

<она все еще существует как главный фактор во многих

крупных корпорациях>. (*24).

По словам  проф. А. Берли, в корпорациях типа

<Телефоун энд телеграф компани> единоличными хозяе-

вами являются президенты, вице-президенты, управляю-

щие и другие представители администрации, в то время

как держатели акций (собственники капитала)  пол-

ностью отстранены от управления своей собственностью.

Соответствует ли это действительности?

<Позднейшие исследования 30-х годов,-пишет аме-

риканский экономист В. Перло,-основывающиеся на

более достоверной информации, во многом исправили

недостатки труда Берли и Минза и выявили внешние

центры контроля для большинства корпораций, отнесен-

ных этими авторами к разделу <контролируемых управ-

ляющими>. (*25). Так, контроль в <Телефоун энд телеграф

компани> в настоящее время поделен примерно поровну

между группой Морганов и группой Рокфеллеров.

Практика показывает, что благодаря распыленности

большой части акций 5-8% общего их числа в рассмат-

риваемых корпорациях вполне достаточно для осущест-

вления действенного контроля. (*26). Причем центрами конт-

роля в этих случаях являются банки, а не отдельные ли-

ца. Крупнейшие банки США не только держат в своих

руках многие акции данных корпораций, но и очень уме-

ло используют в своих интересах тот факт, что корпора-

ции во всей своей деятельности не могут практически

обойтись без займов, предоставляемых банками. В этих

условиях директора, управляющие и другие высшие

должностные лица корпораций, как правило, являются

прямыми ставленниками и проводниками воли крупней-

ших банков, независимо от того, собственные они или

посторонние.

(**24) Adolf А. Berle. Power without Property, р. 72.

(**25) В. Перло. История финансовых магнатов, стр. 67.

(**26) Там же, стр. 144-150. По мнению редакторов журнала <Har-

ward Law Review> для обеспечения рабочего контроля в рассматри-

ваемых корпорациях достаточно всего лишь 3% акций. (The Voting

of Stock Held in Cross Ownership. 76 Harv. L. Rev. 1640 (1963).

-106-

Таково реальное положение вещей в корпорациях,

находящихся на третьей стадии развития.

Сходная картина обычно наблюдается и в тех корпо-

рациях, в которых акции закупаются крупными страхо-

выми компаниями, пенсионными фондами и иными част-

ными объединениями на вклады и сбережения своих

клиентов (корпорации четвертой стадии развития). Но

здесь есть одна важная особенность, состоящая в том.

что в этих случаях мелкие вкладчики (граждане) вообще

теряют всякую связь с корпорациями, в которых исполь-

зуются их деньги. Между вкладчиками и корпорациями

стоят страховые компании или пенсионные фонды, кото-

рые за свои посреднические функции кладут себе в кар-

ман огромные прибыли. В то же время последние наряду

с банками получают реальную возможность усилить

свое влияние на администрацию корпораций. Таким об-

разом, в корпорациях, находящихся, по мнению А. Бер-

ли, на третьей и четвертой стадиях развития, речь может

идти не о свободе администрации корпораций от контро-

ля со стороны банков и других крупных держателей ак-

ций (страховых компаний, пенсионных фондов и част-

ных лиц), а о характерном для периода империализма

разделении функций денежного и промышленного капи-

тала в условиях господства финансовой олигархии. <Ка-

питализму-писал В. И. Ленин,-вообще свойственно

отделение собственности на капитал от приложения капи-

тала к производству, отделение денежного капитала от

промышленного, или  производительного, отделение

рантье, живущего только доходом с денежного капита-

ла, от предпринимателя и всех непосредственно участ-

вующих в распоряжении капиталом лиц. Империализм

или господство финансового капитала есть та высшая

ступень капитализма, когда это отделение достигает

громадных размеров>. (*27).

Но подобное разделение функций денежного и про-

мышленного капитала, как  справедливо   заметил

А. В. Венедиктов, (*28), не дает никакого основания для от-

рыва проблемы управления имуществом юридического

лица в корпорациях от проблемы права собственности

на него.

(**27) В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 27, стр. 356-357.

(**28) См. А, В. Венедиктов. Государственная социалистиче-

ская собственность. М., Изд-во АН СССР, 1948, стр. 683.

-107-

Крупные корпорации являются наиболее изощренной,

наиболее замаскированной формой господства финансо-

вого капитала в США, так как они позволяют с меньшим

капиталом осуществлять фактический контроль над кор-

порациями и экспроприировать собственность мелких

вкладчиков.

Такова фактическая сторона вопроса об управлении

собственностью в корпорациях США.

Теоретическая несостоятельность теории отделения

собственности от управления объясняется тем, что в ее

основе лежит порочная концепция понятия собственнос-

ти (собственность-это отношение между человеком и

вещью).

В работе классиков марксизма-ленинизма убедитель-

но доказано, что собственность-это общественно-эко-

номическое отношение по поводу присвоения материаль-

ных благ, в первую очередь орудий и средств производ-

ства, в каждом исторически определенном типе общества.

Так, критикуя Прудона, К. Маркс писал: <...собствен-

ность образует последнюю категорию в системе г-на Пру-

дона. В действительном мире, наоборот, разделение тру-

да и все прочие категории г-на Прудона суть обществен-

ные отношения, которые в совокупности образуют то, что

в настоящее время называют собственностью...>. (*29). И да-

лее: <Всякое производство есть присвоение индивидуумом

предметов природы в пределах определенной обществен-

ной формы и посредством нее>. (*30).

Попытка же определения собственности как отноше-

ния между людьми и вещами объективно преследует од-

ну цель: скрыть классовое содержание института собст-

венности в буржуазных  государствах, в частности в

США.

Понятие собственности как отношения человека к

вещи было решительно и единодушно отвергнуто совет-

ской правовой наукой. (*31).

(**29) К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 27, стр. 406.

(**30) К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 12, стр. 713.

(**31) См., например, Л. В. Венедиктов. Государственная со-

циалистическая собственность: Д. М. Генкин. Право собственно-

сти в СССР. М., Госюриздат, 1961: Ю. К. Толстой. Содержание

и гражданскоправовая защита права собственности в СССР. Изд-во

ЛГУ, 1955: О. С. Иоффе. Советское гражданское право, т. 1.

Изд-во ЛГУ, 1958.

-108-

Кстати сказать, и в американской юридической лите-

ратуре теория отделения собственности от управления

была подвергнута критике на том основании, что поня-

тие собственности, на котором она покоится, является

неправильным. Такая критика в последнее время была

дана Г. Маннэ. Отделение собственности от управления,

по его мнению, является не больше не меньше как толь-

ко <методом увеличения доходов путем специализации

труда. Мы не можем найти чего-либо революционного в

этом понятии>. (*32). <Единственной существенной характе-

ристикой системы частной собственности, - продолжает

автор,-является то, что собственник должен принять

на себя риск изменения рыночной стоимости его собст-

венности. Он вообще не обязан пользоваться своей соб-

ственностью и определенно имеет  право передавать

контроль над ней по смыслу самого понятия частной

собственности на основе системы свободного догово-

ра>. (*33).

Разумеется, эта критика дана в рамках буржуазной

идеологии с позиций защиты института частной собст-

венности и системы так называемого свободного догово-

ра. И в этом смысле она далека от научности. Но она

показательна в другом отношении: слабость и неубеди-

тельность теории отделения собственности от управления

вынуждены признавать даже буржуазные ученые.

Конечно, характер отдельных правомочий собственни-

ков претерпевает известные изменения в период импе-

риализма по сравнению с XIX веком. Но эти изменения,

что очень важно отметить, не направлены на подрыв, а

тем более отмену системы частной собственности в США.

Наоборот, в период государственно-монополистического

капитализма институт частной собственности еще более

укрепляется как форма господства крупного промышлен-

но-финансового капитала в Соединенных Штатах Аме-

рики. Этого как раз и не учитывает А. Берли.

В социальном отношении теория отделения собствен-

ности от управления является по существу продолжени-

ем известной реакционной теории социальной функции,

высказанной еще в 1913 г. французским ученым Дюги.

Дюги безуспешно пытался доказать, что в капиталисти-

(**32) H. Manne. The Higher Criticism of the Modern Corporati-

on <Columbia Law   Review>, vol. 62, March 1962, No. 3, p. 400.

(**33) lbid.,p.415.

-109-

ческом обществе происходит процесс социализации пра-

ва собственности, в результате которого собственность

используется в интересах всего общества, превращаясь в

социальную функцию. (*34).

Эти же идеи пронизывают теорию А. Берли и

Г. Минза. (*35). В современных условиях в США теория от-

деления собственности от управления направлена на за-

щиту интересов крупных  американских монополий.

Именно в этом ее основной смысл. В действительности

никакого народного распределения общественного про-

дукта, произведенного американскими монополиями, нет

и не может быть в условиях капиталистического общест-

ва. Об этом свидетельствуют, в частности, данные, при-

веденные в советской и американской печати. (*36).

Много внимания в американской печати уделяется

теории ответственности администрации корпораций пе-

ред обществом. В наиболее отчетливой форме она была

изложена профессором права Гарвардского университе-

та Е.Доддом в 1932 г. (*37).

Суть этой теории, как показывает само название, со-

стоит в том, что администрация корпораций ответственна

не только перед держателями акций, но также и перед

другими заинтересованными группами людей, с которы-

ми она связана в процессе своей деятельности по управ-

лению корпорациями: перед рабочими и служащими кор-

порации, покупателями и потребителями ее продукции,

поставщиками сырья и материалов, банками и иными

частными .финансовыми объединениями, где корпорации

(**34) <Что касается собственности,-говорил Дюги,--то она уже не

является в современном праве правом неприкосновенным, абсолют-

ным, которое человек-держатель богатства имеет над последним.

Она есть и она должна быть. Она-необходимое условие величия

и процветания общества... Но собственность-не право. Она-соци-

альная функция>. Дюги. Общие преобразования гражданского пра-

ва со времени кодекса Наполеона. М., 1919, стр. 19.

(**35) Убедительная научная критика теории социализации капита-

листической собственности дана в весьма содержательной  статье

В. А. Туманова <Теория <социализации> собственности в современной

буржуазной цивилистике>. <Уч. зап. ВИЮН>, вып. Г, 1957.

(**36) См. В. П. Павлов. Критика теории <классового мира> в

США. М., Соцэкгиз, 1963; J. Livingston. The American Stock-

holder; Paul A. Samuelson. Economics. Third Hdition. McGraw

Hill Book Co., Inc. New York. pp. 54-57.

(**37) См. E. Dоdd. For Whom are Corporate Managements Trus-

tees? <Harvard Law Review>, No. 45, 1932, p. 1145.

-110-

получают займы, и, наконец, перед населением того

района, в котором корпорации осуществляют свои функ-

ции. В связи с тем, что сфера деятельности многих круп-

ных корпораций фактически распространяется на всю

территорию США и даже далеко за ее пределами, сле-

дует считать, что администрация этих корпораций несет

ответственность в сфере своего бизнеса практически пе-

ред всем населением государства, а в отдельных случаях

и перед населением многих стран мира. Нетрудно усмот-

реть в этом <теоретическое> обоснование экспансионист-

ской грабительской деятельности американских моно-

полий.

В чем конкретно состоит ответственность руководите-

лей корпораций по мнению сторонников рассматривае-

мой теории?

Во-первых, в том, что корпорации должны помимо

своих чисто рабочих функций в области производства и

сбыта продукции (представления услуг) участвовать

также в осуществлении целого ряда задач по удовлетво-

рению общих интересов населения, в частности, в облас-

ти развития образования, медицины, науки и культуры.

Вот как формулируется эта задача отдельными руково-

дителями корпораций, многие из которых, кстати, явля-

ются наиболее рьяными сторонниками теории ответст-

венности администрации корпораций перед обществом.

Корпорации, говорят они, всегда являются гражданами

того района, в котором они осуществляют свою деятель-

ность. При этом особенно велика зависимость от района

деятельности крупных корпораций, которые вообще не

могут вести свой бизнес в отрыве от общего хода разви-

тия жизни американского общества. Если частный биз-

нес и бизнесмены не примут на себя ответственности пе-

ред обществом, то в этом случае их место займет госу-

дарство. Тем самым жизнь в США все более и более бу-

дет подпадать под власть государства. Во избежание

этого корпорации должны взять на себя бремя поддерж-

ки неправительственных, филантропических и учебных

институтов, которые играют такую величественную роль

в развитии США в период XX века. (*38).

Во-вторых, ответственность руководителей корпора-

ций перед обществом, по мнению сторонников рассматри-

(**38) Adolf A. Berle. The 20-th Century Capitalist Revolution.

London, MacMillan & Co LTD, 1955. p. 136.

-111-

ваемой теории, выражается в том, что все вопросы осу-

ществления корпорациями своего бизнеса (определение

цен на продукцию и оказываемые услуги, размер вы-

плачиваемого дивиденда и т. п.) должны решаться не

только с точки зрения узко эгоистических интересов дер-

жателей акций, но и с учетом интересов всех других за-

интересованных групп и американского общества в це-

лом.

Надо сказать, что эта вторая сторона ответственности

администрации корпораций во многих случаях особенно

подчеркивается представителями государства. Так, в

частности, поступил президент США Джон Ф. Кеннеди

во время кризиса цен в сталелитейной промышленности

в апреле 1962 г., когда одна из крупнейших в стране кор-

пораций <Юнайтед стейтс стил корпорейшн> вместе с

другими ведущими сталелитейными компаниями неожи-

данно подняла цены на выплавляемую сталь на 6 долла-

ров за тонну. Настаивая на том, чтобы руководители

корпораций отменили свое решение о повышении цен на

сталь, Д. Кеннеди на своей пресс-конференции от 11 ап-

реля 1962 г. пытался обосновать их ответственность сле-

дующим образом.

<Установление цен и заработной платы в нашей стра-

не,-сказал он,-за очень редким исключением, относя-

щимся к отдельным монополиям и к случаям националь-

ных критических забастовок, происходит свободно и част-

ным образом. Но американский народ имеет право в от-

вет на эту свободу ожидать более высокого чувства ответ-

ственности от руководителей бизнеса, чем это было по-

казано в последние два дня>. (*39).

Таково содержание теории ответственности админи-

страции корпорации перед обществом.

Следует сказать, что в американской литературе эта

теория вызвала яростную критику со стороны привер-

женцев более старой теории, согласно которой админи-

страция корпораций ответственна в первую очередь пе-

ред держателями своих акций. (*40).

(**39) <The New York Times>, April 12, 1962. p. 20.

(**40) См. E. V. Rostow. To Whom and for What Ends is Cor-

porate Management Responsible? <The Corporation in Modern So-

ciety>, Mason, 1959; H. Manne. The <Higher Criticism> of the

Modern Corporation. <Columbia Law Review>, vol. 62, March 1962,

No. 3; H. Manne. Current Views on the Modern Corporation. 38 U.

Det. L. J., 1960--1961: М. Friedman. The Social Science. <Repor-

ter's Eighth Social Science Seminar on <Three Major Factors in Busi-

ness Management. Leadership, Decision-making and Social Res-

ponsibility>, San Francisco, March 19, 1958; Louis D. Kelso and

Mortiiner G. Adler. The Capitalist Manifesto; G. Livingston.

The American Stockholder. Theodore Levitt. The Dangers of So-

cial Responsibility. Harvard Business Review, XXXVI, No. 5 (Septem-

ber-October, 1958).

-112-

Эта критика идет главным образом в том аспекте,

что применение теории ответственности администрации

корпораций перед обществом направлено на разрушение

основного принципа деятельности корпораций при сис-

теме свободного предпринимательства-принципа полу-

чения максимально высоких прибылей, определяемых ус-

ловиями рынка. А. М. Фридман идет еще дальше, ут-

верждая, что, если что и способно разрушить американ-

ское <свободное> общество и подорвать его основы, так

это широкое принятие на себя администрацией корпо-

раций социальной ответственности. Ибо в этом он видит

проявление общей тенденции развития общества по пу-

ти к коллективизму, которую он не одобряет.

Но, пожалуй, наиболее убедительная критика <фи-

лантропической> стороны теории ответственности админи-

страции корпораций перед обществом была дана Г. Ман-

нэ. <С точки зрения конкуренции,-пишет, он,-кото-

рая в определенных пределах еще существует в настоя-

щее время в американской промышленности, пожертво-

вания корпораций на благотворительные цели скорее

всего являются обычными экономическими расходами,

нежели бескорыстными благотворительными пожертво-

ваниями>. (*41).

С такой квалификацией можно согласиться: действи-

тельно, благотворительная деятельность американских

корпораций, в конечном счете, преследует чисто эконо-

мические цели. Она направлена на укрепление их дело-

вой репутации и на создание определенного политиче-

ского авторитета среди американского населения. Это

своего рода дань обществу, при отсутствии которой мо-

жет быть поставлен вопрос о будущем процветании биз-

неса корпораций. К тому же эти благотворительные

средства в подавляющей массе используются в интересах

(**41) H. Manne. The <Higher Criticism> of the Modern Corpora-

tion. <Columbia Law Review>, vol. 62. March 1962, p. 416.

-113-

самого господствующего в США класса, к которому при-

надлежат руководители корпораций.

Таким образом, социальный смысл теории ответствен-

ности администрации корпораций перед обществом впол-

не ясен. Она является прямым отражением все усили-

вающегося в США процесса вмешательства крупных

корпораций во все стороны общественной и государствен-

ной жизни, который вообще характерен для государст-

венно-монополистического капитализма. <Монополия,-

писал В. И. Ленин,-раз она сложилась и ворочает мил-

лиардами, с абсолютной неизбежностью пронизывает все

стороны общественной жизни, независимо от политиче-

ского устройства и от каких бы то ни было <частнос-

тей>. (*42). Высшим проявлением этого процесса является

сращивание монополий и государственного аппарата в

США, выражающееся в том, что важнейшие посты в пра-

вительстве США, не говоря уже о Конгрессе, на протя-

жении многих последних лет занимают крупные капита-

листы-непосредственные руководители и фактические

хозяева крупнейших американских корпораций.

В этой связи, конечно, нельзя говорить, как это де-

лают сторонники теории ответственности администрации

корпораций перед обществом, о каком-то противоречии

между корпорациями и государством. Ибо капиталисти-

ческое государство, включая и американское, является

лишь орудием в руках класса буржуазии для поддержа-

ния ее господства над эксплуатируемыми классами. Воз-

никающие временами ссоры между отдельными фрак-

циями господствующего класса, в виде той, что была свя-

зана с повышением цен в сталелитейной промышленнос-

ти США, являются по существу семейными ссорами, ко-

торые быстро улаживаются с помощью своих прави-

тельств.

Теория ответственности администрации корпораций

перед обществом несостоятельна и с юридической точки

зрения. Как совершенно справедливо заметил член ассо-

циации адвокатов Нью-Йорка Д. Вейнер, <администра-

торы корпораций законом не обязаны охранять интере-

сы рабочих, потребителей и общества в целом>. (*43).

(**42) В. И. Ленин. Полн. собр. соч. т. 27, стр. 355.

(**43) G. Weiner, The Berle-Dodd Dialogue on the Concept of

the Corporation. 8 Col. L. Rev. 1465 (1964).

-114-

В связи с рассмотрением теории ответственности ад-

министрации корпораций перед обществом необходимо

также отметить, что как ее сторонники, так и противни-

ки говорят об ответственности руководства корпораций

перед держателями акций. Этот тезис неправилен в са-

мой своей основе. Как было показано при анализе теории

отделения собственности от управления, директора и

управляющие корпораций отвечают не перед всеми дер-

жателями акций, а лишь перед наиболее крупными из

них, являющимися фактическими хозяевами корпораций,

и перед банками, которые предоставляют им займы.

Среди теорий о сущности современных американских

корпораций наиболее демагогический характер имеет

теория демократии в корпорациях. Она появилась на

свет в начале 30-х годов XX века с легкой руки Феде-

ральной правительственной комиссии по регулированию

выпуска и продажи фондовых бумаг в ответ па неудачу

законодательных органов штатов предоставить держате-

лям акций минимум демократических свобод в корпора-

циях.

Указанная Федеральная комиссия также мало что

изменила в положении держателей акций. Но, несмотря

на это, изобретенная ею формула о <демократии в корпо-

рациях> продолжает жить, хотя каждому американско-

му держателю акций хорошо известно, что в действитель-

ности никакой демократии в современных американских

корпорациях не существует. Эта теория по существу яв-

ляется только лозунгом, призывающим самих держате-

лей акций бороться за свои права в корпорациях вразрез

с действующим законодательством и практикой его при-

менения. Теория демократии в корпорациях нашла себе

защитников среди некоторых держателей акций, а также

в литературе. К первым относится Льюис Джильберт,

который описал свой богатый опыт борьбы за права в

корпорациях в выпущенной им в 1956 г. книге <Диви-

денды и демократия>, ко вторым-Эмерсон и Леткэн-

авторы книги <Демократия для держателей акций>

(1954). Последние, в частности, предлагают ввести в

корпорациях референдум держателей акций дополни-

тельно к тем демократическим средствам, которые, по

их мнению, уже существуют.

Убедительная критика теории демократии в корпора-

циях в американской литературе была дана Д. Ливинг-

-115-

стоном. <Корпорации,-пишет Д. Ливингстон,-не яв-

ляются демократиями. Понятие демократии предполага-

ет равенство индивидуумов-избирательных голосов не-

зависимо от размера собственности. В корпорации же

избирательные голоса предоставляются держателям ак-

ций не как индивидуумам, а в зависимости от того

сколько акций они имеют. Держатель десяти тысяч

акций имеет во сто раз больше влияния в избрании ди-

ректоров корпорации, чем тот держатель, который вла-

деет ста акциями. Во взаимоотношениях с должностны-

ми лицами и директорами корпораций фактическое

влияние крупных держателей акций-банков, страхо-

вых компаний, финансовых объединений, вкладывающих

капиталы,-часто неизмеримо выше их пропорциональ-

ной доли участия в делении общей суммы выпущенных

акций.

Их слушают с великим уважением, когда они делают

предложения или задают вопросы. И в условиях такой

антидемократической обстановки процветает фраза <де-

мократия в корпорациях>. Фикция преобладает над дей-

ствительностью>. (*44).

Нам мало что остается добавить к сказанному об

антидемократичности современных американских корпо-

раций. Выше мы уже подчеркивали, что в настоящее

время у американских держателей акций по существу

осталось только одно право-право получения объяв-

ленных дивидендов на вложенный ими капитал, хотя и

оно во многом зависит от усмотрения директоров корпо-

раций.

Что касается других прав, то они фактически не су-

ществуют. Голосование в современных крупных корпора-

циях проводится по системе представительства, дающей

возможность руководителям корпораций отбирать голо-

са у мелких держателей акций. Право держателей ак-

ций на обжалование в судебном порядке неправильных

действий администрации, сведенное самим законодатель-

ством к минимуму, на практике применяется в редчай-

ших случаях. <Судебный иск держателей акций,-сви-

детельствует проф. Юджин Ростоу, декан юридического

факультета Иельского университета,-не является, как

правило, эффективным средством в деле предотвраще-

(**44) G. Livingston. The American Stockholder, p. 69.

-116-

ния преступных злоупотреблений со стороны директоров.

В действительности он часто не является таковым вооб-

ще. Эпизодический в своем применении, дорогостоящий

в процессуальном отношении, он использовался от вре-

мени до времени лишь как средство вымогательства или

просто для очистки совести>. (*45).

В последнее время в американской правовой литера-

туре появилась теория корпоративного конституциона-

лизма, направленная, по мысли ее авторов, на укрепле-

ние демократических начал в деятельности корпораций. (*46).

Основной аргумент, выдвинутый авторами в поддерж-

ку своей теории, сводится к тому, что современные круп-

ные корпорации, став необычайно мощными, угрожают

правам человека более, чем многие государства. Поэто-

му авторы предлагают, во-первых, распространить дей-

ствие Билля о правах Конституции США на корпорации

и, во-вторых, создать в корпорациях такой механизм вла-

стей с представительством от всех заинтересованных

групп (рабочих и служащих корпораций, клиентов, по-

ставщиков и населения), который разрешал бы все спо-

ры, возникающие в процессе их деятельности. Другими

словами, предлагается, чтобы корпорация по своему

устройству напоминала государство.

Теория корпоративного конституционализма не полу-

чила в американской правовой литературе широкого

признания. Так, например, Маннэ полагает, что ее сто-

ронники якобы пытаются уничтожить те фундаменталь-

ные различия между правительственными и частными

учреждениями, которые лежат в основе американского

образа жизни. Он опасается, что применение этой тео-

рии на практике может привести к уничтожению <свобо-

ды> в США. (*47).

По поводу теории корпоративного конституционализ-

ма можно сказать следующее.   Конечно, применение

Билля о правах в современных американских корпора-

(**45) Е. V. Rostow. То Whom and for What Ends is Corporate

Management responsible? <The Corporation in Modern Society>, Ma-

son. 1959, p. 49.

(**46) См. К. Вrewster. The Corporation and Economic Fede-

ralism; E. Latham. The Body Politic of the Corporation; А. Сha-

yes. The Modern Corporation and the Rule of Law. <The Corporati-

on in Modern Society>, Mason, 1959.

(**47) Ni. H. Manne. The <Higher Criticism> of the Modern Cor-

poration. <Columbia Law Review>, vol. 62. March 1962, p. 430.

-117-

циях, славящихся полным отсутствием демократии, бы-

ло бы известным шагом вперед. Но даже этот предпола-

гаемый шаг по существу не решил бы поставленной

проблемы, ибо сам по себе Билль о правах, являясь

чисто буржуазным актом, может предоставить демокра-

тию только богатым людям, т. е. тем, кто пользуется ею

и при существующем положении вещей. То же самое

можно сказать и об установлении более представитель-

ного механизма для разрешения споров, хотя бы потому,

что государственный аппарат США, предлагаемый в ка-

честве образца, сам является в высшей мере антидемо-

кратическим учреждением.

Поэтому напрасны опасения проф. Маннэ о возмож-

ном уничтожении <свободы> в США. Эта <свобода> бы-

ла и будет недоступна большинству американских граж-

дан только потому, что они не могут купить ее на имею-

щиеся у них средства.

Реакционная, антидемократическая сущность совре-

менных американских корпораций не может быть изме-

нена при помощи рецептов, подобных теории корпора-

тивного конституционализма.

Такой же по существу рекомендательный характер,

что и теория корпоративного конституционализма, имеет

предложение Д. Ливингстона об учреждении спе-

циального верховного контрольного ор-

гана по осуществлению надзора за дея-

тельностью администрации корпораций. (*48).

Признав неэффективность всех ныне существующих

форм контроля за действиями руководства корпораций,

Ливингстон пытается найти выход в создании контроль-

ного органа, состоящего из представителей страховых

компаний, пенсионных фондов и других частных объеди-

нений, в руках которых в настоящее время сосредоточе-

но большое количество акций корпораций.

Многие юристы не .разделяют мнения Д. Ливингсто-

на (*49) по той причине, что он якобы не дал ответа на воп-

рос профессора Иельского университета Б. Меннинга (*50)

(**48) См. J. Livingston. The American Stockholder.

(**49) См.. например, Adolf А. Berle. Power Without Property;

P. Harbrecht. Pension Funds and Economic Power. New York

1959.

(**50) См. J. Manning. Review of Livingston <The American

Stockholder 1958>. 67 Yale L. J. 1477 (1958).

-118-

о том, почему следует оказывать большее доверие этим

заинтересованным частным объединениям, а не сущест-

вующему руководству корпораций.

Однако смысл рассматриваемого предложения доста-

точно понятен. Ливингстон предлагает отказаться

всех формально провозглашенных, но не применяемых в

жизни форм контроля в современных корпорациях и

вместо этого юридически признать фактический конт-

роль, сосредоточенный в руках наиболее крупных держа-

телей акций, к числу которых относятся крупные стра-

ховые компании, пенсионные фонды и другие капиталис-

тические объединения частного капитала.

В заключение необходимо еще раз подчеркнуть, что

все изложенные юридико-социальные теории о понятии

и сущности американских корпораций служат защите

интересов крупного промышленного и финансового капи-

тала, правящего Соединенными Штатами Америки.

Поэтому излишне говорить о какой-либо их научной цен-

ности.

-119

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 19      Главы: <   2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11.  12. >