§ 4. Принципы централизма и единства прокурорского надзора

Прокурорский надзор за исполнением законов осуществля­ется на всей территории РФ, что предопределило создание множества органов в соответствии с административно-террито­риальным устройством нашего государства: в районах, городах, областях, краях, республиках. Обеспечение единства законнос­ти в стране потребовало объединения прокурорских органов в одну систему, которое было произведено на основе принципа централизма, в силу которого нижестоящий прокурор подотче­тен вышестоящему с общим подчинением Генеральному проку­рору РФ. В результате деятельность прокурорских органов приобрела особую организованность, согласованность и целена­правленность. Генеральный прокурор России обеспечивает вер­ховенство и единство закона на всей ее территории, а каждый региональный прокурор — в своем регионе.

В литературе данный принцип связывают с принципом не­зависимости прокуратуры и объединяют их в одно руководящее начало. Подобное объединение вряд ли правильно. Несмотря на наличие самой тесной связи, эти принципы различны по содержанию, ибо отражают разные аспекты организации и дея­тельности прокурорских органов. Если с принципом независи­мости связывается признание их самостоятельности по отноше­нию к различным органам государственной власти и управле­ния, то с принципом централизма, наоборот, сопряжено их подчинение. Может показаться, что централизация прокурор­ского надзора представляет собой посягательство на независимость прокуратуры. Но сама по себе независимость в полной мере не гарантирует доброкачественности выполнения надзор­ных функций. Как показывает практика, в деятельности ниже­стоящих прокуроров порой имеют место различные недостатки и даже нарушения законности. Возникает необходимость при­нятия мер по их устранению, предупреждению. И эти меры должны быть приняты вышестоящими прокурорами. Таким об­разом, централизм, с одной стороны, является средством обес­печения независимости прокуроров, а с другой — способом обеспечения единства законности в государстве.

Между тем в связи с сепаративистскими тенденциями в не­которых республиках в составе РФ наблюдаются существенные посягательства на централизацию прокурорской системы. Так, в конституциях республик Татарстан (ст. 156), Башкортостан (ст. 144), Тува (ст. 95) установлено, что полномочия, организа­ция и порядок деятельности органов прокуратуры определяют­ся республиканскими законами. Это означает, что прокурор­ские органы названных республик выведены из подчинения Ге­неральной прокуратуры и образуют особые системы. И как следствие — назначаются республиканские прокуроры не Гене­ральным прокурором РФ, как это предусмотрено ст. 129 Кон­ституции РФ, а республиканскими законодательными органа­ми. Обособилась также и прокуратура Республики Ичкерия. Такие «нововведения» — посягательства на целостность централизованной системы прокурорских органов РФ и самого Рос­сийского государства. Подчиняясь республиканским законода­тельным органам, прокуратуры республик не будут надзирать за исполнением законов РФ, ибо их назначение — обеспечивать исполнение республиканских законов. Может сложиться ситуа­ция, когда законы РФ вообще не будут применяться на территории этих республик. А если учесть также, что прокуро­рами в них станут представители «элитных» наций, национа­лизм может проявиться в самой яркой форме: не будет обеспе­чено ни верховенство общероссийских законов, ни единство законности в стране.

Президент РФ, Федеральное Собрание призваны принять меры по приведению конституций республик в соответствие с Конституцией России. Как отмечается в п. 3 ст. 11 Закона о прокуратуре Российской Федерации, создание и деятельность на территории РФ органов прокуратуры, не входящих в единую систему прокуратуры России, не допускается.

Централизм применительно к прокуратуре включает в себя два вида подчинения: внутреннее и внешнее.

Первое существует внутри прокурорской системы и заклю­чается, как уже говорилось, в подчинении нижестоящего про­курора вышестоящему и общей подотчетности Генеральному прокурору РФ.

Прокурорская система не может функционировать изолиро­ванно, в отрыве от органов, направляющих работу всего государственного аппарата. Необходимость ее строгой централи­зации обусловила второй вид подчинения — подчинение высшим органам государственной власти РФ — Федеральному Собранию и Президенту. Названные органы назначают Генерального прокурора, осуществляют руководство прокуратурой в целом, ставят перед ней соответствующие задачи. Каждая система государственных органов подотчетна центру, специфика же про­курорской системы заключается в подчинении только высшим органам центральной власти Российской Федерации. Можно вы­делить еще одно своеобразное внешнее подчинение. В п. 3 ст. 129 Конституции РФ отмечается: «... прокуроры субъектов Россий­ской Федерации назначаются Генеральным прокурором РФ по согласованию с ее субъектами». В таком согласовании имеется лишь косвенное подчинение. Уполномоченные органы указан­ных субъектов дают согласие на назначение тех лиц, которым они доверяют, что чревато определенной зависимостью проку­роров от этих органов и может негативно повлиять на соблю­дение законности в стране. Обеспечение верховенства закона, единства законности может быть достигнуто в полной мере только при одном внешнем подчинении — высшим органам РФ.

В литературе подчеркивается, что подотчетность прокурор­ского надзора высшему органу государственной власти — само­стоятельный принцип организации и деятельности прокурату­ры. Но данное положение ничем не обосновывается, ибо такое подчинение полностью охватывается принципом централизма в его широком понимании.

Подчинение находит свое выражение также и в том, что вышестоящие прокурорские органы руководят нижестоящими. Централизм необходим прежде всего для руководства рабо­той нижестоящих прокуроров в целях повышения качества последней. Руководство — сложная деятельность, заключающая­ся в осуществлении контроля за выполнением надзорных функ­ций нижестоящими прокурорами. Контроль же в свою очередь выражается в выявлении недостатков и их устранении, для чего проводятся различные проверки, в ходе которых устанавлива­ются недостатки, нарушения законности и разрабатываются мероприятия по их предотвращению. В одних случаях они устраняются вышестоящими прокурорами, в других — нижестоя­щим даются соответствующие поручения. Кроме того, руковод­ство осуществляется посредством дачи указаний по совершен­ствованию деятельности органов прокуратуры, формулирова­ния задач по борьбе с нарушениями законности. Генеральный прокурор РФ, прокуроры республик, областей, краев в целях усиления прокурорского надзора издают приказы, содержащие директивные установки по повышению уровня прокурорского надзора. Еще одной формой руководства является проведение совещаний прокурорских работников, на которых обсуждаются актуальные проблемы борьбы с преступностью, другими правонарушениями и разрабатываются необходимые для их устране­ния мероприятия. Вышестоящие прокуроры направляют ниже­стоящим обзоры надзорной практики, информируют о положи­тельном и отрицательном опыте в работе прокуратуры.

В Законе о прокуратуре Российской Федерации принцип централизма объединен с принципом единства прокурорского надзора. В п. 1 ст. 4 этого закона указывается, что органы про­куратуры составляют единую федеральную централизованную систему с подчинением нижестоящих прокуроров вышестоя­щим и Генеральному прокурору РФ. Примерно то же говорит­ся и в литературе. Безусловно, названные принципы связаны между собой, но различны по значимости. Централизм сопря­жен с объединением прокурорских органов в одну систему, единство же касается содержания их деятельности. Прежде все­го нельзя определять принцип единства буквально как единство этой системы. Все системы однородных государственных орга­нов едины, будь то суды, органы милиции, различные мини­стерства, ведомства. Неправильно трактовать данный принцип и в том смысле, что каждый прокурор действует как предста­витель единой системы органов прокуратуры. В этом ничего специфического нет. Каждое должностное лицо выступает в ка­честве представителя той системы органов, в которой оно ра­ботает.

Применительно к прокуратуре принцип единства можно определить как такое начало, в силу которого каждый прокурор независимо от занимаемой должности осуществляет высший надзор за соблюдением законности в государстве. С данной точки зрения и Генеральный прокурор РФ, и прокурор района или города, их помощники осуществляют высший надзор, а ни­жестоящие — просто надзор за исполнением законов. В их дея­тельности нет разных уровней подобно тем, какие имеются в других системах. Например, для судебной системы характерна инстанционность — существование судов первой, второй и над­зорной инстанций. В связи с этим различны и виды выполняе­мой ими юрисдикционной деятельности. Все прокуроры неза­висимо от занимаемых должностей осуществляют высший надзор за соблюдением законности, основу которого составляют полномочия, данные им высшими органами государства. Они действуют как представители этих органов. Возьмем для срав­нения правовое положение главы администрации района и прокурора того же района. Согласно ст. 12 Конституции РФ первый представляет орган местного самоуправления, второй — высшие органы государственной власти России (Федеральное Собрание, Президента).

Принцип единства прокурорского надзора РФ исключает совмещение прокурорского надзора с какими-либо видами государственной или общественной деятельности. Прокуратура выполняет только одну функцию: осуществляет высший надзор за соблюдением законности в стране. Как известно, по Положе­нию о прокурорском надзоре от 28 мая 1922 г. прокурор рес­публики одновременно являлся народным комиссаром юстиции, а сама прокуратура входила в состав Народного комиссариата юстиции (ст. 1). Такое совмещение надзорных и управленчес­ких функций оказывало негативное влияние на борьбу с нару­шениями законности, допускаемыми при отправлении правосудия как по уголовным, так и по гражданским делам. В последую­щем произошло обособление прокуратуры от органов юстиции и судов. Прокурорский надзор по своему содержанию стал вну­тренне однородным, свободным от выполнения несвойственных ему функций, соответственно, и принцип его единства опреде­лился в результате отделения прокуратуры от Народного ко­миссариата юстиции.

Возможно, пожалуй, одно отступление от данного руководя­щего начала. Это касается надзора за законностью администра­тивного выселения. В литературе высказана мысль, согласно которой спор о праве на жилую площадь в виде исключения разрешается администрацией и владельцем квартиры. Прокура­тура же проверяет законность решения и в случае правомерно­сти дает санкцию на его исполнение. Эта точка зрения нашла отражение в законодательстве. Имеется и другое суждение: жилищный спор разрешается прокурором, постановление которого реализуется судебным исполнителем, что является свое­образным аналогом судебного решения. Такой взгляд повлиял на изменение законодательства. В постановлении Президиума Верховного Совета СССР от 20 мая 1985 г. «О порядке при­менения части второй статьи 36 "Основ жилищного законода­тельства Союза ССР и союзных республик"» прямо говорится, что дело о выселении в административном порядке рассматрива­ется прокурором или его заместителем. Рассматривать дело — значит разрешать его по существу. Само же дело — спор о праве на жилую площадь, стало быть, указанным нормативным актом фактически упраздняется административный порядок выселе­ния и вводится прокурорский.

При рассмотрении спора о праве на жилую площадь про­курор выполняет юрисдикционную функцию. И, казалось бы, это противоречит принципу единства прокурорского надзора. Но в виде исключения прокурор может быть наделен полномочиями по рассмотрению спора о праве на жилплощадь по строго установленным законом основаниям.

 

«все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 26      Главы: <   10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20. >